Текст книги "Бастардорождённый (СИ)"

Автор книги: DBorn

сообщить о нарушении

Текущая страница: 93 (всего у книги 114 страниц)

– Ваше предложение справедливо, – согласился Эйгон, давая рукой отмашку.

Королевские гвардейцы и лорды из числа лоялистов Таргариенов, начали складывать оружие в стороне. Так же поступили и представители Ковенанта, убрав в сторону Закат, Рассвет, эбеновую булаву, копье и чардревный лук. Эйгон со сторонниками заняли места по одну сторону большого стола из чардрева, редкая роскошная вещь и чрезмерно дорогая. Джон Коннингтон, предложил Джону стул. Дейн остался стоять на месте.

– Ваше величество, возможно ваш Десница не заметил, но я прибыл на переговоры не один. Позвольте представить вам моих соратников: Мира Рид, Эдрик Дейн, Русе Рисвелл, Клей Сервин, Вель Уайтлинг и Дейси Мормонт.

Лиловые глаза Эйгона медленно прошлись по каждому из представленных, если судить по проскочившей в них надменности и пренебрежении, интересными он счел едва ли половину из них. Правда Вель смогла удержать на себе взгляд короля особенно долго. Её чарующая красота мешала лоялистам старой династии сконцентрироваться и полностью сосредоточиться на переговорах, что вполне может сыграть северянам на пользу. Наконец, Золотые Мечи вынесли ещё несколько стульев.

– Не заставляйте короля ждать, – сухо произнёс Коннингтон, будто бы и не нанёс другой стороне оскорбление, всего несколько секунд назад.

Северяне пусть и не были рады такому холодному приёму, но сохранили самообладание, Джон знал кого стоит взять с собой на переговоры. Ланнистеры, Фреи, Грейджои, Вера, все они презирали северных дикарей, и где они теперь? Сейчас Таргариены поступали точно так же.

– Полагаю, вы прибыли сюда, чтобы обсудить условия по которым так называемый «Ковенант Зимы» преклонит колено Железному трону, – предположил Эйгон, как только благородные северяне уселись. Дейси с Вель остались стоять по обе стороны от Дейна, как и подобает телохранителям.

– Что же навело вас на такую мысль? – с живым интересом уточнил Дейн, отвлекая Таргариена от созерцания Вель.

– Три века назад ваш предок Торрхен Старк поклялся в вечной верности моему. В обмен Эйгон Завоеватель сохранил его жизнь, а также земли и титулы, назначив Торрхена первым Хранителем Севера.

– Я знаком с историей Вестероса. Мой благородный отец позаботился о моём образовании, – ответил ему Дейн пристально глядя на собеседника. Его лицо осталось совершенно непроницаемым, однако в серых глазах появился едва уловимый озорной блеск.

– То, что ваш отец, в отличие от остальных, не объявил себя независимым королём и не отколол от Железного трона, подвластные ему регионы о многом мне говорит. Семь Королевств процветали, пока Старки правили Севером, а Таргариены сидели на троне. Лорда Эддарда называют по разному, кто дикарём, кто человеком чести, а кто и лицемером, но кем бы он ни был, он точно не клятвопреступник. И не стал бы нарушать клятву вечной верности.

Лицо Дейси напряглось, исказившись в недовольстве. Высокомерно-снисходительный тон этого мелкого царька выводил Мормонт из себя, равно как и лицемерные апелляции к давно нарушенным клятвам и договорам. Большая часть северян, судя по виду её мнение разделяли.

– А я клянусь, что тебе всегда найдётся место подле меня. Клянусь быть тебе защитником и не требовать от тебя ничего, что опорочит твою честь и достоинство. Клянусь Старыми богами и Новыми, – пробормотал Джон, глядя в пустоту затуманенным взглядом, словно находясь в трансе.

– Простите?

– Вы получили прекрасное образование, но всю свою жизнь прожили в Эссосе, – ответил ему Кошмарный Волк, взгляд Дейна прояснился. – Феодальное право Закатных королевств работает в обе стороны. Клятва данная Торрхеном, была нарушена вашим отцом, когда он похитил и изнасиловал Лианну Старк, а позже и вашим дедом, когда он казнил Рикарда и Брандона Старка, в ответ на их требования правосудия.

