Текст книги "Бастардорождённый (СИ)"

Автор книги: DBorn

сообщить о нарушении

Текущая страница: 100 (всего у книги 114 страниц)

Сотни домов, клановые, малые, дворянские, рыцарские и благородные. Так удачно собранные разом в одном месте. Время познакомиться с тайными ходами замка Маргери ещё найдёт, а вот подобная возможность представится ещё не скоро. Джон трудится ради их общего благополучия, а значит и его невесте без дела сидеть не стоит. Тирелл спустилась в замковый чертог.

Методы Кошмарного Волка позволяют обрести много друзей и ещё больше врагов. Это совсем не значит, что они плохи, но иногда просто нужно прибегнуть к более тонкому подходу.

Маргери приметила группу молодых дворянок Трезубца и тут же последовала заводить новых друзей и полезные знакомства. На ходу Тирелл буквально перебирала личины, выбирая подходящую для этого момента. При необходимости она могла изменить почти всё, походку, мимику, модель поведения. Маски сменялись столь плавно и естественно, что переход было трудно не то что заметить, а даже осознать.

Леди Лемора потратила долгие годы, чтобы обучиться подобному, у Маргери был к этому природный талант. Самый настоящий дар, которым Тирелл овладела в совершенстве.

Казалось, светская беседа едва началась, и в следующий миг девушки хихикают, шушукаются и секретничают, будто были близкими друзьями последние лет десять. Тирелл подружилась с кухарками, показала леди Долины несколько новых причёсок, сыграла в кайвассу с главой одной из городских гильдий, поиграла с детворой. Противостоять её харизме было попросту невозможно и в конце вечера половина гостей заворожённо слушала, как леди Маргери играет на большой арфе, а леди Вель поёт на перволюдском.

…

Зажмурив глаза от удовольствия, Маргери окунулась в тёплую воду. Долгий утомительный вечер подошёл к концу, самое время смыть с себя усталость и немного понежиться. Тирелл это заслужила, да и остальные тоже.

Выполненные из светлого гладкого камня, купальни разительно отличались от остального замка. Они были украшены мозаикой, мраморными статуями и колоннами, а также имели систему подогрева пола и стен горячим воздухом. Джон возвёл их для матери по образцу имперских бань. Купальни Звездопада были одной из немногих вещей, по которым та скучала, чем не повод побаловать её и остальных?

Вель мыла свои длинные волосы, Дейси помогала малышке Дианне с водными процедурами.

– Ну, как всё прошло? – спросила Вель.

Маргери открыла глаза и увидела, что одичалая повернулась в сторону двери, через которую в купальню вошла темноволосая девушка. Проигнорировав раздевалку, та снимала с себя одежду на ходу, просто бросая ту на пол.

– Скучно, – пожаловалась Мия.

– Хотя бы успешно?

– Посмотри сама, – фыркнула та. Дворянка стянула штаны и, вытащив из кармана монету, метнула ту подруге.

– Красивая, – присвистнула Вель. – Я таких ещё не видела.

На одной из сторон серебряной монеты красовался герб Баратеонов, а на другой – портрет королевы Ширен в профиль с именем внизу. А на золотой будет изображён уже Эдрик Первый.

– Едва отчеканили, – фыркнула девушка. – Без моей оценки и одобрения продолжить работу лорд Минога ну никак не мог.

За время смуты столицу не раз накрывали волнения и погромы, ещё при правлении Джоффри. Город захватывался Ланнистерами, Таргариенами и Баратеонами, что в конечном итоге не сказалось на состоянии столичных монетных дворов благополучно. Дом Мандерли решил протянуть монарху руку помощи.

– Быть сестрой короля нелегко, – попыталась приободрить подругу Дейси.

– Король Эдрик доверил тебе важное дело, значит он ценит тебя, – добавила Маргери.

– Что же тут ценного?

– По большей части простой люд узнает о личности и внешности монарха по монетам, – ответила Тирелл. – Так король Эдрик обретает легитимность в глазах знати с чернью и укрепляет свои права.

– Ого, – присвистнула Мия, неловко потерев ладонью затылок. – Кажется, я действительно важная.

– Мия смешная! – хлопнула в ладошки Дианна.

Девушки засмеялись.

