Текст книги ""Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Александра Черчень

Соавторы: Марина Ефиминюк,Феликс Кресс,Алекс Ключевской (Лёха),Александр Анин,Илья Ангел,Влад Снегирёв,Татьяна Серганова,Ника Ёрш,Олег Ефремов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 34 (всего у книги 332 страниц)

Глава 6

– Ответь мне, Гавриил, зачем вы сунулись на землю под номером тринадцать? – архангел задумчиво посмотрел на брата. В своём кабинете Гавриил видел его за последние сто лет всего однажды. Михаил же, сидевший напротив него, принялся внимательно изучать отчёт, который предоставил в небесную канцелярию Азраил. Вылазка оказалась не совсем удачной, но кое-какую почву для размышлений всё же предоставила. – Пользы от этого лука Небесам нет никакой. Им может воспользоваться только один ангел, а уничтожить половину нашего войска ему под силу и без божественных артефактов.

– Но он тоже открыл охоту на лук, – ответил Гавриил. – Если уж Люцифер выпустил Велиала погулять, то та сторона явно что-то затевает.

– На земле тринадцать? – Михаил оторвал взгляд от отчёта и посмотрел на брата. – Ты вообще знаешь, почему почти десять веков двери в этот мир для ангелов были закрыты?

– Ангелы на этой земле не могут пользоваться всей доступной им силой, – Гавриил лишь пожал плечами. Даже тех крох, что доступны ангелам на этой проклятой земле, вполне хватит, чтобы противостоять людям, к примеру. Или демонам.

– Ты сам ответил на свой вопрос. Сворачивай операцию, незачем подвергать ангелов опасности. Только…

– Да, Михаил, кто-то может помимо Велиала пользоваться артефактом. И кто это, пока ускользает от меня, – Гавриил выхватил папку из рук своего собеседника. – Всех Падших проверили. Никто на земле тринадцать не обитает, собственно, как и до Ада никто не долетел.

– Интересно, – задумчиво проговорил Михаил. – На эту землю я не спущусь ни при каких обстоятельствах. И запрещаю вам туда соваться без моего согласования, пока у меня не будет достаточно информации, чтобы санкционировать эту прогулку.

– Но Велиал…

– Что Велиал? Он ангел, такой же как и мы. И знаешь, за этим даже будет любопытно понаблюдать.

* * *

– Я так и знала, что между вами что-то есть, – голос сестры вырвал меня из полудрёмы, в которой я пребывал.

Приоткрыв один глаз, посмотрел на стоявшую надо мной Ольгу. Потом повернул голову к пискнувшей что-то неразборчивое Насте, пытающейся в это время поглубже забраться под одеяло.

– Молодец, возьми с полки пирожок, – я потянулся и снова посмотрел на сестру. – И нет, я перед тобой отчитываться не собираюсь. И вообще, что ты забыла с утра пораньше в моей комнате?

– Я не требую от тебя отчёта. Я хочу знать про твои планы, – Ольга скрестила руки на груди, проигнорировав мой вопрос.

– И это тебя тоже не касается. Ты замужняя женщина, и у тебя своя семья…

– Денис, я сейчас не о тебе говорю, – Ольга нахмурилась. – И всё-таки надеюсь, что мой брат порядочный человек.

– О чём это ты? – Настя перестала прятаться и села, удерживая одеяло на груди, удивлённо глядя на Ольгу.

– Она говорит, что мы должны пожениться, раз уж додумались спать вместе, – я снова потянулся и зевнул. – Лично я не против. Если ты согласна, то мы найдём того типа, который их поженил, и избавим мою сестрицу от мук совести. Тем более, что Контроль ещё не упразднён официально.

– Я не понимаю, – Настя теперь смотрела с удивлением на меня.

– Настя, если ты не хочешь, чтобы меня наказали вплоть до смертоубийства, то должна проникнуться и выйти за меня замуж, – я улыбнулся, притянул её к себе и поцеловал в лоб, потом посмотрел на Ольгу. – Я собираюсь вставать и настоятельно рекомендую тебе отвернуться.

– Зачем? – она всё ещё хмурилась, но уже не так интенсивно.

– Затем, что я голый! Нет, ну если ты хочешь сравнить тела своего брата и муженька, то пожалуйста, я излишней стыдливостью не страдаю…

– Кретин! – прошипела Ольга, резко отворачиваясь.

