Текст книги ""Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Александра Черчень

Соавторы: Марина Ефиминюк,Феликс Кресс,Алекс Ключевской (Лёха),Александр Анин,Илья Ангел,Влад Снегирёв,Татьяна Серганова,Ника Ёрш,Олег Ефремов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 214 (всего у книги 332 страниц)

– Что я тапки братьям своим не носил? Думаю, что смогу временно подчиниться, – временно это не вариант, но если признает меня лидером, то и потом в бою будет следовать четко приказам.

– Во-вторых, Ворона станет учиться выдержке. Для этого мы каждый день за ужином будет о ней отзываться по существу в очень произвольной форме, обсуждая за столом ее достоинства и недостатки. Ее задачей научиться держать себя в руках, сдерживать порывы гнева, не обращая внимание на сказанное, – Лопухина тяжело вздохнула, но приняла условие.

– В-третьих, мы все за этот месяц обязаны перевернуть мир вверх дном, но найти подходящие кристаллы, пригодные для накопителей, – ребята пока не знали, где их можно найти, но готовы были идти за своим новым лидером.

Через пару часов направившись после уроков в зону отдыха, где собирались обсудить магические способности Емельянова, на встречу попалась целительница.

– Вот ты где, Оболенский, а я уже с ног сбилась, разыскивая тебя по всем корпусам, – наехала на меня Клавдия, не выглядящая запыхавшейся. – Я слышала, ты вчера был ранен на дуэли, а в мед. корпус так и не заглянул, – она с упреком смотрела на меня, забыв, что пообещал туда ни ногой.

– Так, уже почти все зажило, – постарался отмазаться от заботливой наседки.

– Ребята, на время его заберу, лично хочу убедиться, что у парня нет заражения, – схватила бесцеремонно за руку и потащила в сторону медицинского блока.

– Деелаа, не ожидал, что у сеструхи поедет крыша после исчезновения, – Ефимовский почесал затылок. – Угораздило же ее тоже влюбиться в этого Оболенского, – зря он, наверное, это сказал так. Девчонки все как одна повернулись в его сторону с очень неприветливым выражением…

Глава 21
Нечестный поединок

Когда Клавдия втащила меня чуть ли не силой в процедурную и стала с меня стягивать форму, я не выдержал.

– Прекрати, я и сам могу раздеться, – убрал руки девушки, расстегивающие пуговицы на рубашке.

– Ой, какие мы женофобы, неужели тебе неприятна забота симпатичной девушки? – она игриво посмотрела на меня, явно флиртуя.

– В гробу я видел такую заботу. У вас лишь одна цель охомутать благородного, чтобы успешно выйти замуж, – решил сразу расставить все точки над ё, чтобы даже намерений о серьезных отношениях не возникло в этой кудрявой рыжей и наглой голове.

– Больно надо, нет у меня цели выйти за благородного, я же бастард, – надула она губки, отвернувшись, дабы не глазеть, как стягиваю с себя рубашку. Потом разложила инструменты и мази для обработки раны, после чего пунцовая посмотрела на меня.

– Рана затянулась, но опухоль еще осталась, кто постарался тебя подлатать? – она сняла повязку с плеча и сейчас намазывала прохладную мазь на место пореза.

– Домой заскочил. Наш целитель обработал рану, уже практически не болит, – прикосновение тонких пальчиков девушки было приятно. Тут же привел несокрушимый довод, дабы оправдать свои ощущения. – Чем быстрее заживет плечо, тем мне будет легче на физических тренировках.

– Ты собираешься участвовать в турнире? Слышала, впервые первокурсников подтянули к этому развлечению, – между нами возникла неловкость, и Клавдия пыталась заполнить ее беседой.

– После того как Орлов устроил новую дуэль еще одному сокурснику, решил участвовать, – как именно макну зазнавшегося графа в грязь лицом, пока не придумал. Но обязательно постараюсь добраться до финала, чтобы отомстить.

