Текст книги ""Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Александра Черчень

Соавторы: Марина Ефиминюк,Феликс Кресс,Алекс Ключевской (Лёха),Александр Анин,Илья Ангел,Влад Снегирёв,Татьяна Серганова,Ника Ёрш,Олег Ефремов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 332 страниц)

– Эта свежая или ещё есть? – спросил я фельдшера, кивая на ленту.

– Как только привезли, сняли. Могу ещё сделать, если нужно, – пожал он плечами. – Но, мне казалось, что монитора достаточно. Частота сердечных сокращений выше сорока не поднимается. Может, звук отключим, а то противно пищит. И так видим, что пульс ниже пороговых значений, – раздражённо ответил он.

– Анализы, – я перевёл взгляд с ленты на Сашу.

– Ещё в работе, – отрапортовал фельдшер. – Но сахар в норме. И Павел Никитич не пьёт, я это точно знаю, – добавил он.

И тут монитор, к которому был подключён больной, взвыл в совершенно другой тональности, заставив нас подскочить на месте.

– Фибрилляция желудочков, – крикнул я, а Саша без лишних разговоров метнулся к дефибриллятору, а Татьяна уже наносила гель в положенные места.

– Разряд, – тело мужика слегка выгнулось, и монитор успокоился, выдавая тот ритм, который был у него в момент моего появления. Я бросил электроды Саше и задумчиво посмотрел на мужика. Тот зашевелился и открыл глаза, непонимающе глядя на нас. Как интересно получается.

– Говорить можешь? – спросил я у него, тот кивнул и что-то невразумительное прохрипел.

Татьяна тут же понеслась в соседнее помещение, и через пару секунд вернулась, неся стакан с чистой водой. Смочив ему губу и дав сделать небольшой глоток, она вопросительно посмотрела на меня.

– Было такое раньше? – обратился я к мужчине, но тот отрицательно покачал головой.

– Да здоровый он был, на сердце не жаловался никогда, – ответил Саша. – И жена его тоже ничего странного в последнее время не замечала. Никаких лекарств не принимал. Это я в первую очередь уточнил. Можете сами её порасспрашивать, она в коридоре сидит.

– Обязательно, как только буду иметь хоть немного понимания, что с ним происходит. Вот что, где телефон дежурного кардиолога? – спросил я Сашу, и тот кивнул на дверь комнаты, где сидел диспетчер. – Пойду консультироваться. А ты поторопи лаборантов, будь другом.

И я решительно направился к телефону, чтобы выяснить, что же это может быть. А в идеале вызвать их на себя, чтобы забирали и уже в губернской клинике выясняли, что же с этим мужчиной не так, потому что вряд ли у меня получится его стабилизировать в местных условиях. Если только не идти на крайние меры.

Я тряхнул головой, прогоняя эту мысль от себя подальше. Нужно вести себя, как обычно, и даже не думать о том, чтобы склонить членов семьи больного к сделке. Это было просто, вот прямо сейчас даже напрягаться не нужно было. Вот только могли слухи разные после этого поползти, тому колдуну тошно бы стало. Поэтому сейчас всё зависело исключительно от меня и моей способности договариваться, не прибегая к демонической силе.

Глава 22

В трубке послышались гудки. Сначала к телефону долго никто не подходил, но ждать я умею, поэтому дождался, когда уже мне ответят, и даже почти не нервничал. Меня вся эта история с практикой и больными уже начала напрягать. Не люблю, когда по независящим от меня причинам моя репутация может сильно пострадать.

– Кардиологическое отделение Центральной губернской больницы, – проговорил сонный женский голос. Наконец, соизволили проснуться. Я бегло глянул на часы, висевшие над столом. Прождал я чуть больше десяти минут.

– Позовите дежурного кардиолога. – Стараясь сохранять спокойствие, сказал я.

– Кто говорит? – голос начал звучать бодрее.

– Давыдов, врач-стажёр Аввакумовской больницы. – Представился я. – Пожалуйста, поторопитесь, у меня здесь пациент нестабильный.

В трубке воцарилась тишина, и, спустя ещё пять минут, послышался шорох и мужской голос произнёс.

