Текст книги "Бастардорождённый (СИ)"

Автор книги: DBorn

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 114 страниц)

– Шкуру?

– Да, медвежью шкуру. Самую большую и красивую, которая у вас только есть, желательно чёрную.

– И зачем она ему?

– Вроде, в дар Триарху.

Спустя десять минут Джону на причал принесли шкуру прямо из усадьбы. Их у Мормонтов было более чем достаточно. Дейси консультировала Джона касательно диапазона цен: сколько они обычно уступают, и за какую цену её нельзя продавать ни в коем случае. Были также и нюансы от размера до качества, что влияли на торги. Исходя из полученной информации, любую шкуру можно было продать за сумму от восьмидесяти до трёхсот серебряных оленей. Обычно сходились на стоимости в районе двухсот монет.

Торговались они долго, казалось, толстый человек не желает уступать. Но то ли шкуру ему приказали привезти обязательно, то ли ему не очень нравилась местная погода, они сошлись на цене в сто восемьдесят пять монет. Джону передали мешок с деньгами и пару драгоценных камней.

Сноу вернулся к Мормонтам с абсолютно отстранённым апатичным лицом, не выражавшим никаких эмоций.

– Джон, что-то случилось?

– Оказывается, мы с ним неправильно друг друга поняли.

– Ты о чём?

– Я торговался в серебряных оленях, а он – в волантийских «коронах», – Джон раскрыл мешок. В нём ярко блестели золотые монетки с черепом на одной стороне и короной на другой.

…

Корабль пробыл в порту ещё пару часов. За это время Джон смог договориться о покупке пряностей, что волантийцы не продали в Ланниспорте. Сделкой остались довольны и те и другие и даже договорились поторговать вновь. Пряности очень ценны, особенно для северного региона. Они позволят дольше сохранять мясо съедобным и разнообразят рацион. Немного подумав, стало ясно, что медвежью шкуру морякам купить было действительно негде. А бесящимся с жиру жителям Волантиса хочется похвастаться диковинкой, которой нет у других. Стала понятна причина оплаты золотом. Наверняка торговец даже думал, что обманул ребёнка, скинув цену.

Как понял Джон, с волантийским переводчиком что-то случилось в Ланниспорте. Что ж, если толстый торговец приплывёт ещё, то с ним можно будет наладить долгосрочную торговлю пряностями. В крайнем случае, можно отплыть за ними в Ланниспорт или Старомест.

* * *

У Мормонтов никогда не было большого количества золота. В теперешний период времени, когда у Джораха и Дейси есть призовые с турнира, Мормонтов можно считать наиболее состоятельными за всю историю существования этого Дома.

Джон убедил Дейси попробовать заработать для дома деньги путём открытия медоварни. Информацию о шахте он пока никому не раскрывал. Дейси, по меркам Вестероса, была уже год как совершеннолетней и своими деньгами могла распоряжаться сама. Мейдж и Алисана только посмеялись над затеей, но мешать не стали, пусть детишки обожгутся. Джорах же заявил, что подумает над тем, чтобы чаще прислушиваться к идеям мальчика, если из его затеи получится хоть что-то дельное.

Недалеко от усадьбы организовали ещё одну пасеку, чтобы за счет неё удовлетворить необходимость в медовых сотах. Рядом разместилась и медоварня, Джон намеревался воспользоваться опытом и воспоминаниями из прошлой жизни, взяв за основу нового продукта чёрновересковый мёд.

Секретом чёрноверескового мёда была смесь пряных приправ: она наделяла его уникальным вкусом. Также немаловажную роль играли и специальные бочки. В них некоторые ингредиенты выдерживаются для обретения лучшего вкуса и аромата. Некоторые идеи мальчик позаимствовал у старика Сабьорна. Его мёд был дешевле и вкуснее чёрноверескового.

Мёд Медвежьего острова стерилизовали кипячением, после чего варили, – в этом была уникальность рецептуры. Не нужно было ждать годами, пока мёд перебраживается в бочках. Готовый напиток можно было получить уже через месяц.