Северные дворяне вместе с Эдриком Дейном, выразили одобрение его словам. Присягнувшие Эйгону вестеросцы, которых тот взял с собой на переговоры, несколько неоднозначно пожали плечами, однако согласились с тем, что в своём утверждении Дейн скорее прав чем нет.

– Значит, вы здесь не для того, чтобы преклонить колено, – озвучил свой вывод Эйгон, хмуро оглядывая своих сторонников.

– Верно, – подтвердил его догадку Дейн. – Ковенант ведёт сразу несколько войн и лишь одну из них можно назвать близкой к завершению. Войну с Верой.

Единственное соглашение, которое с позволения отца и его лордов мог бы заключить с Грифом Джон выглядело так: Джоффри и Верховный Септон, а также невмешательство в дела Ковенанта в обмен на мир. Именно Иные всё ещё были основной проблемой Закатных, да и не только, королевств.

Штормовые земли, даже избежавшие полного разгрома своей армии, были в шаге от поражения. Запад, не представлял былой угрозы, равно как и Железные острова, военные кампании против обескровленных войнами регионов займут не более полугода каждая. Что же до Простора, то нейтралитет Ковенанта отправит его на растерзание драконам, не оставив Мейсу Тиреллу иного выбора, кроме как начать либезить перед Железным троном.

– Мы не можем им доверять, – нервно шептал Джон Коннингтон, обращаясь к своему королю. – Эти переговоры и дальнейший «мир», позволит северянам перегруппировать силы и стянуть к нашей границе всё их войско.

– А что толку? За это время мы успеем объединить силы с дотракийской ордой и войском принца Оберина.

Дорнийцы были крайне эффективны на войне только в своей пустыне. Ни одной громкой войны за пределами своих границ, потомки ройнаров за тысячелетия истории так и не выиграли. Что же до дотракийцев, то те тоже не сталкивались с крупными феодальными армиями с сильной воинской традицией. Золотые Мечи и Безупречные свою роль сыграют, но на остальных наёмников сильно полагаться тоже не стоит. В генеральном сражении Эйгон сможет положиться лишь на дракона и численный перевес. Вот только озвучить своему королю подобную мысль рыцарь так и не решился. Гордость или же глупость, просто не позволили ему признать соперника равным.

– Ваше предложение слишком щедрое, лорд Дейн, – ответил северянину король. – И звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой.

– Предложение не моё, и не моего отца, оно идёт со стороны Ковенанта. Всего Ковенанта.

– А часть его территорий контролирует корона, – Эйгон понял к чему клонит собеседник.

– Верно, Трезубец такая же часть Ковенанта как Север или Долина. С Харренхоллом мы разберёмся сами, но Дарри, Девичий Пруд, Свиной Рог и все прилегающие к ним города и деревни вам придётся оставить.

– Дарри поклялись королю в верности! – зашипел Коннингтон.

– Равно, как и Фреям с Ланнистерами до этого, – тут же ответил Дейн. – Они лишь жалкие перебежчики и дом Талли уже лишил их земель и титулов.

– Вопрос в территориях? – уточнил Эйгон.

– Вопрос в существовании Ковенанта, – ответил Дейн, на что король в недоумении изогнул бровь, явно ожидая объяснений. – Союз регионов был создан с определённой целью, но от него не будет толку, если он не способен выполнить взятые на себя обязательства.

Эддард Старк пообещал Бриндену Талли помочь отомстить за семью, и вернуть под знамёна со скачущей форелью все Речные земли. Ковенанту нужно было утвердиться и заявить о себе. Божественные чудеса и количество мечей помогали в этом, однако союз будут воспринимать серьезней, если тот возьмёт под контроль всё заявленные территории.

– Мы не можем лишаться завоеваний. Названные им территории это треть от контролируемых нами земель, – опять зашептал монарху Коннингтон. – Что уж говорить о плодородный полях Трезубца.

– Все ещё малая цена за Семь Королевств, – отмахнулся Эйгон.

– Вид дикаря мешает вам разглядеть в собеседнике умелого интригана и расставленную им западню.

