Текст книги ""Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Александра Черчень

Глава 18
Поселение кицунэ

Кассандра спешила добраться до родных мест, где она выросла. Это были обширные леса, что простирались на многие километры, и в них небольшие поселения кицуне, затерянные среди многовековых исполинов. Эта территория испокон веков принадлежала её племени, и никто не смел вторгаться на эти земли. Демонические оборотни-лисы жестоко уничтожали своих противников, решивших посягнуть на священные земли. В ход шло всё, отравление, проклятие, обольщение и смертельные ловушки, что не давали здесь чужакам задержаться надолго. Но до этих земель, если даже бежать, была неделя пути только в одну сторону. А у Кассандры на всё про всё было всего лишь семь дней. Но у хозяйственной кицунэ находилось то, что можно было продать во втором отражении. Она заранее переговорила с Оболенским, что зарплату за обучение людей и за услуги наёмницы она может забрать вещами или артефактами, находившимися в хранилище. Их она могла запросто обменять на местную валюту или заплатить за оказанную услугу. Поэтому Кассандра выбрала самый быстрый способ передвижения, решив немного полетать на виверне, которой будет управлять погонщик. Сама бы она никогда не решилась, как Псих, приручать неприручаемых хитрых тварей. Продав один из предметов, она наняла сомнительное средство передвижения и отправилась на свою родину, где не была очень давно.

Приземлившись возле поселения, Кассандра не услышала детского смеха и суеты обитателей, как было тогда, когда она здесь росла. Даже если она и была причиной того, что местные жители попрятались по домам, то вот запаха лисят она совсем не учуяла. Дети пахнут совсем по-другому. Не скрываясь и не прячась, она прошла к главному дому, где обитала главная кицунэ рода, что разменяла шестую сотню лет. В просторных палатах на пуховых подушках возлежала очень красивая девушка, выглядевшая на двадцать с небольшим, прикрытая лишь прозрачной тканью, что совсем не скрывала её аппетитных форм.

– Приветствую старшую великого рода. Младшая вернулась, чтобы просить помощи и совета, – встала на колени Кассандра, склонив голову перед той, в чьих руках сейчас находилось всё племя кицунэ.

– Зачем ты вернулась, что предала свой род, сбежав, когда на тебя у нас были планы, – очень холодно поинтересовалась та, что возлежала сейчас на огромном ложе в окружении молодых самцов.

– Младшая не сбега́ла и не предавала свой род. Я хотела найти и спасти свою младшую сестру, что забрал человек – тень. Я его почти нагнала, но он успел скрыться, уйдя в первое отражение. Много лет я искала способ, чтобы вернуть сестрёнку, но лишь навлекла на себя ещё большую беду, пытаясь выкрасть артефакт времени, – призналась Кассандра в том, что ей не удалось повернуть время вспять.

– Что ещё за артефакт ты пыталась украсть, и почему его так и не выкрала, – заинтересовалась старшая кицунэ.

– Когда меня разоблачили в первый раз, то отправили в наказание сражаться на арене и умереть в бою. Никто ещё живым не покидал этой арены. Но меня спас человек, что предложил ему за это служить всего два года, – Кассандра не стала вдаваться в подробности, стараясь своим бесславным рассказом не утомить главную рода. – Но и его я предала, подставив под удар огромного василиска, желая раздобыть тот самый артефакт. Потом пыталась отмотать время назад, но у меня не хватало маны и возможности что-то исправить. Артефакт мог вернуть в прошлое лишь на несколько дней, а не на несколько лет. Мне так и не удалось спасти сестрёнку. А когда меня снова схватили за то, что похитила артефакт времени, тот парень чудом выжил после отравления ядом василиска и меня снова спас. Теперь я должна ему дважды свою жизнь за спасение. Но сейчас он в большой беде, так как решил отомстить тому архимагу, что заставлял красть одарённых детей, дабы ставить на них опыты. Именно он выкрал мою сестру и убил её, желая сменить своё дряхлое тело на новое. И теперь Оркус находится в теле моего спасителя, желая его подчинить. Я должна ему отплатить долг жизни и найти способ, как избавиться от чужеродной души, находящейся с ним в одном теле. Помогите мне, старшая, советом и знаниями, научите, как противостоять древней душе и спасти того парня от неминуемой смерти, – по лицу Кассандры текли слёзы. Сейчас она была готова на всё, чтобы вернуть долг Оболенскому, ведь он пытался отомстить Оркусу за смерть её сёстры, но сам попался в ловушку.