Я же быстро встал, нашёл под кроватью штаны и натянул их на себя. Трусы сунул в карман и без лишних слов направился в душ. Уже под аркой меня нагнал голос Насти.

– Как и все девушки на свете, я иногда мечтала о том, как мне сделают предложение, но не думала, что оно прозвучит вот так.

– Настя, – я повернулся к ней. – Ты знала, кого в свою постель пустила. Я догадывался, чем всё это закончится в итоге, и был изначально готов. Потому что попадать под пресс нравственного Контроля мне совсем не хочется. Неужели ты даже предположить не могла, что возможен такой исход? Глупой ты мне никогда не казалась.

– Мой брат – идиот, – вклинилась Ольга, садясь на краешек дивана рядом с Настей, – но в одном он прав. Если Денис так демонстративно себя повёл, значит, уже обдумал все последствия. Думаю, когда Дима проснётся, мы всё обсудим. А пока ты мне поможешь завтрак приготовить, а то я не умею?

– Конечно, – слабым голосом ответила Настя.

Ничего, привыкнет. К тому же Ольга права: я намеренно сегодня остался на её диване и не вернулся на то убожество, что мне предназначалось. Потому что когда я, вымотанный до предела, пришёл вчера к Насте, она приняла меня без лишних разговоров. Да и с курицей моей они вроде бы подружились.

Быстренько приведя себя в порядок, я вышел из ванной, повесив полотенце на шею. Сделал я это вовремя, потому что в этот момент зазвонил телефон.

– У меня, кажется, появляется навязчивая идея, – сказал я, с ненавистью глядя на телефон.

– Какая? – в коридор вышел Дмитрий. Он шёл самостоятельно, правда, медленно, рефлекторно прижимая руку к животу.

– Я хочу разбить этот телефон, – признался я. – Нет, не так. Я хочу взять топор и медленно, с наслаждением разрубить его на сотню маленьких кусочков. А то, что останется, сжечь, а пепел захоронить на Мёртвой Пустоши, чтобы никто не смог его вернуть, починить и вновь установить в этом доме.

– Тебя можно понять, – усмехнулся Дмитрий, разглядывая меня. – Сегодня привезут тренажёры, чтобы я смог начать реабилитацию. Думаю, тебе они тоже пригодятся.

– Не впечатляю? – довольно равнодушно спросил я, разглядывая продолжающий звонить телефон. Все мои планы по совершенствованию собственного тела, которые я строил в тот самый момент, когда ехал в это место, разлетелись в труху. Как телефон в моих мыслях.

– Ты гармонично сложён. Немного связки развить да мяса на мышцы нарастить, – он пожал плечами. – И тебе это практически ничего не будет стоить, и Насте будет приятно. Если тебе, конечно, дадут на тренировки хотя бы час свободного времени, – и он перевёл взгляд на телефон, который начал звонить по новой.

– Ольга уже рассказала? – я посмотрел на него.

– Да я сам слышал, не глухой. Вы с Олей очень эмоционально отношения выясняли. Сразу видно, родственники. Я, кстати, сегодня утром оформил имперский запрос, чтобы тебя перевели на время практики в другое место, более, хм, спокойное, – усмехнулся он, глядя мне в глаза. – А сюда я планирую направлять уже квалифицированных специалистов и штат полностью укомплектовать. Из всего того, что я увидел, в Аввакумово не хватает как минимум двух врачей, не считая реаниматологов. Всё-таки моя проверка принесла определённые плоды.

– Наказывать особо провинившихся будешь, ссылая сюда? Тебе не кажется, что это слишком жестоко, – хмыкнул я, уже другими глазами глядя на цесаревича. То ли такое небольшое количество времени, проведённое рядом с моей стервозной сестрой, дало такие плоды, то ли он изначально отличался изощрённой жестокостью по отношению к своим подданным, просто искусно скрывая свою истинную сущность за маской патологической порядочности.

– Сначала будем поощрять материально, – ответил Дмитрий. – А дальше как карта ляжет. Но Аввакумовский куст больше без квалифицированной помощи я оставлять не намерен. Ты отвечать будешь? – и он кивнул на телефон.