* * *

– Арья, ты должна извиниться перед Мирцеллой за все гадости, что ей наговорила, – обратился к невесте Эдрик, как только они остались одни в его покоях.

– И не подумаю! – заявила Старк, повернув голову на бок и гордо вздёрнув носик.

– Арья, ты была не права, – ответил ей Эдрик нахмурившись. – И повела себя неподобающе, выставив в дурном свете не только себя, но и наши дома. Старков и Дейнов обоих ветвей.

Меч Зари знал невесту слишком хорошо, сильнейшими авторитетами для Старк всегда были отец и любимый, так похожий на неё внешне, старший брат. Если к кому и апеллировать в споре с Арьей, то именно к ним.

– Эта сучка не должна была флиртовать с тобой! – запротестовала Арья, чувствуя собственную правоту.

– А ты не должна была выходить из себя от обыкновенной вежливости, – парировал Дейн, Старк возмущённо фыркнула.

В маленькой волчице всегда было обострённое чувство справедливости, если она считала, что поступает правильно, то шла в своём стремлении до конца и оставалась при своём мнении.

Мирцелла не должна была миленько беседовать с её женихом, а уж тем более хихикать его шуткам или флиртовать с ним. Эдрик принадлежит Арье, а не Мирцелле. Ну, будет принадлежать. На фоне необоснованной ревности репутационные издержки, которые понесёт от её поведения Эдрик, девушку волновали не сильно.

– Завтра ты пойдёшь и извинишься перед ней, – добавил рыцарь.

– А что, если нет? – с вызовом спросила Старк, скрестив руки на груди и изогнув бровь.

Дейну нравилось стремление возлюбленной к справедливости, но не тогда, когда оно ставит под сомнение его авторитет как лорда или как мужа. «Каждый член семьи лорда представляет его, в той или иной мере». Так учил Эдрика Джон. Арья души не чаяла в брате, но эту истину так и не выучила.

– Тогда я перекину тебя через колено, – спокойно ответил Дейн. – И выпорю.

– Попробуй! – в тоне Арьи было ещё больше вызова, чем прежде.

Дейн схватил любимую за руку. Краткий миг сопротивления, и Старк обнаружила себя на кровати с заломанными за спиной руками, перекинутой через колени Эдрика.

– Ты извинишься перед Мирцеллой? – уточнил рыцарь, угрожающе занося ладонь для удара и давая последний шанс.

– Нет! – безапелляционно заявила Арья. Она ведь была права, а значит и проиграть не могла.

Шлепок ладони пришёлся аккурат по подтянутой ягодице.

– Эй! – возмутилась Арья, глаза девушки расширились от плясавшей в них смеси шока и изумления. Отец никогда не порол её, и волчица до последнего не верила, что Дейн воплотит свою угрозу в жизнь.

– Ты извинишься перед Мирцеллой? – вновь повторил свой вопрос Эдрик.

– И не подумаю!

Шлепок, в этот раз уже по другой ягодице. Арья начала брыкаться в попытке вырваться, но тщетно. Хватка Эдрика была слишком сильной.

– Нимерия! – закричала Старк. – Сделай что-нибудь!

На что лежащая у двери лютоволчица лишь лениво повернула голову в её сторону и наклонила ту на бок. Мол, сама виновата.

– Предательница! – фыркнула Старк после очередного шлепка, ведь сдаваться она намерена не была.

В следующий миг Арья залилась краской, почувствовав, как под её животом твердеет и становится больше мужественность Эдрика, о которую она трётся.

– Ты извинишься перед Мирцеллой?

– Нет! – стояла на своём Старк.

Дейн вновь шлёпнул возлюбленную по ягодице. Округлая и упругая от тренировок выпяченная попка Арьи в обтягивающих чёрных штанах была одной из наиболее привлекательных и манящих черт девушки, говорившей о её зрелости и обретённой с возрастом красоте. Дейн с трудом сдерживал желание сорвать с любимой всю одежду. Но не смог удержаться перед соблазном, погладить ягодицы.

Эдрик сжал ладонью одну ягодицу, затем другую. Погладил обе по очереди, после чего, плюнув, освободил Старк от хватки и использовал уже обе руки. Что же до Арьи, то та так и не воспользовалась возможность вырваться, а лишь подложила руки под подбородок, чтобы улечься поудобнее.

