Текст книги ""Фантастика 2025-58". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Евгения Букреева

Глава 39

Капту

Узнать, где поселился Бадран, было не сложно: шпионы братьев, информация Бияры, которая как-то подозрительно мягко на взгляд Капту отнеслась к ее поездке на Пари, и несколько уточнений в местной управе. Уже через полчаса арахнида, в сопровождении двух нянек, летела в сторону самого респектабельного района Пари.

Вернулся Бадран на спутник, или нет, Капту не знала. Сумра из таможенного контроля, только разводила руками и извинялась. Утверждала, что в базе нет информации о перемещениях арахнида. Говорила она правду, или просто боялась гнева другого арахнида, Капту не знала. На всякий случай, решила не давить на служащую и опираться на ту информацию, которой уже обладала.

Прежде чем врываться в жизнь Бадрана, самка арендовала апартаменты в доме по-соседству. Проверять, лучшие это апартаменты или нет, Капту не стала. Посчитала, что вряд ли наследник Черного Клана будет жить в трущобах. И немного разочаровалась, когда вошла в квартиру.

Общая площадь помещения, вместе с кухней, столовой и санитарной комнатой оказалась меньше, чем ее спальня в материнском особняке. Мебель и посуда не отличались ни красотой, ни изящностью, ни ценой. Хоть по меркам Пари и относились к премиальному ценовому сегменту.

Пока няньки разбирали ее вещи, капту вошла в ванну. Вот только вместо купальни обнаружила обычный ионный очиститель. Кабина была похожу на ту, что стояла в одном из санитарных блоков охраны. Капту даже гравюру с названием фирмы – производителя на ней нашла. Это была точно такая же модель.

На молодую арахниду нахлынула волна приятных воспоминаний. Время от времени она заглядывала в этот сектор, чтобы по-быстрому сбросить напряжение с кем-нибудь из прислуги. А лучше, из охраны.

По спине пробежали приятные мурашки, соски затвердели. Она улыбнулась и в тут же тряхнула головой. Напомнила себе, что расслабляться рано. А отсутствие нормальной купальни только к лучшему. Не нужно будет тратить много времени на сборы.

Тем не менее, с момента, как Капту переступила порог своего временного жилья, до встречи с Бадраном, прошли почти сутки. Сначала арахнида приводила себя в порядок, потом разговаривала с матерью. Обсуждала изменения, которые произошли за это время в клане будущего мужа. И эти изменения ее не радовали.

Договориться с соседями о возобновлении поставок не получилось, даже по честным рыночным ценам. От лица Бадрана с Маруной общался Сарит. Противный паук презирающий всех самок планеты. Как Бияре удавалось с ним уживаться, Капту не представляла.

Маруна потратила несколько дней на составление нового договора, пересчет цен и условия поставок. Доверить это важное дело кому-то из приближенных глава Песчаного Клана не могла. От этого, отказ Сарита, и новость о том, что у бывших партнеров появился новый поставщик, переносила особенно болезненно.

Второй новостью, стало восстановление дальних поселений Клана за счет денег, выделенных на содержание прии. Эти средства арахнида уже считала своими. Даже составила некоторый список покупок, которые нужно сделать сразу после свадьбы. И тут такой сюрприз.

Еще часа полтора Капту трясло от негодования и обиды. Она ходила по периметру спальни и проклинала Бадрана последними словами. А еще, сама себе клялась в том, что как только получит власть над Черными арахнидами, сотрет Бадрана в порошок, за все унижения.

Чтобы успокоить Капту, няньки носились по квартире с успокоительными пилюлями, легкой настойкой дурмана и новыми украшениями. Их усилия увенчались успехом только на следующий день.

Квартира Бадрана

– Я люблю тебя, землянка.

Бледная прия робко улыбнулась. Арахнид почувствовал, как жгут недоговоренности, все это время сжимавший грудь, лопнул. Сам Бадран не подозревал, как тяжело ему было все это время врать Дирине.

