Текст книги ""Фантастика 2025-58". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Евгения Букреева

Глава 37

Альтар

Увидев Бадрана в капсуле, врач не удивился. Он уже видел подобную картину. Сначала с Асшарихом, который пытался уместить свою тушу рядом со спящей кевали, потом Маркуса. Из этих троих Бадрану повезло больше всех. Альтар использовал расширенную модель капсулы, чтобы не помешать восстановлению девушки.

Показатели Дарины медленно приходили в норму, а присутствие Бадрана стабилизировало нервную систему. Врач отрегулировал дозировки препаратов, и развернул ретранслятор. Официально ему нельзя было присутствовать на собрании. Но разве это проблема для того, кто фактически спас жизнь сразу трем землянкам?

Выступление Асшариха врач пропустил. Он и так знал, что будет говорить наг, на чем настаивать. А вот мнение остальных волновало Альтара. Раньше никто и подумать не мог, что на Земле могут встречаться пары для представителей высших рас. Землянки были просто не приспособлены для жизни вне планеты. Но оказалось, что среди них встречаются исключения. Потомки высоких домов, которых когда-то спрятали на закрытой планете от врагов своих детей. Сколько их было на самом деле, история умалчивает.

– Вассшшша кевали тоже землянка. – Прошипел лорд Аях.

Альтар увеличил разрешение экрана, чтобы рассмотреть лицо нага. Этот наг был известен жестокими повадками и не самым приятным характером. Когда-то он служил третьим советником у отца Асшариха. Но после смерти брата был вынужден заняться делами семьи и покинуть пост. Правда, политического влияния Аях не утратил. Он все так же был вхож во дворец и время от времени представлял интересы империи нагаатов на межгалактической арене.

– Мне повезло. – Не стал отпираться принц. – И не мне одному. Но три жизни против сотни. И никто не гарантирует, что среди этих женщин не было чьей нибудь кевали.

Аях злобно шикнул, но ничего не сказал, признавая правоту принца. Остальные молчали. Драконы свое решение о закрытии Земли приняли, ирлинги пытались держать нейтралитет, караниты в лице самой императрицы Сантаны поддержали инициативу Асшариха. Оставалось дождаться решения лорда Аяха. Мнение остальных был не важно. Альтар знал, что даже представители Виссарии пойдут за большинством.

– Подумайте, лорд Аях, готовы ли вы рискнуть жизнью потенциальной кевали? Убить десятки ее соотечественниц во имя собственного эгоизма? Или дадите ей шанс прожить счастливо? Только без вас?

Асшарих давил на больное. Симанианец не знал всех подробностей жизни лорда Аяха, но брачного браслета на его руке так и не появилось. Вступать в договорной брак наг не спешил. Хотя предложения союза поступали регулярно.

– Я усслышал васс принц. Вешненат уполномочил меня поддержать вашу инициативу о закрытии границ Земли. Вне зависимости от того, какое решение примет Совет или Альянс.

В зале повисла тишина, Альтар отключил экран. Он услышал все, что хотел. Дело оставалось за малым, найти еще две девушки. Врач надеялся, что найдут их живыми.

Капту

Ближе к рассвету Капту вошла в гостиную матери. Там ее уже ждала глава клана и сестра. Обе арахниды недовольно ежились и зевали. Ночь выдалась бессонной. Несколько десятилетий клан Черных был одним из самых крупных источников дохода. Благодаря договору с Биярой, они могли полностью содержать на эти деньги несколько поселений. Поступок Бадрана сильно пошатнул положение. Новость о том, что прии арахнид лишился, давала надежду на то, что у Капту получится вернуть все на прежние рельсы.

– Хорошо выглядишь. – Вместо приветствия произнесла сестра Капту.

Патуру была первой дочерью Маруны и ее наследницей. У нее уже были оговорены несколько брачных обрядов. Но свадьбу пришлось отменить. По официальной версии перенос даты произошел из-за смерти одного из мужей Маруны. Глава клана должна была следовать традициям и соблюсти траур. На самом деле, мать Капту не хотела, чтобы их денежные проблемы вскрылись.

– Ты тоже. – Ответила арахнида и села рядом с сестрой.

Они никогда не были особо близки. Дело было и в возрасте, и в том, что большую часть времени Патуру проводила, готовясь занять кресло матери. Но и ненависти друг к другу сестры не испытывали. Они просто жили под крышей одного особняка, изредка встречаясь в материнской гостиной или на официальных мероприятиях.

– Бияра сообщила, что прию Бадрана увезли с Рартора. – Без лишних слов начала Маруна.

