Текст книги ""Фантастика 2024-54".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Ольга Болдырева

Соавторы: Ольга Багнюк,Алла Дымовская,Андрей Бубнов,Карим Татуков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 158 (всего у книги 353 страниц)

Глава 12

Лука встретил нас за доками и отправил Мию обратно на площадь.

– Спасибо, что нашла его, малышка, – он погладил девочку по голове, – но дальше тебе с нами не нужно.

– Трущобы? – предположил я.

Главарь беспризорников мотнул головой.

– Нет. Вчера одна старая гадалка оттаскала за уши моих ребят, которые недалеко от ее лавочки промышляют, мол, они амулеты утащили. – Лука знаком показал следовать за собой. – А ребята ничего не брали… Мне, как рассказали, сразу показалось, что неспроста. Ну, я и навел справки, какие амулеты исчезли: два кулона на невидимость и один – отвод глаз. Тогда поспрашивал, что еще исчезало в лавках по соседним улицам. Владелец одной кахвейни посетовал, что раньше выносил объедки бродячим котам. А уже несколько дней котов кто-то распугал так, что они и близко не подходят, но объедки продолжают пропадать. И сразу после исчезновения амулетов кто-то ограбил аптеку в проулке рядом с лавкой гадалки, исчезли бинты, восстанавливающая настойка, мазь и кроветворное. Правда, целитель сказал, что специально на ту полку уцененную просрочку ставит, ее не жаль. Совсем близко заброшенный дом есть. Не развалины, просто заколоченный, из-за права собственности судебные тяжбы идут. Бродяг давно прогнали, специальные заклинания навесили. Так что я прикинул, если туда кто-то пробрался и на тревожный сигнал не сбежалась вся окрестная стража, значит, это не абы кто, а маг. Раненый и голодный. Мы ночь последили – свет не горит, со стороны все выглядит пристойно. Я не уверен, что там та, кого ты ищешь. Но лезть мы не рискнули. Еще прибьет…

Еще как прибьет – даже раненая Келебриэль опаснее рассерженной гадюки.

– Спасибо. – Я улыбнулся Луке. – И правильно сделали, что не полезли. Покажи мне дом, а дальше сам разберусь.

– Тут недалеко…

Я с удивлением понял, что места вокруг знакомые. Мы как раз прошли мимо кахвейни, сидя у которой я готовился к смерти. Получается, Келебриэль не уползла далеко? Знай я, что ей настолько плохо, в тот же вечер нашел бы и прикончил. А теперь неизвестно, насколько продвинулось ее восстановление. У сестры в запасе, как и у остальных эльфов, наверняка имелось несколько флаконов с душами, чтобы восстановить здоровье. А теперь с амулетами Келебриэль могла за ночь достать все, что ей требовалось для комфортной жизни в городе.

Триада!

Мелькнула мысль позвать Карела. Но он и так мне здорово помог. А я как маленький, чуть что – и сразу ему за спину прячусь. К тому же теперь у меня есть темные души. Судя по тому, как они вкрадчиво скреблись в солнечное сплетение, щупальцам очень хотелось развеяться и с кем-нибудь поиграть.

Мы подошли к дому со стороны соседней улицы, которая из-за перепада высот находилась на уровне черепичных крыш. Пробравшись по узкому проходу между двумя заборами и оказавшись на заднем дворе какой-то конторы, я с любопытством изучил добротный городской дом. Сейчас такие вошли в моду, семьи покупали себе не землю для строительства, а апартаменты. Были и плюсы: низкая стоимость, уже подведенные коммуникации и установленная система безопасности. И минусы: шумные соседи, общие коридоры и небольшой метраж. Окна, как и вход, были аккуратно заколочены. К двери крепилась записка с пояснениями – отсюда текст не разобрать.

– Если там не она – скажешь, – Лука зевнул – видимо, ночью за домом следил именно он, – будем смотреть дальше.

Я спохватился:

– А можете еще кое-кого поискать?

Беспризорник хмыкнул:

– Найми уже нас, наконец, чтобы мы дружно выполняли только твои поручения.