– И где теперь находится этот артефакт времени, на который у тебя не хватило сил, чтобы вернуться в прошлое? Ты могла бы прийти к своему роду, у которого есть силы, чтобы изменить прошлое, а вместо этого снова глупо попалась, – главная кицунэ отчитывала её со всей строгостью за глупость, в коей она, несомненно, была виновата. Кассандре было жутко стыдно, но она всё же надеялась, что её простят и помогут, дав совет по спасению человека.

– Главная, артефакт времени сейчас…

– Стой, дочь моя, эта информация не для посторонних ушей, – она махнула материализовавшимся хвостом, чтобы все из её окружения вышли из комнаты.

– Так и в чьих руках находится артефакт времени, и как его можно забрать? Ты всегда можешь обратиться к своему роду за помощью, – главная кицунэ старалась не выказывать особой заинтересованности, проявляла сочувствие и внимание к вернувшейся заблудшей дочери. Кицунэ с пятью хвостами, умела не только создавать массовые иллюзии, но и внушать разные чувства, управлять стихиями, менять судьбы людей, играя с ними, как с марионетками. Она с нетерпением ждала, когда у неё появится шестой хвост, что даст возможность управлять пространством и временем, но пока такой способностью она не обладала, и её интересовал этот артефакт времени.

– Он сейчас находится у демона Барбелы, что хочет в ближайшем будущем убить того парня. Она его просто так не отдаст, за её спиной стоит целая армия демонов, – Кассандра сильно испугалась, понимая, что демон кражи не простит и просто оторвёт ей голову.

– Вижу, ты боишься эту самую повелительницу демонов. Но зачем же работать само́й, найди другого козла отпущения, кто это сделает вместо тебя. Неужели мне надо взрослую девушку обучать, как соблазнять парней? – обворожительно улыбнулась главная кицунэ, внушая малышке смелость справиться с поставленной задачей. – Если ты принесёшь этот артефакт, то я расскажу, как тебе спасти того парня. У нашего рода есть тайна, но мы передаём её лишь избранным. Есть способ, как избавиться от сильного духа, что может вселяться в другие тела.

– Хорошо, старшая, я постараюсь принести эту вещь. Можно мне остаться сегодня переночевать, уже поздно, а завтра я постараюсь вернуться за артефактом. Но почему в поселении так тихо, где все малыши, что всегда хорошо плодились в нашем роду? – поинтересовалась Кассандра, желая узнать, как обстоят дела в поселении.

– Демография упала в последнее время, многие сбежали, как и ты. Никто не желает плодиться, вот и нет у нас нового потомства. Если так дело пойдёт и дальше, то скоро выродимся. Как только принесёшь артефакт, мы найдём тебе достойного самца, чтобы у нашего племени появилось потомство, – надавила на чувство долга главная кицунэ, на что Кассандра начала усиленно кивать, соглашаясь оставить после себя многочисленное потомство. Внушение старшей на младшую работало безупречно, поэтому ей разрешили остаться до утра переночевать в поселении…