Я не ответил и, схватив трубку, прорычал: – Давыдов!

– Денис Викторович, тут такое дело, – раздался жизнерадостный голос Саши, от которого я только крепче сжал в руке трубку. – В Петровке живёт такой крендель, Митька Савин. Помните, Вовчик говорил, что у него загул начал. Но Митька какой-то грустный был, поэтому он к Гальке перекочевал.

– Да, помню. Вовчик сказал, что у этого Митьки рот болит, – ответил я.

– Да-да, тот самый, – Саша запнулся, а потом продолжил. – Я сегодня у него был. Во рту у этого Митьки какое-то образование на языке. Он отказался ехать, но надо бы посмотреть. Съездите в Петровку, осмотрите Митьку, а?

– Зачем? – я потёр лоб. – Если он отказался, то дальнейшее – это его проблема.

– Да, но нужно запись сделать, чтобы никто за неоказание помощи не смог предъявить, – быстро добавил Саша. – Моя запись да ваша, и пускай помирает дома, раз ему так хочется.

– А что, твой отец уже сможет сидеть на приёме? – спросил я, прикидывая, что же делать.

– Так я посижу. Сегодня ночь спокойная была, даже поспать удалось, – ответил Саша.

– Ну хорошо.

Я прикинул, что для меня лучше: сидеть на амбулаторном приёме или съездить наконец в Петровку? Выбор был очевиден. Петровка победила с разгромным счётом, – Машину прямо сюда присылай. Я сейчас позавтракаю и сразу поеду.

– Ага, я так и понял. Димке сказал, чтобы через полчаса подъехал…

– Стой, – я лихорадочно соображал. В Петровке мне свидетель в виде водителя был не нужен. Я хотел там осмотреться, пару сделок попробовать заключить, а то я что-то слишком очеловечился. Уже и мысли разные нехорошие в голову лезут. – Князь Безносов же оставил нам пару небольших армейских машин?

– Да. А что? – осторожно спросил Саша.

– Давай сделаем так: я приду в больницу сам. Анастасию Сергеевну заодно провожу и поеду в Петровку на этой машине. Дима мне дорогу покажет и пускай едет домой отсыпаться. А я там немного побуду и потом сам вернусь. Медпункт же в Петровке имеется?

– Конечно, – Саша задумался. – Наверное, так даже лучше будет. Я тогда сейчас Дианке позвоню. Она у нас этот медпункт караулит. Может, пару бабок каких притащит заодно вам показать, с которыми сама справиться не может.

– Это немного не то, на что я рассчитывал… – начал я, но Саша уже положил трубку. – Ну и ладно. Уж пару бабулек я потерплю. Тем более что раз они не хотят приехать в Аввакумово, то не горят желанием, чтобы врач их вообще осматривал. Так что, думаю, справлюсь быстро.

Положив трубку на аппарат, я развернулся и столкнулся с Настей. Судя по её влажным волосам, она только что вышла из душа.

– Скажи мне, что вы это не серьёзно говорили, – прошептала девушка, глядя на меня в упор. – Я понимаю, что мне особым положением в обществе не похвастаться, но ведь моё решение тоже должно как-то учитываться. К тому же о нас знают только они. Не станет же твоя сестра Контроль на тебя натравливать.

– Почему тебя так пугает перспектива выйти за меня замуж? – я невольно нахмурился.

– Денис, но ты же меня не любишь, – она посмотрела с мольбой.

– Настя, давай мы позже выясним все эти моменты. А пока пойдём позавтракаем, потому что я скоро поеду в Петровку, и мне понадобятся все силы, я просто уверен в этом.

Не понимаю, что на неё нашло⁈ Настя мне никогда не казалась романтичной дурочкой. Ну, хотя… Дмитрий и Ольга – идеальный пример того, что девичьи мечты о прекрасном принце в принципе могут сбыться. Я, конечно, не цесаревич Дмитрий, но и моя семья сейчас очень близко подобралась к престолу. Да и мать моя самая настоящая принцесса. И чем тогда я сам не вариант для девичьих грёз? Жизни опять же спасаю.

Тем более что никакой неприязни в отношении ко мне от неё не исходит. Это я, как бывший демон перекрёстка, могу чувствовать на интуитивном уровне, и эти способности никуда и сейчас не делись.