На постройку всей инфраструктуры и зданий потратили около полугода, ещё месяц – на налаживание начала производства. На все затраты ушло около сотни золотых драконов.

В итоге получился довольно крепкий алкогольный напиток, который хорошо бил в голову. Хотя он мог быть почти любой крепости. Затея имела большие шансы на успех. Помимо вина в Вестеросе почти ничего другого в больших масштабах не пили. Мёд получил название «Медвежьи объятия». Первые попробовавшие были просто в восторге.

У Джона было ещё много планов, но на их реализацию уйдёт не один год.

Глава 9

Культура Медвежьего острова несколько отличается от культуры остального Вестероса, от Севера в том числе, пусть и незначительно. Помимо терпимости к бастардам она выражена в, можно сказать, милитаризме. Эта черта свойственна всем северным землям неподалёку от Нового Дара.

Постоянные набеги железнорождённых и одичалых привели к тому, что все жители острова носят с собой оружие на постоянной основе. Рыбаки, лесорубы, охотники – у всех под рукой будет топор, копьё или дубина. Даже ягоды не ходят собирать без оружия. Помимо этого, женщины стоят наравне с мужчинами в плане возможности изучения военного ремесла и освоения мужских профессий. Хотя на рыбалку в залив отплывают преимущественно мужчины.

По типу проводимой торговли на острове среди крестьян доминирует бартерный обмен, неважно – товарами или услугами. Это доставляет некоторые трудности, но монеты обычно есть только у жителей в окрестностях замка Мормонтов.

Перемены на острове начались после десятых именин Джона. Пришло время исполнять запланированное касательно усиления Севера в Закатном море. На остров стали прибывать жители из остальных регионов Севера, в том числе и освобождённые с Железных островов. Поначалу домов для них хватало, всё же около порта их было больше, чем нужно. К замку в начале каждой зимы со всех поселений съезжались жители для совместной зимовки. Пережить зиму вместе легче, чем по отдельности.

На острове заложили новую верфь. Силами местных жителей можно было построить только рыболовецкие суда, а нужно было создавать двухпалубные галеры. Жителей острова и вновь прибывших пристроили к работе. Они помогали в строительстве как верфи, так и новых домов. Материалы и ресурсы бесконечным потоком шли со стороны материка. Почти всё, за исключением еды – она на севере всегда была в дефиците. Рыбы в Ледовом заливе было более чем достаточно, но питаться исключительно ей устраивало не всех.

За стенами замка со стороны запада начали строительство нового квартала с чётким планом застройки и канализацией. Джорах помнил вонь Королевской гавани, так что быстро согласился на её постройку. Делать это потом будет значительно труднее. Помимо этого наращивалось производство мёда. На первых порах рабочим платили из общих финансов, собранных для реализации плана, и казны Мормонтов, денег там было ещё очень много.

Транспортные корабли Мормонтов из числа самых крупных и вместительных стали использовать для торговли с Простором и Западными землями. На юге закупалось зерно, мука и остальные медленно портящиеся продукты питания. Продавались же шкуры, янтарь (особенно ценился тот, что с насекомыми внутри, дети лордов были просто в восторге) и абсолютно новый для Вестероса продукт – мёд «Медвежьи объятия».

Северная диковинка быстро стала популярной. Помимо вина, широко распространённого алкоголя особо и не было, а тут новый, крепкий напиток, что наверняка придётся по вкусу и мужчинам. Многие из них не пили вино. Яркий, уникальный вкус и аромат играли на пользу. За бочку с мёдом давали от десяти до двадцати золотых драконов. С первого взгляда очень много, но и закупка пряностей дело далеко не дешёвое. Джон был уверен, что купившие мёд торговцы заработают ещё больше, разлив его по бутылкам и перепродав, а если перед этим разбавить чем-то… ну, в любом случае, медоварне заниматься этим самостоятельно было некогда.