– Дежурный кардиолог Свиридов, что у вас там? – голос был достаточно бодрый. Даже как-то удивительно. Я уж думал, там все придаются блаженному сну, потому что все непонятные и тяжёлые пациенты во всей Тверской губернии свалились сегодня на мою бедную голову.

– У нас здесь мужчина с тяжёлым нарушением ритма…

– Ваш фельдшер уже звонил, – перебил меня Свиридов. – Покапайте гепарин, что я вам ещё могу посоветовать? Вы же сами врач, – немного раздражённо ответил он.

– Я стажёр, а полноценным врачом с опытом из нас двоих являетесь именно вы. У него была длительная потеря сознания, и частота сердечных сокращений – тридцать, а то и ниже. Какой гепарин, ему искусственный водитель ритма нужен, – прошипел я, чувствуя, что всё-таки начинаю закипать.

– Слушайте, Давыдов, если не ошибаюсь, – протянул Свиридов.

– Нет, не ошибаетесь.

– Никто не поедет ночью за вашим пациентом. Тем более что установка кардиостимулятора – это плановая помощь. Тяните до утра, там созвонитесь с начальством и согласовывайте перевод. Если заведующий даст согласие, то везите его. Тут нет острой патологии, насколько я понял из ваших с фельдшером объяснений. – Я отстранил трубку телефона от уха и внимательно на неё посмотрел. Нет, мне точно не могло послышаться.

– По-вашему, полная блокада с потерей сознания – это неострая патология? – всё же решил уточнить я. Мало ли что мог ночью с недосыпа услышать.

– Это просто блокада. Я не уполномочен решать эти вопросы, – похоже, меня сейчас довольно деликатно, надо сказать, прямо-таки по-медицински посылают в очень дальние дали.

– Хорошо, что мне делать? – спросил я, понимая, что каши с этим дежурным кардиологом сейчас не сваришь. – Что ещё нужно сделать, кроме как давать гепарин, который на его состояние мало, чем может повлиять. Как тянуть пациента…

– Желудочковая фибрилляция! – дверь распахнулась, и я услышал Сашин вопль.

– Вот, демонова бабушка, – я бросил трубку на стол и рванул в приёмник. Электроды были уже готовы. – Разряд! – Ритм снова восстановился до прежнего незначительного. А пациент вновь вяло начал двигаться, стараясь прийти в себя. Я же побежал к трубке. – Свиридов, вы ещё здесь? У него не просто критично редкое сердцебиение, у него частые фибрилляции желудочков. И я ещё раз спрашиваю, что мне делать⁈ – заорал я, уже даже не пытаясь себя сдерживать.

– Давыдов, вы сейчас городите чушь…

– Фибрилляция! – вновь вопль, на сей раз от Татьяны.

– Твою мать! – я снова рванул к мужику. Он снова был без сознания, и я понятия не имел, что с ним происходит. Снова разряд и бегом к трубке. – Свиридов!

– Ну, начни ему давать какой-нибудь антиаритмик, – недовольно проговорил мужчина на том конце провода. – Блокатор какой-нибудь, если он у вас есть.

– Какой блокатор, если у него уже полная блокада? Простите, вы точно кардиолог? А, я понял, вы таким интересным способом решили прикончить пациента, чтобы больше о нём не слышать? – прошипел я, стараясь понять: он сейчас надо мной издевается или нет.

– Да поставь ему временный водитель… – послышалось в трубке.

– Что я должен сделать? – Тут у меня даже дыхание перехватило. – Ты совсем охренел?

Эта тварь предложила мне, врачу-стажёру, у которого не было здесь наставников и ассистентов, кроме среднего медицинского персонала и одного молодого педиатра, провести операцию на сердце. Да, не на открытом сердце, но, тем не менее. В условиях кустовой больницы. Без реаниматолога. Да я вообще сомневаюсь, что подобные штуки тут в принципе есть. Если бы сейчас Асмодей за нами наблюдал, он аплодировал бы ему стоя, вытирая скупую демоническую слезу. Но, я точно теперь уверен, что его лизоблюды уже натирают персональный котёл для этого Свиридова.

– А что тут такого? – я почти увидел, как эта свинья пожала плечами.

