Текст книги "Бастардорождённый (СИ)"

Автор книги: DBorn

сообщить о нарушении

Текущая страница: 47 (всего у книги 114 страниц)

– Сказки матушки о вихтах воплотились наяву, – издал нервный смешок Русе Рисвелл. Северяне обменялись понимающими взглядами.

– То, что я убила умершего, считается за убийство или нет? – решила уточнить Джорель, еще десяток нервных смешков раздался по отряду. Люди медленно начали приходить в себя после увиденного.

– Огонь убивает их окончательно, – отметила Вель, глядя на сгоревшие останки, которые таки перестали двигаться.

– Нужно собрать в кучу, что осталось. Собрать и сжечь. За дело, – скомандовал Джон.

* * *

Черный Замок

Начиная с самого раннего детства Эддард помнил одну простую истину. В Винтерфелле всегда должен быть Старк. Лорд Рикард обучил ей всех своих детей, начиная с сыновей и заканчивая Лианной. Короли Зимы, а ныне Хранители Севера, покидая фамильную твердыню, неизменно должны были оставить ее заботу на кого-то из семьи. Во время восстания Винтерфеллом и всем Севером остался править Бенджен. Ныне эта обязанность легла на Робба Старка.

Если бы не угроза из Застенья, то нынешнее время можно было назвать просто идеальным для Севера. Союз с Тиреллами обеспечил королевство пищей и теперь можно не бояться тысяч смертей, что были неотъемлемым спутником каждой Зимы. Западное побережье спокойно, новый флот стережет море, а Мормонты с Гловерами – сушу. Вассалы тратят меньше денег на пищу, а значит, и жалуются сюзерену теперь меньше. Перешеек под надежной защитой, торговля процветает. Роббу Старку будет очень тяжело оплошать, а Эддард сможет уделить возможной угрозе все свое время.

Вместе с Эддардом в Черный Замок прибыли и главы других дворянских домов Севера. Многие из них были заметно недовольны, не встретив в замке своих детей. Еще более недовольными они стали, стоило им только узнать, куда их дети отправились. Если на Маленького Джона Амбера управу найти было уже довольно трудно, то взгляд лорда Джораха обещал мало хорошего для леди Джорель по возвращению, а взгляды леди Барбри и ее брата Родрика Рисвела обещали равно то же для Русе.

– Удалось узнать что-то новое? – спросил Эддард у Джиора Мормонта, когда переругивание его вассалов, наконец, затихло.

Главы домов Севера почтительно замолчали, ожидая ответа.

– Вчера прилетел ворон лорда Джона, – лорд-командующий передал Старку письмо. – Если верить написанному, то Застенье просто кишит живыми мертвецами. От недавно умерших до почти иссохших.

– Неужели кто-то действительно способен на подобное? – изогнул бровь лорд Болтон.

– Если здесь несколько мертвецов навели такой шорох, то на что способны десятки таких же?

– Поднимать трупы… Рассказы об Иных правда… – неизвестно кому задавали свои вопросы лорды. Эти возгласы быстро были подхвачены остальными.

– Иных отряд как раз еще и не встретил, – начал было Мормонт, но его перебили.

– Где они сейчас?

– Где-то между Оленьим Рогом и Кулаком Первых Людей. С каждым днем отряд встречает все больше и больше трупов, нападающих на все живое, что встретят.

– И куда они направляются? – задал интересующий его вопрос Родрик Рисвелл.

– Лорд Дейн предпочел умолчать об этом.

– Нужно было придушить засранца в колыбели! – прошипел Старк.

– Зато мы узнали причину, по которой одичалые так рвутся на юг, – лорд Болтон снова привлек к себе внимание.

– Необходимо мобилизовать все дома Севера, милорды, срочно займитесь этим. Войска должны быть готовы к отправке по первому же зову. Нужно уведомить короля и все остальные дома.

– Ебучие Боги! Сначала одичалые, а теперь и армии мертвых с Иными! – начал возмущенно причитать Большой Джон.

– Вот про одичалых в письме как раз и не упоминается, – отметил Джиор Мормонт.

– Блядь! – ужаснулся собственной догадке Эддард. – Мальчишка ищет одичалых!

