Текст книги "Бастардорождённый (СИ)"

Автор книги: DBorn

сообщить о нарушении

Текущая страница: 89 (всего у книги 114 страниц)

После того, как клятвы были принесены, а обязательства вступить в брак взяты, Дочери Мары водрузили на голову Эддарда Старка, корону короля Торрхена. Так был сформирован Ковенант Зимы.

* * *

– Ты не видела Дейси с Вель? – спросил Джон у проходившей мимо его стола Мии.

– Неа, – ответила та, пакостно улыбнувшись, будто что-то знала. Дейн словил на себе ехидный взгляд брата. Мол отдувайся, сам а я понаблюдаю.

Пока в большом зале замка праздновали сразу полдюжины скрепляющих Ковенант свадеб, а благородные лорды заговорщически перешептывались о возможный союзах, те из дворян, кто уже успели вступить брак лишь подтрунивали над ещё не женатыми товарищами и радовались, что не разделяют их участь.

И если к лорду Старку не поступало формальных предложений в виду траура по погибшей, жене, то на Джона Дейна, дочери лордов смотрели как изголодавшиеся крестьяне на кусок мяса. Даже не смотря на наличие у того детей и любовниц.

Увидев, что одна из девиц набралась смелости, чтобы подойти и заговорить, Дейн безо всяких церемоний, усадил Мию себе на колени. Без Вель и Дейси отгонять от Дейна «наглых сучек» было некому.

– Помоги, – прошептал ей на ухо Джон. Та лишь весело рассмеялась, поворачиваясь к нему и поцелуя.

– Будешь должен, – прошептала Стоун ему в губы. – Пойдём, я знаю где они. – Девушка потянула Джона за руку, вытаскивая его из-за стола.

После непродолжительной прогулки по замку под руку с Мией. Джон оказался около комнаты выделенных ему покоев.

– Вас не было на пиру, – полушутливо возмутился Джон, входя внутрь.

– Мы были немного заняты, – в один голос ответили ему Дейси с Вель.

– И чем же?

– Хотели подарить твоим глазам усладу, – томно произнесла Вель выходя к Джону под руку с Маргариткой, к которым быстро подбежала и Стоун.

Дейн увидел картину столь восхитительно прекрасную, что ему ничего не оставалось кроме как восхищенно присвистнуть. На Уйтлинг было обшитое золотыми нитями красное платье, украшенное ланнистерской геральдикой. Его корсет, в котором и не было особой необходимости, приподымал грудь Вель, визуально делая её ещё больше. Едва не утонувший в ложбинке медальон королевы Серсеи приподымался с каждым вздохом женщины. На голове Вель был золотой, украшенный драгоценными камнями обруч, а на пальцах множество перстней. Одичалая выглядела ещё более чарующе и царственно чем обычно.

Дейси выбрала более простой наряд, но услада для глаз Джона не стала от этого меньшей. Зелёный шёлк, тонкий настолько, что можно было рассмотреть упругую грудь, твердые соски, каждый кубик пресса и гладко выбритый лобок подчеркивал каждое достоинство девушки вместо того, чтобы скрывать. Дорнийская мода явно пришлась Мормонт по вкусу.

Начало прона

Вель приобняла Мию, положив ладони той на щёки, после чего провела большим пальцем по нежным губам, на что Стоун с томным вздохом приоткрыла рот. В этот Момент Уайтлинг притянула девушку к себе и впилась в её губы поцелуем.

Руки одичалой медленно соскользнули на плечи, огладили спину и наконец сомкнулись на ягодицах Мии, обхватив те в собственническом жесте. Стоун была не из робкого десятка, поначалу её руки мягко коснулись крупной груди подруги, слегка приподняв ту, после чего пальчики левой сажали Вель сосок, а правая рука поднялась вверх и обхватила нежную шею. Языки девушек сплелись в поцелуе, который одновременно давил каждый их стон.

Наконец девушки оторвались друг от друга, но от этого картина не перестала быть для Джона менее возбуждающей. Потемневшие от похоти глаза, заалевшие щёки, вздымающиеся с каждым вздохом округлости и тонкая нить слюны, всё ещё соединяющая девичьи губы.

