Текст книги ""Фантастика 2024-54".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Ольга Болдырева

Каменные колонны дворца Древнейшего повалились, крыша обрушилась, погребая под собой прекрасные фрески и изысканную лепнину выдающихся мастеров. Прежде чем сознание окончательно покинуло Хельгу, она поняла, откуда взялось имя у ее возлюбленного. Шторм, смерч, ураган, цунами. Все эти определения в равной степени подходили для описания сущности рассерженного дракона.

Кровососы, пораженные магическим огнем, истошно выли, катаясь по земле и пытаясь сбить с себя пламя. Несколько вампирьих магов попытались организовать оборону. Они сформировали защитный купол и атаковали чудовище мощными энергетическими сетями на магии крови. Шторм отмахнулся от заклятий, как от назойливых мух, одним щелчком когтя снося импровизированную защиту безволосых.

С моря подходили корабли объединенных сил милительцев и ночников. Высаживаясь на берег, они выковыривали кровососов из убежищ, подвалов и пещер, в которых те пытались спрятаться от бушующего драконьего пламени и смертельного солнечного света. Яссаф прорывался в первые ряды, видя бесстрашие, умение обращаться с мечом и азарт дочери Варга. Он не желал ударить в грязь лицом перед девушкой, которую так долго добивался. А после того как он бесстыже проспал взятие на абордаж вражеской триремы, и вовсе стал предметом для насмешек всей команды «Королевы ночи». Зан получила в том бою первое ранение, но призналась в этом, только когда они вернулись на Зеленый остров, падая в обморок от потери крови. Сейчас Яссаф вместе с Зан плечом к плечу сражались с кровососами в одном из подвалов. Хорошее начало.

Дракон опустился на землю и принял человеческое обличье. Он направлялся к израненной девушке, которая тихо умирала на поле боя среди поверженных врагов. В десятке шагов от нее открылся портал перехода, выпуская своего пассажира. Хозяин криво усмехнулся, оглядывая развалины вампирьего города.

– Не планировал я знакомиться с легендарным драконом вот так, – задумчиво изрек Августо.

– Я и не собираюсь с тобой знакомиться, просто убью с удовольствием. – Мрачный Шторм сделал шаг навстречу.

– И дашь девчонке умереть? – изобразив на лице искреннее изумление, поинтересовался Хозяин.

Основатель Братства обернулся и понял, что этот мерзавец прав. Быстро убить его не удастся – слишком сильная защита высшего порядка, недоступного даже старейшинам, плотно облегала физическое тело и ауру негодяя. Убивая его, он потеряет драгоценное время, которое необходимо, чтобы спасти свою такую несносную и такую вздорную, но единственную любимую и желанную. Во всем многообразии многочисленных миров, в которых ему довелось побывать, он не встречал подобной той, которая отняла часть его сердца, часть души и сейчас так нуждалась в его помощи. Но отпустить это страшное существо, по незнанию называемое человеком, благодаря которому весь мир чуть не перекочевал на другую сторону спирали и чуть не стал одним из нижних черных миров со всеми вытекающими отсюда последствиями, он тоже не мог.

– Ну я пошел? – весело поинтересовался Августо, глядя в лицо Шторму, на котором отразились все терзающие дракона чувства.

– Иди, – выдавил из себя одно слово Шторм и ринулся к девушке.

Хельга лежала с широко раскрытыми, ничего не видящими глазами, без каких-либо малейших признаков жизни.

– Как трогательно, – поаплодировал Хозяин с саркастической усмешкой.

– Иди, пока я отпустил тебя. И не искушай меня, – прорычал Шторм.

Августо не прожил бы так долго, если бы был глупым человеком. Он не стал провоцировать злющее существо высшего порядка и вновь открыл портал, намереваясь уйти.

– Я могу как член Братства оспорить твое решение? – Звонкий голос Дарвингиля никак не вязался с картиной разрушения и смертей, которая развернулась вокруг.

Его белоснежное одеяние тоже не очень вписывалось в это зрелище.