Ничего, выпроводим сестрицу отсюда вместе с зятем и тогда разберёмся во всём. Может, действительно решим, что брак – это не для нас.

Настя ничего не ответила, только вздохнула и пошла на кухню. Я поспешил за ней.

– Опять кто-то умирает? – спросил Дмитрий, в его взгляде появилось сочувствие.

– Вроде нет, но мне нужно в Петровку поехать, – я вздохнул.

– Это нормально, – Дмитрий успокоился и пожал плечами. – Вот, держи, – и он бросил на стол ключ на резинке от трусов. – Галина Акимова оставила. Сказала, если что, то мы можем её домом воспользоваться. Уж там нас точно никто и никогда искать не будет.

– И ты хочешь, чтобы я осмотрел дом? – про себя я прикинул, что скорее всего, Галькин дом не предусмотрен для проживания.

– Я хочу, чтобы ты там остался ночевать, если до вечера не успеешь решить все проблемы. Ночью по местным дорогам ездить опасно. Здесь всё-таки Мёртвая пустошь рядом, и нечисть с нежитью частенько встречаются, особенно рядом с границей. Думаешь, почему медицинская машина укреплена бронированной сталью, а фельдшера не ездят на вызовы без ружей? – серьёзно пояснил Дмитрий.

Я смотрел на него и не мог понять, цесаревич надо мной сейчас издевается или действительно беспокойство проявляет? Так и не поняв, что конкретно Дмитрий имел в виду, забрал ключ и быстро доел нехитрый, но вкусный завтрак.

По дороге в больницу мы с Настей молчали. Она что-то обдумывала, нахмурившись, я же не знал, что говорить, а придумывать тему было банально лень. На больничном дворе мы разошлись в разные стороны. Ко мне подбежал Дима и указал на стоящую во дворе машину, спрятавшуюся за больничной.

– Вот, я уже из гаража выгнал. Всё проверил. Энергетический кристалл полный, километров на пятьсот должно хватить. Ну что, поехали?

Я кивнул, и Дима запрыгнул за руль больничной машины.

Я же, сев в свой автомобиль, осмотрелся. Она была такой же, как та, на которой мы с цесаревичем с Мёртвой пустоши пробивались. Так что проблем в вождении быть не должно. Завёл двигатель, ещё раз осмотрелся и посигналил Диме, показывая, что готов ехать в эту знаменитую Петровку.

Он поднял руку, показывая, что понял, и больничная машина сорвалась с места. Мне же оставалось только ехать следом.

* * *

Велиал рассматривал обнажённую красавицу, сидящую на разобранной кровати. Он всегда был неравнодушен к человеческим женщинам и не смог отказать себе в удовольствии провести ночь с одной из них. Ведь его очень редко выпускали на землю, а от женщины так фонило такой родной ему силой, что Велиал не смог устоять.

Ещё и этот мальчишка, бывший демон, защитил своё жилище. Да так, что Падший не смог туда проникнуть. Магия и кровь Давыдова сплелись с магией фамильяра и чем-то ещё, чего Велиал не смог разобрать. Всё это сделало это проклятое жилище неприступным как для демонов, так и для ангелов. Хотя демоны-то как раз могли войти во двор, чтобы тут же угодить в чрезвычайно мощную ловушку. А вот ангелам в дом вход был закрыт.

– Как он это сделал? – пробормотал Велиал, не глядя на любовницу.

Женщина тем временем оделась и подошла к постели. Глядела она на падшего равнодушно. Было непонятно, понравилось ей или нет.

– Зачем тебе нужно в дом к Давыдову пройти? – спросила она, сложив руки на груди. Велиал не знал, как её зовут. Ему это просто было неинтересно.

– У него есть вещь, принадлежащая мне, – прошипел Велиал. – Лук. К нему идёт колчан со стрелами. Мне нужно его вернуть.

– Если ты и вправду ангел, в чём я сомневаюсь… – начала женщина, а Велиал встрепенулся. Было в её словах что-то такое… Словно разгадка ко всему тому беспределу, что здесь творился.

– Почему ты сомневаешься? – быстро спросил он.

– Ангелов не существует, – она закатила глаза. – Тем более никаких доказательств ты так и не привёл. Где крылья хотя бы? В постели ты, конечно, неплох, но до моего покойного мужа явно не дотягиваешь.

