Текст книги ""Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Александра Черчень

Соавторы: Марина Ефиминюк,Феликс Кресс,Алекс Ключевской (Лёха),Александр Анин,Илья Ангел,Влад Снегирёв,Татьяна Серганова,Ника Ёрш,Олег Ефремов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 64 (всего у книги 332 страниц)

– Нет, господин, – мальчишка покачал головой. – Только господин Браун. Тётка Марта говорит, что это ему расплата за то, что дурной хлеб печёт, даже тесто артефактом мешает, а не как добрый пекарь – руками.

– Пойдём посмотрим, как бесы над господином Брауном измываются, а пока мы на него будем смотреть, приготовь все книги приходно-расходные, – приказал я, добавив в голос обволакивающие интонации демона перекрёстка.

Мальчишка закивал и бросился к входу в дом, а мы двинулись за ним следом.

* * *

– Есть кто живой? – Велиал зашёл в этот проклятый дом, всё ещё неся курицу под мышкой. Его немного потрепало во время перемещения. Как оказалось, фамильяру Фурсамиона не нужно было делать остановки и разбивать свой путь на отрезки. Эта тварь могла совершать огромные скачки в пространстве, не боясь быть разобранной на атомы, и, главное, у неё хватало на это её курячьих сил.

Как пернатая смогла определить конечную точку их путешествия, Падший так и не смог понять. Впрочем, ему было не до этого. Он испытал весь спектр эмоций, во время затяжного прыжка с изменёнными в процессе координатами, и все вопросы просто выветрились из головы. Так близко к смерти Велиал ещё никогда не находился, и его не самое сильное в этом мире тело едва выдержало такую нагрузку.

Зато курочке было всё равно. Оказавшись рядом с границей Мёртвой Пустоши, она спрыгнула с ослабевших рук Падшего и демонстративно стала разминать крылья, по которым то и дело пробегали золотистые молнии.

Придя в себя, Велиал довольно бесцеремонно схватил Мурмуру и твёрдым шагом направился к дому старушек, умудрившихся повязать двух сильнейших существ во всей Вселенной.

Пройдя через тёмный коридор и так не услышав на свой вопрос никакого вразумительного ответа, Велиал остановился возле той комнаты, в которой сидели братья. Привалившись к косяку, он принялся рассматривать умиротворяющую картину: Люцифер с Михаилом с каким-то нездоровым азартом играли в карты, сотворенной прямо здесь колодой.

– На раздевание играете? – хмыкнул Падший, ссаживая курицу на пол.

– Вечно ты всё портишь, брат, – поморщился Михаил. – На желания. И пока твой начальник проиграл мне свой собственный кабинет, секретаршу и одного перспективного демона, способного выжить на этой земле больше одних местных суток.

– Ты же знаешь, что азартные игры – это грех? – нахмурился Велиал, обдумывая всё то, о чём говорил сейчас архангел небес.

– Я должен подготовить почву для дальнейшего своего существования, – пожал плечами Михаил.

– Хозяйки этого милого жилища не приходили? – спросил Падший, глядя на то, как Михаил открыто мухлюет, а Люцифер делает вид, что совершенно ничего не замечает, придерживаясь первого правила опытного игрока, разводящего новичка: дать ему несколько раз выиграть и поверить в свои уникальные способности.

Велиал покачал головой, но говорить о своих наблюдениях не стал. Кто знает, может, после этой командировки их действительно сможет взять мир.

– Нет, и это странно, – ответил Михаил. – Ты решил нашу проблему?

– Да. Знакомьтесь, это Мурмура, и она согласилась нам помочь, – указал он рукой на курочку, внимательно рассматривающую пересекающиеся линии защитной ловушки.

– Курица? Велиал, ты совсем, что ли? – взвился Люцифер. – Мурмура?

– Поверь, она умнее своего тёзки, – махнул рукой Велиал и сел на корточки, хватая фамильяра Фурсамиона и разворачивая его к себе. – Тебе нужно всего лишь разрушить эту ловушку. Проведи когтем вот по этой линии и можешь возвращаться к своему хозяину, передавая наши благодарности.