Сексуальный контекст наказания пришёлся ей по вкусу. Возбуждение Эдрика откровенно льстило никогда не считавшей себя привлекательной девушке, лучше любых комплиментов и даже сравнений с тётей Лианной. Старк тонула в испытываемой от процесса смеси стыда и удовольствия.

– Всё равно не извинюсь! – проворчала Арья, напоминая любимому о своём наказании.

Ещё шлепок. Старк промурлыкала, получив очередной удар, и томно выдохнула. Новый шлепок, и вот девушка едва заметно подрагивает. Ещё один, и Старк закрывает глаза, прикусывая нижнюю губу.

– Ты извинишься перед Мирцеллой? – вновь уточнил Эдрик.

– Нет, – в этот раз в тоне Старк не было ни протеста, ни упрямства, лишь мурлыкающее заигрывание.

– Выпяти попку, – велел рыцарь, его наречённая подчинилась не раздымывая.

Дейн потянул край штанов, стягивая те вниз и обнажая крепкую, аппетитную, порозовевшую от ударов задницу. Попку, которой Арья начала покачивать, когда ладонь Любимого вновь огладила её.

Шлёпок, томный стон, игривый блеск открывшихся серых глаз, нежное поглаживание. Эдрик, озорно улыбаясь, менял силу ударов, ища оптимальную, ту которая понравится любимой больше всего. Найдя оную, Дейн занёс руку для нового удара и замер, так и не шлёпнув любимую в очередной раз.

– Ты извинишься перед Мирцеллой?

– Нет, – застонала Старк, предвкушая удовольствие.

– Тогда я прекращу тебя шлёпать, – спокойно заявил Эдрик.

– Что? – затуманенный похотью взгляд в миг прояснился. – Нет! – возмутилась Старк. Серые глаза умоляюще глядели в лиловые, но те оставались беспристрастны. Эту волчицу нужно было обуздать.

– Тебе нужно лишь пообещать, – Эдрик вновь нежно опустил ладонь вниз, чтобы погладить ягодицы. Арья замурлыкала. – А я знаю, что ты честна и не нарушишь слово. Пообещай, и я сделаю тебе ещё приятней.

Эти слова не на шутку взбудоражили Старк, её губы были приоткрыты, на щеках играл румянец, а глаза опять затуманились возбуждением. Нет, она всё ещё оставалась при своём мнении, вот только продолжения ей уже хотелось сильнее, чем справедливости.

– Х-хорошо, – тихо прошептала Старк, повернув голову в сторону.

– Что-что? – уточнил Дейн.

– Я… я извинюсь перед Мирцеллой, – подтвердила свои слова Арья, прикрывая заалевшее лицо руками и сгорая со стыда.

Нет, она не стеснялась ни своей наготы, ни наличия низменных желаний. Девушке было стыдно в первую очередь за то, что эти самые желания взяли верх над справедливостью.

– Умничка, – прошептал Дейн, целуя любимую в шею, в ту самую жилку, что сводила Старк с ума.

Миг, и северянка уже лежала на спине, а её руки были прижаты к изголовью кровати. Мозолистая от меча ладонь скользнула девушке под одежду, огладила аккуратную и упругую нежную грудь, которая на фоне тоненькой фигурки Арьи выглядела довольно большой. Эдрик задрал любимой одежду.

Его губы опустились к твердому соску и дерзко прикусили его, а затем начали посасывать, что заставило волчицу выгнуться дугой. Губы опустились к плоскому, украшенному четырьмя кубиками пресса животу, оставили поцелуй рядом с пупком. Арья сняла с себя сорочку, Эдрик одновременно крепко и нежно ухватился руками за её талию и огладил её. Затем его руки опустились ещё ниже, к бёдрам.

Лицом Дейн склонился к низу живота Старк. Дорнийки брили волосы там внизу, и Арья в преддверии первой брачной ночи поступила так же. Язык рыцаря проник в горячее, истекающее водопадом лоно. Арья откинула голову на подушку, из её горла вырвался протяжный стон, а сама она начала подрагивать от удовольствия.

