Текст книги "Бастардорождённый (СИ)"

Автор книги: DBorn

сообщить о нарушении

Текущая страница: 79 (всего у книги 114 страниц)

– Решено, – заключил Джон. – Мы соберём небольшой отряд. Четыре десятка лучших воинов, что у нас есть, на самых быстрых и выносливых лошадях. Поднимемся по тракту, а потом курганами до Златотравья.

– Что ты будешь делать с тысячами железнорождённых под стенами? – Эшара явно не была в восторге от этого плана.

– Я же ебучий Кошмарный Волк, который в одиночку заставляет тысячное войско отступать в страхе, – пожал плечами Дейн. – Что-нибудь придумаю.

– Барроутон продержится дольше, но Златотравье может пасть до твоего прибытия. Тогда, каким бы безумным твой план ни был, тебе потребуется больше людей, – Торрхен разделял настроение тайного канцлера Рва.

– Нет, – отрезал Дейн. – Основные силы останутся здесь. Обеспечивать порядок и защищать город с беженцами. За тысячи лет Ров ни разу не был захвачен. Не падёт он и в этот раз. Милорды, продолжайте готовить замок к обороне.

Владыка Рва отдал последнее распоряжение и вышел из кабинета, отряд лучших воинов ещё надлежало собрать.

– Аррены про Орлиное Гнездо думали точно так же, – прошептала Эшара, глядя ему в спину.

* * *

Небольшой отряд Джона проводил последние приготовления перед выходом. Проверялись доспехи и оружие, укладывались в колчаны стрелы, а в сумки – эликсиры, потуже затягивались ремешки. Дейси уже привычно облачилась в доспех Рыцаря Полумесяца и закрепила на поясе излюбленную булаву. Вель проверяла тетиву, на девушке красовались новенькая кольчуга и белый плащ из медвежьей шкуры, и то и другое исписаны перволюдскими рунами. Великан Том, усевшись на ящик, с улыбкой точил лезвие алебарды с древком из чардрева.

Джон тем временем был в замковой кузне, рыцарь в очередной за день раз взглянул на лезвие Рассвета, перед тем как убрать меч в ножны. Как и обещал, он добавил на артефакт «гравировку» с девизом дома Дейн и тот теперь красовался на лезвии.

Клинок действительно был чем-то совершенно уникальным, ничего похожего Довакин ещё не встречал ни здесь, ни в Нирне. Метеоритную руду, из которой выковали меч, можно было сравнить разве что с этерием, который и вовсе был кристаллом. Оба материала обладают крайне сильной магической аурой, но не поддаются обработке ею (в обычных условиях), оба невозможно расплавить, разбить, или хотя бы оставить на них трещину. Девиз пришлось наносить специально созданной краской, которая исчезнет разве что вместе с самим мечом. Джон не знал, на что будет способен Рассвет под воздействием магии, но если его сила будет сравнима с этериевыми артефактами, то потенциал у клинка поистине устрашающий.

Не прошло и пары минут, как в кузню вошёл и Эдрик.

– Джон, ты закончил? – спросил юноша.

– Как и обещал, – Кошмарный Волк передал кузену его меч, на миг в лиловых глазах скользнуло разочарование, но Эдрик поспешил «исправиться» и радостно присвистнул, рассматривая лезвие. – Не спрашивай. – Вздохнул Джон.

– Меч есть, девиз есть, – пожал плечами лорд Звездопада. – Можно отправляться рубить кальмаров. – Улыбнулся Эдрик, пряча оружие в ножны.

– Ты останешься во Рву.

– Что? – младший Дейн растерялся.

– Ты останешься во Рву, – повторил Джон. – Будешь командовать обороной.

– Почему? – голос рыцаря звенел от обиды. – Ты сомневаешься в моих умениях? В верховой езде, фехтовании, готовности идти до конца? Ты же сам меня учил!

– Да, я учил тебя сражаться, командовать, договариваться и вести за собой людей, не думаю, что когда-нибудь у меня будет такой же талантливый и прилежный ученик, как ты, как и не думаю, что в Семи королевствах в ближайшие годы появится рыцарь, чьи навыки сравнятся с твоими.