Эйфория от встречи с пятихвостой кицунэ длилась ещё несколько часов. Кассандра общалась с остальными обитателями поселения и совершенно не замечала их озабоченности на лицах, тревожных взглядов и качания головой, когда она шла дальше, чтобы всех поприветствовать. Население сейчас сократилось вдвое, детей почти не осталось, и новых молодых пар практически не было. Всё это отметила для себя Кассандра, но не придала этому значения. Она искренне радовалась, что вернулась домой, хоть ей и были не особо-то рады. Только к утру эйфория сошла на нет, и Кассандра серьёзно задумалась, на что она подписалась. Она пообещала выкрасть артефакт времени и доставить его старшей, снова ввязывалась в глупую авантюру, что уже трижды её привела к заточению. Четвёртый раз мог оказаться фатальным, она свято верила в магию цифр. Да и не сомневалась в том, что Бель не станет её пленить, просто избавится, как от глупой дуры, что в третий раз предаст Оболенского. Зря она вообще заикнулась про артефакт, ведь добыть его не сумеет. Рассудив здраво, как взрослая женщина, Кассандра решила ещё раз поговорить со старшей и объяснить ситуацию, чем ей грозит попытка махинации, если она будет раскрыта. А ещё она стала складывать пазлы, осознав, что в поселении существует проблема, нет практически молодняка, да и численность сократилась вдвое. Накинув личину одного из приближённых к главной кицунэ, что тогда находился у неё в палатах, она решила прогуляться по поселению в таком виде. Сейчас у неё горели пятки и интуиция вопила о том, что необходимо отсюда бежать, но она не могла уйти из своего племени, не разобравшись в происходящем.

Зайдя в палаты, где старшая сейчас говорила с одним из её приближённых, прислушалась к разговору. Кицунэ отдавала распоряжение проследить за гостьей и выяснить, как она собирается раздобыть артефакт. И если что-то у девчонки пойдёт не так, то отобрать эту вещицу, чтобы та вновь её не профукала. Кассандра догадалась, что сейчас говорили о ней, приставив соглядатая. В итоге оказалась права, что сразу не стала возвращаться, иначе привела за собой хвост. Она, в образе парня с тремя хвостами, решила, прежде чем покинуть родной дом, побольше собрать информации. На столе стояла большая ваза с фруктами, что любила есть главная кицунэ. Кассандра предложила покормить с рук фактически обнажённую лисицу, заигрывая с ней, как с молоденькой самочкой. Такие игры очень нравились госпоже, она сразу же подхватила флирт и стала соблазнять стоявшего перед ней юношу. Актёрские данные у Кассандры были развиты хорошо, игриво она стала расспрашивать. Зачем нужен артефакт времени, ведь скоро, с появлением шестого хвоста, госпожа сможет сама управлять временны́ми потоками?

– Много ты понимаешь, ещё слишком молод. Освоить время не так-то и просто. Моя прабабка умела останавливать время лишь на десять минут, и этого она добилась, когда ей пошло восьмое столетие. А тут сразу можно откатить время назад на целых пять дней, и его прожить заново, – она игриво его шлёпнула хвостом по обтянутой в узкие шорты заднице. – Представь, сколько раз я ещё смогу насладиться тобой, выбирая новые позы и способы?

– Да, это может доставить вам, моя госпожа, много удовольствия. А что это была за девчонка, и о какой сестре она говорила? – Кассандра намеренно задала этот вопрос, продолжая кормить гроздьями спелых ягод лисицу.

– Ой, не вспоминай старое прошлое, кому сейчас дело до двух никому не нужных сироток. У меня в планах было избавиться от обеих, чтобы заполучить за них два бесценных артефакта. Но одна улизнула прям из-под носа, и артефакт последнего шанса мне не достался, – скрипнула зубами меркантильная кицунэ. А у Кассандры задергался глаз, когда она поняла, что её сестру продали свои же. Она с трудом взяла себя в руки и продолжила спрашивать свою госпожу.

– А какой артефакт удалось раздобыть за никому не нужную девчонку? – Кассандра, проявив самообладание, широко улыбнулась старшей.