Меч Зари исследовал самое горячее место в теле возлюбленной, искал ту самую точку, доставляя любимой удовольствие, а найдя сосредоточил внимание на ней. Волчица извивалась, дергалась во всё нарастающем возбуждении, подрагивала, сжимая голову Эдрика между своими бёдрами.

Наконец Старк резко выгнулась, сжимая ладонями простынь, и, обессилено упав обратно на кровать, тяжело задышала.

– Блядь, Эдрик, – выдохнула Арья, глядя, как пакостно улыбается любимый.

Девушка нервно сглотнула, когда Дейн навис над её хрупким девичьим телом. Настолько далеко они ещё не заходили. Арья подняла руку, погладив возлюбленного по щеке.

– М-мне страшно, – призналась волчица.

Рыцарь нежно улыбнулся и крепко поцеловал невесту.

– Не бойся, моя волчица, всё будет хорошо, – пообещал Дейн. – Ты веришь мне? – Старк кивнула.

Эдрик вошёл в любимую, забирая себе её невинность и делая Арью своей женщиной. В уголках глаз девушки проступили слезы, она скулила от боли и первичной неловкости, но с каждым толчком, с каждым нежным взглядом и поцелуем боль уступала место удовольствию. Лиловые глаза не отводились от серых, наполнявшихся развратом. Губы Арьи приоткрылись.

– Быстрее, – зашептала та.

Дейн ускорил темп, заставив девушку трепетать. Он смотрел, как в такт толчкам покачивается её грудь, как покрываются потом кубики пресса, как она тянет к нему руки, чтобы обхватить любимого, как в серых глазах сверкает счастье.

Минуту спустя волчица не выдержала, изогнувшись под Эдриком. Её ноги обхватили его спину, не позволяя отстраниться, а уста впились в губы любимого с требовательным поцелуем. Оторвавшись от него, Старк выглядела задорной, но усталой, в следующий миг её взгляд прояснился.

– Ещё раз, – попросила она.

– Ты уверена?

– Пожалуйста, – попросила Старк, становясь на четвереньки и выпячивая порозовевшую стараниями Дейна попку. В низу живота всё ещё болело, но гордость не позволяла Арье остановиться – Эдрик так и не кончил. – Ну?! – нетерпеливо уточнила Старк, покачивая задом. Её спина и тренированные руки тоже выглядели довольно сексуально.

Эдрик не смог удержаться и поднёс член к её лону. Он снова хотел войти в партнёршу медленно и нежно, но упрямая Старк качнула бедрами и сама насадилась на его член. Мужчинам ведь нравится брать жен на локтях и коленях, в это раз всё получится.

– Давай, Эдрик, я вся твоя.

Дейн начал двигаться, утопая в наслаждении. Арья была невероятно тёплой и узкой. Результат ли это их любви или её тренировок, но так хорошо рыцарю не было ни с одной из партнёрш. Вперёд-назад, вперёд-назад, Эдрик насаживал Старк на себя, ускоряя темп, нежность отходила на задний план, уступая место похоти. Дейн хотел свою невесту, хотел овладеть ею, насытиться ею, хотел настолько сильно, что больше не мог себя сдерживать.

– Эдрик! – закричала Арья.

Её тело охватила дрожь, Старк начала сжиматься, всё сильнее сдавливая член любимого внутри. Сделав ещё пару толчков, рыцарь излился ей внутрь.

…

Прошло некоторое время, дворяне лежали в обнимку на кровати, полностью обнажённые. Арья целовала его шрамы. Эдрик ласково гладил любимую, её грудь, пресс, волосы, руки, шею, на которой сжимал ладони чуть сильнее, чем вызывал в серых глазах озорной блеск.

Многие считали, что младшей из сестёр Старк недостаёт женственности, как в повадках, так и в фигуре, но глядя на любимую Дейн видел перед собой самую прелестную женщину на свете. С которой не сравнится ни прекрасная принцесса Арианна, ни даже Вель Уайтлинг.

– Мне было страшно, – призналась Старк, положив голову Эдрику на плечо.

– Но всё ведь прошло хорошо, – нежно улыбнулся ей Дейн.

– Нет, – отрицательно закивала Арья. – Я не об этом, а о Мирцелле.

Дейн молчал, давая любимой возможность собраться с мыслями.

– Я боялась, что ты можешь предпочесть её мне.

