Текст книги ""Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Александра Черчень

Соавторы: Марина Ефиминюк,Феликс Кресс,Алекс Ключевской (Лёха),Александр Анин,Илья Ангел,Влад Снегирёв,Татьяна Серганова,Ника Ёрш,Олег Ефремов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 209 (всего у книги 332 страниц)

Глава 13
Встреча с Клавдией

День в училище прошел слишком сумбурно. Мало того, что прибыли службы имперского дознания, устроившие повсеместный допрос не только учителям, ученикам, но и даже обслуживающему персоналу. К обеду заявились высокородные родители за своими чадами и попытались устроить разнос руководству. Прежде чем выслушать начальника училища, они вываливали свои претензии, а некоторые забрали даже документы. Информация о пропаже учеников облетела всю округу. Поэтому на Ивана Гелиевича пришелся основной массированный удар критики и порицания. К этому начальник училища был готов, его вина в пропаже учеников присутствовала, но этого больше допустить он не мог. Вечером объявил о собрании учителей, с которыми решил обсудить безопасность ребят и меры предотвращения повторных ситуаций.

– Нам с трудом удалось пережить ЧП в училище, и мы потеряли двух учеников, чьи документы забрали родители. А могло быть и больше, если бы всё не разрешилось удачным образом. Жду от вас идей и предложений по усилению безопасности учащихся. Ребята чудом уцелели, выйдя всего лишь за стены нашего училища. Так и кого мы с вами готовим, тепличные растения или тех, кто сможет преодолеть любые трудности, победив противника? – начальник Конев понимал, что ребят, отправившихся самостоятельно на поиски, спасло только чудо. Это огнестрельное оружие, втайне пронесенное Трубецким, и Оболенский, который скоординировал группу и дал ей уйти, а сам смог добить серьезного монстра. Да и беглянку, которая каким-то образом оказалась в лесу, умудрился найти и вернуть к родным пенатам. Клавдия молчала, не желая говорить, какого лешего она потащилась в чащу. Но с удовольствием рассказала, как обрадовалась встрече с Оболенским, чуть не расплакалась при встрече.

– Так кто же знал, что первокурсники, еще совсем не обученные, потащатся в лес? Да еще и наткнутся на зверя-мутанта. Нам же он не попался, хотя вышли первыми и ушли намного дальше, – один из учителей не считал, что нужно что-то менять в системе, особенно у новичков. Но Конев так не думал, он бы не смог себе простить смерть учеников.

– Если нам будет нужно, чтобы желторотики за полгода стали настоящими хищниками, то мы это сделаем. Так что по-прежнему жду ваших предложений, – теперь стало понятно, начальник собрал всех не просто так, и напряглись думать.

– У ребят необходимо развить дар намного быстрее, для этого создать тренировки с мотивацией. Есть у меня одна мыслишка, как это можно сделать, – Самуэль Гаврилович совсем недавно переоценил свою магическую подготовку и остался ею сильно не доволен. – Хочу устроить магические состязания, но не один на один, а командные. Дабы у ребят появилась мотивация не подвести свою команду, с последующим разбором полетов и придумыванием новых стратегий. Одна голова хорошо, а вот три или пять будут намного эффективнее.

– Хорошее решение. У кого еще какие предложения? – начальник обрадовался и надеялся, что и остальные учителя его поддержат.

– Так скоро полугодовой турнир среди второго, третьего и четвертого курса. Давайте добавим еще и первогодок, пусть и у них появится стимул развиться быстрее. Они, конечно, победить не смогут старших ребят, но зато станут стремиться, хотя бы не проиграть всухую, – тренер Олег Владимирович был ответственным за проведение этого турнира и готов был впервые изменить условия участия, дабы усилить ребят за короткие сроки.