– Артефакт вечной молодости, разве по мне незаметно? – кицунэ действительно выглядела слишком молодо для шестой сотни лет. Но тогда зачем древнему архимагу необходимо было новое тело, если бы у него был такой артефакт? Что-то здесь не сходилось, возможно, на главной была иллюзия, что делала её молодой. Старшая проводила слишком много времени на ложе, что несвойственно молодому организму кицунэ. Кассандра помнила, сколько времени её гоняли по лесу, заставляя ежедневно по многу часов тренироваться, проходить курс выживания, оставаясь одной в незнакомом лесу, когда она была совсем маленькой. Сейчас она понимала, что таким образом от неё хотели избавиться, надеясь, что не выдержав, девчонка умрёт. Но сёстры боролись за своё выживание, цепляясь всеми лапами за жизнь. Тогда их продали архимагу на опыты за какой-то там артефакт.

– А почему, госпожа, вы хотели избавиться от этих ненавистных сестёр? – продолжая кормить ненасытную распутницу, что оголила сейчас все свои прелести, Кассандра продолжала расспрашивать.

– Они дочери моей погибшей сестры, и всё время напоминали мне о нашем многовековом соперничестве, а мне хотелось бы об этом забыть, – теперь стала понятна мотивация. Старшая каким-то образом устранила свою сестру-конкурентку, заняв место главной в роду, и хотела убрать её прямых наследниц с глаз долой.

– А что за тайна, которую расскажет, моя госпожа, за артефакт времени? – из последних сил сдерживалась Кассандра, чтобы не сорваться раньше времени.

– А нет никакой тайны. Кицунэ не могут вселяться в чужие тела, мы умеем лишь принять чужое обличие и в нём оставаться долгое время. Но сначала должны сблизиться с жертвой, узнать как можно больше подробностей личной жизни, потом избавиться от тела, заняв законное место, – поведала она о способе, которым испокон веков действовали кицунэ, добывая секретные сведения.

– Тогда давай выпьем за новый артефакт, что принесёт тебе ещё больше удовольствия, – налила Кассандра в фужер вино, незаметно добавив в него смертельного яда. – И пора уже переходить к сладенькому, в какой позе сегодня пожелает, моя госпожа?

Когда кицунэ допила вино и растянулась на мягком ложе, то Кассандра велела прикрыть глаза, после чего вонзила острый кинжал прямо в сердце.

Старшая захрипела, не в силах вздохнуть, пытаясь подняться с огромной кровати. Но удар оказался смертельным, она испустила дух. Кассандра продолжала стоять над ней, не собираясь пока бежать, хотя её слуги находились за дверью. Через пять минут мёртвая кицунэ громко вздохнула и вновь открыла глаза.

– Как ты посмел так поступить со мной? Или ты уже не мой сладкий мальчик? – только сейчас старшая догадалась, что её провели.

– Я не твой мальчик, а та самая никому не нужная сирота, от которой ты всю жизнь пыталась избавиться. И не получала ты артефакт молодости за мою сестру, так как такого артефакта у Оркуса в помине не было. Он тебе за неё отдал артефакт последнего шанса, что ты только что использовала. Но он тебе не поможет, ведь ты уже выпила яда и вновь скоро умрёшь, – Кассандра увидела в глазах старшей на долю секунды панику, но та сразу взяла себя в руки.

– Думаешь, я одного ребёнка продала за всё время? Ты же видишь, что в поселении давно уже нет ни одного малыша. Могу умирать очень долго, ведь ты точно не знаешь, сколько именно раз я оживу, – она хитро улыбнулась, выстреливая отравленным дротиком. Кассандра лишь отошла в сторону, предвидя такой манёвр. Потом быстро переместилась за спину, резким движением сворачивая шею кицунэ. Дальше снова осталась ждать воскрешения из мёртвых старой лисы. Ещё несколько раз пришлось ей убивать старшую, пока не наступила последняя смерть. В палатах, где они разгромили всю мебель, сражаясь друг с другом, стоял полог тишины, что Кассандра установила до этого. Никто так и не пришёл на помощь главной лисице, так как не посмел войти в покои без её приказа, за что она и поплатилась собственными жизнями. А их у неё оказалось шесть, именно столько малышей она продала впоследствии Оркусу. Но они ей так и не помогли. Кассандра перестраховалась, не хотела уходить, не убедившись в том, что старшая не воскреснет. В итоге на всякий пожарный случай отрезала ей голову и прихватила с собой.

