Текст книги "Бастардорождённый (СИ)"

Автор книги: DBorn

сообщить о нарушении

Текущая страница: 67 (всего у книги 114 страниц)

«Ты можешь попытаться обмануть меня, Довакин, и уклониться от долга, у тебя даже может это получиться. Но знай, ты не сможешь защитить всех дорогих тебе людей» – в голове Джона раздался лукавый шепот Боэтии. «Дорогих людей», Джон глянул на склонившуюся над телом матери Мию и изо всех сил сжал рукоять меча, так что побелели костяшки. А ведь Бесси всего лишь накормила его рагу из кролика.

* * *

Чаячий город

С визита короля Роберта в Винтерфелл прошло почти полтора года. Многое случилось за это время и многому еще предстояло случиться, что неясно. Но одна вещь Джону была ясна как день, все эти месяцы вдали от успевшего стать домом Рва, он не видел своих детей. Сорванцы, должно быть, уже подросли и начали с новой силой мучить служанок. Да и за это время скопилось слишком много дел, требующих личного присутствия и участия Джона: договоренности, проекты, прошения и все другие вещи, которые не могли обойтись без капельки магии.

Решить насущные вопросы, пополнить ряды солдат и, в конце концов, провести немного времени с детьми. Дейн планировал задержаться в замке на два-три месяца, и мало кто мог бы осудить его за подобное решение, даже в столь смутное время. Его брат, к примеру, должен был привести в Винтерфелл супругу и познакомить её с двором и окрестностями замка.

И вот в один из дней Песчаный Волк вместе с супругой шли в сторону пристани, чтобы попрощаться с Джоном. Сегодня он и его люди отбывали в Белую Гавань. Встреча, короткое приветствие, несколько ничего не значащих вежливых фраз, и вот настаёт черед прощаться.

– Отец извиняется за то, что не смог прийти. Лорд Тайвин завалил его делами, – объяснила отсутствие родителя Кассандра. – И за своё резкое поведение в вашу сторону тоже.

– Всё в порядке, сестра. Думаю, он рад новостям последних дней. Не только Ланнистеры платят свои долги.

– Он просил узнать…

– Я отправлюсь в Королевскую Гавань, как только вопрос с Иными будет решен, обещаю вам. Если Плач всё ещё там, я найду его. Если лорд Ройс желает получить обещанное быстрее, пусть напишет мне.

– Что тебе нужно в Гавани? – удивился Робб.

– Там находятся люди, к которым у меня появились претензии.

– Ланнистеры? – спросил Старк.

– И они тоже, – ответил Джон, убедившись, что их не подслушивают.

– Думаешь, лорд Тайвин поможет с тем, что грядёт? – спросил Робб после недолгого молчания.

– Он слишком прагматичен, чтобы не понимать, что если этих тварей не остановят под Стеной, то их и не остановят вовсе. Всему придет конец, в том числе и его наследию, некому будет воспевать богатство и силу Утеса, некому будет бояться Старого Льва и его зловещей репутации.

– Даже после…

«Даже после того, что он сделал в бою?» – хотел спросить Робб, но чувство стыда не позволило. Сам Старк успел сделать вещи и похуже, те, за которые он себя не простит никогда. Не простит и не забудет.

– Брат, ты даже представить себе не можешь, сколько всего он сделал. Да, собственно, и не он один, но сейчас не до разгребания всего этого дерьма. Когда враги угрожают стае, мы вгрызаемся им в глотки, когда стая нуждается в их помощи, мы забываем о старых обидах.

– Звучит обнадёживающе и глупо.

– Но дом Болтон до сих пор существует. Сотни лет кровопролитных войн, десятки убийств, восстаний и заговоров, а знамя с ободранным человеком всё ещё возвышается над Дредфортом. Они нужны нам, мы нужны им, то же самое и с Ланнистерами. Нужно выиграть эту войну, всё остальное может и подождать.

– Ты расскажешь мне обо всём, когда придёт время?

– Не сомневайся. Расскажу и попрошу помощи.

…

Корабль отплыл, леди Кассандра отправилась обратно в замок. В последние дни ей нездоровилось, а Робб Старк всё всматривался за горизонт, даже когда корабли с синими парусами исчезли за его пределами.

