Текст книги ""Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Александра Черчень

– А зачем они нас пленили, хотят изнасиловать? – поинтересовалась Ворона, глядя, как дроу делят их сокровища между собой.

– Если бы хотели, то уже давно это сделали. Лучше бы изнасиловали, тогда бы у нас оставался шанс с ними подраться, – Таисия не успела ни уйти в тень, ни оказать спросонья сопротивления, глупо попавшись из-за своей беспечности. Теперь сильно об этом жалела. – Они нас доставят на рынок рабов и продадут за щепотку нюхательного наркотика. Видишь, как они дёргают носом и сильно раздражены, сразу видно, что дроу испытывают ломку и сейчас готовы продать родную мать за очередную дозу.

– Да уж, мы своей слабостью подвели Бель и ребят, что застряли сейчас в первом отражении. Нам нельзя становиться рабынями, необходимо что-то придумать и постараться сбежать. До портала ведь совсем недалеко, он должен быть где-то рядом? – Ворона стала крутить головой, в надежде увидеть арку, что установил Оболенский.

– Да, мы где-то поблизости, я строила маршрут в этом направлении, но погрешности все же случаются. Мы сейчас можем находиться от портала в радиусе пяти километров, – вот совсем не обрадовала Таисия девушек, желающих хоть ползком уползти сквозь него. Но арки на поляне не было, они все же отклонились от курса, поэтому надежда на побег растаяла как дым.

Поделив трофеи, дроу взвалили девушек себе на плечи и вскарабкались с тяжёлой ношей на вершины деревьев, решив двигаться, словно обезьяны, перепрыгивая с ветки на ветку. Девушки зажмурили от страха глаза, когда земля проносилась где-то далеко под ними. А ещё всех стало мутить от таких скачков верх и вниз, слабые желудки не выдержали, извергнув прямо на спины дроу свое содержимое. Вот только этот конфуз никого не смутил, дроу даже не обратили на это внимание, видно, пленников, что ловили, часто вот так на них выворачивало.

Спустя пару дней девушек доставили в какое-то поселение, где было много гоблинов, орков, оборотней, обросших густой шерстью, и других видов нелюдей, активно друг с другом общающихся. Все они не вызывали симпатии, лишь отвращение, а голодные взгляды и облизывание губ языком говорили о том, что все они – людоеды. На этом рынке торговали мясом, но не скота, а разумных особей, что удавалось пленить. И сейчас девушек заперли в тесную клетку, выставив на видное место на всеобщее обозрение.

– Они нас хотят продать, словно корм? – не поверила своим глазам Ворона, глядя на улюлюкающих вокруг дикарей, тыкающих пальцем и причмокивающих губами. А еще здесь смердело кровью и тухлятиной, ведь неподалеку разделывали кого-то, что сначала громко орал, а потом резко затих.

– Да, во втором отражении зачастую управляют инстинкты, разумных рас не так уж и много. А эти вообще являются извращенцами, любящими есть чужую плоть, – поведала Таисия о варварских нравах второго отражения. Ворона сглотнула, осознав свою участь.

– Я совсем не хочу, чтобы меня разделали, как свинью, и сожрали, словно деликатес, давайте хоть что-то придумаем, – взмолилась Ворона, пытающаяся снять с себя антимагический ошейник, ломая при этом ухоженные ногти…

* * *

Отпуск у автора подошел к концу, побывал на форуме писателей АТ в Петербурге, немного разгрузил мозги, теперь с новыми силами можно продолжить писать любимый цикл.