Выходя из опочивальни всё ещё в образе парня, Кассандра приказала никому не входить, так как госпожа утомилась и хочет слегка отдохнуть. После этого она покинула место, где её предали, навсегда, не желая больше сюда возвращаться.

А дальше перешла на бег, желая уйти как можно дальше от поселения, если возникнет погоня. У её плана был один изъян, она не смогла убить парня, чьё место заняла. Лишь связала его и вырубила на время. Он должен скоро очнуться и позвать на помощь, после чего её начнут преследовать. Так и случилось. Вскоре Кассандра ощутила за собой погоню, боевое предвидение говорило об этом. Она ещё ускорилась, стараясь сбросить с хвоста преследователей, но это было сделать непросто. Она чувствовала, что расстояние сокращается, местные лучше ориентировались в лесах, нагоняя её постепенно. Если она что-то срочно не предпримет, то будет драться за жизнь со своими ни в чём неповинными соплеменниками. Их убивать она не хотела, поэтому ещё прибавила в скорости. В какой-то момент Кассандра поняла, что не чувствует преследователей за собой, они от неё отстали. Она продолжила двигаться к месту портала, осознав, что каким-то образом стала сокращать расстояние. Всего за сутки Кассандра преодолела путь, что занял бы у неё неделю. Она научилась благодаря погоне сворачивать пространство, сокращая расстояние. Этот дар открывался как раз на шестом столетии. А ей удалось, благодаря модификации стихийного гена, обрести его в ещё молодом возрасте. Кицунэ была рада новой способности, спасшей в очередной раз её жизнь, но была расстроена оттого, что так и не нашла способа спасти Оболенского…

Глава 19
Освобождение артефакторов

Второе отражение,

город эльфов.

Гаспар за три дня смог добраться до города эльфов. Туда, где недавно проходило состязание мастеров-артефакторов. В нём он тогда не участвовал, лишь помогал Маркусу создавать шедевр по преобразованию иномирной расы в человеческую, что могло в будущем помочь многим полуоборотням окончательно пройти трансформацию, завершив превращение. Из-за смешения крови с неистинными, покусанному просто не хватало сил, дабы завершить полностью обращение человека в зверя или наоборот. Достаточно было одного применения этого уникального в своём роде артефакта, чтобы процесс трансформации работал как положено. Это могло решить большие проблемы у тех, кто застрял в промежуточной стадии или хотел изменить свою расу, как в случае с гарпией.

Сейчас Гаспар не планировал всех удивлять неэпическими артефактами, как сделала его команда на прошлом турнире. Лишь при помощи модифицированных бытовых приборов из четвёртого отражения хотел заявить о себе, как об артефакторе. Он должен выглядеть подающим надежды мастером, весьма перспективным, дабы его можно было прибрать к рукам.

Гаспар любил в свободное время, когда не нужно было обучать люботрясов или бежать спасать отряд Оболенского, возиться с бытовыми приборами. Он их разбирал и при помощи подсказок из интернета, пытался собрать заново. И у него это хорошо получалось. Так он параллельно стал не только учителем по приминению магии, но ещё и мастером-ремонтником, кому все в училище приносили сломанные приборы. Он давно задался целью, придумать и соединить удобные в быту вещи с энергией из мананакопителей. В теории он знал, как это можно сделать, но на практике у него не было лишних накопителей, а у отряда Искателей он их отбирать не планировал. Когда Псих сможет избавиться от архимага, то накопители снова ему понадобятся. Гаспар верил, что кто-нибудь из отряда обязательно найдет способ, как помочь пареньку. Здесь, в городе эльфов, он наконец-то смог прикупить на рынке несколько накопителей. Сняв гостиницу на пару дней, приступил к апгрейду бытовых приборов…

