Текст книги ""Зарубежный детектив 2026-7". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Юсси Адлер-Ольсен

Соавторы: Кит Даффилд,Бенедикт Браун,Сандроне Дациери,Сандра Блок
сообщить о нарушении

Текущая страница: 138 (всего у книги 225 страниц)

Глава 35

Август

Сидя с мамой в кафе, я мысленно перебираю оставшиеся у меня варианты. Отчим Николь так и не перезвонил, с Райан – той, что должна подтвердить алиби Райана Джонсона – связаться тоже не получилось. С другой стороны, она запросто могла согласиться прикрыть его, раз Клэр спала и ничего не видела. Выходит, среди возможных подозреваемых отчим, Райан и Райан, и ни у кого из них, по счастливой случайности, не выбиты на запястье три шестерки. Разношерстная компания, ничего не скажешь. Вряд ли Тоби будет готова всерьез рассмотреть кого-либо из них в качестве потенциального убийцы – уж в эфир такое она точно не выпустит.

– О чем задумалась? – спрашивает мама, допивая кофе.

– Да так, пустяки.

Ни к чему ей выслушивать мое нытье по поводу дела о серийном убийце.

Мама отворачивается к окну, и в чертах ее лица я вижу себя. Она буквально моя копия (точнее, я ее), только более стройная и хрупкая – я унаследовала от отца склонность к полноте. Или, как говорит Джей, сочность.

Мама украдкой бросает взгляд на свою огромную сумку, стоящую на соседнем стуле. Она старается не выпускать ее из поля зрения: в «большом городе» кто угодно может забежать в ресторан, схватить сумку и скрыться.

– А Мэлоди с Лэйни придут?

Их имена сливаются в одно, Мэлоди-с-Лэйни, как нечто совершенно неотделимое друг от друга – как арахисовая паста с джемом.

– Ага, – отвечаю я, дожевывая сэндвич с индейкой. – Надеюсь. Если одна не задержится на репетиции, а другая на тренировке.

– Понятно, – говорит мама и, бросив очередной взгляд на сумку, которая – кто бы мог подумать! – по-прежнему лежит на стуле, добавляет: – А Джей?

– Нет, у него не получится.

Мама, задумчиво улыбаясь, помешивает суп.

– До последнего не была уверена, что ты согласишься. Вас, миллениалов, не поймешь.

– Я из поколения Z.

– Да-да, конечно.

Окинув меня оценивающим взглядом, она делает глубокий вдох, и я уже знаю, что за этим последует.

– Ты уверена? – с тревогой в голосе спрашивает она. – Это серьезное, очень серьезное решение, а ты еще такая молоденькая. Совершенно не обязательно выходить за первого…

– Мам! – резко перебиваю я. – Я не выхожу за первого встречного. У меня до этого полно парней было.

– Да, но с ним вы и полугода вместе не провели, – возражает мама, наклонившись ко мне через стол. – Как ты можешь быть уверена, что знаешь его достаточно хорошо?

Ты с ней покончил?

Ты эту кашу заварил. Расхлебывай.

– Уверена, – отмахнувшись от внутреннего голоса, говорю я.

Мама нервно мнет в руках салфетку.

– Я всего лишь хочу сказать, что ты очень молода.

– Мам! – в бессильном отчаянии повторяю я. – Сколько тебе было, когда вы с папой поженились? Двадцать три? Ну, а мне сейчас двадцать шесть.

– И мы обе прекрасно знаем, чем это закончилось, – заявляет она с саркастичной улыбкой, которая ей совсем не идет.

Отпиваю кофе.

– Хорошо, не самый удачный пример, и все-таки… Я в своем решении уверена. Я люблю его.

– Ладно, ладно! – Мама поднимает руки в знак того, что сдается. – Хотела убедиться, – официант, наверное, в сотый раз подливает ей кофе, и она кивает. – Я за тебя переживаю, – она берет меня за руку и гладит большим пальцем. – Такая у нас работа. Сама когда-нибудь поймешь: мамы волнуются за своих детей.