Мурмура пристально посмотрела своими злобными глазками в глаза Падшего и взмахнула крыльями. От неё отделилась волна энергии, и Велиала отбросило через весь коридор прямо ко входу в дом.

Выругавшись сквозь зубы, Падший поднялся на ноги и поспешил снова к комнате с ловушкой.

– Я понял, без надобности руками тебя трогать нельзя, – процедил Велиал. Мурмура повернула к нему свою маленькую головку и презрительным взглядом осмотрела с головы до ног. – Ну давай же, чего ты ждёшь, – сжал он губы и сложил руки на груди, уставившись на курицу.

Мурмура отвернулась от него, внимательно осмотрела линии ловушки и подняла свою когтистую лапу. Все замерли в ожидании. Прошла секунда, другая, десятая, но курочка так ничего и не сделала. Тряхнув головой, она опустила лапу и начала вышагивать, так и не переступив ни одну из линий.

– Она тупая? – предположил Михаил. – Похоже, она не понимает, что мы от неё хотим. Эй, Мурмура, просто разрушь одну из линий этой жуткой ловушки, – миролюбиво проговорил архангел, призывая крохотную часть силы Небес. Это должно было расположить к себе объект воздействия и сделать его более сговорчивым.

Курочка остановилась и внимательно посмотрела на архангела. После чего взмахнула крыльями и пустила одну из сорвавшихся с длинных перьев молний прямо в линию демонической ловушки, начертанной поверх ангельской. По всем линиям пробежал электрический разряд, от которого прилично так тряхнуло сидевших за столом братьев, и демоническая ловушка потрескалась в паре десятков различных мест.

– Она издевается? – поинтересовался Люцифер и повёл плечами.

– Да, похоже на то. Слишком похожа на своего упрямого хозяина. Странно, что фамильяр у него курица, а не баран, – злобно бросил Велиал. Ему показалось, что где-то с улицы раздались женские голоса, но потом всё затихло, и он решил, что кто-то просто прошёл мимо.

– Это же курица. Мне кажется, у неё просто не хватает интеллекта, чтобы понять, что именно я от неё хочу, – задумчиво проговорил Михаил. – Нужно её немного усилить…

– Не смей этого делать! – вытянул вперёд руку Велиал, но его брат не стал слушать. Михаил щёлкнул пальцами и расправил свою ауру, тут же накрыв половину деревни тенью своих крыльев. Прозвучал раскат грома, и мощный столб света опустился прямо на замершую курицу, закрывшую глаза и расправившую крылья.

Столб света исчез так же внезапно, как и появился. Велиал оторопело уставился себе под ноги, в то место, где только что находилась Мурмура. Вместо курицы в воздухе висел ослепительный шар, а по всей комнате летали обгоревшие крылья, прямо в воздухе рассыпающиеся пеплом.

– Ты что, придурок, наделал? – пробормотал Велиал, переведя взгляд на такого же ошалевшего братца. – Ты её сжёг, идиот! – взорвался Падший, плохо понимая, как будет объяснять Фурсамиону, что он убил его любимую курочку. Хотя, учитывая, что это был фамильяр, то и самому демону должно было прилично достаться, и он уже понял, что остался без Мурмуры.

– Я же не хотел, – пробормотал Михаил. – Это же было обычное Небесное усиление первого уровня, от него даже люди не превращаются в это…– неопределённо махнул он рукой.

– Меня окружают одни недоразвитые кретины с чувством собственного превосходства, – простонал Велиал. В этот момент шар лопнул, а на его месте в воздухе висела курица. Взмахнув крыльями, она камнем упала на пол и отряхнулась. Мурмура немного увеличилась в размерах, оперение стало отливать золотом, а крошечные чёрные глазки сейчас светились красным огнём.