– О чём думаешь? – лучший друг подошел незаметно.

– О войне, – ответил ему Робб.

– Север, Запад, Долина, речники, Простор и Штормовые земли опять будут драться вместе. Даже Дорн не останется в стороне, – присвистнул Грейджой.

– Король соберёт самое огромное в истории Вестероса войско.

– Которое он не сможет переправить и обеспечить без кораблей, а у моего отца они есть. И тысячи всегда готовых к битве головорезов тоже.

– Король Роберт созовёт и их.

– И мой отец этот зов проигнорирует.

– Значит, мы будем сражаться без железнорожденных, а после войны вернёмся на острова и казним его, как изменника.

– Бороться с Иными без трёх сотен кораблей и тысяч воинов?

– Отец собирался бороться даже без войск короля.

– Но избежал этого! – воскликнул Теон. – Отправь меня к отцу в Пайк. Он не видел того, что видел я. Я его наследник, я смогу убедить его помочь, он прислушается к родному сыну.

– Ты заложник моего отца, – напомнил Робб. – Я не могу распоряжаться твоей свободой.

– Я заложник дома Старк. И здесь именно ты возглавляешь его. В последнее время между нами случился разлад, я наговорил много плохого про твоего брата, знаю. Но твой отец был добр ко мне, а ты был мне братом. Это наименьшее, что я могу сделать в ответ на вашу доброту.

– Ты ведь понимаешь, что тебя тоже сочтут изменником, если ничего не получится?

– Понимаю.

– Тогда ты должен понимать, что сделают с нами вассалы Старков, если в ответ на это действие мы не отправим в Пайк голову твоей сестры.

Одна война закончилась, но вот другие лишь начинались.

Глава 61

Королевская Гавань

– Леди Тиена Сэнд, мой принц, – объявил королевский гвардеец.

– Впусти её! – велел Джоффри.

Предвкушающая улыбка появилась на лице кронпринца сама собой. Его сегодняшняя гостья была низкого происхождения, обладала мерзким именем и, как заверяли многие придворные, «от неё воняло Дорном». Несмотря на всё это, принцу нравилось проводить время со своей новой подругой.

Нравилось слушать её рассказы о действии различных ядов и отрав. Рассказы о том, как человека покидает жизнь, как меняется его внешний вид и настроение. У кого-то это происходит медленно и мучительно, от других жизнь ускользает за минуты, если не секунды. Всех их в итоге ждёт смерть: закрытые в последний раз глаза, утраченные последние толики сил, холодные объятья Неведомого.

Лишь истинный мастер смог бы найти отличия в последних взглядах всех этих людей, увидеть и рассмотреть все мельчайшие детали их страданий и предсмертной агонии, увидеть, как человек проигрывает в неравной схватке со смертью. Джоффри не сомневался, что Тиена смогла бы, и ему было интересно – смог бы он?

Сэнд уже давно про себя отметила, что только в моменты этих разговоров видела, как у будущего монарха возбуждаются чресла и пылают азартным огоньком глаза. Принц никак не реагировал ни на обнаженные из-за "случайно" задравшегося платья девичьи ноги, ни на тепло женской груди рядом, в моменты, когда Тиена прижималась к нему со спины и восторженно выслушивала весь посвящённый стрельбе из арбалета словесный понос.

– Я рада вас видеть, мой принц, – обворожительно, даже невинно, с нотками искренней радости улыбнулась девушка, присев в элегантном книксене.

– Я часто наслаждаюсь вашей компанией, миледи. От чего же вы так рады нашей встрече именно сегодня?

– Просто я слышала, что на этот день назначено очередное заседание Малого совета. Я полагала, что вы будете заняты государственными делами и не сможете уделить время кому-то вроде меня, – теперь в голосе девушки проскочили грустные нотки.

Губы Джоффри сложились в тонкую полоску. Принц раздражённо скрипнул немногими оставшимися зубами. Его про сегодняшний совет даже не уведомили.

