Текст книги ""Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Александра Черчень

Соавторы: Марина Ефиминюк,Феликс Кресс,Алекс Ключевской (Лёха),Александр Анин,Илья Ангел,Влад Снегирёв,Татьяна Серганова,Ника Ёрш,Олег Ефремов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 332 страниц)

Глава 25

Времени, чтобы встретить высокого гостя у нас было не так чтобы много. Саша добежал до нашего дома бегом, потому что мы жили недалеко, а остальной персонал приходилось собирать по всему посёлку. Летом в деревне работы много, и почти всех женщин пришлось вытаскивать из огородов. Надо отдать им должное, за столь короткое время они все успели привести себя в порядок, несмотря на поток ругани, который чуть ли не сбил меня с ног возле входа в больницу. Никогда бы не подумал, что местные жительницы могут так изысканно ругаться. Я некоторых эпитетов и не знал вовсе, поэтому, не запомнить это, просто не мог. Всякое в жизни может пригодиться.

Как только я вошёл в печально известный приёмный покой, то сразу же застыл на месте как вкопанный. Потому что посреди довольно узкого коридора стояла женщина. Это было… Да, это было! Высокая, стройная, в узкой юбке чуть ниже колен и такой же длины халате. Грудь, тыл, потрясающей красоты лицо… Бамс! Меня в спину толкнули, и я чуть не растянулся у ног красавицы. Сделав шаг вперёд, я недовольно покосился на Настю. Это она меня толкнула, потому что я перегораживал её проход, застыв соляным столбом.

– Зинаида Карловна Майер, – женщина быстро подошла ко мне и протянула руку, которую я автоматически пожал. – Я акушерка в этом чудном заведении.

– А также отвлекающий и весьма раздражающий фактор для всяких там комиссий, – ко мне подошёл невысокий мужчина где-то лет пятидесяти на вид. – Старостин Владимир Семёнович, теперь уже старший фельдшер нашей богадельни и Сашкин отец по совместительству.

– Ну а меня никому представлять не нужно, – я криво улыбнулся, с трудом отводя взгляд от Зинаиды Карловны. Да с такой внешностью… Я чуть с порога не навернулся, а ведь уже давно вполне избалован вниманием суккуб. М-да, вот уж точно, отвлекающий фактор для разных там комиссий.

– Нет, не нужно, – Старостин улыбнулся. – А с Анастасией Сергеевной мы уже все познакомились. – Значит так, будешь стоять на страже нашей амбулатории, как обычно, – обратился он к Зинаиде Карловне. Она улыбнулась и только пожала плечами. – Там ремонта не было лет двадцать, незачем цесаревичу это видеть. Он человек занятой, ему не до ремонтов во всяких больничках. – Пояснил он нам. Мне было абсолютно всё равно, что именно будут здесь проверять, и на кой-ляд им вообще это взбрело в голову.

– А не лучше наоборот показать им именно проблемные места? Смысл проверки ведь не в том, чтобы наказать, но ещё и оценить, что требуется от высших инстанций в конкретном учреждении, – недоумённо нахмурила брови Настя. – Если, конечно, деньги на ремонт той же больницы не выделялись, но по назначению они так и не дошли.

– Эх, не хватает вам ещё опыта, Анастасия Сергеевна. – Улыбнулся Старостин. – Такие люди, как Великий князь, обычно не хотят видеть проблемы. Они хотят видеть, что всё хорошо, и все их указания были выполнены. Ничего, скоро сами все поймёте, как только опыта наберётесь.

– Не думаю, что вы правы, – тряхнула головой девушка, продолжая хмуриться.

Я старался не вмешиваться в этот разговор. Всё равно от меня тут ничего не зависело. Но ей было виднее, как ни крути, у неё родители – врачи и уже долго варятся в этом котле бесконечных проверок. Тем более, доля логики в её словах всё же была.

– Владимир Семёнович! – прокричала довольно громко Наталья Сергеевна, подходя к нам быстрым шагом, таща в руках какие-то листы, прерывая начинающий зарождаться спор. – Это куда всё? – она потрясла всей пачкой перед носом у старшего фельдшера. Он нахмурился и пытался заглянуть в эти самые листы, но потом просто вырвал их из рук раздражённой старшей медсестры и бегло просмотрел, что там написано.