Особый взлёт популярности напитка случился после того, как Джон отправил в подарок Тириону Ланнистеру один бочонок. Мёд попробовал король и часть двора, это вызвало настоящий фурор. И теперь мёд делали и для двора по цене в три золотых дракона за бутылку (керамическую). Следовательно, на острове появились и гончары. А мёд доставляли в Королевскую гавань из Ланниспорта. Не все леди могли пить новый напиток. Пришлось создать новый, более лёгкий сорт. Его назвали «Поцелуй маргаритки». Цены на новинку оставались стабильно высокими. Мёд сразу же исчезал с прилавков и складов. Мормонты всерьёз раздумывали о создании ещё одной медоварни.

Возник новый торговый путь между Волантисом и Медвежьим островом. С востока шли пряности и рис. За них платили золотом и иногда продавали иностранцам диковинки с Севера. Однажды даже продали целого живого медведя. Недалеко от порта начали строить большую таверну. Иностранные гости важны, но в усадьбе места для них достаточно не будет, да и в обычном домике их селить не престижно. Хорошее мнение об островитянах важно для торговли.

Для торговли важен и маяк, его постройка заняла почти полтора года. Он стал самым высоким зданием на острове и одним из первых каменных. Пусть он далеко не ровня маяку в Староместе. Не только южные торговые, но и северные корабли снабжения смогут заходить в порт ночью.

Работы для всех жителей острова было более чем достаточно, жаловаться было некогда, к тому же оплачивалась она хорошо. Новоприбывших жителей на ротационной основе обучали военному ремеслу, а в частности стрельбе из арбалета и владению копьём. Стрельбу из арбалета на должном уровне освоить можно в разы быстрее, чем стрельбу из лука. Ту порой приходилось осваивать годами. Арбалет можно освоить за несколько месяцев, а то и за два. Пусть арбалеты и дороже, но их преимущества неоспоримы. Ценовая ситуация с копьями, напротив, была противоположной. Копьё значительно дешевле мечей и разного рода топоров. К тому же строй копейщиков – реальная сила, с которой нужно считаться, ну, по крайней мере, пока копейщики его держат. Набегам на остров необходимо противостоять, и северяне будут к ним готовы.

Торговля активно стимулировала развитие острова. В общей сложности на реализацию всех улучшений было потрачено почти четыре тысячи золотых драконов и значительная часть доходов от торговли. К тринадцатым именинам Джона поселение вокруг замка Мормонтов станет походить на крохотный город. На воду спустят пятую двухпалубную галеру, а вокруг усадьбы начнут возводить каменную стену с башнями на замену деревянной.

* * *

Как только Джон Сноу переступил свой десятилетний порог, он резко стал расти. Уже к тринадцати годам мальчик был выше всех своих сверстников и ниже Дейси всего на голову. Та подшучивала, что друг резко вознамерился её обогнать. Помимо роста мальчик стал и шире в плечах. Уже почти юноша с подтянутым сильным телом, на нём часто задерживались взгляды женской части обитателей острова. Особенно это было заметно в тёплые солнечные дни, когда одежды на нём было меньше. К нему стали проявлять интерес девушки, Лира была одной из первых.

Постоянные физические нагрузки как от работы в кузнице, так и от тренировок и помощи островитянам в работе делали свое дело. Не по годам развитый, ему можно было дать на два года больше, чем есть на самом деле. Помимо этого, он был красив, леди Мейдж часто говорила, что он смазливее её дочерей, и, собственно, была не сильно далека от правды. Мальчик привлекал окружающих своей доброжелательностью и весёлым нравом. Он часто играл с местной ребятнёй и по вечерам рассказывал истории, иногда он даже пел.

Помимо тренировок, Джон помогал в управлении островом, но только советами и только тогда, когда его спросят. Главное то, что к нему действительно прислушивались. Режим тренировок со времён жизни в Винтерфелле почти и не поменялся. Лорд Джорах часто брал его с собой на встречи с другими лордами или когда лично отплывал на юг для торговли. Мальчик подозревал, что такое тёплое отношение вызвано желанием Мормонта заменить им сына, который так и не родился у Джораха, но мысли свои не озвучивал. Иногда казалось, что Джон наследник, а не воспитанник. В двенадцать лет Джон стал оруженосцем вместо пажа и больше не был сугубо прислугой.