– Фибрилляция! – я очень аккуратно положил трубку на стол, чтобы не разбить её к демоновой бабушке, и быстро вошёл в приёмник. Разряд.

– У нас есть какой-нибудь антиаритмик? – спросил я спокойно. Даже сам удивился этому спокойствию. – Кроме блокаторов, которые тут абсолютно противопоказаны. Кстати, вы же не давали их ему, мало ли вдруг кардиолог посоветовал.

– Вы нас совсем за идиотов не держите. Есть амиодарон, – хмуро ответил Саша.

– Заряжай. Очень медленно, во вторую руку. Попробуем снизить частоту фибрилляций. Если пульс совсем начнёт падать, то выключай, даже меня не спрашивай. – В приёмник заглянула Аллочка и молча протянула мне бумаги с анализами. А я как-то на автомате начал понимать, что знания сами всплывают в голове и мне даже не требуется особо копаться в глубинах врачебной Денискиной памяти. Вот что значит стрессовая ситуация. – А где сердечные маркёры? – я поднял на неё глаза, не увидев таких нужных для меня показателей.

– Реактивы закончились, – она вздохнула. – В понедельник привезти должны, а пока вот так.

– То есть, мы не сможем понять, есть здесь инфаркт или нет. – Я посмотрел на совершенно идеальные показатели, по которым даже косвенно нельзя было определить, было ли тут повреждение сердца или нет. – Волшебно, – я провёл рукой по волосам и пошёл к телефону. Анна выскочила из комнаты, деликатно прикрыв за собой дверь. Видимо, по моему лицу поняла, что я сейчас начну орать на дежурного кардиолога. Подняв трубку, я произнёс. – Свиридов, ты ещё здесь?

– Да, что там у вас происходит? – спросил он немного развязно. Почему-то мне показалось, что ему совершенно нечем заняться и он просто с удовольствием слушает, как я мечусь из кабинета в кабинет.

– Значит так, ты сейчас собираешь дежурную бригаду с реаниматологом и отправляешь её сюда за пациентом. Если нет дежурной бригады, сгребаешься сам с временным стимулятором, постоянным скальпелем, реаниматологом, которого на дух не перевариваешь, и любимой медсестрой. И вы едете сюда со всей возможной скоростью. Это понятно? – тихо проговорил я, мысленно считая до десяти. Говорят, это должно кого-то успокаивать. Только кто в таких условиях может оставаться спокойным, мне известно не было. Ну, хотя, пациент у нас без сознания, так что ему точно всё до лампочки.

– Давыдов, ты кто такой, чтобы со мной так разговаривать? Я же уже сказал…

И тут я, сам того не ожидая, выпустил демоническую силу, сложившуюся в аркан подчинения. Заклинание, доступное демонам пятого уровня, не меньше. Он заметался по комнате и через две секунды исчез. Свиридов внезапно замолчал, потом как-то странно ойкнул, и ещё через две секунды произнёс.

– Мы скоро будем, держитесь, – он положил трубку, а я стоял, прижимая свою к уху и пытаясь понять, что сейчас произошло.

Ничего так и не надумав, опустил трубку на аппарат и быстро провёл диагностику своей ауры и резерва. Да, он немного увеличился, но я всё ещё демон третьего уровня и никаких подвижек к тому, чтобы он неожиданно поднялся, у меня не было. Никаких чудес не произошло. Как же тогда у меня получилось…

И тут до меня дошло: фамильяр! Как только я дал курице имя, мы практически сразу начали усиливать друг друга. И когда мне позарез нужно было очень энергоёмкое для меня заклятье, эта связь проявилась. И, что самое главное, я не чувствую постороннего присутствия. Не было даже ощущения подпитки извне. Я просто взял и реализовал демонический приём, на который не решался, даже будучи по силе демоном седьмого уровня. Это не было стандартным заклинанием для демонов перекрестка. Я его выучил так на всякий случай, когда хотел отомстить обидчикам за несколько приятных недель, проведённых в больничной палате. Нужно побольше узнать о фамильярах, и той книги, которую я прочитал от корки до корки в плане информации явно недостаточно.