– Западню?

– Эйгон Завоеватель захватил материк огнём и мечом. Никто не будет считаться с вами и короной, если вы уступите территории без боя, этим вы только укрепите влияние Кошмарного Волка. Никто не присягнёт вам, если вы отдадите верных вассалов в руки врагам.

– Никто не будет присягать мне, если я буду вести себя как неспособный договариваться узурпатор! – зашипел в ответ Таргариен.

Наставления прямо посреди важных переговоров начали его откровенно раздражать, но жизнь научила юношу извлекать ценный урок из каждого. Мир и невмешательство со стороны Ковенанта был выгоден Таргариенам, однако, пока драконы будут расходовать силы на завоевание остального материка, северяне будут их копить.

– Скажите мне, лорд Дейн, какова вероятность, того, что лорды Ковенанта признают над собой власть Железного трона и подчиняться.

– Если на нём будете сидеть вы? – уточнил Джон, Эйгон кивнул. – Весьма мала. Север, Трезубец и Долина воевали против вашего деда, они скорее предпочтут любого из Баратеонов, чем Таргариена, а попытка подчинить их силой вызовет лишь более сильный отпор.

– Предлагаете созвать Великий совет? – изогнул бровь Эйгон.

– Он может занять более полутора лет, – отмахнулся Дейн. – На это нет времени, ни у Ковенанта, ни у дома Таргариен. Однако у вас есть способ заработать достаточно симпатий и политического капитала, чтобы вашу власть признали даже лорды Севера.

– Принять Старобожье? – фыркнул Коннингтон.

– Отправить самую большую армию континента на защиту Стены, а с ней и всего Царства людей. Хотите быть Владыкой Семи Королевств и Защитником государства? Проявите себя как оный.

– У меня встречное предложение, преклоните колено, помогите мне завоевать материк и мои армии защитят Север, а с ним и всё Царство людей.

– Кажется вы меня не слушали, – отметил Дейн.

– Напротив. Я внимательно вас слушал, и пришёл к выводу, что вы нуждаетесь во мне так же сильно, как и я в вас, однако уступок требуют лишь от дома Таргариен.

– Действительно, с чего вдруг? – фыркнула Дейси Мермонт, явно намекая на статус заморского завоевателя.

– Я прошёл долгий путь, леди Мормонт, – ответил ей Эйгон. – Я не помнил ни Королевскую Гавань, ни Красный Замок, ни Драконий Камень. Большую часть жизни я прятался от прихвостней узурпатора и готовился забрать своё. Годы изматывающих тренировок, бессонные ночи в компании книг и учителей, изучение интриг, таинств Веры и ратного дела. "Изгнанный" принц, выросший на чужбине.

Дейси закатила глаза, мол «сейчас расплачусь».

– И вот, я снова в Вестеросе, с войском и верными сторонниками. Династия которой грозил крах и упадок, спасена и в шаге от восстановления. Города и замки один за другим водружают на башни знамёна с красным драконом и переходят на мою сторону. Сокровища семьи снова в моих руках. Эйгон Первый завоевал Закатные королевства высадив на материк несколько тысяч солдат, у Эйгона Шестого их в десятки раз больше, – закончил свой монолог Гриф, однако северянка всем своим видом показывала, что не впечатлена.

– Я знаю, человека который в плане достижений даст вам фору, – колко подметила Мормонт, Вель прыснула в ладонь, замаскировав смешок под кашель. От этого действия Таргариен почувствовал себя уязвлённым. Драконье сердце воспылало обидой и завистью.

– Эти переговоры будут долгими… – пробормотал себе под нос Эдрик.

* * *

Речные земли, ставка Эдрика Баратеона

– Мой король, разведчики Ковенанта докладывают, что войско Оберина Мартелла и дотракийский кхаласар прошли через Штормовые земли и Простор. Несколько недель и они соединятся с основными силами Таргариенов, – сообщил последние вести лорд Эстермонт.

– Теперь драконов ещё больше, – мрачно констатировал Эдрик.

