Текст книги ""Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Александра Черчень

Соавторы: Марина Ефиминюк,Феликс Кресс,Алекс Ключевской (Лёха),Александр Анин,Илья Ангел,Влад Снегирёв,Татьяна Серганова,Ника Ёрш,Олег Ефремов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 332 страниц)

Глава 11

Ночью мне поспать снова не удалось, потому что в Петровке произошёл инцидент. Гальку Акимову выпустили на свободу, посчитав, что на этот раз она не слишком виновата в произошедшем с её сожителем. Уж не знаю, чем руководствовались следователи при этом. Вполне возможно, что они её отпустили намеренно, чтобы в эту злополучную Петровку никто посторонний больше не вошёл и не пробрался сквозь неё к Мёртвым пустошам. Ну а что, тоже верно. Гуляют они, похоже, с размахом и не слишком благожелательно настроены даже к себе, не говоря уж про пришлых.

Так вот, эта самая Галька решила устроить праздник в честь своего досрочного освобождения. Пока добиралась из Твери до дома, прикупила пару петард. На хрена она это сделала, так никто и не понял, наверное, душа настолько хотела праздника. В итоге одну из петард запустили прямо в комнате её убогой избушки, и она приземлилась аккурат в Галькиной тарелке. Как дом не сгорел, удивило всех. Но только потолок подпалило, да стол прогорел.

Ничего фатального и с людьми, решившими посетить сие увлекательнейшее мероприятие, не произошло. Её и парочку «гостей» слегка посекло осколками, которые я полночи и выбирал у неё из лица. Хорошо ещё, что глаза не задело. Ехать в Тверь Галька наотрез отказалась.

– Мне что, потом опять домой на перекладных добираться? – спросила уже протрезвевшая женщина. – Здесь клади. Ничего с Петрихой не случится, потерпит моё присутствие.

– Галя, а ты какое образование получила в своё время? – вкрадчиво спросил я, потому что сказанная фраза ввела меня в жуткий диссонанс.

– Да какая разница? – она посмотрела на меня с неприязнью, словно я задел очень неприятную для неё тему. – Что есть, всё моё. Так мне домой шлёпать, или хоть до утра подержишь?

– А чего тебя держать, ты что, буйная? – я усмехнулся. – Сколько пила до праздника?

– Думаешь, белку словлю? – она хмыкнула. – Не бойся, нет предпосылок.

Я внимательно на неё посмотрел. Если её протрезвить как следует, отчистить и марафет навести, то вполне симпатичная женщина получится. Это же надо было так себя довести! Я глянул в карточку. А ведь ей всего тридцать лет. М-да, даже мне таких, как Галька не понять.

– На слово не поверю, – предупредил я её. – Начнёшь куролесить, быстро скручу и бандеролью в Тверь отправлю, – бросив пинцет в лоток, я принялся стаскивать перчатки. – Таня, давай оставим эту красоту здесь. Не хотелось бы, чтобы лицо загнило, вся работа тогда насмарку пойдёт.

– Добрый вы человек, Денис Викторович, – улыбнулась мне Татьяна, дежурившая сегодня ночью на телефонах, и потащила Гальку в палату, куда ещё вечером мы подселили одну задорную бабульку с обострением желчнокаменной болезни. Что и в каких количествах она ела, бабулька так и не созналась, но со слов давно работающего тут персонала, она на недельку раз в два-три месяца к нам залетает. Потому что слово «диета» деревенские жители считают чуть ли не матерным.

Бабульку не оперировали, справлялись консервативными методами: большими дозами спазмалитиков и, да-да, той самой диетой. Видя на тарелке жидкую кашу на воде, бабка всегда орала, что её хотят заморить голодом, но это были уже нюансы.

– М-да, так меня ещё никто не называл, – пробормотал я, потерев подбородок, и ругнулся, наткнувшись на щетину.

Время тогда было уже семь утра, и начиналась привычная для больницы утренняя суматоха. Так что, подумав, я решил проверить Дмитрия и идти уже домой, чтобы не завалиться посреди коридора.

Войдя в палату Дмитрия, которую мы переоборудовали в палату интенсивной терапии, я молча протянул ему утку.

– Что, никто не хочет приезжать, чтобы сменить тебя на твоём посту? – он ухмыльнулся и взял протянутую тару.