Боюсь, мне придется понять это довольно скоро. Хотя вряд ли я смогу испытывать к Грегу по-настоящему материнские чувства. От всех этих мыслей у меня подскакивает давление.

– Слушай, – я перевожу тему, – ты ведь умеешь загадки разгадывать?

Мама слегка улыбается.

– Да, пожалуй.

Когда-то они с отцом наперегонки решали кроссворды, и мама всегда выигрывала. Интересно, она по-прежнему их любит?

– Как думаешь, что может означать фраза «Откровение 13:18» и имя Адам сразу после?

Мама морщится.

– В этом стихе «Откровения» речь идет о числе зверя.

– Именно.

Я сама такое не вспомнила – пришлось гуглить.

Нахмурившись, она продолжает попивать кофе.

– Название какой-нибудь группы?.. – мама немного оживляется. – Или кодовое слово? Тогда к чему? – рассмеявшись, она поднимает на меня глаза. – Из меня так себе помощник вышел.

– Не переживай, все в порядке.

– Откуда это вообще? – спрашивает она, опуская на стол пустой стакан.

– Ну…

Я поднимаю руку, давая официанту знак, что платить буду я. Мама тоже могла бы: она недавно ушла из школьной библиотеки и получила в свое распоряжение неплохие пенсионные накопления, – но она крайне бережлива, и сумма в счете повергнет ее в шок.

– Это для дела, над которым я работаю.

– Понятно.

Мама утрачивает интерес. Ей прекрасно известно, о каком деле речь, и вдаваться в подробности она не желает. Собственно, я тоже. Ни к чему рассказывать ей про клочок бумаги в кровавых пятнах, найденный в кармане у убитой девушки, которой, как и Лиссе, не суждено было в полной мере насладиться жизнью.

* * *

– Ну, что думаешь? – поворачиваясь из стороны в сторону, спрашиваю я.

Чувствую себя совершенно по-идиотски: словно прохожу кастинг на роль Золушки. Впрочем, со своим сломанным мизинцем я бы в хрустальный башмачок не влезла.

– Довольно мило, – отвечает мама.

Ясно, не нравится. И она явно чувствует себя не в своей тарелке в этом дорогущем магазине. Да и я тоже, если честно. Примеряю уже третье платье: в два предыдущих, к вящему отвращению нашего консультанта Чандры, я еле влезла. Вернувшись в благоухающую персиками примерочную, напяливаю очередное платье и, услышав звон открывающейся двери, выглядываю в зал.

– Прости, пожалуйста! – задыхаясь, выпаливает Мэлоди. – Репетиция сильно затянулась.

Лэйни в подтверждение делает большие глаза.

Мама бросается обнимать обеих. Джея она не переносит, зато моих университетских подруг бесконечно любит.

– Много мы пропустили? – спрашивает Мэлоди, плюхаясь на диван и источая вокруг себя аромат духов.

Лэйни садится рядом, вытянув длинные ноги.

– Три платья.

Повернувшись к зеркалу, с сомнением разглядываю то, что сейчас на мне: рукава как будто подчеркивают полноту рук.

– Как вам это?

Лэйни слегка качает головой, что, как и в случае с маминым «довольно мило» на самом деле означает «снимай немедленно». Мэлоди, не скрывая эмоций, проводит большим пальцем по горлу. Ухожу обратно в примерочную натягивать очередное платье, оставив маму болтать с моими подругами. Нарядившись, вновь выхожу в зал с тройным зеркалом в полный рост.

– Думаю, он собирается попросить моей руки, – щебечет Мэлоди. – На днях его видели рядом с магазином Тиффани.

– Кто? – спрашивает Лэйни, не поднимая глаз от телефона. – Твой студент-медик?

– Прекрати его так называть! – возмущается Мэлоди и задумчиво добавляет: – Хотя-я-я, вообще-то, сдавала ему кровь…

Лэйни морщится от отвращения.

– В смысле?

– Да всего-то пару пробирок. Он учился брать кровь из вены.

– Кхм, – вмешиваюсь я. – Скажете что-нибудь? Или мне стоять тут весь день как столб?

