Текст книги ""Фантастика 2025-58". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Евгения Букреева

Глава 17

Валерия

С момента нашего прибытия на Такерим прошло два дня. Академия постепенно начала заполняться преподавателями и курсантами. К моменту первого построения (что-то типа линейки на первое сентября) у меня уже были согласованы учебные планы, заказаны наглядные пособия, и расписаны практические занятия. Последнее, к слову, ну очень не нравились Асшариху. Зато ректор был вполне всем доволен. И не только он. Некий «Верховный Совет» передал императорскому высочеству миллион благодарностей за то, что тот не препятствует Кевали служить всеобщему благу. Или как-то так. Самого Асшариха послание не восхитило, и он витиевато выругался. Из емкого монолога нага, я ничего не поняла. А Валера переводить категорически отказался.

Еще одно неожиданное послание прилетело из Ниракара. Императрица высказала свое восхищение моим поступком (каким именно, я так и не поняла), а также выразила надежду познакомиться лично. Видеофайл вызвал во мне смешанные чувства. С одной стороны, все выглядело достаточно формально. С другой, в глазах красивой женщины на экране я увидела что-то искреннее, доброе и родное. С помощью Асшариха записала видео ответ. От личного звонка воздержалась. Просто была не готова столкнуться с матерью Маркуса лицом к лицу. Наг заверил, что записи будет достаточно. И моя, вроде как, свекровь, прекрасно понимает сложившуюся ситуацию.

Преподавательский состав, как и ожидалось, самку в своем коллективе, воспринял не однозначно. Историю моего попадания в академию решили не афишировать. Для всех я была просто внезапно обретенная Кевали его императорского высочества. Женщиной, которой вздумалось поиграть в самостоятельность.

Как – то вечером, случайно подслушала часть разговор Асшариха с тролеподобным гуманоидом. Запомнить его имя я так и не удосужилась. Но знала, что зеленый пришелец отвечает за физическую подготовку курсантов.

– Не волнуйтесь Ваше высочество, она быстро наиграется, и попросится назад, в императорский дворец. Никто не станет подчиняться слабой самке.

Не знаю, что хотел ответить на это Асшарих, но троль, сам того не подозревая, озвучил мои самые страшные опасения. Не то чтобы мне впервые придется доказывать свою профессиональную состоятельность особям мужского пола. Но в той, прошлой жизни, все было проще и понятней. Ум, трудоспособность и хорошо поставленный удар правой, делали свое дело. Сейчас это все могло оказаться бесполезным. По сравнению с будущими подопечными (а с их личными делами ознакомилась подробно) я была слаба физически и совершенно не адаптирована к местным условиям. Не имела их врожденных способностей к регенерации, боевых форм и прочих полезных примочек. В общем, полный капец.

Асшарих, хоть и чувствовал мои внутренние метания, своего мнения не высказывал. За что была ему очень благодарна. Лишь накануне первого построения мужчина дал понять, что мы в любой момент можем покинуть академию и вернуться домой. Тем более, там все готово к нашему прибытию.

Отказаться от соблазна быть слабой женщиной, и перевалить все заботы на плечи сильного мужчины, оказалось сложнее, чем я думала. Только слова бабули о том, что даже на самого надежного мужа может упасть кирпич, а кушать хочется всегда, заставили взять себя в руки и пойти штурмовать карьерную лестницу.

«Торжественная линейка» прошла как в тумане. Курсанты собрались на огромном смотровом поле. Даже в самых смелых фантазиях я не могла представить такого количества существ в одной локации. Наги, арахниды, караниты, четырехрукие карианцы, синие симанийцы, и даже один, ну очень приметный дракон. В общем, почти весь этнический состав галактики. За исключением некоторых, совершенно неприспособленных к насилию рас.

Курсанты выстроились в соответствии со своим факультетом и курсом. Отдельно стояли новички. Их распределение по факультетам состоится только в конце учебного года. Особо выделялись мои старые знакомые. Теперь, я действительно могла сказать, что это наследники «высоких домов». Особая стать, твердый взгляд, подавляющая аура. Дракон и наги стояли плечом к плечу, устремив взгляд куда-то вдаль. И только Шалаймах пожирала взглядом то Асшариха, то Бадрана, который тоже оказался в преподавательском составе.