– Я тут насчитала в вашей команде всего девять участников. До полного состава не хватает лишь одного, – она странно на меня посмотрела, словно хотела предложить еще кандидатуру. – На моем потоке все давно распределились, я осталась про запас. Вам случайно не нужен свой хиллер, когда пойдете нагибать старшекурсников? Я знаю практически все про ребят, у кого какой дар и слабые места, – она хитро на меня посмотрела, словно искушая.

– Зачем это тебе? Ведь участие в турнире не поможет развить способности, ты всего лишь целитель, – хотя, занимаясь раненными, она и прокачивает свой дар, при этом находясь вне поля боя. Как целитель в боевом раскладе Клавдия будет обузой. А при серьезных ранениях пострадавшими занимается главная целительница Василиса Ильинична.

– Вот именно, с тобой всегда что-то происходит, необходимо быть рядом на подхвате. И если вдруг тебя снова перекинет в иной мир вместе со мной, смогу помочь выбраться, – я вспомнил о ее принудительных ласках, и у меня по спине пробежали мурашки. Но с другой стороны, это был самый простой способ вернуться назад, мало ли что могло пойти не так. Я взвешивал все плюсы и минусы, получалось приблизительно поровну.

– Я не лидер в своей команде, у нас есть Вожак, так что ему принимать решение о твоем участии, – перекинул проблему с больной головы на здоровую. Тем более всю неделю Трубецкой обязался выполнять все мои пожелания, пусть он и отказывает настойчивой девушке.

– Хорошо, надеюсь, братик поспособствует сестричке в просьбе, замолвит слово перед своим Вожаком, – а вот Ефимовский мог настоять на принятии в команду сестры, об этом я не подумал. – Да и Максимилиан за мою помощь с ожогами на лице, будет весьма благодарен. Он и рассказал о произошедшей дуэли.

– Так вот откуда ноги растут, значит, уже все училище об этом знает, – теперь стало понятным, отчего на меня все косились в столовой.

– Кто из этих напыщенных индюков бросил вызов первокурснику? Так-то позорно вызывать первогодку на магический поединок, – Клавдия явно недолюбливала высокородных с их скверными характерами.

– Емельянов, что знаешь про него? – отказываться получить информацию перед поединком было бы глупо.

– Не повезло парню, он жестокий соперник. Ко мне часто после тренировок приходят его сокурсники с переломами и повреждениями, – совсем не обрадовала меня Клавдия. – Станислав обладает таранным ударом, может сломать кость, если встать к нему под углом. Лучше прямо стоять, приняв удар на грудь, упасть на спину. Так поединок быстро закончится. Победить, конечно, не выйдет, зато может обойдется без переломов.

– Так ребра может сломать Смирнову, он тот еще хлюпик, – совсем не был уверен, что парень выдержит, а мне оставаться без ручного гипнотизера не хотелось.

– Тогда пусть падает сам, увлекая за собой этого барана, у которого одна извилина и та прямая. Он слишком жесток и беспощаден, жалеть не станет, но удара можно избежать, если суметь увернуться. Это, как в корриде, на арене с быком, – она действительно знала про нюансы парня, и у меня появилась мысль, как помочь Смирнову. Поблагодарив девушку, помчался в зону отдыха.

На полигоне, где обычно отрабатывали магию, на трибунах собралось много народа. Дуэли были редким явлением, поэтому новость облетела все училище за пару часов. Магическая дуэль никогда не была красочным явлением, но битва старшекурсника с новичком была чем-то из разряда вон выходящим. Как бы мне ни хотелось светиться, но в качестве секунданта пришлось выйти на арену. Санек, хоть и переживал сильно, но виду не показывал, был сконцентрирован и сосредоточен. На арену вышли Емельянов с Орловым, который вызвался стать секундантом. Дежавю какое-то, на манеже все те же. Ситуация напоминала недавний поединок за чертой города, вот только сейчас зрителей собралась довольно много.

– Будь готов к неожиданностям и подлостям, не геройствуй, особенно когда все закончится, – еще раз напомнил о правилах безопасности.