От созерцания столь прекрасной картины Дейна отвлекла впившаяся в его уста Дейси, которая прижалась к любимому всем телом. Джон подхватил девушку за бёдра и уложив на кровать принялся вытаскивать возлюбленную из платья. Мия с Вель тоже поспешили избавиться от одежды.

Ослабив все узелки на корсаже Уатлинг, Стоун подняла руки чтобы одичалая помогла ей стянуть сорочку через голову, что та и поспешила сделать. Подтянув одежку вверх, но не стянув ту до конца, так чтобы у Мии были прикрыты глаза, Вель поспешила украсть ещё один поцелуй, сопровождавшийся парой милый смешков.

Не прошло и минуты, как вся столь ненужная в эту ночь вещь как одежда оказалась на полу, и три благородных леди предстали перед их лордом во всей своей обнаженной красе.

Столь выдающимися, соблазнительно покачивающимися с каждым вздохом, формами Вель, не могла похвастать ни одна красавица материка. Полная грудь, округлые бедра, плоский, украшенный шрамами и кубиками пресса живот, спина, вид которой дарил Джону самую настоящую усладу для глаз, каждый раз как он брал жену в её любимой позе.

Дейси же была сложена более атлетически. Подтянутое тело Мормонт не могло соперничать с фигой Вель в плане размера груди, но фору в упругости ей, точно дало бы. Но наиболее привлекательной чертой северянок была не их фигура, а тонкие полосы послеродовых растяжех, свидетельствовавшие о том, что девушки не только принадлежат Джону, но и способны подарить ему здоровых детей.

Мия была стройной и высокой, даже выше Дейси, а самое главное недурна собой, что было отчетливо заметно, когда девушка избавилась от мужской одежды и кольчуги. В её больших голубых глазах тлела самая настоящая страсть, а лицо украшала по баратеоновски похотливая улыбка.

Девушки усадили Джона на кровать и принялись стаскивать с него одежду. Стоило только им закончить, как Мормонт впилась Дейну в губы жадным требовательным поцелуем. Рыцарь простонал жене в уста, когда ощутил на своём члене уверенную хватку девичьих ладоней. Вид целующихся красавиц возбудил его желание более чем достаточно и рыцарь был вполне готов исполнять свой "супружеский долг".

Оторвавшись от губ Дейси, Джон взглянул вниз, лишь для того, чтобы увидеть как Мия обхватывает его член губами. Пусть Стоун и не хватало умения, но дворянка вполне компенсировала это энтузиазмом и возбуждённым, адресованным Джону взглядом снизу-вверх.

– Вот так, умница, – похвалила подругу Вель.

Одичалая, положив ладонь Стоун на затылок, подталкивала ту, заставляя всё глубже и глубже заглатывать член. Девушка почти проглотила, тот но на последнем рывке начала давиться и закашляла.

Теперь уже Вель заключила мужественность Дейна в плен своих мягких губ, показывая Мие пример и обучая подругу, что сделало лицо Стоун ещё более похотливым. Мия предприняла ещё одну попытку, теперь они с Вель работали сообща. Покрывали член поцелуями, посасывали, гладили нежными руками. Спустя минуту Стоун таки смогла полностью вобрать тот в свой горячий рот, пока Вель оглаживала ей грудь одной рукой, а второй проникла пальчиками во влажное лоно.

– Я сейчас, – прошептал Джон, запуская пальцы в черные волосы, чтобы не позволить Мие отстранится, но та и не была намерена это делать. Наоборот, её движения стали лишь более интенсивными, равно как и ласки леди Уайтлинг.

Вскоре Джон излил своё семя в рот, стонущей от удовольствия Мие, которая выгнула спину и могла держаться на дрожащих ногах, только с помощью Вель.

– Не глотай, – менторским тоном, обратилась к Стоун одичалая, перед тем, как впиться ей в губы далеко не последним за эту ночь поцелуем. Вид двух, целующихся красавиц, был прекрасным и возбуждающим, но когда они, были обнажены, стояли на коленях и сплетя языки, жадно обменивались слюной и семенем… с этим видом не могло сравниться ничто, особенно когда Вель отрываясь от уст Мии прикусывала той нижнюю губу.

