Текст книги ""Фантастика 2025-58". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Евгения Букреева

Глава 2.

Система Фафис. Судно «Лиссай»

Космический корабль с поэтическим именем «Лиссай» притаился в одном из астероидных поясов системы Фафис. Место было не самым приятным. Команде приходилось постоянно следить за тем, чтобы какой-нибудь дрейфующий булыжник не влетел в корпус корабля. Но все эти неудобства компенсировались незаметностью. Никому и в голову не придет, что пиратский корабль будет несколько суток торчать среди астероидов.

Капитан Лиссаи, Хамар, сверил часы и вышел из своей каюты. По их подсчетам «Авалон» вот-вот должен был покинуть границы Млечного пути и направиться в их сторону. По дороге на мостик ариканец остановился возле смотрового экрана, чтобы оценить активность пояса. После космической бури метеориты как будто стали медленней. Хамар понадеялся, что тенденция к замедлению сохранится еще хотя бы на одни космические сутки и у них получиться напасть на «Авалон» без траты энергии корабля на защитные щиты.

Заказчик сообщил, что помимо стандартной контрабанды «Авалон» перевозит сто капсул с самками. Капсулы придется поддерживать в рабочем состоянии на протяжении всего пути до Питира. А для этого энергии понадобится вдвое больше, чем они рассчитывали изначально. Или планировать дополнительные остановки, которых Хамар хотел избежать.

Быстро проанализировав обстановку снаружи, Хамар пошел в сторону мостика и не заметил, как внимательно за ним наблюдает высокий зариец. Худой солдат с вороными крыльями подождал, пока Хамар скроется за поворотом, а потом подошел к тому же экрану, где минуту назад стоял ариканец и зафиксировал координаты корабля. Зариец числился на судне обычным техником. Он бороздил просторы космоса на Лиссаи только три года и официального доступа к информации не имел. Впрочем, ему это и не нужно было. Он и так знал, что ничего хорошего Хамар затеять не может. Его задачей было сообщать командованию Вессарии точные координаты корабля. И вовремя отключить охранные системы, чтобы запустить свою десятку.

– Ты закончил? – Зариец обернулся.

За его спиной стоял фирт. Жирный, слизнеподобный монстр с оторванной рукой. Зариец знал, что именно он свел Хамара с заказчиком. А еще крылатый знал, что когда-то фирт работал на Зея. И после того, как тот бросил партнера на растерзание Асшариху, мечтал расквитаться с предателем.

– Почти. Что-то нужно? Мне еще в трех секторах датчики проверить предстоит. – Зариец показал на пятно, за которым прятались датчик давления и расовый сканер.

– Подождет. – Проворчал фирт. – Иди за мной. Хамар сказал, что ты сможешь отладить систему.

Услышав имя капитана, зариец кивнул. О какой системе шла речь, он не понял. Но лишних вопросов задавать не стал. На этом корабле любопытство было не принято. Ответов все равно тебе никто не даст, а на неприятности нарвешься.

Шли недолго. Минуть семь. Фирт из-за тяжелых боков передвигался слишком медленно. Зарийцу приходилось плестись за ним сзади и нюхать аромат гниющего тела.

– Как тебя звать? – спросил фирт.

– Зарб. – Ответил зариец.

– Хорошее имя. Не сложное. – Пробухтел фирт.

У него были проблемы с запоминанием сложных имен. У всех фиртов были проблемы с длинными названиями. Это было связано с особенностями родного языка, где самое длинное слово состояло из трех слогов, и таких слов в языке было не больше двух десятков.

– У нас возникли проблемы с сетью.

– Какие проблемы? – Спросил Забр, прикидывая, не было ли за последнее время сбоев в системе питания, но ничего не вспомнил.

– Нужно подготовить сеть к установке медицинских капсул.

– Какого класса капсулы?

– Класс Альфа.

Зариец удивился, но виду не подал. Медицинское оборудование такого класса стоило дорого и доступ к нему имели пока только ключевые галактические госпиталя и военные.

– Сколько единиц?

– Сто.

Вот тут Забр не выдержал и присвистнул. Контрабанда медицинского оборудования не была редкостью. Но масштабы действительно поражали.

– Нам нужно чтобы энергии корабля хватило на непрерывную работу ста капсул. – Продолжил фирт. – До орбиты Питира.