– Да, наверное, откачивают тех, кто короткую спичку вытянул, – я подошёл к нему и отбросил в сторону тонкое одеяло, которым он был укрыт. – Так, катетер убрали, и если сам сможешь сейчас помочиться, то получишь трусы, а я пойду домой, чтобы уже отоспаться. Ты в любом случае в надёжных руках остаёшься, – и я кивнул на Наталью Сергеевну, суетящуюся возле стола. – Кстати, а куда делись следователи? Меня так и не опросили.

– Я поинтересовался у старшего следователя, о чём тебя нужно расспрашивать, чего я бы не знал? Предатели приехали вместе со мной, а ты попался вообще только потому, что мне захотелось с тобой поговорить наедине. Так получилось, случается, – он осторожно пожал обнажёнными плечами. – Так что они уехали, объявив, что вернутся, если у них всё-таки появятся вопросы.

Дмитрий протянул мне утку, и я удовлетворённо кивнул. Да, я был прав, он очень сильный маг, и это не могло не отразиться на выздоровлении. Если так дальше пойдёт, то уже завтра начну помогать ему присаживаться. Отставив утку, я продолжил осмотр. Монитор показывал вполне приличные показатели. Повязки были сухие, по дренажам сегодня ничего не отделялось. Через пару дней уберу их, чтобы уже ничего не мешало заживлению.

– Когда-то не так давно я думал, что стыдлив, – Дмитрий внимательно смотрел на меня. – И даже не представлял, что женские руки могут коснуться меня, не только лаская, – он явно намекал на некоторые интимные моменты, которые с ним проделывала Наталья Сергеевна, вроде извлечения катетера и мытья. – Как же быстро меняется наше мировоззрение!

– А вот не отказался бы ехать, и тебе предоставили бы медперсонал на выбор, – заметил я. – И не пришлось бы жертвовать стыдливостью. – Он не ответил, только зубы стиснул. Ну что за упрямый баран⁈

За стеной в это время послышались женские крики. Удар о стену чего-то довольно тяжёлого был полной неожиданностью. Потом раздался вопль дежурной сестры и временное затишье.

– Это что? – спросил Дмитрий, прислушиваясь к воцарившейся тишине.

– Женская палата. Ты же занял одну из двух, поэтому приходится им ютиться в оставшейся независимо от отношения друг к другу, – усмехнулся я. Цесаревич ничего не ответил, только хмуро на меня покосился.

Да, я теперь при каждом удобном случае, пока Дмитрий находится здесь, буду ему сообщать, что всё, случившееся в этой больничке, произошло только потому, что он остался. Может, и согласится в конечном счёте побыстрее свалить отсюда в менее шумное и более комфортабельное место. Ещё день-два и его точно можно будет спокойно перевозить, не беспокоясь о состоянии и ране.

– Тебе не скучно? – спросил я, когда понял, что продолжения концерта за стеной вроде как не намечается.

– Нет, я же здесь не один. Со мной всегда кто-то находится, – он выдохнул и прикрыл глаза. – Тем более за стеной у меня появились вполне задорные соседки. Но если ты мне принесёшь книгу…

– Не принесу, – я покачал головой. – Вот когда мы тебя поднимем, и ты начнёшь расхаживаться, тогда и вернёмся к этой теме. А пока извини. Но я сейчас нахожусь в активном поиске сиделки. Если удастся подходящую найти, то попросишь её почитать тебе. Сейчас тебе помогут немного одеться и сменят бельё, – сообщил я Дмитрию, снова подходя к постели. – А я всё-таки пойду посплю. Ничего не соображаю, если честно. Часов через шесть-семь вернусь. Надеюсь, что кто-нибудь к этому времени приедет. Я, зевая, направился к двери: – И очень надеюсь, что никто меня не будет дёргать, потому что в противном случае я за себя не ручаюсь.

– Денис, зачем мне сиделка? – Дмитрий спросил это твёрдо, а обернувшись, я снова увидел, что он упрямо сжал губы.

– Давай сделаем так: если я смогу найти подходящую, то приведу её сюда, и тогда ты сможешь категорически отказаться от её услуг. Или не отказаться, тут ведь не угадаешь… – и я вышел из палаты, аккуратно закрыв дверь.