Смена главной ветви в городе эльфов прошла быстро и бескровно. Все представители центральной власти были за одну ночь превращены в памятники. По результатам расследования признали виновной в этом беспределе каликанцару, что по каким-то причинам забрела в город и зачем-то превратила всех, кого встретила в замке, в камень. Косвенно к этому происшествию приписали тех артефакторов, что главная ветвь забрала к себе. Во-первых, самих пленников уже с утра в камере не обнаружили, во-вторых, сокровищница была частично разграблена, и в-третьих – главный приз похищен. Эти чужестранцы ради драконьего яйца и приняли участие в турнире, отказавшись от двух других призов. Была вероятность, что побочная ветвь спланировала этот переворот, наняв артефакторов, но эта версия была ничем не подтверждена.

Сейчас в городе шла основная борьба между двумя сильными ветками рода за то, чтобы стать главной и прибрать власть к рукам. Так как эльфы всегда были против проливания своей голубой крови, действуя более хитрыми способами, то завтра должна была состояться на площади демонстрация уникальных артефактов, принадлежащих двум сильным ветвям. Все жители города должны были по достоинству оценить артефакты и отдать свой голос тому роду, где мастера были искуснее. Самих артефакторов никто не собирался представлять на площади, так как они давно превратились в безвольных рабов. Вот именно за этим Гаспар и прибыл в эльфийский город, дабы понять, как ушастые берут под контроль мастеров, по сути магов, обладающих уникальными способностями. Это знание могло помочь Оболенскому подавить в себе Оркуса и переселить его куда-то ещё. Испытывать применение техники подчинения Гаспар планировал исключительно на себе…

Глава изумрудной лозы и глава лазурной ветви заняли место организаторов данного конкурса. Артефакты, что были предоставлены каждым из родов, находились под неусыпной охраной. По факту оценка силы каждой ветви заключалась не в количестве предоставленных артефактов, а в их качестве и уникальности. Именно от мнения горожан зависела будущая власть в городе. Не обошлось здесь, конечно, без подкупов. И та и другая сторона при помощи денег, обещаний и клятв искала себе сторонников. Народ любил такие представления, так что все жители большого города планировали побывать сегодня на площади и посмотреть применение артефактов в деле. Для этого было устроено целое представление, где все желающие могли в нём поучаствовать. Через какое-то время оба главы, что сидели как можно дальше друг от друга, заметили, что народ на представление уникальных изделий смотрит довольно прохладно и куда-то весь постепенно уходит.

– Глава лазурной ветви, тебе, случайно, не кажется, что наш народ после последнего турнира, где выступали приезжие артефакторы, теперь уже ничем не удивить? – усилив голос, поинтересовался его оппонент.

– Согласен с тобой, глава изумрудной ветви, народ очень вяло за нас с тобой голосует. Долго с равнодушием смотрит, потом отходит и уже не возвращается почему-то обратно. Что в нашем городе сейчас происходит? – заметил ту же тенденцию соперник по выборам.

– Предлагаю на время выяснения причин, перестать сторониться друг друга. Давай прогуляемся по площади мастеров и посмотрим, куда все деваются, – предложил глава изумрудного рода. Главам конкурирующих ветвей можно было послать и слуг, что могли поискать причину, но сидеть весь день в кресле у всех на виду, уже затекли все конечности. Главы решили размять чресла и погулять среди простого народа. Направляясь в сторону основного потока, что обтекал рыночные места обычных торговцев, они вышли на окраину площади, где и столпился основной народ.

– Эээ, кажется, здесь происходит представление поинтереснее, что мы организовали с тобой в этом городе, – проговорил глава лазоревой ветви.

– Интересно, что это за самоубийца посмел отвлечь внимание народа от предстоящих выборов? Кто готов бросить нам вызов из второстепенной ветви? – у глав не оставалось сомнения, что кто-то им перешёл дорогу, и этого так оставить они не могли.