Глава 15
Собирательница грибов

Нулевое отражение,

заповедный лес

Молодая женщина, одетая, в простое скромное платье с лукошком в руках медленно брела между исполинских деревьев, внимательно вглядываясь в бурную растительность, что хаотично росла там, где никто не решался наводить порядок. Это была отведённая зона, где редкие виды животных и растений, что обладали разумом, жили в естественных условиях обитания. Они не размножались в неволе и быстро чахли в искусственных условиях, если переставали бороться за своё выживание. Одним из таких умных растений был гриб лнага, что создавал вокруг себя зону иллюзий, скрываясь от чужого взгляда. Его обнаружить совсем непросто, это можно было сделать, лишь сопоставляя между собой окружающую действительность. Например, часть куста могла иметь иные по форме листья, словно это было два разных растения, а не одно. Или распустился цветок в неположенное время года, опережая или, наоборот, опаздывая с вегетативным цветением. Да много несоответствий можно найти, если знать, куда и на что смотреть. Гриб ценился за свои свойства, позволял при его правильном приготовлении увидеть виде́ния прошлого, погружаясь в ностальгию. Ничего нового в изначальном мире не происходило, поэтому этот гриб ценился на вес золота. С его помощью можно было заставить других просматривать нужные события, тем самым не прибегая к насильственному допросу. Гриб обнажал все тайны, что невозможно было прикрыть мраком. Сборщики этого гриба весьма ценились, но и их тщательно проверяли, когда они сдавали добытый ресурс.

Аяна де Севиль вот уже двадцать лет занималась поиском и собиранием гриба лнага и знала этот лес как свои пять пальцев. Это было отнюдь не безопасное занятие, бродить одной по чащобе, где помимо странного гриба обитали небезопасные хищники. Девушка не обладала магией, так как её руку опоясывал тонкий стилизованный браслет, блокирующий мощный источник маны внутри. Она была путешественником, что ранее гуляла по мирам, пока её не схватили и не доставили в нулевое отражение. Ей ещё повезло, что мать смогла её долгое время укрывать от вездесущих преследователей, запросто находивших тех, кто оставлял после себя точки прорыва в пространстве. Мать учила её перемещаться лишь проторёнными дорогами, пользуясь лишь несколькими точками перехода. Мать также была путешественница и многое знала и умела, но всегда скрывалась от людей в безлюдных землях мало пригодных для жизни. Она когда-то тоже была в плену у Михаила, но ей посчастливилось бежать, и с тех пор она сильно опасалась других путешественников, вела уединённый образ жизни.

О своём отце Аяна ничего не знала, а мать не рассказывала, видно, это для неё не имело никакого значения. А вот для Аяны её семья, которую она неожиданно смогла создать в четвёртом отражении, имела до сих пор большое значение. Тогда, двадцать лет назад, её без сил и желания жить, бегущую по мирам от преследования, приютил один из магов, у которого лишь прорезался первый не самый полезный магический дар. Рядом с ним Аяна впервые нашла опору и поддержку. Сама, не осознавая как, полюбила этого грозного, но к ней бесконечно доброго человека. У них появился сын, кроха, но уже с мощным источником, что впоследствии должен стать путешественником. Она сильно испугалась за будущую судьбу сына, которому грозит пленение в мире Михаила и самая тяжёлая каторжная работа до конца его дней. Такой участи она не желала ребёнку, запечатав его дар до поры до времени. Когда он сможет стать сильным и взрослым, прокачает девять магических способностей, пользуясь лишь заёмной магией, что сможет собирать в накопитель, только тогда у него появится шанс разблокировать свой источник. Она оставила ему в подарок подвеску на память, выгривировав подсказки на ней, и попросила мужа купить сыну большое увеличительное стекло. Семейное счастье продлилось недолго, через три года на её след вышли охотники-путешественники, и ей пришлось снова бежать, уводя их подальше от собственного сына. Но в этот раз по остающемуся следу в пространстве её быстро нашли и пленили. Оказавшись с заблокированной магией, без возможности вернуться к своей семье, Аяне больше не хотелось жить. Именно поэтому она выбрала самую опасную работу по собранию грибов, что умеют наводить вокруг себя иллюзию. Аяна надеялась, что дикие звери не откажутся полакомиться ею, избавят её от плена. Но те, что обитали в заповедной чаще, были разумными видами и не собирались нападать на женщину, что их абсолютно не боялась и не проявляла агрессии. Так и бродила изо дня в день Аяна де Севиль по знакомому лесу, собирая растения и грибы, как и её мать где-то в иных отражениях. Надежду на то, чтобы хоть раз увидеть сына и встретиться с мужем, она гнала от себя прочь, как нечто неосуществимое. Ведь сына она могла увидеть лишь тогда, когда его схватят и пленят преданные псы Архангела Михаила…