– Он будет ее искать. – Недовольно поморщилась Капту.

Ей, как и любой другой, было неприятно осознавать, что предпочтение было отдано сопернице. Арахнида с трудом контролировала обиду и злость. Помогали сдерживаться только мысли о том, что в скором времени она станет главой самого богатого клана Рартора. Мысль о том, что Бияра, как и Маруна, скрывала ото всех настоящее финансовое положение клана, в голову арахниде не приходила.

– Не переживай. Все поисковые маяки заблокировали. – Улыбнулась Патуру. – Бияра об этом позаботилась. А даже если найдет, после контакта с трехликими, ни один арахнид не признает прию. Бадран откажется от нее. Главное, чтобы ты в этот момент оказалась рядом.

– Думаю, мне не стоит ждать одобрения Бияры. Бадран сейчас на Пари.

– Ты хочешь лететь туда? – От одной этой мысли сестра Капту скривилась. Тонкая верхняя губа приподнялась, оголив тонкий клык.

– Конечно. Ты же не думаешь, что я позволю кому-нибудь занять мое место.

– Ты права. – Кивнула мать. – О Бияре не беспокойся. Я сама с ней переговорю.

На этом серьезный разговор закончился. Мясистая нянька, прислуживавшая Маруне чуть ли не с самого рождения, внесла в гостиную чай. Поднос с горячим напитком был закреплен на спине паучихи прозрачной нитью.

Комната наполнилась приятным травяным ароматом. Звезда Рартора поднялось над горизонтом. Капту улыбнулась, предвкушая грядущую поездку.

Бадран

Прошло шесть часов. Показатели Дарины, как утверждал Альтар, выровнялись. Здоровью прии ничего не угрожало.

– Я могу начать выводить ее из сна. – Предложил симаниец.

За несколько часов он стал выглядеть чуть приличнее. Пятна исчезли, появился свежий комбинезон. Я осмотрелся. Лаборатория синекожего была не самым приятным местом для пробуждения. Вокруг все пищало, звенело, пиликало и пахло стерильностью. Я хорош знал этот запах по военным госпиталям и лазаретам. Не хотел, чтобы Дарина просыпалась здесь.

– Нет. Хочу забрать ее домой. Это возможно?

– Я бы не стал привозить девочку на Рартор. Кто-то выдал трехликим коды от шпионов.

– Мы возвращаемся на Пари. Но ты прав.

Я сам думал о том, кто мог передать шифр. Интересно было и то, что заглушили только моих шпионов. О маяке Ярда никто не знал. По спине побежали ледяные капельки пота. Пришло осознание, что не будь маяка, не надень Дарина этим проклятым утром мою рубашку, я бы не знал, куда лететь. Чем это все могло закончиться, думать было страшно. Страшно, но нужно. Я привык анализировать, проектировать, предсказывать варианты. Здесь ничего предсказывать не нужно было.

– Халифу допросили?

– Не думаю, что от нее быстро придет информация. Виссарийцы пытаются извлечь из нее воспоминания. Мешает дурман. Часть дел она вела под наркотиками. Сам понимаешь, нужно время, чтобы вычленить реальные события.

– Асшарих?

– Думаю, принц не станет возражать и передаст тебе информацию.

В палате на несколько минут повисла тишина. Только жужжание одного из приборов создавало ауру «обитания» в помещении.

– За ней нужен будет уход. Все органы в порядке. Первое время девочка будет чувствовать слабость. Могут быть головные боли, тошнота, обмороки.

– Понял.

– Я не могу спрогнозировать, как ее психика будет справляться с произошедшим. – Добавил Альтар через минуту. – Не настаивай на близости.

– Ты меня за кого принимаешь?

Кожа на руках затвердела. Почувствовал, как челюсть выдвинулась от злости вперед, в глазах все покраснело.

– За избалованного паука – переростка. – Фыркнул симаниец. – Ты кадык на место поставь и слушай внимательно, как ее выводить из сна. А то будешь с горящей жопой по Рартору бегать и искать врача.

– Мы летим на Пари!

– Еще лучше! Там кроме ветеринаров вообще никого нет!

Асшарих

Принц мерил шагами небольшой кабинет. Наг ждал, пока Альтар даст разрешение вернуть арахнида и его прию на спутник. Хотел как можно скорее избавиться от гостей и вернуться на Вешненат. Он еще никогда так надолго не расставался с кевали. И сейчас нервничал больше обычного. Не спасали от тоски ни сообщения, ни звонки. Он хотел домой.