Старые боги спасли его от поражения, а вассалы Талли позволили войску штормовиков разбить лагерь на их землях и набраться сил. Более того, по приказу Эддарда Старка в лагерь был организован подвоз продовольствия из окрестных городов и деревень. Многие были наслышаны о чести и благородстве Тихого Волка, и списывали подобный поступок на его дружбу с покойным королём Робертом.

Юный король был несколько иного мнения. Старк, как и глава любого Великого дома, просто обязан быть прагматичным, пусть и в меру. Штормовики доставят меньше хлопот и не создадут проблем, если не будут отбирать еду у крестьян. Да и на голодный желудок много не навоюешь, а войско Баратеона всё ещё способно дать бой, почему не бросить его в самое пекло?

– У нас будет шанс, если нам удастся перетянуть на свою сторону Ковенант, – отметил старик.

– Железный трон твой по праву, – обратился к племяннику Станнис. – Эддард Старк понимает это как никто другой.

– Но решение принимает не он один, – хмуро глянул на Станниса лорд Элдон, за последние дни он откровенно устал от споров на эту тему. Станнис оказался просто непробиваем.

– И мы нуждаемся в Старках сильнее, чем они в нас… Они уже выдвинули условия?

– О, – протянул Элдон, улыбаясь по отечески тёплой улыбкой. – Целый список. – Отметил он, передавая внуку пергамент.

– Отмена подписанных Джоффри указов, место в Малом Совете, утверждение Бронзового Джона Ройса, и Бриндена Талли в качестве Хранителей Долины и Трезубца соответственно… – зачитал вслух Баратеон.

– А так же утверждение всех титулов, привилегий, земель и указов которые они успели даровать своим вассалам за последние месяцы, – добавил Эстермонт. – Это важно.

– И много они успели даровать? – изогнул бровь юноша.

– Много, и ещё столько же осталось. После того, как последние лоялисты Арренов пали у Перешейка, в Долине осталось много «бесхозных» замков и владений. Что уж говорить о лоялистах фракции Фреев.

– Пересмотр статуса Старобожья и помощь в защите Царства людей от Иных, – закончил читать основные пункты из всё ещё увесистого свитка Эдрик. Дальше шли несколько десятков более мелких и незначительных, добавленных скорее в качестве предмета торга, чем реальных ключевых условий. – И какой же должна быть эта «помощь»? – Уточнил монарх.

– Всеобъемлющей? – пожал плечами Эстермонт.

Баратеон задумался, не будь он сейчас здесь, он был бы либо мёртвым, либо на побегушках у драконов, в случае, если бы Эйгон забыл об уязвлённой гордости и пощадил родственника. С другой стороны были Старки, требовавшие заплатить непомерную цену, но в обмен предлагали помощь в мести и Железный трон.

Тайвин сброшен с доски, а вместе с ним и Бейлон Грейджой. Эдрик остался зажат между такими монстрами как Ковенант Зимы, лоялисты Таргариенов и Простор. Стоит затянуть с выбором стороны и его просто съедят.

– Из двух монстров нужно выбирать того, кто тебе знаком, – заключил юный Баратеон.

– Племянник? – старший Баратеон выглядел привычно хмуро и безразлично, но тон мужчины ясно говорил что тот растерян.

– Принц Станнис, отправьте ворона на Драконый Камень, пусть на острове возобновят добычу обсидиана. Все незадействованные в блокаде материка суда приспособьте под его транспортировку к Стене, все без исключений транспортные и торговые суда, тоже. Захват столицы с моря нам уже не светит.

– Мой король, – поклонился мужчина.

– Лорд Элдон, сообщите Эддарду Старку, что я хочу переговорить с ним лично, но нахожу его условия вполне приемлемыми.

– Ваше высочество, – ткань шатра распахнулась, внутрь заглянул сир Седрик, один из телохранителей Баратеона.

– Да?

– Она здесь, – доложил рыцарь.

– Зови, – велел монарх, поворачиваясь в сторону зеркала, чтобы проверить свой внешний вид. Предстать в плохом свете перед гостьей он не хотел.

Вслед за штормовиком внутрь вошла молодая дворянка, которую разумеется разоружили перед тем как подпустить ближе к королю. Не успела девушка передать в руки гвардейцев кистень и кинжал, как почувствовала на своём лице хватку мужских пальцев.