– Я не самоубийца, так что лезть в бутылку не буду, – Смирнов – осторожный парень, надеялся, что в случае чего, смогу его прикрыть.

Зачитали правила магической дуэли, где запрещалось бить в уязвимые места, наносить смертельный урон и необходимо остановиться по окончании наличия маны. Биться, как обычные мужики на кулаках в магическом поединке без оружия запрещалось. Емельянов и Смирнов кивнули, что принимают условия, стали расходиться на тридцать шагов друг от друга.

А вот дальше начался спектакль, поставленный мной, где допускалась импровизация. Смирнов, отошедший на пятнадцать метров, развернулся, усевшись на землю в позу лотоса. Емельянов, увидев такое, начал сильно возмущаться. Вот только в магических поединках нигде не оговаривалось, что соперник должен стоять на поле боя. Поэтому судья, в виде учителя магии, не принял во внимание претензии Станислава. Бой начался.

Емельянов закипел, как паровоз. Сконцентрировавшись на своем противнике, начал набирать скорость. По факту таранный удар представляет из себя магию щита, аккумулируется перед собой магом. Своим энергетическим воздействием сносит противника, как в боулинге катящийся шар кегли. Смирнов не сводил взгляда с несущегося на него тараном противника. В последний момент кувыркнувшись в сторону, уходя из-под удара. Емельянов промчался на всех парах мимо, не сразу затормозив. После чего развернулся и растерянно стал искать взглядом сидящего по-турецки Смирнова. Вот только сейчас он оказался в зоне прямого контакта парня и попал под гипнотическое воздействие. Перехват управления сознанием состоялся. Это стало понятно по тому, как Александр улыбнулся.

А дальше на арене началось выступление клоуна, где Емельянов стал танцевать под собственное исполнение любимой мелодии. На трибунах ржали и аплодировали, клоун кланялся и извинялся перед Смирновым, признавая свое поражение. Учитель остановил магический поединок, озвучив победу за первокурсником. Фантазер поднялся на ноги и снял гипнотическое воздействие. Станислав растерянно моргал, не совсем осознавая, что происходит. После выхода из гипноза многие не помнят, что с ними только что происходило. Найдя взглядом своего противника, он снова врубил щитовую магию, проигнорировав слова учителя о том, что этот бой завершен. Настал тот самый опасный момент, когда Емельянов, не помня своего поражения, продолжил магический поединок. Дальше план был таков. Санек должен уклоняться от Емельянова, словно тореадор на корриде, бегая кругами. В крайнем случае мог спрятаться мне за спину, чтобы я притормозил разъяренного бычару. Здесь необходимо было не попасться под горячую руку и дождаться окончания маны.

Смирнов больше не стоял на месте, постоянно меняя диспозицию, наворачивал круги, зачастую резко изменяя направление. Емельянов ускорялся по прямой, но быстро менять траекторию не мог, магический щит был трудно управляем. Минут через десять беготни, магия наконец-то у парня закончилась. Он с облегчением выдохнул, но не остановился, рванув за Смирновым по кругу. С легкостью настигнув подуставшего парня, набросился с кулаками. Успел зарядить Саньку в челюсть и солнечное сплетение, пока я перехватывал кисть, выводя на болевой захват. Перебросив через бедро, на земле прижал Емельянова коленом, заломив руку за спину.

– Бой давно завершен, идиот, ты проиграл дважды. Так что имей честь, прекрати позориться, – проговорил сквозь зубы вырывающемуся парню.

– Я вас обоих уничтожу, вы уроды еще умоетесь кровью, клянусь своей честью, – не внял моему совету упертый баран. В этот момент к нам подошел Самуэль Гаврилович, мне пришлось отпустить парня, вскочившего, аки горный козел, на ноги.

– Станислав Емельянов, вы нарушили кодекс чести дуэли, опозорив свой род. Вам необходимо прилюдно принести извинения перед бароном Смирновым. Проиграв дважды, вы вновь его оскорбили, – выдвинул ультимативные требования преподаватель.