– Глупенькая, – Эдрик приподнял пальчиками её подбородок, чтобы поцеловать. – Я бы не заключал брак с той, что не была бы для меня самой важной из женщин.

– Но ты ведь считаешь их красивыми? Этих Ланнистерш.

– У них есть красота, верно, но ты для меня более привлекательна.

– «Более привлекательна», – шутливо проворчала Арья. – Будто от этого ты не хотел бы их трахнуть.

– Хотел бы, – признался Дейн. – Но я здесь, с тобой. Мне жаль, что тебе пришлось ревновать из-за той милой беседы, но я никогда бы не сделал тебе больно намеренно. И поэтому я не собираюсь спать с ними.

– Даже если я тебе разрешу?

– Разрешишь? – изогнул бровь рыцарь.

– Ну… или позову их в нашу постель. Я слышала, что в Дорне такое не редкость.

– Будто бы ты так поступила.

– Если бы это сделало тебя счастливым, я бы подумала, – Старк спрятала личико у него в груди.

Арья не раз раздумывала на эту тему. Обучение у её брата-бабника не могло пройти бесследно, да и нравы в Дорне совершенно другие. Рано или поздно разговор о подобном зашёл бы, а Арья любила жениха так сильно, что не была уверена в том, что смогла бы ему отказать.

Королева Нимерия, которой Старк так восхищалась, звала в их с Давосом Дейном постель своих придворных дам. Нимерия Сэнд и Дейси рассказывали, что близость с мужчиной и женщиной ощущаются по-разному. Арья поняла, что после её первого раза на краю сознания уже вертится навязчивая мысль узнать, чем же именно.

От этих раздумий страхи Старк лишь усиливались. Теперь она боялась, что окажется для Эдрика не так хороша, как остальные, окажется «северянкой-ханжой», и тот предпочтёт ей кого другого, но уже в постели.

– Ты всегда будешь для меня на первом месте, Арья, – видя переживания на лице любимой, заверил её Эдрик. – Что бы ни случилось.

– Обещаешь? – с надеждой уточнила Старк.

– Обещаю, – улыбнулся Эдрик, целуя девушку в лоб.

Глава 83

Ров Кейлин, Север

Густой аромат красок и масел наполнял одну из замковых комнат, посреди которой стоял мольберт с заготовленным для портрета полотном. Приехавший из Эссоса художник, признанный мастер своего дела, перебирал многочисленные кисти и скляночки. Мужчина был нанят лордом Хайтауэром и проделал долгий путь на Север, чтобы написать лучшую из своих работ. Семейный портрет Дейнов Заката. Именно такой свадебный подарок решил преподнести новобрачным владыка Староместа.

В кресле перед ним сидела прекрасная леди Маргери, рядом с которой, уперев меч в пол, стоял её будущий супруг. Художник прикрыл глаза, представив конечный результат, прижал пальцы к векам и печально вздохнул. Всё ещё не то. С прискорбием для себя творец признавал, что не видит лучшую из своих работ, за которую уже получил баснословную, даже по меркам Эссоса, сумму. Вслед за ним вздохнул и Джон.

– Раздражены, что я попусту трачу ваше время, милорд? – спросил мужчина с ярко выраженным восточным акцентом.

– Сказать по правде, нет. На самом деле, позирование – это прекрасная возможность сбежать от забот хотя бы на время.

– Так чем же вы опечалены?

– Доспехи, собранные в хвост волосы, легендарный клинок и прекрасная леди-жена рядом, – быстро описал свой вид Джон. – Я нахожу всё это несколько тщеславным.

– На Севере люди крайне прагматичны и бережливы, они привыкли жить скромнее прочих, – пояснила Маргери.

– Тщеславие богачей – хлеб для творцов, – озвучил известную истину художник.

– И для амбициозных бастардов, – согласился с ним Джон.

– Взгляните на это с другой стороны. Когда вас не станет, а ваша слава померкнет, все будут говорить о том, как вам повезло иметь столь прелестную молодую супругу.

– А вы правы, – усмехнулся Дейн, художник начал ему нравиться. – В этом действительно что-то есть.

– Отец говорил точно так же, когда писали его портрет, – театрально вздохнула Маргери. – Это не остановить, скоро ты отъешь пузо и провозгласишь себя Верховным Маршалом Севера.