– Что это? – он удивлённо перевёл взгляд на женщину, которая оглядывала стены коридора, видимо, пытаясь понять, куда развесить всё то, что она держала в руках.

– Это то, чем занимается наше начальство вместо того, чтобы делать что-то действительно важное, – поморщилась она, сложив руки на груди.

Я сам не удержался и заглянул из-за плеча старшего фельдшера в бумаги. На них были изображены какие-то разноцветные кружочки, которые были нарисованы на коленке впопыхах, и это было видно невооружённым взглядом. А уж то, что было написано внутри них и сбоку корявым мелким почерком я так и не смог разобрать.

– Вы должны были это сделать ещё полгода назад после последней проверки, – прошептал обречённо старший фельдшер, разглядывая это произведение искусства.

– Вот если Муравьёв любит от нечего делать сидеть и раскраски раскрашивать, то пожалуйста, пусть приезжает в своё свободное время и рисует в своё удовольствие, а мне некогда подобной ерундой заниматься! – повысила она голос, выхватывая обратно изрисованные страницы. – Так куда?

– Никуда! – вспылил Старостин. – Лучше нагоняй в очередной раз получить, чем позориться вот с этим. Убери их с моих глаз, – прорычал он. Наталья Сергеевна пожала плечами, демонстративно разорвала листы и выбросила в мусорное ведро, стоявшее возле лавочки.

– Мне стоит поинтересоваться, что это было? – спросила Настя, заинтересованно глядя на клочки бумаги.

– Владимир Семёнович! – раздался крик Анечки из той самой диспетчерской, где я провёл незабываемый вечер и часть ночи. Хотевший было ответить молодому врачу, старший фельдшер захлопнул рот и резко повернулся в сторону открывшейся двери. – Куда мне эту дурацкую табличку повесить?

– Какую ещё табличку? – встрепенулся Старостин.

– Что это телефон для приёма вызовов, – Анечка выскочила в коридор. В руках у неё были зажаты огромные ножницы, которыми она махала прямо у носа Владимира Семёновича.

– Наверное, возле телефона для приёма вызовов, – раздражённо бросил старший фельдшер. – Куда ты его ещё хотела повесить?

– Ну, не знаю, – огрызнулась Анечка. – Может опять какое-нибудь идиотское распоряжение под номером пятьсот сорок семь пришло, о том, что такие таблички нужно размещать строго на двадцать сантиметров от диска телефона. И, да, чтобы обязательно в зелёной рамочке. Ведь как только зелёная рамочка на табличке появится, у нас сразу сами собой образуются препараты для тромболизиса. Вот по щелчку пальцев. Как будто в нашем мире целительская магия появилась.

– Приклеивай эту чёртову табличку куда хочешь! – рявкнул Старостин. – Да, насчёт рамочки я сейчас уточню. Шут его знает, может, и правда что-то пришло в голову нашему неугомонному начальству.

– А ну, не дёргайся! – раздался злой голос Татьяны, которая находилась на рабочем месте уже вторые сутки. Далее раздалась какая-то возня и довольно громкий вскрик.

Мы переглянулись со старшем фельдшером и наперегонки бросились в кабинет. Я уже мысленно ждал, что кто-то вот прямо здесь и сейчас начнёт помирать, когда беды ничего не предвещает. Мало ли, нервы у кого-то сдали, или сердце из-за слишком внеплановой проверки.

На кушетке сидел молодой парень и стойко терпел, пока Татьяна накладывала ему гипс на правую руку.

– Что тут происходит? – спросил Старостин, поглядывая на часы, висевшие на противоположной стене.

– Да племянник мой с лестницы свалился, руку сломал, – отмахнулась она.

– А что, подождать час нельзя было? – нахмурился Владимир Семёнович, обречённо глядя на бардак, царивший в помещении.

– Рабочий момент. Если кому не нравится, может сам принять участие в уборке, – фыркнула Татьяна и, выпрямившись, сурово посмотрела на съёжившегося от её взгляда парня. – Если придёт проверка, а ты откроешь свой рот, я сломаю тебе левую руку для симметрии, – угрожающе проговорила она. Ну ладно, дела семейные, в них точно лезть не стоит.