– Ты обещал мне, Джон! – лицо бывшего оруженосца покраснело, все же в нем ещё не умер тот весёлый десятилетний мальчик, каким Джон его помнил. – Обещал, что мы будем сражаться вместе, плечом к плечу! Возьми меня с собой!

– А кого я оставлю командовать?

– Да кого угодно! – Воскликнул Эдрик. – Торрхена, Тома, Уэймара, Дейси, любого из них.

Дейн вздохнул, положив ладони на плечи кузена. Серые глаза встретились с лиловыми, переполненными юношеской решимостью и упрямством, готовыми спорить с бывшим наставником до конца. Владыка Рва в сердцах радовался этому упорству.

– Никому из них я не доверяю так, как тебе, – тихо пояснил Джон.

– Что? – юный рыцарь в очередной раз за разговор растерялся.

– В замке остаются мои дети, моя сестра, моя мать, мои люди и всё нажитое и отстроенное непосильным трудом, а к северу от него десятки тысяч нуждающихся во мне беженцев. Никому из перечисленных тобой я их защиту не доверю. Никому, кроме тебя, – лиловые глаза расширились в осознании. – Окажите мне услугу, милорд. – Перешел на официальный тон Джон. – Мне и моему дому. Позаботьтесь о моих землях на время моего отсутствия.

– Р-разумеется, милорд, – не сразу нашёлся младший Дейн.

– Благодарю вас, – улыбнулся Джон, кузены обнялись.

Не прошло и получаса, как отряд покинул стены крепости, ударившие по брусчатке копыта выбили искры, кони подняли клубы пыли, совсем скоро всадники скрылись за горизонтом, а что до Эдрика Дейна… Меч Зари получил прекрасную возможность выйти из тени Кошмарного Волка.

* * *

Вслед за Штормовыми и Речными землями война пришла и на Север. В надежде скрыться, крестьяне из Речных земель бежали на болота к северо-западу от Близнецов или пытались перебраться через Зелёный Зубец вплавь, удавалось не всем. Больше всего везло тем, кого патрули болотников проводили тропами к тракту, но даже они не могли сказать, сколько селян сгинет в трясине.

Золотые львы вместе со святым воинством гнали и без того измученных людей на север, обрушившись на приграничье подобно несокрушимой лавине. На юге Перешейка запылали первые хутора и деревни, те, которые находились ближе всего к тракту, те, которые не были скрыты от посторонних глаз. Солдаты озёрных кланов, отбивавшие набеги пиратов и патрулировавшие Мокрый лес с побережьем, оказались почти неготовыми к встрече с новым неприятелем. Да и беженцы начинали забираться опасно близко к Сероводью.

С крестьянами на тракте было легче, их встречали всадники Дейнов Заката и сопровождали прямо до южных стен резиденции их лорда, где для беженцев разбили временный лагерь. Там с ними говорили синие плащи и Дочери Мары, после чего позволяли пройти через ворота.

Немногочисленных ремесленников вместе с семьями отправляли в Серое Древо. В ремесленных кварталах и на производствах не хватало рабочих рук. Дезертиров и бежавших солдат из числа лоялистов Талли вербовали в гарнизон, значительно реже – бросали в темницу. Чардревный дом стал пристанищем для женщин, желающих помочь, а крепких здоровьем мужчин заставляли помогать укреплять замок. Оставшихся отправляли в лагерь для беженцев, который был уже севернее. Смельчаков спорить с хмурыми северянами при оружии оказалось немного.

При всём желании успеть укрепить и город возможности не было. Можно было попытаться насыпать вал или возвести частокол на манер лагерного, но это окажется пустой тратой сил, времени и ресурсов.

Агенты Эшары выискивали возможных лазутчиков, за последние дни женщина спала от силы часов пять. Дейн становилась более раздражительной и усталой, слишком много взвалилось на её плечи. Эдрик полагал, что лучше уж это, чем она постоянно будет терзать себя мыслями об очередной безумно опасной затее Джона. «Он ведь Кошмарный Волк, что с ним может случиться», думал Эдрик… но письмо в Белую Гавань всё же отправил.