– Ну вот, ничего серьёзного не произошло, – неуверенно улыбнулся архангел Небес. – Ну, только сейчас она может нас убить. Велиал, я не думал, что так получится. И вообще, она меня вынудила это сделать.

– Да ты, как самый тупой демон легиона, вообще никогда не думаешь, – процедил Велиал и легко подтолкнул замершую и оглядывающую себя курицу к линиям ловушки. – Давай, получила что хотела, теперь отрабатывай.

– Да не привиделось мне, Никитична. Точно свет в дом ударил, вот я клич и кинула. Наверняка эти демоны что-то удумали.

С этими словами в дом ввалились бабульки, остановившись и внимательно разглядывая опешившего Велиала и выглядывающую у него из-за ног курицу.

– Где-то я эту смазливую морду видела, – пробормотала задумчиво Дарья Ивановна. – А это точно курица доктора нашего, Давыдова.

– Да не, показалось тебе. Курица у него другая. Более матёрая, а эта вся в блёстках, – прищурилась Ильинична и сделала шаг вперёд.

– Ну что ты замерла, режь линию, – прошипел Велиал и, оступившись, случайно пересёк одну из линий ангельской ловушки.

Глава 6

Пекаря никто к постели не привязывал, и когда мы вошли в комнату, он вскочил с кровати и бросился на Мазгамона.

– А-а-а! – завопил демон, рухнув на пол под весом тяжёлого тела. Пекарь был невысокий, но вполне упитанный, полностью оправдывавший профессию. – Уберите его, Денис! Денис, ты что, не видишь, что он меня хочет укусить⁈

– Да что же их исключительно к тебе-то тянет? – простонал я, и мы с помощником пекаря стащили брыкающегося и вырывающегося Брауна с этого придурка. – На кровать его, – отдал я приказ, и мы завалили пекаря на матрас, после чего к нам подскочил слегка помятый Мазгамон и простынёй весьма сноровисто привязал его к кровати.

– Я сумку принесу, – пробурчал Мазгамон, побежав к двери. Я же осматривал Брауна. Синяки на голенях, на передней брюшной стенке, при осмотре вёл себя крайне беспокойно. Его по-хорошему нужно в больницу, интересно, здесь такая имеется?

– Тебя как зовут? – спросил я у помощника пекаря.

– Яков, – мальчишка шмыгнул носом. – Что с господином Брауном? Он бесами одержим?

– Нет, – я задумчиво покачал головой. Всё говорило о том, что пекарь не знал об отравленной муке. – Это не одержимость. Я видел одержимых, так что это точно не оно, – криво усмехнувшись, я отошёл от кровати. – Кто ещё покупает хлеб у господина Брауна?

– Военные, – Яков тяжело вздохнул и посмотрел на меня исподлобья. – То есть не только Российская армия, но и французская.

– Просто волшебно, – я потёр лоб. – И, если я правильно понял, всем хлеб из одной муки делался.

– Ну да, – Яков пожал плечами. – У нас же тестомешалка артефактная есть. Нам вручную мешать не надо было, сколько надо булок, столько могли и испечь.

– А как французы хлеб забирают, если деревня на нашей стороне фронта стоит? – я внимательно смотрел на него.

– Это крайне условно, – Яков вытер нос рукавом. Видно было, что мальчишка испытывает облегчение от того, что находится сейчас не один на один с бешеным хозяином. – Забрать хлеб можно легко. Здесь же временной администрации Российской империи нет, а условную границу боестолкновения легко преодолеть, кто за ней тщательно следить будет? Вот когда у кого-то в глубоком тылу окажемся, тогда другое дело будет. А почему вы постоянно про муку спрашиваете?

– Потому что она отравлена, – хмуро ответил вошедший в комнатку лейтенант Таранов. – Вся, что есть на складе. Я только что проверил. Её сжечь по-хорошему надо к чёртовой бабушке.

– Выяснили, кто поставщик? – спросил я, глядя, как рослый Таранов отходит в сторону, давая пройти Мазгамону.