– Не стану извиняться перед этим слизняком, не дождетесь, – отряхнув одежду, Станислав, стиснув зубы, покинул поле. Александр с трудом поднялся, держась за скулу.

– У него, кажется, произошел перелом челюсти, – проговорил я, видя слезы боли, застывшие в глазах сокурсника. Только этого сейчас не хватало, все мои планы по разблокированию воспоминаний летели коту под хвост.

– Срочно к лекарю отведи его Оболенский, – учитель магии был сильно разгневан беспардонным поведением старшекурсника, потерявшего берега. Это был очень плохой пример для учеников и дворянской чести, которую сейчас дважды нарушили. Первый, когда Емельянов, попав под гипнотический транс, не признал себя побежденным и вновь стал нападать. Второй, когда, слив магию, что тоже вело к завершению боя, перешел на обычный мордобой. За нарушение правил род Емельяновых должен будет выплатить виру Смирнову, и это неприятное известие нужно грамотно донести до рода военных. Самуэль Гаврилович тяжело вздохнул, понимая, что необходимо обсудить щекотливую ситуацию с начальством, направился в главный корпус…

Клавдия, наблюдавшая поединок, выбежала на поле, дабы осмотреть пострадавшего. Она, взяв за руку и прикрыв глаза, просканировала Смирнова на наличие повреждений.

– У него сломана челюсть, легкое сотрясение, а еще болевой шок от удара под дых. Давайте выдвигаться в мед. корпус, здесь ему помочь не получится, – она, как самоотверженная медсестра, подставила хрупкое плечо раненому бойцу, пытаясь вытащить с поля боя. Смирнов не стал отказываться от самопожертвования девушки, облокотился, словно и вправду не мог идти. А я тут рядом стою для проформы, изображая из себя мебель. Явно Емельянов ему голову повредил. Ну или это был расчетливый ход, когда мужчины разыгрывают смертельно больного, чтобы девушки пожалели. Склоняясь ко второму варианту, поплелся следом за сладкой парочкой.

Смирнову поставили скобы на челюсть, теперь он не мог говорить аж целую неделю. За это время целительницы обещали помочь восстановить хрящевые ткани, соединив сломанные кости. Его освободили от занятий, дабы лишний раз не травмировать ни мозг, ни челюсть, велев побольше отдыхать и пить бульоны через трубочку. Мне, как пострадавшему на несправедливой дуэли, тоже выписали больничный, дабы рана смогла затянуться. Санек, прежде чем разойтись по своим комнатам, написал на бумаге просьбу. Он хотел, чтобы этот самый бульон я принес к нему вечером. Пить при всех через трубочку парню было немного стыдно. Не стал отказывать, ведь в его травме был отчасти виноват, не успев вовремя среагировать.

– Я тут подумал, что слишком слаб, мне очень нужны накопители, – написал в тетради Смирнов, когда вечером навестил парня. По сути, он мог попросить натаскать его в рукопашном бою, и я бы помог перед турниром. Прочтя, поднял вопросительно бровь.

– Если бы два раза подряд смог применить гипноз, тогда этого бы не произошло. А у меня случился откат, пришлось от урода скакать как заяц по полю, – Саньку было немного стыдно за трусливый стиль ведения боя. Сначала своей позой Фантазер должен был вывести из себя Емельянова. Это давало шанс быстро взять того под контроль, как только дистанция окажется минимальной. Да и увернуться из позиции сидя гораздо легче, выполнив перекат. Вот только самый опасный момент, как и предположил, наступил после снятия гипнотического воздействия. Если для всех поединок был завершен, то не для самого противника. Он об этом элементарно не помнил. Дальше необходимо было вымотать разгневанного минотавра, простым бегом с уклонениями и резкой сменой траектории. Санек справился и с этой задачей, петляя по полю, аки заяц, удирающий от волка. Только последнего маневра после завершения маны не предвидел никто. Емельянов умел бегать гораздо быстрее без магического щита, враз догнав своего противника.