Принц Станнис приподнял ей подбородок, повернул её лицо в одну сторону, затем в другую, пристально осматривая, словно Эссоский купец выбирающий на рынке рабыню. За всё это время мужчина даже не моргнул, что в купе с его неприятным взглядом явно не прибавило девушке комфорта.

– Да, – заключил принц, убирая ладонь от её лица. – Она определённо Роберта.

– Сама знаю, – фыркнула та, театрально разминая подпородок.

– Точно Роберта, – засмеялся старый Эстеромонт.

– Итак? – Стоун сложила руки на груди. – Мне велели доставить в ваш лагерь еду, а не развлекать вас. Зачем меня сюда привели? – Уточнила она уверенным холодным тоном.

– Я попросил, – взял слово Эдрик. – Хотел познакомиться с тобой, сестра.

* * *

Речные земли, лагерь Ковенанта

– Итак, какие новости? – спросил Эддард Старк, стоило только его сыну вернуться с переговоров.

– Мы не договорились, – коротко ответил Джон.

– Я не удивлен, – без упрека ответил Старк. – Ну? И как тебе этот король Эйгон?

– Он образован лучше большинства лордов Вестероса, и даже некоторых мейстеров. От того и высокомерен. Уверен в себе, да настолько, что искренне верит в свою исключительность значимость, и даже в некоторой степени… избранность, что делает его представления о Закатных королевствах несколько… наивными.

– Словом, очередной Таргариен, – подвел итог Старк.

– Ты знал больше Таргариенов, чем я, тебе и судить, – пожал плечами Джон, Эддард вздохнул. – Что-то случилось, отец?

– Рыцарь Цветов передал мне письмо от своего лорда-брата.

– Что-то ты не сильно этому рад.

– Лорд Уиллас донёс до Ковенанта весьма однозначную позицию дома Тирелл. Простор не приемлет никаких союзов и перемирий с дотракийской ордой и тем, кому она подчиняется.

– Не могу их за это судить. Святому Воинству определённо есть чему поучиться у конеёбов.

– Благодаря чему Хранитель Юга пересмотрел своё отношение к нашему противостоянию с Верой. Простор выступил на север.

– А вы времени не теряли.

– Это всё король Эдрик, – отмахнулся Старк. – Мальчик мне уже плешь проел со своими слонами. Но, полагаю, это не самая большая из наших проблем.

– Да, у Таргариенов есть блядский дракон, – согласился с ним Джон, лицо Дейна украсила предвкушающая кровожадная улыбка.

Глава 78

После переговоров в Закатных королевствах воцарилось шаткое затишье, гарантируемое бездействием основных противоборствующих сторон. Ковенант значительно замедлил темпы освобождения Речных земель и даже на некоторое время позабыл о планах захвата Харренхолла. Попытка приступа может привести к катастрофически огромным потерям, а длительная осада откроет Таргариенам возможность атаковать вестеросцев в лагере.

Эддард Старк ослабил границу с Западом, приказав Песчаному Волку и его людям двигаться на восток. Хранитель Севера стягивал все силы для решительного удара. Войско прирастало с каждым днём, мечи Эдрика Баратеона ощутимо его усилили, однако в той же степени становилось труднее всё это войско содержать. Остатки армии Старого Льва, попавшие в плен к северянам, только усугубляли эту проблему. А с недели на неделю должен был подоспеть и Уиллас Тирелл.

Вороны Кошмарного Волка облетали лагерь, пути снабжения, окрестные города и замки, ожидая атаки в тыл, но без толку. Применить свой главный козырь в попытке ослабить врага Таргариен так и не решился. Вероятно, берёг для генерального сражения.

Эйгон понимал, к чему всё идёт, и велел шедшим с юга подкреплениям ускориться. Методично разоряющие деревню за деревней дотракийцы были вынуждены на время оставить Простор в покое, равно как и лорды Дорна, успевшие обогатиться путём грабежа и мародёрства в Штормовых землях. Такая война им определённо нравилась.