Джон засмеялся, Тирелл всегда умела поднять остальным настроение.

– Ну что, как успехи? – спросила вошедшая в комнату Дейси с Родриком на плечах.

– Увы, пока их нет, – покачал головой художник.

– Пустая трата времени, – недовольно фыркнула северянка. – Я думала, хоть набросок уже есть.

– У меня идея, – лучезарно улыбнулась Маргери, подбежав к Мормонт и взяв её ладони в свои.

– Идея? – не поняла та.

– О-о-о, – протянула Тирелл. – Тебе понравится.

Маргери усадила вместо себя на стул Джона. Рыцарь придерживал правой рукой упёртый в пол Закат, пока у него на коленях сидела малышка Бетани. Справа от него стояла Маргери с золотой розой в руках. Так невысокая Тирелл смотрелась рядом с высоким Дейном довольно гармонично. Подле неё, вытянувшись, стояли Дианна с Родриком, а справа и слева от Джона замерли Дейси с Вель.

Воительницы были облачены в собственные цвета и новенькие латные кирасы, изготовленные под стать женской анатомии. У Вольного народа, горных и болотных кланов, а также некоторых домов Севера, женщины сражались наравне с мужчинами. Джон решил подчеркнуть их культурную связь, выковав подобные нагрудники.

Сначала лишь для своих жён-щитоносиц – в качестве парадной и церемониальной формы одежды. Изготовить достаточно прочный монолитный панцирь с двумя полусферами без магии было крайне тяжело, а использовать подобное в бою (без рун) было не сильно практично, зато подобный доспех эстетически очень красив.

Возможно, подобным заинтересуется кто-то из гостей, а возможно, и новый рыцарский орден, в случае, если у него на службе будет достаточно воительниц.

Ладонь Мормонт покоилась на рукояти булавы, а второй она придерживала каплевидный щит. Вель упирала в пол белый чардревный лук, рядом с ней на полу лежал Брат, а Коготь сидел у Дейси на плече.

Очень много деталей, а людей слишком много для портрета, но глядя на то, как у художника засияли глаза, было ясно, что тот загорелся идеей воплотить столь грандиозный замысел в жизнь.

– Ваша идея выглядит довольно масштабно, леди Тирелл. Я бы даже сказал, грандиозно.

– Вы же хотели написать семейный портрет Дейнов Заката, – улыбнулась Маргери, переглядываясь с воительницами. – А все находящиеся в этой комнате – часть семьи.

Художник за день только и успел, что выполнить набросок. Было наивно полагать, что трое непоседливых детей облегчат ему задачу и будут всё время вести себя смирно. Позировать им наскучило уже пять минут спустя, а их родителям было некомфортно стоять в доспехах.

Джону пришлось воплотить иллюзию и оставить творца наедине с ней и тремя полотнами, которые в будущем составят одну большую картину.

* * *

Солнечное Копьё, Дорн

Многим благородным хорошо известно, что не так трудно захватить власть, как удержать её. Заполучив Дорн в свои руки, принцесса Арианна и её сторонники начали делать всё возможное, чтобы укрепить контроль леди Мартелл над регионом. Благо ройнарский закон наследования, уравнивающий в правах мужчин и женщин, был ей только на пользу.

Старший ребёнок принца Дорана. Неважно, что дочь, наследием главной ветви была именно Арианна. И даже права принца Оберина не будут такими сильными, как её. Дорнийская знать, равно как и весь простой люд, всецело поддерживала своего нового правителя, чего нельзя сказать о жителях королевств, расположенных к северу от Красных гор. Там женщины не правили, по крайней мере, официально.

Чтобы не выглядеть узурпатором в глазах глав других Великих домов, принцессе нужно было повысить легитимность своего правления в их глазах. Лучше всего это могла сделать присяга Эдрику Баратеону в качестве нового правителя Дорна и официальное закрепление её нового статуса монархом.

– Итак, – начала Арианна, не веря, что действительно произносит следующие слова. – Пришло время обсудить претендентов на должность принца-консорта.

– Славно, – улыбнулась Джейн Фаулер. – Праздник и вести о твоём браке помогут людям на время забыть об ужасах войны.