Первое отражение,

возле замка Оркуса

Когда девушки не появились даже на третий день, не создав печать призыва для демона, я уже не знал, что и думать. Однозначно произошло что-то непредвиденное и страшное. Их могли поглотить тени изнанки, или убить, когда те окажутся без сил после долгого перехода, да ещё куча чего с ними могло произойти, фантазия подбрасывала мне сцены одна ужаснее другой. Бель тоже нервничала, но старалась не подавать вида в присутствии пернатых соглядатаев, что вынюхивали все про переходы сквозь отражения. Мой отряд решил их дружно игнорировать, делая вид, что не понимаем языка ангелов. Вот только необходимо было что-то делать, а не ждать с моря погоды, и для этого стоило поговорить с Бель. Я подошёл к ней, словно невзначай, завёл разговор о стратегиях и тактиках боя демонов, что она применяла в различных сражениях. Бель прекрасно меня поняла и начала рассказывать красочно, как они брали различные укрепления, перемещаясь ближе к полуразрушенному замку Оркуса. Это Серёга Ефимовский закидал своими метеоритами это вечное сооружение. Годы с ним ничего не могли сделать, а с десяток горящих снарядов снесли несколько не особо важных построек. По центру старились не бить, так как я находился в плену, а вот по периферии шмаляли, дабы внести хаос и сумятицу в оборону противника. Бель вела меня к этой крепости, объясняя на ходу слабые места в обороне древнего сооружения. После того как скрылись из-под наблюдения ангелов, что провожали нас пристальным взглядом, она приложила палец к губам, велев зайти внутрь. В замке толстые стены из камня могли приглушить нашу речь.

– Нам нужно использовать артефакт времени, дабы вернуть девчонок назад. Думаю, что больше ждать уже нет смысла, – мы с Бель одновременно озвучили одну и ту же мысль. Это нужно сделать как можно быстрее, но перед тем как осуществлять возврат во времени, необходимо было передать Фросечке ценные указания. Ещё стоило собрать все накопители в отряде, дабы время повернуть вспять, иначе через пять дней нам девушек будет уже не спасти. И все эти манипуляции стоило провернуть под носом пернатых так, чтобы они ни о чем не догадались.

Для этого решил устроить полевую тренировку для своей команды с захватом замка, вдруг когда-нибудь пригодится. На нашу суету и беготню вокруг крепости пернатые особо не обращали внимания. Маги и демоны также были привлечены в качестве группы войск, поделившись на атакующих и обороняющихся. Убивать друг друга Бель запретила, но отработать тактику и стратегию посоветовала. Мы, естественно, были за тех, кто в замке, ведь стоило обсудить с ребятами ситуацию, собрать накопители и повернуть время вспять…

Вернувшись на три дня назад, когда Оболенский только очнулся, а девушки обступили парня со всех сторон, никто в отряде не верил, что всё завершилось благополучным образом. Тесты из воспоминаний парень с блеском прошёл, припоминая малейшие детали, что уже ускользнули у многих из памяти.