Преподаватели расположились на каменном возвышении. Так, чтобы курсанты могли их рассмотреть. Новость о том, что факультет дознавателей попадет под руководство великого и ужасного Асшариха, вызвало полный восторг собравшихся. А вот мой предмет, или моя личность, такой же популярностью не могли похвастаться. Но это было меньшим из зол. Потому что все самое веселое меня ждало уже через час.

Асшарих

Первый рабочий день превратился в бесконечную череду мелких бюрократических проволочек: сметы, графики, совершенно бездарные учебные планы, неподходящие информационные модули, устаревшие обучающие материалы.

В общем, теперь я понимаю, почему Хан так настаивал на моем присутствии в академии. Факультет дознавателей застрял в глубоком прошлом, где отпечатки снимали портативным сканером размером с некрупного дройда, а об этичности считывания воспоминаний даже не думали.

Самостоятельно во всем этом хаосе ректор разобраться не мог. Змей был отличным воином, талантливым управленцем, но в расследованиях ни черта не смыслил. Правда, и не скрывал этого.

Изучая очередной документ выпустил хвост от раздражения. Нужно было этим заниматься на много раньше. Перекроить учебный план для старших курсов будет не просто. И один я с этим вряд ли справлюсь. А доверить кому-то другому, после того, что увидел, не мог.

Отправив несколько запросов на «Ночной Ветер», и сообщение домой, прислушался к ощущениям.

Эмоциональное состояние Леры на первом построении вызывало тревогу. И хоть Матреха каждые полчаса сообщал, что с Кевали все хорошо, чувства покоя это не приносило. Лера нервничала. Попытался передать ей свою уверенность. Поддержку. Большего, к сожалению, сделать не мог. И это раздражало. Но Ханторас был прав. Лера должна не только адаптироваться в новой реальности, но и заслужить авторитет у курсантов. А моя опека ей в этом не поможет. Наоборот, сделает в глазах других еще более слабой.

Успокоил себя тем, что до окончания занятий осталась всего пара часов. А потом можно будет утащить мою хрупкую самочку домой. Огорчало, что не к себе домой.

График Кевали был синхронизирован с моим собственным. Чтобы не задерживаться на работе, и больше времени посвящать паре. Как бы то ни было, моя цель пребывания в академии, сблизиться с парой, а не совершать трудовые подвиги на благо Галактике. По крайней мере, так я рассудил в начале. Сейчас понимаю, что планы придется немного скорректировать. И обсудить это с Лерой.

Последней мысли улыбнулся. Надо же, как приятно об этом думать. Теперь я совершенно иначе посмотрел на совместные завтраки, поведение отца и братьев. А еще вспомнил о том, что у братьев, помимо Кевали, был еще и побратимы. И вот это уже тепла не вызвало. Чисто технически, побратимом мог считаться Маркус. Но Лера его не принимала как мужа. Меток на теле самки не было. И меня это радовало. Тем не менее, отмахиваться от Каранита глупо. Рано или поздно, он объявится. И тогда я буду должен дать ему разрешение на встречи с женой. Если, к тому времени Лера наденет брачный браслет.

Сегодня, судя по отчету Якоба, Маркус прибыл на Ниракар, чтобы вернуть любовницу в род. Вместе с отчетом пришел и видеофайл. Воспоминания наследника. Якоб утверждал, что Маркус сам снял блоки и разрешил скопировать воспоминания за последние два цикла. А еще передал просьбу Альтара, разрешить ему пообщаться с Кевали. Это тоже, нужно было обсудить с Лерой.

Файл с воспоминаниями Маркуса решил начать просматривать у себя. Оставлять подобную информацию в кабинете не хотелось. Мало ли желающих засунуть нос в чужие дела. Тем более, когда эти дела касаются самых влиятельных лиц космоса.

По пути в учебный корпус встретил Хана. Друг явно был взволнован. Язык длинной лентой то и дело прощупывал воздух, кончик хвоста дергался из стороны в сторону.

– Что случилось?