При этих словах Велиал поперхнулся, внимательно рассматривая женщину. Это шутка такая, чтобы вывести Падшего из себя? Если нет, то так его никто уже довольно давно не оскорблял. В плане постельных утех даже в Аду ему равных не было. Было время, чтобы совершенствоваться. Он прокашлялся и сделал глубокий вдох.

– Но если ты действительно ангел, то я готова не просто зайти к Давыдову и принести тебе этот лук, но и поверить в ангелов, – добавила она, усмехнувшись и разглядывая изменившегося в лице любовника.

– И что я должен для этого сделать? – Велиал обольстительно улыбнулся.

– Верни мне мои прожитые годы. – Падший моргнул. Такое на его памяти было впервые. Обычно смертные наоборот просили о вечной молодости, но чтобы вот это… – С тобой я даже вспомнила ненадолго, что такое быть молодой бабой, и знаешь, мне не понравилось. Хочу снова стать бабкой! Ну так что, договорились? Ты мне возвращаешь годы, а я тебе вынесу лук.

– Идёт, – и он притянул её к себе, чтобы скрепить сделку поцелуем, как это иногда делали демоны перекрёстка. – По-моему, это будет самое лёгкое моё дело, – и он рассмеялся, а где-то в стороне Мёртвой пустоши прогремел гром, означающий, что сделка заключена по всем правилам. – Ну что же, думаю, мне лучше одеться. Сомневаюсь, что захочу предстать обнажённым перед бабкой.

Он встал с постели уже полностью одетый и приготовился выполнить свою часть сделки, даже на время забыв о её словах, которые смогли так задеть падшего ангела за живое.

Глава 7

Дима остановил машину возле медицинского пункта Петровки. Я понял, что это именно медицинский пункт, потому что на доме был нарисован здоровенный красный крест. А так обычный дом, ничем не отличающийся от остальных. Я вышел из своей машины и подошёл к больничной.

– Спасибо, можешь теперь ехать домой, отсыпаться. – Сказал я, а Дима, на мгновение задумавшись, ответил:

– Если задержитесь, то лучше здесь остаться ночевать. Дианка живёт в этом доме, что и медпункт. Найдёт где разместить. Наши машины-то оснащены, специальное поле защитное можно подключить. Их на заказ для Аввакумовского куста делали. Если нас ночью в Петровку дёргают, то мы эту защиту подрубаем. Просто ездить по темноте опасно, особенно мимо вон тех развалин, – и Дима махнул рукой, показывая, что за развалины он имеет в виду.

Я посмотрел в ту сторону. Странно, что не заметил эту полуразрушенную башню, когда мы сюда ехали. Она стояла чуть в стороне от дороги, но насколько же я задумался, что проморгал такой заметный ориентир?

– И что, защита помогает? – поинтересовался я, разглядывая больничную машину с большим интересом.

– Да, всего два раза на моей памяти пришлось серебром отстреливаться. Но там нам наперерез какой-то ненормальный оборотень бросился. То ли впервые обратился, то ли просто кретин, – Дима махнул рукой и зевнул. – А так нечисть чувствует защиту и старается не лезть, нежить же возле развалин давно никто не видел.

– А местные как здесь живут? – нахмурился я, замечая, как слоняющаяся недалеко от медпункта парочка с любопытством нас разглядывает. Довольно молодая пара, за ручку держатся и о чём-то воркуют. И не скажешь даже, что с ними по соседству живут монстры разных мастей.

– Так, привычные они. Оружия много в каждом доме. Да и не трогает нечисть местных по какой-то причине. Говорят, что тех же оборотней и среди жителей Петровки можно встретить. Но они друг друга не выдают, сами, если что, разбираются. – Ответил Дима. – Владимир Семёнович только потом сильно ругается, вместе с полицейскими, что за эту Петровку отвечают, когда несчастный случай на охоте оформляют.

– Ладно, учту, – я подумал и решил, что рисковать на ровном месте глупо, и нужно последовать неплохому, в общем-то, совету.