– Давайте, так и поступим, вот только правила турнира и сами задания необходимо изменить. Станем опираться не только на физические параметры и магические результаты, сделаем турнир опять же командной игрой. Тогда шанс может появиться и у первогодок, – начальник чувствовал, что давно пора менять уклад школы шпионов, где выращивались самодостаточные личности, работающие в одиночку. Возможно, пришло время менять сознание, ведь у слаженной команды результаты могут оказаться более эффективными. Где один будет долго готовиться и подбираться, собирая информацию, то группа сможет создать диверсию за более короткий срок и прикрыть напарников при отходе…

Вернувшись после разговора с отцом в свою комнату, призадумался, многое для меня открылось с иной стороны. Вопросов стало еще больше. Какого хрена я пытался покончить с собой? Стало отчасти понятно, зачем меня упекли в психушку, чтобы не натворил глупостей. А вот почему заблокировали память, стоило еще выяснить. И в этом мог помочь Смирнов, если смогу с ним договориться о молчании. А для этого мне нужны какие-нибудь промахи парня, чтобы использовать, как рычаг давления. Верить просто так на слово, таких глупцов среди нас, благородных, не было. И этим вечером планировал прошерстить интернет в отношении семьи Смирнова, нищего дворянского рода, у которого могут быть свои тайны.

Еще размышлял над словами отца, что он не просто так пытался сделать из меня сильного бойца. До этого предполагал, что отец просто хотел реализовать во мне свою мечту военного, а вот сейчас уже не уверен в этом. Он всегда был убежден, что я обладаю даром. Может, и обладаю, хотя я ничего не помнил о нем. У Оболенского старшего тоже был магический дар, это усиленный удар и повышенная скорость. Именно поэтому считали, что у него слишком тяжелая рука. Когда говорил, что отец меня не бил, это было правдой. Его удар мог сделать меня калекой или вообще отправить на тот свет. Но вот тренерам он позволял меня физически наказывать за любой промах и лень, за это был до сих пор зол на него.

– Какого черта он мне нанял мастера, обучавшего драться сразу двумя мечами или длинными клинками? – на простой дуэли так не дерутся, а в остальном огнестрельное оружие до сих пор рулит. Продолжил вслух сам себе задавать вопросы.

– Понимаю, стрельба практически из любого огнестрельного оружия для солдата – это шанс для выживания. На бегу по пересеченной местности под перекрестным огнем, когда приходилось любую кочку использовать, как укрытие, и лететь к цели перебежками – хорошая практика в полевых условиях. Но на кой-хрен мне все то же самое проделывать с луком за спиной или арбалетом в руках, вообще непонятно?

– Понимаю, несколько видов самообороны, где научили знатно махать руками и ногами, полезная вещь. Уложить противника через себя, удерживая болевыми или удушающими захватами, тоже могло в будущем пригодится. Вот только зачем сделали из меня еще и охотника, умеющего выслеживать дичь в лесу, на болоте или в чистом поле? Зачем обучать маскироваться под окружающую местность и лежать неподвижно часами? – вообще не укладывалось в картину подготовки бойца. При этом оставляли лишь нож, дабы смог подпустить к себе животное очень близко, рассчитывая на один лишь удар без возможности промаха. Меня на это время лишали еды, и моим трофеем должна была стать убитая дичь.

Когда от меня ломанулся волк-мутант, во мне проснулся инстинкт охотника. Должен был его догнать и добить, дабы получить трофей. Есть его не собирался, вдруг мясо отравлено химикатами, но догнать был обязан. Я считал себя хладнокровным убийцей, с легкостью расправлявшимся с любым зверем, и в этот раз рука у меня тоже не дрогнула. Но вот по поводу убийства людей, был не уверен. Память была подтерта основательно и неспроста. Так что этот вопрос оставался открытым. Необходимо все же узнать, для чего меня готовил отец, и постараться избежать его планов. Плясать под чужую дудку не готов от слова совсем. Поэтому погрузился в просторы интернета, чтобы найти рычаг управления Смирновым…

Сергей Ефимовский решил наведаться после обеда в целительский корпус к сестре. Сегодня ее тоже допрашивали. Не то, чтобы он переживал за ее психическое состояние. Клавдия кому угодно сама мозг вынесет, потом пересоберет, скажет, что так и было, но проведать все же не мешало.