Мэлоди поворачивается ко мне.

– Здесь мне вырез больше нравится… Как думаешь, Лэйни?

– Ага, классно, – мельком взглянув на меня, бормочет та и утыкается обратно в телефон.

– Мне цвет не очень нравится… Ты как будто сливаешься с ним, – качает головой мама.

Она, как всегда, права. Я вновь возвращаюсь в примерочную, оставив дверь слегка приоткрытой. Осторожно расстегиваю пуговицы и стягиваю с себя платье, а Чандра уже протягивает следующее.

– «Каролина Эррера», – объявляет она с фальшивым европейским акцентом. – Потрясающая модель.

Киваю, притворяясь, что имя этого дизайнера, как и всех остальных, мне о чем-то говорит. Выхожу из примерочной и осторожно, стараясь не наступать на больной палец, кружусь на месте, делая вид, что танцую.

– Давай «Уай-эм-си-эй»[292] – задорно предлагает Мэлоди, хлопая в ладоши над головой.

Лэйни зевает. Я стою, прислонившись к зеркалу, и гляжу на свои бесчисленные отражения.

– У меня в нем задница огромная.

– Вроде ничего, – Лэйни пожимает плечами.

– Нет, оно однозначно тебя полнит, – соглашается Мэлоди.

Лэйни вновь пожимает плечами.

– А мне кажется, нормально.

– У тебя прекрасное тело, – начинает мама в своей обычной манере. – Просто это платье не подчеркивает его достоинств.

Ну, то есть да – задница огромная.

По дежурно улыбающемуся лицу консультанта пробегает тень отчаяния. Облачаюсь в следующее платье – по словам Чандры, от Клэр Петтибон.

– Красивое… – начинает мама тоном, подразумевающим, что дальше будет «но».

– Но тебе не идет, – заканчивает за нее Мэлоди.

Кажется, этому не будет конца! Я обливаюсь потом, палец болит, и уже совсем ничего не хочется. Мэлоди развалилась на диване, а Лэйни с кем-то переписывается: судя по улыбке, с Руби. Однако, когда я в очередной раз выхожу из примерочной, все ахают.

– Что?

Я оглядываюсь по сторонам, пытаясь понять, что случилось.

– Вот оно! – пищит Мэлоди, прижав ладони ко рту. – То, что нужно!

– Великолепно, – вторит мама, и в глазах у нее блестят слезы.

Придирчиво оглядываю себя в зеркале – да, они правы. Как ни странно, в этом платье я прямо настоящая невеста.

– Мне нравится.

– А кто дизайнер? – спрашивает Мэлоди.

– Вера Вонг, – отвечает Чандра.

Ее имя даже я слышала – значит, платье не из дешевых. Задавать вопросы о цене, наверное, не очень прилично, но заплатить хочет мама, а она спрашивать уж точно не будет.

– Сколько оно стоит?

– Платье? – опешив, уточняет Чандра.

Киваю. Похоже, здесь и правда не принято спрашивать цену.

– Тридцать восемь.

– Ага.

Тридцать восемь сотен, конечно, дороговато для платья, однако не так много, как я боялась. Мама однозначно такое потянет.

Подавшись чуть вперед, Мэлоди уточняет:

– Тридцать восемь сотен или тысяч?

Чандра лишь холодно улыбается.

– Тысяч.

Теперь пришел мой черед ахать.

– Нет, я никак не могу…

Мама в шоке – стоит как громом пораженная. Я начинаю расстегивать платье.

– Думаю, на сегодня достаточно. Продолжим в другой раз.

Мама молча прикусывает губу, и я убить себя готова за то, что поставила ее в такое идиотское положение.

– В следующий раз я могу тебе позвонить по видео.

Только из другого магазина – такого, где для покупки платья не придется закладывать дом.

– Ммм… Думаю, я смогу еще раз приехать, – выдавливает мама, обмахиваясь рекламным буклетом.

Ухожу в примерочную и надеваю свою обычную одежду – огромное облегчение после целого дня в офисе!

– Идем?