– Кто первый? – сглотнув, уточнила Дейси, как только смогла оторваться от чарующей взор картины.

– Гостья, – тут же ответила Вель, помогая Мие подняться на ноги. – Она заслужила.

– Да и мы должны проявить гостеприимство, – согласился Джон, подхватывая хихикнувшую Стоун и укладывая ту на кровать.

Дейн навис над любовницей и приставил член к её истекающему лону. Увидев её смущённый, но нетерпеливый кивок рыцарь медленно вошел в девушку, чем вызвал у неё стон удовольствия, который тут же был подавлен поцелуем Дейси.

Джон положил руки на тонкую талию, и начал насаживать на себя девушку, медленно набирая темп. Стоун откинула голову назад, зажмурившись от удовольствия, дворянка приоткрыла рот, позволяя Мормонт углубить поцелуй. С каждым вдалбливающим её в кровать толчком лицо девушки становилась всё развратнее, а взгляд похотливее.

Дейси играла с сосками Стоун, а Вель набросилась с поцелуем уже на Джона. «Пососи их», прошептала она обхватывая его голову и направляя ту к собственным округлостям, как только их уста разомкнулись. Дейн тут же схватился за крупные полушария и взял в рот оба затвердевших соска. Всхлипы и стоны Мии с Вель смешались другом с другом, в то время как Джон продолжал наращивать темп.

Наконец, Мия не выдержала, её спина изогнулась дугой, лоно сжало член Дейна особенно сильно, а длинные ноги скрестились за его спиной. Джон, совершив ещё три мощных толчка излился внутрь и на бывшую бастрадку накатила новая волна оргазма.

С лица Стоун не сходила наполненная блаженством улыбка, девушка тяжело дышала, её подымающаяся в такт вздохов, покрытая потом грудь выглядела совершенной. Она словила на себе взгляд серых глаз Джона. Потемневших от похоти и желания из-за неё. Всё же решение не пить на пиру оправдалось сполна, Джон не смог «благородно», отказать ей в близости. Она приподнялась и нежно поцеловала Дейна в знак благодарности.

Мия уже было хотела откатиться в сторону, чтобы уступить место, но её остановил властный жест Вель. Дикарка надавила Стоун на плечи, заставив ту обратно улечься на кровать, а сама взобралась сверху, выпятив аппетитную попку, а заодно и выгнула спину, демонстрируя красивые мускулы.

– Мой черёд, – промурлыкала Вель. – Вы уж порадуйте меня.

Мия с Джоном, переглянувшись, одновременно ухмыльнулись словно принимая вызов одичалой. Джон грубо заломил обе её руки за спину и потянул на себя приподымая. Стоун же обхватила спину Вель ногами и впилась блондинке в шею оставляя там засос, затем ещё один в плечо и один на груди. Уайтлинг сладострастно застонала, подрагивая от удовольствия, думая, что ещё немного и она достигнет своего пика.

Дейн резко вошёл в супругу сходу задав быстрый темп, но Вель не испытала от этого никакого дискомфорта и лишь двигалась ему на встречу. Мия слегка удивилась такой грубости со стороны Джона, но блаженный вид Вель и хлюпающие пошлые звуки явно говорили о том, что такой тип близости ей по вкусу. Стоун аналогично грубо и по собственнически схватила оба крупных полушария Вель, и накрыв твердые соски губами, принялась сосать их.

Пока Джон шлепал одичалую по округлым ягодицам, оставлял на них красные следы и брал словно шлюху, Вель, как дикая, рычала от удовольствия. Дейси намотала изрядно растрепавшуюся косу Уайтлинг на кулак и потянула, заставив одичалую поднять голову.

– Что, – спросила Мормонт. – Нравиться когда тебя трахают словно животное? Как суку во время течки?

– Да! – застонала Вель, выпячивая язык.

– Хорошая девочка, – похвалила её Мормонт, после чего плюнула ей в рот. На что Вель лишь, похотливо облизнувшись лучезарно усмехнулась, а Дейн ощутил что её лоно обхватило его член с невероятной силой. – А главное честная. Ты заслужила награду.