– Твоя Кевали на восточном полигоне!

Стоит ли говорить, что до полигона мы добрались за считанные минуты? Площадка, на которую занесло Леру находилась в самом суровом секторе академии. Зона была создана специально для тренировки боевых арахнидов. Туннели, подвижные боевые площадки, зыбучие пески, экстремально низкие температуры. Просто так туда попасть невозможно. Еще больше вопросов вызывали эмоции Кевали. Спокойствие, уверенность, сила. На фоне оглушительных стонов и просьб о пощаде, все это сбивало с толку.

– Что здесь происходит?

А происходило невероятное. Моя маленькая самочка стояла в центре поля и зычным голосом отдавала команды пяти десяткам самцов. Те пытались пройти полосу препятствий. Хорошо, что предпочтение было отдано полосе первого уровня сложности. В противном случае, кому-то пришлось бы отправлять скорбные письма.

– Кажется, – Бадран встал рядом с нами, – рия Валерия решила наглядно объяснить курсантам, зачем ввели ее предмет.

– А на словах они не поняли? – Восхищенно спросил Ханторас.

Я перевел взгляд на поле, где представители самых сильных рас еле переставляли ноги, в надежде на скорое окончание «урока». Несколько курсантов несли на себе белоснежные коконы. Нет. Несли это слишком сильно сказано. Тащили.

– А это что за мешки?

– Это курсанты, которые попытались поставить под сомнение авторитет рии. Один зариец и два перевертыша.

– А почему они не порвут сеть?

– Не могут.

Мы с Ханом непонимающе посмотрели на Бадрана. Тот обреченно выдохнул, и пояснил, словно новорожденным:

– Физическое истощение. Ваша Кевали измотала их до такой степени, что перекинуться в боевую форму они не смогут до утра.

Глава 18.

Валерия

Этот день я не забуду никогда. Испытывать таких эмоций мне еще не приходилось. Даже, в тот момент, когда очнулась на «Немесиде», или бежала от преследователей в лес. И даже сайкер, после того как в аудиторию вошли первые «ученики», показался просто невоспитанным зверьком. Это были не обещанные Ханом первокурсники. Нет. Эта чешуйчатая сволочь в последний момент поменяла расписание. Вместо новобранцев в класс вошли выпускники элитного боевого факультета. Это уже были не мальчики, прибежавшие в академию за военной романтикой и подвигами. Передо мной стояли воины, попробовавшие первую кровь. Боевая десятка Вессарии.

Мужчины, нет, самцы, вальяжно развалились в креслах, и, демонстративно не обращая на меня внимания, перебрасывались похабными шуточками. Не осталась без внимания небрежная форма, закатанные рукава, ослабленные ремни.

Усугубляла ситуацию расовая принадлежность всех десятерых. Только двух виссарийцев хватило бы для того, чтобы изрядно подпортить мне жизнь. Эти высокие, мускулистые гуманоиды цвета индиго признавали только силу. Женщины для них были не более чем средство для размножения. А так как проблем с рождаемостью у расы не было, а самок, ввиду агрессивного темперамента мужчин было гораздо больше…. Короче, на уважение и джентельменское поведение рассчитывать не стоило.

Еще один интересный экземпляр расположился в первом ряду, и внимательно рассматривал Матреху. Зариец. Человек – птица. Высокий, худой, бледный. Такая внешность вполне бы сошла за иллюстрацию к фантастическому роману, про вампиров. Пара огромных вороньих крыльев была сложена у мужчины за спиной. Интересно, а сидеть они ему не мешают?

У зарийцев, как и у виссарийцев, парности не было. Если верить оперативной сводке, которую предоставил Валера, тут преобладали классические браки. Мама, папа и пернатый выводок. Более того, молодых зарийцев учат оберегать слабых и не нападать без острой необходимости. Надеюсь, что этот тип с черными волосами и крючковатым носом, получил классическое воспитание. Арахнида взгляд студента ни сколько не смущал. Матреха, со скучающим видом, перебирал в лапках тонкие, почти прозрачные нити, иногда отвлекаясь на краткий отчет Асшариху.