– И я тебя. – Выдохнула прия.

Бадран потянулся губами к будущей жене. Но волшебство момента было разрушено обеспокоенный Бай. Дарине даже показалось, что паук был напуган. Что он сказал, девушка не поняла. Но по реакции Бадрана было видно, что что-то пошло не по плану.

– Подождешь?

– Что-то случилось?

Бадран и рад бы был соврать, чтобы не заставлять невесту лишний раз нервничать. Не смог.

– Капту.

– Что такое Капту?

– Это самка, на которой хотели меня женить.

Дарина нахмурилась. Арахнид почувствовал, как холодным потоком его обдало ревностью. Это чувство оказалось горьким и до безумия приятным. Почему-то в голове Бадрана твердо укоренилось понятие о том, что ревность порождается любовью. Ему было важно еще раз, пусть и в такой форме, получить доказательство этой любви.

– И что она здесь делает? – Дарина скрестила руки на груди, крылья носа гневно раздулись а глаза потемнели.

Сила, которую до этого Бадран никогда не замечал за своей прией, буквально разлилась в воздухе ароматами пряных трав. «Моя!» Пронеслось у него в голове. Грудь начало распирать уже не от нежности, а от гордости.

– Сейчас узнаю. Подожди.

Он нарочно хотел оставить ее одну, чтобы посмотреть, как девушка поступит: останется ждать, или решит подслушать его разговор с арахнидой. Бадрана устраивали оба варианта. Просто пауку не терпелось узнать эти грани характера своей женщины.

Дарина кивнула. Он вышел из спальни. Капту ждала в небольшой гостиной. Пауки младших ветвей всегда с опаской относились к чужим самкам. Поэтому Бай и Фру, как только Бадран появился в гостиной, исчезли.

Бадран с интересом изучил гостью. С момента их последней встречи она никак не изменилась внешне. Изменилось его отношение к этой самке. Бадран не мог ей простить нападение на Дарину, а ее клану махинации с продуктами. Он понимал, что все это проворачивалось с участием Бияры, но вины с Песчаного Клана это не снимало.

– Как ты здесь оказалась?

Капту от такой наглости со стороны Бадрана растерялась. Она ожидала как минимум формального приветствия.

– Я… – Арахнида поднялась с дивана. – Хотела переговорить с тобой.

Платье с золотистым отливом и глубоким декольте сверкнуло. Ничего более неуместного для деловых переговоров, чем эта одежда Бадран даже придумать не мог.

– О чем? – От неожиданности арахнид дернулся. В комнату вошла Дарина.

Девушка в светлом кимоно и копной огненных волос, еще раз поразила его в самое сердце. Дыхание перехватило. Бадран еще не понял, что его поразило больше, ее красота или поступок. Но уже был готов исполнять любые капризы прии. Капту его восторгов не разделяла.

– Ты?! – От возмущения самка начала хватать ртом воздух. Ее грудь судорожно то поднималась, то опускалась.

– Моя прия. Дарина. – Зачем-то представил невесту Бадран.

– Прия?! Да как… Да как… – Арахнида начала задыхаться уже от возмущения. – Как ты смеешь называть ее прией! Ее! Шлюху трехликую!

Это было последним, что могла сказать Капту в тот день. От мгновенной смерти ее спасла сама Дарина. Не потому, что девушке стало жаль соперницу. Хотя жалость тоже сыграла свою не последнюю роль. Дарина хотела знать, кто, кроме песчаной стервы был причастен к ее похищению.

Глава 40

Дарина

Тайна моего второго похищения раскрылась довольно быстро. Уже через три дня мы знали если не все подробности, то большую их часть. Заказчиком оказалась мать Бадрана. Чтобы перестраховаться и наверняка избавиться от меня, Бияра заменила команду Халифы на трехликих. Ополоумевшая самка хотела быть уверена, что если каким-то чудом сын доберется до прии, будет вынужден отказаться от нее.