Мама рассеянно кивает, словно не может прийти в себя после смертельной схватки. Мэлоди встает, хватая из вазочки на столе печенье, а Лэйни застегивает куртку, держа в руках ключи на цепочке с миниатюрным шлепанцем. Я вешаю на плечо сумочку, и тут к нам вновь подбегает Чандра, светясь искренней, чуть ли не торжествующей улыбкой.

– У меня прекрасные новости! – объявляет она, прихлопнув в ладоши.

Мы удивленно таращимся на нее.

– Мы сейчас говорили с Кейтлин, с платьем все решено.

Она едва ли не пищит от восторга, и мы в недоумении переглядываемся.

– Нет! – раздраженно бросаю я. – Еще вообще ничего не решено.

Чандра лишь пожимает плечами.

– Думаю, это вам лучше обсудить с Кейтлин. – Ей явно не хочется упустить огромную комиссию от продажи платья. – Ваш жених уже оплатил его.

Глава 36

Сейчас

У нее дисковый телефон. Не имитация, нет – настоящий дисковый телефон. В тусклом свете луны я пытаюсь найти розетку. Лампу включать боюсь – не хватало еще привлечь внимание. Сунув ладонь за тумбочку, провожу по стене – ничего. Перелезаю через кровать и проверяю за второй тумбочкой – тоже пусто. Розетки ведь должны быть в каждой комнате!

Стоя на коленях, запускаю руку как можно дальше за изголовье кровати и наконец нащупываю, что мне нужно. Ровно в этот момент из коридора доносится какое-то бормотание.

Медленно поднявшись, я на цыпочках крадусь к двери и прислушиваюсь. Похоже на голос Эстер: звучит раздраженно, однако слов не разобрать. После каждой фразы следует пауза и вновь злобное шипение. Мужского голоса не слышно, значит, разговаривает она не с Ноа.

Звонит кому-то по телефону, которого у нее якобы нет? Или ей мерещатся голоса и она сама с собой беседы ведет? Ладно, сейчас не до того. Надо позвать на помощь и как-то выбраться из этой дыры. Бросаюсь к кровати, просовываю провод за изголовье и, скрестив пальцы, втыкаю вилку. В трубке раздается сладостный гудок. Теперь надо умудриться в темноте бесшумно набрать на диске номер.

С оглушительным жужжанием набираю 911. Накрыв телефон подушкой, чтобы заглушить шум, я подношу трубку к уху. Видимо, что-то не так: звонок не проходит. Прежде чем попробовать заново, решаю позвонить Джею. Медленно вращаю диск, напряженно прислушиваясь после каждой цифры. Мне не часто приходится вбивать его номер вручную; надеюсь, не ошиблась.

Есть! Раздаются гудки дозвона. Затаив дыхание, жду.

– Давай, ответь, ну же! – шепчу я, отчаянно стискивая пальцами трубку. С каждым гудком сердце сжимается.

– Ответь уже! – молю я.

В трубке гудки, автоответчик не включается. Странно… Я вполне могу понять, что он занят с Грегом и поэтому не подходит к телефону, но с автоответчиком-то что?

Вешаю трубку. Ладно, может, в этой кромешной тьме я ошиблась номером. Прежде чем еще раз набирать 911, решаю попробовать дозвониться до Лэйни и Мэлоди. Вдруг получится хоть чем-то им помочь? Набираю номер Лэйни – звонок проходит! После четвертого гудка включается голосовая почта.

– Привет, это Лэйни. Оставьте сообщение.

Коротко и ясно – в этом вся Лэйни.

– Привет. Пытаюсь связаться с вами.

Тут же понимаю, насколько глупо это звучит. А что сказать? Надеюсь, ты не умерла? Даже если она сможет перезвонить, у меня-то телефона нет!

– Надеюсь, с вами все в порядке… Не знаю, что произошло, но я сделаю все, чтобы вас найти. Я сейчас на старой ферме Томпсонов. Пытаюсь вас найти, – больше ничего в голову не приходит. – Ммм… пока.