– А наличие мужчины подле меня успокоит владык других регионов и прибавит моей власти легитимности, – добавила Мартелл.

– Как и наличие прямого наследника, – дополнила Дженнелин. – Отправишься с мужем на Драконий Камень?

Перенаселённая столица плохо перенесла смуту. Наплыв беженцев, погромы, переход из рук в руки, морская блокада, вездесущая вонь, болезни, голод, выжженные окрестности. Ныне Королевская Гавань напоминала лишь тень самой себя. Люди бежали оттуда в любое место, где их были согласны принять. Король Эдрик решил перенести двор в резиденцию своего дяди.

– Да. Сразу после свадьбы. Какие у нас есть варианты?

– Из других регионов? – уточнила Джейн. – Довольно скудные.

– Особенно если говорить о тех, кто не считает тебя «старой» или не называет шлюхой, – дополнила сестру Дженнелин.

– Не может такого быть, что всё настолько плохо, – усомнилась в их словах Мартелл.

– Благодари отца. Присяга Эйгону и поддержка узурпатора войсками изрядно подмочила репутацию вашего дома. Без сомнений, мы сможем найти выгодную партию, здесь или за Узким морем, но на это потребуется время, которого у нас нет.

– Значит, нужно заключить наиболее выгодный союз внутри Дорна, – заключила принцесса. Девушки задумались.

– Тогда однозначно Айронвуды. Союз с ними уравновесит возможное противостояние с Дейнами Рассвета.

Люди Мартеллов были верны Арианне, Фаулеры тоже всецело её поддерживали, так как она была наиболее выгодным вариантом для этого дома. А вот стремительно обрастающий влиянием Эдрик Дейн вызывал здравые опасения что у первых, что у вторых.

– Насколько мне известно, Меч Зари не рвётся к власти над Дорном, – не согласилась с сестрой Дженнелин.

– Возможно, – отметила Арианна, – Но мы не можем быть уверены в его детях. Детях, амбиции которых смогут подкрепить мечи Севера. Необходимо иметь противовес.

– Айронвуды не рады твоему союзу с Фаулерами, они сотрудничают с нами сейчас, но это временно. Пройдут годы, и они вспомнят понесённые в ходе войны потери и унижения.

– Значит, нужно их задобрить.

Арианна прекрасно знала, что лорд Андерс Айронвуд нашёптывал её младшему брату Квентину, что Дорном должен править он, что негоже преклонять колено перед женщиной, да ещё и распутницей. Знала и то, что Квентин желал взять дочь лорда Андерса в жёны, как только та войдёт в возраст.

Но теперь планы и амбиции Айронвуда обратились в прах. Тристана выходили, но тело Квентина найти так и смогли, скорее всего, юноша сгорел в драконьем пламени. Ещё один горький плод союза с Таргариенами.

Обеспечив Клетусу возможность влиять на принимаемые Солнечным Копьём решения, можно будет склонить Айронвудов к сотрудничеству. А дальше ход за лордом Андерсом. Брак с принцессой Дорна дорогого стоит, и тот наверняка согласится, вопрос в том, назначит ли он преемником дочь, чтобы не позволить Мартеллам поглотить Айронвудов в будущем.

…

После битвы при Черноводной принц Оберин Мартелл был захвачен Ковенантом Зимы. Сир Андар Ройс и его рыцари пленили благородного дорнийца, ведь добить безоружного было бесчестно.

С одной стороны, этот человек был слишком опасен, чтобы оставлять его в живых, с другой, момент был упущен, а публичная казнь или смерть при подозрительных обстоятельствах были чреваты новой кровной местью и продолжением войны с Дорном. А королю Эдрику было не нужно ни первое ни второе. Палящее солнце, Красные горы и горячие пески надёжно защищали способный посоперничать в неприступности с Севером и Долиной регион. На покорение Дорна военным путём может уйти не один год, и не факт, что оно увенчается успехом. Столько времени у короны не было, ведь Иные были всё ближе.

Чтобы склонить Дорн к присяге и дальнейшему сотрудничеству в защите Царства Людей, молодому королю пришлось простить Мартеллу его преступления. Оберин со своими людьми отправился на Запад, где во время кампании против Ланнистеров осадил Замок Клиганов, чтобы наконец отомстить за любимую сестру, а заодно и избавить лорда Тириона от токсичного актива.