– Ты снова опередил меня. – Из-под развалин дворца Древнейшего выбрался грязный, заляпанный кровью, но не растерявший самообладания Нерк.

– Делайте, как посчитаете нужным! – дал отмашку Шторм, поднял бездыханное тело девушки на руки и понес в сторону союзнического флота.

«Королева ночи», как всегда, прекрасная и волшебная, мирно покачивалась на якоре вблизи побережья.

– Не вмешивайтесь, щенки, – прошипел Августо. – У меня нет желания вас сейчас убивать.

– Зато у нас это желание пересиливает все остальные, – поигрывая трофейным зазубренным мечом, оскалился Нерканн.

Друзья с оружием на изготовку стали обходить противника с разных сторон.

– Вы не сможете мне помешать! – повторно открывая портал, спокойно сказал Хозяин.

Он оградил себя еще одним щитом и шагнул в зарево перехода. Нерканн с Дарвингилем кинулись за ним, но портал быстро свернулся, превратившись в маленькую точку. Уходя от неприятностей, Августо не заметил, как Нерк кинул в воронку портала ему вслед небольшой зеленый камешек.

– Это его убьет? – обратив внимание на действие друга, спросил Дарвингиль.

– Нет, это был амулет Матери Земли из Синталя. Он перенастроит портал на Синталь и перекроит планы этого урода. Мы его еще достанем, Дар!

– Можешь не сомневаться, а ты чего такой потрепанный?

– У меня, знаешь ли, последние месяцы выдались слишком напряженными, – криво усмехнулся вампир.

– Надеешься выклянчить отпуск? – хитро прищурился Дарвингиль.

– Пойдем честно заслужим его, пока мой братец не покромсал на ужин всех врагов!

* * *

На прекрасном корабле под точно подобранным именем «Королева ночи» шел несколько иной диалог, больше похожий на спор.

– Варг, она умирает!

– Множество воинов положили в бою свои жизни, – справедливо заметил Варг. – Если мне не изменяют глаза и нюх, то она уже мертва.

– Еще нет! – Глаза дракона гневно сверкнули.

– В ней не осталось крови для жизнедеятельности. Даже если мы залечим укусы, это ее не спасет.

– Я не успею к цитадели. Но если ты готов помочь, мы применим технологию переливания крови и Хеля будет жить.

– Здесь нет людей. Лишь вампиры и ночники. Хельга – человек. Ей не подойдет ни то ни другое. У кого ты возьмешь кровь для переливания? – Пессимизм владыки Милителии ничто не могло прошибить.

– У меня, – твердо проговорил Шторм. – Ты возьмешь кровь у меня и вольешь ей ровно столько, сколько будет необходимо для ее жизни. Невзирая на последствия, – добавил он, пресекая попытку вампира оспорить это решение.

– Ты тоже не человек. Сила твоей крови вполне может сжечь ей кровеносные сосуды да и само сердце.

– Хуже уже не будет, – напомнил дракон.

– Может стать хуже для тебя, – не согласился с ним владыка Милителии. – Если я что-то сделаю не так, тебе помочь уже никто не сможет.

Ответом ему был мрачный взор Шторма, принявшего единственно возможное для него решение.

После молниеносно коротких приготовлений в виде нанесения на пол каюты Варга рунических символов единства, обработки ран жертвы вампиров заживляющими и обеззараживающими бальзамами, вскрытия глубоких вен на ее руке и артерии на руке Шторма, Варг низким шелестящим голосом начал проведение обряда.

Нерканн и Дарвингиль ворвались в каюту Варга слишком поздно. Дракон и магичка лежали в круге рунических символов единства без признаков жизни.

– Что ты с ними сделал?! – крикнул Нерк, вздергивая владыку Милителии за воротник бархатного камзола.

– Провел обряд переливания крови, – честно ответил младший брат старшему. – Исполнил все в точности, как велел ваш отец-основатель.

– Что мы можем сделать? – Нерк искал помощи у эльфа, магическая и фитомедицина которого давно перегнала в искусстве врачевания другие народы.