* * *

Зачарованный лес, Застенье

После первой встречи с мертвецами такие же большие группы, как первая, отряду больше не встречались. Однако с каждым пройденным на север километром погода становилась все хуже, а встречи с нежитью происходили все чаще. Почти все группы небольшие, максимум на десять-пятнадцать тел.

Вихты – именно так называли эту нежить – были чем-то средним между Нирновским скелетом и драугром, хотя варьировались гораздо сильнее. Они могли быть как безумно быстрыми, так и довольно медленными. Первые были по большей части относительно свежими трупами. Сохранность тела напрямую влияла как на скорость передвижения, так и на способность удар что держать, что наносить. Каждый удар наносили от души, не чувствуя усталости и не заботясь о сохранности собственного тела. В силе и эффективности такие удары мало чем уступали ударам дубиной или булавой и безо всяких проблем могли сломать кость. Старые скелеты с облезшей плотью были медленными, били слабо и уничтожались значительно легче, но уже толпа таких представляла нешуточную угрозу.

Как оказалось, Закат способен умертвить вихта одним ударом в туловище, даже не «смертельным». Он, вместе с рунным луком Вель, оказался ультимативным средством в борьбе с нежитью. Он и три копья с эбеновыми наконечниками, что Джон решил взять с собой. Зачарованный лес же запылал десятками погребальных костров. Отряд перестал удивляться самовозгорающимся кучам мертвых тел уже на пятой.

Вольный народ, по словам Вель, не хоронит трупы, а сжигает. Дейн мог только порадоваться этой новости, ведь в противном случае добрая треть леса уже бы была полна вихтами. Самих же одичалых все еще встретить не удалось. Скорее всего новый Король-за-Стеной уже собрал их в единое войско и готовится либо к обороне от орд трупов, либо к нападению на Стену. Оба варианта имели мало шансов на успех.

В Застенье магия восстанавливалась быстрее, но с каждой новой стычкой с нежитью ее приходилось тратить все больше и больше. Идя по лесу, Джон оглядывался назад и видел веру своих соратников в успех, веру в возвращение домой и веру в самого Джона. Глаза северян, полные надежды, ободряющие улыбки Вель, глупые шутки Амбера, молчаливая поддержка Эдрика. Все это помогало Джону вести отряд дальше.

Спустя пять дней они так и не нашли ничего кроме нежити, а магический след, по которому держали путь, и вовсе пропал. Но ему на смену пришло странное гнетущее чувство, чувство, что кто-то неуловимый наблюдает за каждым их шагом, кто-то… иной. Казалось, существует пара глаз, что следит так пристально, что не то что не отводит взгляд, а даже не моргает.

Джон, придя к выводу, что поиски почти не возымели успеха, уже хотел отправиться обратно в Черный Замок, но, наконец, отряд встретил живых.

…

Будучи братом Ночного Дозора, Абель успел излазить южную часть Зачарованного леса вдоль и поперек. Он по праву считал, что знает эту местность лучше, чем кто-либо другой из черных братьев. Быть может, он обрел этот навык сам, быть может, просто сказывалась кровь первых людей и одичалые в родителях. Мужчина безо всяких проблем не раз пересекал Стену, даже будучи разыскиваемым дезертиром. Его наглость граничила с безумием, а удача с божественной поддержкой.

Абель успешно проник в Винтерфелл, лично увидел короля Роберта, его двор, большую часть северных лордов и представителей их семей. Абель выступал на пирах, слушал и запоминал, но даже спустя недели ни один из жителей твердыни не обратил на него никакого внимания, а он уже знал о их планах. Эти новости и знания еще сыграют свою роль во вторжении вольного народа на юг. Стоит лишь вернуться обратно.

Мужчина покинул замок и успешно вернулся обратно за Стену и двинулся в лагерь одичалых. Он успешно избегал патрулей Ночного Дозора и встреч с вихтами. Он даже украл себе жену по пути и нашел новых спутников. Удача все время следовала за ним. Вплоть до этого дня.