Сейчас же командующий обороной стоял на внешней стене замка, наблюдая, как по тракту продолжает идти бесконечная вереница беженцев. С каждым днём дым от пожарищ был всё ближе. Три, максимум четыре дня и враг будет под стенами.

Между внешней и внутренней стенами подготавливали площадку для лучников, на случай, если враг сможет подступиться близко к стенам, можно будет стрелять по ним навесом. Помимо этого инженеры заканчивали сборку требюше. Постройки рядом освободили, на время осады они будут служить казармами. На стены тем временем поднимали камни, стрелы, копья, горшки с маслом, дротики для скорпионов и всё остальное, что может отбить у недруга всякое желание идти на приступ.

– Сир Эдрик, – обратился к Мечу Зари Торрхен.

– Ты собрал добровольцев? – спросил Дейн.

– Да, десять человек, как вы и приказали. Можете взглянуть.

– Хорошо, будем надеяться, что там не одни седые старики, иначе затею раскроют.

* * *

Перешеек, Север

Ночь опустилась на лагерь. Сотни походных шатров расположились вдоль Королевского тракта на много километров вперед. По правую сторону от дороги стояли шатры Ланнистеров, по левую были шатры Святого воинства, Фреев и их сторонников. Союзники львов в количественном плане уступали им не сильно, что сполна компенсировалось дисциплиной.

В принадлежащей речникам части лагеря не было и намёка на порядок. Стоны шлюх, пьяные драки, петушиные бои, союзники трона и помощники исполнения королевского правосудия явно не скучали. На этом фоне надменно-презрительные взгляды Ланнистеров в сторону союзников даже осуждать было не за что.

Дозорами, дальними патрулями, охраной лагеря, сбором лестниц и ростовых щитов, усиленной защитой и сопровождением обоза занимались именно они. Лорд Джейме умел воевать правильно, всё же он учился у лучших, и военная кампания, возглавляемая в своё время самим Эртуром Дейном, даром для него не прошла.

Ланнистер тяжело вздохнул, после того как в очередной раз прервали его и без того беспокойный сон. Из шатра Римана Фрея доносились отчаянные крики боли, стоны, плач, визг, а иногда и что похуже. Командующий силами речников допрашивал очередного взятого в плен северянина.

Джейме заметил, как в его шатёр заглянул обеспокоенный кузен Лансель, не так давно получивший рыцарские шпоры. Цареубийца не сильно любил кузена, скорее не так, тот был ему попросту безразличен, но дядю Кивана он уважал, пусть лучше его сын участвует в настоящей войне, чем в погромах. Церковники явно хотели видеть Ланселя в рядах святого воинства больше, чем в личной охране Джейме.

– Мне приказать им прекратить? – спросил младший из Ланнистеров.

– Пусть продолжают, – отмахнулся Джейме. – Просто я удивлён слышать смех.

– Лорд Стеврон пригласил на допрос кротких мирян, – пожал плечами Лансель. – Развлекает зрелищем. Раз ничего толкового узнать от них не может.

Каждую ночь к Фрею приводили человека из попавших в засаду синих плащей, каждую ночь тот проводил допрос. Ничего толкового тот так и не узнал, но несмотря на бессмысленность, своё занятие не прекращал. Пленникам ломали пальцы, выкалывали глаза, выбивали зубы, избивали, кололи раскаленным прутом, отрывали ногти. Вид пыток никак не влиял на результат. Все, как один, упорно повторяли одно и тоже.

Владыка Утеса вышел из своего шатра и взглянул в затянутое тучами небо. В последнее время он делал это слишком уж часто.

– Шесть тысяч мечей в гарнизоне, – озвучил ответ пленников Джейме.

…

– Держать темп! – кричали на солдат лорды Запада.

– Не отставать! – вторили им офицеры.

Длинной живой рекой подступала к стенам Рва армия коалиции. Тяжёлая пехота в алых плащах, копейщики Ланниспорта, воины домашней гвардии, Сыны Воина, вольные латники, наёмники, межевые рыцари, ополчение. Строгие боевые порядки, чёткий шаг, ровные ряды пехоты. Впервые за более чем три сотни лет ко Рву Кейлин подступало вражеское войско и войско это внушало, как минимум, Западная его часть. Десятки знамён, тысячи воинов, начнёшь подсчитывать – устанешь быстрее, чем закончишь.