– Будущий король должен заботиться о благополучии своих друзей и поданных, – быстро нашёлся Баратеон. – У вас, насколько мне известно, не очень много друзей в столице. Не хотел, чтобы вы скучали, а Малый совет… он пока может обойтись и без моего присутствия. Государственными делами я могу заниматься и без него.

– Благодарна, за вашу доброту, – поклонилась девушка. – Но разве будущий король не должен контролировать свой Малый совет?

– Он должен контролировать исполнение его воли, а вытирать задницу своим Мастерам, после любой их неудачи на каждом из заседаний, он не обязан.

– Если вы так говорите, то так оно и есть, – согласилась девушка.

– Пойдёмте, – улыбнулся принц. – Покажу вам кое-что.

…

Слова лорда Тайвина и Элдона Эстермонта о регулярной армии в свое время больно ранили самолюбие кронпринца. Но обиды не прошли даром, и за месяцы он смог подготовить вполне реализуемый, по его мнению, план реформ для королевской армии.

Как показала практика, Железный трон вёл войны гораздо чаще, чем хотелось бы его королям. За последние двадцать лет их было аж три, и все они были восстаниями. Что уж говорить, если даже в период правления драконьей династии не удалось их избежать.

Корона слишком сильно зависела от своих вассалов в целом, и от их войск в частности. Подними сейчас восстание Простор или Дорн, ей и вовсе не удалось бы его подавить, не потратив на это дело добрый десяток лет и не одну сотню тысяч золотых драконов. Тот факт, что король был вынужден договариваться и прислушиваться на военных советах к мнению не то что могущественных вассалов, но даже рыцарей, имеющих в своих копьях тысячу человек, наследник считал просто унизительным.

Вассал может быть сколь угодно богат и могуществен, иметь в своём распоряжении армию в двадцать тысяч мечей и множественные брачные союзы, но если он не является на службу к своему сюзерену, если вступает хотя бы в малейшую конфронтацию с королём, совершенно не важно на какой почве и по какому поводу – он становится достоин лишь пики, на которую насадят его наглую голову. Его, и всей его семьи. Однако для того, чтобы это сделать, король должен собрать собственное, лояльное исключительно ему войско, что по заверениям старых мудрых лордов – очень дорого.

Для начала, нужно обложить дворянство, чернь и торговые дома новым регулярным налогом на содержание королевской армии и снизить часть остальных, чтобы возмущенные возгласы затихли. Начать с мизерных выплат казне, а потом повышать военный налог год за годом.

Король Роберт часто рассказывал сыну о том, как будут верны короне Старки и их родня. Что ж, раз отец так говорит, то с них спрос будет вдвойне. Джоффри сам видел, что Дейны Заката живут слишком хорошо, как для молодого дворянского дома. Они окажут помощь короне первыми и в наибольшей степени. Дейны Рассвета, в свою очередь, скоро смогут продолжить "семейную традицию" и послужить Железному трону. Дяде Джейме так и не нашли достойную замену. Да и сам Север задолжал будущему королю, и речь шла далеко не о деньгах. Эти дикари послужат фундаментом власти Джоффри Первого, хотят они этого или нет.

Наполнив деньгами военную казну, нужно ограничить возможности лордов, рыцарей, наёмников и богачей собирать воинские отряды. Для одних при помощи дополнительного налога, размер которого будет повышаться экспоненциально за рост численности войска на тысячу человек, для других церковными запретами, для третьих – необходимостью иметь заверенный королевской печатью, не за бесплатно, "воинский патент".

Право командовать огромными армиями, как и собирать их, должно стать исключительно прерогативой короны и назначенных ею лиц. Если лорды не хотят покидать тёплые постели своих жён и отправляться воевать за короля, то пусть остаются в своих замках до следующей Долгой Ночи. Королю хватит и их солдат с ополчением.

– Ну, что думаешь? – в нетерпении спросил принц.

– Это… – Тиена подбирала нужное слово. – Очень амбициозные планы, и очень многообещающие.

– Я намерен приступить к их реализации, как только меня коронуют.

– Вассалы не будут довольны подобными мерами. Они могут поднять мятеж, – предостерегла принца девушка.