Остальных же пленённых благородных пустынников должны были отправить домой лишь после того, как обещанные Мартеллами копья прибудут к Стене.

* * *

Серое Древо, Север

Церемонию бракосочетания было решено провести на главной городской площади, прямо у корней самого большого из северных чардрев. Главный чертог Рва Кейлин был слишком мал, чтобы уместить в себе всех желающих увидеть её собственными глазами, как благородных, так и простолюдинов. Да и Старые боги тоже смогут понаблюдать за потомками.

Рядом с новобрачными стояла ближайшая родня, за ними близкие друзья и соратники, чуть поодаль остальные благородные из всех концов материка, а уже за ними горожане и жители окрестных поселений. Северяне и южане, болотники и одичалые. Они стояли на площади, выглядывали из окон и наблюдали с крыш зданий. Их было так много, что казалось, что свободное место вот-вот закончится.

Церемонию вела одна из священнослужительниц реформированной религии. В её внешности не было ярко выраженных черт андалов, равно как и первых людей. Обычная молодая привлекательная женщина двадцати пяти лет, чьи распущенные, цвета пшеницы, волосы спадали ей на плечи. Её одежда, как и у остальных Дочерей, была весьма скромна: зелёное платье из недорогой ткани с голубым поясом и алым плащом поверх.

Мейс Тирелл и Эддард Старк подвели дочерей к «алтарю», чтобы выдать тех в жены.

– Кто явился пред взором Старых богов этим днём? – торжественно спросила она, дав начало церемонии.

– Маргери из дома Тирелл. Женщина взрослая, законнорождённая и благородная. Явилась просить благословение богов, – ответил Хранитель Юга.

– Арья из дома Старк. Женщина взрослая, законнорождённая и благородная. Явилась просить благословение богов, – ответил Хранитель Севера.

Девушка была облачена в голубое платье и рыцарский пояс, единственное украшение, которое она согласилась надеть, помимо венка из цветов. Взрослая Арья была невероятно похожа на покойную тётушку. Прекрасна в своей дикой, исключительной красоте, настолько, что зависть к лорду Звездопада и его прозорливости испытывал почти каждый благородный. Разглядеть в маленьком непослушном волчонке будущую красавицу нужно уметь.

– Кто явился, чтобы взять их в жены? – спросил Мейс.

– Джон из дома Дейн. Лорд Рва Кейлин и Меч Сумерек.

– Эдрик из дома Дейн. Лорд Звездопада и Меч Зари.

– Старые боги дали жизнь всему сущему и с тех пор присматривают за нами, как за детьми своими. Любовь матерей к детям научила тех любить друг друга. Любовь Мары показала, что жизнь, прожитая в одиночестве, и не жизнь вовсе. Мы собрались сегодня здесь, под покровительственным взором ушедших и любящим взором живущих, чтобы засвидетельствовать вечный союз двух душ. Пусть они будут неразлучны в этой жизни и в следующей, в богатстве и в бедности, в радости и в горе. Согласны ли вы по любви связать свои жизни вместе – с этого дня и до последнего дня? – уточнила женщина у новобрачных.

– Да, – ответил Джон. – С этого дня и до последнего дня.

– Да, – ответила Маргери, крепко сжимая в нежной ладошке ладонь супруга. Крупную и мозолистую. – С этого дня и до последнего дня.

– Да, – ответил Эдрик. – С этого дня и до последнего дня.

– Да, – вторила ему нетерпеливым тоном Арья. – С этого дня и до последнего дня!

После чего пары слились в подтверждающих их клятвы поцелуях. Последний интересовал юную Старк на порядок сильнее скучной церемонии. Право слово, Маргери тоже. Дворяне несколько увлеклись губами друг друга, так что Эддарду Старку пришлось прервать их неловким покашливанием, прозвучавшим под дружелюбные смешки гостей.

Эддард бережно снял с плеч младшей дочери её девичий плащ. На замену бегущему среди холмов лютоволку придёт меч и падающая звезда. «Зима близко», Арья больше никогда не произнесёт этот девиз как раньше, как свой собственный, но эту истину не забудет уже никогда.