Немного подумав, решил посмотреть, как отдыхается моим пациенткам, а то они как-то подозрительно притихли. Открыв соседнюю дверь, я зашёл в женскую палату и остановился в дверях как вкопанный, во все глаза глядя на открывшуюся передо мной картину.

Надежды Петровны в палате не было. Галька спала, свернувшись на кровати в довольно компактный комок. А вот бабулька с обострением холецистита сидела на кровати и держала в руках стеклянную трёхлитровую банку. Банка была набита свежесваренными пельменями, которыми она активно подкреплялась, с завидной скоростью кладя один пельмень в рот за другим.

– Что тут происходит⁈ – рявкнул я, подходя к пациентке, имя которой позорно забыл и решительно выдернул банку из худощавых рук. Точнее, попытался вырвать. Той силе, с какой она вцепилась в свою собственность, позавидовал бы взрослый мужик.

– Вы что делаете? – возмущённо завопила она. Своим воплем она вырвала из крепкого сна Гальку, которая, вскочив на постели, начала озираться по сторонам, видимо, соображая, где вообще находится.

– Я вам что вчера говорил? – я стиснул зубы, стараясь держать себя в руках и продолжая тянуть на себя банку с пельменями. Они меня в этом Аввакумово решили довести, что ли, за столь короткий срок? Хорошо, что глаз ещё не дёргается, но, чувствую, уже скоро и это придёт.

– Чтобы я не ела ничего жирного, – недовольно пробормотала она. – Так я и не ем. Пельмешки куриные на пару сваренные, где в них жир-то? Да и сметанка обезжиренная. И супчик принесла доча без мяса даже. Гадость редкостная, но явно не ваша бурда, которой вы меня с утра накормить пытались. Вернее, со свету сжить, голодом заморив. Всё соблюдаю, чего вам ругаться?

– Нет, я говорил о том, что сейчас вам вообще есть нельзя, кроме пары ложек той самой бурды, которую вам утром дали, – проговорил я, отпуская банку. Похоже, тут что-то объяснять бесполезно. – А супчик-то какой был?

– Да свекольник обычный без мяса, я же говорила, – недовольно пробурчала она, ставя банку на тумбу рядом с кроватью. Видимо, я ей аппетит перебил, не иначе.

– Со шкварками, поди, – хмыкнул я, думая над тем, что делать-то? Смысла в консервативном лечении при таком подходе нет никакого. Проще было вырезать ей желчный к хренам собачьим и отпустить уже с миром домой. Вот только для операции тут много чего нет: опытного хирурга, анестезиолога и здоровья пациентки, способного выдержать операцию без осложнений.

– Естественно со шкварками. Что, суп совсем голый есть, что ли? – она даже удивилась моему тупому вопросу. Я же досчитал до десяти, чтобы не высказать всё, что о ней и её родне думаю, и только после этого ответил.

– Всё, хватит. Собирайте вещи. Как только машина освободится, поедете в Тверь, мне некогда с вами нянчится.

С этими словами я вышел из палаты, не обращая внимание на вопли бабульки. В этот момент я размышлял над тем, кого мне прибить в первую очередь: медсестру, которая не может уследить за тремя пациентами, или родственников бабульки, которые, очевидно, хотят её смерти.

Быстро уяснив, чем именно я недоволен, Ольга Васильевна, постовая медсестра, заступившая утром на сутки, миниатюрная симпатичная брюнетка, ломанулась в палату. Очень скоро оттуда раздались вопли бабки, периодически срывающиеся на ультразвук, и крик Гальки, советовавшей всем заткнуться, иначе она за себя не отвечает! Я даже пожалел несчастного Дмитрия, который всё это слышал. Ну зато ему явно сейчас не скучно.

Вытащив с приёма Старостина, я велел организовать доставку недисциплинированной бабушки в губернскую больничку, и наконец решил свалить из этого гостеприимного места, пока ещё что-нибудь не случилось.

Быстро переодевшись, почти бегом побежал к выходу, возле которого стояла машина. Идти домой было лень, поэтому попрошу, чтобы меня отвезли. Настя сидела на приёме в амбулатории, Владимир Семёнович осматривал взрослых. Меня никто пока не дёргал. Всё-таки высокопоставленный пациент не давал никому расслабиться, и меня ради этого даже освободили от амбулаторного приёма. Хотя, как освободили? Даже не спрашивали, просто сами поняли, что вести его сегодня я не стану ни при каких раскладах.