– Привет, сестра, и какого черта ты три дня назад учудила? За каким лешим поперлась одна в тайгу, жить надоело? – Серега всегда в таком тоне общался с ней, по-другому она его просто морально давила.

– И тебе добрый день, братишка. Когда это тебя волновало мое самочувствие, не строй из себя заботливого родственника, – Клавдия никогда не оправдывалась, даже если ей сильно доставалось.

– Так это я с отрядом рванул на твои поиски. И знаешь, рисковал своей жизнью, дрался с серьезным монстром, – не мог не похвалиться Ефимовский, так как был горд этим безрассудным поступком.

– Никогда не сомневалась в твоем слабоумии, а вот отвага это что-то новое, – съязвила сестра, не оценив его подвига.

– Если бы мы не пошли, то Оболенский тебя не нашел, сама бы, наверное, ни за что не выбралась. Можно и спасибо за это сказать, – Сереге стало обидно, он искренне переживал за сестру.

– Ну, спасибо, наверное. От тебя точно не ожидала ничего подобного, поэтому до сих пор не могу поверить, – Клавдия потрепала младшего брата по вихрам, выражая теплые чувства. – А этот, ваш Оболенский, что-нибудь говорил обо мне?

– А что, должен был? Ты имеешь в виду расспрашивал о тебе, как о девушке? Неужели моя сестра в парня влюбилась? – Ефимовский не верил своим глазам, стерва Клавдия отвернулась и покраснела.

– Что ты там себе придумал⁈ Если будет спарринг, то вдарь ему посильнее, чтобы в лазарет снова зашел, – девушке было стыдно просить о таком брата, но Оболенский учился на первом курсе, и другой возможности его увидеть просто не было.

– Ага, вот только он скорее уделает меня. В прошлый раз повезло, Псих нарочно подставился, – Серега понял, что сестра чувствует себя вполне нормально, если не считать легкой влюбленности. Это несерьезное заболевание, как насморк, само скоро пройдет. Говорить о причине, по которой пропала, точно не будет. А вот к Оболенскому у Сергея появились вопросы. Каким образом, выглядя, как чухонский задрот в очках, он находит короткий путь к сердцам девушек? Однокурсницы, конечно, могли купиться на статус князя Оболенского. Но вот сеструха, рассматривающая мужчин исключительно как насекомых, никогда не смотревшая на статусы, что-то же нашла в этом парне? Вот именно об этом секрете и хотелось поговорить Ефимовскому с однокурсником.

Когда брат ушел, Клавдия приложила ладошки к горящим щекам. Ей не удалось скрыть смущение, когда брат уличил ее в симпатии к этому странному парню. Оболенский и в первый раз вызвал у нее интерес, ведь явно пришел в лазарет по ложному поводу, но не воспользовался возможностью, обидевшись на нее. Да, она не любила прогульщиков, но он таким не был. И причина была, скорее всего, веской. Жаль, что она ему нагрубила.

Именно он вернулся за ней в иной мир, куда Клавдия попала прямо из санчасти. Сначала не поверила собственным глазам, обнаружив себя посреди серой пустоши. Кругом были лишь камни и растрескавшаяся земля, высушенная холодным, пронизывающим ветром. Слава богу, она успела накинуть теплую куртку, когда хотела остановить обиженного Оболенского. Теперь была рада своей предусмотрительности.

Клавдия осмотрелась. Вдали виднелась гряда крупных камней, но вот леса и в помине не было. Это был иной мир, сильно отличающийся от привычного. Солнце скрылось за серыми тучами. Пожухлая трава, словно перекати-поле, проносилась, подхватываемая ветром.

– Словно на чужой планете, – поежилась Клавдия, запахиваясь плотнее. – Хотя дышать также легко, интересно, где я оказалась? А главное, каким образом?