Очень надеюсь, что наг моих эмоций не чувствует. Потому что, если принцу вздумается разыграть партию по «спасению Кевали», на моей карьере можно будет сразу поставить жирный крест.

Четыре многоруких руанца громко заржали над очередной похабной шуткой. А я вкратце узнала, что, куда и как глубоко они могут засунуть благородной каранитке, чтобы та скулила от удовольствия. Пожалуй, это было последней каплей на весах моего терпения.

Все же, я не просто самка. И не просто преподаватель военной академии. Я Валерия Витальевна Фиалкина! Следователь особого отдела, мать вашу! Чтоб я стала тут перед какими-то гопниками робеть как школьница!

– Матреха, – повернула голову к арахниду.

Тому лишних слов было не нужно. Через две секунды паук оказался под потолком. Через полминуты десять туш в виде коконов были подвешены вниз головой. Рты Матреха всем предусмотрительно заклеил. Чтобы «плебейские шуточки не травмировали мою ранимую душу». И где этот паук таких слов нахватался?

– А теперь, доброе утро и приятно познакомиться, – очень мягко, даже как-то по-женски наивно улыбнулась я, – мой предмет называется «Основы выживания». Поэтому, пока я буду вам рассказывать всякие важные организационные моменты, вы можете попробовать освободиться из плена.

Быть обездвиженными мальчикам не нравилось. Они начали активно двигаться, расшатываться из стороны в сторону, тем самым усугубляя свое положение. Мало кто в этом мире интересовался свойствами шелковой паутины. Любители эксклюзивных тряпок не считаются. Нить шелковых арахнидов отличалась не только феноменальной прочностью, но и такой же уникальной липкостью. Правда, для этого пауки обрабатывали ее слюной. В общем, чем больше мальчики трепыхались, тем глубже увязали в коконе.

– И еще, очень попрошу вас, не издавать посторонних звуков. Информация, которую я до вас собираюсь донести, важная. И повторять дважды я не люблю. Всем понятно? – Раздалось дружное мычание, которое я восприняла как знак согласия. – Ну, вот и славненько! А теперь, правило номер один: каждый раз, когда вы будете позволять себе заходить в мой класс не по уставу, лекции будете слушать под потолком.

Видимо, угроза впечатлила, зариец разозлился и попытался расправить крылья. Хорошая попытка. Был бы он лет на двадцать старше, она увенчалась бы успехом. Бронированное оперение, которое он скоро приобретет, вполне бы могло повредить часть нитей. О чем я сразу поставила птенчика в известность.

– Все вы знаете, что в академии практикуется система личных рейтингов. Изначально, аналогичный подход должен был применяться и на моем предмете. Но, для вашей группы я сделаю исключение. У вас будет единый рейтинг. Успехи и неудачи каждого члена группы отразятся на успеваемости каждого. Как вы все понимаете, дамочка я злопамятная, и ваша сегодняшняя выходка не останется без последствий. За несоблюдение устава, ваш рейтинг составляет минус пятьдесят. По пять баллов, за каждого члена группы.

Если сначала это заявление вызвало смешки, то после того, как данные были внесены в общую зачетную таблицу, веселье прекратилось. Прозвучала сирена, знаменующая об окончании лекции, и дверь в класс открылась. В помещение вошел Бадран.

В повседневной военной форме, арахнид выглядел несколько агрессивно. Мощная подавляющая аура в маленьком помещении ощущалась особенно тяжело. Бадран слегка поклонился, не замечая посторонних:

– Приветствую, пришел узнать, как у тебя дела? Как первая лекция?

– Мирного космоса, – поприветствовала в ответ, – как-то не так, как я задумывала изначально. – Ответила на вопрос и перевела взгляд на потолок.

Бадран проследил за моим взглядом и выпрямился, словно в него вставили арматуру. Картина из десяти качающихся коконов и Матрехи, была достойна кадра профессионального фотографа.

– И что они сделали?

– Нарушили устав.

– Ясно, – процедил Бадран, – они могут быть свободны?

– Конечно, – улыбнулась я, и через мгновенье десять туш оказались на полу. Матреха распаковал пленников, и те выстроились в ровную линию. – Продолжим, наше занятие после обеда на тренировочном полигоне.