Промолвила Дейси и впилась в уста Вель поцелуем, грубо обхватив ладонью её шею. Грязные слова, грубые действия, накрывшая всех четверых первобытная похоть. Их темп стал совершенно неконтролируемым и вскоре Вель с Джоном накрыла волна оргазма.

Дейн излился внутрь жены и откатился в сторону, в то время как, не сумевшая удержаться на дрожащих ногах Вель, упала прямо на Мию. Неожиданно для себя Стоун отметила, что ей приятно ощущать на себе тяжесть разгоряченного похотью уставшего девичьего тела.

Мия повернула голову в бок и увидела не сильно утративший силу член Джона, находившейся прямо перед её лицом. Не долго думая, девушка с энтузиазмом заглотила его, пробуя на вкус смешавшееся с соками Вель семя. Вид потемневших голубых глаз и впалых женских щек быстро заставил мужественность Дейна опять затвердеть.

Подняв голову, Мия увидела, что Джон уже целуется с прижавшейся к нему Дейси. Та любовь о обожание, которой были наполнены карие глаза Мормонт, заставили Стоун смутиться. Этот момент показался девушке слишком… интимным.

Джон Сел на кровать и посадил возлюбленную себе на колени. Лукаво улыбаясь, Дейси решила немного подразнить его и начала тереться о него своим истекающим лоном. Дейн немного привстал, и крепко обняв девушку, резко насадил ту на себя. Мормонт сладострастно застонала, её начала сотрясать нервная дрожь. Она настолько перевозбудилась за этот вечер, что одного толчка, было достаточно чтобы дойти до пика. Маргаритка приобняла мужа одной рукой, а кулак другой зажала во рту, чтобы подавить крик.

– Я люблю тебя, – прошептал ей на ухо Дейн.

– Я знаю, – устало, но от того не менее самодовольно ответила ему Мормонт.

Дейн начал двигаться, от чего всё ещё чувствительную Мормонт затрясло, она стонала, металась и что-то бессвязно бормотала. И чем сильнее Дейн набирал темп, тем более неконтролируемо вела себя Дейси.

Мия с Вель перекатились, после чего Стоун уселась одичалой на лицо, а сама принялась жадно целовать Джона. Вель набросилась на её лоно, исследуя то языком, надавила пальцами на чувствительную бусину клитора, протянула вверх руку, сжав упругую грудь, заставив Мию содрогаться от удовольствия не меньше чем Джон Дейси. Новая волна оргазма настигла девушек почти одновременно. Мия вцепилась Вель в волосы, а Дейси Джону в плечи, обе девушки дышали через раз, но были эти совершенно довольны.

…

Ночь всё продолжалась, рычащие стоны Вель были самыми громкими, а Дейси самыми сладострастными. Мия слышала их и раньше, но быть прямой частницей этой безграничной похоти и разврата, было совершенно другим. Чем-то, что Стоун понравилось.

Чувствовать удовольствие от языка другой женщины внутри себя, видеть иные, раскрывающиеся только в постели стороны подруг. Наконец, снова ощутить крепкие мужские руки на своём теле. Всё-таки тогда в Долине Стоун не прогадала.

Четверо дворян наслаждались друг другом всю оставшуюся ночь. Мия оседлала Джона в то время как Вель уселась ему на лицо, девушки наслаждались устами друг друга. В то время как Дейси ласкала собственное лоно.

Глаза Стоун распахнулись от шока, когда Дейн трахал Мормонт в задницу, ни столько из-за неординарности подхода, сколько от удовольствия которое испытывала та от процесса. Мия вызвалась следующей.

Уже под утро все четверо упали без сил. Мия уснула прямо на груди у Джона, а Вель с Дейси прижались к мужу с обеих сторон, разместив головы у того на плечах. Ночь выдалась славной.

Конец прона

* * *

Утёс Кастерли, Западные земли

Тирион Ланнистер тяжело вздохнул, и устало потерев переносицу, отложил в сторону очередной свиток. Ланнистеры отправили воронов в Старомест, Хайгарден и даже Солнечное Копьё, но положительного ответа на предложение сделать представительниц этих домов королевой в обмен на помощь в войне не дал никто, даже такой идиот как лорд Мейс, в своих грёзах выдевший дочь подле Железного трона.

