Текст книги ""Фантастика 2024-54".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Ольга Болдырева

Соавторы: Ольга Багнюк,Алла Дымовская,Андрей Бубнов,Карим Татуков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 353 страниц)

– Такой приказ я бы выполнить отказалась. И он это понимает.

– Он мог сделать это сам, – не унималась я. – Он хороший боевой маг, выигравший множество дуэлей и поединков. А учитывая, с какой легкостью он кинул в пасть к демонам своих воспитанников, можно сделать вывод, что излишней сентиментальностью и человеколюбием он не страдает.

– Могу предположить, – пожала плечами Регина, – он просто боится.

– Боится? – Я не поверила своим ушам.

– Да, боится, – подтвердила магистр и снизошла до объяснений: – Ты вышла из цитадели Братства живой, значит, тебя приняли как равную, обучали и подарили магическую татуировку. Несмотря на то что она невидима, никто не сомневается, что ты ее носишь. Настоятель не располагает сведениями о том, какими знаниями и умениями Братство поделилось с тобой. Он боится проиграть послушнице, а еще боится гнева Братства, если проиграешь ты. Вот такой заколдованный круг. И убить тебя нельзя, и не убить тебя нельзя. Единственный вариант для вас обоих – чтобы ты не попала в лапы старейшин, но при этом осталась живой и невредимой. Поэтому я и согласилась спрятать тебя на время.

– На какое время?

– Пока не знаю, – пожала плечами мастер Регина. – Посмотрим по обстановке.

– Мне придется жить здесь, под землей?

«Лучше бы я послушалась Шторма и осталась с ним в цитадели, – подумала я. – Нет, понесло меня искать приключения на свою… голову! Решила разобраться, что творится в родном монастыре! Разобралась!»

– Подожди, скоро сама все увидишь, – ответила мастер. – Некоторое время тебе не нужно показываться на поверхности, но я очень надеюсь, что в том месте, куда я тебя веду, искать послушницу никому в голову не придет.

– Мужская баня? – непонятно от чего развеселилась я.

– Ты почти угадала, – не стала спорить Регина.

– У меня письмо к настоятелю от главы Братства. Вы передадите? – Я полезла в сумку в поисках конверта, который тщетно пыталась вскрыть.

– Сама передашь, – остановила мои поиски магистр. – Мне кажется, он захочет увидеться с тобой.

– С чего это вдруг? – удивилась я.

– Считай, что у меня внезапно проснулся дар ясновидения, – озорно хмыкнула преподаватель. И почти сразу стала серьезной. – Дальше надо двигаться осторожнее. Можем нарваться на восставших умертвий или призраков. Я чувствую какое-то движение над нами.

Я с опаской посмотрела на потолок.

– У меня энергии почти нет, – расстроилась я. – С умертвиями клинки помогут, а вот с призраками вам самой придется.

– Будем надеяться, что они, если и не дружелюбные, то хотя бы беззлобные, – подбодрила меня магистр.

Ящерка и дракон по-прежнему не выказывали беспокойства, но я на всякий случай обнажила один меч, взвалив сумки на плечо.

* * *

Сбежав из-под смертельного «огненного дождя», принцесса буквально рухнула под ноги своим воинам. Изим благоговейно поднял ее на руки и занес в одну из комнат подземелья.

– Снимайте плащи. Нужно уложить госпожу и попробовать помочь ей.

– Не надо меня укладывать, – придя в себя, сказала девушка. – Поставь меня, Изим.

Воин подчинился. Принцесса поднялась на ноги, ее еще изрядно пошатывало из-за слабости, но она быстро справилась со своим состоянием.

– Надо быстрее добраться до лаборатории на третьем ярусе, пока Фарух не залечил раны и не вернулся за мной. – Она привычно взяла командование на себя.

Небольшой отряд вновь двинулся вперед. С каждым шагом походка принцессы становилась все более легкой и упругой, ее самочувствие на глазах улучшалось.

Благополучно миновав место боя, воины во главе с дочерью эмира шауранского ускорили шаг и, быстро пройдя лабиринт второго яруса подземелья, начали спуск к третьему подземному уровню.