Вёл войско высокий статный воин в золотых доспехах и длинном алом плаще, почти полностью покрывающем круп и ноги коня. Более привычно для лорда Тайвина, чем для Джейме, но вполне хороший способ напомнить вассалам о Старом Льве и страхе перед ним. Рядом с ним было не меньше двух сотен тяжёлых кавалеристов Запада, боевые кони, лучшая броня и оружие – одни из немногих, кто способен сойтись с рыцарями Долины в равном бою и победить.

Вместо привычных детям Севера боевых рогов заиграли медные трубы, Железный трон демонстрировал силу перед битвой, что, возможно, решит судьбу королевства. Копьеносица против золотого льва, львоящер против синих башен.

– Отправьте к воротам посланника, – приказал Джейме, спешившись. – Скажите, что я проведу переговоры от имени короля.

– Будет сделано, – поклонился Лансель.

– И проследите, чтобы это был кто-то, кто умеет следить за языком. Уже вечереет, и я не желаю отправлять их до тех пор, пока не закончатся кретины, – добавил Ланнистер.

…

Зазвенели цепи, медленно опускался мост, подымались решетки, отпирались окованные сталью ворота из железноствола. Припавшие к стене и бойницам арбалетчики с интересом выглядывали из-за зубцов на стоящего около моста смертника.

Небрежным жестом Джейме снял пояс с кинжалом и «Тёмным Рёвом» в ножнах и передал его в руки одному из сопровождающих его гвардейцев. После чего двинулся на встречу с вражеским командующим, как вскоре оказалось, вовсе не тем, кого он ожидал увидеть.

На встречу Ланнистеру шёл высокий рыцарь, от чего тот на миг опешил. Эти глаза, подбородок, доспехи со звездными узорами, выглядывающая из-за плеча рукоять Рассвета, словно сир Эртур явился перед ним во плоти. Но нет, плащ лиловый вместо белого и цвет волос не тот. Рыцари выровнялись друг напротив друга на середине моста.

– Простите, что я не оставил Рассвет, сир Джейме. Мало кто умеет обращаться с его ножнами.

– Не стоит извиняться, лорд Дейн. Вы не сможете обнажить его достаточно быстро и неожиданно, чтобы убить меня, – Лев скрыл проскочившее напряжение за надменностью.

– Вижу вы освоились с новым клинком, – вежливо отметил Эдрик, заметив, что лорд Джейме использовал именно меч, выкованный Джоном.

– В какой-то мере, – ответил Ланнистер. Вспомнив оплошность, произошедшую с Эдмаром, сам Джейме не стал бы убивать столь ценного пленника намеренно, но большая часть лояльных Талли лордов и без того были схвачены.

– Интересно, вы согласились принять этот меч от отца, чтобы увеличить престиж вашего дома, или чтобы подражать кумиру? – уколол Ланнистера Дейн. – Но это уже неважно. Полагаю, вы привели армию для сражения с Иными, как приказал покойный король Роберт и как было обещано лордом Тайвином. Боюсь, я не могу её пропустить, ваши люди не выглядят дружелюбно.

– Я здесь не для этого.

– Нет?

– В этом замке укрывается преступник, лишённый титулов убийца и враг короны. Именем короля Джоффри я прибыл сюда, чтобы арестовать его и предать королевскому суду.

– А чем провинились речные лорды, десятки тысяч беженцев, что вы согнали к этим стенам? Они тоже враги короны, тоже преступники?

– Так считает Вера. Что же до лорда Талли, то он сам избрал свою участь, так и не научился правильно выбирать друзей.

– Равно как и вы, сир Джейме, – опять уколол Ланнистера Эдрик.

– Дерзите мне, видимо, общение с леди Старк плохо на вас сказалось.

– Вы говорите о будущей леди Звездопада. Выбирайте слова, сир, чтобы мне не пришлось требовать от вас сатисфакции, – лицо бывшего королевского гвардейца скривилось так, словно он съел лимон.

Ланнистер в своё время не был обрадован новостями о появлении нового Меча Зари, вернее, он был откровенно недоволен отсутствием своей личной причастности к этим новостям и становлению нового рыцаря со столь громким титулом.