Мне стало неудобно, но Лука, заметив это, добавил:

– Конечно, можно, Кериэль! Ни одна монетка для нас не будет лишней. Так что мы всегда будем рады найти для тебя кого-нибудь. Это не составляет особого труда – мы просто обращаем внимание на те мелочи, которые до этого пропустили бы. Вот и все. Кого на этот раз ищем?

– Артефактора Сандро Тезоро.

Лука неожиданно побледнел.

– Зачем тебе этот… человек? Он же и так в розыске. Его ищейки Мертвеца упустили!

– Именно. Артефактор, скорее всего, связан с темными делами в городе. И мне кажется, что у вас шансов его отыскать больше, чем у ищеек. Ты знаешь Тезоро? – сообразил я по реакции Луки.

– Да, – беспризорник опустил голову, – пару недель назад, еще до твоего прибытия, Тезоро предложил работу моим ребятам. Он выкупил старый серебряный рудник на том краю бухты. Вроде как тот давно исчерпан, но пошли сплетни, что в нем самоцветы нашли. И Тезоро зачем-то потребовались именно подростки на якобы легкую подсобную работу.

И снова дети… По спине у меня пробежал холодок. Как и в случае с приютом, когда основную часть пропавших составляли именно несовершеннолетние. Неужели действительно все эти страшные события взаимосвязаны?

– Твои ребята не вернулись? – Я понятливо вздохнул.

– Обвал, – буркнул Лука, – даже тел не нашли. Рудник снова забросили. Но я почему-то понял, что Тезоро врет. Он был слишком доволен, толком и печаль не изобразил. А ведь он должен был потерять гигантскую сумму! Я сказал своим ребятам, чтобы больше ни за какие обещания не шли к Тезоро. Мы попробуем что-нибудь узнать, Кериэль. Надеюсь, как его поймают – сразу казнят.

– Спасибо! – поблагодарил я и дал Луке две серебряные монеты.

– Удачи, – пожелал беспризорник и оставил меня в одиночестве.

Я еще раз присмотрелся к заколоченному дому. В него нужно было прошмыгнуть так, чтобы Келебриэль не узнала об этом раньше, чем я найду ее. Где сестра могла засесть? Ей нужно контролировать улицу, вход и иметь путь для отхода. Может, даже два…

Сначала мне приглянулось окно на втором этаже, оно удачно располагалось под козырьком балкона. Даже прыгать не нужно – дотянешься с широкого карниза. Тем более соседние крыши располагались так же удобно, как и крыши домов рядом с гостиницей «Светлый путь». Могла ли Келебриэль воспользоваться моим трюком? Запросто! Но затем я нашел еще одно окно на первом этаже сбоку от входной двери – там как раз чуть отходили доски, навевая на мысль, что они легко сдвигаются в сторону.

Определившись с целью, я выбрал с браслета бусину хризолита и, капнув каплю крови, активировал невидимость. На пару минут, чтобы пробраться в дом, хватит. Я сбежал по пологому склону и перелез через невысокий проржавевший забор. На одно мгновение отвлекся на записку, узнав, что дом не могут поделить два ведомства и любое проникновение на его территорию карается по закону. А затем поддел отходящие доски, одновременно приглушив магическую сигнализацию, и проскользнул в открывшийся лаз.

Это было настолько просто, что я даже напрягся.

Чтобы Келебриэль не придумала какой-нибудь пакости? На полу под окном меня должен был ждать как минимум капкан, а то и замаскированное парализующее заклинание. Я все внимательно проверил перед тем, как слезть с узкого подоконника, но ничего не обнаружил.

Может, это все-таки не моя сестра?

Проверяя комнаты на пути, я прокрался к лестнице и прислушался. И тут же уловил тяжелое дыхание – хриплое, со свистом и еле сдерживаемыми стонами боли. Состояние дышащего было критическим. Я неуверенно переступил с ноги на ногу. У Келебриэль с собой точно имелся запас душ! И любая, даже самая гнилая душонка, в которой остался год-два жизни, могла восстановить здоровье.

Почесав в затылке, я все равно пошел в направлении, откуда раздавались хрипы. Загадочному некто требовалась помощь. И возможно, взамен я получу что-то полезное. Хотя бы информацию.