– Денис Викторович, ну что? – в комнату заглянул Саша. Выглядел он вполне нормально, значит, моих экспериментов с демонической аурой не заметил.

– Они приедут. Не могу сказать, что вот прямо сейчас, но приедут. А мы пока будем пытаться не дать Павлу Никитичу умереть. – Сказал я и вышел в коридор. – Амиодарон помогает?

– Ну, фибрилляции пока больше не было, тьфу-тьфу, – и Саша постучал себя по лбу.

Подойдя к лавке, на которой сидели жена пациента и его сын. Я посмотрел на них и сел напротив.

– Как Паша? – тихо спросила женщина. – Он не умрёт?

– А вам бы этого не хотелось? – спросил я, а в моём голосе сами собой, помимо воли появились вкрадчивые обертоны.

– Конечно, нет, – она выпрямилась, а её глаза гневно сверкнули. – Зачем вы говорите так?

– Пытаюсь понять, – ответил я задумчиво, не добавив, что хочу понять, на что люди готовы пойти ради другого человека. Пусть даже если этот человек близкий, родной и любимый. – Он жаловался когда-нибудь на боли в сердце?

– Нет, никогда, – женщина снова сгорбилась. – Паша практически не пьёт, никаких лекарств не принимает. Я уже всё это Саньке рассказала.

– Мама, – сын сжал её руку и повернулся ко мне. – Что с ним?

– У него серьёзное нарушение ритма, – ответил я. – Вы же знаете, что сердце сокращается в определённом ритме: тук-тук, тук-тук. Сначала сокращаются предсердия, потом через короткую, почти незаметную ухом паузу – желудочки. И запускает этот ритм специальная система узлов. Импульс идёт от одного узла к другому и, грубо говоря, заводит мышцы, которые и сокращаются, проталкивая кровь туда, куда ей надо. У Павла Никитича один из узлов почему-то перестал работать. Чтобы его спасти, нужна операция: ему поставят искусственный водитель ритма, который возьмёт на себя роль не только этого узла, но и частично остальных. И скоро приедет бригада, которая и заберёт его в Тверь на операцию.

– Он может умереть? – парень сосредоточенно смотрел на меня.

– Да, может, – я не стал лукавить. – И я не знаю, почему так произошло. А также не знаю, почему у него ещё и желудочки начинают периодически джигу отплясывать.

– Денис Викторович, – в коридор высунулся Саша, а я услышал противный писк монитора, который уже начинал ненавидеть.

Бригада приехала через три часа, уже утром. За это время я бил током Павла Никитича ещё три раза. Свиридов, оказавшийся всего лет на пять-семь старше меня, провёл-таки небольшую операцию, которую советовал мне провести. После чего они загрузили пациента, отмахнулись от жены и укатили обратно в Тверь. Вели себя они нормально, а что были немногословны, ну тут не до разговоров. Как только они приедут в клинику, моё принуждение спадёт, и оставит лишь недоумение по поводу того, что они вот так сорвались, да ещё в богом забытое Аввакумово. Но мне было всё равно. Доказать влияние извне Свиридов не сможет, даже если что-то заподозрит.

– Домой, Денис Викторович? – спросил зевающий Дима, когда я вышел на крыльцо в утреннюю прохладу.

– Отвези меня вон к тому леску, – и я указал на виднеющийся неподалёку лес. Больница стояла почти на окраине посёлка, и до леса от неё было недалеко. Дождь закончился, и, судя по пробивающимся солнечным лучам, день обещал быть жарким. – Хочу прогуляться, чтобы голову проветрить.

– Лучше бы домой спать поехали, – Дима покачал головой и сел за руль. Я запрыгнул следом и закрыл глаза.

Спать хотелось зверски. Человеческий организм гораздо слабее демонического. Да и сил я всё-таки потратил слишком много, и это не могло не отразиться на общем самочувствии. Но нужно было решить проблему с дядюшкой. А сделать это было нужно, как и обещал, утром, а то он жизни не даст не только мне, но и моей впечатлительной соседке. Может быть, в сделку отдельным пунктом внести, что он оставит меня в покое и свалит куда подальше? Главное, не забыть про это.