Шутка ли, но юный лорд Звездопада был одним из немногих юношей, которого столь прославленный рыцарь, как Джейме Ланнистер, согласился бы взять в свои оруженосцы. В память об Эртуре Дейне и как дань уважения ему, разумеется. Но лорд Дейн всё время выбирал себе не ту компанию: наставник – бастард, невеста – дикарка, оба – плоть и кровь убийцы Эртура. Поговаривали, он и молиться деревьям начал.

Как следствие, смелые действия Эдрика привели к Божьему суду, в результате которого дом Ланнистер был опозорен и унижен, а его чемпион стал почти что калекой и хотел свести счёты с Кошмарным Волком.

– Где он? Где Кошмарный Волк? – Джейме вернулся к официальной причине этих переговоров. – Скажите, иначе мне придется вести войска на штурм и самому это выяснять.

– Желаю вам удачи в приступе, – кивнул ему Эдрик и развернулся, чтобы уйти.

– Вы выбрали не ту сторону, лорд Дейн! – вспылил Джейме. – Неужели вы не понимаете?! Когда мои люди возьмут замок, они сравняют его с землей, вырежут каждого северянина по ту сторону стен, женщин, детей и стариков! Когда они окажутся там, срубят все чардрева, подожгут дома, дочиста вычистят амбары и сокровищницы в назидание! Стоит ли сопротивление королевскому суду всех этих последствий? Сдайтесь и именем короля я пощажу вас и всех невинных. Одумайтесь, лорд Дейн, позвольте мне сделать это в память об Эртуре. Позвольте помочь вам. Вы достойны большего, чем умирать бесславной смертью на чужбине.

– Забавно, – промолвил Эдрик, остановившись. Он развернулся к собеседнику, его лицо в миг посерьезнело. – Вы представляли сторону обвинения на Божьем Суде, по результату которого я мог лишиться руки за "покушение" на кронпринца. Вы согласились безо всяких возражений и колебаний, а могли хотя бы попробовать отказаться, сославшись на нежелание быть причастным к тому, в результате чего "племянника Эртура" могут лишить руки. Но вы не сделали этого. Так что ваши слова о памяти ничего не значат. Переговоры окончены.

* * *

Армия коалиции подошла к стенам Рва лишь под вечер, по завершении переговоров было слишком темно, чтобы идти на штурм, и войско Железного Трона начало разбивать лагерь. Зайдя так глубоко на болота, Джейме справедливо опасался ночных нападений озёрных кланов и вылазок гарнизона, поэтому решил не растягивать лагерь на километры вдаль.

Наиболее подходящие под шатры места были около тракта, как вдоль дороги, так и перпендикулярно ей. Небольшие сухие полосы, где не было трясины, чередовались каждые десять-двадцать метров. Именно там шатры и ставили. Стоя на балконе чертога, Эдрик пришёл к выводу, что в свете ночных костров вражеский лагерь напоминал дерево без листвы, раскинувшее свои ветви на много километров. «Дерево, как иронично», пронеслось у него в мыслях.

Неожиданно Дейн ощутил, как его дёргают за полы плаща, опустив голову, он увидел маленькую детскую ручку и нетерпеливый взгляд пытливых лиловых глаз. У его ног стояла малышка Дианна.

– Эдрик.

– Что, снежная звёздочка?

– А мы пустим тех людей к нам? – спросила девочка со свойственной лишь детям непосредственностью и наивностью. – Уже ведь ночь, на улице холодно.

– Это плохие люди, – попытался объяснить Эдрик, но судя по округлившимся глазам, лишь сильнее усилил любопытство племянницы. – Они делали плохо тем, кто пришёл до них, и попытаются сделать это снова, а мы будем их защищать.

– Ты тоже будешь? – спросила Дианна, Дейн кивнул. – А кто защитит тебя? – уточнила малышка, и рыцарь не знал, что на это ответить.

Девочка тем временем начала рыться в складках юбки, натянув на лицо серьезную деловитую мину. Не прошло и минуты, как она нашла искомое, маленькую резную фигурку. Стройный женский силуэт, с когтистыми пальцами на руках и оленьими рогами на голове. Дейн протянула игрушку дяде.