– Который корона подавит. Огнём и мечом, если потребуется. Штормовые, Западные и Королевские земли обладают достаточными для подавления почти любого мятежа силами, а если их подкрепят и мечи лояльного королевской милости Хранителя Востока – а они это непременно сделают – то и восставать никому не захочется.

– А когда лорды поймут, что произошло, будет уже слишком поздно, – подвела итог Сэнд. – Браво, мой принц. Вы не думали рассказать об этих планах лорду Кивану?

– Дедушка Киван отверг саму идею их внедрения и не желает обсуждать со мной государственные дела.

Тиена улыбнулась подобной удаче – принц сам заговорил о временном Деснице, как и предоставил хороший повод попасть в его покои.

– Тогда давайте навестим его вместе. Быть может, наша доброта и забота вернут вам его расположение.

– Не вижу в этом никакого смысла, – отмахнулся принц.

– Прошу, – настояла дорнийка. – Давайте хотя бы попробуем.

– Так уж и быть, – почти что нехотя согласился Джоффри и галантно протянул девушке ладонь. – Миледи.

* * *

Войско Дейнов Заката успешно миновало залив Пасть и высадилось в Белой Гавани. Не став злоупотреблять гостеприимством и радушием дома Мандерли, лорд Дейн прошелся по торговым рядам и доверху нагрузил телеги всем, что может пригодиться Серому Древу. Затем уж северяне отправились в Ров Кейлин. Их всех ждали дома.

Этим утром, равно как и многими другими, войско снималось со стоянки. Складывались обратно шатры, грузились на телеги припасы. Солдаты проверяли снаряжение и поклажу. Казалось бы, всё шло своим чередом, но это было далеко не так.

Мия Стоун была мрачнее тучи, её настроение в последние дни оставалось неизменно печальным. Девушка вела себя холодно и отстранённо, на вопросы отвечала односложно, а с обязанностями справлялась из рук вон плохо. В редкие, свободные от забот моменты, её можно было встретить на окраине лагеря вдали от всех. Мрачный, холодный взгляд, потемневшие, глядящие прямо в пустоту глаза, и ладони, крепко сжимающие урну с материнским прахом почти всегда были ее извечными спутниками.

Услышав тяжёлые шаги, Стоун даже не обернулась. Их обладателя было трудно спутать с кем-то другим.

– Я должна была убедить её поехать со мной. Знала, что подобное может случиться. Знала и не настояла. Если бы я… – начала Стоун, срываясь на плач.

– Оглянись, – неожиданно грубо перебил ее Джон.

– Что?

– Посмотри, – рыцарь положил ладони девушке на плечи и развернул. – Что у тебя за спиной?

– Лагерь, – односложно ответила Мия.

– Лагерь и сотни его обитателей. Сотни солдат, десятки детей, женщин и стариков. Все они увидят новый рассвет, все они смогут вернутся к семьям или обрести их. И все благодаря тебе. Благодаря тому, что ты поступила правильно.

– Но какое мне до них всех дело!? – воскликнула девушка. – Какой толк, если я не смогла спасти одну жизнь, самую ценную?

– Ты бы не стала их всех спасать, не будь тебе до них дела. Ты ведь могла просто сбежать, но не сделала этого. И теперь они смогут вернуться домой. Чьи-то сёстры, сыновья, мужья, братья, дети и возлюбленные. Мать бы гордилась тобой. А мы, дети, не можем нести ответ за родительские ошибки.

– Легко тебе говорить. "Она гордилась бы тобой". Я-то об этом уже не узнаю, – фыркнула Стоун.

– Северяне верят, что после смерти мы все растворимся в природе, все станем её частью, равно как и сотни поколений наших предков до нас. Там мы будем наблюдать за живыми и ждать встречи с потомками. Я не знаю – так это или нет, но, быть может, у твоей матери будет вечность, чтобы рассказать тебе, как она тобой гордится, о том, как счастлива видеть, чего ты добилась. А у тебя будет вечность, чтобы высказать ей всё, что ты думаешь о её упрямстве. Но до этого момента еще много времени, и твоя мать была бы не рада наблюдать за тем, как ты подвергаешь себя самобичеванию.

В уголках глаз девушки снова начала скапливаться влага.

– Пойдем, Мия, я знаю, что подымет тебе настроение.