– Ну тёть Тань, – протянул он, но быстро замолчал, когда женщина резко к нему повернулась, сложив руки на груди.

– Хорошо, всё будет хорошо. Не одну проверку пережили, и эту переживём, – выдохнул Старостин, выходя обратно в коридор.

Он только повернулся в сторону двери-перегородки в амбулаторную часть, после того как встретился взглядом с прищуренными глазами Анечки, как его снова окликнули.

– Владимир Семёнович! – на этот раз его окликнул незнакомый мужской голос, раздавшийся из приоткрывшейся неподалёку двери. – А труп куда девать? – Увидев, что начальник этой богадельни обратил на него внимание, прокричал он.

– Какой труп? – опешил Старостин, непонимающе на него глядя.

– Дык, пару часов назад полицейский наш кустовой с помощником приволокли. Утопленник, на берегу нашли. Они бригаду вызвали, чтобы в центральный морг увезти, да как услышали, что у нас проверка, так и слиняли, – продолжил горланить мужик. Судя по мятому халату и красным от недосыпа глазам это был местный санитар, ну или уборщик, или ещё не пойми кто.

– А чего они его на берегу не оставили? – прорычал фельдшер.

– Так, праздник там сегодня, готовиться нужно, а тут труп. Непорядок же, – пожал парень плечами. – Мы его пока в физиокабинет закатили, в коридоре же вы запретили покойничков держать, а приёмный покой был занят, не в палаты же его тащить.

– Как в физиокабинет? Это же единственное, что мне показать нужно обязательно, – прошептал Старостин. – Мы ж денег на него выпросили да оборудовали полностью. Выкатывай его оттуда и девай куда хочешь! А ещё лучше, пусть полиция его забирает, у нас тут больница, а не морг! Ему уже помощь наша явно не нужна…

Разглагольствования покрасневшего старшего фельдшера прервал звук открывшейся входной двери. В больницу стремительно вошёл Великий князь Дмитрий собственной персоной.

– Я труп, – прошептал обречённо Старостин, хватаясь за грудь. Сердце не сердце, но давление у него явно подскочило до неприличных значений.

Наступила просто оглушающая тишина. В которой отчётливо прозвучало.

– Ой, – и Анечка быстро спрятала руку с ножницами за спину.

– Доброе утро, – улыбнулся Дмитрий. Я же сейчас сумел его хорошенько рассмотреть. На балу как-то не получилось, да и не до него мне было тогда, если честно.

Великий князь был высоким молодым человеком с прекрасно развитым телом тренированного воина. Тёмные волосы аккуратно пострижены, красивое породистое лицо привлекает женские взгляды. На этом лице сильно выделялись светлые зелёные глаза. Очень необычное сочетание, у брюнетов настолько светлые глаза бывают редко. Что сказать, Дмитрий красив, молод, холост и наследник престола. Всё вместе – убийственное сочетание для любой женщины от шестнадцати лет и до бесконечности. Добавить сюда ещё строгую мужественность и очень хорошую улыбку… И да, я завидую, потому что тут явно есть чему.

Вслед за Дмитрием в узкий коридорчик ввалилась толпа, сметя с дороги Настю, которую буквально швырнули на меня. Я успел её подхватить и прижать к себе, чтобы не затоптали.

– Доброе утро, господа, – Старостин вовремя опомнился и вытолкнул вперёд Зинаиду Карловну.

Акушерка за эти три секунды замешательства успела тронуть губы помадой, переобуться в туфли на высоком каблуке, сделавшими её ноги просто охренительными, а также расстегнула халат. Белая строгая шёлковая блузка прекрасно подчёркивала потрясающую грудь, и вся комиссия, состоящая исключительно из мужчин, уставились на чудное видение, как бараны на новые ворота.

Исключение составлял цесаревич. Его лицо оставалось строгим, а взгляд прямым. Ну, наконец-то я нашёл в нём один существенный недостаток. Он – идиот. Ну как можно было не отреагировать на такую женщину? Надеюсь, он не импотент, а то вот прямо сейчас мне стало за сестрёнку обидно.