Естественно Бияра действовала не одна, в связке с Песчаным Кланом. Правда, чисто формально, в этом была замешана только бывшая невеста Бадрана. Ее родственнички хором твердили, что ничего не знали. Бияра, естественно, молчала. Не знаю, на что она надеялась.

Еще через неделю вскрылась причастность Бияры к смерти прий двух своих мужей. Но, к моему изумлению, это мало кого удивило. Бадран объяснил, что самки арахнидов зачастую убивали соперниц. Это была устоявшаяся практика. И по-настоящему прия была защищена только после брачного обряда.

– Звучит ужасно. – Прокомментировала полученную информацию.

– Поэтому, я хочу, чтобы свадьба состоялась как можно скорее. А ты отказываешься.

– Я не хочу свадьбу.

Мы лежали на широкой кровати, в особняке Бадрана. К этому времени, гарем уже полностью распустили. Последние наложницы отправились с отступными в родительские дома, а здание, в котором меня посадили в тюрьму, реконструировали.

– Ты же говорила, что любишь меня.

– Люблю.

– Тогда почему не хочешь за меня замуж?

В комнате царил прохладный полумрак. Пахло морозными простынями и ягодами. Уже через несколько дней на Рарторе я начала находить прелести в его странном климате.

– Я не сказала, что не хочу за тебя замуж. Я сказала, что не хочу свадьбу.

– Это одно и то же.

– Это ни одно и то же. Никто нам не мешает сходить в храм, надеть брачные браслеты и не устраивать из этого цветастый балаган. – Судя по реакции арахнида, такая мысль его голову действительно не посещала. – Тем более в клане хватает дел, чтобы не тратить время на многодневные праздники.

– Пойдем, – выдохнул Бадран и поднялся с постели, – хочу тебе кое-что показать.

– Это до утра не подождет?

– Пойдем. Тебе понравится.

Пришлось подчиниться. Нехотя сползла с кровати и посмотрела в сторону гардероба. Почему-то знать Рартора игнорировала современные защитные ткани. Местные дамы. Насколько я успела понять, стремились одеться во что-то имитирующее мех или шелк, в зависимости от времени суток. Впрочем, арахниды давно адаптировались к местной погоде. Мне подобные наряды были категорически запрещены. Тонкая кожа моментально покрывалась то ожогами, то неприятными шелушениями от мороза. На помощь приходили защитные комбинезоны и «жидкие барьеры» для лица. Со временем, наверно, это даже станет частью моего неповторимого стиля. Сразу, как только я научусь их на себя натягивать без посторонней помощи.

– Халата будет достаточно, – улыбнулся Бадран, видя мой обреченный взгляд, – я бы предпочел видеть тебя раздетой. Но там охрана.

– Нарываешься? – Игриво улыбнулась и достала из шкафа длинный халат.

– Если только чуть-чуть. Пойдем.

Идти пришлось долго. Сначала, мы прошли в дальнюю часть особняка, где находилась жилая часть для прислуги. Здесь я оказалась впервые. Вообще, большую часть времени мы с Бадраном проводили на Пари. Новому главе Черного Клана приходилось лично контролировать подготовку к строительству новых шахт. И осваивать азы земледелия. Бавда требовала больше внимания, чем изначально предполагал Бадран.

Правда, я подозревала, что такой тщательный контроль на Пари требовался больше для того, чтобы обеспечить мою безопасность. На спутнике сделать это было гораздо проще, чем здесь. По крайней мере, мне так казалось.

– Нам дальше. – Усмехнулся Бадран, когда я зависла над порнографической картинкой, в одном из коридоров.

На огромном полотне была изображена вполне себе откровенная сцена, где молодая женщина занимается сексом сразу с двумя мужчинами. В них я без труда узнала дракона и нага. А вот третий, явно арахнид, наблюдал за действом издалека.