К этому времени они уже вошли в лифтовую кабину. Забр на автомате прикинул запасы энергии и ответил:

– На минимальных мощностях должны пройти весь маршрут без дозаправки. Если не понадобится развернуть защитные экраны.

– Капсулы должны работать на полную мощность. Иначе самки умрут.

– Самки? – Снова удивился Забр.

– Самки. – Кивнул фирт. – Эксклюзивный товар.

Забр ничего не ответил. Двери лифта открылись, и он вместе с фиртом вошел в грузовой отсек, где уже трудились несколько механиков.

– В каком режиме должны работать капсулы?

– Реставрация. – Ответил фирт.

Зариец молча кивнул, а про себя ужаснулся. Не нужно было обладать особым умом, чтобы догадаться, о каких самках шла речь.

Ханторас

В третий раз за последние космические сутки Ханторас проклял Асшириха и многолетнюю дружбу с принцем Вешнената. Потому что если бы не эта дружба, он бы ни за что не согласился вернуться на флот, даже на временную должность. За несколько лет управления военной академией он успел забыть, что такое круглосуточная нервотрепка в космосе.

Наг шипел сквозь зубы, разгребал проблемы, которые с утра до ночи валились на его голову, и мечтал, чтобы этот контракт наконец-то закончился, и он смог спокойно вернуться в академию. Место ректора за ним сохранили. Пока делами занимался дракон, присланный Советом. И это подливало еще больше масла в огонь раздражения нага. Потому что заместитель не справлялся и с половиной обязанностей ректора. Спасала ситуацию Лера, жена Асшариха. Но от этого Хантарас злился еще больше. Как у желторотого дракона вообще хватало наглости перебросить часть своих прямых обязанностей на самку?!

Это утро у нага тоже началось с новостей из академии. Новоиспеченный ректор решил показать, кто в академии главный и ввел новую систему пропусков на территорию академии. И все бы было ничего. Ханторас сам перед отправкой в космос утвердил этот проект. Только внедрять систему нужно было поэтапно. А его заместитель решил не тратить время на переходный период. В итоге, ранним утром, весь обслуживающий персонал академии обнаружил, что у них нет доступа к своим рабочим местам.

Технический персонал потерял доступ к системам жизнеобеспечения академии, климатический купол больше суток функционировал в «аварийном режиме. Преподаватели и курсанты не смогли попасть в аудитории и на полигоны, а часть курсантов оказалась заблокирована в казармах.

Ханторас читал отчет о происшествии и медленно покрывался бронированной чешуей от злости. Длинный язык нервной лентой ощупывал воздух, за головой раздулся капюшон. Именно в этот момент он услышал писк, который предупреждал о посетителе.

Наг, предвкушая очередные проблемы, обреченно вздохнул. Дверь с тихим шорохом отъехала в сторону. В каюту вошел высокий вессариец по имени Тайер. Кожа цвета индиго потемнела и почти слилась с цветом черной формы. Ханторас понял, что сегодня его ждут не просто проблемы, а что-то близкое к катастрофе.

Солдат заложил руки за спину и выдал громогласное «Хей!», в знак приветствия старшего офицера.

– Докладывай.

– Срочное сообщение от Забра.

Хантарас мысленно попросил богиню о помощи, хотя понимал, что ради обычного донесения с координатами «Лиссаи» его беспокоить никто не стал бы. Наг развернул экран и на несколько минут провалился в космическую бездну. Он просто поверить не мог, что нечто подобное вообще могло произойти.

– Он уверен? – С надеждой получить отрицательный ответ, спросил наг у вессарийца.

– Сто особей. Капсулы будут находиться в режиме реставрации тел.

– Сколько у нас времени?

– До системы Фафис два прыжка. Можем успеть.

– Каков процент выживаемости самок?

– Неизвестен. Мы не знаем, с каким геномом и устойчивостью набрали особей. У Забра точных данных нет.

– Через минуту буду на мостике. Вызови Вешненат.

Зариец молча вышел за дверь. Ханторас остался наедине со своими мыслями.

Неприятности в академии сразу ушли на второй план. Ему нужно было что-то срочно предпринять. Наг понимал, нападение «Лиссаи» на «Авалон» может стоить жизни всем самкам Земли. Но и перехватить «Авалон» они уже не успеют. Наг ударил кулаком по столу и поднялся на хвосте. Нужно было успеть на мостик до того, как на экране появится недовольная физиономия Асшариха.