Правила-то были простые: не нарываться на местных, если почувствую опасность, и не ехать по темноте. С одним оборотнем я без проблем справлюсь, а вот если их больше будет, то моих демонических сил может и не хватить. Тем более что у меня ключ от Галькиного дома есть. Если она в период своего самобичевания не поселилась в гадюшнике, то и там можно переночевать, чтобы не смущать медсестру.

– Тогда я поехал, – и Дима завёл двигатель. Я отошёл в сторону, и машина рванула прочь.

– Добрый день, Денис Викторович, – резко развернувшись, я увидел на крыльце…

– Эм, – протянул я, впервые не зная, что говорить. – Зинаида Карловна, рад вас видеть. А вы здесь… – и попытался рукой показать, что имею в виду.

– Зина – моя сестра, – ответила женщина, очень сильно похожая на нашу больничную акушерку. – Старшая. Мы близнецы, но даже у нас есть тот, кто поторопился выйти на этот свет первым. Моё имя Диана Карловна, и я охраняю этот медпункт.

Я пару раз моргнул и решил про себя, что точно не останусь ночевать с ней в одном доме. Даже если у Гальки не дом, а сарай, причём грязный и вонючий.

– Вам не страшно жить в Петровке, Диана Карловна? – спросил я, обводя восторженным взглядом потрясающую фигуру.

– Нет, – она пожала плечами. – Мы с Зинкой здесь родились и выросли. Нас каждая собака знает, – и она улыбнулась, а я вздрогнул.

Ну-да, с единственной медсестрой на многие километры вокруг лучше не спорить и не пытаться на неё как-то давить. А ведь я неоднократно слышал про мастериц проклятий. И что-то мне подсказывает, что я вполне могу проконсультироваться по этому поводу у сестричек Майер.

– Саша вам звонил? – спросил я, делая шаг к крыльцу.

– Да, но я так и не смогла пригнать сюда даже парочку особо упёртых бабулек. – Она закатила глаза. – Они заявили, что всю жизнь без врачей прожили на своих мухоморах, и помрут без помощи коновалов. Только вот как прижмёт, так скорую сразу же дёргают. Вопят, когда напоминаю про мухоморы и коновалов, что помирать в ближайшее время не намерены.

– Мухоморах? – переспросил я, останавливаясь, не дойдя пары шагов до крыльца.

– Ой, да не берите в голову, – Диана махнула рукой. – Ну подумаешь, какие-то бабки настойку мухоморову пьют по утрам. Только здоровее от этого становятся. А некоторые змеиным ядом увлекаются. Нашли не так давно парочку, что с Пустоши приползли, теперь оздоравливаются. Но уже несколько месяцев прошло, никто так и не помер, значит, вреда особо не наносит. Так что не думайте ни о чём. Если прихватит, вам их Сашка с ветерком привезёт, ждать своей кончины они точно не станут.

– Действительно, о чём здесь думать-то, – я закусил губу. – Значит, у меня нет здесь пациентов и нужно только к Митьке с больным ртом съездить? – решил я уточнить у сексапильной медсестры.

– Нет, – она задумалась на мгновение. – Я хочу попросить вас, Денис Викторович, съездить к одной девушке. Я не знаю, что с ней, и никто не знает. Боюсь, как бы не было чего-то страшного. Но она отказалась сюда идти. Говорит, что хватит с неё врачей, и если ей суждено умереть, то так тому и быть.

Я внезапно почувствовал, что очень сильно хочу сказать твёрдое нет. Что раз девица сама так решила, то так тому и быть! Что на всех добрых дел не хватит, и если я внезапно сумею поставить правильный диагноз, то далеко не факт, что это что-то исправит, что…

– Да, я к ней съезжу, – услышал словно со стороны, как мой голос произносит эти страшные слова. – Вы мне покажете, куда надо ехать?

– Разумеется, а пока пойдёмте, я вас чаем напою. – И она открыла дверь, приглашая меня войти.

– Надеюсь, без мухоморов, – я криво усмехнулся.

– Только со змеиным ядом от бедной заплутавшей змеи. Ну, если вы хотите, то можно и мухоморов туда добавить, – Диана мило улыбнулась. – Могу даже сбегать до бабки Дарьи. Она из-под полы настоечкой с пустоши приторговывает. Я сама не пробовала, но, говорят, убойная штука.

– Нет, я, пожалуй, воздержусь, – я пристально посмотрел на эту шутницу, а она, негромко рассмеявшись, вошла в медпункт.