– В том-то и дело, что нет, – лейтенант покачал головой. – Если в книге бухгалтерской написана правда, то Браун купил муку у кого-то, кто предложил ему самую хорошую цену. Чтобы выяснить что-то, нужно ждать, когда он в себя придёт. Или ты знаешь, кто вам муку привозил? – повернулся он к Якову.

– Нет, не знаю. Мужики какие-то привезли сразу всю партию. Много, почти весь амбар заняли, – он снова шмыгнул носом.

– Там всего с десяток мешков осталось, какой амбар? – Таранов невольно нахмурился.

– Так ведь говорю же, много пекли, на две армии…

– А, так вот почему нет боевых действий, – протянул Мазгамон, набирая в шприц нейролептик и вкалывая лекарство пекарю, чтобы тот немного успокоился. – Если у нас только одна застава полегла, то со стороны неприятеля куда больше «одержимых», похоже.

– Твою мать, – лейтенант повернулся ко мне. – Курсант Давыдов, я должен уехать, чтобы всё доложить. Вы здесь справитесь?

– Яков, у господина Брауна машина есть? – я повернулся к мальчишке. Как-то мне неохота оставаться в пекарне, в то время как французы могут вычислить, что произошло, и приехать сюда, чтобы примерно наказать ушлого пекаря.

– Да, есть, и двигательный артефакт полностью заряжен, – закивал парень. – Только это не грузовик.

– Нам грузовик и не нужен, – я посмотрел на уснувшего пекаря. – В вашей дыре больница есть?

– Есть, – Яков снова закивал. – И даже весь персонал остался. Так-то почти все уехали, кому было куда уезжать, – добавил он, немного подумав. – Когда наше село в тылу окажется, тогда вернутся. Но больница есть.

– Ну, в таком случае, я поехал, – сказал лейтенант. Он спешил, и я его понимаю. Сейчас усилят разведку, и если на стороне противника действительно всё настолько плачевно, то появился шанс закончить эту вялотекущую войну. Неприятель оказался слишком далеко от своих баз снабжения и был вынужден закупать продовольствие у местных.

– Машину за нами прислать не забудьте, – напомнил я ему. – Покупать автомобиль у господина Брауна я не намерен.

– Разумеется, – ответил Таранов и вышел из комнаты, оставив нас с больным пекарем.

– Коля, побудь здесь с господином Брауном, я пока осмотрю машину и заберу учётные книги, может быть, мы сможем в них что-нибудь найти, – сказал я, направляясь к двери.

– Почему я здесь должен сидеть? – пробурчал Мазгамон, падая на стул и складывая руки на груди.

– Потому что эти пациенты тебя очень любят, – прервал я его нытьё и вышел в коридор.

Машина была похожа на ту, которую мне подарил Дмитрий в Аввакумово. Осмотрев её и выгнав из гаража, мы с Яковом быстро перетаскали учётные книги, и после этого поднялись наверх.

– Ну что, едем в больницу? – спросил хмурый Мазгамон, вскакивая со стула. – Только пускай его развязывает кто-то из вас. Он мне нос чуть не откусил, так что, увольте. – И вообще, – он подошёл ко мне и зашептал на ухо, – если вам так нужно вытащить из пекаря информацию, может, особое лекарство ему предложить? Можно его не до конца вылечить, а потом контрактик…

– Мазгамон, – процедил я сквозь зубы. – Ты издеваешься или совсем не понимаешь основных принципов местной магии? Если один раз можно списать на случайность, то два в нашем присутствии вызовет опасения.

– Ты преувеличиваешь, – фыркнул демон. – Если здесь сейчас можно телепортироваться, то кто сказал, что два братца не вернули в этот мир целебную магию?

– Вот когда вернут, тогда можешь экспериментировать. И вообще, откуда ты узнал про телепортацию? Тебя же не было рядом, когда мы с Велиалом об этом говорили, – и я посмотрел в кристально честные глаза Мазгамона.