– Я ценю твою заботу, но не нужно…

– Давай, соглашайся. Этому способу меня леди Мейдж научила.

– О чём ты… – попыталась спросить бастард, но Джон уже зачерпнул немного снега и бросил девушке в лицо. – Эй! – возмутилась она. – Прекрати!

– И не подумаю, – противно ухмыльнулся Дейн.

– Ах ты, наглый засранец! – крикнула Стоун, когда снег в результате очередного броска попал ей за шиворот. – Ну, сейчас я тебе покажу!

…

Дейси, сидя на сваленном дереве, с улыбкой наблюдала, как Джон и Мия играют в снежки, вскоре к ним присоединилась и подошедшая Вель. Игра продолжалась. Вот Дейн попал возлюбленной прямо в лицо, за что словил на себе не обещающий ничего хорошего взгляд. Девушки объединились и принялись вместе забрасывать рыцаря, как снежками, так и просто снегом, не тратя времени на лепку маленького шарика. Молодому лорду не оставалось ничего другого, как сократить дистанцию, и, схватив одну из них за талию, бросить прямо в сугроб.

Вынырнув из снега, Мия встретилась с пакостным взглядом серых глаз и увидела протянутую ей руку. Слегка покраснев, девушка приняла помощь и вложила свою ладонь в ладонь лорда Дейна. Но это был лишь хитрый ход. Новоявленная дворянка изо всех сил потянула Джона на себя, но этого оказалось недостаточно. На помощь пришла Вель и толкнула мужа в снег, тот ухватил копьеносицу за край одежды и теперь все трое валялись в сугробе. Дружно смеясь и перекатываясь, они продолжали сыпаться друг в друга.

Вскоре к игре присоединился и Эдрик. Оруженосец пришел на помощь наставнику, уравняв его шансы, схватка в снежки разгорелась с новой силой, начав превращаться в настоящее противостояние. Юный Дейн просто сиял, даже в сравнении с обычным свойственным ему приподнятым настроением, и причина этой перемены была явно не в игре. Эту маленькую тайну Мормонт разгадала с лёгкостью.

Чуть румяная Арья подсела к Дейси двумя минутами позже. Северянка старалась выглядеть совершенно непринуждённо, но она была младшей сестрой Джона, а его Маргаритка знала слишком хорошо.

– Ну, что? – чуть возмущенно уточнила Старк в ответ на пакостную улыбку и пристальный взгляд Мормонт.

– Да так, – пробормотала Дейси, глядя на штаны Арьи с мокрыми, перепачканными в грязи коленками. Знакомство с Песчаными Змейками бесследно точно не проходит. – Ничего.

– Вот и славно! – гордо вздернула нос Старк.

– Когда вы с Эдриком в следующий раз будете возвращаться, как бы «отдельно», следует не только выжидать время, но и идти разными путями, – Арья покраснела как варёный рак. – Поняла?

– Угу, – кивнула она на наставление.

Девушки услышали радостный громкий смех. Стоун обняла Джона, повиснув у того на шее и оставила на его щеке невесомый поцелуй в благодарность, произнеся одно лишь «спасибо».

– Как ты… – попыталась сформулировать вопрос Арья. – Как ты это воспринимаешь?

– Что «это»? – уточнила Дейси. Арья указала на Мию.

– Ну это. И ещё Вель. И Нимерию тоже.

– Ну, Нимерия – немного другое, – засмеялась Мормонт. – Хочешь верь, хочешь нет, но я её интересую больше, чем твой брат.

– Но всё же! – настояла Старк.

– Джон любит меня, а я его, – ответила Дейси. – Мы через многое прошли, многое пережили. Я родила ему дитя, оберегала и защищала его. Многое еще может случиться, но кое-что я знаю точно. Он не оставит меня. Не бросит ради другой. Той, которая захочет присвоить его себе целиком и полностью. И Вель он тоже не бросит. Вот тебе и весь ответ.

– Обнадёживает, – проворчала Старк.

– Эдрик любит тебя, маленькая волчица, и во всём берёт пример с наставника, – улыбнулась Мормонт, взлохматив Старк волосы. – Не волнуйся.