– Второй раз не стал бы снимать магию, пока не обезопасил себя, – Смирнов мог держать под гипнозом довольно долго своего оппонента, и делать с ним все, что заблагорассудиться. – Я совсем не боец, и меня на турнире раскатают в два счета. Но если смогу брать под контроль не одного, а сразу несколько противников, тогда с легкостью нагнем старшекурсников, – продолжал строчить в блокноте Санек.

Не мог не согласиться с доводом парня. Нам потребуется удача и много маны, чтобы хоть как-то противостоять сильным соперникам.

– Давай, пока оба на больничном, сгоняем в бывшую столицу Москву, находящуюся в зоне отчуждения. Найдем там музей с минералами и, не спеша, все проверим, вдруг найдем накопитель, – продолжил строчить на бумаге Фантазер, а я лишь читал написанное. – Даже если мы пропадем, отправившись в иной мир, то тебе не впервой возвращаться оттуда.

– И на чем мы туда доберемся? – безумным план не выглядел, проблема стояла лишь с перемещением.

– Так ты у нас гений, уверен, что-нибудь обязательно придумаешь, – начеркал Смирнов, с надеждой на меня посмотрев. И он был прав, у меня уже появилась идея, как быстро добраться до Москвы, чтобы отец ничего не проведал об этом. Нужно лишь позвонить одному человеку, оставшемуся сейчас без работы. Он был первоклассным шофером, но не умел хранить верность своему господину, поддавшись на чары искусительницы. У каждого есть свои слабости, одной из которых и собирался воспользоваться.

– Завтра после посещения целительницы отправимся в бывшую столицу, собери необходимые вещи, – улыбнулся, выходя из комнаты парня, предвкушая интересное приключение. Никто в здравом уме не стал бы соваться в опасную зону, но я же Псих, ненормальный, и этим все сказано…

Глава 22
Бывшая столица

С вечера договорился со своим бывшим шофером Федором, который вот уже два дня злоупотреблял, не понимая, как он так опростоволосился. Услышав мой голос, с тревогой поинтересовался, не случилось ли чего. Сейчас терять ему было нечего, он лишился работы. Слухи, за что его выбросили из рода, распространялись сравнимо лесному пожару. Светлана ни разу не позвонила. Без работы в богатом доме водитель перестал ее интересовать. У Федора еще оставались некоторые накопления, до которых не успела дотянуться алчная рука любовницы, ведь он хранил их на замороженном счету. Лишь раз в год имел возможность воспользоваться накопительным счетом, но до этого момента ждать еще оставалось несколько месяцев. Наличность таяла, как выпавший первый снег, а перспектив устроиться шофером у Федора не было. У него была личная машина, на которой когда-то участвовал в гонках. Приземистая красавица не была предназначена для перемещения по городу, рычала и разгонялась, как гоночный болид до ста километров за несколько секунд. Он сам по молодости переделал ее полностью, оставив место лишь для водителя и штурмана. Выбросив лишние сиденья, превратил заднюю часть в большой багажник, доступ в который был прямо из салона. В гонках запасные детали, резина, инструменты всегда должны находиться под рукой. Поэтому Федор пожертвовал комфортом, ради вместительности багажного отделения. Когда услышал предложение отвезти меня с другом в старую столицу на своей красавице, то сильно удивился. Хорошая сумма, которую предложил, была нужна бывшему водителю как воздух, но Федор продолжал сомневаться. Если со мной что-то случится, то простым увольнением он уже не отделается, князь с него шкуру спустит. Пообещал, что отец об этом не узнает, поэтому может не переживать, да и подъезжать прямо к училищу не нужно. Лучше остановиться в километре на дороге, мы сами к нему выйдем. Федор думал, но недолго, решив проконтролировать, как сложится наше безумное приключение. Чуть что обещал оказать поддержку.

Психов, желающих поучаствовать в смертельно опасной авантюре, прибавлялось. Еще одним гвоздем в крышке гроба оказалась Клавдия, встретившая нас с утра на рабочем посту в мед. блоке. По пульсу и состоянию нервного напряжения с порога вычислила Смирнова, явно куда-то собравшегося.