…

Джон вместе с немногими из отряда, что шли впереди, успел лично узреть картину сражающихся с трупами одичалых. Вольные люди дрались отчаянно, со всей своей яростью и желанием жить, но преимущество было не на их стороне. Вихтов было больше, почти сорок, все при оружии против пятнадцати живых, половина из которых женщины. Вихты не знали усталости, не чувствовали боли и не боялись умереть. Живых же с каждой минутой становилось меньше.

– Поможем? – спросил Эдрик, наблюдая за схваткой.

– А у нас есть выбор? – ответил вопросом на вопрос Джон. Северяне обнажили оружие, рядом с местом схватки их было меньше дюжины.

Абель со всех сил ударил топором ближайшего вихта прямо по колену. Атака получилась успешной, и тот начал терять равновесие, попутно оседая наземь. Упасть мертвец не успел – следующий удар раздробил черепушку, дойдя почти до середины груди. Этот вихт угрозы больше не представлял.

За спиной у мужчины начал подниматься один из, казалось бы, побежденных. Абель уже было повернулся, чтобы отбить очередную атаку, но труп пригвоздило к земле копье женщины, его женщины. Затем она ударом ногой по позвоночнику разделила тело почти пополам. Бывший дезертир поймал себя на мысли, что сейчас было бы неплохо сбежать, воспользовавшись суматохой схватки.

Рядом, размахивая двумя топорами, кричал бранные слова один из одичалых. Он ловко уклонялся от неумелых атак нежити и атаковал сам. Удар, затем еще один и еще – в результате труп остается без обеих рук, а еще один – без головы. Дикарь лишь хвастливо посмеивается, поздно замечая, что безголовый вихт подполз слишком близко и схватил его за ногу. Мертвецы, которые не представляли серьезной угрозы, просто повалились на него всем скопом, сбив с ног. Всего миг спустя к ним на помощь подоспели и те, кто был боеспособен. Барахтались тела, мертвецы наносили удары по живому прямо сквозь себе подобных. Мужчина кричал о помощи, но ее не было. Его топор валялся в нескольких шагах, а рука с другим была привалена телами и даже не могла оторваться от земли. Спустя пять секунд его крики утихли.

Живых осталось лишь шестеро, остальные пали в бою, забрав с собой дюжину вихтов.

– Нужно уходить! Сейчас! – прошипел Абель, его жена кивнула.

– Для этих тварей потребуется костер побольше!

Неожиданно на одну из групп трупов набросился великан с двуручным мечом. Широкий взмах и сразу двое вихтов остаются без ног. Скелеты падают, но не теряют желания сражаться. Их цель остается прежней – умертвить живых, а как к ним добраться трупам неважно: хоть шагом, хоть ползком.

Джон Амбер медленно отходил назад, чтобы не умереть как нерадивый одичалый ранее. Вихт бросился на него слева, но лишь налетел на вовремя выставленный щит синего плаща. Его товарищ отпихнул труп назад обратной стороной древка копья, а Эддард Карстарк вдарил по груди вихта булавой, да так сильно, что тот почти сложился пополам. Приблизительно так в группе и сражались те, чье оружие не уничтожает нежить с одного удара. Ударить, потом отойти, чтобы не дать окружить, или отпихнуть тело, чтобы затем ударить вновь.

Справа на Амбера хотел броситься еще один вихт. Под удар снова подставили щит, но по нему никто не ударил. К шоку щитоносца удар мечом пришелся по правой руке, в которой было почти бесполезное копье. Кровь хлынула из раны, выставляющей под обозрение часть кости. Рука была сломана. Непонимающим взглядом раненый глядел на противника. Дозорного, в синих, светящихся глазах которого явно остались остатки разума.

С ревом на него, размахивая алебардой, бросился Великан Том. Но дозорный, что должен был стать его соперником, к шоку всех живых, лишь ухмыльнулся и отошел в появившуюся за его спиной гущу мертвецов. Та волной хлынула на Тома, похоронив его под своими телами. Северяне бросились на помощь. Они пытались сбросить тела с Тома или уничтожить вихтов, но почти безрезультатно.

– Блядь! – выругался сражающийся сразу с несколькими трупами Джон.