Когда я уже подходил к дверям, ко мне подбежала Надежда Петровна.

– Денис Викторович, – она перегородила мне дорогу, – а когда вы меня отпустите домой?

– Как только у вас показатели крови к приличному уровню придут, – ответил я и попытался её обойти, чтобы проскользнуть в дверь. Но, это я сделал зря, не подумав, так сказать.

– В таком случае переведите меня в другую палату, – категорично заявила женщина, скрестив руки на груди. – Я не могу лежать вместе с Галькой Акимовой.

– А я не могу вас перевести в другую палату, потому что там у меня находится мужчина. Это если не брать во внимание, что он ещё даже не вставал после операции, – я повторил её жест, сложив руки на груди. – Надежда Петровна, не нужно на меня давить, это бесполезно и приведёт только к тому, что я немного разозлюсь и отвезу вас в губернскую клинику независимо от подписанного вами отказа. И мне ничего за это не будет, потому что я числюсь врачом-стажёром и вряд ли задержусь в этой больнице больше чем на два месяца моей стажировки. А теперь дайте мне пройти.

К счастью, в этот момент из палаты Дмитрия вышел Саша. Увидев, что происходит, он подскочил и, обаятельно улыбаясь, оттащил возмущённо пыхтящую женщину от меня. При этом он что-то ей нашёптывал, гася бурю в зародыше. М-да, вот из кого первоклассный демон перекрёстка получился бы. Подозреваю, что он самого Асмодея ухитрился бы на сделку развести.

Покачав головой, выскочил из больницы и уже через пять минут заваливался дома на кровать. Отрубился, похоже, ещё в полёте, не реагируя на любые внешние раздражители и даже толком не раздевшись.

Разбудил меня шум, идущий из кухни и приглушённые ругательства. Приоткрыв один глаз, я посмотрел на часы. Ого, уже шесть вечера! Неплохо я так заснул.

– Ах ты, паразитка такая! – грохот усилился, а вопль Насти разбудил меня окончательно.

– Что стряслось? – спросил я, заходя на кухню. По дороге бросил взгляд в зеркало и попытался пригладить стоящие дыбом волосы.

– Мышь перегрызла провод на выключателе, и теперь мы остались без света, – Настя вылезла из-под стола, где располагался выключатель, и показала мне на валяющийся на полу провод.

– И как её не прибило? – спросил я, пытаясь сообразить, как это вообще произошло?

– Понятия не имею, – Настя развела руками, чуть не плача. – И что мы будем делать?

– При свечах сидеть, что же ещё? – я поёжился. По обнажённой груди пробежал холодок. – Фёдор, выходи, – раздражённо проговорил я, складывая руки на груди. Призрак сразу же появился перед нами, а потом заглянул под стол.

– Интересное расположение выключателя, – проговорил он задумчиво. – Весьма оригинально и подходит для ленивых людей, которые не хотят делать зарядку.

– Фёдор, ты появился, чтобы выразить нам своё восхищение оригинальным расположением выключателя? – спросил я, не переставая хмуриться.

– Нет, я пришёл спросить, чем таким важным занят твой кот, если мыши вот так нагло пролазят в дом и грызут проводку? – спросил дядюшка, выпрямляясь.

Мы все как один повернулись к Барону, сидевшему здесь же на кухне на табурете и философски наблюдающему за творящейся суетой. Он посмотрел на нас прищурившись, как будто спрашивая: – Вы совсем ополоумели? Я что, себя на помойке нашёл, чтобы за какими-то грязными мышами гоняться? Вам надо, вы и ловите этого мыша, а к порядочному котику не приставайте.

Обматерив нас взглядом, кот соскочил с табурета и направился к выходу из дома, гордо задрав голову и хвост. Наверняка к Мурмуре жаловаться пошёл. Они друг друга неплохо поддерживают, когда чувствуют явную несправедливость этого мира по отношению к несчастным животным.