Какого же было удивление, когда обнаружили мастера – арартефактора, что прямо на глазах у публики создавал из груды каких-то железок интересные вещи. Вот он соорудил круглые щипцы, вставил рунный накопитель, выгравировал на нём определённые условия для нагрева и пригласил эльфийку, что захотела испробовать сей артефакт на себе. Её длинные волосы стали завиваться, образуя кудри. Этим было народ не удивить, у них тоже были подобные артефакты. Но мастер поменял насадку и вновь прошёлся по волосам, сделав их абсолютно прямыми. Это вызвало ажиотаж у женщин. Для мужчин он демонстрировал инструменты, что сами сверлили, сами резали и пилили, сами закручивали винтовые гвозди в любые поверхности. Надо было лишь удерживать их в руках. Но инструменты вызвали ажиотаж снова не у мужчин, а у женщин, что попытались это проделать сами, и у них легко получалось. Цены на эти полезные изделия росли как на дрожжах. Мастер снова залез в кучу железа, собирая что-то из хлама. Потом плюнул, дунул и опустил какую-то круглую штуку на пол. Она зажужжала и сама поехала по кругу. После неё пыли на мостовой не оставалось. Это был пылесос, что мог сам убирать в доме. Вот тут ушлые хозяйки чуть ли не начали драться за это изделие, записываясь к мастеру в очередь за новыми экземплярами. Дольше смотреть, как всю славу себе прикарманивает никому не известный дроу, ведь он был даже не эльф, главы города не позволили. Именем закона за нарушение торговли без разрешения на городской площади арестовали заезжего артефактора, дабы его самого и его изделия экспроприировать и заставить работать на себя.

Гаспар даже не сопротивлялся, повозмущавшись лишь для приличия, решив безвольно сдаться властям. Его изделия главы города забрали в свои коллекции артефактов. Женщины, обидевшись на такой беспредел, когда их оставили с носом, плюнули на выборы и разошлись по домам.

Только к концу дня выборы нового главы города были завершены. Победил род Изумрудной лозы. Видно, чуть больше переплатил горожанам, сумев оторваться от оппонента с небольшим преимуществом голосов. Глава рода отдал распоряжение по поводу пленного мастера, чтобы того отправили к нему в замок и заперли понадёжнее, не спуская с него глаз. Он прекрасно помнил, как недавно бывший глава Серебристой лозы захватил в плен чужестранцев, явившихся на турнир ради главного приза, и сам в итоге поплатился за это. Сейчас он поступал аналогичным образом. Правда этот дроу не был похож на людей, да и приза на кону не стояло, и артефакты хоть и были сделаны не во втором отражении, впечатлили только домохозяек. Глава Изумрудной ветви решил для начала подавить волю мастера, и лишь потом его расспросить, откуда он прибыл, и что ему было нужно в городе. Рисковать глава не желал, решив перестраховаться, на всякий случай. Гаспара закрыли в темнице, оббитой антимагическим металлом, где, по всей вероятности, держали пленных мастеров.

Он ждал, когда к нему начнут применять своего рода техники подавления воли, но никто не заходил к нему в камеру. Зато кормили довольно вкусно и даже давали компот на десерт, что как раз и было весьма подозрительным. Гаспар проверил еду на яды, но она была не отравлена. На третий день ожидания пленник не выдержал и начал требовать, чтобы к нему пришёл глава города. Он даже устроил демонстративную голодовку, отказавшись пить и есть. У него оставались лишь сутки в запасе, дабы узнать о способе подавления пленников. Бель дала всего лишь неделю, чтобы использовать возможность спасти Оболенского. Минуло всего лишь полдня, как он, не притрагиваясь к пище, ощутил внутри непонятную тягу.