Вороны с письмами полетели и в низовья Трезубца. От фракции Фреев в Речных землях мало что осталось, почти все выжившие вместе с войском Джейме бежали на Запад. Остальных Тирион пытался убедить в целесообразности отойти вместе с оставшимися в их распоряжении войсками к столице. Но пока северяне далеко, те навряд ли решаться покинуть свои замки.

Лорд Тайвин отступал на север. Старый Лев сможет воспользоваться понтонной переправой через Черноводную и относительно быстро войти в столицу, а вот Эдрик Баратеон будет вынужден идти на северо-запад к Золотой дороге и переправляться на другой берег там. Корона выиграет от десяти дней до двух недель. Если осада города затянется, в чём лично Тирион сомневался, то штормовики будут вынуждены осадить и Хэйфорт, дабы защитить тылы и подвоз провизии, что может дать трону ещё пару месяцев, но это слишком уж благоприятный для львов сценарий.

Робб Страк и Бринден Талли прошлись к Розовой Деве, освободив все замки, города и деревни на своем пути. Если верить слухам, лорд Пайпер вместе со своими людьми уже присягнул на верность новому Владыке Трезубца. Затем Песчанный Волк вернулся к Речной дороге, но так и не пересёк границу Западных земель. Двадцать тысяч мечей нависли угрозой над Золотым Зубом и перекрыли один из сухопутных путей в столицу.

Эддард Старк вёл остальных на юг. Если недавно старобожники контролировали лишь земли севернее Красного зубца, то ныне к ним перешли замки Атранта, Желудь и Приют Странника. Разведчики докладывали, что старобожники в двух днях пути от Камменой Септы.

Корабли принца Станниса перекрыли Черноводный залив. Они могут ударить по столице с моря в любой момент, стоит лишь бушующим штормам утихнуть. Дорога Роз, вместе со всеми идущими по ней караванами всё ещё была заблокирована Лорасом Тиреллом.

Враги смыкались вокруг Королевских земель, подобно сдавливающей горло удавке. Не пройдет и месяца, как домен Джоффри будет полностью окружен и изолирован.

– Лорд Тирион, – в дверь постучала вусмерть перепуганная служанка.

…

– Леди Ланн, – воскликнула Серсея, проходя по одному из замковых коридоров в компании четырех алых плащей.

– Ланнистер, – поправила её державшая на руках малыша Гериона Сибилла. Мальчик начал всем своим видом показывать, что ему не нравиться остановка, но пока молчал.

– Не могли бы вы оказать мне услугу? – проигнорировала замечание Серсея.

– Разумеется, моя королева, – поклонилась женщина, увидев жест матери, Герион хихикая попытался его повторить, чем вызвал у Сибиллы тёплую улыбку.

– Мне нужно переговорить с моим братом, но кажется он всячески избегает моего общества.

«И не он один», подумала Сибилла, но все же воздержалась от колкостей в сторону леди Баратеон. В последние дни все направленные в сторону Серсеи взгляды были исключительно холодными и не источали дружелюбия. Ведь именно ссора с этой женщиной плохо сказалась на здоровье и настроении леди Алисанны.

Ходили слухи, что женщины сильно поссорились в тот злополучный день, что Серсея посмела нанести золовке сильное оскорбление и даже не думала приносить извинения. Солдаты домашней гвардии были недовольны тем, что Баратеон злоупотребляет радушием хозяев замка, коими во время отсутствия Джейме были Алисанна с Тирионом. Служанки шептались о алых простынях и «почти ребёнке» потерянного от сильного эмоционального потрясения, тело которого вынесли из хозяйских покоев ночью.

Сибилла знала, что это выдумка, Джейме давно в походе, и будь его супруга опять в положении, никакой корсет не смог бы скрыть округлившийся до такой степени живот. Однако это никак не оправдывало поведение королевы, равно как и не прибавляло к ней любви.

Серсея перестала быть Ланнистер более пятнадцати лет назад, но всё ещё мнила себя леди Утёса, а значит и вела себя соответственно. Это не нравилось ни замковой челяди ни лорду Тириону. Да, Серсея была дочерью Тайвина, но за последние годы, всегда добрая и вежливая леди Алисанна, заботящаяся о поданных и видящая в Тирионе человека, а не маленького монстра стала им всем гораздо ближе королевы. И пока сама Серсея не замечала этого, их терпение уже было на исходе.