– Что это? – спросил рыцарь, беря ту в руки.

– Спригган, – улыбнулась девочка. – Мне его папа сделал.

– Спригган?

– Да, папа говорит, что это лесной дух, который защищает лес, природу и животных. Но я думаю, что он согласится защищать и тебя, если я попрошу.

– Спасибо. – Дейн погладил племянницу по голове, после чего спрятал фигурку в складках плаща. – А теперь беги в постель, мы ведь не хотим, чтобы тетя Вилла тебя ругала?

Девочка отрицательно покачала головой, после чего убежала. Её смех эхом разносился по замковым коридорам, напоминая солдатам гарнизона, за что именно они сражаются.

…

На рассвете следующего дня Эдрик вышел проверить стену. Небо затянули грозовые облака, но Дейн не сомневался, что в ближайшее время враг двинется на приступ. Солдаты при оружии заняли позиции на куртинах, арбалетчики замерли у бойниц и на вершинах башен, расчёты скорпионов и требюше готовились заряжать орудия, пусть даже командир обороны и не планировал в первый день демонстрировать врагу всё, что у него есть.

Во внутреннем дворе выстроились длинные ряды лучников клана Пит. Единственный клан Перешейка, не отдающий полное предпочтение коротким лукам. Мальчиков и девочек регулярно тренировали с семи лет, долгие и тяжелые тренировки давали свои плоды, позволяя Питам эффективно убивать врага, защищённого чем-то получше кольчуги. Две сотни хорошо обученных длинных луков Эдрик считал одним из ключевых козырей в этом бою.

Торрхен и Уэймар проверяли вверенные им участки стены, Мия Стоун отдавала последние распоряжения своим подопечным. Она со своими маркитантками и Дочерьми Мары будет оттаскивать раненых и подносить обороняющимся всё необходимое, чтобы сами солдаты не отвлекались на это.

Если всё пройдёт удачно, то нашпигованные стрелами западники и речники отступят, так и не добежав до стены. Наиболее подходящий для штурма участок был около Королевского тракта. Двести метров хорошо простреливаемой со стен, относительно ровной и заросшей мхом, травой и огромными цветами трясины, любой шаг по которой может стать смертельным. Даже срываясь на бег, до стен быстро не доберёшься и орудия не протащишь, чего не скажешь о дороге, вот только она простреливается ещё лучше.

Участки около западной и восточной стен в плане ходьбы по ним ещё более опасные. С внешней стены они простреливаются не так легко, но на вершинах главных башен и чертога – идеальный обзор. Всё видно, как на ладони, и вовремя перебросить отряд-другой умелых стрелков труда не составит. Да и про расчёты скорпионов забывать не стоит.

Тем временем перед замком разворачивались всё новые и новые, но далеко не самые качественные силы. Кроткие миряне, ополченцы, наёмники, перебежчики из числа лояльных Талли домов. Вероятно, Ланнистер собрался провести разведку боем, либо избавиться от солдат, в чьей лояльности сомневался, заставить тратить на них стрелы и масло. Хотя лестницы и ростовые щиты солдаты, разумеется, получили. Если им удастся хотя бы приставить лестницы к стенам, то можно будет усилить атаку воинами домашней гвардии.

– Предки ждут, – прошептал Эдрик.

– Милорд, – отвлёк его один из офицеров, указывая в сторону. – Там.

Дейн поднялся на башню, чтобы лучше рассмотреть происходящее во вражеских рядах, за ним последовали и Торрхен с Уэймаром. Солдаты замолчали, наблюдая за тем, что многие запомнят на всю свою жизнь. Отошедшие на пару десятков шагов солдаты святого воинства открыли обороняющимся обзор на косые деревянные кресты с распятыми на них женщинами. Дочери Мары, ушедшие проповедовать и помогать единоверцам в земли Блэквудов.

По пробитым гвоздями ладоням и ступням струилась кровь, у некоторых она была и на бедрах. Одежда большинства изорвана, на нескольких её и вовсе не было. Дерево крестов пропиталось кровью. Одна из женщин что-то шептала в бреду, со стен Рва слышно не было, но, вероятно, она просила убить её, семибожники лишь хохотали в ответ. Стиснув зубы, синие плащи шипели проклятия, более впечатлительные выкрикивали угрозы, маркитантки, не участвовавшие в битве против горцев, плакали.