Шли активные обсуждения в отряде, каким образом всем вернуться домой. Бель не пожелала возвращаться с Люцифером во дворец, решив продолжить достраивать свои храмы. В этот момент Фросечка попросила общего внимания, сказав, что у неё для всех есть очень важная информация. Узнав, что девушки в этот раз не смогут призвать Бель, и не исключена вероятность их гибели, ребята долго обсуждали, что можно в данном случае сделать. Пришли к тому, что нужен допинг, дабы хватило сил дойти до конца, был выстроен новый маршрут с выходом в город змей, вместо леса оборотней, и расширен состав идущих сквозь тени. Клавдия как целительница умела снимать усталость и добавлять бодрости, задействуя скрытые резервы организма. В качестве охраны и мгновенной защиты к отряду присоединилась Кайла, что всех врагов превратит в камень. Максимилиан не захотел рисковать своей девушкой, поэтому отправился вместе с ней. А так как местом выхода был выбран город змей, а портал находился в королевском дворце, с ребятами вошёл в изнанку и Мишка Абрамович. Всемером мини-отряд Искателей отправился в долгий переход сквозь тени, остальные же решили не оставаться возле замка, а дислоцироваться ближе к месту перехода, что должен будет открыться в городе змей. Да и ангелы, что явятся на место последнего перехода сквозь отражения, уже не застанут здесь никого. С ними как раз встречаться желания у демонов не было…

Я сильно переживал за ребят, что сейчас прорывались в иной мир, так как именно из-за меня они оказались в смертельной опасности. Нервничал ещё и потому, что, вернувшись домой, буду представлять собой бомбу замедленного действия, которая неизвестно когда рванёт. С этим требовалось что-то делать и за советом обратился к эльфам – парням, в телах которых комфортно существовали метаморфы.

– Пашка, Лёха, вы не будете против, если я поговорю с Лиски и Хаски, у меня есть к ним вопросы, – обратился к членам моей команды, двум эльфам-блондинчикам, что делили тела с метаморфами. Против они не были, уступив место тем, кто знали толк в подчинении и захвате разума носителя. Мне сейчас был очень важен опыт метаморфов, что выживали именно таким способом.

– У меня есть подозрение, что архимаг мог притаиться в моём разуме и выжидает момент, когда мои магические способности восстановятся. Есть ли способ изгнать, подавить, а лучше всего уничтожить ментального подселенца в моём теле? – задал актуальный вопрос двум профессионалам.

– Эээ, ты всё-таки предполагаешь, что убийство Оркуса было им же подстроено? – парни смотрели на меня с удивлением. – Есть способ проверить наличие чужой души, тебе необходимо попытаться себя убить, но не понарошку, а по-настоящему, – дал странный совет Лиски, что совсем мне не понравился.

– А вдруг я окончательно умру, если буду всерьёз пытаться себя прикончить? – так-то смерти я не боялся, но умирать молодым не хотелось.

– Если в тебе осталась душа архимага, то она не даст умереть, – Лиски был оптимистом, предлагая мне шанс пятьдесят на пятьдесят, ведь даже я был не уверен в подселении чужой души.

– А есть ли способ выдворить чужую душу из тела, если вдруг я пойму, что меня используют? – продолжал искать приемлемый выход из сложившейся ситуации.

– Есть, тебе снова придётся себя убить, но не до конца, чтобы в итоге тот, кто сильнее, смог остаться в теле, что потом оживят. У вас это называется, кажется, реанимированием, – посоветовал всё тот же способ Хаски, что не давал гарантии остаться в живых. Я был не уверен в том, что моя душа окажется сильнее и продержится дольше. Тем более что этот план мы сейчас обсуждали вслух, и моё второе сознание могло всё прекрасно слышать и запоминать.

– Неужели нет способа избавиться от подселенца без того, чтобы испытывать себя смертью? – задал вопрос метаморфам.

– Можно попытаться с ним договориться и предложить ему другое подходящее сильное тело, в которое ему захочется переселиться. Но оно тоже должно быть при смерти, душа освободить оболочку, а подселенец готов в него перейти, – вот совсем не помогли мне советами парни, рассказывая о своих способах переселения. Мне они совершенно не подходили. Да и тела, подходящего найти для Оркуса не смогу, так-то он его не одну сотню лет искал. Но сдаваться и ждать с моря погоды не хотелось. Сейчас, пока мы двигались с отрядом демонов и магов, ничто мне не угрожало, и я мог рискнуть испытать один из способов метаморфов…

Второе отражение,

город змей.