Тревожное настроение принца передавалось и команде. Все старались передвигаться как можно тише. И как можно реже тревожить нага. Все, кроме Хана. Ректор венной академии позвонил как раз в тот момент, когда Асшарих хотел связаться с медицинским блоком.

– Мирного Косссмосса. – Прошипел Хан.

– Сссветлых звезд. – Ответил Асшарих. – Где Лера? Я не могу ссс ней связаться.

– На полигоне. Учит желторотых манерам. Матреха сссснова сссделал из первокурсников качели. – Асшарих довольно хмыкнул и успокоился. – Я хотел сказать, что нашли еще одну девушку.

– Живая?

– Да. Нам повезло. Рагадан уже вылетел.

– Только дракон?

– Лорд Аях со своей гвардией ему помогут. Девушку доставят на Вираю. Буду держать тебя в курсссе.

– Я сообщу на Вешненат.

– Когда тебя ждать?

– Как только избавлюсь от Бадрана, сразу вернусссь.

Хан демонстративно закатил глаза и отключился. По академии о несостоявшихся побратимах слагали легенды. А некоторые, особенно смелые, даже делали ставки на то, сколько времени пройдет, прежде чем кевали принца обзаведется вторым супругам. Поговаривали, что сама кевали уже выйграла на этих «торгах» неплохую сумму.

Глава 38

Бадран

Дарина спала. Поправил тонкое одеяло и включил дополнительную фильтрацию воздуха. Япи, после дозы нейтрализующей сыворотки и кругляша успокоительного печенья, устроился под боком у хозяйки и тихонько скулил.

Один из пауков, присланных следить за домом, даже попытался успокоить малыша. Инстинкты оказались сильнее страха. Пришлось остановить несостоявшегося родителя. По крайней мере до того момента, пока сыворотка не подействует на япи полностью.

Пока нас не было, япи в приступе отчаяния и тоски сожрал все запасы в доме Дарины. Зверя раздуло как мохнатый шарик от несварения и печали. Он успокоился только тогда, когда увидел хозяйку. Сначала отчаянно пищал, пытался ее разбудить. Пришлось долго объяснять недоростку, что с хозяйкой все в порядке.

У япи было больше от пауков, чем я думал. По крайней мере, на долгое отсутствие матери, и опасность они реагировали примерно одинаково. Одно хорошо, волнуясь за девушку, он не обратил внимания на двух мелких арахнидов, собирающих вещи Дарины в боксы. Переезд прошел без особых проблем.

Оставаться в квартире прии смысла не видел. Девушке можно было это объяснить тем, что у нее совсем нет места, и мои апартаменты находятся недалеко от клиники. А япи оставить одного было нельзя. Зверь скучал и требовал вернуть хозяйку. Поэтому и он здесь.

На самом деле, я боялся снова ее потерять. Проснуться и не увидеть рядом с собой пустую подушку. Не заподозрить вовремя опасность. Если бы прошло еще несколько часов, я бы мог потерять ее навсегда. Не каждая самка могла пережить контакт с трехликим. И каждая умирала от рук их потомства.

– Уиии. – Пропищал япи. Как будто слышал мои мысли.

– Спи. – Ответил мелкому и включил ночной режим в помещении.

Хотел лечь рядом. Но нужно было связаться с Рартаром, пока Дарина спала. И попробовать узнать результаты допроса Халифы.

Дарина

Грозное «Ам!!!» было первым, что я услышала, когда начала приходить в себя. Потом маленькая лапка ухватилась за ухо и комок шерсти повис тяжелой сережкой на ухе.

– Ам!!!

Следующим в лапы япи попал нос. Недоарахнид залез на щеку, как скалолаз ухватился за прядь волос и начал тыкать мне в глаз мокрым носом. Через секунду послышались осторожные шаги и возмущенный писк япи.

– С ней все в порядке. – Голос Бадрана мягким теплом отразился в душе. – Пусть отдыхает.

– АМ!

Я дома. Не приснилось. Меня спасли! Облегчение, радость и страх от того, что это может оказаться просто сном, накатили одновременно. От такого количества эмоций из груди вырвался то ли судорожный вздох, то ли неумелый всхлип. Открыла глаза.

– Все хорошо.

Раздалось у самого уха, а потом град теплых поцелуев посыпался на лицо.

– Никогда, больше никогда! – Бадран обхватил мое лицо ладонями и прижался лбом к подбородку. – Больше никогда тебя не отпущу! Никуда!

– Попахивает домостроем. – Фыркнула из вредности и обняла арахнида.

«Он не знает, что такое домострой» – сообщил Балалайка.