– Оболенский, чтобы не задумал, без меня лучше ничего не предпринимать. Вижу, вы либо мстить решили Орлову и его прихвостням, либо что-то столь же безрассудное. У тебя напарник дрожит как осиновый лист, но все же собрался идти на свою голову. Со мной у вас будет хоть шанс выбраться из той жопы, куда намылились, так что через пять минут я отпрошусь и пойду вместе с вами, – не дала и слова вставить Клавдия, умчавшись переодеваться. А нам еще предстояло пройти реабилитационные процедуры, дабы повысить порог выживаемости в запретной зоне.

Подумал, если не стану нервничать и переживать, то есть неплохие шансы справиться с поставленной задачей. Но вот сомнительная переменная в виде необузданной Клавдии повышала риск провалиться в иное измерение. Хотя с другой стороны, если в этом мире ни один минерал не окажется накопителем, то именно Клавдия поможет мне сгонять в иной мир, ну и выбраться оттуда обратно. План был далек от совершенства, но рискнуть все же стоило. Пока нами занималась Василиса Ильинична, сращивая челюсть и перевязывая мою рану, неугомонная девушка уже примчалась из женского корпуса, одетая по-походному. В руках держала рюкзак, набитый теплыми вещами. Выглядела она жутко довольной, не понимая, куда подписалась. Я лишь вздохнул, если мы не вернемся вовремя из Москвы, училище однозначно прикроют. Поэтому вернуться в течение недели просто обязаны. Да и поставить нескольких самонадеянных уродов на место, щелкнув их по носу, тоже.

Скрытно покинули санчасть и по старой традиции перемахнули через забор, отходя немного в лес, обходя училище по периметру. Федор нас ждал, как и договаривались, за километр на обочине. Увидев всю честную компанию, с сомнением посмотрел назад, размышляя, на чем разместить парочку лишних пассажиров.

Мои компаньоны уселись за нашими креслами на полу прямо на рюкзаках, пренебрегая ремнями безопасности, которые здесь напрочь отсутствовали. Хотя на той скорости, с которой полетели по трассе, при любом столкновении ни от одного из нас не останется живого места. Здесь ни ремни, ни подушки безопасности не помогут. Поэтому наша жизнь всецело зависела от умений Федора управлять этой низко летящей птицей, на спидометре у которой стрелка находилась в красной зоне за чертой в двести километров. Мои приятели вжались в пол, крепко обхватив передние сиденья, старались не смотреть в окна, где на бешеной скорости деревья превратились в сплошную стену.

– Так и куда мы, стесняюсь спросить, решили направиться? – Клавдия все же поинтересовалась конечной целью нашего путешествия. До этого в лесу, боясь спугнуть удачу, молчала, как и Смирнов всю дорогу.

– В Москву, в музей минералогии, хотим проверить одну идею по поводу минералов, – специально обернулся, дабы увидеть вытянутое лицо девушки, получившую обескураживающий ответ. Мы уже проехали половину пути от училища до Новосибирска, выходить из машины уже не имело смысла. Но вот шанс покинуть нас возле сибирской столицы еще оставался.

– И что это за идея, раз вы собрались проникнуть в зону отчуждения? – быстро пришла в себя рыжая авантюристка, у которой заблестели глаза от любопытства. Ничему ее жизнь не учит. Недавно чуть не сгинула в ином мире и снова готова рисковать жизнью. Сейчас в этой машине на бешенной скорости ехало четверо психов в неизвестное опасное место, откуда многие не возвращались. Каждый понимал, что сидя ровно на попе, свое будущее изменить не получиться, а настоящее не устраивало по ряду причин всех собравшихся.