– Мой супруг занят делами Запада и заботами, которые брала на себя леди Ланнистер. Мейстер посоветовал Алисанне побыть в постели ещё пару дней. Уверена, он выделит вам время, когда разберется со всеми требующими его внимания вопросами.

– Странно, что он не попросил о помощи вас, – усмехнулась Серсея.

– Попросил, – тут же ответила на укол Сибилла. – Но Герион и Джоанна занимают всё моё время.

– Может быть, а может вы просто оправдываете свою некомпетентность? Куда Ланнам заниматься проблемами Утёса.

– Ближе, чем Баратеонам, – фыркнула Сибилла. Взгляд Серсеи тут же похолодел.

– Схватите её, – приказала королева своей охране.

Не успела леди Ланнистер опомниться, как пара алых плащей скрутила её, стоило только первому вырвать из её рук малыша Гериона. Мальчик тут же зарыдал во всю силу своих маленьких легких. Детский плач эхом отдался по ближайшим замковым коридорам.

– Перережьте ей глотку, – отдала новый приказ Серсея. – Стойте! – Тут же повелела королева, как только холодное лезвие замерло в нескольких сантиметрах от её горла. – Я передумала… Может, мне просто велеть размозжить голову этого крикуна об стену… – размышляла она вслух.

Глаза леди Ланнистер расширились, тело женщины обдало холодным потом. «Нет, нет, нет, этого не происходит, она не может сделать это», пронеслось в её мыслях, «Только не малыш Герион! Только не мой сын!»

Леди Баратеон сделала едва уловимый жест рукой и женщину отпустили.

– Видите, кто на самом деле обладает здесь реальной властью? – триумфально спросила Серсея. – Не забывайте свое место, леди Ланн, а не то…

– Что во имя всех ебучих богов здесь происходит?! – закричал вошедший в коридор в компании двух дюжин алых плащей Тирион. Видимо он не зря приказал поставить его в известность на случай если Серсея приблизится к кому-то из леди Ланнистер.

…

– Она, что сделала?! – Тирион не поверил собственным ушам, однако слова рыдающей леди Сибиллы, которая в страхе прижимала сына к груди было сложно трактовать по другому.

– Всего лишь показала, девчонке её место, – выплюнула Серсея, словно и не совершила вопиющую глупость.

– Седьмое пекло, что ты себе позволяешь?! – заорал на старшую сестру Тирион. – Ты явилась в мой дом, оскорбила жену Джейме, угрожала моей собственной и моему маленькому ребенку, угрожала семье! И теперь смеешь делать вид будто ничего не произошло?!

– Да что ты знаешь о семье?! – прошипела в ответ Серсея.

– Больше чем ты и твой ублюдок! – выплюнул Тирион, наблюдавшие за перепалкой служанки испуганно ахнули.

У переполняемого яростью карлика тряслись руки, его изумрудный глаз потемнел от гнева, да до такой степени, что казалось будто оба глаза Ланнистера одинаково черные. Тёмные как сама ночь. Очередной своей выходкой Серсея доигралась, королева разбудила маленького льва и теперь его взгляд блуждал ища цель на которую карлик может выплеснуть свою злость. И цель эта нашлась быстро, четверо охранников Серсеи, посмевшие прикоснуться к Сибилле, посмевшие угрожать её ребенку.

– Убейте их, – холодным тоном приказал Тирион, указывая на солдат сопровождения Серсеи.

– Мой брат ни в себе, – объявила не принимающая младшего брата за авторитет королева. – Вернитесь в казармы! – Приказала она алым плащам.

Казалось, что солдаты замерли в нерешительности, не зная чей приказ выполнить, но эта иллюзия продлилась меньше секунды. Воины домашней гвардии сомкнули строй, опустив копья.

Первое, вонзилось в бедро солдата, посмевшего вырвать из рук Сибиллы малыша Гериона. Вслед за ним последовало ещё два копья, первое в грудь, второе в голову. Следующему стражу раскроили горло мечом. Двое стоявшие дальше остальных успели обнажить мечи, но бестолку, верных Тириону солдат было гораздо больше.