– Это дева Лира. – Пояснил Бадран. – Она стала первой прией Валира. В этой сцене показана их первая встреча.

– Пикантно.

– Я рад, что тебе понравилось. Пойдем.

В конце коридора появилась неприметная лестница. Она вела вниз, в подвал. Бадран дважды хлопнул в ладоши и в узком коридоре загорелся свет.

– Этими переходами почти никто не пользуется.

– И куда они ведут?

– Наберись терпения. – Бадран резко остановился, повернулся и судорожно вздохнул. – Не понимаю, почему я не подумал об этом раньше.

– О чем ты не подумал?

– Люблю тебя Землянка.

В животе все сжалось. И каждый раз сжималось, когда он это говорил.

– И я тебя люблю. Пойдем, а то спать хочется.

Бадран взял меня за руку и повел вниз. Теплая рука сжимала мою ладонь, сквозь тонкие подошвы тапок ощущала тепло от ступеней. Чем ниже мы спускались, тем теплее они становились.

– У этого дома есть секрет. Особняк был построен на старых источниках. Они обогревают нижние этажи. Закрой глаза.

– Зачем?

– Пожалуйста.

Закрыла глаза. Хотела сделать осторожный шаг и земля ушла из-под ног.

– Это я. – Шепнул Бадран.

По телу побежали мурашки. Мне уже не хотелось никуда идти. Сердце сжалось, тугой спазм скрутил живот, кончики пальцев предательски задрожали. Чтобы хоть как-то успокоить вспыхнувшее возбуждение, сжала рубашку арахнида и уткнулась носом ему в плечо.

– Открывай глаза.

– Где мы?

Это было единственное, что я смогла из себя выдавить, когда открыла глаза. С первого взгляда казалось, что мы спустились в огромную пещеру. Влажные каменные стены, подземная река и запах сырости. Но стены светились золотистыми прожилками, а вода в реке, как будто искрилась.

– Это «Безмолвный Храм».

– Потрясающе красиво.

– Кто-то из моих предков вырубил его для своей прии. Но обряд так и не состоялся.

– Почему?

– Они умерли. В одной из первых битв за Рартор.

– Звучит как-то грустно.

– Согласен. – Бадран улыбнулся, поцеловал меня в глаза, и подвел к краю реки. – В этом храме так и не прошло ни одной службы, ни одного обряда. Поэтому, он и называется Безмолвным.

Пояс халата упал на пол. А за ним последовал и сам халат. По ногам побежала теплая дрожь, губы пересохли, дыхание сбилось. А Бадран потянул меня в сторону реки. Прохладная вода ударилась о ноги и заискрилась.

– Я хочу, чтобы он наконец-то исполнил свое предназначение. – Арахнид тоже сделал шаг. – В стенах «Безмолвного Храма», беру в свидетели стены Рартора, – прожилки на стенах вспыхнули огнем, – воду Рартора, – вода заискрилась сильнее, – пламя Рартора – края реки вспыхнули огнем.

От неожиданности прижалась к Бадрану. Мужские руки прижали к груди, под щекой громко ударилось сердце арахнида.

– Я приглашаю тебя в свой дом, чтобы ты стала в нем хозяйкой. – Он выдохнул, и осторожно поцеловал мою дрожащую ладонь. – Я отдаю тебе свою жизнь и свободу, чтобы ты могла распоряжаться ими. – Поцеловал вторую ладонь.

Из глаз потекли слезы то ли радости, то ли волнения. Соленые капли скатились на подбородок и упали прямо в искрящуюся реку.

– Я стану твоим безмолвным стражем, твоей защитой, твоей опорой, твоим карающим мечом, твоим преданным рабом. – Он опустился на колени, глаза любимого мужчины сверкнули красным. – Ты станешь моей? Навсегда.

– Да. Конечно да. – Руки дрожали, ноги дрожали, я даже не заметила, как руки покрылись золотой паутиной.