В дальних комнатах было темно. Я постоял у открытой двери, продолжая прислушиваться к дыханию. Рассохшиеся петли, стоило коснуться ручки, предательски заскрипели. Дыхание прервалось. Раздалась неловкая возня.

– Кериэль? – Надломленный голос, без сомнений, принадлежал Келебриэль. – Не трясись. Я больше не кусаюсь…

И даже сейчас в ее тоне мне послышалась издевка.

– Я не боюсь, – холодно сообщил сестре и зашел в угловую комнату, – не могу поверить, что ты не исцелилась. Думал, здесь какой-то бродяга умирает.

– Что умирает – точно, – согласилась Келебриэль.

Появившаяся в комнате Костлявая кивнула.

Эльфийка сидела безвольно, как кукла, прислонившись к стене, на куче тряпья, пропитавшегося кровью. Грудь была неловко и криво перебинтована. К запаху мази и зелий примешивалась густая и мерзкая вонь гнили.

Я создал на ладони светлячок и едва не отшатнулся из-за открывшегося зрелища. От раскуроченной груди Келебриэль по плечам и шее, уже дотянувшись до подбородка, расползлись черные язвы.

– Твой смертный дружок… – эльфийка тихо и хрипло рассмеялась, – смазал меч какой-то дрянью. Добей меня, давай. Все равно осталось от силы полдня, может, день. Не хочу больше терпеть боль.

И снова в тоне сестры не было ни сожалений, ни мольбы, ни горечи. Даже просьба добить прозвучала так, будто Келебриэль милостиво дала мне разрешение.

Я вспомнил, как передал флакон с кураре Карелу. Даже не знал, что он успел воспользоваться ядом. Странно… если сестра не умерла сразу же от остановки дыхания, почему потом не излечилась?

– У тебя же были души, чтобы привести дела в порядок… не могло не быть! Ты украла амулеты, еду, лекарства! И объедки пропадали. Почему ты умираешь вот так… – Как именно, я не подобрал правильного определения – внезапно? Странно?

Я не представлял себе такой беспомощной сестру. Келебриэль всегда оставалась для меня непобедимым чудовищем. Тем самым драконом, затаившимся в пещере, украшенной скелетами убитых рыцарей.

– О! – Эльфийка некрасиво удивилась и попыталась сесть ровнее, отчего один из гнойников прорвался. По плечу засочилась темная и густая кровь. – Ты не знаешь? Действительно не знаешь? Я считала, что это твоя месть – отобрать мои вещи и бросить у помойки, чтобы я как следует помучилась перед смертью.

Не знаю, от чего меня передернуло больше: от мысли, что, по мнению сестры, я мог так поступить с ней, или от того, что она сама поступила бы так со мной.

Родная кровь… сказки о святости семьи хуже, чем о фее-крестной, которая мановением волшебной палочки устроит жизнь бедной сиротке, превратив ее в принцессу. Фея в данном случае гораздо реальнее, чем что-то значащее родство.

– По моей просьбе тебя искали эти дни… – сообщил я и сделал неуверенный шаг к Келебриэль.

На руках сестры не было перчаток, и она все еще оставалась опасной. Что-то мне подсказывало, что сил на последний рывок у эльфийки хватит. Поэтому я четко контролировал оставшееся расстояние.

– Думал, что ты сама сбежала и затаилась. Ждал удара в спину или еще каких-то действий. Что произошло?

Эльфийка с трудом повела плечами.