– Живодёры поплатятся! Предками и богами клянусь, поплатятся! – Кричал Карстарк.

Лиловые глаза лорда Звездопада налились кровью, потемнев от гнева, они превратились в два тёмно-синих как сама ночь омута. Казалось, Эдрик не моргал все эти минуты. Дейн развернулся к одному из офицеров.

– Приведите пленников, – прошипел он.

Не прошло и пяти минут, как из темницы вывели с дюжину ланнистерских солдат, захваченных в плен Питами во время засад на передовые патрули или отряды разведчиков. Западники шли покорно, не сопротивляясь, они и не догадывались, что им уготовано.

– Кто из вас видел летающих львов? – спросил Эдрик, солдаты отрицательно покачали головами.

Опустился рычаг, сделал своё дело противовес, взлетели вверх ланнистерские солдаты, перелетев через стену. Ров ответил на провокацию.

…

Запели медные трубы, единой волной хлынули на стену вражеские солдаты. Вернее, медленно начали плестись в её сторону. Доспехи, оружие и ростовые щиты не были тем, что облегчает путь по трясине, кротким мирянам было легче, но от шальных стрел они по большей части были совершенно не защищены.

По отмашке Эдрика, стрелки на башнях и около бойниц начали обстрел без команды. Били прицельно. Длинным лукам и тяжелым арбалетам вполне хватало дальности, чтобы попадать в наименее защищённые части вражеского строя. Убить с такого расстояния трудно, но ранить – нет, этого было вполне достаточно, вызвать кровотечение и усталость, а добьёт уже трясина.

Нападающие начали падать один за другим, щиты делали свое дело, но панацеей не были. После команды и бранных криков строй нападающих начал выравниваться, отстающие спешно догоняли тех, кто сумел выйти вперед. Первые ряды превратились в единую, закрытую щитами линию, но с возвышенности было легко бить и по стоящим за ними. Солдаты коалиции начали гибнуть десятками. Бой больше напоминал занятия на стрельбище.

Тем не менее стрелки смогли подступить ближе и дать первый залп в сторону стен. Стрелы и арбалетные болты по большей части ушли в стену, отскочив от каменной кладки. Юный синий плащ любопытно выглянул из-за зубца, словив арбалетный болт в горло и свалившись вниз. Благо его примеру никто следовать не спешил, и большая часть пехоты продолжила укрываться за щитами и стеной.

Стрелки атакующих дали ещё один общий залп и уже готовились к третьему, как Эдрик дал команду к собственному. Ливень стрел обрушился на семибожников, оставив в живом море несколько заметных прорех, расчёты требюше всё ещё не успели зарядить орудия, но в них и не было особой нужды.

По рядам осаждающих прошло шевеление, солдаты расступались, уступая место несущим лестницы. Не прошло много времени, как они добрались до ростовых щитов в первом ряду. Вновь запели медные трубы, сигналя первому ряду расступиться, момент, и враг ринулся на стену.

– Сигнальте! – крикнул Эдрик. Воин на башне замахал знаменем, миг, и приказ был продублирован офицерами на площадке под стеной.

– Залп! – кричали они.

Две сотни стрел, как жала, вонзались в первые ряды противника, кроткие миряне и ополченцы с наёмниками падали замертво, но бегущие позади быстро подхватывали оброненные лестницы, понимая, что если не закончить этот рывок, то тут полягут все. Однако их ждал ещё один залп со стен и башен. Одичалые лучницы дома Уайтлинг выпустили в небо ещё полторы сотни стрел, а вслед за ними опять повторили общий залп Питы.

Больше сотни мужчин упали утыканные стрелами, на лицах их товарищей начал проступать страх. Латники из числа офицеров чувствовали себя более уверенно, достаточно наклонить голову и большая часть стрел просто отскочит от доспехов. Они спешно наводили в рядах порядок и приказывали продолжать атаку, но управа нашлась и на них. Расчеты скорпионов не зря ели свой хлеб, первый офицер, насквозь пронзённый дротиком, упал в трясину.