Здесь залы и галереи вновь уступили место темным коридорам.

– Лаборатория близко, внутрь зайду я одна.

Пройдя еще две развилки, девушка снова остановилась и грязно выругалась словами, которые не подобает знать принцессе. Юные воины отряда покраснели, бывалые вояки еле сдержали смешки.

– Что-то случилось, моя госпожа? – спросил обеспокоенный Изим.

– Да, Изим, случилось. Фарух со своим прихвостнем вернулся раньше, чем я надеялась, они ждут меня у дверей в лабораторию.

– Мы защитим вас, моя госпожа! – горячо пообещал воин.

– Они маги, вы не сможете даже приблизиться к ним, – обреченно улыбнулась принцесса. – Я нужна им живой, убивать меня не станут, и я очень постараюсь использовать это преимущество. Если не смогу справиться, ты должен будешь обратиться к визирю тайной службы и придворному магу. Они всегда были верны отцу и смогут выручить меня.

Приказав воинам оставаться на месте, девушка медленно пошла вперед. Амулеты она опустошила сразу после боя, иначе не смогла бы даже передвигаться самостоятельно. Сейчас ее энергозапас составлял примерно половину от обычного уровня. На элементарную защиту она еще была способна, а вот боевые заклинания были для нее недоступны. Оценивая свои шансы на победу, она вновь приготовила «кожу саламандры» – любимое огненное защитное заклятие ее родной стихии.

На этот раз освещения, эффектного появления и высокопарных фраз не было, но отсутствие света не мешало принцессе чувствовать двоих магов, притаившихся в узком коридоре перед входом в ее лабораторию. Один практически опустошен, скорее всего, это Фарух, резерв второго, пришлого, переполнен до краев. К девушке вновь подлетели «силки», на этот раз усиленные энергией воздуха, и вновь, несмотря на значительное усовершенствование, сгорели в защитной «коже». Сдержав «силки», «кожа» заметно потрепалась, и второго такого удара ей было не вынести. Метнув наугад кинжалы и услышав крик боли, девушка удовлетворенно упала на каменный пол, чтобы через считаные мгновения взметнуться с него к потолку черной хищной кошкой. Во мраке подземелья засветились два желтых ока с вертикальными зрачками. Пантера сделала два прыжка по потолку, уходя от направленного ледяного шара, спрыгнула на стену, снова на потолок, вцепившись острыми, словно кинжалы, когтями в зазоры между камнями, и обрушилась на менее защищенного мага, сбив его с ног. Сталь зазвенела, ударившись о камни. Клинки мага поглотила тьма подземелья. Противники покатились по полу, калеча спины об острые края мощеного пола. В горячке боя принцесса не сразу поняла, на кого из магов напала в первую очередь, да это было для нее неважно, поэтому сильно удивилась, услышав под собой сдавленный женский писк:

– Мастер! Помогите!

Занесенная для удара лапа с выпущенными когтями остановилась над головой придавленного сильным телом зверя чародея.

– Вы кто? – прорычала дикая кошка, обнажая клыки и вглядываясь в лицо врага. Узнавание пришло почти сразу: – Хельга?! Ты как здесь очутилась?

– Отпусти меня! – вместо ответа выкрикнула послушница. – Ты кто такой?

Пантера отпрыгнула в сторону и немигающим взором уставилась на девушку.

– Я тоже хотела бы это знать. – Мастер Регина запалила факел.

– Шаира! – догадалась Хельга и обняла диковинную кошку за шею.

– Я должна была догадаться, – протянула Регина.

– Я вам не позволяю причинить ей вред! Если вы расскажете настоятелю или еще кому-нибудь, я вас убью! Нет! Мы вас вместе убьем! – встала на защиту однокурсницы Хельга.

Пантера зашипела на мастера Регину, мягкие кошачьи лапы готовы были в любое мгновение оттолкнуться от земли в смертоносном броске.

– Я клянусь, что не выдам вашу тайну! – поспешила успокоить воспитанниц магистр.

Скривив лицо от боли, мастер Регина выдернула торчащий из предплечья ранивший ее клинок.