– Это так важно? – буркнул он, потупившись. – Ладно, я сразу проверил, как только вспышку эту увидел. А тебе не говорил, чтобы не расстраивать, ты так бурно на всё реагируешь. Теперь понятно, почему ты по карьерной лестнице не поднялся, нет в тебе, Фурсамион, гибкости и желания экспериментировать.

– О чём вы шепчетесь? Что-то не так с господином Брауном? – прервал нашу перепалку помощник пекаря.

– Ну разумеется, – фыркнул Мазгамон. – Неужели ты сам не видишь, что с ним всё не так. Так мы повезём болезного в больничку или пускай здесь помирает?

Я покачал головой и подошёл к пекарю. У нас ушло довольно много времени на то, чтобы перетащить Брауна в машину и устроить его на заднем сидении.

– Ну что, как будем рассаживаться? – задумчиво спросил я, потому что Браун не оставил места даже для худого Якова.

– Никак, – Мазгамон вытащил из машины один из гроссбухов. – Везите его вдвоём. Это будет логично. А я пока посижу здесь, почитаю. Уж в чём-чём, а в разных договорах я очень хорошо разбираюсь, так что, может быть, действительно найду что-нибудь интересное. Только, Денис, не задерживайся, а то я как-то не очень люблю в последнее время одиночество.

Я внимательно на него посмотрел, а потом указал Якову на пассажирское сидение, схватил Мазгамона и оттащил его в дом.

– Ауру приоткрой, – почти приказал я.

– Чего? – демон захлопал глазами. – Зачем?

– Тебе сложно? – проворковал я, улыбаясь.

– Не сложно, – он слегка развернул ауру и расправил крылья. Они у него были небольшие и только-только накрывали холл. – И что ты хочешь здесь увидеть?

Я же осматривал его ауру и крылья. Вроде бы ничего особенного, обычный демон, не слишком сильный… И тут на крылья упал солнечный лучик, и мне показалось, что по нескольким перьям проскользнули золотистые искры. Помотав головой, посмотрел ещё раз. Нет, всё-таки показалось.

– Постарайся что-нибудь найти, – сказал я вместо ответа и направился к выходу. – Да, сделки ни с кем не заключай, кто бы сюда не заявился.

– Злой ты, Фурсамион, – вздохнул Мазгамон. – Всё время мне что-то запрещаешь, а сам даже не поинтересовался, как там курочка твоя поживает.

– Если бы с Мурмурой что-нибудь случилось, поверь, я бы это первым узнал, – и я вышел, оставив его одного.

Я был на сто пятьдесят процентов уверен, что меня он не послушает, и если действительно сюда кто-то явится, то сделке быть. И, возможно, не одной. Такая жажда бурной деятельности со стороны Мазгамона даже уважения заслуживала, и я вряд ли могу с этим что-то сделать. В этом мире у него получается удивительно часто спровоцировать людей на подобное. Насколько помню, в других мирах ему мало, что обламывалось. А может быть, всё дело в том, что он не требовал закладывать души. Ему для саморазвития самого факта заключённой сделки хватало.

Вернувшись в машину, я завёл двигатель и повернулся к Якову.

– Ну что, показывай, где здесь у вас больница.

Больница – это было слишком претенциозное название. Небольшое здание, куда мы привезли пекаря, было чуть больше медицинского пункта в Петровке, где принимала местных бабок прекрасная Диана Карловна. Но, как ни странно, одна из комнат была выделена под палату, а в крошечной ординаторской скучал пожилой врач. Он сидел за столом, положив на него ноги, и увлечённо читал книгу с полуобнажённой красоткой и брутальным парнем с пистолетом на обложке.

– Вы что-то хотели? – он окинул неприязненным взглядом мой мундир.

– Я привёз вам пациента, – сухо ответил я. – Это ваш пекарь, и у него эрготизм.

– Это невозможно, – врач опустил ноги на пол и поднялся. – Мука проходит стандартизацию, прежде чем попадает к пекарям. Не знаю, как в Российской империи, но здесь, в Швабии, всё очень строго.