Вопрос, конечно же, был риторическим. В ближайшем окружении не было ни одного разумного существа, и это сильно пугало девушку. Она двинулась по этой безжизненной пустыне куда глаза глядят, так как не представляла нужного направления. Через час Клавдия наткнулась на одно странное существо, чем-то похожее на тритона, размером с кошку, правда, с тремя хвостами. Оно пробегало между камней по своим делам, но увидев медленно бредущую девушку, остановилось. У небольшой тварюшки оказались мелкие острые зубы, говоря о ее плотоядной натуре.

– Ну, да, зелени здесь не наблюдаю, чем же еще питаться в этой пустыне? – отдернула вовремя руку Клавдия, когда та чуть не цапнула за палец.

Через два часа вокруг девушки мельтешили уже пять трехвосток, так она их окрестила. Одним местом чувствовала, что зверьки преследуют ее не с целью подружиться и завести приятное знакомство. Клавдия решила набить карманы куртки камнями, другого оружия у нее не было. Когда солнце стало клониться к земле, твари подступили ближе, практически снуя под ногами. Одна сволочь попробовала укусить за ногу, но девушка подпрыгнула в воздух. Потом бросила в трехвостку камнем, на удивление попав. Тварь мерзко заверещала и отбежала подальше. Клавдия принялась швыряться булыжниками, разгоняя непрошеных конвоиров, преследующих свою жертву. Теперь сомнений не оставалось, добыча здесь только одна, и ей придется сразиться за свою жизнь. Девушка стала искать укрытие или возвышенность, дабы выбрать удобную позицию для обороны. Из курса тактики и стратегии она помнила, что те, кто действует от обороны, зачастую проигрывают. Вот только ей нападать было нечем. Поэтому выбрала самый большой валун и взобралась на него. Отсюда ей стало удобно бросаться камнями и невозможно уснуть, так как края оказались ребристыми и неровными.

– То, что нужно, дабы вести круглосуточную оборону, – она прекрасно умела метать ножи, теперь их заменяли булыжники. Меткость попадания была на высоте, уже двум особям она перебила позвоночники. Трехвостки не стали разбрасываться добычей, подкрепились своими собратьями. С каждым часом Клавдии становилось все сложнее держать оборону. Трехвостки, словно акулы, прибегали на запах крови. Она сражалась, отгоняя тварей на расстояние, и в это время подбирала свое оружие, те самые камни. Потом быстро возвращалась на валун, ожидая, когда снова приблизятся мерзкие твари. Так девушка продержалась три дня и три ночи, уже просто сидя на камне, бросая в тварей булыжниками. Глаза сильно слипались, но она боялась уснуть. Ведь, как только отрубится, ее разорвут на куски, ну или попробуют понадкусывать. Судя по раздвоенным языкам, как у змей и ящериц, укусы этих трехвосток могли быть вполне ядовитыми.

– Мне тут не выжить, если не произойдет какое-нибудь чудо. Но в жизни моей чудес еще не было, – Клавдия, дабы не уснуть, говорила последние сутки сама с собой. Еще она пела и декларировала стихи по памяти с той же целью перед неблагодарными агрессивными зрителями. В какой-то момент ей показалось, что она уснула, и ей приснился сон о спасении. Навстречу к ней шел, если не сам Христос, но точно спаситель. Он пинками отправлял голодных существ в полет, словно голкипер мячи, пасуя своей команде.

– А что так можно было? – девушка видела, что человек не боится мелких хищников. Когда тот приблизился, в незнакомце узнала последнего своего пациента, князя Оболенского младшего. – Интересно, он вернулся за мной? – Клавдия спросила себя, думала, что заснула или уже умерла. И сейчас ей снится чудесный сон, похожий на сказку.

– Оболенский, как я рада тебя видеть, жаль, что это во сне, – девушка сидела на краю большого камня, свесив ноги вниз и разложив вокруг себя булыжники, словно снаряды.

– Я не твой сон. Раз уж тоже попал сюда, решил тебя поискать. Нам нужно отсюда выбраться побыстрее. Там все училище из-за твоей пропажи стоит на ушах, – сейчас парень разговаривал не как во сне, а вполне разумно, требуя вернуться в реальность.