– Я направила весь резерв на борьбу с ядом и потеряла сознание. Видимо, ненадолго – меня куда-то тащили. Двое… – Келебриэль подавила очередной стон боли и поправила саму себя. – Или один сумасшедший. Он с кем-то говорил, но я не слышала ответов. Казалось, что я им нужна. В глаза ударил свет, они создали магический огонь, собираясь залечить рану, но увидели, как гниль расползается по телу. Голос сообщил, что я труп. Мол, глупая эльфийка переоценила оставшиеся силы и истратила то, что нельзя было трогать. И зря только забрали тело – я уже мертва. Но потом голос спохватился, что у меня в вещах есть души… Он точно знал о душах, Кериэль. Понимаешь? На кого мне еще было думать? Ранец забрали, меня бросили у помойки. От нее так воняло, что я немного пришла в себя. Даже смогла подняться. Поняла, что нахожусь у задней двери какого-то ресторана, отогнала кошек, забрала объедки и, пройдя чуть дальше, нашла это место. Поначалу мне даже показалось, что не все так плохо и голос ошибся – еще поборюсь. Я добралась до лавки, стащила амулеты, даже достала лекарства. Подумала, что теперь все наладится. Уж с амулетами я выкручусь! Но, оказалось, я истратила на борьбу с ядом всю душу, которую поглотила перед прибытием в город. Нечему стало поддерживать жизнь во мне. Гниль от раны быстро расползлась по всему телу. Оказывается, именно это происходит с эльфами, если вовремя не пополнить резерв. Мы разлагаемся заживо. Но я же не крадуш… убей хоть сотню людей – ни из кого не смогла бы вытащить душу. Даже Смерть не вижу, как ты. Еще и магия подстегнула заразу. Я успела дойти сюда, сесть и поняла, что больше не поднимусь. Хороший яд. И способ убивать хороший – так и передай своему дружку.

Тот, кто забрал Келебриэль, знал о душах? Действительно, легко подумать на меня. Если не догадываться, что в городе есть еще один эльф! И он ведь следил за мной – сам же сказал! А значит, Хвэста знал о погоне!

– Голос не показался тебе знакомым? – осторожно спросил я.

Сестра знала Риваэля. И довольно близко, если верить его словам.

Келебриэль криво и страшно улыбнулась.

– Неужели ты думаешь, что в тот момент я могла что-то анализировать и сравнивать? Голос был мужской – вот и все. Может, знакомый. Что с того? Думаешь, я потрачу последние минуты на то, чтобы помочь тебе? Предатель…

Сестра зашлась кашлем, сплевывая сгустки крови.

Мне стало обидно.

– И кого же я предал? – Я даже тон повысил от острого чувства несправедливости. – Первоземье? Крадушей? Владычицу? Ты считаешь, то, что происходит в лесу, нормально?! Мы чудовища! Я бы там все спалил, если бы только смог!

Келебриэль посмотрела на меня как-то странно.

– Идиот… Ты меня предал! Натворил глупостей. Убила бы, если бы дотянулась. И после этого ты остался любимчиком Владычицы. Она действительно хотела, чтобы мы вернули тебя живым. Слабака такого! Даже не смог меня сразу прикончить без глупых разговоров!

Если бы сейчас в меня ударила молния, я бы, наверное, и то меньше удивился. Какой любимчик? Какие глупости? И при чем здесь Келебриэль, наши отношения с которой даже близко не напоминали ничего похожего на отношения брата и сестры. Не хочет же она сказать, что сама собиралась сделать что-то подобное, а я испортил ее планы?!

Триада!

Если это такая уловка, чтобы я забылся и сделал несколько шагов вперед, – она сработала. Я стремительно приблизился к сестре, сдернул с плеч ранец и непослушными пальцами нащупал один из флаконов. Достал, едва не разбив. И, отметив, что попалась душа, в которой было около пяти лет, вытащил пробку и сунул флакон под нос Келебриэль.

– Пей! – почти приказал я. – Немедленно! А после поговорим, кто из нас слабак и идиот! Сама виновата в моих глупостях! Можно подумать, ты не видела, как меня корчит от работы крадуша, не слышала, как я кричу у себя в комнатах, возвращаясь с очередной охоты! Или хочешь сказать, ты не знала, что я не принес ни одной детской души и все, что я только добывал, уходило слугам, потому что считалось недостойной пищей для лордов высокой крови?!

Я едва не сорвал голос и, спохватившись, что вопли могли услышать на улице, заткнулся.

– Ненавижу тебя… – пробормотал я, помогая Келебриэль выпить душу.

И, убрав опустевший флакон обратно в ранец, занялся исцелением ран сестры.

Души едва хватило на то, чтобы остановить распространение гнили, и еще больше я влил своих сил, чтобы Келебриэль хотя бы перестала умирать. В обычное время такой мощью можно поднять сотню человек из коматозного состояния! Зато я узнал, что случится с перворожденным, если он до конца истратит жизнь, выменянную у Костлявой, и вовремя не поглотит свежую душу.