– И тем не менее, господин Браун, видимо, решил извлечь сиюминутную прибыль, купив не проверенную муку, – я бросил образец ему на стол. Специально взял из открытого мешка, чтобы меня не обвиняли непонятно в чём голословно. – Идёт война, контроль в зонах, прилегающих к зоне боестолкновения, всегда ослаблен.

– Мне только одно непонятно, – врач поморщился, увидев тёмно-красные, почти чёрные вкрапления в муке, – почему ваш император схлестнулся с французским королём, а боевые действия ведутся на моей земле?

– Просто ваш герцог выбрал изначально не ту сторону, – я пожал плечами. – Не беспокойтесь, скорее всего, вы так и останетесь Швабией, слишком уж далеко от границ нашего государства ваше герцогство расположено.

– Да я и не беспокоюсь, – он пожал плечами. – Где этот неразумный? – вздохнул врач и крикнул. – Гретхен! Готовь палату, у нас тут сейчас на ближайшие дни будет весело. Я достаточно стар и ещё застал то время, пока контроль за мукой не получил государственный статус. Так что я видел, как беснуются отравленные.

– У вас есть всё необходимое? – спросил я, поворачиваясь на звук открываемой двери. В ординаторскую вошла медсестра. Высокая, на полголовы выше меня и раза в два шире. Похоже, им здесь не нужны санитары, чтобы особо буйных клиентов успокаивать.

– Да, вроде бы, – врач почесал висок. – Но если поделитесь нейролептиками, скажу большое спасибо, – он подошёл ближе и ткнул пальцем в мою змею на груди. – Иногда я себя спрашиваю, зачем в своё время дал клятву и обзавёлся этой гадиной. Но вам сложнее, тут уж не поспоришь.

– И в чём же сложность? – я вытащил упаковку ампул и протянул ему.

– Вы прежде всего офицер и обязаны воевать, если возникнет такая необходимость. А с другой стороны, вы врач, давший клятву, а она, как вам известно, не имеет границ. И вы будете обязаны оказывать помощь вашим врагам чуть ли не на поле боя. Конфликт клятв – это очень непросто, знаете ли, – он покачал головой и повернулся к медсестре. – Гретхен, помоги господину офицеру доставить этого придурка Брауна в палату. Ему, кажется, почти ворованный хлеб не в то горло пошёл. И кто после этого скажет, что судьбы не существует?

Брауна вытащила из машины Гретхен. Я попытался ей помогать, но она так на меня взглянула, что я быстро заткнулся и только проследил, чтобы его доставили прямиком в палату. Медсестра быстро и сноровисто привязала пекаря к кровати, хотя подобные меры в этом случае мне показались излишними.

– Я здесь останусь, с господином Брауном, – сказал Яков, заходя в палату. – За ним же ухаживать нужно будет.

Не отвечая мальчишке, я вернулся к машине. В принципе, это вполне понятное желание – быть сейчас подальше от пекарни. Я бы тоже не отказался. Надо забрать Мазгамона и дождаться машину где-нибудь здесь, хотя бы вон в том кафе. Оно открыто, но посетителей по понятным причинам нет, так что вполне можно будет поесть и поговорить.

Я успел вернуться к пекарне, когда небо начало очень быстро затягиваться тучами. На крыльцо вышел Мазгамон, услышавший, как я подъехал.

– Я тут сидел и много думал, пока тебя не было так непозволительно долго, и никто не захотел составить мне компанию. А почему, собственно говоря, этот мальчишка не заболел вместе с пекарем? Он что, не ест хлеб или у него целиакия? – задал он мне вопрос в лоб. – Он же тоже должен постоянно контактировать с мукой.

– А ты вообще таких слов знать не должен, – хмуро отозвался я, задумавшись. – Может, он и не ел хлеб, приготовленный из этой муки. А может быть, здесь что-то другое.