Леди Баратеон так и застыла на месте с приоткрытым ртом, в её расширенных глазах читалось отрицание произошедшего. Того как четверо её гвардейцев отправились к Неведомому меньше чем за несколько секунд.

– Уведите королеву в покои и не выпускайте до моих дальнейших распоряжений, – велел алым плащам Тирион. – Леди Баратеон под арестом!

* * *

Девичий Пруд, Речные земли

Лорд Уильям Мутон, как и подобает верному вассалу, откликнулся бы на зов Эдмара Талли, пусть и лично на войну не отправился бы. Вот только Эдмар не стал созывать все свои знамена, что позволило Мутону сохранить свои мечи. Талли был разбит Цареубийцей и у владыки города не оставалось другого выхода, кроме как присягнуть Фреям.

Святое Воинство, вместе с кроткими мирянами вторглись в Речные земли идя по Королевскому Тракту. Часть верян, заплутав в пути, успела разорить несколько деревень и во владениях дома Мутон, но их сил было недостаточно, чтобы осмелится атаковать город с укреплённым замком и полным гарнизоном.

Сам Уильям был труслив и вместо того, чтобы возглавить оборону предпочитал отсиживаться в замке. Без командующего, падение города было лишь делом времени, однако госпожа удача, была на стороне Уильяма. Девичий Пруд спас принц Станнис.

Морская Блокада Черноводного залива перекрыла торговые пути идущие в Королевскую Гавань и Сумеречный Дол, однако охватить и Пруд без риска для своего флота, владыка Драконьего Камня не мог. В результате торговые суда, должны были делать большой крюк и заходить в порт во владениях Мутонов, что на все следующие месяцы сделало город ключевым торговым узлом восточного побережья.

Совершенно предсказуемо, корона взяла его под защиту и отправила на его усиление несколько сотен мечей из столицы, Сумеречного Дола и окрестных замков. С такой-то армией лорд Уильям уверился в мысли, что Пруду ничего не грозит, а потом… потом северяне пришли на юг.

Пока Старый Лев отступал к столице, а Тихий Волк подбирался к Каменной Септе, немногочисленные, сохранившие лояльность короне речники отходили к Харренхоллу. От замка Дарри не будет никакого смысла, если Рубиновый брод просто обойдут, да и захваченные Долиной Солеварни были всего в сотне километров от Пруда. Лорд Мутон начал дочиста выгребать окрестные деревни ведь осада города может и затянуться, а его амбары не могут кормить тысячи солдатских ртов месяцы на пролет.

Ситуация оказалась патовой. Мутон с радостью сдал бы город северянам, лишь бы те сохранили за ним и его детьми права на владения и титулы. Однако находящиеся рядом рыцари Запада и Королевских земель прирезали бы его, попробуй он только озвучить подобную мысль, а если Уильям умрёт, защитить его детей будет некому.

Слухи о подкреплениях, которые придут короне на помощь по морю обнадежили лорда Мутона. Пусть даже речь шла о эссоских наёмниках. Если Тайвин прикажет им двинуться на столицу или Харренхолл, прихватив с собой, выделенные для усиления города мечи, Пруд может не пострадать от боёв. Однако все эти мысли ушли на второй план, стоило только Уильяму увидеть, кого именно купил Тайвин.

…

Наёмники следовали от порта до южных ворот колоннами, прямо по узким городским улочкам, демонстрируя муштру и дисциплину. Все же статус лучшего из вольных отрядов Эссоса обязывает держать некую планку. Вот только среди горожан было не особо много желающих понаблюдать за этими бравыми вояками.

Дороги даже не пришлось расчищать, приветствовать наёмников и уж тем более провожать их на войну не вышел никто. Сверху грохотали и скрипели закрываемые окна городских домов. В дверных проёмах замерли, волком глядящие мужчины, похватавшие в руки кухонные ножи, топоры да молотки. Словом всё то, что было под рукой, и что можно было использовать в качестве оружия. Матери кричали на выбежавших поглазеть на солдат детей и не без помощи тумаков и угроз порки загоняли их домой.