– Николай Борисович, – Дмитрий повернулся к тут же приблизившемуся к нему мужику. Наверное, мужик был большой шишкой среди местного начальства по медицине. Потому что он мельком посмотрел на Зинаиду Карловну, и всё его внимание вновь переключилось на Великого князя. – Начинайте проверку. Я присоединюсь чуть позже. Денис Викторович, проводите меня к гаражу, я хочу посмотреть на ваши машины.

– Но, ваше высочество… – вперёд протолкался один из офицеров. Наверное, это был начальник охраны. Его оттеснили чиновники разных мастей, и он с трудом сумел протиснуться через широкие спины к охраняемому лицу. Ну, это нормально, это и в Аду примерно также происходит. Даже такой же бедлам буквально за пару минут до прибытия высоких гостей. Аж в ностальгию опять потянуло.

– Афанасий Григорьевич, – голос Дмитрия звучал холодно. – Оставайтесь здесь, ваши люди охраняют периметр?

– Конечно, ваше высочество, – офицер даже оскорбился, когда услышал, что цесаревич сомневается в его профессионализме.

– Денис Викторович, идёмте. – И он решительно вышел из больницы. Его сопровождение вовремя расступилось, давая нам дорогу.

– А давайте начнём проверку с нашей амбулатории, – донёсся до меня обречённый голос Старостина. – Анастасия Сергеевна, не желаете ли к нам присоединиться…

Я понятия не имел, где здесь находятся гаражи. Мне успели показать только саму больницу, зато Дмитрий, похоже, это знал, потому что шёл куда-то вполне уверенно. Я тащился за ним, вяло думая о том, зачем ему понадобилось со мной разговаривать. Голова соображала плохо, сказывался недосып. Да и перенервничал я за эти сутки будь здоров.

Тем временем Дмитрий остановился и повернулся ко мне. Я сразу же попытался собраться, чтобы не пропустить нечто для меня важное.

– Денис Викторович, я хочу с вами поговорить, – он пристально смотрел на меня, но я впервые увидел, что он нервничает.

– Я это понял, ваше высочество, – вернув ему взгляд, я не удержался и спросил. – Как давно была запланирована эта ваша совершенно незапланированная проверка?

– На самом деле довольно давно. Уже три месяца назад я знал, что поеду в Аввакумовский куст. Единственное, что не было согласовано, – это дата визита. Подозреваю, что местная больница увидела сразу двух врачей по одной простой причине, чтобы пустить мне пыль в глаза. – Он усмехнулся. – Как будто я не знаю, что творится в наших землях.

– Да, возможно. Но вот моё назначение стоит особняком. Оно никак не связано с тем, что я родной брат девушки, которой вы уделили столько внимания на балу? – я слегка наклонил голову, а Дмитрий слегка замешкался с ответом.

– Вот как раз об этом я и хотел поговорить. Нет, ваше назначение сюда никак с этим не связано. Но дату визита я перенёс исключительно для того, чтобы с вами встретиться с глазу на глаз без посторонних свидетелей. Такое совпадение было бы кощунством проигнорировать, – слегка улыбнулся он, но взгляд его оставался холодным и пристальным. – Денис, вы должны знать, что я никогда не причинил бы Ольге… – он не договорил, потому что в этот момент послышался быстрый противный пищащий звук, и я почувствовал, что земля начала уплывать у меня из-под ног. Закатив глаза, я начал падать, успев заметить, как рядом со мной падает мордой в землю Великий князь Дмитрий, а где-то вдали разносится громкий вой спешащей мне на подмогу Мурмуры.

* * *

– Ваше Темнейшество, – в кабинет на негнущихся ногах вошёл совершенно невзрачный демон. – Демон перекрёстка Мазгамон по вашему приказанию…

– Ты встречался с опальным Фурсамионом? – не дожидаясь, пока демон проблеет приветствие, задал вопрос Асмодей.

– С кем? – Мазгамон уставился на Асмодея. – Нет, ваше Темнейшество. Я успел получить приказ не оказывать этому демону никакого содействия. Я и не оказываю. А где он, кстати?