– И как Оболенский нам это сделать? Ты знаешь отсюда дорогу? И, кстати, где мы сейчас оказались? – здравое мышление стало возвращаться, и язва снова проснулась в Клавдии.

– Мы, полагаю, в ином измерении, но точно не могу сказать, это Земля или иная планета. Фауна здесь не похожа на нашу, – парень пнул еще одну подскочившую трехвостку, отправляя в дальний, жаль, что некосмический полет.

– А как же нам тогда выбраться? Ты знаешь способ? – Клавдия до этого не слышала, чтобы пропавшие люди, возвращались назад, хотя исчезали с периодической регулярностью. Это были всевозможные исследователи и авантюристы, ищущие старые технологии в зонах отчуждения, которые еще не успели эвакуировать и разобрать. После химических взрывов разорвавшихся бомб, большая часть населения погибла, но не вся. Многих эвакуировали с химическими ожогами и заражением. Еще больше после этого умерло в ближайшие пять лет, но были и те, кто сумел выжить. Они даже смогли оставить потомство, у которого в силу этих самых химических реакций получилось одаренное наследие. Правда, жертвы той войны не стоили горстки одаренных по всему миру. Еще спустя десять лет вблизи аномальных зон стали встречаться дети, у которых родители не были подвержены химической атаке. Слух об этом распространился, и некоторые стали специально селиться поблизости. Рядом с Новосибирском как раз находилась именно такая червоточина, которую не сразу удалось обнаружить. Именно сюда переместили столицу России, и именно здесь стали появляться дети с необычными способностями.

– Нет, способа я не знаю, нам предстоит его вместе найти, – парень взобрался на большой валун к девушке и уселся рядом, свесив вниз ноги…

Глава 14
Возвращение назад

Попав вместе с убитым мной монстром в иной мир, немного растерялся. Но испуга не испытал, словно уже был здесь, но этого не помню.

– А это забавно, надо здесь побродить, может память сама ко мне вернется? – принял решение обследовать окружающую местность. Да и Клавдия, если еще жива, тоже должна именно тут находиться. Определил направление нашего училища, хотя здесь его не было, но направился в нужную сторону. По дороге через час начали попадаться треххвостые ящерицы, которых просто отпинывал в сторону. Тратить на них сюрикены или ножи, а потом собирать инструмент по округе, считал большой расточительностью собственной энергии. Неизвестно сколько еще предстоит бродить по серой растрескавшейся пустоши, пытаясь найти возможность вернуться. Если уже бывал здесь, то способ точно есть, и мне необходимо лишь его вспомнить.

Как и предполагал, Клавдия обнаружилась в нужном направлении, но уже в неадекватном состоянии. Меня посчитала приятным сном и не сильно удивилась неожиданной встрече. Когда уселся рядом на камень, девушка наконец-то стала воспринимать меня адекватно. Для чего-то потрогала за руку и, прислонившись к моему плечу, окончательно вырубилась. Она все эти дни не спала, отбиваясь от падальщиков, коими приходились треххвостые ящерицы. Ей повезло, что мелкие до нее так и не добрались. У них в слюне сонный яд, усыпляющий и частично парализующий жертву. Повезло, что успел, девушка держалась из последних сил. Осталось только понять механизм попадания сюда и найти возможность отсюда слинять. Они, по сути, должны быть схожи. Это и есть мой скрытый дар, прорывать ткань мироздания, чтобы путешествовать по многомерным Вселенным. Круто звучит, но по факту херня. Ведь гулять по чужим мирам мне отнюдь не хочется. Меня Земля устраивает как нельзя лучше. И дома пока хватает проблем с отцом, зачем мне решать еще и чужие? Дар, которым управлять не умею, вообще является серьезной подставой. Так что надо хотя бы взять его под контроль.