– Надо мышеловку купить, – наконец сказала Настя, поднимаясь со стула. – Пока ещё светло, я приготовлю ужин. Степан Егорович мне поможет. А ты сейчас к его высочеству пойдёшь? – спросила она, поворачиваясь ко мне.

– Да, только проснусь окончательно, – и я зевнул, взлохмачивая волосы ещё больше. – Интересно, когда бригада уже приедет?

– Насчёт бригады, – проговорил призрак. – Я ведь спешил сюда, чтобы передать, они приехали. Сейчас разгружаются. С ними серьёзный человек прибыл. Если не ошибаюсь, князь Безносов.

– Что же ты молчал? – процедил я, бросаясь к ванной, чтобы привести себя в порядок. И тут входная дверь открылась, а у меня на шее повисла очаровательная девушка.

– Денис, это ужасно! Мы так волновались! Ты в порядке? – затараторила Ольга и принялась меня ощупывать. Не найдя ничего криминального, заглянула мне в глаза: – Я с князем Безносовым приехала. Его величество нам позволил воспользоваться военным дирижаблем до Твери. Правда, летели вокруг, огибая пустоши, но всё равно быстрее, чем поездом.

– Тише, спокойно, – я слегка улыбнулся, глядя на её взволнованное личико. – Ты же не только ради меня приехала?

– Егорыч сказал, что у вас беда с сиделками. Благородным девушкам не стыдно ухаживать за страждущими, нуждающимися в помощи, – сказала Ольга, с вызовом посмотрев на меня.

– Особенно когда этот страждущий – Великий князь Дмитрий, – я хмыкнул. – Знаешь, я ведь был уверен, что ты нас не оставишь в столь затруднительной ситуации. Знакомься пока с Настей и дядюшкой Фёдором, а я пойду приведу себя в порядок, и мы отправимся творить добро. Главное, чтобы твой подопечный не сбежал, – пробормотал я так, чтобы Ольга меня не расслышала. – С него станется. Не захочет, чтобы ты его видела в таком виде и свалит через окно. Но это будет уже проблема бригады и князя: отловить, и снова подлатать. Я же наконец избавлюсь от этой мороки да с князем переговорю, может, за все мои заслуги меня наконец освободят от этого ада в виде практики в этом проклятом Аввакумово?

Глава 12

Дядюшку я нашёл в своей комнате, когда вернулся туда, чтобы переодеться. Он с задумчивым видом стоял возле дивана, где я спал, и разглядывал лук, всё ещё лежавший на нём где-то в ногах. Времени, чтобы позаботиться о его хранении у меня пока не было.

– Интересная вещица, откуда она у тебя? – повернулся он ко мне, потирая подбородок.

– Оттуда же, откуда и росток твоего чудо-подорожника, – я пожал плечами, доставая чистую одежду из шкафа. – Только не говори, что тебе известно, что это такое. Я начну тебя бояться и сдам в столичную библиотеку в качестве энциклопедии, чтобы люди не тратили время, ища информацию в пыльных книгах.

– Не обольщайся, – усмехнулся он. – Я понятия не имею, что это такое. Но от него веет силой, причём потусторонней силой. Я с таким никогда ещё в своей жизни не сталкивался. А магом при жизни я был очень сильным. Не уверен точно, да и проверять это особо не хочу, но мне кажется, что стоит мне только прикоснуться к луку, не говоря уже о стрелах, и меня тут же развеет прахом без права на перерождение.

– Вот, значит, как? – я покосился на оружие с уважением. Для чего пришибленному на всю голову некроманту было необходимо столь грозное оружие?

– Я тебе больше скажу, этой силы вполне достаточно, чтобы изгнать из тела человека потустороннюю сущность. Видишь наконечники стрел? Такими вряд ли можно убить. Но именно энергия, исходящая от них, наводит на меня какой-то первобытный страх, – поморщился призрак, покачав головой. Странно, но почему я этого не почувствовал? Всё-таки я не вселялся в тело Дениски, а стал им, поэтому некоторые законы, касающиеся демонов, могут идти лесом, то есть, мимо меня. – Спрячь его и никому не говори о подобной находке. Овладеть подобным захочет очень много людей. И нелюдей тоже.

Я серьёзно кивнул и, взяв в руки лук, повертел его в руках. После чего оглядел комнату и, не придумав ничего лучше, запихал его под диван. Туда же пошёл колчан со стрелами. Всё лучше, чем на виду им лежать.