– Нечто подобное я предполагала, анализируя ваши боевые способности, – устало вздохнула белокурая воительница, стягивая с плеча продырявленный кинжалом Шаиры рукав. – Значит, Хельга, ты тоже оборотень, – констатировала она.

Ни подтверждать, ни опровергать это утверждение послушницы не стали, да от них этого и не требовалось.

– Что ж, Хельга, я могу лишь поблагодарить тебя за то, что не набросилась на меня.

– Не стоит благодарности, мастер Регина. Я не чувствовала угрозы, да и сейчас не чувствую, – призналась послушница.

Магическая татуировка на плече Хельги безмолвствовала. Лишь когда Шаира в ипостаси пантеры бросилась на нее, дракон недовольно заворочал хвостом, а ящерка и вовсе не подавала признаков жизни.

Тем временем Шаира начала меняться, возвращая себе человеческий облик. Ее одежда была безвозвратно испорчена превращением, и Хельга поделилась с ней курткой и плащом.

– Далеко до поверхности? – поинтересовалась младшая послушница.

– На поверхность нам сейчас нельзя, – ответила ее сокурсница.

– Почему нельзя?

– Меня ищут.

– А я думала, что единственная воспитанница монастыря, наживающая себе неприятности, это я, – нервно усмехнулась Хельга.

– И тебя, похоже, уже нашли. Впереди небольшой отряд, придется нам повоевать, девочки, – обрадовала магистр воспитанниц.

– Это мой отряд, – сообщила Шаира. – Единственные воины из дворца, которые остались верны эмиру и выжили.

– Что у вас здесь произошло? – нахмурила брови преподаватель.

– Бунт, – коротко ответила Шаира.

– Видя тебя здесь, могу предположить, что бунтовщики преуспели и во дворец нам путь заказан, – скорее утвердительно, нежели вопросительно произнесла мастер Регина.

– Вы абсолютно правы, магистр, – ответила старшая послушница.

– План действий есть? – хитро прищурилась Регина.

– С вашим появлением в него нужно внести изменения, – уклончиво ответила Шаира. – Изим! – Звонкий голос девушки отозвался многократным эхом в залах подземелья.

– Я здесь, моя госпожа, – минуту спустя склонил перед девушками голову готовый к выполнению приказов человек.

– Веди воинов по этому коридору вперед. Через два поворота вправо уклон пойдет вверх. К утру вы выйдете из подземелья в районе дальних кишлаков на старом кладбище клана Самри. Позже я найду вас там. Выполняй!

– Слушаюсь, моя госпожа, – снова поклонился воин. – Позвольте мне вернуться и охранять вас, моя госпожа.

– Не позволю, Изим! – твердо ответила принцесса. – Как видишь, я уже не одна. – Она кивнула на магистра и сокурсницу. – Я сама найду вас. Нам еще нужно восстановить власть эмира и наказать отступников!

– Ваша мудрость и мужество восхищают меня, моя госпожа.

Изим вновь скрылся в потемках подземелья, впрочем, отсутствовал он недолго, промаршировав в указанном принцессой направлении во главе небольшого отряда. Проходя мимо Шаиры, воины почтительно склонили головы, не замедляя шага.

– Я опять что-то пропустила? – поинтересовалась Хельга. – Ты завела себе гарем мужиков?

– Ты ничего не пропустила. Просто ты еще не знаешь настоящего положения своей сокурсницы в этом государстве, – ответила мастер Регина.

– Вот это я и пытаюсь выяснить.

– Давайте сначала уберемся из этого коридора, а там и поговорим, – опомнилась Шаира.

Дочь эмира шауранского прошла вдоль стены, присела, прошептала несколько слов и нажала на известный ей одной камень. Раздался скрип, принцесса улыбнулась и проделала ту же процедуру в разных частях каменной кладки. Камни не светились, не были помечены специальными символами, не излучали магическую энергию и ничем особенным не выделялись из общей массы. Внимательно следившие за действиями девушки Хельга и мастер Регина так и не смогли понять, по какому принципу Шаира узнавала, где именно находится нужный камень и как не промахнуться. Принцесса закончила свои действия, но ничего не происходило, все ждали результата непонятных действий.