Мини-отряд путешественников сквозь изнанку, спустя больше суток, с трудом вышел из тени. Хоть Таисия и не помнила, как ранее оказалась в той самой гостинице в городе змей, потому что была отправлена. Но бессознательное вновь проложило маршрут в безопасное место, где когда-то ребята её спасли.

– Вы как хотите, но мне надо вздремнуть, у меня больше нет маны, и ноги отказываются куда-либо идти, – Клавдия выложилась на полную, поддерживая девушек бодрящими стимуляциями. Благодаря целительнице, никто не потерял сознание во время перехода, все дошли благополучно, ведь наряду со стимуляцией, Клавдия ещё и успокаивала ребят, не позволяя переживать и нервничать. Анастасия также стимулировала ребят своими чувствами, вселяя в них уверенность и спокойствие. В окружении такой поддержки путешествия сквозь изнанку уже не казались Таисии дорогой смерти, это были выматывающие, но относительно безопасные переходы.

– Нее, спать что-то мне не хочется, хотя и двигаться тоже больше нет сил, но мои руки и ноги почему-то мне очень дороги, – усевшись прямо на пол в номере гостиницы, Ворона крепко обхватила свои конечности руками.

– Ты права, расслабляться сейчас —смерти подобно, у меня тоже возник иррациональный страх, как только вышли с изнанки, – Анастасия передёрнула плечами, осматриваясь по сторонам и прислушиваясь к звукам, доносящимся из соседних номеров.

Таисия выглянула в окно, потом исследовала сквозь тени окружающее пространство, лишь потом вновь оказалась в комнате, где ребята отдыхали, заняв все горизонтальные поверхности.

– Всё чисто и спокойно, но расслабляться не стоит. Видно, нас в предыдущий переход, который мы благополучно забыли, по всей вероятности, убили и, кажется, расчленили, – она потрогала свою шею, словно проверяя её на целостность.

Уже спустя два часа ребята оказались за стенами города в поисках ровной площадки, дабы вновь создать пентаграмму призыва…

Первое отражение,

палаточный лагерь двух армий демонов и магов.

После долгого перехода по пустым и безжизненным землям первого отражения Бель остановила свою армию, решив расположиться на ночлег. Ребята, что ушли дорогой теней, раньше чем к утру не объявят ся, поэтому не было смысла продолжать идти всю ночь. Если призыв сработает, то Бель сможет переместиться из любого места своего мира туда, где будет начертана пентаграмма. Плотно поужинав вместе с ребятами, разбил палатку слегка в отдалении и попросил до утра не будить. У меня с собой был пузырёк со смертельным ядом, что давно ещё спёр в закромах Гандоналиуса. Выпив смертельную дозу, попытался заснуть, чтобы умереть во сне безболезненно. Удивительно, но мне это удалось, видно, организм после пыток ещё до конца не восстановился, или яд действовал незаметно для человека. Проснувшись на рассвете, чувствовал себя полным сил, словно и не принимал смертельного яда. Подумал, что эликсир был другого назначения, несмотря на этикетку, или у него вышел срок годности. Неизвестно же, сколько Гандоналиус мог его хранить в своей сокровищнице. Проснувшись ранним утром, необходимо было срочно отлить, естественные потребности организма требовали выхода из палатки. Попытался натянуть штаны и накинуть куртку, но понял, что мне что-то мешает это сделать. На моей руке были одеты чётки, искусно сделанные из неизвестного камня, что являлись артефактами последнего шанса. В этот момент осознал, что в теле я не один, и мной даже управляют во время сна, ведь этих чёток ещё вечером у меня не было…

Глава 16
Миссия по спасению

Первое отражение,

палаточный лагерь.