«Авалон»

Последние сутки Саламана провела, наблюдая за работой капсул. Ее основной задачей было минимизировать количество трупов, чтобы получить от операции максимальную выгоду. Сделать это оказалось сложнее, чем она думала. Спустя четыре часа после того, как «Авалон» покинул орбиту Земли, состояние женщин начало стремительно ухудшаться. В восьмидесяти капсулах сработал датчик кислородного голодания. Кислород был основным метаболическим газом для землян. Первой проблемой масштабной реконструкции было заставить клетки человека перейти на другой газ. Если двадцать самок с этой мутацией кое-как справлялись, то восемьдесят женщин напрочь отказывались переходить на новый газ.

В попытках спасти товар, жума перебирала разные комбинации газов для каждой капсулы, но стабилизировать процессы получилось далеко не у всех. Через пять часов она зафиксировала смерть семи самок. Десять находились в критическом состоянии.

Время от времени Саламана подходила к капсуле девочки и ее соседки. К счастью, эти особи процесс «реставрации» проходили хорошо. Никаких изменений в алгоритме не требовалось. А вот что делать с остальными, жума решительно не знала.

Варадан появился в отсеке ближе к ночи. Жума заметила, что крылья капитана потускнели, от усталости появились мешки под глазами.

– Мы приближаемся к Фафису. Что здесь?

Вместо ответа еще одна капсула зафиксировала смерть самки. Варадар непонимающе посмотрел на помощницу:

– Восьмой труп.

– Какой этап?

– Первый. Я перебрала все возможные комбинации газов.

– Дело в газах? – Жум несколько раз нервно дернул крыльями.

Сумма его гонорара только что ощутимо уменьшилась.

– Дело в том, что ловцы ошиблись с геномом.

Саламана махнула рукой, и в воздухе появился схематичный рисунок ДНК-цепи, образца, принятого межгалактической медицинской академией.

– Я мало что в этом понимаю, – призналась жума, – но если сверять с тем, что должны были искать охотники, есть отличия.

На экране появился второй рисунок с идентичной схемой. Варадар пытался найти отличия, но в упор их не видел. Саламана сама не смогла определить разницу на глаз, помог цифровой фильтр.

– Вот здесь, – она пальцем выделила небольшой квадрат, – у всех умерших есть этот хвостик в клетке. В идеальном геноме его быть не должно.

– Ты хочешь сказать, это он мешает «реставрации»?

– Капсула воспринимает его как помеху и уничтожает. Как только процент поврежденных клеток достигает тридцати, особь впадает в кому. Остановить процесс разрушения капсула не дает. Поддерживать жизнь без реставрации – невозможно.

– Скажи это Асшариху. – Огрызнулся Варадар. – Его жену разве не в капсуле перевозили?

Историю появления кевали у принца нагов не знал только слепоглухонемой. Саламана ее изучила до начала операции. Поэтому особых надежд на успех своей миссии она сейчас не возлагала.

– У его жены был контакт с каранитом на земле. – Напомнила жума. – И карты ее генома у нас нет.

– Они нужны нам живыми. – Прошипел сквозь зубы Варадар, бесясь от собственного бессилия.

– Делаю, что могу. – Ответила жума. – Но я не медик.

Ответить капитан ничего не успел. Раздался гул аварийной сирены, а за ним удар. У жумов сработали инстинкты. Крылья мгновенно подняли их в воздух. Вот только от травм это не спасло. Через секунду Варадара придавила сорвавшаяся с креплений капсула.

– Что это?

Саламана бросилась к капитану. Корабль снова затрясло. Звук сирены стал громче.

– Не знаю. – Жум напрягся и с трудом вылез из-под капсулы. Писк сообщил о смерти еще одной женщины. – Работай!

Саламана ничего не ответила. Варадар выскочил из отсека. Корабль снова затрясло. Жума бросилась к смотровому экрану и с трудом сдержала крик ужаса. Лазерный нож «Лиссаи» впился в командный мостик «Авалона».

Ханторас

Времени на согласование планов с Вешненатом оставалось совсем мало. Поэтому с Советом Безопасности нагаатов Ханторас спорил уже по пути к Фафису. Асшарих тоже был на связи. Но большую часть времени принц молчал, выслушивал своих подчиненных.

– Мы не можем рисковать самками. – Настаивал Ханторас.