– Может, ты ошиблась? – робко спросила Хельга.

– Нет, – весело хмыкнула Шаира. – Обернитесь.

Мастер-магистр и послушница повернулись и посмотрели на противоположную стену.

– И что мы должны увидеть?

– В том-то и дело, что ничего! – ответила повеселевшая принцесса и вошла в каменную кладку.

– Удивительно! – восхитилась мастер, и они с Хельгой последовали за Шаирой.

Оказавшись в просторной светлой комнате со столами и стеллажами, заставленными баночками, коробочками, ретортами, мензурками, книгами, свитками и прочими составляющими любой лаборатории, Хельга огляделась и произнесла:

– Ничего удивительного. Вход как вход. Любой маг в состоянии такое сотворить.

– Ты так говоришь, потому что твой энергозапас не полон и ты не просканировала эту стену, – не согласилась мастер Регина.

– Сканирование что-нибудь изменило бы?

– Совершенно изменило бы, – кивнула магистр. – Стена и проход не содержат в себе ни капли магии. В то же время у нее есть все признаки заклинания: невидимость, возможность контролировать эту невидимость и дополнительные свойства, которыми создатель наделил свое творение.

– Вы правы, магистр. – Шаира сдернула защитное покрывало и пригласила своих гостий присесть в мягкие кресла вокруг низкого стола, занимающие дальний угол лаборатории. – При создании я использовала минимум магии, это даже полноценным заклинанием назвать нельзя.

– Тогда что это?

– Этот способ позволяет укрыться от магов. Здесь я чувствую себя намного спокойнее. Просканировать и обнаружить наше точное местонахождение невозможно.

– Ты не сказала, как тебе удалось добиться такого эффекта без магии, – напомнила мастер Регина.

– И не скажу. Это моя тайна. Могу только пояснить, какие принципы использовала.

– Будем очень признательны, – ответила за обеих Регина.

– Подземелье строили гномы, а они, как известно, видят душу камня. Понимают его тонкую структуру, чувствуют, чем может и чем хотел бы стать камень. На этих знаниях основывается метод.

– Но этого недостаточно.

– Естественно, – не стала спорить Шаира. – Дальше включаются принципы природного искривления пространства.

– Но вас этому не учат! – вновь удивилась преподаватель.

– Этому не учат в монастыре, – поправила ее принцесса. – Я изучаю библиотеки кланов Шаурана. А это совсем иные знания, недоступные имперским магам. Мои предки собирали эти знания по крупицам целые тысячелетия, когда о магии даже слышно не было.

– Тогда зачем тебе понадобилось обучаться в монастырской школе?

– А где еще меня научили бы сражаться? – вскинула черные брови Шаира. – Я очень люблю свой народ, но отношение к женскому полу у нас весьма своеобразное… – протянула последнее слово принцесса.

– Что значит «своеобразное»? – решила уточнить Хельга.

– Это значит, что законом предусмотрены некоторые ограничения для женщин в правах. Например, женщина имеет право выходить на улицу только в парандже; лицо, волосы и фигура должны быть полностью скрыты от чужих мужчин; женщина полностью принадлежит своему мужчине, сначала отцу, потом мужу. В общем-то, прав нет, одни обязанности. Для меня, правда, есть некоторые послабления, в силу моего высокого положения, но это малосущественно.

– Тогда зачем тебе возвращаться? Оставайся в Софинии. С твоими способностями ты вполне можешь рассчитывать на место старейшины, – предложила подруге Хельга. – Со временем, конечно, – помолчав, добавила она.

– Хельга, твоя сокурсница – наследница престола, дочь эмира шауранского, – сообщила магистр, с удовольствием любуясь на вытянутое лицо воспитанницы.

– Надеюсь, ты не потребуешь от нас обращения «моя госпожа»? – осведомилась Хельга.

– Я даже не потребую вас кланяться при встрече, – рассмеялась принцесса.

– Значит, бунт был против твоего отца?

– Да, – вздохнула дочь эмира.