– Проблема магов этого мира в том, что у всех новоиспеченных одаренных слишком маленький магический резерв, не позволяющий полноценно управлять потоками маны. Есть гипотеза, что среди определенных минералов сможем обнаружить кристаллы, работающие накопителями магии, куда ее можно заранее слить. И чем больше в день каждый из нас будет наполнять этих накопителей, тем быстрее станет развиваться магический источник. По сути, должны каждый час сливать ману, либо кастуя, либо наполняя кристаллическую ёмкость, а одного или двух раз в день недостаточно для прокачки. Да и победить старшекурсников без накопителей у нас не получится. Мы еще можем потягаться со вторым курсом, даже с третьим еще пободаемся, но вот с четвертым шансы совсем нулевые, – подробно стал рассказывать о целях нашей поездки, все равно заняться сейчас было нечем.

– Откуда ты знаешь, что накопители существуют? Не приснились же они тебе? Ради одной гипотезы было бы абсурдом проникать в охраняемую зону отчуждения, рискуя жизнью, – привела весомы аргументы девушка, но я не стал при Федоре посвящать Клавдию в провалы своей памяти.

– Почему бы и нет? Интуиция и логика меня еще ни разу не подводила, – подмигнул девушке, намекая, что основания имеются.

Затарившись в придорожном магазине продуктами, напитками и йогуртами для нашего неговорящего друга, решили больше не задерживаться. Дорога была неблизкая, более трех тысяч километров, которую, если не останавливаться на сон и перекус, можно преодолеть за пару дней. Но Федору все же потребуется поспать четыре часа, рисковать нами он не станет. Два с половиной дня туда, столько же обратно и на исследование пару суток. Через семь дней мы должны появиться в училище, Василиса Ильинична обещала нас прикрыть. Она сообщит, что мы отправились по домам, дабы полноценно восстановиться после ранения. Дольше недели задерживаться никак нельзя. Иначе преподаватели свяжутся с родителями, вновь объявив о пропаже учеников.

Федор, как истинный русский мужик, будучи авантюристом по своей натуре, иначе бы ни за что не связался с пассией моего отца, решил нас не бросать на подступах к Москве. Проехав по внешнему кольцу дорог, изучил посты, охраняющие зону отчуждения от посягательств, нашел пару мест, показавшихся преодолимыми. Во всяком случае, транспорт там не проезжал давно. Асфальт пророс травой, дома стояли запущенными, ни птиц, ни домашних животных, тем более людей видно не было. Там, где стояла охрана, дороги худо-бедно приводились раз в пятилетку в порядок. Они выделялись заплатками нового асфальта поверх растрескавшегося, образовавшего ямы и колдобины. Дороги все же необходимы, чтобы подвозить продукты и сменять караулы охранников. Мы аккуратно на черепашьей скорости, практически крадучись, съехали на заросшую дорогу и покатили, приминая старую пожухлую траву к земле. Стояла гробовая тишина в округе, словно находились на кладбище. Хотя там шума, наверное, больше, чем здесь. На кладбтще можно встретить могилокопальщиков, других посетителей, птиц, а возможно, и белок, прыгающих по растущим среди могилок деревьям. Пасторально и живенько по сравнению с теми местами, где сейчас проезжали. Только звук нашего мотора нарушал тишину.

Дома стояли заброшенными, смотрели своими немытыми окнами обреченно нам вслед. Не летали над мертвым городом птицы. Лишь мертвые с косами стояли вдоль дороги, встречая неожиданных путников с поехавшей крышей, но слава богу мы их не видели. За частным сектором вырулили на широкие тракты, проходящие между высотными зданиями, такими же пустыми и безмолвными, без единого светящегося окна. Я просматривал старую карту Москвы, разбираясь в хитросплетениях магистралей, ища более короткий путь к нужному зданию, ранее находившемуся на Моховой. Спустя пару часов кружения без навигатора по старой Москве все же добрались до музея, припарковав машину прямо перед входом возле ступеней. Государственный геологический музей имени В. И. Вернадского – такой табличкой встретило нас старинное трехэтажное здание. Ну, как встретило, двери были заперты наглухо, подергали, но результата не добились. Благо решеток на окнах не было, шанс проникнуть туда оставался. Выбрав окно на первом этаже с торца здания, разбил камнем, добавив в коллекцию этого учреждения еще один экспонат.