Пехота массово гибла под обстрелом, лучники проигрывали дуэль стрелков, продвижение в очередной раз замедлилось, но нужно отдать нападающим должное. Часть из них смогла добежать до южной стены Рва и даже приставить лестницы, но лишь для того, чтобы погибнуть от падающих на голову камней.

Три сотни оставшихся в живых атакующих, солидная часть которых была ещё и ранена, в панике бросились наутёк, что было ещё более гиблой затеей, чем продолжать штурм. Прицельные выстрелы гнали их обратно к осадному лагерю. Немногочисленные лестницы, которые всё же удалось приставить, уже отбросили вниз.

– И это всё, на что ты способен, Цареубийца? – спросил Эдрик.

Из пошедших на первый штурм выжило не больше сотни.

* * *

Златотравье, Север

Стауты были довольно мелким и незначительным домом, даже по меркам самого холодного из королевств, немногим богаче Мормонтов до их недавнего возвышения. Их резиденция, мягко говоря, не внушала, равно как и количество мечей, большая часть из которых была сейчас под Стеной.

Тем не менее старому лорду Харвуду удалось отбить первый штурм островитян. Те ударили с ходу, нагло, не подготовившись, не отдохнув. По завершении штурма лорд Стаут кричал, что Старые боги помогли его гарнизону отбить атаку, что духи лесов и курганов в ярости и скоро придут, чтобы сбросить разбойников обратно в море, где им и место. Пираты лишь посмеивались, слушая эту пустую браваду, не имея возможности подкрепить угрозы количеством своих мечей, старый дурак начал придумывать себе союзников. Однако так думали далеко не все.

Замок вместе с Барроутоном взяли в осаду. Несмотря на очевидность того факта, что следующую атаку железнорождённых северяне не отобьют, Виктарион приказал окружить замок и оставить под ним тысячу мечей.

Длинные корабли железнорождённых вошли в рейд на реке. Сам Грейджой вместе с ещё четырьмя тысячами окружил Барроутон. Златотравье расположилось всего в полутора километрах от его ворот. Один осадный лагерь было хорошо видно из другого, их разделял лишь мост через реку.

Капитаны выставили дозорных, а остальным приказали отдохнуть перед битвой. Некоторые команды строили планы, как атаковать, не дожидаясь приказов, и с первыми лучами солнца взять замок раньше других. Как-никак, но иметь владения на большой земле и титул лорда хотелось многим. Большая часть пиратов легла спать, хотя то с одного, то с другого конца лагеря ещё доносились песни и преждевременные тосты в честь победы.

– Ven-Mul-Riik! – никто так и не заметил, как лагерь стал накрывать непроглядный туман.

Дозорный пират устало вглядывался в ночную тьму, идущие ему навстречу тени сперва показались наваждением, словно он уснул на посту и вот-вот должен был проснуться, но чем ближе они приближались, тем в равной мере казались всё более реальными и сказочными.

Грациозной походкой они выходили на свет. Высокие, почти два с половиной метра в рост женские фигуры, словно созданные из дерева. Лицо существа застыло в одновременно красивой и жуткой дружелюбной улыбке, глаза светились ярко-зелёным. Его голову украшала пара небольших оленьих рогов, а из плеч, локтей и коленей торчали небольшие ветви, образуя острые шипы. На ладонях были ярко выражены длинные когтистые пальцы, а довершали картину насекомые, что роились вокруг силуэтов. Осы, светлячки и бабочки летали вокруг туловища и головы, остальные насекомые облюбовали само тело, перебираясь по нему с одного конца на другой.

«Духи леса и курганов!», в панике подумал дозорный, но всё же нашёл в себе силы, чтобы натянуть тетиву. В грудь ближайшего чудища вонзилась стрела, то замерло, с интересом наблюдая за посторонним предметом, торчащим из его тела. Со стрелы упало оперение, словно следуя собственной воле, она вошла глубже в грудь, и на глазах начала обрастать листьями. Вскоре стрела превратилась в ветку, которая словно всегда была частью существа. Оно медленно открыло рот, сплюнув на землю железный наконечник, его лицо стало недовольным.