– Только ждать. – Дарвингиль бессильно развел руками.

* * *

В пещере отшельника в Бесплодной пустоши продолжали развиваться события.

Едва за Августо и его пленниками закрылся проход портала, как на его месте тут же открылся другой. Вышедший из него средних лет мужчина с внимательными серыми глазами приблизился к безуспешно пытавшемуся встать на ноги жрецу.

– Где она? – приподнимая за волосы голову отшельника, спросил незваный гость.

– Кто «она»? – попытался поиграть в непонимайку раненый.

– Моя дочь, – спокойно ответил настоятель чародейского монастыря. – Она была здесь несколько минут назад.

– Я не знаю.

В глубине серых спокойных глаз, если постараться, можно было разглядеть зарождающееся бешенство.

– Где она? – внешне спокойно повторил вопрос настоятель.

– Ее и брата владыки Варга захватил тот самый таинственный Хозяин. Им оказался двенадцатый старейшина Совета, – сплевывая кровь изо рта, поведал Алнил.

Глава монастыря помог жрецу подняться и залечил его раны, потребовав затем полного отчета. Настоятель с удивлением слушал сбивчивый, но достаточно полный рассказ отшельника о последних событиях и известных ему фактах из жизни Хельги. Решение было принято сразу.

– Я возвращаюсь в монастырь и собираю Совет старейшин. А ты, жрец, отправляйся в Софьянград и доложи обо всем императору.

– Может, вы со мной? – робко спросил отшельник.

– Тебя плохо обучали храмовники, иначе бы ты знал – решения старших в иерархии магов не обсуждаются, – отрезал отец Хельги.

Алнил при помощи настоятеля связался с братом. И они вместе с самим императором и советником Николой в то же самое время, когда на далеких островах шел ожесточенный бой, арестовывали и отправляли в подвалы дворца всех, кто мог быть причастен к заговору и помогал Августо в его черном деле. Оливия Иленкарская, первая из задержанных старейшин, не стала отпираться и, будучи не только красивой, но и хитрой дамой, быстро сдала императору всех заговорщиков, кто был ей известен. Остальные аресты покатились по Софинской империи и прилегающим государствам. Каждого, кто хоть как-то был причастен к «заговору Хозяина», сажали под замок, чтобы потом отправить в Софьянград на судебное разбирательство. Император сам проверял каждого подозреваемого, включая старейшин. Наказание виновным – смерть.

– Непонятно, как этому Августо удалось обмануть вас, император? – спрашивал Ален. – Вы же самолично ввели его в Совет старейшин.

– Все очень просто, мой друг, – грустно улыбнулся правитель Софинской империи. – Он и близко ко мне не подходил.

– При всем уважении, я вас не понимаю, – смутился советник.

– Технология другого мира. Создание клонов, големов, живых кукол. Названий и методик множество, а суть одна. Из человеческой плоти и крови создается кукла. Ее наделяют ограниченным интеллектом, а потом с помощью заклятий подчинения руководят ее действиями.

– Это страшная технология, – поморщился Ален. – Живые существа не должны гневить Создателя подобными делами.

– Тут я с тобой согласен, – проговорил император. – В древних хрониках сказано, что люди из других миров создавали целые армии таких боевых големов. Те миры уже погибли.

– Что будет с Хельгой? – рискнул спросить Ален.

– Ничего не будет. Все обвинения сняты. Она может спокойно жить в любом месте Софинии.

– Благодарю, – склонился в поклоне перед императором Ален. – Вот только захочет ли, – добавил он тихо для самого себя.

* * *

К великому удивлению Августо, портал вывел его не в тайное убежище в Бесплодной пустоши, а буквально выплюнул на алтарь ониксового храма заброшенного города Синталя. Алтарь мгновенно нагрелся и притянул к себе колдуна, словно магнитом. Ноги Августо подкосились, и спустя пару мгновений он уже лежал распластанным на алтаре. Тело отказывалось повиноваться.