– Ты неисправим, – хмыкнул призрак, проплывая мимо меня. – Попрошу Барона, чтобы следил за ним. Это будет гораздо лучше, чем-то, что ты придумал.

– В каком смысле попросишь Барона? Он же кот!

Но мой вопрос остался без ответа. Дядюшка, видимо, решил, что разговор на этом закончен, и растворился в воздухе. Ну и ладно, не очень-то и хотелось мне с ним долго общаться. Махнув рукой на дядюшку, я наконец переоделся и вышел из комнаты, чтобы найти сестру и отправиться в больницу.

Ольга ждала на кухне, когда я приведу себя в порядок. Она сидела за столом и с любопытством наблюдала за Настей, суетящейся возле стола. Прежде чем пойти к ним, я позвонил в больницу и попросил прислать за нами машину, а потом остановился в коридорчике перед входом на кухню, прислушиваясь, о чём говорят девчонки.

– А вы не можете нанять прислугу хотя бы приходящую? – наконец спросила сестра. – Денису выделили достаточно денег, чтобы он ни в чём себе не отказывал.

– Степан Егорович нанял женщину, которая будет приходить три раза в неделю, чтобы прибраться и забрать в стирку бельё. Он сказал, что даже договор составил, староста его заверил, у него есть подобные полномочия. И оплатил на полгода вперёд. То есть, когда Денис уедет, мне не нужно будет никого искать, потому что всё уже оплачено, – Настя скинула в кастрюлю картошку. Запахи стояли фантастические, и у меня рот мгновенно наполнился слюной. – Мне несложно еду приготовить. Тем более что я даже продукты не покупаю.

– А я не умею готовить, – задумчиво произнесла Ольга. – И вот сейчас, глядя на тебя, я задаю себе вопрос: а почему я не умею готовить? Ты можешь меня научить?

– Вряд ли у тебя будет много времени, чтобы учиться, – Настя улыбнулась, сверкнув ямочками. – Ты же приехала, чтобы ухаживать за Великим князем, если я правильно поняла. Думаю, что как только его можно будет перевозить, приехавшие врачи найдут те слова, которые повлияют на его высочество, и вы уедете.

– А вот на это я бы не рассчитывал, – я прервал их милую беседу, заходя на кухню. – Даже я не смог найти тех слов, что заставили бы Дмитрия уже оставить нашу больничку. Это было бы самым разумным решением. Ради его же собственной безопасности, как минимум. Но к голосу разума он не прислушивается, продолжая делать жизнь населения Аввакумово невыносимой. И правда, чего им расслабляться, пусть побегают, будто соседства с пустошами им мало, – проговорил я, глядя на то, как Настя умело управляется ножом.

Было видно, что научилась она этому не только что. И это странно, учитывая то, кем являются её родители. Доктора даже не из высшего общества стояли в социальной лестнице достаточно высоко, чтобы избавить себя от надобности готовить еду и убирать в доме. Но она сама вроде что-то говорила о приходящей прислуге, в задачи которой готовка еды, похоже, не входила.

– Ну что ты такое говоришь! – возмутилась Ольга, сверкнув в мою сторону глазами. – Великий князь Дмитрий не такой.

– Да, не такой. На самом деле, он ещё хуже, – сразу же согласился я с её утверждением. – Более упрямого барана я в жизни не встречал. Так что, боюсь, они здесь застрянут до его полного выздоровления, – я повернулся к Ольге, вынеся очевидное заключение. – Ну что, пошли? Я тебя отведу, поговорю с этим князем, который тебя любезно сюда привёз, да передам Дмитрия бригаде. И вернусь домой.

– Хорошо, тогда поужинаем вместе, я как раз рагу доделаю, – и Настя снова улыбнулась.

– Скажите, а вас не смущает, что вы живёте вместе? – кажется, Ольга только что поняла, что тут что-то не так.

– Нет, не смущает, – Настя пожала плечами. – И мы не вместе живём, а в одном доме. На разных этажах, к слову. К тому же мы практически не встречаемся. Наша работа исключает случайности. Более того, мы с Денисом больше всего времени вместе провели, когда я ассистировала ему на операции.