Вместе с остальными он участвовал в обороне острова от набегов одичалых, но за время его пребывания так и не произошло чего-то, что действительно можно назвать набегом. Только стычки с отрядами не более десятка человек. Железнорождённые затаились и выжидали. Зато в Закатном море можно было увидеть другие пиратские корабли, предположительно, со Ступеней. Тех интересовал новый торговый путь, они даже пару раз попробовали захватить корабли Мормонтов. Новый северный флот эту идею не оценил. А Джон поучаствовал в новом морском сражении. Он с Дейси и Лирой иногда тоже сопровождал корабли.

Сноу сопровождал сира Джораха на турнирах, но тот так и не смог повторить свой Ланниспортский успех. Ни одной победы, максимум третье место в конной сшибке.

* * *

Вдоволь напрактиковавшись в шахте, Джон решил испытать магическое воздействие на обсидиане. За годы походов туда мальчик превратил почти всё железо в серебро, а затем в золото. Школа изменения осваивалась всё лучше и лучше, он уже мог использовать заклинание «Железная плоть». Магический резерв восстанавливался быстрее, чем раньше, но даже сейчас на это требовался почти час времени.

Первые попытки магического воздействия на обсидиан успехом не увенчались. Вулканическое стекло просто превратилось в труху. Сноу безнадёжно испортил два ящика. Ещё три пережили воздействие, но потеряли свои свойства. Попытаться создать что-то из них – дело безнадёжное. Джон теперь был даже рад, что принц Станнис прислал так много эбонита.

Когда магическое воздействие дало нужный результат, было в разной мере испорчено пятнадцать ящиков и потрачено три месяца времени. Но необходимый результат таки был достигнут. Всё свое свободное время (в основном предназначенное для сна) Сноу тратил на обработку драконьего стекла магией. Когда обработанного эбонита было достаточно, Сноу вместе с Джорахом отправились в Чёрный замок «погостить».

Чёрные братья получили значительное пожертвование в виде золота, еды, оружия (в основном копий) и пополнение из тридцати пойманных браконьеров и пиратов. Джону даже уговаривать Мормонтов оказать помощь древнему ордену не пришлось. Лорд Джорах был рад повидаться с отцом. Сноу встретился с дядей, он был рад провести время в компании члена семьи, пусть и мотив приезда был кардинально другим.

В то время как Ночной дозор по большей части разочаровывал, его отдельные братья вызывали только уважение. Вся затея была организована ради встречи с кузнецом замка.

Донал Нойе в своё время служил мастером-оружейником дома Баратеон в Штормовом Пределе. Огромный двуручный боевой молот короля – именно его творение. Мужчина вступил в Ночной Дозор, после окончания восстания Роберта. Тут он продолжил исполнять обязанности оружейника и по праву мог считаться лучшим кузнецом к северу от Перешейка. Это был мужчина около сорока пяти лет с объёмным животом, небритой чёрной щетиной на лице и широким плоским носом. Его левая рука отсутствовала, но увечье никак не сказалось на его силе и, казалось, даже работоспособности.

Джиор Мормонт попросил его оказать Джону помощь в создании клинка, тот отказать не мог. Может, это была ответная услуга, может, помощь воспитаннику сына или северная солидарность, а может, и всё сразу. В общем, они втроём под эскортом из гвардейцев Мормонтов отправились на Медвежий остров. Обязанности оружейника Чёрного замка временно будут исполнять кузнецы с острова.

Сперва старый Нойе лишь посмеялся на заявление, что он совместно с сопляком изготовит из странной руды клинок, что будет ровня валирийскому, а то и превзойдёт его. У сопляка оказались чёткие инструкции, чертежи и указания, технология была другой, но, в целом, это всё ещё изготовление меча. Они взялись за работу. Периодически приходилось начинать сначала тот или иной элемент, всё же руда незнакомая.