– В мире под номером тринадцать тобой была заключена довольно странная сделка, – Асмодей чуть подался вперёд. И хоть он даже не встал из-за стола, Мазгамон отпрянул, вытирая со лба выступивший пот. – Что это за сделка, в которой оплатой была некая услуга. И каковы условия этой сделки. Отвечай! – и Асмодей так стукнул кулаком по столу, что стоящая на тумбочке драгоценная ваза подпрыгнула.

– Ах, вы про эту сделку, – Мазгамон закатил глаза. – Какой-то местный демонолог откуда-то узнал моё имя. И вот именно сейчас, я подозреваю, что этот гад Фурсамион его ему разболтал. Он же, получается, отбывает наказание как раз в этом мире под номером тринадцать?

– Короче, – сухо приказал Асмодей.

– Да, короче, конечно, ваше Темнейшество. – Мазгамон снова вытер пот со лба. – Как-то у вас тут жарковато. Да, сделка. – Он уставился на шефа абсолютно преданным и честным взглядом. – Демонолог, науськанный этой плесенью Фурсамионом, заманил меня в ловушку, организовав вызов. Он знал моё имя, я не мог проигнорировать. Таковы правила.

– Я без тебя знаю правила, я их сам разрабатывал, – нетерпеливо проговорил Асмодей, уже догадываясь, чем закончится эта история. – Что он у тебя попросил в обмен на освобождение.

– Силы демона, – пожал плечами внезапно успокоившийся Мазгамон.

– Что? Демоническая аура не подходит для человека. Последствия такого вмешательства могут быть совершенно непредсказуемы, вплоть до летального. – Асмодей поморщился. Он знал Фурсамиона, как весьма осторожного демона. Он не стал бы так рисковать. Получается, что это ничтожество говорит правду.

– Я его не предупреждал о последствиях, – Мазгамон внезапно подумал, что они с Фурсамионом о них и не подумали. Просто не знали о подобном несоответствии. Высшие весьма неохотно делились своими секретами с простыми демонами. Ну, если с Фурсамионом случилось нечто непоправимое, то, это его проблемы. А ведь он знал, что сильно подставляется, помогая этому козлу.

– Так, что ты сделал после заключения этой позорной сделки? – Асмодей поморщился.

– Я не ушёл из этого мира. Меня с демонской ловушки освободили, и это позволило мне остаться. Я сумел заключить четыре полноценные сделки, прежде чем вернулся домой. – Быстро отрапортовал Мазгамон.

– Ваше Темнейшество, – в кабинет заглянул личный прислужник Асмодея, которому было поручено отслеживать нахождение Фурсамиона в мире под номером тринадцать. – Мы потеряли сигнал. Тринадцатый исчез с демонических радаров.

– Что значит, исчез? – Вот сейчас Асмодей начал подниматься из-за стола, непроизвольно принимая истинное обличье.

– Мы не знаем, – пролепетал прислужник.

– Найдите его, немедленно! А этого… – он брезгливо посмотрел на Мазгамона. – Трое суток ареста.

– За что? – заорал демон, к которому тут же подскочил прислужник. – Я же ничего не сделал! – Он вяло сопротивлялся, в глубине своего сознания прыгая до потолка, радуясь, что так легко отделался.

– Для профилактики, – процедил Амсодей, глядя невидящим взглядом в выключенный монитор. – Надо послать ещё одну гончую. Я обязан знать, что там творится, в этом убогом мирке.

Илья Ангел, Алекс Ключевской
13-й демон Асмодея. Том 2

Глава 1

– Ай, больно же, – я отдёрнул руку, но снова кто-то сильно укусил за предплечье. – Ну держитесь, суки. – Рывком поднявшись, я снова повалился на землю, схватившись на этот раз за голову. Головокружение было такое, что перед глазами замелькали вертолёты.

Сбоку послышались какая-то возня и недовольное квохтанье курицы. Довольно болезненный укус в колено заставил открыть глаза, чтобы определить, кто же меня грызёт и по возможности отомстить обидчику.

Мысли вяло текли в голове и никак не могли сложиться во что-то дельное. Похоже, что нас чем-то накачали и, скорее всего, с помощью газа. Потому что мы точно с цесаревичем ничего вместе не ели и не пили, чтобы предположить, что нас опоили.