Чай оказался вкусным, еда – ещё вкуснее. Диана так меня накормила, что я слегка осоловел. Ехать никуда не хотелось. Клонило в сон, тем более что погода за окном начала стремительно портиться.

– Опять кто-то в пустоши далеко забрался, – Диана покачала головой. – Есть там болото одно, в пяти километрах от границы. По легендам где-то в том месте сгинул целый отряд генерала Кротова. Вроде они с богатой добычей из третьего замка шли, и вот чуть-чуть до спасительной границы не смогли добраться. Люди-то сгинули вместе с генералом, а те ценности, что они несли – нет. Вот и пытаются идиоты эти драгоценности найти.

– Там что какая-то аномалия, отвечающая за погоду? – спросил я сонно.

– Да, похоже на то, – Диана встала и принялась собирать посуду. – Во всяком случае, погода постоянно меняется, когда кто-то в то болото суёт свой слишком длинный нос. Вам бы сейчас съездить по пациентам, Денис Викторович. А то грозы здесь страшные могут быть.

– Да, вы правы, – я поднялся, с трудом подавив желание потянуться. – Сумка есть собранная?

– Конечно, – и она, составив чашки в мойку, пошла в комнату, в которой вела приём болезных, и вынесла оттуда медицинскую сумку. В неё было собрано всё для оказания неотложной помощи. – Пойдёмте, Денис Викторович, я вам покажу, где кто живёт. У нас здесь всё просто, не заблудитесь.

Митька Савин жил в конце длинной улицы, на которой и стоял медпункт. Эта улица пересекала всю Петровку от края до края, и являлась единственной улицей. От неё в разные стороны отходили восемь переулков, и, собственно на этом Петровка заканчивалась.

Итак, Митька жил в самом конце. Его дом практически примыкал к границе Мёртвой пустоши. Очень сомнительное соседство, надо сказать, но тут уж ничего не поделать. Девочка, вызывающая беспокойство у Дианы, проживала во втором доме в первом переулке, если ехать обратно к медпункту от Митьки. А дом Гальки Акимовой располагался в третьем переулке под номером четыре.

– Зачем вам Галькин дом? – спросила Диана.

– У меня есть от него ключ. Если не успею до грозы вернуться, то там переночую. Это не слишком кошмарно? – спросил я, показывая ей ключ.

– Нет, – она покачала головой. – Галя хоть и гуляла, как будто последний день проживала, но в доме у неё всегда порядок был. В дом никто не лез. Мужичков местных Акимова в кулаке держала. Но на огонёк может кто-нибудь прибежать. Подумают, что Галька вернулась.

– А вот это просто отлично, – пробормотал я себе под нос. Мне нужно несколько сделок заключить. Просто кровь из носа. Даже если я от этого почти сдохну. Потому что я не хочу чувствовать себя человеком!

– Что вы говорите, Денис Викторович? – Диана наклонилась ко мне, пытаясь расслышать моё бормотание.

– Я говорю, что смогу отбиться от Галькиных собутыльников, не беспокойтесь, – и я, широко улыбнувшись, положил сумку на заднее сиденье и прыгнул за руль.

Небо стремительно темнело, и хотелось успеть осмотреть пациентов до дождя. А потом расположиться в Галькином доме и ждать потенциальных клиентов. Даже с аурой можно будет своей демонической поиграть. Всплеска никто посторонний из-за близости Мёртвой пустоши всё равно не заметит, а так приманю к себе неудачников, как мотыльков на свет. Всегда срабатывало, и в этот раз я уверен, что точно сработает.

До Митькиного дома я доехал, когда на улице совсем потемнело. Но молнии ещё не сверкали, а гром не гремел, и это вселяло определённый весьма осторожный оптимизм, что я всё успею сделать.

Калитка висела на одной петле, и уже на подходе меня чуть с ног не сшиб стойкий отвратительный запах сивухи, подгнивших продуктов, немытого тела, и чёрт знает, чего ещё. Дверь была чем-то выпачкана. Стучаться руками мне не хотелось, и я стукнул ногой. Но даже небольшого толчка хватило, чтобы дверь начала со страшным скрипом открываться.