Он отскочил назад и вонзил меч в землю. Эдрик и Русе бросились к нему, чтобы закрыть от атаки. Руки Дейна засияли ярким желтым светом, а, когда он разжал кулаки после исполнения магических пассов, такой же свет начал просвечиваться сквозь кучи тел, навалившихся на Тома.

– Вытаскивайте его!

Кости вихтов начали трещать, а их тела запылали безвредным для живого человека огнем. После такого-то результат был даже от ударов обыкновенным оружием. «Аура Стендарра» успела доказать свою эффективность в войне с вампирским кланом Волкихар, не стоит упоминать, на что она способна в бою против низшей нежити. Вот только она все еще слишком манозатратна. Наконец, из-под кучи тел вытащили Великана Тома. Изрубленного, но живого и злого, как медведь. Ореол света вокруг мужчины делал эту картину поистине завораживающей.

Джон схватил меч и снова ринулся в бой под прикрытием Эдрика и лютоволка. Вель вернулась к стрельбе. Новая стрела разорвала грудь подступающему вихту, лишив ближайшего к нему руки.

– Джон! – выкрикнула девушка.

– Что?

– Там! – указала она в сторону, где из-за сугроба приближались еще три дюжины вихтов. Часть из них даже была с луками.

Дейн закрыл глаза и сосредоточился. Это заклинание может истощить его почти в ноль, а «равновесие» лучше в реалиях Застенья не применять. Пара обнаженных парящих над землей огненных женских силуэтов появились прямо за его спиной и, распознав в нежити врага, принялась метать в них огненные шары. Сам Джон бросился в атаку на мертвого дозорного. Тот явно был командиром.

Джорель Мормонт рубанула мертвого одичалого по груди, но топор завяз, а девушке пришлось отпрыгнуть. На помощь подоспел Эдрик, упокоив мертвеца окончательно. Одного удара копья с эбеновым наконечником было вполне достаточно.

К этому моменту к схватке подоспели и остальные из отряда северян, а немногие выжившие одичалые бросились в атаку с новой силой. Немногих оставшихся мертвецов начали кромсать топоры с булавами, делая их почти беспомощными. Закат сверкал под лучами солнца и наносил удар за ударом. Фехтовать с противником, не боящимся пропустить удар, было бы непривычно, но опыта по борьбе с нежитью из прошлой жизни у довакина было вполне достаточно. Здесь же и вовсе каждый пропущенный удар будет смертельным для мертвого дозорного, их схватка закончилась довольно быстро. Джон отбил удар и контратаковал, его соперник попытался блокировать, но пропустил колющий в грудь.

Шок отразился в глазах мертвого дозорного, когда тот осел наземь от одного лишь пропущенного удара. С его смертью остальные вихты стали драться гораздо хуже. Былая сплоченность и организованность бесследно исчезла.

Через пару минут не осталось нежити, способной оказывать хоть какое-либо сопротивление. Еще шевелящихся сбрасывали в одну большую кучу. Огненные существа лишь лениво метали огонь, как только замечали шевеление в куче. Вскоре та запылала, а существа успокоились.

– Он и такое умеет, – пробормотал Эдрик, совершенно безэмоциональным тоном, глядя на парящих в бездействии атронахов.

– Ты все еще удивляешься? После всего увиденного? – поинтересовалась Вель.

– Мне просто интересно, почему он не использовал их раньше.

– Посмотри на них… – девушка обратила внимание Дейна на некую степень женственности, коей атронахи обделены точно не были. – А тут толпа мужиков. Вдруг кто-то из них… – пошутила Вель.

– Не знаю, как они, но король Роберт точно попытался бы, – усмехнулся оруженосец.

…

Выживших одичалых было пятеро. Всех их связали. Так, на всякий случай. Гордость и упрямство вольного народа не позволили им бежать с места схватки, равно как и ворон, знающий где их потом искать, заодно с не так сильно уставшими северянами.

– Что тут у нас? – спросил Джон, подходя к пленникам. Вель и Эдрик шли следом.

– Четверо дикарей и шпион, возможно, бывший дезертир, – ответил Бенджен, указывая на Абеля.

– Попрошу! Я бард! – улыбнулся Абель.