– Досадная история, – вздохнула магистр. – А главное – как не вовремя! Я собиралась спрятать у тебя Хельгу на некоторое время. Она тут умудрилась вляпаться в неприятности…

– Как видите, я тоже умудрилась, – в тон ей ответила Шаира.

– Кто-то из кланов недоволен правлением Шарифов? – нахмурилась Регина.

– Ситуация несколько хуже. Пока я не знаю всех заговорщиков. Но зачинщик – брат моего отца Фарух. Он собирается убрать отца, сделать меня первой женой и продолжить династию Шарифов. Кто из кланов его поддерживает, я не имею представления. Предыдущая жена Фаруха была из клана Самри. Не думаю, что Кафад ибн Казим Самри простит ему смерть дочери, но если Фарух воплотит свои планы и станет эмиром на законных основаниях, то клану Самри останется только смириться.

– Значит, «кровавая роза» ни при чем, – констатировала магистр.

– Кровавая роза?

– Да, Хельга. У каждого из правящих кланов есть своя эмблема, отражающая его сердце и душу. – Принцесса взяла с полки толстый пыльный фолиант и раскрыла его перед сокурсницей. – Кровавая роза ярости, – принцесса показала рисунок алой розы с капающими с ее лепестков кровавыми каплями, – принадлежит клану Самри. Глава клана Кафад ибн Казим Самри сейчас занимает пост духовного лидера страны. И у нас есть основания считать, что он не причастен к перевороту. – Она перевернула страницу. – Открытая книга мудрости с зелеными письменами – символ клана Джамхур. Его глава Гиясаддин ибн Гахрам Джамхур – главный визирь отца уже много лет. Он слишком умен и хитер, чтобы кто-то мог догадаться о его участии в мятеже. И заслуженно считается правой рукой эмира. Именно он поддержал мое желание учиться в вашей монастырской школе магов и целителей. Год назад его сын Газалий ибн Гиясаддин Джамхур стал визирем бытия и долженствования. Его ведомство следит за исполнением законов гражданами эмирата. Он мог помочь Фаруху разработать этот план с моим замужеством, но если это так, то, думаю, его отец не в курсе сговора.

– А как насчет «восходящего солнца»? – перебила принцессу магистр.

– Восходящее солнце – это эмблема клана Хорасан, – пояснила для Хельги Шаира. – Внук главы клана Мелик ибн Мерве Хорасан – самый молодой визирь тайной службы. Его дед Мехраб ибн Мулька Хорасан слишком стар, чтобы занимать государственные должности, а отец погиб в одной из стычек с войсками Урук-Тхада.

– Вы воюете с орками? – изумилась Хельга.

– Нет. Это было скорее недопонимание, нежели полномасштабные боевые действия, – ответила дочь эмира. – Так, последний из правящих кланов – Харут, символ – распахнутые белые крылья на черном фоне. Клан очень миролюбив. Почти никто из этого клана не воевал, они учат мальчиков держать меч только потому, что этого требуют в школах эмирата. Глава этого клана Саабах ибн Сулей Харут – бессменный визирь казначейства. В народе говорят, этому клану больше подойдет золотая монета, нежели белые крылья.

– Почему монета?

– Не просто монета, а обязательно золотая, – поправила принцесса. – Среди представителей этого клана нет ни одного бедняка.

– Среди представителей любого из правящих кланов нет ни одного бедняка, – парировала магистр.

– Позвольте с вами не согласиться, – покачала головой Шаира. – Некоторые высокопоставленные граждане сознательно отрекаются от денег и всего мирского, становясь дервишами. У «белых крыльев» таких случаев нет. Их дети с раннего детства хорошо считают монеты. В школах им лучше даются математические науки, чем все остальные. При любой власти во все времена существования Шаурана главой казначейства всегда был кто-нибудь из Харутов.

– Клан торговцев?

– Не совсем так. Скорее клан, управляющий торговцами. Мелкие кланы торговцев и ремесленников обращаются за услугами к Харутам, чтобы не остаться в убытке от сделки. Ни один караван не отправляется торговать без консультаций и рекомендаций Харутов. Они определяют, что и куда везти, где и по какой цене продавать, да много что, связанное с торговлей… Чтобы понять все тонкости, надо прожить у нас какое-то время.