Комната была захламлена, и настолько грязная, что я только прижал покрепче к себе сумку. Не буду её никуда ставить. А ещё я ощутил, как во мне поднимает голову неведомая ранее брезгливость.

– Есть кто дома? – громко спросил я, и тут же выругался, обо что-то споткнувшись.

– Сюда иди, – просипел мужской голос. Говорил мужик невнятно, но голос был, как ни странно, трезвый.

Я прошёл по тёмному коридору и вошёл в комнату. Она была освещена тусклой лампочкой. На кровати сидел мужик неопределённого возраста. Сама кровать была… Я поморщился. Судя по всему, простынь не стирали никогда. Она была не просто грязная, а чёрная. Такого я никогда не видел. Как же можно было себя опустить до подобного состояния, в голове до конца не укладывалось. Возле кровати стояли две табуретки. На одной стоял стакан с мутной жидкостью, и открытая банка какой-то тошнотворной консервы. На второй табуретке стоял телефон.

– Ух ты, откуда такая роскошь? – не смог скрыть я удивления.

– Доча купила и оплачивает, – просипел мужик. – А ты кто такой?

– Врач я. Давай, показывай свой больной рот и думать будем, что дальше делать. – Сказал я, решительно подходя к нему, не выпуская из рук сумку.

Кое-как вытащил фонарик и нагнулся, чтобы посмотреть в открытый рот. Опухоль была на языке. Изъязвлений вроде не было видно, и то хорошо. Но сама её форма и расположение меня насторожило. Вздохнув, я вытащил из кармана перчатки, которые заботливо мне всучила Диана, с трудом надел их, пристраивая в этот момент сумку на колено, и прощупал лимфоузлы. С одной стороны они были увеличены и словно спаяны между собой, создавая, судя по ощущениям, плотный конгломерат. Мужик даже не дёрнулся, значит, боли особой он не почувствовал. А вот это очень и очень плохо.

– Похудел? – коротко спросил я, снимая перчатки и делая шаг назад, внимательно оглядывая его с ног до головы.

– А чего б не похудеть. Болит рот, зараза, – просипел Митька, когда я разогнулся и выключил фонарик. – Уже даже пить не могу, не то что жрать. А Нинка, падла, ушла к Светке. Говорит, что скучно со мной стало.

– И падла-Нинка, это… – я посмотрел на телефон, а потом перевёл взгляд на мужика.

– Жена моя. – Ответил он и сплюнул прямо на пол.

– Замечательно, – я прищурился. Может с ним сделку заключить? Ну а что, он продолжит своё любимое дело, уже без опухоли и с весёлым настроением, а у меня первый клиент появится в Петровке. – Слушай, Митька, – я понизил голос, расслышав в нём вкрадчивые нотки, – а ты веришь в…

Меня прервал телефонный звонок. Чуть слышно выругавшись, я отошёл на шаг назад, сворачивая начавшую проявляться демоническую ауру, а Митька взял трубку.

– Да, Уля, болит, зараза. Мать-то? А хрен её знает. – Просипел он в трубку. – Доктор тут у меня, ага, сейчас дам ему трубку, – и он протянул трубку мне. – Дочь моя, Ульяна. Поговорить хочет.

– Давыдов, – процедил я, беря трубку двумя пальцами и стараясь не прикасаться ею к себе.

– Простите, а как ваше имя-отчество? – раздался мелодичный женский голос.

– Денис Викторович, – представился я.

– Денис, Викторович, что с папой? – в голосе прозвучало искреннее беспокойство. Я оглядел комнату, мужика, царящую вокруг грязь. Надо же, и такое бывает.

– У него опухоль языка. Скорее всего, злокачественная. – Неохотно ответил я, чувствуя, как моя сделка накрывается медным тазом.

– Что? – растерянно переспросила Ульяна.

– Рак у вашего отца, – рявкнул я в трубку. Воцарилось молчание, а затем Ульяна решительно сказала.

– Я завтра приеду. Мы с мужем в Твери живём, и у нас машина есть. И заберу папу. – Она снова замолчала, а потом осторожно попросила. – Денис Викторович, вы можете его подготовить? Напугать как-то. Чтобы он не сопротивлялся.

– Да он не будет сопротивляться, – ответил я устало. – Он уже даже пить не может, какое тут может быть сопротивление.