– Знаешь его? – спросил Джон.

– Нет, но я видел его в Винтерфелле.

– Вель?! Это правда ты?! – неожиданно воскликнула дикарка, которая старалась держаться рядом с мужчиной.

– Далла? – спросила Вель и, к недоумению остальных, тут же присела рядом, заключив ту в обьятия. – Сестра!

– А день становится только интересней, – пробормотал Эдрик.

Глава 47

Ров Кейлин, Север

Проходят века, люди рождаются и умирают, меняются границы королевств, рельеф материков. Целые империи гибнут, а культуры исчезают из мира. Игра – остаётся неизменной. Фигуры появляются на доске, игроки оттачивают свои навыки и адаптируются к новым правилам, а если нет – то неизменно проигрывают. Каждый гребёт под себя. Такова уж Игра в престолы. Ремесленники, торговцы, лорды и короли стремятся усилить позиции своего дома и сделать всё возможное, чтобы сохранить хотя бы малейшее упоминание о нём в анналах истории.

Дом Тирелл не был исключением. Леди Лионетта была в некоторой мере благодарна Джону Сноу. В своё время он сыграл немаловажную роль в ускорении её брака, хотя тот в любом случае состоялся бы. Однако благодарность не мешала ей делать ходы в уже собственной игре.

Родрик Мормонт был единственным сыном Джона Дейна. Несмотря на другое имя, мальчик может претендовать на всё, чем его отец владеет сейчас, в случае если других сыновей у Джона не появится. Это ещё без учета наследия находящихся на пике своего могущества Мормонтов и возможного унаследования колдовских талантов. Более чем выгодная партия для малышки Флоренс. Так что нет ничего удивительного в том, что леди Тирелл пошла на сближение с Дейси Мормонт. Подруга не посторонний человек. С ней договориться о помолвке гораздо легче.

Леди Оленна лишь усмехнулась, когда её невестка вместо возвращения в Хайгарден выразила желание погостить на Севере, а в частности во Рву ещё немного, чтобы провести время в компании новой подруги. Маргери это желание всецело поддержала.

Леди Оленну ждали накопившееся за время отсутствия дела и заботы Простора. Уилласу было нужно представить супругу оставшимся вассалам, Лорас и Вилла должны были отправиться в Данстонбери и погрузиться в заботы по управлению собственными землями. Лишь Гарлан остался на Севере с младшей сестрой и супругой. Благо злоупотреблять гостеприимством и задерживаться в замке больше чем на полторы недели ни одна из леди Тирелл намерена не была.

Пока Лионетта подбивала клинья к Дейси, Маргери завоёвывала уважение северян: жителей Серого Древа, Рва Кейлин и придворных Джона. Привычная тактика полного успеха не возымела. В городе не было сиротских приютов, богаделен и септ. Зато в нём было огромное чардрево, около которого девушка регулярно молилась, и чардревный дом, в котором помогала дочерям Мары как обыкновенная девушка при помощи посильного труда и как леди при помощи пожертвований.

Первые дни её потуги не вызывали у Эшары ничего за исключением снисходительной усмешки, но потом женщина обратила внимание на один интересный факт. Золотая роза научилась почти идеально копировать характерный северный говор*. Да ещё и за поразительно короткое время. Турнир в Белой Гавани, свадьба в Винтерфелле, общение с Джоном в Хайгардене – мало возможностей, но почти идеальный результат. Что уж говорить об исключительно хорошем мнении о девушке у почти всех пообщавшихся с ней северных дворян. Это было интересно. Очень интересно. «Идеальный вариант для «законной» супруги», – подумала Дейн.

…

Утром этого дня погода была тёплой даже по южным меркам. Можно было всецело насладиться чистым северным воздухом. Дейси в компании Лионетты обедала на балконе, выходившем во внутренний двор замка. Почти все гости отправились домой и, наконец, можно было забыть о роскошных пирах и подсчитать убытки. В комнате Родрик играл с сестрой и подругой. Их матери не могли наблюдать за той картиной без умиления. Синие плащи, в последнее время не отходившие от леди Мормонт далеко, тоже.