– Что мы имеем на момент перемещения в эту серую пустошь? – начал сам себе вслух задавать вопросы, ведь сейчас необходимо докопаться до сути. А спящую девчонку можно есть заживо, она навряд ли проснется. – В первый раз это случилось, когда был в мед. блоке, где сразу, после моего ухода, пропала Клавдия, – постарался вспомнить, что делал или чувствовал в тот момент.

– Да ни хрена я не делал, оделся и хотел покинуть санчасть как можно быстрее. Воот! Хотел покинуть зону, где мне было неприятно находиться! – кажется, нащупал главное условие покидание этого мира, оказавшегося для меня недружелюбным.

– А вот со вторым разом свалить никуда не хотел! Наоборот, желал поймать хвостатую скотину и побыстрее найти Клавдию! – опять же найти, это оказаться в ином месте, где была на тот момент девушка. Кажется, я нащупал основной рычаг перемещения сквозь пространство.

Закрыв глаза, постарался представить свою комнату в училище и всей душой пожелал переместиться. Но воз остался и ныне там, то есть я, сидевшей по-прежнему на камне с прислоненной к моему плечу Клавдией.

– Что-то я не учитываю в этом раскладе, одного пожелания мало, нужна мотивация там оказаться! – теперь представил вкусный обед, ждущий меня в столовой и теплую комнату с хрустящим чистым бельем, ожидающей своего единоличного хозяина. И этого оказалось недостаточно для перемещения. У меня уже заурчал живот, и слюни начали капать от собственных гастрономических фантазий, но я продолжал по-прежнему сидеть на камне.

– Что еще со мной происходило до этого? Кажется, упускаю из внимания очень серьезную деталь, – снова вернулся к пресловутому первому дню и продолжил сравнительный анализ двух совершенно разных ситуаций перемещения.

Вспомнил, как испугался того, что придется идти в бассейн и там оказаться в одних плавках. Не желал терять свою репутацию слабого парня и привлекать к себе повышенное внимание девушек. Потом разозлился на Клавдию, бесцеремонно меня щупающую. Она знала, что намеренно ввожу ее в заблуждение. Последней точкой послужил отказ, тогда я взорвался и переместил только девушку, захлопнув с силой перед ней дверь. Таким образом, потоком воздуха отрезал себя от созданной зоны перемещения, чудом избежав провала в иное измерение.

– Точно, для реализации задуманного нужна еще и энергия, которую дают сильные эмоции, страх, гнев, злость, – широко улыбнулся, потому что это можно вновь в себе воссоздать. Пока Клавдия спала, стал анализировать второй случай. С утра меня разбудила Верка, не дав выспаться и предложив взять ее замуж. Это меня напугало и сильно взбесило, но оказалось недостаточным, дабы появилось желание куда-то сбежать. Потом кружение по лесу подбешивало изрядно, и бесконечная болтовня ребят начали мотивировать на побег из промозглого леса. Далее борьба с мутированным зверем добавила адреналина, захотелось его догнать и прибить. А потом найти девушку и свалить в теплый корпус, чтобы поспать.

– Ан нет, упускаю деталь. Я сильно испугался, когда волк рванул за Смирновым, готовый его порвать на куски, – вот теперь картины более, менее сошлись к общему знаменателю. Я должен испугаться и сильно разозлиться, а еще желать свалить из этого места в иное. Вроде все просто, но как это осуществить на деле?

Закрыв глаза, стал в себе раскачивать эмоции, хотя у меня, как у психа отсутствовали яркие чувства. Но базовые присутствовали, такие как страх, злость, гнев. Вот с более тонкими была беда. Не чувствовал ни любви, ни симпатии, ни благодарности, ни дружбы, ни грусти, ни тоски, ни радости. Психологи смогут найти много разных чувств и эмоций, которых во мне не было, или просто я не умел их испытывать. Но три базовые попробовал воссоздать, прокручивая события прошлого в памяти. Результат – ноль целых, ноль десятых. А домой хотелось все сильнее, Клавдия сладко спала, а у меня затекло плечо и рука. Твари, больше не чувствуя слабую и испуганную жертву, разбежались по своим делам. Через два часа понял, что без помощи напарницы по несчастью одному не справиться с задачей. Кто-то должен меня снова взбесить, напугать и вывести из себя. Попытался растолкать спящую девушку. Пришлось сильно постараться, ведь она не реагировала на мои потуги. В итоге похлопал ее по щекам. Только тогда она открыла глаза и попыталась сфокусировать на мне рассеянный взгляд.