Повесив трубку, слышу в соседней комнате ворчание. Вновь накрываю телефон подушкой и прислушиваюсь. Все замолкает. Выждав еще минуту, набираю номер Мэлоди, по-прежнему закрывая телефон подушкой, чтобы заглушить жужжание диска. Получается со второго раза.

– Мэлоди приветствует вас! Мне ужасно жаль, что пропустила ваш звонок. Оставьте сообщение, и я перезвоню, как только смогу! Оревуар!

Записываю еще одно бестолковое сообщение и задумываюсь, как быть дальше. Можно, конечно, позвонить маме, но не хочется ее напрасно пугать. Отцу звонить смысла мало: он отвечает через раз. Пожалуй, попробую еще раз набрать 911, и, если не получится, буду дозваниваться до Джея.

В этот раз звонок проходит, и после первого же гудка диспетчер берет трубку. Сердце бешено колотится, ладони вспотели.

– Здравствуйте, вы позвонили в службу спасения 911, что у вас случилось?

Прикрыв рукой трубку, я шепчу:

– Мне нужна помощь. Мои друзья пропали. Они ранены, и я не знаю, где они, – меня накрывает волной паники. – На улице жуткая метель и…

– Мэм, – прерывает диспетчер, – назовите, пожалуйста, ваше имя и адрес.

– А, да, конечно. Меня зовут Алекс Конли. Не знаю, какой здесь точный адрес, но улица…

Я не успеваю договорить – нас разъединяют.

– Алло? – бешено жму на рычаг. – Алло?

В трубке не слышно ни звука.

– Какого черта!

Наклонившись, я выдергиваю и заново втыкаю вилку. По-прежнему тишина.

И тут под дверью загорается полоска света.

– Алекс, – издевательским тоном зовет Эстер. – Ты пыталась куда-то позвонить?

Глава 37

Август

Страшно визжат тормоза, и поезд останавливается.

– Ну и насколько это странно, по-вашему? – спрашиваю я.

Мы в вагоне все втроем – сразу после истории с платьем. Я еду домой – остаток дня поработаю удаленно.

Лэйни поудобнее перехватывает поручень.

– Он просто хотел сделать тебе приятное.

– Ну да, – соглашается Мэлоди, немного подвинувшись, чтобы пропустить других пассажиров. – Ты придаешь этому слишком большое значение.

– Не знаю…

Поезд трогается, и я внимательно слежу, чтобы мой мизинец не оказался вновь в опасной близости от чьих-нибудь каблуков. Лэйни покрепче хватается за ручку, а Мэлоди берется за вертикальный поручень – выше ей не достать.

– Получается прямо как в том фильме – «Красотка».

– Да, есть немного, – подтверждает Мэлоди.

– Словно он меня спасает… А мне спасатели не нужны! – или показушно сорит деньгами. Она ничего не знает.

Вагон подскакивает, и Лэйни пригибает голову.

– Верни его, и все. Выберешь платье, которое будет по карману твоей маме.

– А, кстати, что она сама говорит? – спрашивает Мэлоди, поправляя лямку рюкзака.

– Ну, ты же ее знаешь, – я пытаюсь удержать равновесие. – Не хочет, чтобы мы из-за нее ругались.

Какое-то время мы молчим. В другом конце вагона маленькая девочка что-то шепчет на ухо отцу, показывая пальцем в нашу сторону. Наверное, удивляется росту Лэйни. Мужчина улыбается.

– Думаешь, это попытка… тебя контролировать? – повернувшись ко мне, спрашивает Мэлоди.

Она, как всегда, попадает в яблочко. Пытается ли Джей и правда меня контролировать, или проявляет так свои чувства? Как в тот раз, когда я позвонила в бухгалтерию Стэнфорда узнать, почему с моей карты перестали списывать ежемесячные платежи, а мне сказали, что мой долг перед университетом погашен. Кто-то заплатил за меня сто тысяч долларов.

– Не знаю, – искренне говорю я.

После некоторого молчания Мэлоди, роясь в рюкзаке в поисках жевательной резинки, спрашивает:

– Вы не задумывались, что, когда вот так едешь в поезде, все совершенно как в первой сцене фильма «Музыкант»?