– Они хорошо смотрятся вместе, – улыбнулась Лионетта, указывая на детей. – Что думаешь?

– Думаю, что регулярное общение с этим маленьким засранцем может испортить тебе дочь.

– Я же серьезно, – хихикнула Тирелл.

– Мормонты и Тиреллы… – пробормотала Дейси. – Не помню, чтобы эти два дома роднились.

– Да и с Фоссовеями любой ветви тоже, – задумчиво пробормотала Тирелл.

– Флоренс Мормонт. Неплохо звучит.

– Такой союз был бы честью для моей дочери.

– Только не озвучивай такую мысль в Просторе. Ещё слухи пойдут о жестокой матери, желающей сослать дочь на далёкий холодный остров.

– Не буду. Гарлана хватит удар. Он в восторге от дочери и балует её сверх всякой меры.

Дейси, пусть и не была сильно искушённой в интригах персоной, но почти сразу поняла цели собеседницы. Мормонт не могла, да и не хотела ничего обещать подруге. Дейси нужна Джону здесь, а Медвежьему острову и Джораху нужен наследник. Мальчик отправится туда, как только достаточно подрастёт, и заключать помолвки без учета мнения кузена Мормонт не собиралась.

– Дейси, мы можем поговорить? – на балкон вошла Маргери.

– Конечно.

– Наедине.

Дейси удивленно изогнула бровь, но кивнула. После чего жестом приказала своей страже уйти, хотя те не сильно спешили выполнять приказ и оставлять свою леди наедине даже с подругой, но всё же послушали. Вилла и немного недовольная золовкой Лионетта ушли с детьми в другую комнату.

– Так, что же случилось?

– Я сегодня порезалась, когда отрезала бинт.

– И? – Уточнила Дейси. Маргери протянула руку вперед, продемонстрировав еле заметный розовый след от пореза.

– Кровь остановилась почти сразу. Сама. А рана почти исчезла, пока я доехала в замок. Я ничего не делала.

– А ведьмой называли меня, – фыркнула Мормонт.

– А сжечь могут меня. Вот будет потеха, – Маргери села за стол и налила себе вина.

– Когда вы с Джоном трахаетесь, ты хочешь продолжить, даже если устала?

– Ну, да. Внутри становится так… тепло и ещё спокойно, а мигом спустя я снова полна сил. При чем тут это?

Мормонт взяла в руку кувшин с вином, к которому за весь день так и не притронулась, и два кубка разного размера.

– Представь, что вино в кувшине это магия. Вся, что есть у Джона. Чтобы залечить, скажем, обыкновенный порез ему нужно её «вылить». Конечно, далеко не всю, – Дейси медленно наполнила вином тот кубок, что был больше.

– Но мы говорим об усталости, – отметила Маргери.

– Именно, – Дейси указала на меньший кубок, который всё ещё был пустым, и стала медленно переливать в него вино из первого кубка. – Столько магии нужно, чтобы залечить рану. В первом то количество магии, которое он расходует.

Мормонт лила вино до тех пор, пока не наполнила утварь до краев, и даже после этого долила ещё немного. Так, чтобы вино не пролилось на стол.

– Магия в самом кубке – лечит рану. Та, что не проливается – избавляет от усталости.

– Но это ещё не все.

– Верно, – северянка опять наклонила первый кубок и вылила из него все, что там оставалось. Вино стекало по стенкам прямо на стол, пачкая белую скатерть. – Он потратил больше магии, чем было необходимо. Но она всё равно не исчезла бесследно.

– А сейчас подробнее.

…

Магия школы восстановления применялась на Дейси Мормонт чаще, чем любая другая. Поначалу это было исцеление ран на войне, затем восстановление сил во время регулярных тренировок, а позже и любовных утех. Магическая энергия раз за разом наполняла тело юной северянки и почти всегда её было больше, чем необходимо. Энергия копилась внутри тела, дожидаясь своего часа и ища выход, но не бралась из ниоткуда и не могла просто так уйти. Ей нужен был выход. Потраченная мана не использует себя на заклинание сама, не позволит самой Дейси колдовать, зато она способна оказывать благоприятное воздействие на тело.