Было очевидно, что когда Эйгон соберёт в кулак все свои силы, то столкнётся с той же проблемой, что и Ковенант, а значит конфликт либо превратится в стояние на месте в ожидании пока противник истощится, либо завершится грандиозной битвой. Зерно Простора и Трезубца могло обеспечить Ковенанту победу при первом сценарии, чего нельзя сказать о Королевских землях и Эйгоне. Вот только Зима и Иные ждать намерены не были.

– Лорд Старк! Лорд Старк! – на очередной военный совет ворвался взволнованный вестовой. – Эйгон перешёл Черноводную. Он ведёт войско наперерез армии Простора!

Старк оглядел находящихся в шатре лордов, лица которых пылали мрачной решимостью и готовностью покончить с этим затянувшимся походом.

– Велите горнистам трубить сбор. Мы выступаем!

…

Стоило только войскам Ковенанта перейти реку, как переправа из льда и снега начала испаряться буквально на глазах, несмотря на то, что солнце давно успело уйти за горизонт. Впереди Таргариены, позади Черноводная, «бежать некуда» – сказали Старые боги своё слово.

Позади пели барабаны, медные трубы и боевые рога северян. Две невероятные в своей огромности армии занимали позиции. Долго, медленно и беспорядочно, казалось, это может занять весь день, эффективно командовать чем-то таким – дело совершенно гиблое. Один точный удар по находящимся на марше к своим позициям солдатам того и гляди разобьёт их линии и заставит весь участок рассыпаться, подобно построенному из кубиков игрушечному замку. Вот только совершить рискованный удар с ходу не осмелилась ни одна из сторон.

Пока солдаты Простора и Ковенанта объединялись в одну монолитную силу, их лидеры отправились на последние, уже формальные переговоры, в благополучный исход которых не верили ни одни ни другие. Эйгон обожал символизм, пусть ему не удалось повторить присягу Старков, сегодня открывается возможность разбить своих врагов и повторить битву на Пламенном Поле.

Били по земле копыта, недовольно ржали кони, сминалась под их весом трава и полевые цветы. Пара десятков всадников со знамёнами в руках стремительно приближались друг к другу.

Короля Эйгона сопровождали облачённые в белые доспехи королевские гвардейцы, Джон Коннингтон в роли Десницы, главы благородных домов Дорна под началом Оберина Мартелла, несколько лордов да рыцарей Королевских земель и полуголый дикарь в компании полудюжины таких же. Вероятнее всего, это был дотракийский кхал в окружении своих кровных всадников.

– Эдрик, мой любимый кузен, – обратился Эйгон к Баратеону, пришпорив коня. – Тебя и твоих людей не хватало в вашем лагере, когда я со своими воинами явился туда. Увы, одного сражения оказалось недостаточно, чтобы уладить все наши разногласия.

Эдрик покрепче ухватился за поводья. Голубые глаза юного короля потемнели от гнева, но мальчик был достаточно благоразумен, чтобы проигнорировать выпад. На него смотрели не только враги, но и будущие вассалы. Ну, в случае, если он сегодня выживет.

– Лорд Старк, – кивнул Эйгон главе процессии.

– Эйгон, – вежливо поклонился северянин, проигнорировав титул Таргариена.

– Благодарю за то, что привели сюда лорда Штормового Предела. Теперь спешитесь, преклоните колено, снимите с себя командование, признайте власть Железного трона над так называемым Ковенантом Зимы, и я прощу вероломное предательство дома Таргариен. Ваше, и всех ваших лордов.

– А если я откажусь от столь щедрого предложения?

– Огонь и кровь, – ответил Эйгон девизом своего дома. – Лишь они ожидают тех, кто осмелится встать на пути моей власти. Ваш сын говорил, что вы опасаетесь угрозы из Застенья, а значит у вас ещё меньше причин терять людей в бессмысленной бойне.

– Вы совершенно правы, – признал Старк. – Я повидал уже достаточно крови, и если есть возможность избежать сотен сожжённых деревень, десятков разграбленных городов и пресёкшихся домов, а также тысяч погибших, калек, вдов и сирот, я ей непременно воспользуюсь.

На лице Эйгона расцвела триумфальная улыбка. Часть лордов пришли к совершенно неправильным выводам и стали выглядеть немного ошарашенно. Эддард поспешил продолжить:

– Чтобы одолеть мёртвых, нужно сохранить жизнь тем, кто всё ещё дышит. Предлагаю вспомнить о древнем перволюдском обычае.