– Что за ерунда? – ругнулся великий и ужасный Хозяин, стараясь подняться на ноги.

– Твоя кровь и сила, полученная обманом, сыграли с тобой злую шутку, не так ли? – Лицо хранительницы города и храма материализовалось над алтарем. – Храм призвал своих покровителей и слуг. Твоя кровь откликнулась.

– Ты не сможешь убить меня, – зло прошипел колдун.

– Я лишь заберу то, что ты взял не по праву, – не стала спорить хранительница.

Когда материализовалось и тело хранительницы, в руках у нее оказался тот же клинок, которым когда-то был нанесен пробный разрез на плоти обманщика. Женщина исчертила грудь разложенного колдуна рунами и магическими символами. Черная кровь не спешила покидать своего носителя. И тогда в храме один за другим стали появляться призраки шаманов древнего рода. Они образовали круг, серединой которого был пленник, и затянули речитатив заклинаний. Августо зачарованно наблюдал за действом, не веря глазам своим. Души, давно ушедшие в высшие сферы, вернулись, чтобы покарать лжеца и вора. Они безжалостно вырывали знания из памяти колдуна, боль в голове разрывала череп на тысячи кусков. Он умолял о смерти, но та не спешила облегчать его страдания. И когда хранительница задала главный вопрос: «Ты отрекаешься добровольно от древней крови?», он уже готов был дать единственно верный ответ.

– Да! – едва слышно выдавил из себя Августо, но и этого было вполне достаточно.

Кровь. Черная измененная кровь вытекала из тела через все имеющиеся отверстия: нос, рот, уши, глаза, раны, нанесенные священным кинжалом. Она впитывалась в алтарь, делая его черноту совсем непроглядной.

По окончании ритуала на черном алтаре остался лежать обезумевший, истощенный старик, без капли магических способностей, ничего не помнящий о своем прошлом.

* * *

– Я обещал показать тебе множество миров, – в перерыве между поцелуями нежно напомнил мужчина.

– Я еще не все видела в своем родном, – прижимаясь к возлюбленному, сказала его избранница.

– Два раза ты была за Гранью. В третий раз Судьба может не позволить мне спасти тебя, – предостерег ее единственный любимый и горячо любящий человек.

– Я не предоставлю Судьбе такой возможности. И тогда третьего раза не будет, – честно пообещала девушка.

Она искренне верила в свои слова.

В романе использованы стихи Юлии Карасевой.

Ольга Багнюк, Михаил Багнюк, Юлия Карасева
Алмазные горы. Души нижних миров

Звон стали заглушал голоса, общаться можно было только мысленно. Мы с Нерканном, привычно стоя спина к спине, рубились с карликами, пытаясь прорваться к Дарвингилю, которому приходилось куда тяжелее. Маленькие злобные существа запрыгивали эльфу на спину, стараясь повалить его на пол.

В тот момент, когда злобные коротышки повыпрыгивали из множества внезапно открывшихся порталов, почти мгновенно заполнив все свободное пространство, мы находились в противоположных концах огромного зала. Эльфийский принц и по совместительству мой наставник раскланивался с правителем альвингов, выказывая тому предписанное этикетом уважение. Наша мирная делегация прибыла в этот мир с целью выторговать необходимые для Братства магические камни. Мы с Нерканном, как и было оговорено заранее, скромно стояли у дверей, стараясь лишний раз не раздражать великого правителя своими недостойными мыслями.

Альвинги – очень странные, практически бестелесные существа, что-то среднее между совсем бесплотными призраками и людьми на самой пиковой точке развития сознания. Как сказал Шторм, основатель боевого Братства и мой возлюбленный, их мир находится на более высоком витке спирали развития, чем наш. Познав истинный замысел Всевышнего при сотворении вселенных, альвинги перешли на уровень, который предполагал существование духа и разума без телесных ограничений. Им не требуется пища в нашем понимании, они общаются, отправляя друг другу мысленные и эмоциональные сигналы, они занимаются искусством, усилием воли заставляя материи изменяться и принимать прекрасные формы. Вся их жизнь – сплошное созидание в гармонии с природой.