Наглядно и жутко…

В этот момент мне очень хотелось, чтобы резерв, который с появлением темных душ перестал пустеть, больше никогда не показал дно. Страшно вот так же, растратив силы, сгнить заживо.

Смерть, стоящая рядом с Келебриэль, в задумчивости протянула иссохшую руку к голове эльфийки, будто желала ласково погладить по волосам, но тут же отдернула. Для меня это означало победу – старуха больше не собиралась забирать сестру.

– Вставай, – скомандовал я, – отведу к себе. Вымоешься, поешь, и поговорим. Здесь мне не хочется больше ничего обсуждать.

Келебриэль внимательно посмотрела на меня снизу вверх, прищурив зеленые глаза, – сейчас цвет их был блеклым, словно затянутым пленкой. Я ожидал, что эльфийка что-нибудь съязвит или потребует, чтобы я перестал командовать, но она молча поднялась, опираясь на узкий подоконник.

– Перчатки есть? – Келебриэль переступила с ноги на ногу, проверила координацию и нахмурилась. – Я слабее ребенка! Мне нужна еще одна душа.

– Обойдешься пока, – отрезал я, – перчаток у меня, конечно, нет. Я, в отличие от некоторых, могу позволить себе тактильную коммуникацию.

Келебриэль поджала губы.

– И часто ты ею занимаешься? – не удержалась она. – Мне-то все равно. Чем меньше вокруг смертного скота, тем чище воздух. Но ты же людей любишь… поэтому, если не хочешь, чтобы я случайно убила половину города, достань перчатки.

В этом она, увы, права. Келебриэль появилась на свет уже такой. Не знаю, как мать ее выносила и родила, но стоило повитухе взять на руки маленькую княжну Эрна, как тут же упала замертво. Ребенка попыталась подхватить служанка и тоже поплатилась за это жизнью. Может, поэтому сестра была такой «отбитой»? Не успела еще закричать после рождения, а уже оказалась на полу рядом с двумя трупами.

Мне в этом плане повезло. Всего лишь «тиеф плунн куил феа» – ничего нового или удивительно для эльфа. Пусть в роду Эрна до меня никогда не появлялись крадуши.

– Купим перчатки по дороге, – пообещал я, – а пока, если у тебя остались бинты, перемотай руки ими.

Выглядела Келебриэль жутко: в черной крови и порванной одежде, короткие волосы свалялись в колтун, бледная до синевы и за пару дней осунувшаяся настолько, что строение скелета можно было бы изучать прямо так, как на анатомическом пособии. А уж запах…

Мы привлечем слишком много внимания.

– Воспользуюсь амулетом для отвода глаз, – предложила эльфийка, обматывая ладони и кисти серым бинтом, – за пятнадцать минут дойдем? На дольше меня не хватит.

Сделав на пути одну остановку у одежной лавки, я похватал с прилавка несколько пар перчаток и комплектов повседневной одежды. Увы, мужской. Для женщин здесь продавались только платья и юбки, чего сестра не носила. В итоге до «Женского дома» мы добрались в тот момент, когда амулет с недовольным треском отключился.

– Бордель? – с отвращением оглядела трехэтажное здание Келебриэль. – Как низко для князя Эрна!

– Случайно получилось, – с неохотой сознался я, – подумал, что здесь вы меня точно искать не станете.

Эльфийка еще раз окинула «Женский дом» взглядом – на этот раз более цепким и внимательным.

– Твоя правда, – с такой же неохотой согласилась она. – Даже если бы мы пришли сюда по четким следам, решили бы, что ты пошел дальше. Может, предположили бы, что замаскировался под посетителя… но что можешь поселиться в таком месте – вряд ли. Во всяком случае, не с первого раза. Хороший ход.

Неожиданная похвала мне понравилась.

Я провел Келебриэль через черный ход на кухню и порадовался, что сейчас было обеденное время. Девочки отсыпались перед предстоящей рабочей ночью, и на кухне сидела только Костанцо, сверяя накладные с амбарной книгой.

Подняв взгляд от документации, она улыбнулась и собиралась поприветствовать меня, как заметила эльфийку и вздрогнула.

– Кериэль, что происходит? Кто это?