– Хей! Хей! – Раздался зычный ответ, который означал «есть».

– Отличная идея, – улыбнулся арахнид, – я даже предоставлю восточную площадку для тренировок. Думаю, моим воинам тоже будет полезно на это посмотреть.

Первая группа ушла в легкой растерянности и странном предвкушении грядущей тренировки. А я ждала следующую десятку игроков. А потом еще одну, и еще. Сценарий повторялся как по нотам. Менялись только способы пленения заложников. Вечерней тренировки избежала только группа первокурсников. И то, полагаю потому, что неформальным лидером у них стал дракон, которого поддержали Сайкер и Сурин. Шалаймах тоже присутствовала среди студентов. Но вела себя как-то подозрительно тихо. Как реагировать на эту странность не знала. Решила порадоваться. Хоть ее не придется гонять по площадке.

Валерия

Показательная порка не прошла бесследно. Ни для студентов, ни для меня, ни для моего нага. Асшарих долго держал меня на руках, обещая узнать, кто и зачем внес изменения в расписание. О том, что это был не Ханторас, мы узнали сразу, как только я вышла с тренировочного поля.

– Я фсссееее понимаю, рия Валерия!!!! – Шипел ректор. – Но почччеееемуууу там ссссейчасссс валяетсссссяяяя боевая десссссяяяяткааааа Вессссссааааарииии.

– Они сорвали лекцию ректор, – по-армейски вытянувшись, отчиталась я. Асшарих попытался встать на защиту, но сделать это ему не дала.

За свои поступки решила отвечать самостоятельно. Не прячась за широкую змеиную спину. Вообще, я предполагала, что действую в разрез с общепринятыми правилами. Но маленькая мстительная стерва внутри сейчас была по-женски счастлива и готова понести любое наказание.

– Как это понимать?!

Ректор почти перекинулся в боевую форму, чем дико напряг Асшариха. Я нутром чувствовала, как змей был готов броситься в атаку на друга. Это было недопустимо. Самое главное было не показывать свой страх. Не смотря на то, что к Ассу в его естественной форме я привыкла, остальные змеелюды все еще вызывали холодный липкий страх.

Выше подняв подбородок и выпятив грудь, рассказала про все произошедшее на первой паре. И на второй. И на третьей. По мере рассказа ректор менялся в лице и перетекал из одной формы в другую. В конце рассказа возмущаться начал Асшарих:

– Ректор, почему я не был оповещщщщщщееееен об исзззззззмеееннееенияххххх в расссссписссанииии?

– Потому что исссзззззззмеееееннннееенииииййййй не было!

– А может, – встрял в разговор Бадран, прерывая разгорающийся скандал – мы этот разговор перенесем в более подходящее место?

Как раз в это время с арены начали выползать курсанты. Измотанные самцы беспомощно косясь на меня, выстраивались в шеренгу, ожидая пощады. «Пощады не будет!» – кричала злопамятная половина Валерии Фиалкиной, по-детски размахивая руками.

– Все свободны! – Скомандовал ректор.

В ответ донеслось неровное «Хей!» и смешок арахнида. Замыкал шеренгу Матреха. Единственный, кто был на сто процентов доволен сегодняшним днем. Он и развлекся и размялся.

После того, как курсанты исчезли из вида, Асшарих схватил меня в охапку, и в буквальном смысле утащил к себе. Его эмоции накрыли волной. Злость, ненависть, страх. Я еще не научилась отделять чувства нага от своих. Иногда казалось, что все это мои собственные переживания. И только тихое шипение змея напоминало про нашу связь.

Наг влетел в «квартиру», и одни движением заблокировал дверь. А потом, убедившись что охранные системы активированы, сполз по стенке, прижимая меня к себе.

– Асс, – позвала змея, – выпусти меня.

Принц чуть ослабил хватку и посмотрел мне в глаза. Красивый. Любимый. Родной. Слово «любимый» царапнуло. Змей вздрогнул. Но, видимо, не понял, что произошло. Он тоже чувствовал меня. Только как-то иначе. Взгляд мужчины ни о чем не говорил. Говорят, глаза есть зеркало души. Наг научился прятать свою душу от мира. А вот его вторая сущность продолжала льнуть, ластиться, требовать прикосновений.