И вот к этим милым существам во время нашего дипломатического визита и прорвались злобные маленькие монстры: безглазые карлики с большими, почти слоновьими ушами и крупными дырками, заменяющими нос, которыми они всасывали несчастных, неспособных постоять за себя альвингов. Все преимущество, которое дарила высшая ступень развития, при вторжении злобных карликов превратилось в ничто. Тех, что поменьше, засасывали по нескольку штук сразу. На заглатывание более взрослых, накопивших серьезное количество знаний и энергии, нападавшие затрачивали больше времени.

Мы влезли в схватку сразу, как только на наших глазах ушастики засосали первого альвинга. Точнее, схваткой нападение стало именно тогда, когда в дело вмешались мы. Безглазые карлики повытаскивали из-за поясов ятаганы, чтобы разобраться с наглыми заступниками их законной пищи. Позже выяснилось, что убить эту нечисть не так-то просто: отрубленные головы продолжали жить своей жизнью, ругаться, орать что-то неразборчивое и помахивать ушами-локаторами. Их уши – вообще отдельная история. Как я поняла в процессе битвы, уши компенсировали карликам отсутствие глаз. Они улавливали малейшие шорохи, отражения разночастотных волн от предметов и живых существ и таким способом ориентировались в пространстве. Причем ориентировались прекрасно! Нам пришлось изрядно попотеть, чтобы организовать приличную оборону от врага, многократно превосходящего нас количеством.

– Сзади! – кричала я Дарвингилю, видя, как очередной злобный карлик забирается стоящему рядом коротышке на плечи, чтобы запрыгнуть на спину моему наставнику.

– Двигайтесь быстрее! – командовал Дар, яростно защищая местного правителя, вжавшегося всем своим почти прозрачным телом в высокую спинку трона.

Мы с Нерком действительно продвигались слишком медленно, чтобы оказать существенную помощь нашему товарищу.

– Брось в них огнем, – посоветовал вампир, отрубая нападающему уши и руку, держащую ятаган.

– А если оставшиеся альвинги тоже сгорят? – не прекращая махать мечами, спросила я.

– Тогда придумай что-нибудь другое! – рыкнул на меня Нерканн.

– Сам придумай, – огрызнулась я, отсекая голову очередному уродцу. Та упала к моим ногам и, помахивая ушами, продолжала недовольно ворчать.

– Ты у нас дипломированный маг, вот и отрабатывай диплом! – кольнул в больное место вредный вампирюга.

Еще через пару минут сечи я обратила внимание, что выживают не все отрубленные головы, а только те, которые успели перед этим засосать хотя бы по одному местному жителю. Это значительно упрощало задачу, хотя и не снимало всей сложности ее решения.

Наконец мы протиснулись к Дару. Друзья совместно закрыли трон с правителем своими широкими спинами, куда и я не замедлила спрятаться, чтобы подготовить адекватное заклинание. Выплетая кружевной узор заклинания, я очень старалась сделать его таким, чтобы не навредить никому из своих, поэтому добавила побольше ментальной энергии местных жителей, которой здесь было намного больше, чем привычной энергии четырех стихий. Последний штрих, тугой узелок – и яркое фиолетово-голубое плетение накрыло зал и всех в нем присутствующих. Удар оказался мощным, уши заложило, я поняла, что падаю, попыталась устоять на ногах, но все-таки грохнулась, стукнувшись о золоченый подлокотник кресла правителя…

– Ну ты дала! – весело присвистнул Дар, обтирая мое лицо мокрой тряпицей.

– Что, леший всем вам в глотку, случилось? – выругалась я, открывая глаза. Голова раскалывалась.

– Заклинание твое сработало.

– И как? – отобрав у Дара тряпицу, спросила я.

– Не знаю, чего ты хотела добиться, но эффект получился стоящий. У этих мелких отказали их замечательные уши и мозги от удара переклинило. Пока они стояли и пытались понять, в чем дело и что дальше делать, мы поотрубали им головы. А властелин вызволил своих подданных из недр этих засранцев. – Дар пнул ближайшее к нему безголовое тело.