– Что тебе надо от меня, Оболенский? Возьми с полки лекарство или пирожок, дай немного поспать, – она точно не определилась, за чем я пожаловал в ее сладкий сон, но попыталась технично от меня отделаться.

– Могу свалить один в туман, а ты останешься с падальщиками наедине, – пригрозил своим уходом, это быстро привело Клавдию в чувства.

– Только посмей меня бросить, я тебе этого никогда не прощу, – а вот этот аргумент при расставании парня и девушки в фильмах вообще ломал мою логику. Расстаются люди не для того, чтобы потом возвращаться, наоборот, чтобы забыть и больше никогда не видеть друг друга. Или я чего-то не понимаю в отношениях?

– Ты нашел способ, как нам выбраться из этого мира? Ведь не просто так посмел меня разбудить? – она гневно на меня посмотрела, а я тяжело вздохнул. Уважения ко мне, как сыну князя у этой простолюдинки не было от слова совсем.

– Да, догадался, как это можно сделать. Но нужна энергия, связанная с эмоциями. Меня нужно напугать, разозлить и выбесить так, чтобы я очень сильно хотел отсюда убраться. Самому это сделать не получается, с чувствами просто беда.

– Ооо, Оболенский, я просто мастер доводить людей до состояния, когда им хочется меня убить. Думаю, что вечером мы уже будем дома в тепле и комфорте, – весело рассмеялась девушка. – Так и чего же ты, смелый парень, больше всего боишься на свете?

Я серьезно задумался, ведь страх точно присутствовал в обоих случаях. Тварей и диких зверей я не боюсь. Но могу испугаться за жизнь другого.

– На тебя должен напасть серьезный хищник, тогда, возможно, я испугаюсь, но это не точно, – посмотрел на девушку, у которой отвисла челюсть.

– Оболенский, давай еще думай, этот вариант совсем не вариант для меня, вдруг мной поужинают? – Клавдия даже схватила меня за грудки, явно желая встряхнуть для лучшего соображения. А меня тряхнуло изнутри, когда она приблизилась слишком близко, словно током ударило и слегка напугало.

– Есть еще один способ, но только не ржи, у меня пунктик по поводу женщин, – другого варианта испугаться я больше не видел.

– Что это значит? Ты серьезно боишься женских приставаний? – Клавдия ехидно улыбнулась, чем еще больше напугала меня.

– Да, не переношу, когда пытаются трогать и лезут, куда не следует. В прошлый раз сама была виновата, когда меня щупала, – насупился, не желая вновь испытывать грязные приставания.

– Я очень хочу домой в тепло и горячую ванну. Так что я тебя, Оболенский, не только зацелую, но, если потребуется, еще и трахну, – Клавдия настроилась слишком решительно. Я попытался сбежать, но она крепко продолжала меня держать за грудки. Попробовал применить прием самообороны и вырваться резким движением рук из захвата, но мы оба свалились с камня, при этом рук девушка так и не расцепила. Кубарем покатились по растрескавшейся земле. Клавдия вцепилась в меня, как клещ, словно от этого зависела ее жизнь. По факту так оно и было, но меня сильно бесил и нервировал тот факт, что не могу отцепиться от девушки. Она еще и ногами обхватила меня, сцепив их в замок. Блин, я оказался в жестком капкане и начал изрядно паниковать. Клавдия сражалась не на жизнь, а на смерть. Дотянувшись до моих губ, впилась страстным поцелуем, закрыв при этом глаза. Ее шустрый язык заполнил всю ротовую полость и начал хозяйничать словно у себя дома. У меня глаза полезли на лоб, так меня еще ни разу не экспроприировали. Да, целовали, но не так, чтобы полностью овладеть. Ее ледяные руки проникли каким-то невообразимым образом мне под рубашку, минуя свитер и куртку. Начали не только щупать, а словно пытались сделать массаж. Меня чуть не стошнило от такой фамильярности. Когда охладила мою грудь до температуры своих рук, рванула одним ловким движением ремень на брюках, собираясь спуститься пониже. Представив ледяные руки на теплолюбивом месте чуть ниже пупка, пришел окончательно в ужас.