А Бадран ошарашено смотрел на золотистый орнамент на своих руках и повторял:

– Моя. Только моя.

Глава 41

Дарина

семь месяцев спустя

С ночи, когда я стала женой арахнида, прошло семь месяцев. Или чуть больше. Не знаю. Слишком много событий произошло за это время. Особенно тяжело шли первые пару месяцев. Суд отпустил Бияру из-под стражи. Признал арахниду неопасной, и разрешил жить дома до вынесения приговора. Бадран был в ярости, когда увидел мать в особняке.

Не знаю, как она смогла договориться с судом. То ли заплатила, то ли судья была чем-то обязана Бияре. После этого события стало понятно, что арахнида в конце концов будет оправдана. А я, когда вспоминала, что со мной могли сделать трехликие, допустить этого не могла. На помощь пришел Сарх.

Этот старик остался служить у Бадрана. Более того, этот старый хмырь следил за «женской» частью дома. Надо сказать, что с обязанностями он справлялся великолепно. Именно Сарх подсказал Бадрану обратиться в «Верховное судилище Альянса». Бияру изолировали через 3 дня после рассмотрения прошения. Но за тот короткий период, пока она находилась в Клане, крови у меня свекровь попила от души.

Арахнида инициировала разбирательство по вопросу изъятия Бавды у Бадрана. А когда выяснила, что земля фактически принадлежит мне, попыталась ее отсудить. Сначала давила на то, что невестка является представительницей «слаборазвитой расы». С таким интеллектом как у меня, даже полы мыть доверить нельзя. Не говоря уже о каких-то серьезных вещах. Пришлось доказывать уровень своего интеллекта местной комиссии по вменяемости.

Пройти тест было несложно. Более того, те вопросы, что высветились на экране, осилила бы даже дворовая собака. Но, чтобы быть уверенным в «беспристрастности экспертов» Бадран пообещал комиссии стереть с лица Рартора их кланы.

После неудачи с признанием меня недееспособной, Бияра решила воспользоваться козырем с трехликими. Свекровь заявляла, что «в брюхе моем живет плод трехликого». А значит, я ставлю под угрозу благополучие Черного Клана и Рартора. Это стало последней каплей на мельницу терпения мужа. Подозреваю, если бы не мои уговоры, арахнида давно валялась бы мертвой где-то в пустыне. Но мне не хотелось чувствовать себя виноватой в смерти свекрови. Бадран запер ее в одном из подземных казематов и обратился в Альянс. Сторожить родственницу поставили япи. Белая Моль оказалась для Бияры страшнее бубонной чумы.

Охрана говорит, что япи был первым, кто умудрился довести арахниду до истерики. Что малыш там с ней делал, даже знать не хочу. Но чувства вины за этот поступок меня так и не посетило.

Чтобы раз и навсегда закончить с этой историей я согласилась на процедуру извлечения воспоминаний. Процедуру не самую приятную. Но позволяющую, наконец-то поставить все точки на свои места.

Альянс, к счастью, принял к сведению все материалы, которые предоставил Бадран. От хищений и нецелевой растраты средств, до покушения на мою жизнь. Арахниду приговорили к заключению в казематах Арикана. Не знаю, что это место из себя представляет, но по взгляду Бияры поняла, это далеко не курорт.

Халифу, в конце концов приговорили к смертной казни. В ходе следствия выяснилось, что она заключила контракт с трехликими. Владелица сети публичных домов продавала им женщин для оплодотворения. Жертвы, естественно, даже не подозревали с кем спят и какие последствия за этим последуют. Часть проституток, к этому времени была мертва. Другие не знали, как жить дальше после того, как открылась правда. Мне было жаль этих девушек. Но я гнала эти мысли прочь. Потому что волноваться мне уже было нельзя.

Улыбнулась и положила на стол столовые приборы. Я ждала Бадрана. Ждала, чтобы сообщить ему самую важную в жизни новость.