– Что теперь?

– Теперь домой, если не возражаешь.

– Не возражаю, – милостиво разрешила я.

И мы тут же перенеслись в цитадель боевого Братства, спрятанную в Алмазных горах.

* * *

– И как вообще эти злобные карлики попали к альвингам? – недоумевала я, забравшись с ногами в кресло под теплый плед перед камином в кабинете Шторма.

– В этом отчасти виноваты мы, – вздохнул мой возлюбленный Дракон. – Когда я отправил ментальный посыл их властелину с просьбой принять делегацию, он ослабил защиту над тронным залом, чтобы пропустить вас.

– А шаман этих уродов, – включился в разговор Нерк, вороша длинной кочергой угли в камине, – скорее всего, отследил изменения в защите с помощью своих демонов. И, пользуясь моментом, пробил туда свои порталы.

– Но это должны были быть межмировые порталы! – воскликнула я, обращаясь к Шторму. – Неужели кому-то, кроме тебя, такое под силу?

– В данном случае не обошлось без жертвенной крови и помощи демонов, как уже сказал Нерк. Энергия убийства и крови невинных жертв очень сильна, как ты знаешь. И использовать ее можно в разных целях.

– Хорошо, что эти карлики прорвались только в тронный зал, где были мы, а то бы альвинги стали уже историей, – веско заметил Нерк.

– Что ты поручишь нам еще? – спросила я Шторма. – Мы ведь продемонстрировали тебе, что хорошо сработались как команда.

– Сначала отдохните, – ласково улыбнувшись, посоветовал мой почти всемогущий избранник. – Тебе надо потренироваться в нейтрализующих заклятиях.

– А что не так?

– Ты сама попала под воздействие плетения.

– Такое иногда случается, – беззаботно пожала я плечами.

– Мы не имеем права давать место случаю, – принялся объяснять Дракон. – Риск слишком велик и неоправдан.

– Но ничего же не произошло!

– Потому что рядом были Дарвингиль и Нерканн, – напомнил Шторм.

– Завтра пойду в хранилище и подберу книги на эту тему, – нехотя сдалась я, понимая, что он, как всегда, прав.

– Это, конечно, хорошо, но ничто не заменит личного опыта.

– Ты снова отправишь нас на задание? – радостно удивилась я.

– Когда-нибудь – обязательно, – заверил меня возлюбленный. – А сейчас тебе надо поучиться у Арканция. В вопросе плетения заклинаний, избирательно действующих на разных существ, он вне конкуренции, – безапелляционно заявил Шторм.

– Он зануда и постоянно ко мне придирается. – Я скривила недовольное лицо.

– Не обижай моего наставника. – Дарвингиль, дремавший в кресле во время нашего разбора полетов, открыл глаза.

– Он твой наставник, а не мой. К тому же ты знаешь, что я права.

– Знаю, – легко согласился эльф. – И благодаря занудству, которое я бы назвал дотошностью и привычкой уделять должное внимание мелочам, он сможет даже тебя заставить все выучить и сделать правильно.

Я вздохнула, но промолчала. Спорить было бесполезно и бессмысленно. К тому же они правы. Я недоучилась один год в школе Чародейского монастыря, досрочно получив диплом, и этот вроде бы небольшой пробел в стандартном магическом образовании проявлялся иногда в виде таких досадных и непредсказуемых последствий.

Нерк и Дар, попрощавшись, разошлись по комнатам, а мне было лень вылезать из теплого, уютного кресла. Шторм присел на широкий подлокотник и обнял меня за плечи. Некоторое время мы просто смотрели на огонь, наслаждаясь ощущением близости друг друга. В последнее время нам все реже удается побыть вдвоем, без посторонних. Хотя братьев сложно назвать посторонними, но все же при них невозможно открыто проявлять чувства и испытывать безмятежное умиротворение. Чем дольше я живу в своей новой семье, тем больше понимаю, что спокойной жизни нам не видать никогда. Вопрос, хотим ли мы ее, сейчас перед нами не стоит. Пока есть демоны, пока есть нижние миры и чернокнижники, приносящие в жертву невинных, мы без работы не останемся, а значит, о мирной совместной жизни для нас обоих не стоит и задумываться.