– Денис Викторович, приехали, – я открыл глаза и несколько мгновений непонимающе смотрел на Диму. Потом помотал головой, стряхивая с себя остатки сна.

– Надо же, сам не ожидал, что усну, – протёр глаза и зевнул.

– Может, всё-таки домой? Вам бы спать сейчас завалиться. – Произнёс Дима, глядя на меня сочувственно.

– Я посплю. Вот прогуляюсь, воздухом подышу, вернусь домой и залягу часиков на десять. Если меня никто снова не поднимет, – добавил я. – В этом лесу есть одно неоспоримое преимущество. Здесь нет телефона, и вы при всём желании не сможете до меня дозвониться.

– Да, это серьёзное преимущество, – хохотнул Дима. – Но, если приспичит, так и в лесу найдём. И такое у нас бывало. Ладно, если прогуляться хотите, гуляйте, а я, пожалуй, поеду. У меня смена через час заканчивается, и тогда я домой, спать. Мне для этого по лесу гулять не надо.

Я проводил взглядом удаляющуюся машину и решительно направился в лес. Нужно найти небольшую полянку и вызвать призрака. Я даже хохотнул. Это какой-то бред. Демон вызывает клиента для заключения сделки, а не наоборот. Кому сказать, не поверят. О, вот эта полянка, в окружении плотного кольца деревьев прекрасно подойдёт. И я вышел в центр небольшой живописной поляны и обратился к демонической ауре, разворачивая её и начиная мысленно вызывать дядюшку.

* * *

Фамильяр был связан с хозяином и не просто усиливал в определённых моментах его силу, но и получал что-то взамен. Во всяком случае, Мурмура не почувствовала дискомфорта, когда Денис воспользовался демоническим даром, заставляя приехать в Аввакумова бригаду. Наоборот, ей словно плеснули в вены дополнительную энергию, которой срочно нужен был выход, иначе бедную курочку порвало бы на части.

Дождь как раз закончился, и Мурмура вышла из конюшни во двор, чтобы найти достойного соперника для вымещения своего плохого настроения. В этот же момент из дома вышел кот, использовав в качестве двери приоткрытое окно.

Возле стены конюшни мелькнула тень, и курица радостно захлопала крыльями. Эту демонскую шавку они с Бароном заметили давно, но гончая просто следила за обстановкой, не пытаясь нападать. Она вообще старалась не попадаться никому на глаза, и умные животные не связывались с мощной тварью, потому что не знали, как к ней относиться. Всё-таки от хозяина порой несло такой же, чуждой этому миру силой, и курица с котом приходили от этого в замешательство.

Но вот сейчас Мурмура внезапно осознала, что соседство с Адской тварью ей надоело. К тому же она впервые ощутила угрозу, пока скрытую, направленную на хозяина. И хоть этот тип не то чтобы ей нравился, но ощущение переполняющей её силы вполне курицу устраивало. Да и жить ей хотелось, а ведь фамильяр не может жить, если с хозяином что-то происходит.

Ещё раз осмотрев прячущуюся гончую, истинный облик которой она видела чётко, и он явно не был похож на тень или обычную псину, курица приняла решение. Она раскрыла крылья и, грозно зашипев, бросилась на эту тварь, которая вывела её из себя.

Барона гончая беспокоила весь день гораздо больше, чем новоявленную подружку. Но он прекрасно оценивал силы, и погибать в расцвете лет ему совсем не хотелось. Он чувствовал, что Мурмура стала гораздо сильнее в тот самый момент, когда хозяин дал ей имя. И сейчас, когда она понеслась на попятившуюся и оскалившуюся адскую тварь, шансы победить у курицы были уже не нулевые. И кот, радостно заорав, решил помочь подружке, слегка её усилив, и кинулся на гончую с другой стороны, целясь прямо в горящие адским пламенем глаза.

Глава 23

Призрак дядюшки соизволил явиться, когда я уже практически составил контракт. Он появился передо мной, и я щелчком пальцев отправил специальное перо в то самое хранилище в Астрале, куда я поместил свой первый договор. Именно там я и нашёл его, вместе со специальными бланками. Я всё думал, как мне провернуть сделку с призраком, не имея специальных приспособлений, поэтому несмотря на усталость, решил заглянуть в хранилище и рассмотреть там всё более внимательно.