– Что-то не так с этой едой, – почувствовал пленник лёгкое недомогание. У него пересохло во рту, появилось головокружение, и стало ломать тело, словно он заболел. Если бы Гаспар не находился в камере с подавлением магии, он бы давно исцелил все симптомы, не придавая плохому самочувствию серьёзного значения. Но чем больше он смотрел на еду, тем отчётливее понимал, что никто не придёт к нему долгое время, пока он окончательно не станет зависим от наркотического средства, добавленного в пищу. Только выработав зависимость у мастера, можно было приучить его работать за еду. Никакой техники подавления разума не существовало, он зря сюда сунулся, попав в антимагическую ловушку. Необходимо было убираться из клетки, дабы как можно быстрее вернуться в училище. Гаспар не знал, что Оболенский следом за ними ушёл через портал в третье отражение, поэтому сильно нервничал за состояние парня, оставшегося без его поддержки.

Дроу взял себя в руки и не стал поддаваться панике, хотя хотелось всё крушить вокруг, хоть голыми руками. Вот только толку от этого никакого бы не было, метал зубами не перекусить, а ничего ему с собой пронести не дали. Он хотел воспользоваться эльфийской хитростью, узнать стопроцентный способ превращения магов в рабов. Теперь он его знал, но ему от этого было не легче. У Гаспара было три варианта, как действовать, чтобы его, как можно быстрее, из камеры выпустили. Первый – это демонстративно и дальше отказываться от пищи, но вриант этот был однозначно проигрышным. Его самого надолго не хватит, да и к бунтарю никто не сунется в камеру, пока он там не помрёт. Этот вариант был совсем не вариант. Можно было сделать вид, что пленник продолжает есть и пить. Тогда был шанс, что через неделю, другую его выпустят, чтобы сделать своим рабом, который будет до конца своих дней изготавливать артефакты для Изумрудной ветви. Это тоже был вариант так себе, слишком долго придётся ждать, и неизвестно, что окажется сильнее голод или сила воли Гаспара. Оставался третий вариант, делать вид, что он регулярно питается, но отчего-то ему становится всё хуже и хуже. Дальше лежать и не подавать признаков жизни, дабы зашли и поверили состояние здоровья мастера.

Он так и сделал, незаметно еду выкидывал через толчок, а сам демонстративно лежал на полу, сильно скрючившись. Это вскоре возымело должный эффект, к нему в камеру зашло пять охранников и целитель. С таким количеством магов Гаспару было не справиться. Целитель его осмотрел и диагностировал лишь обезвоживание. Он высказался гневно на то, что кто-то сам подсел на компот и обделяет им нового узника. Пленника снова решили вернуть в ту самую, оббитую антимагическим металлом, камеру, вот только Гаспар возвращаться туда не планировал.

– Я там скорее от скуки умру, пока вы дадите мне хоть какую работу. У меня взаперти пропадает желание жить и творить, азвивается хроническая депрессия, что негативно сказывается на когнитивных функциях мозга, превращая творца в овощ, – выдал он неутешительный прогноз своего диагноза. Не зря же Клавдия всех гоняла по терминологии медицинских терминов.

Целитель хоть и не лечил душевных болезней, но понял, о чём хотел сказать пленник. Он решил переговорить с хозяином, дабы обсудить дальнейшее заключение мастера, что на добровольной основе готов начать создавать артефакты.

На следующий день Гаспара поместили к остальным мастерам. В общем бараке стояло более двух десятков кроватей, что напоминало лазарет для инфекционных больных, куда помещали заразных пациентов на время карантина, изолируя от общества. Никакого личного пространства у мастеров не было, да и по казарме всегда ходил жандарм, то есть эльф-надсмотрщик, что следил за порядком. Гаспару досталась кровать прямо у входа, где постоянно дуло сквозняком, и ходил народ туда-сюда до уборной. Благо клозет с душем находились неподалёку. В глазах мастеров читалось пустое безразличие давно смирившихся со своей участью рабов. Зато у всех просыпался лёгкий азарт перед едой. Видно, средство, добавленное в пищу, стимулировало к принятию очередной дозы зависимого препарата.