– Бр-р, – Ольга поёжилась. – До сих пор не пойму, что тебя заставило всё-таки выбрать эту профессию?

– Оль, почему у меня создаётся впечатление, что ты сейчас тянешь время? – спросил я, беря сестру за руку и таща её за собой. – Ты не хочешь увидеть Дмитрия?

– Я боюсь, – ответила Ольга, когда я всё-таки вытащил её на крыльцо. – А вдруг он… – она закусила губу.

– Оля, ты его любишь? – я внимательно посмотрел на неё.

– Я не знаю, – она покачала головой. – Но когда Егорыч сказал, что его сильно ранили, и что он может не выжить, у меня чуть сердце не остановилось.

– Это всё, что я хотел услышать. В этот момент к нашему дому начала выворачивать машина, и я указал на неё Ольге: – Пошли, это за нами.

Как только мы сошли с крыльца, во двор вышла Мурмура. Она с важным видом продефилировала мимо Ольги, как обычно бросив на меня злобный взгляд.

– Это курица Лизы, – внезапно тихо проговорила Ольга. – Откуда здесь оказалась курица Лизы? – и она повернулась, ткнув меня пальчиком в грудь. – Когда я сходила с ума, искала эту курицу по всему дому, ты сказал, что не видел её!

– Потому что я её не видел, – спокойно ответил я. – Эта курица оказалась в моём купе, а потом мы с ней выяснили путём нескольких проб и ошибок, что она мой фамильяр. Как ты понимаешь, я не могу отдать её Лизе, как бы мне этого ни хотелось.

– Фамильяр? – Ольга внимательно посмотрела на меня. – Но, Денис, у тебя же не может быть фамильяра. Твои магические каналы…

– Заработали как надо, – я криво улыбнулся. – Дерево, упавшее на варана княгини Гнедовой… Мне продолжать?

– Нет, – она покачала головой, а потом, взвизгнув, бросилась мне на шею. – Ох, Денис, я так рада! Но почему ты нам ничего не сказал?

– Я думал, что это очевидно, – приобняв Ольгу за плечи, подтолкнул её к машине. – Пошли, нам нельзя машину надолго занимать, вдруг вызов поступит, на чём фельдшер к страждущему поедет? На коне галопом? И не лезь к Мурмуре лишний раз, она у меня немного психованная. Не думай, что ты её знаешь, характер этого исчадия очень сильно изменился в худшую сторону, – предупредил я сестру, одарившую меня при этом скептическим взглядом. – И потом не говори, что тебя не предупреждали.

Когда мы подошли, я увидел за рулём Диму. Он же в это время уставился на Ольгу, глупо хлопая глазами. Ну да, сестрёнка красавица, но зачем же вот так реагировать?

– А ты что, вечный дежурный? – спросил я, подсадив Ольгу в салон и устраиваясь рядом с ним.

– Да Михалыч на смену не пришёл. Загулял опять, наверное, собака, – Дима, покосился в зеркало заднего вида, словно пытался разглядеть в нём Ольгу. – А это…

– Это Ольга Викторовна. Она моя сестра, приехала, чтобы помочь ухаживать за нашим высокопоставленным больным. И, Дима, смотри на дорогу, – посоветовал я ему. Водитель вздрогнул, помотал головой, и машина понеслась к больнице. – Вот так-то лучше, – проговорил я, отворачиваясь к окну.

На крыльце нас уже ждал фельдшер. Это был третий фельдшер, работающий в Аввакумовской больнице. Высокий, на полголовы выше немаленького, надо сказать, Дениса. Звали его Сергей, и он, судя по всему, не слишком любил свою работу.

– Поехали, – кивнул он Диме, садясь на моё место.

– Куда? – Дима обречённо закатил глаза.

– Баба Клава вызвала, – хохотнул Сергей.

– Да сколько можно! – выдохнул водитель. – Каждый день да по нескольку раз. Что вы с ней делаете такого, что без скорой она жизни не представляет? – раздражённо проговорил Дмитрий.

– Поверь, уже ничего. Сначала действительно старушке пытались помочь, таскали в Тверь на обследования всякие, но потом поняли, что ей это не нужно. Тут главное – общение, – пояснил он мне.