– Я не собираюсь убивать старика. В этом не будет чести, это не сочтут за победу, – ответил после некоторой заминки Эйгон.

– Благородство Рейгара, рад, что вы унаследовали от "отца" что-то хорошее, – тут же ответил Старк, лицо мужчины выглядело совершенно непроницаемым. В нём было невозможно что-либо уловить и различить. Ни нотки сарказма, ни какую-либо реакцию на оскорбление. – Вы правы, мои лучшие годы давно в прошлом и я буду вынужден выставить защитника. Вы можете поступить так же, если пожелаете.

– Мой король, он может выставить кого-то гораздо более умелого, чем он сам. Позвольте мне сражаться от вашего имени, – тут же обратился к Грифу один из его гвардейцев.

– Нет, сир Барристан. Вы грозный воин, но ныне едва ли справитесь с первым мечом Севера. Схватка с колдуном и провидцем в любом случае будет нечестной и проигрышной.

– Выставьте против него дракона, – предложил Эдрик Дейн. – Хоть узнаем, чья магия сильнее.

Джон Дейн лишь пожал плечами, мол, «почему нет?». Среди лордов поднялся гомон и начались споры: «Что же сильнее, колдун и легендарный меч или драконье пламя?». Один из дотракийцев тем временем начал задавать вопросы одному из дорнийских лордов.

Глаза Эйгона сузились, с лица пропала легкомысленная улыбка. Старк хочет обманом и уловками лишить его ключа к победе. Но нет, он этого так не оставит…

– Я могу сражаться вместо тебя, если ты боишься, – заговорил на ломаном общем языке неожиданно встрявший в разговор дотракийский кхал.

Неловкое молчание, повисшее на переговорах, прервал смех Джона Дейна. Искренний и живой, молодой лорд даже запрокинул назад голову и прикрыл глаза.

– Почему ты смеешься? – спросил у него дотракиец.

– Потому, что нахожу это смешным. «Король» Эйгон опасается выставлять одного из лучших воинов, что у него есть, равно как и дракона, а полуголый, вооруженный сабелькой конеёб думает, что справится лучше них.

– Подойди ближе, и я покажу, на что способна эта сабелька, – угрожающе заговорил кхал, обнажая аракх.

– Ну нападай, увидишь, мы стоим друг друга, – Дейн положил ладонь на рукоять Заката.

– Довольно! – перепалку прервал рявкнувший Эддард.

– Свои силы и пыл сможете продемонстрировать в бою, но на переговорах держите оружие в ножнах! – вторил ему Эйгон. Угрожающе шипевший кхал гневно покосился уже в его сторону, но подчинился.

– Встретимся на поле боя. Мой конь нассыт на твой труп, после того как я с тобой разделаюсь, – напоследок промолвил дотракиец уже на родном языке.

– Подарю твою красивую косичку своей сестре, – не остался в долгу Дейн, перейдя на ломаный дотракийский.

– Ох уж эти северяне, – демонстративно вздохнул Эйгон. – Готовы дать родне погибнуть, лишь бы сохранить собственную гордость.

Принц Оберин заметно напрягся, из-под нахмуренных бровей на Таргариена глядела пара сузившихся чёрных глаз, засиявших опасным блеском. Не без усилия над собой дорниец натянул на лицо дружелюбную улыбку, а вот Эдрик отнёсся к угрозе более резко, ладонь юного рыцаря уже покоилась на рукояти Рассвета.

– Мой король, в нашем последнем разговоре вы заверили меня, что леди Аллирии ничего не угрожает.

– «В случае, если Дейны будут благоразумны», – напомнил ему Эйгон. – Но не беспокойтесь, принц Оберин, Кошмарный Волк знает, о чём идёт речь.

– Скоро ты умрёшь, Блэкфаер, – пообещал ему Джон, ударив по крупу коня. – С моей помощью или без неё.

– Увидим, – ухмыльнулся Эйгон, проигнорировав оскорбление. – Переговоры окончены!