– Эй! – возмутилась Арья и бросилась вдогонку за уже убегающей девушкой.

Семейный клан Дейнов играл в снежки.

* * *

Барроутон, Север

По меркам Севера Барроутон был довольно большим городом, пусть и уступал в размерах и численности населения большинству южных, порой даже тем, которые и на картах не всегда обнаружишь. Множество деревень на территории Курганов разместились как около перволюдских могильников, так и на них самих, не избежал этой участи и один из ключевых портов западного побережья Севера.

Великий курган, у подножья которого был выстроен город, по слухам, служил местом упокоения первого короля людей, возглавившего исход соплеменников из Эссоса и развязавшего войну с детьми леса. Вот только сам город уж точно не соответствовал своему «величественному» статусу. Бревенчатые домики, широкие прямые улицы, большое сердце-древо. Вот и всё, чем он мог похвастать. Однако его владельцы всё равно считались относительно сильным и влиятельным домом, ключевым союзником Болтонов в их соперничестве со Старками и борьбе за власть на Севере.

Торговля с новым владыкой Рва хорошо наполняла казну леди Дастин, а прибывающие бесконечной вереницей торговцы, паломники и караваны с помощью от южных союзников в долгосрочной перспективе должны были благоприятно сказаться на самом городе. Даже с учетом того, что Барроутон несколько сдал позиции на фоне быстро развивающихся Кресцентпорта и Серого Древа. Леди Аллирия искренне надеялась, что хотя бы один из этих городов ее не разочарует и долгий, а главное утомительный путь не окажется напрасным.

Женщина сошла с корабля в сопровождении двух десятков суровых, закованных в латы, готовых ко всему гвардейцев Дондаррионов. Лорд Берик души не чаял в супруге и на её защите не экономил, особенно тогда, когда речь шла о враждебных лично к Старкам – да и чего греха таить, к Дейнам тоже – Дастинах.

Дорнийка едва заметно поморщилась на холодном ветру и поплотнее закуталась в тёплый плащ. Снег всё ещё был для неё чем-то абсолютно новым, впервые увиденным, и она так и не решила, как именно относиться к этой диковинке.

Корабли с пурпурными молниями на парусах не ушли от зорких глаз северян. Леди Барбри узнала о прибытии штормовиков едва те вошли в залив. Этим утром Владыка Барроутона встречала заклятых друзей лично. Она всецело доверяла родственникам. На Домерика можно было оставить людей, отправленных в поход, а на Русе – оставшихся на Стене. Мёрзнуть в Чёрном Замке самой больше не было никакой нужды. Северянка медленно приближалась к гостье и в её сопровождении суровых на вид гвардейцев было даже больше, чем у Аллирии.

Главе дома Дастин было около сорока лет, может, чуть больше, вокруг глаз уже начали собираться морщины, её волосы были седыми и каштановыми в равной степени, но назвать её некрасивой никто бы не смог. Высокая, стройная, облачённая в чёрное меховое платье с корсажем. Леди Барбри обладала неким чарующим, даже завораживающим холодным шармом – не трудно догадаться, что именно в ней увидел Брандон Старк. Аллирия была искренне удивлена факту, что эта женщина не вышла замуж во второй раз. Если верить слухам, сватались к ней до сих пор, но удача не улыбнулась никому.

Один этот факт говорил дорнийке довольно много, и именно им она была намерена воспользоваться в полной мере.

– От имени дома Дастин приветствую вас в Барроутоне. Леди… – поприветствовала гостью северянка, как только они выровнялись.

– Аллирия. Аллирия Дондаррион, – представилась дорнийка.

– Барбри Дастин. Я бы сказала, что вам рады здесь, но это было бы ложью.

– А говорили, что на Севере закон гостеприимства ценят, как нигде. Лгали, наверно, – не осталась в долгу Аллирия, ответив на колкость колкостью.

Тёмные глаза Барбри гневно блеснули, женщина поджала губы, но удержала внутри очередную, готовую выскочить колкость. В остроумии они с Аллирией поупражнялись, но на сегодня достаточно.

– Вы можете рассчитывать на моё гостеприимство, но не на мою вежливость или дружбу.