– Когда приступать к урокам? – спросила я, понимая, что учение-мучение у старшего наставника цитадели неизбежно и необходимо.

– Завтра с утра.

– Ладно, хотя бы ночью удастся отдохнуть.

– Смотря что ты подразумеваешь под отдыхом, – целуя кончики моих пальцев, сказал Дракон.

– Дверь закрой, – попросила я.

– Уже.

Повинуясь щелчку пальцев Шторма, дверь захлопнулась. Вокруг кабинета образовалась защитная сфера, не пропускающая через себя ни звуки, ни эмоции, ни магические вторжения. Даже если демоны из всех возможных миров сейчас заполнят цитадель, то они не смогут потревожить наш покой, потому что просто не заметят нас, как и мы не заметим их. И пусть кто-нибудь только посмеет нас в этом упрекнуть! Расщеплю на молекулы!

* * *

Минуло уже пять лет с того момента, как я безвозвратно потеряла старых и обрела новых друзей. Та ночная случайная встреча с вампиром в потайном зале монастыря, с которой началась моя новая жизнь, произошла ровно пять лет назад. Я потеряла самого близкого мне человека, Юстинну, с которой мы вместе росли и долгие годы вместе вкушали горести и радости монастырской жизни.

Не успев толком оплакать подругу, я снова волей Судьбы и по желанию моего отца, который так и остался для меня посторонним ненавистным существом (что неудивительно, ведь именно он убил мою мать, оставив свою дочь сиротой), была вовлечена в жестокую кровавую круговерть войн и интриг.

Но нельзя гневить Всевышнего Создателя Миров, а потому я не стану лукавить и говорить, что на мою бедную голову сваливаются одни лишь несчастья. Судьба подарила мне двоих верных друзей и возлюбленного, который уже не раз ходил за Грань, чтобы вернуть меня в мир живых. Далеко не каждый мужчина способен так рисковать своей жизнью ради сопливой девчонки с отвратительным характером, пусть даже любимой.

Прошедшие в Братстве годы текли для меня более или менее спокойно. Шторм, как и обещал, показал мне несколько других миров. При этом он не забывал о долге, так что наши исследовательские прогулки были одновременно и боевыми заданиями.

Давая небольшие поручения (например, уничтожить секту чернокнижников и демонопоклонников), он отправлял нас троих – Нерканна, Дарвингиля и меня – в миры, близкие по структуре и образованию к нашему родному. Мне пока так и не довелось увидеть ни один из техногенных миров наподобие того, откуда Августо смог выудить космические корабли. Этот колдун, с помощью зелий изменивший себя до состояния демоноподобного существа, сумел не только подмять под себя островных вампиров, но и отлично подготовил целую сеть предателей с целью свергнуть императора Софинии и правителей дружественных империи государств. Ценой больших потерь нам удалось помешать его замыслам, а ведь именно для установления господства над этим миром Августо и повытаскивал к нам разные технические новшества из далеких миров. Я просила Шторма отправить меня в одно из таких мест, но он ответил, что в технологических мирах практически нет магии, именно поэтому они и развиваются технически, а я, по его мнению, не готова идти во враждебную среду, лишенная магических возможностей, пусть даже под прикрытием надежных друзей.

Дарвингиль, мой официальный наставник, с ним полностью согласен. Хотя мне кажется, он просто уступает мнению старшего по званию. До чего же обидно! Ведь все признали мое боевое крещение там, на острове кровососов. И пусть я почти погибла (и погибла бы, если бы Шторм меня снова не спас), но, как рассказал Дарвингиль, никому из членов Братства не приходилось выходить с неприкрытой спиной против такого огромного числа чудовищ. После всего пережитого на Черном острове нынешние задания, пусть и в других мирах, выглядят детской прогулкой. Даже стыдно порой бывает применять заклинания, когда в руках родные клинки и спину прикрывают верные товарищи. Я считаю, зря Шторм так волнуется, но легче сдвинуть голыми руками исполинский дуб, чем переубедить моего любимого.