– Что произошло? Где мы? – я медленно повернул голову и посмотрел на цесаревича, садящегося на землю рядом со мной. Он также как и я, держался за голову, но умудрялся при этом осматриваться по сторонам.

Никого кроме Дмитрия я не увидел. Интересно, кто всё-таки меня кусал, воспользовавшись бессознательным состоянием? Не цесаревич же Дмитрий сошёл с ума, чтобы начинать таким интересным способом приводить меня в чувство. К тому же, судя по всему, он сам только что очнулся. Я несколько раз моргнул, убирая появившуюся перед глазами пелену.

– Ты у меня спрашиваешь? – вот прямо сейчас мне было не до политесов.

Мы явно не на земле возле гаража валялись, где нас вырубили, и что-то мне подсказывало, что это именно из-за Дмитрия мы оказались в таком незавидном положении. Потому что не представляю, что за ценность может быть у молодого имперского графа, к тому же у врача, чтобы придумывать подобную схему его устранения? Да ещё и Великого князя прихватывать. Вот только это точно устранение? Почему нас тогда просто не убили?

Тем более что увозить нас пришлось очень быстро. Сомневаюсь, что кровавая расправа возле больницы Аввакумово не привлекла бы постороннего внимания. Может, портал быстренько организовали и нас в него запустили? Но почему всё-таки не убили? В портал и трупы можно было закинуть, так даже возни меньше было бы.

Квохтанье с другого бока усилилось, и мне на колени заскочила раздувшаяся Мурмура. Грозная курица выглядела раза в два больше, чем была на самом деле. Я опустил руку и погладил её по встопорщившимся пёрышкам. На этот раз успел отдёрнуть руку, которую злобная тварь попыталась заклевать. Так вот кто меня кусал! Мой фамильяр меня таким вот образом в сознание приводил. Довольно жёстко, зато, надо сказать, эффективно.

– На суп пойдёт, – кашлянув, произнёс Дмитрий. – Смотри, какая упитанная курочка.

Мурмура перевела на него взгляд, полный злобы и нарастающей с каждой секундой ненависти. Распушившись ещё больше, эта дрянь попыталась атаковать цесаревича, но я успел ухватить её за хвост, чуть перья оттуда не повыдёргивал, но сумел остановить. Выдержкой Великий князь обладал феноменальной, даже не дёрнулся, когда это исчадье попёрло на него. Только пристально смотрел на нас со всё больше разгорающимся интересом во взгляде.

Развернув курицу к себе, я посмотрел в её глаза. Сейчас, когда я был настроен решительно, она это поняла, поэтому перестала вырываться, и у нас установился вполне устойчивый канал связи. Через этот канал я попытался мысленно вдолбить в куриные мозги, что одно дело назвать цесаревича на «ты», и совсем другое – пытаться на него напасть и покалечить. В этом случае нам лучше здесь сдохнуть и не возвращаться. Мурмура внимательно меня слушала, не отводя взгляда злобных чёрных маленьких глаз. Я снова, как и в прошлый раз, когда смог установить связь, увидел в них своё отражение. Жаль, что канал связи получился односторонним. Было бы любопытно узнать, что эта пернатая гадина обо мне думает.

– Какая агрессивная, – Дмитрий усмехнулся, поднялся на ноги, придерживая голову рукой. – Но красотка, чего уж там. Да и фамильяр очень сильный. Редко кто может перемещаться в пространстве за хозяином. Только обличие довольно странное. Обычно это кошки или собаки. Думал, что у княгини Гнедовой оригинальный фамильяр, но благодаря тебе тот бесполезный и не обладающий даже третью силы твоей курицы варан больше не будет портить жизнь окружающим.

Он тихо рассмеялся, глядя на моё выражение лица, когда до меня дошло, что Дениска приговорил тем деревом не просто домашнего любимца, а фамильяра княгини. За такое он, то есть я, ещё легко отделался, если учесть, что Гнедова никакого отношения к моей ссылке не имела. Цесаревич поморщился, прикоснувшись к вискам, и с серьёзным видом принялся осматриваться, не делая больше резких движений. Курица, внимательно выслушав и мою мысленную речь, и речь цесаревича, внезапно гордо задрала голову и принялась вышагивать перед ним, явно красуясь, принимая такую своеобразную похвалу от наследника императора.