Сам музей располагался на двух этажах, где были залы с изделиями, изготовленными из полудрагоценных камней. Вот только сами изделия уже были кем-то экспроприированы. Пустые постаменты напоминали о шедеврах каменных мастеров лишь табличками с описанием. Ваза из горного хрусталя – отсутствовала, малахитовая чаша – отсутствовала, янтарное дерево – отсутствовало, шкатулка из змеевика – отсутствовала, блюдо из флюорита – отсутствовало.

– Мда, чувствую, что мы зря сюда притащились, – расстроился, понимая, что я надеялся на чудо, а его не случилось.

– Давай поднимемся выше, забрали только изделия, которые можно продать, а простые необработанные камни могли и оставить, – постаралась подбодрить меня Клавдия. Мы втроем двинули по широкой лестнице наверх, дабы убедиться воочию. К нашему счастью, обычные минералы и сплавы никто даже не тронул, кроме одного отсека, где когда-то лежали необработанные драгоценные камни. Они нам как раз и не были интересны. В нашей группе среди аристократов много было перстней и украшений с этими бесполезными побрякушками. Еще отсутствовал бивень мамонта, о чем сообщал постамент и табличка, но это не минерал, так что тоже не особо расстроился. На каждой стеклянной витрине висел небольшой замочек, не позволяя посетителям брать экспонаты в руки. Но нам надо было перетрогать каждый здесь минерал и попробовать слить в него хоть крупицу маны. Объяснил ребятам суть, которую узнал от мага в своем восстановленном воспоминании. Необходимо просто феячить, держа камень в руке, применяя привычную магию в отношении этого камушка, представляя его человеком. Нашли топорик на щите с огнетушителем, предназначенный по технике безопасности. И вот с его помощью удалось сбивать хлипкие замочки, открывая доступ к минералам, которых здесь должно находиться порядком около тысячи. Задача не на один день, так как у двоих из нас маны кот наплакал, и восстанавливалась она опять же небыстро. Мне же категорически запрещалось применять свою магию перемещений в зоне отчуждения, где реальность истончилась сама по себе. Любой мое намерение могло спровоцировать переход в иной мир, а мы пока этого не планировали. Водитель Федор, как только нас доставил до места, решил поспать и не велел его будить в течение суток. Скоро ему предстояла поездка в обратную сторону.

Ребята честно старались. Один пытался загипнотизировать камень, вторая его вылечить. Выглядело, да и звучало абсурдно, словно психов выпустили на прогулку, а они не туда забрели. Я просто рассматривал экспонаты визуально, выискивая похожие на те, что видел в ином мире. Там они были обработаны, но без огранки, имели вид округлого голыша бело-голубоватого цвета. При вливании магии вспыхивали внутри малой искоркой, словно внутрь поместили светодиодную лампочу, при этом накопители прозрачными не были. Здесь камни были необработанными с разными вкраплениями другой породы, сложно идентифицируемые на первый взгляд. Поэтому читал и пытался припомнить, как тот или иной полудрагоценный камень выглядит в изделии. Отобрал похожие экспонаты: топаз, петерсит, в нем тоже наблюдался синеватый оттенок, опал, лунный камень, лазурит, ларимал, лабрадорит, кунцит, кианит, кальцит, иолит, хризокколу, дюмортьерит, азурит, апатит, ангелит, амазонит, александрит и даже авантюрин, хотя он голубым не был, но в нем сверкали искорки. Все это добро свалил перед ребятами, которые уже пару раз слили ману впустую. Сейчас они отдыхали, восстанавливая запас.

– Оболенский, ты понимаешь, что мы за день не управимся со всеми камнями? Сюда необходимо было привозить всю нашу группу первокурсников, тогда был бы шанс прошерстить тут все, – Клавдия разглядывала камни с синими и голубыми оттенками, любуясь природной красотой минералов.