Обнаружив длинные четки, состоящие из артефактов последнего шанса, пришёл в ужас. Оркус все же не дал мне умереть, а значит, у него на меня есть далекоидущие планы. И вот их мне необходимо нарушить, дабы подселенец не смог осуществить задуманное. Первым делом решил поговорить ещё раз с метаморфами, но теперь уже с иной целью. Хотелось узнать, как можно себя защитить от поглощения чужим разумом? Есть ли способы ему противостоять?

– Когда в теле находятся две души, то рано или поздно начнётся между ними борьба. Победит и подавит волю другого та душа, что окажется намного сильнее. Поэтому мы выбираем себе слабые жертвы, дабы не было извечной борьбы за принадлежащее тело, – делился жизненным опытом Хаски.

– А как и когда вы подавляете разум своей жертвы? – продолжал собирать крайне важную информацию.

– Как правило, мы это делаем во сне, незаметно забирая власть у другого. Но совсем недавно у одного предыдущего носителя оказался интересный дар, умение лишать сознания любого, кто на него посмотрит. Тогда было весьма удобно перемещаться в чужие тела, – сейчас Хаски с ностальгией описывал способ, при помощи которого они завладели телами Анастасии и Таисии. – Во сне не всегда получается забрать власть над телом, душа не покидает его даже на мгновение. А вот в бессознательном состоянии, или когда человек находится при смерти, получив, к примеру, ранение, тогда сменить хозяина легче простого, – Хаски раскрывал свои многовековые тайны порабощения чужой личности метаморфами. – Но в таких редких случаях очень сложно не потерять выбранное тело окончательно, оно запросто может умереть. Вот поэтому мы подавляем чужое сознание постепенно, ослабляя волю и поглощая разум. На это может уйти от года до десяти лет в зависимости от силы воли подчиняемого.

А вот эта информация меня обрадовала, у меня еще было время придумать способ выдворения из моего тела чужой души.

– А каким способом можно защитить память и мысли от их прочтения подселенцем? Мне это интересно знать чисто гипотетически, – по-прежнему не стал раскрывать парням тайну полишинеля, хотя совсем нетрудно было догадаться, почему меня это волнует.

– Эээ, защита разума – дело совсем непростое. Мы слышали об этом, но никогда не встречали у своих носителей ничего подобного. Есть несколько способов защитить память и ценную информацию от менталиста: например, поставить блок подавления памяти, чтобы сам человек забыл травмирующие его психику события; или поставить сильным менталистом печать защиты разума, но где взять такого специалиста – не имеем ни малейшего понятия, – метаморф пожал на это плечами.

Подумал, что нужно срочно становиться сильным магом ментала, ведь даже печать архимага, а такой знакомый у меня был на примете, в этом деле мне навряд ли поможет. У меня сейчас в соперниках был древний архимаг, создающий печати подчинения на Высших демонов. Так что мне его не переплюнуть и с таким противником долго не продержаться, если самому в ближайшее время не стать сильным менталистом. Сроки, что определили метаморфы, от года до десяти лет подавления ими чужого сознания в моём случае будут гораздо короче. Оркус был не простым человеком, а архимагом ментала…