* * *

– Странно видеть вас одного, лорд Дейн, – обратился к Джону сир Гарлан Тирелл.

– Мне казалось, что я среди друзей, – шутливо огляделся по сторонам северянин.

– Мой брат говорит о ваших гвардейцах, телохранительницах, кузене, вороне и лютоволке, – объяснил Уиллас.

– Эдрик уже большой мальчик, а все остальные там, где должны быть, равно как и я.

На последних военных советах представители Ковенанта, Простора и Штормовых земель обсуждали ключевые козыри Эйгона Таргариена и методы противодействия им, а именно огромного чёрного дракона и элефантерию.

Избранник Старых богов, каким бы могущественным ни казался, всесилен не был, и мог взять на себя лишь что-то одно. И если Чёрная Рыба успел повоевать против слонов во время кампании на Ступенях и был вполне готов как поделиться с остальными своим опытом, так и полностью взять решение этой проблемы на себя, то примеров побед над драконами без наличия собственных за всю историю Вестероса было немного.

Кому, как не богоравному винтерфельскому бастарду, взять на себя подобную тварь? Нужно только внимательно смотреть по сторонам, ожидая появления чудища, а с холма, на котором заняла позиции пехота Простора, это было делать сподручнее всего. Без сомнений, помочь найти дракона могли и вороны, но вступив в бой можно не успеть добраться до крылатой твари до того, как та перевернёт сражение в пользу Эйгона. За союзниками же оставалась задача если не одолеть элефантерию, то хотя бы не побежать под её натиском.

Тем временем враг заканчивал выстраиваться в боевые порядки. Десятки тысяч солдат с обоих сторон вот-вот должны были начать самую грандиозную в истории Закатных королевств битву. Клинья тяжёлой конницы, ровные ряды стрелков, шеренги тяжелой пехоты, выстроившиеся в каре Безупречные, беспорядочная толпа дотракийских дикарей, все они растянулись настолько, насколько хватало взора. Но даже так, все они меркли в сравнении с приближающейся к Стене армией мёртвых.

«Завыли трубы, поле пылает

Снова орда из степей наступает

Сунет и сунет, но дикарь не знает

Что его в землях Простора лишь смерть ожидает»

Так напевали выстраивавшиеся на позиции пехотинцы юга.

Уиллас Тирелл желал лично поквитаться с дотракийцами за прокатившиеся по его региону зверства. Эддард Старк и король Эдрик с радостью предоставили ему такую возможность, поставив того в самый центр, на остриё вражеской атаки.

Просторцы выстроились в форме выпуклой в сторону противника линзы с тяжёлой панцирной пехотой и пикинёрами в авангарде. Позади них встали тысячи лучников: стрелки болотных кланов, егеря Волчьего и Королевского леса, лучники с длинными тисовыми луками и стрелки Долины. Стрелки Простора используют преимущественно арбалеты, от легких до тяжёлых и осадных, но те сильно уступают лукам в скорострельности, и больше пользы они принесут на других участках сражения.

Сорок тысяч сверхмобильных лёгких кавалеристов станут той ещё занозой в заднице для абсолютно любого противника. Непрекращающийся обстрел, резкие маневры, удары по тылам и флангам.

Дотракийцы совершенно искренне презирают пехоту, считая, что та не достойна иной участи, кроме как быть затоптанной их лошадьми под дикие крики и улюлюканье самих всадников. Спровоцированный кхал, считающий себя сильнейшим из воинов и наиболее умелым полководцем, поспешит доказать это при первой же открывшейся возможности.

Волна за волной дотраки обрушатся на центр, который рассечёт их, подобно несокрушимому волнорезу. Когда дикари поймут, что феодальное войско не чета эссосским наёмным армиям, будет уже слишком поздно.

– Идут, – констатировал Уиллас, глядя на мчащуюся в сторону правого фланга орду.

Высокий и статный молодой человек покрепче ухватился за поводья. Уиллас был закован в полный латный доспех, выполненный по индивидуальному заказу самим Тобхо Моттом, лучший из тех, что можно купить за деньги, как и подобает наследнику Великого дома. Его армет был украшен большим золотым пером, а на поясе в ножнах покоилось Золотое Венчание.