– Не можем. – Согласился Валия. Самый молодой наг совета. – Но столкновение в любом случае состоится. Не безопасней ли будет дать Лиссаи перехватить товар и забрать его уже на корабле. Тем более, мы столько времени потратили на то, чтобы внедрить в команду Хамара вессарийца.

– На кону сто жизней. – Напомнил Ханторас. – Они могут не пережить нападения Лиссаи. Безопасней для самок будет перехватить Авалон. Наш корабль...

– Не слишком много паники из-за самок с закрытой планеты? – Перебил Хантораса Трабан. – Мы не можем из-за горстки слабых самок рисковать захватом Лиссаи.

– Если эта горстка самок, как вы выразились, шай Трабан, пострадает, ваше ведомство будет распущено. – Елейным голосом произнес Асшарих. – Это же вы отвечаете за закрытые планеты восьмого сектора.

На экране появилось каменное лицо принца. Ханторас хоть и знал Асшариха с юности, к этому голосу привыкнуть не смог. Каждый раз от сладкого тона змея по спине бежали холодные мурашки.

– Но...

– Сто особей, шай! «Авалон» прошел все пограничные заставы, провел на планете достаточно времени для отбора ста самок и не только спокойно покинул орбиту планеты! Корабль без препятствий покинул пространство Млечного пути. И если бы не Лиссай, Совет никогда не узнал бы о краже. А теперь, шшшшшай, объяссссните Совету, как у Авалона получилосссь все это сделать?

В эфире повисла гробовая тишина. Наги настороженно посматривали друг на друга, понимая, что будет дальше. И только Ханторас мог вздохнуть спокойно.

– Хан, – Асшарих перешел на неформальное обращение, наг явно хотел закончить этот разговор как можно скорее, – действуй по ситуации.

Связь с Вешненатом прервалась. Тут же поступило сообщение от помощника о том, что до точки прибытия осталось две минуты, и четыре вессарийских десятки готовы десантироваться. Время начало тянуться отчаянно долго.

– Точка! – Сообщил помощник.

– Десант на позиции. – Отдал команду капитан. – Активировать экраны.

Через секунду по периметру всего мостика, словно окна во внешний мир, появились экраны. Все присутствующие на мостике в ужасе замерли. Среди черного космоса плавали обломки космических кораблей‚ тела, медицинские капсулы. Многие из этих капсул были пустыми. Женщины в медицинских комбинезонах, словно спящие девы, парили среди этого космического ада.

– Отбой десанту. Готовьте спасательную операцию.

Глава 3.

Василиса

Я очнулась от странного шума. Как будто от шума водопада. Несколько минут лежала с закрытыми глазами и осторожно прислушивалась к окружающим звукам. Последнее, что я помнила – взгляд таксиста и потом потеряла сознание. Не сложно было догадаться, что меня похитили.

Как бы омерзительно это ни звучало, похищения невест на Кавказе до сих пор практиковали. Оставалось надеяться, что кто-то сильно постарался, чтобы продумать мое похищение до мелочей. Иначе... Это «иначе» я отбросила в сторону и попыталась понять, где нахожусь. Судя по звукам – это был лес: шумела листва, лилась вода, орали птицы. Правда, такого странного пения птиц я еще не слышала. Слишком длинные и мелодичные трели. С другой стороны, откуда мне знать, как должны петь лесные птицы в этом регионе? Я же не орнитолог.

Человеческих шагов, и вообще, постороннего присутствия я не услышала. Как будто меня вывезли в лес и выбросили. Осторожно открыла глаза и еще несколько минут лежала в легком недоумении. На синем небе без единой звезды или облака висели сразу две луны. Сначала я подумала, что это оптический обман или у меня проблемы со зрением. Может, из-за потери сознания. Кто его знает, почему я отключилась? Может, в кофе что-то насыпали. Или газ в такси.

Потерла глаза, ситуация с лунами не изменилась. Зато остальные предметы я видела четко: кроны деревьев, высокие стволы, какие-то птицы, белоснежные стены возле лица. Я лежала в каком-то ящике. Ужасающая догадка заставила с визгом подняться. К счастью, крышки вверху не было. Через секунду я поняла, что лежала я не в гробу и даже вздохнула с облегчением. Сделала я это, конечно рано.

Сначала в небе пролетел монстр размером с птеродактиля. Потом я поняла, что нахожусь не там, где рассчитывала. Меня окружали не сосны, и даже не дубы. Это были совершенно ни на что не похожие деревья, с огромными корнями, листьями в форме сердечек, и с жуткими животными на ветках, трель которых я приняла за птичье пение.