– Нет, – в один голос отвечаем мы.

Маленькая девочка с другого конца вагона, держа что-то в руках, направляется к нам. По дороге она оглядывается на отца, и тот ее подбадривает. Немного не доходя до нас, она останавливается.

– Вы… вы… Лэйни Тревор?

– Ммм… – низким голосом отвечает Лэйни, – да.

Радостно улыбаясь, девочка протягивает ей листок бумаги и ручку.

– Можно взять у вас автограф?

Покраснев как рак, Лэйни бормочет:

– Да, конечно.

Поезд резко останавливается, и девчушка чуть не падает – Лэйни приходится схватить ее за воротник, чтобы удержать на ногах. Та тоже краснеет.

– Спасибо, – говорит она.

Лэйни возвращает ей листок с автографом.

– Пожалуйста.

* * *

По дороге к дому я рассказываю Уайли про звонок Элая и письмо – не могу больше держать все в себе.

День выдался ужасно душный, от ливневок поднимается какой-то помойный запашок.

– Спроси у него, – советует Уайли. – Наверняка найдется логичное объяснение.

– Да я и сама знаю, что надо спросить, – соглашаюсь я, остановившись на углу подождать, пока мимо пронесется такси. – Только чем дальше, тем сложнее это сделать.

В трубке раздается хруст чипсов.

– Одно я знаю точно: если вы намерены пожениться, у вас не должно быть друг от друга секретов.

– Ну да, – усмехаюсь я, переходя дорогу в толпе людей. – Джози ты уже рассказал, как переспал с ее двоюродным братом?

– Всего однажды! – начинает защищаться Уайли. – Мы тогда даже не встречались. Да он и вовсе не двоюродный брат. Троюродный или еще дальше.

– А, ну это, конечно, меняет дело.

– Не переводи разговор.

– Я не…

– Еще как! Слушай, все просто. Если ты ему доверяешь, спроси и постарайтесь вместе во всем разобраться. Или ты боишься, что он скрывает от тебя нечто ужасное? Что он скотоложец или типа того?

– Скотоложец?!

На мое восклицание оборачиваются прохожие: нью-йоркцев сложно удивить, однако, кажется, это перебор.

– Или типа того, – подчеркнуто повторяет Уайли. – Черт! Прости, мне пора бежать. Через три секунды совещание. Обещай, что поговоришь с ним.

– Ладно, ладно, поговорю.

Я как раз подхожу к дому и, повесив трубку, чувствую, как телефон снова вибрирует в руке – пришло сообщение.

Можем встретиться, но где-нибудь поближе ко мне. Я живу в Долине Гудзона.

Хорошо, спасибо. Назовите время и место.

Как насчет субботы?

Меня устраивает.

Отлично, тогда в час дня, бар «Купер», Дженесси-стрит, 1414.

До встречи.

Номер Адама Редмонда – отчима Николь.

Губы сами собой вытягиваются в улыбку – наконец-то хоть что-то получилось!

* * *

– Я ни в коем случае не хотел поставить тебя или твою маму в неловкое положение, клянусь!

Мы с Джеем сидим на диване, Бабушка устроилась на вышитой подушке рядом со мной. Джей нервно запускает пальцы в волосы.

– Поставь себя на мое место. Кейтлин сказала, тебе очень понравилось платье, и ты ужасно расстроилась, что не можешь его купить.

От злости я стискиваю зубы.

– Ты хоть раз замечал за мной подобное поведение?

Джей смущенно пожимает плечами.

– Как будто нет.

– Значит, Кейтлин ввела тебя в заблуждение.

– Возможно. Или ее ввела в заблуждение продавец из магазина.

– Может, и так, – соглашаюсь я, и Бабушка прыгает мне на колени. – Как бы то ни было, мы с мамой выберем что-нибудь другое, – а про себя добавляю: и НЕ в магазине, который посоветовала Кейтлин. – Но спасибо тебе за заботу.

Джей кивает и хлопает себя по коленке, напугав кошку.