– Нам не сильно рады, – обратился к «отцу» Эйгон.

– У них, нет причин любить вас, мой король. Но всё измениться стоит вам только прогнать узурпатора с трона. На материке у вас достаточно сторонников. Стоит только вам объявить о реставрации старой династии, и они вас поддержат.

– Но в то, что конкретно Мутоны тайком пьют за мое здоровье и прячут в закромах знамена с трёхглавым драконом вериться не сильно, – отметил Эйгон, направляя колонну в сторону очередной улочки.

Пять сотен закованных в латы рыцарей. вместе со своими оруженосцами, повернули вслед за ним. Вслед за конницей двигалась тысячи стрелков: три сотни арбалетчиков, ещё три сотни с длинными тисовыми луками, остальные с луками распространенными на востоке. Замыкали шествие пехотинцы. Эйгон привёл в Вестерос десять тысяч мечей.

Воины выглядели довольно разношерстно. Среди щитов у пехотинцев были и небольшие дуэльные баклеры, и более знакомые круглые с каплевидными, несколько десятков кавалерийских тарчей и ещё сотня павез. Их оружие тоже было весьма разнообразным, среди него можно было увидеть восточные сабли, бравосийские рапиры и даже странные клинки без привычной для Закатных королевств гарды родом из далекого И-Ти. Вид этих диковинок хоть как-то разнообразил знакомые копья, и топоры, коих было доминирующее большинство.

Но кое-что общее у вояк было. Неважно во что были облачены солдаты и рыцари. Будь то кольчуги, латы, кожа и их разнообразные сочетания. Их цвет был один и тот же ярко-золотой. Руки офицеров же и вовсе украшали наручи из драгоценного метала, по одному за каждый гор службы. «Наше слово – золото». Девиз наёмников соответствовал их внешнему виду. Желтая броня с позолотой искрилась в лучах утреннего солнца и казалось могла ослепить неосторожного наблюдателя.

«Неужели Тайвин и корона настолько в дерьме, что привели в Вестерос этих выблядков?!», подумал, Уильям Мутон, глядя на Золотых Мечей. Шесть вторжений за последнюю сотню с лишним лет. Лоялисты чёрных драконов стали врагом почти для каждого дома на материке, ибо не почти было среди благородный семей, тех, чьих представителей не убили или не покалечили во время этих войн. Старый Лев шёл ва-банк, ибо знал, что такое ему не простят даже в случае победы.

Все ради семьи, верно?

Несколько минут езды по городским улицам и вот возглавляющие наёмников уже стат напротив замковых ворот. Эйгон в очередной раз убедился в мысли, что в Вестеросе его армии рады не сильно. Чего только стоил хмурый направленный на позолоченные черепа на пиках взгляд лорда Уильяма.

– Лорд Уильям Мутон, владыка Девичего Пруда и всех окрестных земель, – представился незнакомцам мужчина, на что те едва заметно поклонились.

– Гриф, – коротко представился Джон Коннингтон.

– Гриф? – не понял его Мутон.

– Можно Старый Гриф, – не стал облегачать ему жизнь Джон.

– Для меня честь приветствовать вас в своём городе, – перешёл на светский тон Мутон. Полагаю, что с высадкой в порту проблем не возникло? – Уточнил Уильям, давая явный намёк. О Золотых Мечах были наслышаны даже в Вестеросе, и портовая стража навряд ли пожелала бы пускать их в город

– Вот, – Старый Гриф, не без некой небрежности, достал из внутреннего кармана плаща свиток, после чего передал его Мутону. – Мы приплыли в такую даль не для того, чтобы утопить материк в крови, дабы попытаться узурпировать трон. Нас пригласили и мы всего лишь следуем контракту. А наше слово, как вы могли слышать – золото.

Мутон принял из рук незнакомца протянутую ему бумагу. Ею оказался документ, свидетельствующий о найме отряда наёмников, с подписью Тайвина Ланнистера и королевской печатью. К немы было приложена письмо от Старого Льва с приказом, не причинять защитникам короны вреда и содействовать их скорейшему прибытию в столицу. Губы Уильяма сложились в тонкую полоску, Гриф, кем бы он ни был, не врал.