– Ты думаешь, они могут поддерживать твоего родственника в его стремлении занять место эмира? – спросила мастер Регина.

– Не знаю. – Девушка потерла переносицу. – Все зависит от того, какую прибыль они из этого смогут извлечь.

– Как я поняла, это совсем не бедный клан. Зачем им так рисковать? – поинтересовалась Хельга.

– Правящие кланы все не бедные. Но от денег еще никто не отказывался, – пробормотала принцесса. – Но думаю, ты права. На данный момент Харутам невыгодна смена власти. Они бы скорее уговорили отца добровольно отказаться от престола в пользу их клана, заплатив цену, превышающую казну эмирата втрое, а то и вчетверо.

– Нам надо определить, к кому мы можем обратиться за помощью, не боясь предательства.

– Я не могу рассчитывать даже на своих родных Шарифов, что уж говорить об остальных, – поникла Шаира. – Неизвестно, кого дядя успел купить, кого запугать…

– Выяснить это мы сможем только опытным путем, – твердо заявила мастер Регина. – Надо обратиться за помощью к Самри и Харутам.

– Нам нечем заплатить Харутам. А за просто так они и пальцем не пошевелят, – со вздохом произнесла принцесса. – Они устроятся при любой власти. Что мой отец, что Фарух…

– Я бы не была столь категорична, – мягко поправила ее мастер. – Люди иногда способны совершать правильные поступки даже бесплатно.

– Все зависит от того, кто что считает правильным, – еще больше расстроилась Шаира.

– Ты не сказала, какая эмблема у твоего клана, – попыталась отвлечь от грустных дум подругу Хельга.

– Чаша. – Девушка вновь перевернула страницы фолианта. – Чаша всевидения. Или гранатовая чаша. Так ее иногда называют.

На рисунке был изображен блестящий гранатово-красный кубок, испещренный синими письменами древних рун.

Шаира дала фолиант Хельге в руки, встала, прошлась вдоль полок своей лаборатории и вернулась с каменной чашей, почти в точности соответствующей рисунку. Лишь небольшая деталь отличала рисунок от оригинала: синие письмена являлись прожилками в теле красного камня. Принцесса поставила семейную реликвию на стол.

– В нашем клане никогда не было провидцев и предсказателей. И во времена войн среди кланов, еще до формирования эмирата, моим предкам бывало особенно трудно, им приходилось полагаться на расчет, в то время как в других кланах постоянно использовали предсказания как главный инструмент при планировании своих ходов. Тогда и была создана эта чаша.

– Ее создал твой предок?

– Да. Он призвал духов пращуров нашего народа. И вот результат их совместных усилий. Чаша уникальна, ее использование возможно только при помощи магии крови, нашей крови. Если в человеке есть кровь Шарифов, то ему доступны все глубины предсказаний, он может заглянуть и в прошлое, и в будущее. Надо лишь уметь задать правильно вопрос и выучить последовательность действий во время ритуала общения.

– Шари, не сочти меня занудой, но я не могу не спросить, – замялась Хельга.

– Я догадываюсь, о чем ты спросишь, – усмехнулась принцесса. – Как мы прозевали бунт, имея такой артефакт?

– Ну, примерно так, – не стала спорить ее подруга.

– Ответ прост. Ритуал всевидения, проводимый с помощью чаши, требует много сил и энергии. Достаточно заметить, что питающей силой для чаши является магическая энергия, преобразованная из крови. После ритуала проводящий несколько дней не встает с постели. Мы используем возможности чаши чрезвычайно редко, только если видим прямые угрозы государству. Никаких предпосылок, исходя из которых можно было заподозрить бунт, мы не видели.

– Значит, плохо смотрели, – грубо перебила воспитанницу мастер.

– Вовсе нет, – не согласилась Шаира. – Враги оказались слишком близкими людьми, чтобы заподозрить их. И очень хорошо и тщательно все подготовили. К тому же им помогали маги Софинии.