Теоретически, для изготовления меча достаточно и одного дня, он вышел бы рядовым и незамысловатым. Если есть заготовки и подмастерья, то можно успеть сделать даже несколько таких.

Ковка меча с нуля требует значительно больше времени. Крестовина (гарда), рукоять, головка (навершие) и ножны, всё это нужно было изготовить. Донал вовсю погрузился в работу и даже получал от неё удовольствие. Спустя десять дней меч был готов.

Конечный результат впечатлял. По внешнему виду меч был почти полной копией «Сияния Рассвета» – дара Меридии. Отличался он только тем, что был полуторным. Ну, и цветом тоже. Невероятно прочен и бритвенно-остр, с тёмно-синим лезвием, которое, казалось, светилось изнутри, большая часть света была сосредоточена в гарде. Меч был не таким лёгким, как валирийский, но в остальном эбеновый клинок ничем не уступал. Во время тренировочного боя с Джорахом, а заодно и проверки меча, Джон превратил оружие соперника в полный зазубрин мусор, а затем и вовсе сломал лезвие пополам.

Кузнец был столь впечатлён, что тут же согласился создать ещё и булаву из «волшебного металла». На неё ушло ещё четыре дня. Из остатков обработанного Сноу эбонита изготовили несколько наконечников для копий.

Про новое уникальное оружие знали три человека: Джорах Мормонт, сам Джон и Донал. Чёрным братьям распространяться про меч незачем. Для Донала одно лишь участие в создании чего-то столь уникального – большая честь. Кузнецы начали собираться обратно, а у Джона теперь был новый меч и отличный подарок на именины для Дейси.

* * *

Дверь в комнату Джона резко распахнулась, также резко внутри оказался и сам парень. Дейси толкала его в помещение, не разрывая поцелуй. Девушка резко захлопнула дверь, та ответила ей грохотом. Джон чувствовал своей спиной холодную стену, а своими губами – сладкие губы Дейси, они были со вкусом мёда, который она выпила во время праздника.

– Подожди, – обратился к ней Джон.

– Ну что ещё!? – в тоне девушки отчётливо слышалось раздражение.

– Нужно запереть дверь. Что мы скажем Лире, если она нас увидит?

– Что я учу тебя целоваться?

– А потом ты сломаешь ей нос, когда она попросит меня поучить её? Давай, я запру дверь, а ты иди в кровать, – в коридоре послышался щелчок запираемой двери.

Они были в комнате совершенно одни, свет источало лишь тусклое пламя свечей. Дейси усадила Сноу на кровать. Девушка наклонилась и вовлекла партнёра в очередной поцелуй. Джон медленно гладил бёдра и талию девушки сквозь одежду, затем, крепко ухватив за талию, одним рывком посадил к себе на колени. Девушка осталась сидеть, не сопротивляясь, она лишь обхватила его своими ногами.

Джон прижался губами к её шее, девушка тихо простонала в кулачок, стараясь не привлекать внимания: она знала, что младшая сестра тоже заинтересована в Сноу. Руки парня ослабили шнуровку на её кафтане и теперь нежно касались беззащитной кожи. Пальцы очертили рёбра, затем поднялись вверх и нежно сжали грудь, вызвав этим новый стон.

Дрожь прошла по спине Дейси, с каждым мигом похоть затуманивала её мысли всё сильнее. Губы Джона в это время медленно порхали по её шее, оставляя поцелуи и засосы, утром Дейси будет ругаться. Парень опустил расшнурованный кафтан до уровня пояса, ему открылся шикарный вид на грудь и плоский живот девушки.

Мормонт ухватила парня руками за шею, и он, наконец, от шеи вернулся к её губам. Новый поцелуй, страстный и требовательный, горячий язык девушки ворвался ему в рот и вступил в борьбу. Упрямая северянка не желала отдавать первенство. Джон опрокинул её на кровать и оказался сверху.