– Нет, ну охренеть! – я глухо заржал. – Скажи, есть хоть одно существо женского пола, которое не пало бы жертвой твоего высочества? – помогая себе руками, я поднялся и встал рядом с ним.

– Да, есть одна, – рассеянно проговорил Дмитрий. – Ей почему-то сильно не понравилось, что я высочество. Так не понравилось, что она даже перестала со мной разговаривать. Он покосился на меня. – Это твоя сестра, Денис.

– О как! – я развернулся к нему. – Почему-то я так и подумал, что вы знакомы. Ну Ольга, ну актриса! Она ведь почти убедила мать да и нас с отцом, что просто приглянулась тебе на балу, и что до этого в глаза наследника престола не видела. В последнее мы, естественно, не поверили, но вот в остальном сестрёнка была вполне убедительна.

– Бал – это было последнее место, где я мог добиться хоть чего-то, сохраняя остатки гордости. Я был слишком жалок? – спросил он, я же медленно сосчитал до десяти.

Он что, надо мной издевается⁈

– Где мы? – я не стал отвечать на идиотский вопрос цесаревича. И вместе с ним принялся осматриваться по сторонам.

Поле какое-то. Неподалёку дорога. Но дорогой давно никто не пользовался, она уже начала зарастать травой, хотя я прекрасно видел наложенные на неё заклятья сохранности. Ну одуванчики и через такие заклятья пробиться могут, я лично видел, как они на земле после адского пламени вылезали. Вот же живучие цветочки, хуже крапивы, которой тут вроде бы не было. Скорее всего, она и не росла здесь никогда, поэтому не расплодилась. Так, а вон там что торчит? На какой-то замок похоже.

– Матерь божья… – я повернулся к Дмитрию.

– Мы на Мёртвой пустоши. Вот же твари! – и он сплюнул на землю, сжимая кулаки.

– Где? – я снова осмотрелся по сторонам. Не похоже как-то на жуткое место, которое стороной все обходят. Травка вон зелёная, лесочек неподалёку, птички поют. Замок опять же. Птички, кстати, поют вполне себе задорно, переходя на какой-то рык вперемешку с вороньим карканьем. Но подобное можно встретить и в других местах, не обязательно в Мёртвой пустоши. Наверное. Я так думаю.

– Я изучал эти земли, они всё-таки нам принадлежат, – Дмитрий прикрыл глаза рукой. – Сюда военный дирижабль запускали, чтобы съёмку местности сделать. Вон тот замок, судя по очертаниям, замок Иво. Самый первый от Аввакумово. Это примерно в ста километрах от границы Аввакумовского куста.

– Что я могу сказать, охренеть, вашу мать! – я аж подпрыгнул от возмущения. – Так, у меня несколько вопросов: кто тебя так сильно ненавидит, при чём здесь я, и почему нас тут выкинули, а не убили?

– На первый вопрос я не знаю ответа, – Дмитрий потёр лоб. – Если бы знал… Скорее всего, кто-то из охраны замешан, но здесь разбираться надо, с наскока не взять. Самое главное сейчас – это как-то выжить и выбраться из этих проклятых земель.

– Охрана – это полбеды, обычные исполнители, – поморщился я. – Тут нужно знать хотя бы приблизительно, кто заказчик и идейный вдохновитель, чтобы знать, на что он способен. Если знаешь, насколько он силён, то можно предположить, чего от него можно ждать хотя бы теоретически. – Я пристально посмотрел на цесаревича, который только задумчиво пожал плечами.

– Можешь выбрать любого жителя Российской империи и указать на него. Мне-то откуда знать, кому именно я так сильно насолил.

– Так, ладно, почему нас сразу не убили? – я почувствовал, как у меня на лице заиграли желваки.