Слабо осознавая происходящее, я вылезла из ящика и поняла, что ящик был как минимум высокотехнологичным. По стенкам бегали какие-то символы, но что они обозначали, я в упор не понимала.

– Что это такое?!

За пару лет службы мне приходилось сталкиваться с разной техникой. Да и папа был военным инженером. Но это... Это было что-то за гранью понимания.

– Где мы? – Тихий детский голос раздался из-за спины.

Я обернулась и чуть не задохнулась от шока. За моей спиной стояла точно такая же капсула и сидела в ней маленькая девочка. Она смотрела на меня огромными перепуганными глазами, сдерживая слезы.

– Кто ты? – Снова спросила девочка.

– Вася. Василиса. А ты?

– Ляля. – Всхлипнула девочка. – А где мама?

– Не знаю. – Осмотрелась вокруг и поежилась. – Кажется, мы здесь одни.

С дерева сорвалась птица. Или не птица. Девочка обняла колени руками и спрятала лицо. Я подошла к ребенку‚ осторожно погладила ее по голове.

– Это птицы. Не бойся. Что ты помнишь последним?

Девочка осторожно подняла голову, посмотрела на меня и вытерла слезы.

– Я была в садике. Мама отдала меня Алесе Лёвне и я пошла играть с Маринкой. Ей папа привез из Англии новых кукол. А потом я не помню. Мы играли и я уснула. А когда проснулась, увидела тебя. А ты как сюда попала?

– Уснула в такси.

– Значит, мы обе спим? Нам просто снится сон?

Хотела бы я сказать, что это просто сон, но все выглядело уж слишком реально. Ляля, видимо, решила проверить себя, и ущипнула маленькую ладошку.

– Больно. – Сказала девочка.

– Кажется, нас похитили и зачем-то здесь бросили.

Все это было похоже на очень, очень плохое кино. Я оказалась среди леса, с ребенком, и категорически не понимала, что делать. Если нас похитили и бросили здесь, нужно было уходить, пока похититель не вернулся. Но зачем ему оставлять похищенных непонятно где? Без присмотра. Нас же не просто так украли?

Организовать само похищение, плюс эти странные капсулы. Все это явно стоило огромных денег. Все это было похоже на один огромный бред.

Идти куда-то по ночному лесу тоже выглядело откровенной глупостью. Во-первых‚ непонятно на какую живность наткнешься. Во-вторых, с каждой минутой становилось все темнее и темнее.

– Мы умрем? – Спросила Ляля.

– Нет. – Заверила я ребенка. – Нет, конечно. Это просто приключение.

Девочка молча вытерла щеки от слез, а я не придумала ничего лучше, чем залезть в ящик к ребенку и уставиться на незнакомое небо.

Ханторас

– Сколько? – Спросил наг у главы спасательного отряда.

– Девяносто восемь самок с земли. – Ответил бледный солдат. – Остальные трупы – члены экипажей. Они все опознаны.

Это была его не первая спасательная операция. Но первая, когда никого не осталось в живых. Девяносто восемь трупов землянок, тридцать тел с Лиссаи, сорок с Авалона. Единственный, кому удалось выжить, был Забр. Помогла подготовка зарийца. Ханторас на всякий случай отправил его в медицинский отсек, но врач был уверен, что жизни Забра ничего не угрожало.

– Не хватает двух капсул.

– Может, Забр ошибся, что-то не так понял? Мы прочесали весь квадрат.

– Капитан! – Возле Хантораса появился младший аналитик. Хлипкий наг, который годился только на то, чтобы перекладывать бумажки.

– Докладывай!

– Ручной коммуникатор техника Авалона. Мы сняли с него информацию.

– Быстрее! – Начал покрываться чешуей Ханторас.

– Незадолго до крушения она отправила с корабля две капсулы в аварийном режиме.

Капитан сглотнул тяжелый ком. Глава спасательной службы сжал кулаки в надежде на хорошие новости.

– Мы не знаем координаты нахождения капсул. Если вы дадите разрешение на осмотр оборудования, в котором держали самок, мы сможем обозначить квадрат поисков и активировать маяк.

– В капсулах есть маяк?

– Если его не удалили или не заблокировали. Надежда есть.

– Разрешаю. Свяжи с Вешненатом!