Хранилище оказалось копией архива в Аду, куда перемещались все контракты и договоры, заключённые демонами перекрёстка. Не скажу, что это повергло меня в шок, но смогло несколько удивить. Как произошло формирования этого склада, я так и не смог выяснить, подобное не под силу сделать обычному рядовому демону, неважно какого уровня силы он достиг. Поэтому вряд ли это было моих рук дело. Что-то мне подсказывало, что без постороннего вмешательства тут явно не обошлось. Хотелось бы узнать, конечно, кто за всем этим стоит, но сомневаюсь, что эта сущность решит выйти из тени и представиться. Так что, примем пока за свершившийся факт наличие у меня частного хранилища и будем работать с тем, что есть.

К пернатым я пока не хочу обращаться, вдруг они находятся в блаженном неведении относительно меня. К тому же я точно знаю, что подобные Астральные хранилища даже архангел не стал бы делать, ибо сделка есть дело нечистое и противоречащее строгим правилам Небес. Это им под силу, но они не стали бы пачкаться.

Я посмотрел на исписанный лист и удовлетворённо хмыкнул. Вроде ничего не забыл. Мне всё ещё непривычно было работать самому на себя, не чувствуя за плечами всей мощи Адской канцелярии. Но, что-то мне подсказывало, что я вполне могу привыкнуть к такому положению дел.

– Ты опоздал, – сказал я, поднимаясь навстречу зависшему напротив меня хмурому дядюшке. – А я устал как собака. Поэтому вот, читай, и, если всё устраивает, будем договариваться.

Я взмахнул рукой, и свиток договора развернулся, зависнув в воздухе. Призрак кивнул и подлетел поближе, начав внимательно изучать договор. К сожалению, с инфернальными сущностями не работали те же правила, что и с простыми смертными. Если демон умудрился найти верные слова и раскрутить нежить на сделку, то договор не появлялся автоматически. Каждую строчку, каждый пункт в данном договоре приходилось писать отдельно. Да ещё и эти сучности, простите, сущности, вполне могли внести свои коррективы в уже готовый текст. Конечно, составить условия вручную могли и обычные люди, но кто бы им об этом сказал. Тем более что они, как правило, даже не читают то, что написано в договоре.

Вот, это, например, сейчас и происходило. Этот хрен вычеркнул мой пункт о том, что избавит нас от своего присутствия. Зато вписал что-то своё, решительно потребовав жестом, чтобы я дал ему перо. Во время составления договора на призрака частично действовали демонские чары, давая ему возможность удерживать перо и писать на специальном пергаменте.

Он сделал ещё несколько пометок, но больше никаких пунктов не вычёркивал. Получается, что с остальным он, вроде бы был согласен. А там было в основном о неразглашении и сохранении моей личности в секрете под угрозой развоплощения, а также о непричинении мне какого-либо морального и физического вреда также под угрозой исчезновения из этого бренного мира. При этом его развоплотит ещё до того, как он что-нибудь булькнет или даже подумает о том, чтобы сделать мне какую-нибудь гадость.

Призрак отлетел от договора, и я протянул руку. Скрутившийся свиток сразу же влетел в раскрытую ладонь. Прочитав изменения, я удивлённо приподнял бровь.

– Ты не собираешься уматывать к демоновой бабушке, потому что хочешь остаться и помочь мне работать в больнице? – В ответ дядюшка яростно закивал головой, а я продолжил. – И зачем тебе это. Ты что, врач, что ли? – призрак насупился и сложил руки на груди, выразительно глядя на меня, точнее, прожигая не слишком дружелюбным взглядом. Ну не интересовался я историей своего нового фамильного древа, чего так бурно реагировать? – Ладно, теперь, мне кажется, становится понятно, кто тот хрен, который надоумил Дениску стать великим врачевателем, – хмыкнул я. – А как мы решим проблему твоего пребывания в доме? Настя и так уже оглядывается по сторонам, когда ты её в душе пытаешься заморозить. Ну, хотя, я же сам не хочу жить в одном доме с одной очаровательной блондиночкой, которая так и просит её совратить и довести до греха. Так что, возможно, эта проблема разрешится сама.