– Кто именно? – нахмурилась мастер.

– Я его не знаю, – покачала головой принцесса. – Мужчина средних лет, если возможно судить о возрасте чародея по внешнему виду, невысокого роста. В общем, ничего примечательного. Такой, знаете, обычный, даже взгляду не за что зацепиться.

– Он мог специально сгладить особенно яркие черты, – рассуждала вслух мастер.

– Думаю, так и есть, – согласилась Хельга. – Вот только временные эти изменения или постоянные?

– Я уверена, что он не единственный из империи, кто помогает Фаруху, – добавила принцесса. – Они собирались взять меня быстро и без лишнего шума, даже в планы свои посвятили, значит, искренне считали, что я не способна за себя постоять.

– Исходя из этого, мы можем сделать вывод, что среди заговорщиков нет преподавателей монастырской школы, – заключила магистр. – Никто из нас не допустил бы подобной ошибки относительно лучшего десятикурсника боевого факультета.

– Империя большая, магистр Регина, – вздохнула Шаира. – Мы не можем проверить всех магов. – Девушка немного помолчала, потом продолжила: – Мы даже не можем быть уверены, что переворот устроен не магами императора или старейшинами.

– Ну, в этом ты можешь быть уверена! – рассмеялась мастер Регина. – Если бы за дело взялся сам император или, с его согласия, кто-то из старейшин, то власть перешла бы тихо и мирно к тому, кто угоден Софинии. Совместными усилиями трех старейшин возможно зомбировать до пятисот человек.

– Надеюсь, вы правы, – подумав, высказалась принцесса. – Будем исходить из того, что кто-то из софинских чародеев действует на свой страх и риск. Мне надо искать союзников среди правящих кланов.

– Целесообразно будет разделиться, раз уж мы вместе оказались в столь сложных обстоятельствах, – поддержала идею мастер-магистр. – Хельга проведет переговоры с «белыми крыльями» и «восходящим солнцем», а я займусь «кровавой розой» и «мудрецами».

– А я должна сидеть и смотреть, как вы рискуете? Ну уж нет! Это моя страна, эмир – пока еще мой отец, и я обязана говорить с главами кланов лично, а не через посредников! – вскинулась Шаира.

– Ты, как наследница трона, не имеешь права рисковать собой! – жестко пресекла возмущение девушки магистр. – Когда станет понятно, кто враг, кто друг, а кто просто нейтрален, тогда ты сможешь повоевать всласть.

Неожиданно спор женщин прервала короткая мелодичная трель. Спорщицы замолчали, трель повторилась.

– Что это?

– Предупреждение, – тихо ответила принцесса. – В подземелье спустились маги.

– Сколько их? – поинтересовалась магистр.

– Не знаю, – пожала плечами Шаира. – Мой артефакт только сигнализирует о появлении в лабиринте существ, содержащих в себе магическую энергию. А сколько их и где они, этого я не знаю. Здесь нам ничего не угрожает. Лаборатория надежно защищена от магического сканирования. Мы их не видим, но и они нас тоже не смогут найти.

– И сколько мы будем прятаться? – возмутилась Хельга. – Лучше выйти и повыдергивать им ноги, а также другие ненужные конечности!

– В прошлый раз они еле ушли, – возразила Шаира. – Вернулись наверняка более подготовленными. Я не могу позволить вам так подставляться. Но мне все равно придется пойти на эту встречу.

– Для чего?

– Для того чтобы узнать, жив ли еще мой отец.

– Хеля права, мы не можем долго прятаться, – поддержала воспитанницу мастер Регина. – У нас будет преимущество во внезапности и количестве.

– Как только вы покинете лабораторию, сразу же станете видимыми и магически, и физически.

– Если ты заманишь их поближе, то это уже не будет иметь значения. Они почуют нас, но не успеют подготовиться. – Бывалая воительница Регина привычно разрабатывала план действий. – Что у тебя здесь есть боевого? – Она окинула взглядом лабораторию.

– Почти ничего. В основном алхимические принадлежности и несколько накопительных амулетов, – ответила принцесса. – Постараюсь найти все, что может сгодиться в бою. – Она поднялась и не спеша направилась вдоль полок, столов и шкафчиков.