– Благодарю, гостеприимства будет вполне достаточно. Этот путь был долгим.

– Зачем вы здесь? – северянка перешла к делу, не став обмениваться ничего не значащими вежливыми фразами.

– По той же причине, что и многие другие. Война с Иными.

– Только ли? – изогнула бровь Барбри, всё ещё не соглашаясь поверить Дейну, пусть и бывшему.

– Еще я хотела навестить племянников.

– В таком случае, вы поднялись не по той реке.

– По той, леди Дастин. Не сомневайтесь. У меня дело лично к вам.

– Неужто хотите закончить начатое братом? – съязвила Дастин. Если бы тоном можно было заморозить воду, то от её слов застыла бы целая река.

Гвардейцы Дондаррионов положили ладони на рукояти мечей, люди Дастинов поступили аналогично. Напряженные лица, холодные враждебные взгляды. Солдаты, готовые в любой момент обнажить оружие, так и замерли, ожидая хотя бы намека на этот приказ.

– Нет. Пусть даже цель моего визита и связана с гибелью вашего мужа, – Аллирия указала ладонью себе за спину. Где солдаты выносили с корабля большой ящик, накрытый жёлтым знаменем с изображением чёрных топоров под короной.

– Это, – попыталась промолвить женщина, но так и не смогла закончить фразу. Губы дрожали, к горлу подступил комок, а лицо перестало напоминать ледяную безэмоциональную маску.

– Останки лорда Виллама, – закончила за неё Аллирия. – Изначально я хотела привезти прах, но подумала, что вы сами захотите заняться погребением.

В глазах северянки проступили слёзы. Женщина медленно, подошла к ящику и опустилась перед ним на колени, пачкая в грязи любимейший из своих нарядов. Скорбь и грусть по убитому на войне мужу. Ненависть и ярость к принцу Рейгару и Лианне Старк, развязавшим ту войну. Обида и гнев к лицемерному уёбку Эддарду, который привёз из Дорна тело сестры, но оставил гнить в Красных горах тело Виллама, своего близкого друга.

Эмоции, которые леди Барбри держала в себе десятилетиями, наконец, вырвались наружу и женщина разрыдалась, уже не заботясь ни о собственном авторитете перед подданными, ни о том, что может подумать о ней «леди Дейн». Та страшная война опять вернулась в её мысли, словно явившись туда из ночных кошмаров, и плакать из-за неё женщине было не стыдно.

– С-спасибо, – совсем тихо промолвила северянка спустя почти десять минут не прекращающейся скорби.

– Пора закопать топор войны и положить конец всей этой ненависти между нашими домами. Хотя бы на время этой новой страшной войны, – Аллирия протянула женщине руку, помогая встать на ноги.

Барбри от неё не отмахнулась.

* * *

Ров Кейлин, Север

Леди Лемора едва заметно улыбнулась, услышав звук рога с вершины одной из башен замка. Тёмно-синие знамена вывесили по всей крепости, во внутреннем дворе собрались придворные, солдаты и челядь. Владыку Рва приветствовали дома.

Первыми во внутренний двор вбежали лютоволки, и лишь за ними въехали уже всадники. Гости из сказок не на шутку напугали особо впечатлительных, хотя многие придворные даже не были особо удивлены. На лицах многих из них так и читалась фраза, которую и не описать иначе, как словами «ну, это же Джон». От Кошмарного Волка можно было ожидать и не такого. Лемора с Уэймаром прикидывали масштаб грядущего на пирах хаоса в то время, как Кошмарные Волчата источали восторг.

– Мама привезла папу! – радостно прокричал Родрик.

– Как и обещала! – вторила ему Дианна.

Джон едва сошёл с лошади, как ему в объятья бросились его маленькие сорванцы. Дейн засмеялся и обнял их в ответ. Сдвоенное «Папа!» и дети уже сидят на руках, дёргая отца за волосы и одежду. Прошло первое возбуждение, и вот Дианна уже прячет смущённое личико в отцовской груди, а Родрик рассказывает отцу о своих игрушках, подруге Флоренс, и жалуется, что Вилла с Леморой запрещают им есть много сладостей, а ведь они так просят. Дианне же достаточно и помолчать о чём-то вместе с отцом.