Бель видела, как Оболенский общался с двумя эльфами, деливших свои тела с метаморфами. Ей не нужно было даже догадываться, о чем с ними мог говорить командир. Он инстинктивно вот уже более суток отгораживался от общения со своими ребятами, а между его бровей залегла складка мыслителя, говорящая о том, что сейчас парень слишком много думает. Бель ждала призыва, собираясь в очередной раз сбежать из родного, но слишком унылого первого отражения. Она должна находиться возле парня, чтобы успеть вовремя от него избавиться, не дожидаясь, когда каналы восстановятся, и Оркус займёт тело Оболенского. Сейчас она уже не сомневалась в том, что её древний враг остался жив, устроив для зрителей, что заявились к нему в замок, эпичное представление. Общение парня с метаморфами и четки, что были надеты на его руку, доказывали предположение Бель. Оболенский сам бы никогда не стал надевать чужое украшение. Весь день Барбела думала и искала способ избавить парня от чужеродной души, но ничего путного не приходило в голову. Слишком долго её мир демонов был отрезан от остальных отражений, где полным ходом шла эволюция, и были придуманы разнообразные заклинания. Бель необходимо было посоветоваться хоть с кем-то, кто в полной мере мог осознавать угрозу в будущем от Оркуса, что начнёт управлять телом парня. С детишками, что безгранично любят и верят в своего командира, обсуждать такое не следовало. Оставались лишь зрелые личности, заключившие с ним контракт наемников на два года. Она планировала поговорить с Маркусом, Гаспаром и Кассандрой. Союзники в таком деле не помешают, могут дать совет, либо найти способ, как помочь Оболенскому. Крохотный шанс выжить Бель все же решила предоставить парню, если его наёмники придумают хороший способ его спасти…

Четвёртое отражение.

Училище для шпионов.

В классной комнате, где собрались трое учителей, что вели здесь практику, повисла гнетущая тишина. Бель озвучила Маркусу, Гаспару и Кассандре, с чем они столкнутся в ближайшем времени, если вовремя не предотвратят межмировую угрозу. В том, что Оркус находится в теле парня, уже не сомневался никто. Оболенский каждому из отряда в качестве презента за свое спасение вручил по одному артефакту последнего шанса, разобрав четки на бусины. Это говорило, что парень находится ещё пока в здравом уме и твёрдой памяти, не подчиняясь воле древнего архимага, а с другой – что он избавляется от возможности выжить, предчувствуя в ближайшем времени свое поражение. Бель только что подтвердила общие мысли, что у каждого крутились вот уже несколько дней в голове. Вероятность превращения Оболенского в Оркуса было тяжело обсуждать за спиной хорошего парня. Все помнили и были ему благодарны за спасение своих жизней. Да и привязались они к нему сильно, после встречи с парнем их жизнь обрела смысл.

– Я не могу позволить умереть Леониду, у меня с ним подписан контракт на его защиту и срок этого контракта ещё не истёк, – первым начал говорить Маркус. – Да и не смогу я его убить, он изменил мою жизнь и дал надежду на возрождение моего рода.

– Я тоже не стану бить парня в спину, хоть он и представляет серьезную угрозу, но мы ещё даже не пробовали его спасти. Предлагаю заняться поиском возможностей уничтожить вторую душу, сохранив при этом первую, – предложил Гаспар свою помощь в решении непростой проблемы.

– Мне очень хочется отомстить Оркусу за гибель своей сестры, и другой такой возможности для меня, возможно, не будет. Парень сейчас совершенно без магии, но и я не настолько отбитая на голову, чтобы не помнить его доброту. Я могу отправиться во второе отражение, найти своих сородичей и спросить о способах извлечения нужной души. Такие техники должны быть у кицунэ, что вселяются в людей, замещая одну душу на свою, – Кассандра тоже не поддержала предложение Бель.

– Значит, вы хотите уйти из училища, чтобы отправиться на поиски возможностей спасти Оболенского? – больше для констатации факта произнесла Бель, радуюсь тому, что главные препятствия осуществить задуманное самоустраняются.

– Дай нам неделю и пообещай, что ничего в наше отсутствие предпринимать не станешь, – Маркус затребовал заключить договор с Барбелой, что нельзя будет нарушить, пока они не вернутся. – У тебя останется артефакт времени, если произойдёт замена сознания, то ты всегда сможешь откатить время назад.