– Добрый день, мадам, приношу извинения, что так получилось, – я виновато наклонил голову, – это моя сестра – Келебриэль Квэлле. Ей нужна помощь, и я прошу вашего дозволения остаться ей здесь недолго. Я оплачу пребывание…

На этом мадам меня перебила:

– Не будем сейчас о деньгах. – Костанцо поднялась из-за стола, и я заметил, как она напряжена и даже напугана. – Эта эльфийка из погони, которую ты ждал и от которой надеялся укрыться? Уверен, что ни тебе, ни девочкам не угрожает опасность?

Мадам смотрела на Келебриэль так, будто ожидала нападения.

Келебриэль – на мадам, словно собиралась свернуть ей шею.

– Погони больше нет. – Я придержал сестру за локоть. – Мы пришли к временному согласию, и Келебриэль не тронет никого в «Женском доме». Так ведь?

Эльфийка оскалилась.

– Вот еще – марать руки о шлюх!

Я закатил глаза.

– Мадам, простите моей сестре отсутствие воспитания… Могу поклясться, что Келебриэль не причинит никому вреда и ее пребывание будет максимально незаметным.

Костанцо поджала губы.

– Только ради тебя, Кериэль. Но надеюсь, нам не придется долго терпеть госпожу Квэлле в стенах «Женского дома».

Сестра скривила лицо.

– Тоже на это рассчитываю. У меня не настолько хорошая выдержка, чтобы долго терпеть человеческую вонь!

– Благодарю, мадам, – смиренно поблагодарил я. – Келебриэль не стеснит вас ни одной лишней минуты.

Указав эльфийке на дверь, я на автомате и с удовольствием позволил Костанцо обнять меня как любимого племянника. Меня в «Женском доме» вообще разбаловали заботой и вниманием – уже привык и сам тянулся за лаской.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Кериэль. Скажу Лизи, чтобы принесла тебе в комнату обед, – вздохнула мадам.

На лестнице Келебриэль уточнила:

– Это было показательное выступление или ты действительно позволяешь людям так с собой обращаться? Они же – пища, – напомнила сестра так, словно я дружил с котлетами и обнимался с булочками.

Возражать и говорить о гуманизме я не стал. Увы, такова была официальная позиция Первоземья: единственное, чем отличаются люди от скота, – болтливостью и умением создавать проблемы на пустом месте. И не стану замалчивать собственные грехи, когда-то я также придерживался этого мнения. Пока медленно, живя бок о бок с людьми, не стал воспринимать мир иначе.

Закрыв за нами дверь, я кинул Келебриэль пакет с купленными вещами и указал на дверь ванной.

– Что-нибудь точно подойдет. Мне через пару часов нужно бежать во дворец, и надеюсь, к этому времени мы проясним все вопросы.

Эльфийка внимательно посмотрела на зеркальный потолок, потом на лежащую на столе вышивку со снегирьками и, ничего не сказав, ушла мыться. Я же, присев на постель, уронил голову на ладони.

Что же я творю?! Я ведь шел убить Келебриэль! Зачем же спас? Зачем привел в место, которое уже считал своим домом?

Но столько неподдельной боли было в словах эльфийки, когда она сказала, что предал я не Первоземье, а ее. Странно, мы никогда не были образцовыми братом и сестрой. Громадная пропасть в возрасте, воспитании, мировоззрении. Мы и пересекались-то последнее время настолько редко, что не было возможности вспоминать о родстве. Так почему же я сейчас повелся на слова Келебриэль, будто маленький ребенок? Комплексы, возможно. То ноющее чувство одиночества из детства…

Не исключено, сейчас я совершил свою последнюю ошибку.

Что ж, Триединый, если такое ты подготовил мне – пусть так и будет.

В дверь постучали, и я, отвлекшись от тяжких мыслей, встретил Лизи с подносом, нагруженным обедом. Я сразу обрадовался кахвейнику – чашка горячего кахве сейчас была мне просто необходима, чтобы прочистить мозги и взбодриться.

– Здесь и вашей гостье, Кериэль, и вам, – пояснила служанка нагромождение тарелок и мисок. – Если будет нужно еще что-то – зовите.