Его ладони вновь обхватили девичью грудь, пальцы сжались на сосках. Дейси нервно закусила нижнюю губу, ожидая продолжения. Сноу припадал губами к одному из сосков, обвёл его языком, после чего начал посасывать и покусывать. Пальцы другой руки продолжали играть с грудью.

Дейси почувствовала сильный жар внизу живота, она не могла вспомнить, когда в последний раз была возбуждена столь сильно. Её лицо пылало, ей хотелоь крикнуть, чтобы Джон наконец трахнул её, но сладкая пытка ей нравилась больше.

– Джон, – только и шептала Дейси, – не останавливайся.

Сноу продолжил ласкать её грудь при помощи языка, но ласкает им теперь другой розовый сосок. Пальцы медленно опускались всё ниже, и Джон оторвался от груди, вызвав этим недовольный стон. Он нарочито медленно стянул с неё одежду и откинул надоедливый кафтан в сторону. Дейси была теперь абсолютно обнажена. В этот момент ему казалось, что перед ним не суровая воительница, а обычная беззащитная, нежная девушка.

– Тебе нравится то, что ты видишь? – спросила она, намекая на отсутствие волос внизу.

– Определённо.

Джон опускался ниже, припадая губами к её бёдрам, оставляя на них поцелуи. Губы его двигались вверх к её женственности, прокладывая дорожку из поцелуев. Девушка тяжело дышала, ожидая продолжения. Она прикрыла руками красное от стыда лицо и лишь подавалась бёдрами ближе к лицу Джона. Ей нравилось, когда он «целовал» её туда. Сноу легонько подул на её лоно, вызвав этим дрожь по всему её телу, после чего припал к нему губами.

– Джон! – застонала Дейси, когда Джон сжал между пальцами маленький бугорок.

Джон провёл языком сначала по половым губам, а потом проник им внутрь. Он дарил ей ласки своим языком. Уже ничего не стыдящаяся северянка прижимала его голову всё ближе к собственному лону, запустив ладони в его волосы. Неожиданно Дейси вскрикнула и застыла, выгнув спину.

Пока девушка переводила дыхание, он успел раздеться и теперь направлял свой член в её лоно. Её упругая грудь подымалась и опускалась в такт вздохам, Джон заворожённо наблюдал за этим. Он заметил, как девушка кивнула, после чего резко вошёл в её горячее лоно. Сноу начал двигаться в быстром темпе, вызвав этим стоны удовольствия. Джон закрыл ей рот поцелуем, а Дейси обхватила его руками и ногами, не давая возможности отстраниться. Парень увеличил темп и теперь, чтобы заглушить её стоны, поцелуя не было достаточно, оставалось лишь надеяться, что их не услышат. Дейси сжала его член крепче, юноша понял, что они оба близки к экстазу. Когда они оба достигли пика, Дейси откинула назад голову и блаженно заулыбалась.

…

Дейси оседлала бёдра Джона и медленно опускалась на его член. Девушка наслаждалась чувством наполненности от того, что Джон проникал всё глубже и глубже. Джон же в это время играл с её грудью. Северянка задвигала бёдрами, задавая темп. Девушка откинулась назад, раскачивая бёдрами и победно улыбнулась. Сноу гладил и сжимал её грудь, он почувствовал, как девушка сжала его сильнее, как только он зажал её соски между пальцами. Соски были её слабым местом. Девушка опять закусила губу, она была на грани и вот-вот должна была достигнуть пика.

– Я хочу кончить вместе, – прошептала она ему на ухо.

Джон впился в неё своими губами и резко ускорил темп. Через мгновения их тела снова сотрясались от оргазма.

– Я твоя, Джон Сноу, – сказала девушка, переворачиваясь на бок и прижимая Джона к себе поближе.

– Я знаю, – ухмыльнулся Джон.

– Засранец, – девушка стукнула его кулачком по груди, парень хихикнул.