Сарх

Смотритель обошел верхний этаж особняка, подошел к смотровому окну, чтобы опустить ставни и замер. Он смотрел на место, где раньше жил гарем Бадрана. Тот особняк Сарх помнил до мелочей, каждую завитушку на входной двери, каждую царапинку на паркете. Арахнид прикрыл глаза и улыбнулся. Столько всего происходило в этом особняке

Он помнил, как Бадран принял в дом первую наложницу. Не по любви или симпатии. Просто пришло время. Арахниды пытались следовать традициям. Они создавали иллюзию порядка и правильности.

Самку Сарх выбирал сам. Молоденькая жума с прозрачными крыльями и пухлыми губами. Она смотрела на паука как на божество. Бадрана такое поведение забавляло и немного льстило. Правда, в гареме Жума продержалаь недолго. Наложница не справилась с давлением появившихся соперниц, и Бадран отпустил ее с хорошими отступными. Пару лет Сарх следил за судьбой самки. Пока та не вышла замуж и не обзавелась потомством.

Сарх тихонько хихикнул. Приятные воспоминания теплым облаком укутали арахнида. Сейчас на месте бывшего гарема была ровная площадка. Дом снесли почти сразу, как последняя наложница покинула его гостеприимные стены. Но Сарх об этом ничуть не жалел. Скоро, у него должен появиться новый господин. Совсем крошечный арахнид. Старик был счастлив.

Что касалось новой хозяйки, она ему нравилась. Странная, но сильная, решительная и в то же время, в отличие от матери Бадрана, она не пыталась разрушить все на своем пути. Наоборот, за эти семь месяцев клан расцвел.

Даже ее питомец, вездесущий япи, Сарху нравился. Хоть и уничтожал за сутки столько продуктов, сколько мог съесть стандартный выводок пауков за неделю. Куда в него столько помещалось, один Космос знал.

– АМ!

Требовательное «ам» раздолось откуда то снизу.

– Пойдем. – Хмыкнул Сарх. – Я тебя покормлю, обжора.

– Ам! – Одобрительно кивнул япи и потянул вверх ручки.

– А ты знаешь, что скоро у нас родиться маленький хозяин?

– Уи.

– Я тоже рад.

Дарина

– Что это? – Муж задумчиво крутил в руках крохотные носочки.

Они были не самыми симпатичными, но найти привычные игрушки, пинетки и слюнявчики в местных магазинах просто не получилось. Их не было. Развитая цивилизация на такие милые мелочи не разменивалась. Пришлось вспомнить школьные уроки труда и взять в руки спицы. Правда, первую пару носочков пришлось отдать япи. Во-первых, они даже для младенца получились слишком маленькими. Во-вторых, ну как можно было отказать этой милой морде.

– Носочки. – Ответила мужу, жуя кусок чего-то напоминающего свинину. – Сама вязала.

– Очень красиво. – Улыбнулся Бадран. – Только у меня ноги больше. – Муж гордо продемонстрировал ступню сорок последнего размера и улыбнулся.

– Зато у твоего сына будет размер подходящий. – Как бы, между прочим, сообщила, не отрываясь от мяса.

– У младенцев такие маленькие ноги?

– Угу.

– Никогда об этом не задумывался. – Он потер указательным пальцем нос, моргнул и уронил носок прямо в сливочный соус.

– У моего сына?

– Угу.

– Сына?

– Угу.

– Моего?

– Угу.

– Ты беремена?!

– Угу.

– Сейчас?

– Уже четыре недели как.

– И у меня будет сын?

– Или дочь.

– Или дочь?

– Пятьдесят на пятьдесят.

Больше он ничего не смог сказать. Я впервые видела, как у мужа трясутся руки, дрожат губы и из глаз катятся слезы. Он был счастлив. Паучья радость накрыла меня теплой волной. И не только меня. Казалось, что в этом приступе счастья утонул весь дом. И я не заметила, как оказалась прижата к любимому мужчине.