Пока я расставлял обед на столе, из ванной появилась сестра. Я даже не удивился, насколько скоро она закончила с водными процедурами. Келебриэль никогда не была утонченной леди. Если бы в Первоземье существовало понятие регулярной армии, эльфийка, без сомнений, стала бы сначала отличным солдатом, а затем – командиром. Все, за что она бралась, делалось быстро и четко. Единственное, чему я удивился, Келебриэль не выбрала ничего из купленной одежды, замотавшись в полотенце.

С коротких темных волос стекала вода, на шее и плечах остались ярко-розовые следы от затянувшихся язв, такие же отметины тянулись дальше по рукам, от ключиц к груди и залеченной ране. Запах гнили сменился естественным запахом тела – тяжелым, мускусным, мне в нем мерещились ноты жасмина и ладана. Взгляд эльфийки прояснился, а походка снова стала уверенной и стремительной.

– Ничего не подошло? – огорчился я.

– Не знаю, – бросила сестра и босиком направилась к шкафу, оставляя за собой влажные следы, – не смогла примерить. Ты забыл, что под одежду мне требуется белье.

Неудобно вышло…

Но не успел я предложить, что сейчас загляну в соседние комнаты к девочкам – у них найдется новый комплект, как Келебриэль сообщила:

– Займу пока что-то из твоего… – И на этих словах открыла шкаф.

Взгляд сестры сразу же замер на приспособлениях, которые, Триада меня побери, я опять забыл выкинуть из комнаты!

– Кериэль, ты точно не подрабатываешь здесь?

– Подрабатываю, конечно, – не удержался я, – деньги же нужно откуда-то брать?

– А драгоценности, которые ты у Владычицы украл, уже спустил?

– Давай я за бельем к девочкам сбегаю, – все-таки предложил я, – у кого-нибудь точно твой размер.

Хотя бы у Альды из одиннадцатой комнаты. Она, как и сестра, напрочь лишена приятных мужскому взгляду округлостей. Появись вдруг у Келебриэль любовник, ее грудь он будет искать с лупой.

– Не стоит, – скривилась Келебриэль, – могу представить, что за белье у шлюх. Мне вполне подойдет вот это.

Выбрав на полке новые трусы, которые я только вчера купил и не успел распаковать, она тут же их натянула. На Келебриэль они сели короткими шортами, но эльфийку это ничуть не смутило. Подтянув резинку на животе, она вернулась в ванную и через пару минут появилась уже одетая в темные зауженные брюки с высокой талией и свободную кофту с округлым вырезом.

Подхватив тарелку с супом, Келебриэль заработала ложкой. А я, сделав несколько глотков кахве, начал разговор:

– В городе живет еще один эльф. Он, теперь я понимаю, следил за мной с того момента, как узнал о моем прибытии. Так что о погоне ему тоже было известно.

Я сомневался, как правильно преподнести новость, что это Риваэль Хвэста, с которым сестра вроде как водила дружбу. А если она, вспомнив былые времена, переметнется к нему? Пусть в моем представлении Келебриэль и сентиментальность находились на разных полюсах.

Эльфийка нахмурилась.

– Еще беглец? – Она отставила опустевшую тарелку. – Ты поэтому спрашивал про голос? Знаешь, кто он?

– Знаю. Случайно получилось, сам бы я никогда не нашел сородича – он живет здесь под личиной человека.

– Давно?

– Четверть века.

Келебриэль тут же уловила суть.

– Значит, крадуш… – Она задумчиво потерла подбородок, обошла комнату по кругу и вдруг резко пошатнулась, будто споткнулась обо что-то невидимое. – Нет!

Кажется, я впервые видел сестру напуганной.

То есть по-настоящему. Умирая на полу заброшенного дома, Келебриэль не боялась, а была спокойна и иронична. Теперь же я увидел, как расширяются от страха ее зрачки, не реагируя на солнечный свет, бьющий в окно.

– Кериэль, ты сохранил мне жизнь, поэтому я отплачу тебе тем же, – заявила эльфийка, – мы сейчас соберем твои вещи и уедем из города. Хочешь – вместе хотя бы первое время подержимся друг друга, хочешь – разойдемся десятыми дорогами. Но здесь оставаться нельзя!

От неожиданности я подавился кахве и едва не выронил чашку.