Дейси далеко не сразу обратила внимание на то, что она ни разу не болела с момента восстания Бейлона. Позже девушка поймала себя на мысли, что теперь она устаёт значительно медленнее, синяки или растяжения проходят быстрее, а иногда, очень редко, её совершенно не клонит в сон. Пройденные с момента первой встречи с Джоном годы если и тронули леди Медвежьего острова, то почти на ней не сказались. На всё это и уходила магия, "пролитая" Дейси на стол. Северянка бы не удивилась, если бы и взаправду оказалась колдуньей.

Похожая ситуация была и с Вель, а теперь, как выяснилось, и с Маргери. Магия восстановления воздействовала и на них, пусть и слабее, чем на Мормонт. Всё же дольше всех с колдуном и провидцем была именно она.

Всё это позволило жёнам-щитоносицам использовать рунную магию первых людей. Руны, словно живые, чувствовали магическую силу внутри девушек и спешили на неё откликнуться. «Мало какой рыцарь смог бы одолеть Джейме Ланнистера в схватке на копьях, что уж говорить о женщине», – так думали многие. Думали и были правы.

Но только у женщины в «рунных» доспехах, способных частично гасить импульс удара, способствовать соскальзыванию атак в корпус и весящих в два раза меньше, если те надеты, более чем хорошие шансы на успех. Да и прорези в турнирном шлеме совершенно не мешали обзору, при прежней высокой защите для глаз. У рыцаря Полумесяца, как и у прочих таинственных рыцарей, были свои секреты и на поле этого самого рыцаря они явно не заканчивались.

Джон потратил годы, чтобы понять, как работают перволюдские каракули. Сотни часов, потраченных на изучение рунных цепочек, их значения и применения, явно того стоили. Пришлось полностью пересмотреть режим тренировок в фехтовании и упражнений в магии, как и время для своего «сна». Наибольший вклад в это дело оказал Бронзовый Джон Ройс, позволив взглянуть на фамильный доспех, но даже так довакин не смог постичь и малой части секретов. Джону даже страшно было представить, на что способна броня Ройсов, если в неё облачится кто-то, в чьём теле есть магия.

Белый рунный лук тоже был далеко не простым. Вольная женщина могла использовать три рунных цепочки: одна из них отбрасывала цель на пару метров назад, другая разрывала в клочья вместе с выпущенной стрелой, а третья позволяла стреле лететь абсолютно прямо на расстояние до двухсот метров без потери пробивной силы. Одичалая даже научилась использовать первые две цепочки в комбинации.

В этот день Маргери Тирелл узнала много чего нового.

* * *

Зачарованный Лес, Застенье

В последние недели сбор трупов и останков мёртвых тел с их дальнейшим сбросом в одну большую кучу и поджогом превратился в монотонную рутину, не требующую ни сильного внимания к занятию, ни интереса к процессу. Пока Джон с остальными благородными о чем-то расспрашивали пленных, у Вель появилась возможность пообщаться с сестрой.

Со смертью родителей Далла стала для Вель неоспоримым авторитетом. Лучшей подругой, наставницей и единственным действительно близким человеком. Всем, что Вель знала и умела, она была обязана старшей сестре. Что уж говорить о пережитой Зиме и не одном десятке незадачливых «женихов» с травмами разной степени тяжести.

Девушки, конечно, были похожи. Далла тоже была светловолосой и полногрудой, на полголовы выше сестры, да и чуть шире её в плечах. Глаза у сестер были совершенно одинаковые, а отличия в чертах лица слабые. Однако неописуемой красавицей среди вольного народа Далла не считалась – хорошенькая, но не более того. Хотя, будь она «поцелована огнем», то разговор шёл бы совершенно по-другому.

Вель не знала, завидовала ли её красоте сестра, ведь её пытались украсть чаще, чем Даллу, но в том, что постоянные попытки «сватовства» не на шутку раздражали старшую из вольных женщин, она точно не сомневалась. И дело было даже не в количестве попыток, а в слабости пытавшихся. Не отдаст же Далла младшую сестру какому-то слабаку.