«Рада тебя слышать, бестолковка»

«Я Балалайка» – возразил искуственный разум. – «Хоть и считаю, что называть высокоразвитый интеллект в честь такого примитивного инструмента было неправильно»

«Я тоже тебя люблю»

– Мне плевать, что чем пахнет.

– Ам! – Явно согласился с ним япи.

Малыш бесцеремонно залез на макушку Бадрана и возмущенно хлопал себя круглыми лапками по бокам. Тонкий мех стоял дыбом, крылья беспомощно дергались, а живот был такого размера, как будто он съел бройлера целиком.

– Что с ним случилось?

Бадран подцепил малыша япи за холку и пересадил на покрывало. Зверь возмущенно икнул и, словно неваляшка, попытался завалиться на бок.

– Переедание на фоне тоски. Он очень переживал за тебя.

– Уи! – Подтвердил слова паука япи.

В комнате царил легкий полумрак. Хотя часы показывали самый разгар дня. Только сейчас обратила внимание на затемненные окна, широкий резной комод и вход в ванну, прямо из спальни.

– Где мы?

– На Пари. У меня дома.

Бадран помог сесть и выключил ночной режим. В комнату ворвался мягкий дневной свет. Помещение сразу стало казаться больше. Из сумрака появились несколько галографических картин, часы, цветастая дверь, за которой прятался гардероб.

Взгляд упал на небольшую двуногую вешалку. Там висел светлый костюм из гладкой ткани. Я его купила в первые дни жизни на Пари. Для дома. На Земле у меня было похожего кроя кимоно. Очень красивое, но совсем неудобное. Я его ни разу не надела. А здесь аналогичная вещь вроде как и прижилась.

– Кажется, мы только что съехались? – Спросила у арахнида, глядя на одинокую вещь.

– Я рад, что ты не против.

Бадран помог мне сесть. Подложил под спину странную конструкцию с подпором под шею и поясницу.

– Ты не спрашивал.

– Я спрашивал. Ты просто спала.

– Ам! – Подтвердил япи и залез ко мне на колени.

– Кажется, тебе еще долго нельзя будет «ам». А то лопнешь.

Предложение «лопнуть» зверю понравилось. Он засмеялся и с громким «уууииии» покатился назад. Я хотела броситься, подхватить малыша. Но меня опередила тонкая паучья лапка.

«Только не кричи» – попросил Балалайка.

Через секунду появилась квадратная рожица с рядом из пяти крупных глаз и двумя, явно ядовитыми, хилицерами. Лапки и «лицо» паука были покрыты короткими серыми волосками, от одного вида на которые собственные волосы становились дыбом.

– Не бойся. Это Бай. Он помогает по дому. И Фру. – Бадран показал на стену, где притаился еще один паук, размером с теленка.

Оба с каким-то нездоровым трепетом смотрели то на меня, то на Бадрана, то на япи. Мой недоарахнид, тем временем, перевернулся на живот и переполз на голову Бая. Кажется, он арахнофобию, победил.

– Япи для них не опасен?

– Я ввел ему сыворотку, блокирующую ядовитый фермент. – Пояснил Бадран.

– А почему они его не бояться? Или они разумные?

Паук по имени Фру недовольно ударил лапками по стене. Видимо, мои слова ему не понравились.

– Более разумны, чем принято считать у некоторых рас.

Япи забрался на спину паука и, изображая из себя гордого наездника, поспешил в сторону кухни. Может, конечно, и не кухни. Но что-то мне подсказывало, что именно туда они и отправились. Фру тоже поспешил за другом. Двери спальни закрылись. Мы остались вдвоем.

– Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит?

Ничего не болело. Тело было слабым, как будто ватным. Но не болело. Руки казались онемевшими. Ноги тоже. Я даже попробовала подергать пальцами ног, чтобы убедиться в их работоспособности.

– Все хорошо. Как ты меня нашел? Коммуникатор с меня сняли.

– К счастью, ты надела на работу мою рубашку. Там был маячок.

Напрягла память. В утро похищения я старалась уйти как можно тише. Чтобы не разбудить Бадрана. Точно помню как надела брюки и взяла с кресла черную рубашку. Ту самую, которую украла в гардеробе…. Но точно это была не рубашка Бадрана.

«Балалайка, как зовут наследника Черного Клана?»

«Бадран Саях Орум. Возраст точно неизвестен. Предположительно около четырехсот лет. После окончания военной карьеры перешел на преподавательскую должность в «Межгалактической Военной Академии» планеты Такерим. Год назад вернулся в Клан, для подготовки к обряду Восхождения. В светских кругах известен как обладатель самого дорогого гарема трех галактик. И самый богатый арахнид системы Рартор. Визуального изображения в системе нет»

– Твою рубашку? – Только и смогла спросить.