– Ладно, не забивай себе голову. Пускай высшее начальство разбирается. Тем более что мне тут удалось кое-что нарыть, и с помощником пекаря это на первый взгляд не связано, – начал демон, поглядывая на самую большую тучу, зависшую, казалось, прямо над нами. – Думаю, нам нужно будет с тобой съездить в одно интересное место… О, Господи! А этим уродам что здесь нужно⁈ Велиал же сказал, что братцы сидят под домашним арестом! – и он указал пальцем вверх. Я посмотрел в ту сторону и выругался. Прямо из тучи отделилось четыре фигуры на лошадях, направляясь прямиком сюда.

* * *

Велиала отшвырнуло к противоположной стене. Люцифер с Михаилом во время его полёта предусмотрительно расступились в стороны, и Падший пролетел между ними, довольно сильно приложившись спиной о стену.

По стене пошли трещины, а в месте, куда прилетел Велиал, осталась внушительного размера вмятина. Падший сел на пол, тряхнув головой, и пристально посмотрел на внимательно смотревшую на него курицу.

Медленно повернувшись в сторону подбежавших к проходу бабулек, Мурмура расправила крылья и угрожающе заквохтала. Сорвавшиеся с перьев золотистые молнии полетели в сторону старушек, но они профессионально увернулись, пропустив эту пробную атаку мимо себя. Вокруг бабулек появилось яркое золотистое свечение, и следующая атака курицы, куда более сильная, чем предыдущая, просто отрикошетила от этого защитного контура. На этот раз уворачиваться пришлось Михаилу, потому что молнии отрикошетили в его сторону.

Взмахнув крыльями в очередной раз, курица подпрыгнула и послала в сторону хозяек дома волну неоформленной магической энергии, тут же трансформировавшейся в таран. Охотницы на монстров немного покачнулись, но никакого вреда от направленного воздействия уже усиленного неоднократно фамильяра не получили.

Мурмура наклонила голову набок и сделала несколько неуверенных шагов назад, вплотную подойдя к линиям ангельской ловушки.

Никитична не стала долго думать, а просто накинула на Мурмуру какую-то сеть, сразу же обретшую форму устойчивой клетки. Прутья клетки начали светиться синим светом, не давая курице переместиться к своему хозяину. В разные стороны полетели молнии, огненные шары и металлические иглы, но по силе все атаки были настолько слабы, что не смогли причинить никакого серьёзного ущерба.

– О, ангельская клеть, – Велиал сразу опознал оружие небесного легиона, подавляющее не только магию, но и блокирующее ангельские силы. Падший поднялся на ноги, стряхивая с головы штукатурку и другой строительный мусор. – Надо будет по Пустоши полазить. Может, узнаем наконец, что произошло с нашими братьями. Если, конечно, выберемся отсюда.

– Вы чего это удумали? – сжала губы Никитична, поигрывая топориком. – Говорила же, что демоны это проклятые, а вы не верили. Не переступайте пока черту, мало ли, вдруг они опаснее, чем тот, который нам сделки помог оформить.

– Да не демоны мы, – процедил сквозь зубы оскорблённый до глубины души Михаил, выходя из-за стола. – Мы ангелы!

Бабульки переглянулись и засмеялись. Посланник Небес неуверенно покосился в сторону перебирающего карты Люцифера.

– Вот умора, – продолжая смеяться, проговорила Дарья Ивановна. – Слушай, да у них, скорее всего, с головой беда. Придумать такое. Да и смотрите, кто-то защитные знаки разрушить смог, они в любое время выбраться отсюда смогли бы, если точно демоны. Надо их проверить да отпустить. Ангелы, придумали же такое.

– А что не так? – продолжал недоумевать Михаил.

– Так, ангелов не существует, – упёрла руки в бока Дарья Ивановна. – Коли были бы они, разве допустили того, что произошло на Пустоши в своё время. Так что, хватит брехать. Ильинична, тащи тот топор, сейчас узнаем, демоны они или нет. Да и курицу эту надо приговорить по-быстрому, пока не вырвалась. Явно с Мёртвой Пустоши сюда забрела.