Призрак только глаза закатил и ударил себя рукой по лбу. Я же, стараясь не обращать на него внимание, сосредоточился. Свиток с договором на моей ладони вспыхнул и практически сразу унёсся тонкой струйкой пепла, а мне в руку упал новый с уже внесёнными в него изменениями.

Я снова повесил его в воздухе, а дядюшка принялся читать, заново вчитываясь в каждую строчку. Правильно, он же не в секс-шопе интересные игрушки покупает, а сделку с демоном заключает, а тут ухо надо востро держать постоянно. Я-то клиентов не обманываю, у меня безупречная репутация в этом плане, но всякое встречается.

Вообще, сделки с инфернальными созданиями считаются высшим шиком, чуть ли не вершиной мастерства демонов перекрёстка. Оплата со стороны того же призрака не душой идёт, там всё очень сложно, на самом деле, а частью энергии, которую демон получает ежедневно. В качестве подпитки и повышения изначального уровня лучших условий просто не найти. Когда-то всего три таких контракта помогли мне быстро перепрыгнуть с пятого на шестой уровень. Что будет сейчас, я понятия не имею. Всё-таки это тело не предназначено для подобных нагрузок.

Пока я размышлял, дядюшка прочитал договор, кивнул, и с его пальцев сорвалось белёсое облачко, которое с размаху впечаталось в договор, оставляя внизу размашистую подпись, словно выжженную на бумаге. Я, в свою очередь, подошёл, уколол палец специальной иглой, которой обзавёлся в порыве энтузиазма на какой-то станции, и поставил кровавую подпись рядом с подписью призрака. Ну вот теперь всё.

Свиток раздвоился, и один из них полетел к призраку, растворяясь в призрачном теле, а второй я зажал в руке, согнувшись пополам из-за нахлынувшей боли.

На этот раз всё прошло быстрее, и хоть и было больно, но не до такой степени, чтобы мечтать сдохнуть. Сунув договор в ячейку, я вынырнул из Астрала, вернувшись в этот поганый мирок. Либо начинаю привыкать, либо моя курица-фамильяр всё-таки выполняет возложенные на неё функции и разделяет негативные последствия от посещения Астрала со мной.

– Кхе-кхе, – раздавшееся покашливание заставило меня подняться на ноги. Оказывается, я всё-таки упал на колени, и сам этого не заметил. Но я чувствовал себя гораздо бодрее, чем в прошлый раз, а головокружение можно списать на бессонную ночь. – Я слышал, что такие вещи происходят мгновенно, но не верил в них, – задумчиво произнёс дядюшка. – А может быть, я продешевил? И надо было просить полноценное воскрешение?

– И у тебя есть на примете достаточно свежее тело? – спросил я саркастически. – Которое уже покинула душа, но его ещё не коснулся тлен? От твоего-то тела уже мало чего симпатичного осталось, я почему-то в этом уверен. Хотя ты же призрак, чего тебе боятся, мог бы прибить какого-нибудь бедолагу ради этого и помариновать его до определённой консистенции. Но я в такое точно вписываться не стану. Не сейчас, по крайней мере.

– Всё-таки ты демон, – дядюшка поморщился.

– Вообще-то, я этого от тебя не скрывал. – Отряхнув брюки, я потянулся. – Но, если тебя что-то не устраивает, ты всегда можешь призвать другого демона перекрёстка, прямо из Ада, и он тебе состряпает подобный контрактик. Этот, как ты понимаешь, сразу же аннулируется. И, кстати, в том случае на кону стояли бы твоя душа и время, ограниченное в стандартные двадцать пять лет.

– Да, это была бы проблема. Я как-то уже привык существовать, осознавать себя и быть в курсе жизни живых. И становиться игрушкой для не слишком требовательных демонов мне не хотелось бы.

– Почему ты вообще остался? Ты не мстительный дух, ты… я вообще не могу понять, что ты такое, – выпалил я оглядываясь. Надо было двигаться домой, но следовало уточнить ещё несколько моментов.