– Нет, – выдохнул мужчина.

– Ас, мне нужно домой.

– Нет, – руки прижали мою голову к груди и я услышала как быстро бьется сердце нага.

– Асшарих, – погладила змея по твердому боку, – все хорошо. – Он судорожно вздохнул. – Ничего не плохого не произошло. Со мной все в порядке. Милый, мне, правда, нужно домой.

– Не нужно. – Вот же упрямый!

– Нужно, – старалась, чтобы тон оставался спокойным, – мне нужно сходить в душ и переодеться. Ас, я помоюсь и вернусь.

– Нет.

– Любимый, – сказала, а потом подумала, а потом понадеялась, что он не услышал

– Что это значит? – Он услышал.

– Так на моей родине называют существ, которые нам близки. С кем нам хорошо. И кого мы не хотим потерять.

– Я тоже не хочу тебя потерять. Этого не должно было произойти. Виссарийская десятка опасна. Они не должны были пересекаться с тобой.

– Зато теперь они десять раз подумают, прежде чем что-то предпринять. – Улыбнулась я, ощущая, как мужчина понемногу расслабляется. – Мне, правда, нужно помыться. И еще нам не мешало бы поужинать.

– Останься со мной.

– Мне нужно хотя бы сменную одежду взять.

– Здесь все есть.

У него и правда, все было: от зубной щетки, до свежей формы. Я смывала с себя усталость прошедшего дня в душе и пыталась отделить свои чувства, от чувств нага. Не получалось. И только войдя в спальню, наблюдая за тем, как змей стелет себе матрас на полу, поняла, что не смогу этого сделать. Потому что чувствовала ровно то же, что и он.

– Ас, – позвала мужчину, – что ты делаешь?

– Здесь нет второй кровати. Я лягу на полу.

– Я могу спать у себя.

Он по-прежнему стоял спиной. Сквозь тонкую ткань футболки бугрились стальные мышцы. Привычные человеческие ноги начали перетекать в хвост.

– Нет.

– Тебе будет неудобно на полу.

– Удобно. – Снова включил упрямца его императорское высочество. А я подумала о том, что ни у каждой женщины будет валяться в ногах императорский отпрыск. А потом, что не хочу, чтобы он там валялся.

– Ас, – подошла ближе и положила руку ему на спину. Он вздрогнул, но не повернулся, – у тебя огромная кровать. Мы вполне поместимся на ней вдвоем.

Это было последнее, что я сказала. Что-то сильное, яркое, вырвалось наружу, и я уже не могла остановиться. Осознание того, что это мой мужчина, один, единственный, любимый накрыло с головой. И я потянулась за своим первым, самым сладким поцелуем.

Цвет, вкус, запах…. Все это дурманило мне голову. Окунало в яркий тягучий туман.

– Не отдам – шипел на ухо змей, шаря руками по горячему телу, – моя, только моя.

А я уже ничего не соображала. Только постанывала, ощущая, как твердые ладони сжимают грудь, тугие кольца хвоста обвивают бедра, и твердый член упирается во влажные складочки. Он не торопился. Скользил между влажной плотью, осыпая шею, плечи, лопатки, горячими поцелуями. А мой разум бродил в тумане сладкого напряжения, желая разрядки. Желая чувствовать его в себе. Его, такого единственного и родного.

– Ас, – застонала я, не понимая, почему он медлит, – пожалуйста, я прошу тебя….

Я просила, а он не заставил себя ждать. Плотная головка начала медленно проникать в меня. И я впервые поняла, что значит чувствовать каждую венку, каждую клеточку по-настоящему своего мужчины. И от этого осознания мой мир перевернулся, разорвался на мириады цветных осколков. Каждое движение заставляло меня рассыпаться на кусочки снова и снова. Пока до меня не донесся протяжный рык, и тело не пронзила еще одна, самая яркая вспышка. Только теперь уже не моя. Его. Эта была моя последняя мысль этой ночью.