Через несколько минут они оба расслабились и погрузились в сон, так и не разомкнув объятий.

* * *

Как только Джон начал резко расти, к нему вернулся интерес к прекрасному полу. Но никто, кроме близкой подруги, его не заинтересовал. Свой интерес он понял, когда во время очередного наблюдения за купающейся Дейси его охватили отнюдь не те чувства, которые человек испытывает к старшей сестре.

Пусть девушка и была без комплексов, она не могла не заметить красное лицо Джона и как тот стыдливо отводил от неё взгляд. Девушка находила это весьма забавным. Они были близки. Ближе, чем могут быть друзья, но воспринимать Джона не как младшего брата поначалу было трудно.

Трудно до того момента, пока она не поняла, что откровенно пялится на Сноу во время одной из его тренировок в тёплую погоду. Она отметила и другое: ей нравятся его сильные руки, особенно, как играют его мышцы во время работы на кузне.

Оказалось, не только её внимание он привлекал. На Джона засматривались служанки, собственная младшая сестра Дейси и даже женщины, служившие в гвардии Мормонтов. Но тот, казалось, не стремился за ними ухаживать и не понимал их намёков. Дейси была расстроена, если уж он не обращает внимание на сверстниц, то старуха, что на восемь лет его старше, парню точно не нужна.

Но однажды случилось то, что перевернуло их отношения. Джон поцеловал Дейси во время одной из прогулок, пусть и пришлось попросить Дейси наклониться. Она ему не ответила, но и не оттолкнула, после этого выяснилось, что их чувства взаимны. Но Дейси всё ещё ревновала Джона к собственной сестре, даже после того, как впервые пригласила парня в свою постель.

Впервые они стали единым целым вскоре после тринадцатых именин Джона. Первая близость была быстрой и неловкой, как и некоторые следующие. Первые несколько раз поначалу вообще походили на изнасилование Джона. Сноу не тешил себя иллюзиями, старшая из дочерей Мейдж не была девочкой к моменту их первого раза. Она была физически сильной женщиной, не привыкшей быть ведомой, и считающей, что знает всё лучше. Джону пришлось потратить уйму времени, чтобы доказать ей, что можно получать удовольствие и будучи «слабой». В конце концов, роль слабой и беззащитной пришлась ей по вкусу, девушка была готова отдать ему инициативу. Но такой она будет только в их спальне и только для него. С того момента они редко просыпались в разных постелях, пусть и оставался большой риск быть обнаруженными.

Глава 10

Яркие лучи солнца тонкой линией коснулись глаз Джона, заставив юношу проснуться. Он открыл глаза и обнаружил себя в объятьях Дейси. Его голова покоилась на груди северянки, а её руки крепко прижимали парня к себе. Сноу не был особо против данного положения вещей, но в голове сделал себе заметку, что через пару лет ситуация должна быть противоположной.

– М-м-м? – послышался вопросительно-возмущённый звук, когда Джон аккуратно стал выбираться из объятий.

– Доброе утро, красавица, – парень коснулся губами приоткрытых уст девушки, её лицо расплылось в улыбке, как только он отстранился.

– Вернись в постель, ещё рано.

– Я пообещал позаниматься с Лирой стрельбой из лука и поиграть с Лианной после завтрака. Мне нужно идти.

– Тогда исчезни скорее с моих глаз, я хочу спать, – пробормотала девушка, после чего кинула в Джона подушку.

– Хорошо, миледи, – улыбнулся тот.

Как только Джон закрыл дверь, послышался детский девичий голос:

– Мать хочет видеть тебя, – деловито обратилась к нему Лианна, девочке недавно исполнилось пять лет.

– Что-то важное или мне можно убежать? – спросил Джон, пока сажал девочку к себе на плечи.

– Она сказала, что «или ты придёшь к ней как можно скорее, или полетят головы».

– Ну, тогда нам нужно поспешить к твоей леди-матери, – ответил Джон и побежал по коридору в главный зал усадьбы под заливистый смех Лианны.