Бель спорить не стала, принесла клятву, такой расклад её как нельзя лучше устраивал. Шанс хоть и призрачный она парню все же дала, остальное зависело от его наёмников. Бель вышла из классной комнаты, где остались обсуждать свои действия Маркус, Гаспар и Кассандра, направившись к соседнему зданию с портальной аркой.

На высоком дереве, что находилось рядом с классом, где только что обсуждалась дальнейшая судьба Оболенского, находилось Чудо, мимикрирующее под дерево, слившись с ним по цвету и структуре коры. Дракончик прекрасно слышал, о чем говорили взрослые, и этот разговор сильно ему не понравился. Чудина не могла допустить, чтобы кто-то мог убить члена её семьи, а Оболенский был тем, кого она увидела первым, когда вылупилась. Стрелой дракончик слетел на землю, решив действовать на опережение, придумав нехитрый план.

Бель спешила вернуться в дом Оболенского, где старалась держать парня под контролем и получать ежедневный отчёт Клавдии о том, как идёт восстановление магических каналов парня. Она играла роль заботящейся и переживающей тетушки, а по факту была лишь надсмотрщиком. Барбела понимала, что лишившись безхозного путешественника, останется без порталов, но готова была мириться с потерей, лишь бы уничтожить главного своего врага, что когда-то их предал и воткнул кинжал в спину хозяевам.

Навстречу ей по длинному коридору неслась мелкая девчушка, словно убегала от кого-то. Она не рассчитала траектории, не вписавшись в поворот, практически снесла Бель со своего пути. Потом, усевшись на пол и потерев ушибленное место, громко заревела в голос, как самый настоящий ребёнок. Это была Чудина, маленький дракончик, что научился перевоплощаться в человеческое дитя. Бель остановилась в растерянности, не зная, как реагировать. Малышка протянула к ней ручки, подсказывая, что нужно сделать. Барбела видела, как девушки часто брали мелкую на руки, а она отбивалась от них всеми способами. Бель тоже подняла ребёнка, что прижался к ней своим маленьким щупленьким тельцем, продолжая обиженно всхлипывать. Она погладила её по голове, произнеся какие-то слова утешения. Малышка быстро успокоилась, потом спрыгнула на пол, побежав и дальше по своим делам. Барбела дошла до портальной комнаты, переместившись в усадьбу Оболенского. Лишь спустя час, когда она решила прихорошиться перед зеркалом, не обнаружила подвески, что висела у неё на шее.

– Маленькая чертовка все же умыкнула снова артефакт времени, – догадалась Бель, что её развела настоящая хитрюга, разыграв перед ней спектакль. Божественный артефакт невозможно было поместить в пространственное карман, так как тот был рангом повыше и просто не влезал, нарушая какие-то там свернутые поля. Поэтому все божественные артефакты приходилось носить на виду или прятать в обычные тайники. Сдержав гнев, что присущ расе демонов, Барбела решила снова вернуться в училище и поговорить с Маркусом, дабы тот вернул артефакт.

Вот только дракона, как и других учителей, что решили помочь Оболенскому, уже в училище не было. А мелкая пакостница спряталась так, что найти её на территории комплекса зданий возможности не представлялось. Ни усиленные зрение, слух и обоняние не помогли Барбеле найти девчушку. Чудо в перьях научилась виртуозно скрываться от всех, кто хотел её найти и помучить. Здесь в училище воспитался настоящий шпион и диверсант, умеющий становиться невидимым и заметать следы своего присутствия, меняя даже собственный запах. Бель ничего не оставалось, как плюнуть на безрезультатные поиски дракончика и вернуться снова в поместье…

Отряд Искателей после захвата замка благополучно вернулся в училище. Учебу даже для избранных никто не отменял, поэтому ребята не могли подводить начальника, что иногда разрешал им пропадать в иных измерениях с определённой миссией. Иван Гелиевич был в курсе событий, что происходили в иных мирах. И когда случилась большая неприятность с его учеником, он не стал вставлять палки в колеса, разрешив ребятам спасти Оболенского.