– Да. – Кивнул арахнид и осторожно взял меня за руку. – Ту самую, которую ты взяла в моем поместье.

– Кажется, нам нужно что-то обсудить?

Бадран

Мне не хотелось рассказывать Дарине, что из-за меня она лишилась дома и привычной жизни. Боялся, что она сбежит еще раз, или отвернется, или просто не захочет больше видеть. Единственным аргументом в пользу разговора было то, что чем дольше врать, тем серьезней будут последствия этого вранья. Да и лучшего времени, чем сейчас, для этого разговора, вряд ли можно было найти. По крайней мере, сбежать она не сможет. Надеюсь.

– Это в мой гарем тебя привезли.

– Ты заказал мое похищение? – Дарина побледнела и сглотнула.

– Нет. – Зачем-то затряс головой. И сразу пожалел, что завел этот разговор. – Я не знал, что Смотритель гарема решит преподнести мне такой подарок. Мне бы и в голову не пришло отправлять кого-то за самкой. Поверь, желающих попасть в гарем Черного Наследника и без этого было достаточно.

Дарина поджала губы, я начал злиться. На себя, за то, что в очередной раз ляпнул не то, что должен был. Прия скрестила руки на груди и молча смотрела на меня. А я начал рассказывать, как все происходило.

Дарина

Арахнид говорил, говорил, говорил. А я не верила, что все еще слушаю. Зато теперь стало понятно, почему так легко прошел побег, откуда взялся саморитянин Ярд, и почему ни меня, ни япи никто все это время не искал.

«Не врет» – экспертно заявил Балалайка. Из дальнего коридора донеслось радостное «уиии» япи.

А Бадран все говорил. Рассказывал о том, как приказал распустить гарем, как прилетел на Пари, как нашел меня.

– Я ни к одной самке не притронулся, с того момента, как увидел тебя! – Зачем-то сообщил арахнид. Как будто важнее чем эта информация в мире ничего не было.

– Неуверена что меня это касается.

– А я уверен. – Кожа Бадрана начала меняться. Как в тот вечер, в кафе. – Я хочу, чтобы ты видела.

– Что видела?

Он не ответил. Обхватил лицо холодными ладонями и заставил посмотреть в черные глаза. Только глаз я там уже не увидела. Вместо них были воспоминания. Его воспоминания. Арахнид показывал мне праздник Восхождения. Ту ночь, когда я была подарена ему, как вещь.

Сначала, все шло по плану. Бадран принимал в гарем новую партию наложниц, мысленно прикидывал, стоит ли сегодня пробовать новую девицу. Или оставить эту ночь для проверенной красотки. Вокруг собралась толпа арахнидов. Везде блестели драгоценные камни, меха, звучала музыка. Женщина с зеленой кожей и торчащими от холода сосками просила принять ее в гарем. Сначала, арахнид даже был ей заинтересован. Но потом почувствовала, как этот интерес сменился на брезгливое отвращение.

Капсула, затянутая черным кружевом паутины появилась последней. Бадран не смотрел на дарителя. Только на капсулу. Почувствовала, как внутри мужчины все замерло, когда он увидел содержимое подарка. И какую боль ощутил, когда понял, как этот подарок к нему попал.

Я хотела отстраниться, сказать, что этого достаточно. Но Бадран не послушался и показал мне следующее воспоминание. Там капсула уже стояла в темной комнате. А он стоял рядом. Рыжие волосы, алебастровая кожа и уродливый металл вокруг. Он злился, что никто не позаботился о том, чтобы снять этот ужас с девушки. Что металлические кольца оставили ссадины на нежной шее и руках. И вообще переживал, что до сих пор лекарства не перестали действовать. Это была первая ночь, которую он провел со мной.

А потом была вторая. Когда все поместье в ужасе искало ядовитого япи. А наследник Черного Клана прижимал девушку и ядовитую тварь к груди. Он не спал, чтобы не пропустить ни одной минуты, которую мог провести со мной.

В следующем воспоминании он держал в руках сломанный коммуникатор. Столько страха не было даже во мне, когда я лежала парализованная на проклятом столе.

Все прекратилось также неожиданно, как и началось. Мы снова сидели в светлой комнате, из кухни доносился довольный писк япи, ничего не напоминало о том, что со мной произошло совсем недавно.

– Не хочу, чтобы ты видела остальное.

– Хорошо. – Я сама не хотела видеть, что произошло с трехликими. Того, что он показал было достаточно.

– Я люблю тебя, землянка.