– Надо не забыть обсудить план переговоров, – напомнила мастер. – После схватки у нас может не остаться на это времени.

* * *

Четверо мужчин, ведомые пятым, уверенно шли по лабиринту подземелья.

– Фарух, скажи, почему мы ее не чувствуем? – спросил самый молодой из них, спину его темно-синего плаща украшала вышивка в виде восходящего из-за гор солнца. – Может, она уже вышла на поверхность?..

– Нет, Мелик. Она еще здесь, – не согласился выбирающий дорогу гигант. – Мы ее не чувствуем, потому что она у себя в лаборатории, а там все экранируется.

– Значит, она нас тоже не чувствует?

– Это так, – кивнул Фарух. – И мы застанем ее врасплох.

– Ты сможешь открыть вход в лабораторию? – поинтересовался иноземный маг, входящий в состав процессии.

– Нет, но я точно знаю, где он находится. И мы сможем устроить засаду.

– И сколько придется ждать? – недовольно скривился Мелик. – А если она там месяц отсиживаться будет?!

– Значит, будем ждать месяц. Или год. Столько, сколько потребуется! – рассердился Фарух. Он навис над невысоким Меликом, словно горный тролль над карликом. – Или тебе надоела твоя должность, визирь тайной службы?

– Приношу свои извинения за несдержанность, многоуважаемый Фарух ибн Фахри Шариф, – тихо вымолвил Мелик, на лбу которого выступили маленькие бусины липкого пота.

Только спустившись в подземелье под дворцом эмира, Мелик, самый молодой из визирей, понял, во что он на самом деле ввязался, согласившись поддержать бунт и мятежного Фаруха, славившегося привычкой к скорой жестокой расправе за малейшую оплошность и непослушание даже среди наложниц и слуг, не говоря уже о подчиненных на государственной службе у эмира. Мелик небезосновательно считался умным и подающим надежды юношей, несправедливо оставшимся без отца, но с влиятельным дедом – главой клана Хорасан, благодаря чему и получил хороший пост. Он быстро наладил агентурную сеть в стране, будучи склонным к завязыванию серьезных интриг, как и все Хорасаны. Но очень быстро ему стало скучно. В эмирате практически все, начиная от батраков и заканчивая главами правящих кланов, были довольны правлением Акли ибль Абу Шарифа. А о редких смутьянах Мелику быстро докладывали доносчики сразу после уничтожения врага эмирата, иногда предвосхищая его приказ. Акли ибль Абу Шариф правил мудро, не спешил рубить сплеча, предпочитая открытые договорные решения интригам и жесткому противостоянию. Горячая молодая голова и изворотливый ум Мелика не принимали такого правителя и настойчиво требовали согласиться на авантюру Фаруха по смене действующей власти в стране. Фарух умело сыграл на амбициях юноши, используя все его ресурсы и возможности в дальних махаллях и кишлаках для подготовки восстания за спиной законного правителя. И самое обидное для Мелика было то, что он видел, как грубо его используют, но захватившая его идея посадить на трон своего эмира не давала возможности трезво и спокойно обдумать складывающуюся ситуацию. И сейчас Мелик понял, что нет у него своего эмира, зато у Фаруха есть свой визирь тайной службы, замаранный подготовкой и проведением бунта.

Им предстояло схватить Шаиру, принцессу шауранскую, женитьба на которой должна была принести Фаруху неоспоримый титул эмира. Это в планы молодого визиря не входило, но отступать было поздно, и озорная веселая девчушка, взращенная вместе с ним как сестра, превратилась в добычу и предмет использования «своего» эмира. Наделенный средними магическими способностями, Мелик почувствовал принцессу одним из последних. Первым, судя по довольной ухмылке, был чужеземный маг. Молодой визирь ему не доверял, однако, пока они были союзниками, приходилось терпеть. А подслушав пару разговоров Фаруха с чужеземцем, Мелик окончательно понял, для кого новый эмир будет своим. Это еще предстояло обдумать и решить, как поступить дальше.