– Смотрите, не прохлопайте ничего серьёзного, – хмыкнул я, вспоминая, что говорили нам на лекциях про таких пациентов.

– Да не, к своей работе мы серьёзно относимся. Да и знаем её как облупленную. Если что не так, сразу же вам привезём, не переживайте, – заверил он меня с улыбкой, от которой сразу стало не по себе.

– Так, не увезите нашу добровольную сиделку, – я распахнул дверь и вытащил из салона Ольгу.

– О… – Сергей расплылся в улыбке.

– Это сестра Дениса Викторовича, – сразу же обломил его Дима.

– Да я сразу так подумал, они же похожи. Поехали, к бабе Клаве лучше поторопиться, иначе скандал закатит. Благо она меня ненавидит, так что пару дней дёргать не будет, – и машина рванула с места.

Я же ещё раз внимательно посмотрел на Ольгу. Да, она очень красивая, но, наверное, я слишком избалован суккубами, раз вижу в ней всего лишь красивую девчонку, но не более. Хотя, вполне возможно, это говорит моя настройка на то, что она моя сестра, а с сёстрами нельзя ни при каких обстоятельствах.

– Что? – Ольга невольно нахмурилась.

– Пытаюсь понять, когда ты умудрилась вырасти, стать взрослой и начать сводить мужчин с ума, – почти честно признался я.

– Денис, ты говоришь глупости. Конечно же, я не свожу мужчин с ума, – фыркнула она и решительно открыла дверь. – Мы идём? Или постоим на крыльце и двинем в сторону твоего убогого временного дома?

Вместо ответа я втолкнул её внутрь и вошёл следом. Переодеваться я не планировал, потому что не собирался оставаться здесь надолго. Заглянув в диспетчерскую, сдёрнул с вешалки халат, набросил на плечи и повернулся к ожидающей меня сестре.

– Нам сюда, – и я повёл Ольгу сразу в палату к Дмитрию. Надеюсь, Наталья Сергеевна не ушла домой отсыпаться и сумеет подобрать ей какую-нибудь одежду, более подходящую для ухода, чем дорогой наряд, в котором Ольга красовалась.

Старшая медсестра была здесь. И кроме неё в палате не было никого. Хотя сама палата преобразилась. Монитор новый, аппарат ИВЛ тоже новый. Он был вот прямо сейчас не нужен, Дима прекрасно раздышался сам. Но, вроде, его должны будут оставить, так что пускай стоит на всякий случай.

– А где светила из губернской клиники? – спросил я, немного нахмурившись.

– Вероятно, в ординаторской, – поджав губы, ответила мне Наталья Сергеевна.

– А…

– А средний персонал они с собой не привезли. Наверное, решили, что у нас здесь полно работников. Зачем напрягаться? – ответила она, хотя я так и не озвучил вопроса. – Его высочество стабилен. Я отправила Сашку отдыхать. Утром он меня сменит.

– Замечательно, – процедил я, машинально поглаживая змею с чашкой на лацкане мундира. Повернувшись к нахмурившемуся Дмитрию, я широко улыбнулся. – Я тут сиделку тебе нашёл. Правда, почти по объявлению. Но она обещала стараться и работать за еду, – произнёс я максимально пафосно и вытащил из-за спины слегка упирающуюся Ольгу. – Вот. Подходит тебе такая?

– Оля… – он моргнул и посмотрел на меня. – Зачем?

– Да потому что другую ты бы не принял, – резко ответил я. – А нам действительно нужна сиделка. Наталья Сергеевна скоро свалится рядом с твоей кроватью. У нас тут населения меньше, чем во дворце тебе прислуживают, – отрезал я, в очередной раз напоминая, в какой ситуации мы из-за него находимся. – Ты хоть и стабилен, но сам не сможешь пока даже утку с пола поднять.

– Денис, я не хочу…

– А тебя никто не спрашивает, хочешь ты чего-то или нет, – оборвал я его. – Дима, я тебя понимаю, правда понимаю. Но терпи. Ты же мужчина.

– Денис, – Ольга развернулась ко мне. – Дмитрий не хочет меня видеть?

– Он не хочет, чтобы ты видела его беспомощным, – успокоил я сестру.

– Мне нужно переодеться. У вас есть во что? – твёрдо сказала Ольга и подошла к Наталье Сергеевне.