– Так, подожди! – Признаться, у меня самого дыхание сбилось.

Я так-то небезосновательно считал Келебриэль ужасным чудовищем. Страх шел откуда-то из детства, теряясь в тумане памяти. А чудовища боятся только еще более страшных чудовищ. Мне не хотелось даже пытаться представить нечто, что вызывало у сестры страх.

– Кажется, мы друг друга не поняли. В городе Риваэль Хвэста… вы вроде были знакомы. Ну-у, в смысле дружны. Это же ты помогла ему избежать казни?

Келебриэль нервно рассмеялась, отобрала у меня чашку с кахве, сделала несколько больших глотков и с непривычки закашлялась.

– Что за горькая гадость?

– Местный напиток, бодрит. Называется кахве. Тебе стоит попробовать его с молоком или сливками, так горечь не ощущается. Ну что, побег откладывается? Все хорошо?

Сестра провела рукой по еще мокрым волосам и присела на край подоконника.

– Я говорила именно про Хвэста, Кериэль, – эльфийка качнула головой, – и все было иначе… с казнью и побегом. И даже с дружбой, хоть она и была, признаю. Четверть века – большой срок, Риваэль успел все подготовить и вот-вот завершит ритуал. Нельзя здесь оставаться. Тем более эльфам.

В голове что-то громко щелкнуло и встало на место. Четверть века, ритуал, жертвы… неужели за всем стоит Риваэль Хвэста? И зачем ему еще эльфы? Но это бы столько объяснило! Стоило мне прибыть в порт и начать подготовку к встрече с погоней, как что-то в городе завертелось, будто случилось то, что давно ожидали.

Келебриэль пристально посмотрела мне в глаза – я не заметил ни намека на обман или издевку.

– У меня есть определенные планы на этот город. И мною даны обещания, которые я не собираюсь нарушать. – Я сложил руки на груди. – Расскажи мне все. Без недомолвок и прикрас. Хотя бы то, что точно знаешь сама. Будем считать это платой за спасение. А дальше я уже решу – бежать или нет.

– Упрямец, – фыркнула Келебриэль. Она уже успокоилась после эмоциональной вспышки и вернула привычное самообладание. – Даже не знаю, с чего начать… так, чтобы ты сразу понял, насколько все сложно.

Эльфийка прикусила указательный палец, целую минуту о чем-то раздумывала, а потом криво улыбнулась.

– Когда древние боги стали Триединым, они отринули все плохое, что в них было. Злость, зависть, подлость… и далее по списку. «Книгу Создания» ты читал, я надеюсь. И вот незадача – это плохое обрело собственный разум! Триада не сумела создать себе тело и долгие годы оставалась бесплотной злобной тенью. Но потом настал ее час. Сладкими речами Триада соблазнила какого-то глупого эльфа… или эльфийку, уже не важно. Она сожрала его душу, поработила разум, а после заговорами и обманом заняла хрустальный трон. На этом закончилась история прекрасного и бессмертного народа. Триада питалась нашими душами и бессмертием, а взамен превращала эльфов в чудовищ. Природа перворожденных извратилась настолько, что обратилась против нас самих – мы перестали размножаться естественным путем. Пришлось изобретать брачные артефакты, иначе нас ждало вымирание. Историю где-то переписали, где-то стерли, и уже никто не вспоминал, что красивые сказки некогда были реальностью. Затем и вовсе перестали рождаться эльфы с душами. Иронично, но Триада переиграла саму себя. Жизни людей, как и других народов, для нее оказались бесполезны, а тело без поддержки быстро пришло в негодность. Не знаю, с чем это связано, но подходит только сосуд, в котором нет ни капли магии. Вот и прыгает Триада тысячелетия из одного тела в другое, отсюда и такое странное правило наследования престола.

Рассказ Келебриэль оглушил меня. Я безвольно опустился на кровать и схватился за голову. Как? Как мы позволили этому случиться? Почему предки оказались настолько слепы и горды? Сердце Первоземья – место, где в нашем мире зародилась жизнь, – сейчас средоточие зла? И моя кузина, воспитавшая меня после смерти родителей, – Триада?

Келебриэль села рядом и осторожно провела ладонью в перчатке по моему плечу.