– Я умер слишком внезапно. Так получилось, бывает. Обширный инфаркт с разрывом аневризмы желудочка. От такого не спасают, к сожалению, – он развёл руками. – Наверное, я запаниковал. Столько осталось недоделанных дел, научная статья опять же не дописана. А на кого я бы оставил своих пациентов? На бездарей, вроде тебя? – он поморщился. – В общем, я остался. И за семьёй помаленьку присматривал, не без этого. Я уже почти смирился и готовился к уходу, но тут ты появился. Мало того что Денис стал одержимым, так ты ещё и во врача решил поиграть.

– Денис не одержим. Его вообще уже нет. И ты при нашей первой встрече это сразу понял, – спокойно поправил я дядюшку. – Смирись, Фёдор, с тем, что это теперь я, просто очень сильно похожий на Дениса.

– Да, и проживающий в его семье, – дядюшка вздохнул. – Я долго за тобой наблюдал. Ты умён, хоть и демон. И не допустишь, чтобы им кто-то навредил.

– Я что псих? – надо же, он сумел меня удивить, на мгновение подумав, что могу пожертвовать своим относительно комфортным существованием из-за какой-то сиюминутной прихоти.

– Нет, я же уже сказал, на психа ты не похож. – Пояснил дядюшка.

– Я демон перекрёстка. В моей работе главное – это мозг. Я же не дебил из легионов. Вот там свирепые твари, у которых мышца разум заменила. Только статистика – суровая девка, с ней, как и со стервой Судьбой не поспоришь. Срок жизни этих уродов очень недолог. Пушечное мясо, что с них взять. Да и переместившись в реальный мир и вселившись в тело какого-нибудь отчаянного бедолаги, начинают строить из себя невесть кого, решая все вопросы кулаками. Сколько их было, но чего-то действительно значимого смогли добиться лишь единицы. Так забавно за ними иногда наблюдать, в Адской канцелярии даже есть свой тотализатор. Ну это к делу не относится, так, мысли вслух. – И я пренебрежительно махнул рукой. – Что значит пункт о твоей помощи?

– Как ты, наверное, уже понял, я врач. Если ты, конечно, не врёшь и слегка отличаешься от остальных дебилов, населяющих Ад. Более того, я доктор наук, и, кроме всего прочего, я практикующий врач. Понимаю, это почти такая же редкость, как и умный демон, но встречается.

– Да, встречается. Но, ты бы огульно тупыми всех не называл. Князья и герцоги Ада далеко не тупорезы. – Тихо поправил я его.

– Денис, – он на мгновение замолчал, потом, вздохнув, продолжил. – Ты же не будешь возражать, если я к тебе буду обращаться по имени моего внучатого племянника? Ведь твоего я не знаю, и даже в контракте оно не прописано.

– Нет, не буду. Я уже привык к имени, Денис, так что никаких проблем, думаю, с этим не возникнет. Тем более своё настоящее имя я никому не собираюсь разглашать, особенно тебе. Уж извини, но я не настолько доверчив.

– Хорошо, – Фёдор пристально меня разглядывал. – Так вот, Денис, большинство ваших князей и герцогов изначально не были демонами. Так что ставить их в один ряд с рядовыми жителями твоей малой родины не стоит.

– Да, ты прав, – я кивнул. – Ты хочешь меня поднатаскать в искусстве врачевания?

– Как бы это ни звучало странно, но да. И у меня на это несколько причин. Во-первых, мне скучно, а это меня, полагаю, развлечёт.

– Обхохотаться можно, как весело, – буркнул я, поглядывая на него с неприязнью. С другой стороны, помощь мне действительно требовалась, тут даже не поспоришь. Поэтому пускай веселится за мой счёт, лишь бы чему-нибудь научил. В этом плане я негордый и от знающего и сильного наставника явно отказываться не стану.

– Во-вторых, я не хочу, чтобы ты угробил слишком много народа, да ещё и не потому, что этого хочет твоя демоническая натура, а просто потому, что ты недоучка, – он словно не услышал моих бормотаний, но, я почему-то уверен, что он не просто всё расслышал, но и сделал для себя определённые выводы.