– Потому что определить, что кого-то убили, особенно если этот кто-то наследник престола, очень легко, – ядовито ответил Дмитрий. – Существуют способы, знаешь ли. А так… Пошли два идиота в Мёртвую пустошь, даже охрану не взяв с собой, да и сгинули там. Отыскать заплутавших парней в этом месте практически невозможно, даже если один из них императорских кровей. Давай говорить откровенно, шансов у нас маловато. Я не говорю, что их совсем нет, и постараюсь очень дорого продать свою жизнь, вот только у нас нет оружия, а магия далеко не всегда может помочь.

– Не люблю оружие, – буркнул я, переводя взгляд на замок.

Так, что мы имеем? А имеем мы самое главное, оно же основное: я демон, вашу мать. И не просто тупак из Легиона, а демон перекрёстка. Да неужели я не смогу договориться с мощной и оттого разумной нежитью, если она в замке обитает⁈ Или уничтожить менее мощную и оттого безмозглую? Ну или можно будет пойти с козырей, правда, заметать следы придётся очень тщательно. Играть с памятью заказчика и применять уже поистине виртуозные штучки демона далеко не третьего уровня. Не с бомжом же в подворотне сделка заключается? Сделки такого уровня Асмодей лично отслеживает.

Но если прижмёт… На крайний случай у меня есть Мурмура, а у цесаревича желание поторговаться, ведь не просто так он о стоимости своей жизни заговорил. Это, конечно, крайние меры. Если совсем прижмёт, потому что так сильно рисковать всё же не входит в мои планы. Как не входит в мои планы торговаться с ним за душу. Зачем моей сестрёнке мужик без души, да к тому же будущий император?

– Вот в этом конкретном случае согласен, оружие добывать придётся. Что нас может здесь ждать? – после небольшого раздумья, во время которого установилась полная тишина, проговорил я.

– Не знаю, – Дмитрий передёрнулся. – Пару раз при съёмке вроде бы химеры попадались. Но никто в своём уме сюда не лезет и не исследует эти проклятые земли. И что значит «нам придётся оружие добывать»? Как это?

– Замок… как ты его назвал? Иво, кажется. Ни за что не поверю, что в этом замке нет ни единого ржавого меча или кинжала. – Я задумался. – Химеры – это плохо. А то, что всего пару раз попались при съёмке – это хорошо. Ну что, пошли?

– Пошли, – решительно кивнул Дмитрий и сделал первый шаг в направлении замка. – Всё равно в ту сторону идти.

– Как нас сюда забросили? – я встал рядом, и мы двинулись по дороге, осторожно озираясь по сторонам.

Мурмура обскакала нас несколько раз и в итоге пристроилась с другой стороны от цесаревича. Шла бодро, от нас не отставала. И было не совсем понятно, она там идёт, потому что Дмитрий ей понравился, или же курица вняла моим предостережениям и теперь организовала такую вот охрану самого ценного члена нашего маленького отряда. Ну не может же быть такого, что она просто хочет находиться от меня как можно дальше! Сама же попёрлась следом за мной.

Цесаревич не отвечал, и я повторил вопрос.

– Как мы сюда попали? Порталом?

– Я не думаю, – он действительно выглядел задумавшимся. – Здесь какая-то аномалия. Невозможно пробить прокол в пространстве. Да и в целом какие-то барьеры по всему периметру пустоши. Они, кстати, и нас защищают, не позволяют тварям, населяющим эти земли, вырваться отсюда. Так что нет, не порталом. К тому же бессознательное тело нельзя в портал закидывать, можно запросто убить человека.

– А прямое убийство не входило в планы этих козлов, – пробормотал я.

– Так что нас, скорее всего, сюда привезли. Если двигаться быстро по дороге, то это вполне можно провернуть, – подтвердил мои догадки цесаревич.

– Значит, пока мы валялись в отключке, нас привезли и бросили чуть подальше от первого замка. И не побоялись же, гады. А курица? Как сюда моя курица смогла переместиться?

– Так, она же фамильяр, – Дмитрий удивлённо посмотрел на меня. – На фамильяров обычно различные запреты на перемещения не действуют, если они в принципе могут перемещаться вслед за своим хозяином.

– А обратно с помощью фамильяра переместиться нельзя?

– К сожалению, это так не работает. Фамильяр может перенестись к хозяину, а от него нет, – ответил цесаревич, всё ещё не скрывая удивления от моих вопросов.