Последние пять лет, словно боясь потерять свою непоседливую возлюбленную, Шторм не отпускает меня одну даже полетать вокруг цитадели. Со мной постоянно летает Нерк. Нет, я не жалуюсь и вовсе не против его компании – лучший друг как-никак. Но мне начинает казаться, что я становлюсь обузой для друзей, что они опекают меня в ущерб собственным делам и желаниям.

Вот и Дарвингиль, чтобы подстроиться под планы Нерка и Шторма и не терять меня из виду, трижды откладывал свадьбу с Хризастелией. Эльфийка оказалась тоже королевских кровей, правда, из клана, враждебного правящему клану Эль’Аллионе. Но отец Дарвингиля, король Эллании Сорвенго Эль’Аллионе, оказался благоразумным стариканом (если определение «старикан» вообще подходит для эльфа). Он рассудил, что со временем подобный союз может поспособствовать окончанию вражды и клан Хризастелии оставит свои притязания на престол.

– Пусть вы не стремитесь к власти и отказались от титулов и кровного родства, – вещал король Сорвенго жениху и невесте, – но я надеюсь, что хотя бы один из ваших детей сядет на трон Эллании и положит конец распрям.

Примерно то же самое сказал и отец невесты, высказав пожелание, чтобы его будущий внук занял трон, давно отнятый у клана Эль’Ланильон. Дарвингиль и Хризастелия, пока еще не помышлявшие о детях, были настолько рады благословению обоих отцов, что даже согласились сыграть свадьбу в родных краях. Вот только со списком гостей снова вышел скандал. Эльфы – народ скрытный и ко всем остальным расам относятся с презрением. Помня о старых предательствах, они закрыли Элланию от других народов, исключение составили лишь дриады, но они для эльфов – кровная родня. А в списке гостей жениха и невесты значилась добрая половина всего Братства (те его члены, что могли спокойно афишировать принадлежность к семье Дракона): люди, вампиры, орки, гномы… Короче, представители практически всех населяющих наш мир рас и народностей.

Царственная мамаша Дарвингиля сговорилась с родительницей Хризастелии (дамы весьма сдружилась в ходе свадебных приготовлений), и обе закатили совместную истерику мужьям, которые, в общем, были с ними согласны, и жениху с невестой. Знатная получилась сцена с заламыванием рук, закатыванием глаз, истерическими подвываниями: «Какой позор! С кем вы якшаетесь? Мы не позволим! Вы не посмеете! Подумайте о чести кланов!» – и так далее, и тому подобное.

Дар и Хриза с молчаливым царственным спокойствием выслушали претензии (предполагаю, на это время они отключились от внешнего мира и общались исключительно мысленно, обсуждая более приятные вещи) и с ледяным спокойствием заявили, что очень уважают традиции своего народа и мнение родивших их женщин, а потому свадебные приготовления следует свернуть и забыть о внуках, как о проплывающих мимо облаках.

К чести заносчивых эльфиек, они сразу поняли, что дети не шутят, и мгновенно прекратили концерт, перейдя на деловой тон переговоров. Слезы высохли по мановению руки, голоса утратили заунывность и истеричность. В результате было решено, что:

– гости приглашаются согласно списку жениха и невесты, без редактирования;

– гости неэльфийских рас прибудут все одновременно одним порталом сразу к месту празднования;

– никакого оружия при гостях не будет;

– гостям запрещено выходить за пределы городской стены столицы Эллании – города, где будет проходить торжество;

– гости покинут страну и город одновременно все сразу и одним порталом после окончания празднования.

Было еще несколько пунктов, но их наличие никак не отразилось на нашем присутствии в эльфийском государстве.