– Фух, получилось, – наконец-то вытащила Клавдия свой язык и убрала шаловливые ручки. Я тоже увидел, что мы оказались недалеко от училища, сквозь деревья увидев бетонную стену. – А ты и вправду боишься женщин, нам повезло, что тебя удалось испугать не на шутку. Оставайся надолго девственником, иначе выбраться в следующий раз не получится.

– Какой еще следующий раз, мне и на Земле неплохо живется, – постарался не думать о будущем, когда есть дела в настоящем. – Давай перелезем через забор и разбежимся по корпусам.

– Тебе придется подтолкнуть, сама я не дотянусь до края, – бодрой походкой, виляя бедрами, словно продолжая соблазнять, Клавдия направилась к последней преграде между ней и ее желанием залезть в горячую ванну. Пришлось помочь девушке забраться. Просто за руки затянул наверх и помог спуститься таким же способом. Она предлагала подтолкнуть под пятую точку, но я не стал еще раз искушать судьбу, вдруг снова перемещусь, куда не планирую.

А после меня ждало в комнате серьезное испытание в виде пьяных зомбированных однокурсников, выползающих за мной, желающих то ли съесть, то ли покусать на радостях. Никогда не понимал счастья других, когда кто-то возвращался, пусть и с того света. Но после французского поцелуя с доставанием гланд, простые чмоки девчонок меня практически не нервировали. Только когда все расползлись по своим комнатам, вздохнул с облегчением, оставшись наконец-то один.

Оказавшись в училище, договорились с Клавдией, что ни при каких обстоятельствах не станем говорить про странный мир, где оказалась благодаря мне. С моей стороны я не стану открывать правду о том, как она пыталась соблазнить и трахнуть князя Оболенского, залезая нагло ко мне в брюки. Обоим было выгодно молчать о странном приключении, дабы не портить в будущем себе жизнь…

Утром начальник училища вновь собрал всех учащихся перед главным зданием на небольшой площади, где объявил о новых командных условиях участия в предновогоднем турнире. Выделил, что в этом году даже первокурсники смогут попробовать победить. Для этого стоит подать заявку и заявить состав из десяти человек. Команды решили сделать довольно большими, где без слаженного взаимодействия и взаимовыручки невозможно будет одержать победу. А также при большом количестве участников можно умело выстроить магическую атаку и защиту, нивелируя слабые места и усиливая сильные стороны напарников. Догадался, что учителям не хочется растягивать турнир на неделю, когда все должны выступить друг за другом. Легче провести турнирную таблицу из максимально возможных двенадцати команд. В первый и второй день шесть сражений на выбывание. А на третий и четвертый день борьбу между шестью командами до полного победителя. Экономия времени и ресурсов в виде нервных окончаний у комиссии, принимающей участие в оценке учеников с четырех потоков. Я бы тоже так поступил и зрелищно, и продуктивно.

Не успели учащиеся разойтись, как ко мне за завтраком подошли семеро крестоносцев или зомби-собутыльников, окружив мой угловой столик. Надо место, что ли, поменять, а то здесь кто-то медом намазал, а я и не заметил.

– Оболенский, мы тут немного посовещались и хотим тебя взять в свою команду, – выдал Трубецкой, явно довольный тем, что сделал мне большое одолжение.

– Я не хочу принимать участие в каком бы то ни было турнире, – сразу спустил с небес на землю мечтателей хреновых. – Я так понял, это дело сугубо добровольное.