– Какой топор? – уставился на неё архангел, а затем повернулся к братьям. – Да что вы стоите, может, поможете хоть немного?

– Чем? – удивлённо посмотрел на него Люцифер. – Я даже сделку им предложить не могу, они уже и так все контракты подписали. А дипломатия не мой конёк. О, а вот и туз. А я думал, ты его из колоды убрал.

– Да что же это такое⁈ – из коридора раздался яростный крик, и прямо в толпу неожидающих атаки со спины старушек влетел призрак, яростно сжимающий в руках садовую лопатку и какой-то извивающийся отросток. – Второй раз уже одно и то же!

Сбив бабулек с ног, он влетел в центр комнаты и сразу же вскочил на ноги, тряся в руках отростком сильфия.

– Где этот поганец! Если я снова лишусь своего драгоценного цветка, то убью его, и эту паршивую курицу! – вопил он, тряся лопаткой перед носом находившегося в ступоре Михаила. – Зачем эта погань крылатая меня призвала? – продолжал вопить призрак.

– А вы кто? – наконец проговорил Михаил, косясь на поднимающихся с пола и переругивающихся бабулек, и двумя пальцами отодвигая лопатку от своего лица.

– Давыдов Фёдор Васильевич, – сквозь зубы процедил призрак, после чего сделал шаг назад, чувствуя исходящую от собеседника ауру. Связываться с архангелом ему не сильно хотелось, тот мог его развеять одним щелчком пальцев. А покидать этот мир так скоро он категорически не хотел. – Курица где? – спросил Фёдор, не сводя взгляда с архангела. Михаил просто указал пальцем на клетку, в которой бесновалась Мурмура. – А Денис где?

– Нет его здесь, он Мурмуру нам отдал, чтобы помочь, – произнёс Велиал. – Фёдор Васильевич, вы бы не могли нас вытащить отсюда? – улыбнулся он, разглядывая призрака.

– А мне это зачем? – сжал губы Фёдор и начал медленно двигаться в сторону клетки, чтобы вытащить оттуда фамильяра Давыдова и убраться отсюда. А то недобрые взгляды переговаривающихся между собой старушек ему не слишком нравились.

– Найдите Галку, только она может духов упокоивать, – распорядилась Матрёна Ильинична. – А мы его пока здесь задержим. Эх, давно этой погани не было на наших землях.

– Кого вы тут упокоивать собрались, совсем свихнулись на старости лет, – пришёл в себя Фёдор и полоснул лопаткой по линиям ловушки, прекрасно понимая, чего хотят запертые в комнате архангелы. – Надеюсь, мне это зачтётся, – пробормотал он и бросил сильфия в стоявшую первой в проходе старушку, вытащившую из кармана какую-то палку, от одного вида которой, призрачные волосы на теле Фёдора встали дыбом.

В коридоре началась суета. Сильфий, почувствовав свободу и тепло человеческих тел, принялся охотиться за разбегающимися бабками в неукротимом желании размножаться. Призрак схватил клетку с курицей и полетел мимо бабулек. Оказавшись уже возле дома местной ведьмы, он распахнул клетку и, вытащив курицу, переместился вместе с ней на безопасное расстояние. К чёрту этого сильфия, у него ещё есть несколько отростков, требующих укоренения.

– Серьёзно? – Михаил подбежал к братьям, открывающим в этот момент проход прямо в центре комнаты. – В Ад?

– Можешь остаться здесь, – фыркнул Велиал. – Пускай проверяют тебя на демоническую составляющую, заставят компенсировать ущерб, а под конец пустят под какой-нибудь топорик. А я ещё слишком молод, чтобы так бездарно прекращать существование.

Он шагнул в появившийся разлом первым, пока бабульки были заняты схваткой с сильфием. Михаил остался один, и когда пролом начал закрываться, бросился в него вслед за Люцифером, успокаивая себя, что тщательно продуманное отступление – это совершенно не стыдно, и они сюда ещё вернутся.