– Значит, ты и поклонщик… – не без укора произнесла Далла, обращаясь к сестре. – Да ещё и из Старков. – На этих словах Вель и вовсе показалось, что сестра собирается плюнуть ей в лицо.

Далле, как и любой вольной женщине, было трудно принять союз сестры и поклонщика. Особенно, если этот самый поклонщик – сын Старка. Этот дом в Застенье был известен не меньше, чем дом Амбер, и тёплых чувств также не вызывал.

– Он украл меня и теперь я принадлежу ему, – пожала плечами Вель.

– Нужно было защищать тебя не так рьяно, – фыркнула Далла. – Глядишь и не стала бы женой поклонщика.

– Он не выбирал, кем родиться! – прошипела Вель.

– Как и все мы.

– Он сильный воин и оборотень, – девушка поймала себя на мысли, что этими словами пытается заработать одобрение сестры для Джона. Хотя в текущих реалиях и совершенно в нём не нуждалась. Ведь именно Далла формально была пленницей.

– Сильный?

– Достаточно сильный, чтобы родить ему дитя.

– Ты, гляжу, времени за Стеной зря не теряла, – ободряюще ухмыльнулась Далла.

– Там у меня не было твоей защиты, – серьёзным тоном заговорила Вель. – Почти все из нашего рейда погибли. Я осталась одна, среди ненавидящих меня поклонщиков, желающих повесить меня на ближайшем суку. А он мог дать мне защиту, – зашла с другой стороны Вель.

– И ты решила его соблазнить?

– Вроде того.

– Как? – спросила Далла и Вель опустила взгляд на свою грудь.

– Хоть какая-то от них польза.

– Но ведь дело не только в этом? – всё же вольной женщине было трудно утаить что-то от старшей сестры.

– Да.

– Любишь его? – вздохнула Далла.

– Очень… – Вель замолчала. – Ты злишься? – спросила она, опустив голову.

– Нет, – покачала головой Далла. – Просто не ожидала.

– Жизнь – странная вещь.

– Тебе с ним хорошо?

– Жизнь по ту сторону от Стены непривычна. Не нужно голодать, спасаться от ворон, бояться Зимы и всего прочего. По большей части всё спокойно, мирно и размеренно…

– Звучит как идеальная жизнь.

– Но не с Джоном, – ухмыльнулась Вель, закончив фразу. – С ним никогда не бывает скучно.

– А вот и он, – одичалая указала головой в сторону приближающегося рыцаря.

– Здравствуй, Далла, – обратился Джон к одичалой.

– Здравствуй, – сухо поздоровалась женщина. – И как же именовать тебя? Мой лорд? Лорд Дейн? Сир Джон? Сын Старка?

– Можно просто «Джон». Вель много о тебе рассказывала.

– Так уж много? – изогнула бровь вольная женщина.

– Ну, мы с ней довольно часто обсуждали наших любимых сестер, – усмехнулся Дейн, и Вель отвернулась в попытке скрыть тень румянца.

– Что с нами будет? – спросила Далла. – Со мной и Абелем. Убьёте нас, как поклонщики обычно делают с вольным народом?

– Чёрные братья настаивают на этом, – начал парень.

– Джон, – вмешалась в разговор Вель, но Дейн продолжил.

– Но поклонщики родню не убивают, а ты теперь часть семьи или что-то вроде того. Значит и твой муж тоже, – казалось, одичалая не верит ни единому его слову. – Но если вы попытаетесь сбежать или нападёте на моих людей, то я уже ничего не смогу сделать. И ещё одно.

– Что?

– Если ты поможешь разговорить своего упрямца-мужа, то чёрные братья даже перестанут настаивать на пытках.

…

Абель был мужчиной немногим старше Эддарда Старка. Его каштановые волосы тоже начала беспокоить седина, а в резких чертах лица была отчетливо видна кровь первых людей, хотя цвет глаз у мужчины был не «северный», а карий, как и большинства уроженцев Простора. Мужчина был стройного телосложения и среднего роста. На вид он не представлял серьёзной угрозы, но то, что он смог украсть сестру Вель, для Джона говорило о многом. Он-то не раз слышал рассказы девушки о бытности Застенья.