– Я скучал по вам, мои волчата, – произносит Джон. Дети переглядываются, и затем во внутреннем дворе раздается сдвоенное детское "Ау!". Джон смеется, переводит взгляд на жен и вскоре за детским "Ау!" следуют ещё три взрослых.

– А я как скучала, – добавляет Вель.

– Мама! – кричит Дианна и протягивает к вольной женщине свои крохотные ручки.

Джон с улыбкой передаёт Вель Дианну, а Дейси Родрика. Не один он скучал по детям всё это время. Мормонт сажает сына себе на плечи и вместе с мужем идет к ступеням чертога, где их уже ждут придворные. Первым, на что обратил внимание Джон, была Вилла, прижимающая к груди маленький шёлковый сверток. Дейси взяла мужа за руку и подвела к женщине. Вилла отодвинула часть ткани в сторону, явив взору Дейна младенца с продолговатым лицом и пытливым взглядом больших тёмно-серых, почти что чёрных глаз.

– Это твоя дочь, – с гордостью объявила Дейси. – Бетани Мормонт.

…

К глубокому сожалению Джона, много времени на семейное воссоединение не было. Едва миновав двери главного зала, молодой лорд был перехвачен мейстером Гормоном и утащен в собственный кабинет – слишком много требующих личного присутствия Джона дел скопилось за последний год. Дейн только и успел сказать, что они могут совещаться сколько душе угодно, но вечер он проведет с семьёй. Старик не имел ничего против.

– Леди Барбри предлагает вам заняться этой частью курганов, – северянин, облаченный в цвета Дастинов, указал на разложенную на столе карту, обведя пальцем целый участок. – Её люди возьмут на себя эту, начиная от Златотравья и заканчивая Королевским Трактом.

– Где-то на середине и встретимся, – вздохнул Дейн.

– Возможно, милорд.

– А что значат эти метки? – уточнил Джон.

– Эти места уже давно разграблены или разорены. Могильники разрушены – там мало что сохранилось, а что и осталось, угрозы представлять уж точно не будет.

– Хорошо. План леди Барбри более чем приемлемый. На рассвете я отправлю людей.

– Милорд, – поклонился мужчина и поспешил покинуть кабинет. Свою задачу он выполнил.

– Будь я на твоём месте, решил бы, что лорд Старк любит жестокие шутки, – обратился к кузену Уэймар. Дейн вопросительно изогнул бровь. – На юге сотни километров болот, на северо-западе – могильников. Дом, милый дом, что тут ещё скажешь.

– Север – древний край. Перволюдские курганы повсюду. Нельзя дать врагу ими воспользоваться, – ответил ему Дейн.

– Разумный выбор, – согласился мейстер Гормон.

– Как обстоят дела с нашими финансами? – спросил рыцарь, меняя тему разговора. Молодой лорд начал перебирать свиток за свитком, но так и не добрался до того самого, каждый раз вызывающего грусть.

– О, весьма недурно, милорд, – улыбнулся мейстер. – Прошлой луной доходы приблизились к расходам и мы почти вышли в ноль.

– Почти?

– Всего три тысячи золотых драконов убытка, – с поистине Тирелловским спокойствием по отношению к деньгам объявил мейстер.

– Три тысячи триста сорок, если быть точным, – перебил его Уэймар. – Новые жители «слегка» увеличили наши траты.

– Они хоть приживаются? – спросил Джон.

– Трудно сказать, – пожал плечами Ройс. – Держатся особняком, поножовщины пока не было, но и дружбы с остальными они не ищут. Единственное, ходят молиться вместе со всеми. Твоё дерево им ой как понравилось.

– Вот и славно, – заключил Дейн. – Вель с ними справится.

– Ещё увидим, – Уэймар был настроен более скептично.

– Спокойная, размеренная жизнь в безопасности, изобилие еды, воды, предметов быта и одежды. Место, где можно пустить корни и не бояться, что завтра умрешь от холода или чего похуже. Поверьте, сир Ройс – быть поклонщиками им понравится. Два-три поколения и наши застенные друзья уже и не вспомнят, что можно жить иначе.