Из всех дочерей леди Мейдж Лианна была самой мелкой, будто не была Мормонтом. Тонкая как струна, черноволосая, девочка часто напоминала Джону любимую младшую сестру, которую он не видел уже несколько лет. Пусть телосложение младшей из дочерей Мейдж не впечатляло, но нрав у неё был самым крутым. Маленькая медведица уже сейчас могла поставить на место чуть ли не кого угодно.

Через пять-десять минут Джон уже вовсю вникал в суть проблемы. Как оказалось, леди Мейдж не сильно желает беседовать с септонами, прибывшими из Староместа с просьбой (требованием) построить на острове септу. Ей проще взять булаву и проломить пару голов, но это может иметь весьма дурные последствия. «Джорах же учил тебя управлению, вот и прояви себя, волчонок. Разберись с этим, а не сможешь, так с ними поговорит моя булава», – ворчала женщина.

Леди Мормонт не была приятной собеседницей, женщина обладала чертами, что явно не настраивали на приятное общение. Вредная, упрямая, раздражительная и своенравная Мейдж явно бы наговорила лишнего. Джон был уверен, что, родись в Тамриэле, она бы была данмеркой. Парень лишь вздохнул от досады, Джорах отплыл в Ланниспорт и не мог сейчас заниматься этой проблемой.

…

Джон шагал по улицам городка в сторону порта. Парня сопровождали гвардейцы и Алисана, он подозревал, что это своего рода очередная проверка его способностей. Сноу беглым взглядом осматривал город. Тут и там о чём-то спорили между собой строители, обсуждали цены ремесленники и тихо шептались женщины. Городок медленно, но верно рос, скоро ему придётся дать название. Главная улица, что шла от порта к усадьбе, а затем сворачивала к медоварне, была вымощена камнем для облегчения доставки мёда в порт и товаров из порта на склады или в амбары.

Старые дома перестраивались, и часть из них уже были каменными. Сам город равномерно окружал усадьбу со всех сторон. На его окраине строили фермерские хозяйства. Дейси с Джоном решили попробовать организовать на острове ферму, где будут разводить скот. Скайрим, как северный регион с не самой плодородной почвой, тоже длительное время удовлетворял потребности в пище за счёт рыбного промысла и крупного рогатого скота. Быть может, от этого будет толк и здесь. Выбор не велик, овцы или свиньи.

Алисана ткнула Джона локтем в бок, привлекая внимание к происходящему неподалёку. В десятке метров от них стража вежливо объясняла вновь прибывшим, что выливать содержимое ночных горшков в окна не стоит, ведь есть же канализация, так что незачем загрязнять улицы. Сноу улыбнулся, вспомнив период службы в легионе. Солдаты часто шутили, что первая вещь, которая появляется в захваченных империей городах – это не бюрократический аппарат, а канализация. И действительно, за существование уже не одной империи Тамриэля есть много городов, разрушенных и заново возведенных над имперской канализацией, которая всё стоит век за веком и продолжает служить городам. Хотя то, что было на острове, и канализацией можно назвать с большой натяжкой, так, просто небольшая система стоков для нечистот.

Неподалёку от порта разместились несколько кузниц, где кузнецы со своими подмастерьями были вовсю заняты работой по изготовлению новой брони и оружия для гвардейцев. Вскоре процессия вышла к порту, у одной пристани её ожидали септоны под охраной из нескольких человек при оружии. Не наёмники, но явно не последователи веры.

– Приветствую вас, служители веры. Мне сообщили, что у вас есть вопрос, требующий внимания.

– Почему нас не проводили в замок для обсуждения? – спросил у Джона старший из последователей Семи.

Это был человек возрастом около пятидесяти лет, невероятно толстый, с кривыми жёлтыми зубами, маленькими глазками и большими залысинами. Одет он, по сравнению с остальными, был значительно богаче, исходя из его манеры речи и мимики, можно предположить, что он явно чувствовал себя хозяином положения.