– Ладно, с этим разобрались, – облегченно вздыхает он, поднимаясь на ноги. – Остался самый главный вопрос: чем сегодня будем ужинать? Карри?

У меня с языка чуть не срывается, что это не самый главный вопрос.

Ты с ней покончил? Сейчас или никогда.

– Или хочешь китайской еды? – спрашивает Джей, неправильно истолковав мое молчание.

– Джей, мне нужно задать тебе один вопрос.

– Ла-а-адно, – выдавливает он, явно напрягшись из-за моего тона, и медленно опускается на диван.

Во рту все пересохло.

– Что? – встревоженно спрашивает он. – О чем ты хотела спросить?

– Когда мы дегустировали свадебное меню, – глубоко вдохнув, начинаю я, – мне на глаза случайно попалось сообщение от Элая. Твой телефон лежал экраном вверх, и оно высветилось, так что я невольно прочитала. Он спрашивал, покончил ли ты с ней.

Лицо Джея приобретает какой-то землистый оттенок, на лбу выступают капли пота.

– А на днях, когда я вернулась пораньше, услышала ваш с ним разговор, – о том, что рылась в бумагах у него в кабинете, лучше не говорить. – Ты сказал: «она ничего не знает». Честно, я не хотела подслушивать, так получилось.

Джей, опустив голову, молча смотрит на свои руки.

– Ну и, собственно, вопрос в том, о ком речь. Кто это – она?

Нахмурившись, он качает головой.

– Никто. Это… не то, что ты подумала.

Слова даются мне с трудом, однако если я не сделаю этого сейчас, то, возможно, не решусь никогда.

– Ты замешан в каких-то махинациях? Вместе с Элаем? Что-то типа финансовой пирамиды?

Джей поднимает голову.

– Нет, конечно! Как тебе такое в голову пришло?

Пожимаю плечами. Надо дать ему возможность самому признаться.

– Или это как-то связано с криптой…

На секунду у него на лице появляется озадаченное выражение, однако он сразу поджимает губы.

– Ты про письмо? – прямо спрашивает он. Злости в его голосе нет – только досада. – Тогда ночью у меня в кабинете ты искала не пригласительные. Ты рылась в моих бумагах.

Меня захлестывает волной стыда.

– Но это правда? – тихонько спрашиваю я. – У тебя проблемы?

Джей секунду молчит, словно пытаясь взять себя в руки.

– Послушай, мы оба знаем, что Элай бывает довольно резким, и я прекрасно понимаю, почему ты ему не сильно доверяешь. Однако ничем противозаконным мы с ним не занимаемся, – он вздыхает. – Ты, наверное, слышала, что рынок криптовалют обвалился.

– Кажется, слышала.

– У нас были вложены… определенные средства. Поэтому приходится отчитываться перед властями. Вот и все. Стандартная процедура, Алекс. В нашем деле такие письма все получают.

Я сосредоточенно глажу кошку.

– И кто же тогда «она»? Кого он имел в виду?

– Член совета директоров. Она… задает очень много вопросов, – Джей стискивает пальцами колени. – И правильно делает – у нее работа такая. Только Элай из-за этого нервничает.

Обдумываю его объяснение. Весьма правдоподобно: не исключено, что проблема действительно в назойливом члене совета директоров. Но почему тогда Джей усиленно старался все от меня скрыть?

– Алекс, мы должны доверять друг другу, иначе у нас ничего не выйдет, – Джей проводит рукой от себя ко мне. – Согласна?

Киваю.

– Да, согласна.

Он пристально смотрит на меня.

– Если ты считаешь, что тебе рано выходить замуж, ничего страшного… скажи прямо. Я люблю тебя и хочу провести с тобой всю оставшуюся жизнь. Но если ты не готова на такой шаг, я пойму. Ты сейчас начинаешь собственную карьеру, и я знаю, как ты переживаешь из-за Грега, и…

– Я готова, – перебиваю я.

Джей прав: я должна ему доверять. Он полная противоположность Криса, а мама на его счет ошибается. Я действительно очень люблю его – точно знаю.

– Я готова, – повторяю я.