Текст книги ""Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Александра Черчень

Соавторы: Марина Ефиминюк,Феликс Кресс,Алекс Ключевской (Лёха),Александр Анин,Илья Ангел,Влад Снегирёв,Татьяна Серганова,Ника Ёрш,Олег Ефремов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 37 (всего у книги 332 страниц)

То, что он оказался настолько ограничен в своих силах, что даже не смог обратить действие своего же собственного оружия вспять, до сих пор приводило Падшего в состояние неконтролируемого бешенства. Он не смог выполнить свою часть сделки, именно поэтому его выкинуло обратно в Ад. Хорошо хоть он не был демоном, и смертельные муки в этом случае ему не грозили.

Пхилу, стоявшая рядом с Падшим, пискнула и отпрыгнула в сторону, когда до неё дошла волна от его раскрывшейся ауры. Она пристально посмотрела на Повелителя, потом перевела взгляд на Велиала и, решив, что некромант ей, в общем-то, больше не нужен, попыталась ретироваться. Пхилу уже удовлетворила свою месть, и теперь на цыпочках пятилась в сторону выхода.

Велиал взмахнул рукой, и образовавшийся багряно-красный кнут устремился в сторону беглянки, в считанные мгновения обвив её тело. Суккуба взвизгнула и, не удержав равновесие на своих огромных шпильках, распростёрлась на полу, а Падший подтащил её к своим ногам.

– Ну уж нет, не сбежишь. Мы с тобой позже наедине поговорим. Устроила здесь представление! – рявкнул Велиал, а Пхилу, глядя на мелькающие в его глазах красные молнии, горестно всхлипнула, проклиная себя за свою привязанность к новой игрушке. – Люцифер, отойди. Я всего лишь с ним поговорю, – уже более миролюбиво обратился Велиал к Владыке Преисподней, даже мученическую улыбку смог изобразить, показывая, что ничего плохого делать с душой некроманта не собирается.

– У тебя с лицом что-то, спазм какой-то. Сходи в наш лазарет, путь тебя адские врачи осмотрят, – ядовито ответил Люцифер.

– Люцифер…

– Хочешь по душам пообщаться, с ней поговори, – Светоносный указал на суккубу, завывшую от его слов ещё горестней. – Я знаю, чем обычно твои разговоры заканчиваются. А потом за загубленную душу отчитываться нужно будет мне, а не тебе! – повысил он голос.

– Да мне только спросить! – Велиал не смотрел на брата, освобождая Пхилу от своего кнута. Ему почему-то стало неприятно видеть её страх.

– Ты что, в амбулатории в очереди к врачу стоишь? – усмехнулся Люцифер. – Ладно, два вопроса и в моём присутствии. К душе не подходить ближе, чем на четыре метра.

– Ну слава Богу! – воскликнул Велиал, поднимая руки вверх и глядя при этом в потолок.

– Ваша парочка вообще берегов не видит? – сжал губы Люцифер, вспоминая, как совсем недавно уже успокоившаяся суккуба складывала руки в таком же молитвенном жесте. Она сейчас преданно смотрела на Велиала, не делая ни единой попытки сбежать, хотя брат проявил несвойственное ему милосердие, отпустив её.

Что бы ни говорил Асмодей, но в Аду явно что-то происходит, причём с того самого момента, как сам Люцифер одобрил этот эксперимент под номером тринадцать. Он тряхнул головой. Нужно тщательно всё обдумать и навести справки о земле, куда они отправили того демона перекрёстка. Похоже, на всех, кто там побывал, она влияет как-то странно. Но это происходит только когда они живыми оттуда возвращаются. Вздохнув, Люцифер повернулся к двери, прикасаясь к ней.

– Идём. Надеюсь, ты тщательно продумал свои два вопроса, потому что второго дубля у тебя не будет.

Глава 11

Великий князь Дмитрий посмотрел в окно.

– Тебе не кажется, что они уже должны бы вернуться? – спросил он у жены, которая в это время стояла у стола и перекладывала книги Дениса, читая названия.

– Настя ночью приехала, – ответила Ольга рассеянно. – А рано утром снова ушла. Похоже, что-то в больнице случилось, и её присутствие необходимо. Она без Дениса практически не разговаривает со мной, если я первая к ней не обращусь. Ну а сам Денис мог и задержаться. Мы не знаем, что там в Петровке творится. Да и гроза, похоже, в той стороне была. Ты будешь заниматься? – Она посмотрела на Дмитрия и улыбнулась. Надо же, она вышла замуж как бы не первая из своих подруг, и её муж самый-самый!

– Да, буду, – Дмитрий отошёл от окна. – О чём ты думаешь?

– О том, как сильно мне повезло, что ты обратил на меня внимание, – Ольга снова улыбнулась.

– На самом деле везение сомнительное, – Дмитрий усмехнулся. – Как только мы вернёмся в столицу, на тебя такая прорва обязанностей свалится, что ты быстро можешь изменить своё решение… Похоже, не только Дениса кто-то сглазил, но и всё ваше семейство. Но в этом случае я ему или ей благодарен.

– Думаю, Настя с тобой не согласится, – как-то отстранённо произнесла Ольга, глядя мимо мужа в окно.

– Оля, оставь их в покое, они сами разберутся. Я не просто так контроль упраздняю. Сама же видишь, что Настя в ужасе от самой мысли о том, чтобы связать жизнь не только с Денисом, но и со всеми нами. Не наседай на них, твоему брату здесь и так несладко приходится, – спокойно ответил ей Дмитрий, легко поцеловал Ольгу и направился к тренажёру.

Пока на сильно многое цесаревич не замахивался, тренировка заключалась в пробежке и общих упражнениях. Ольга внимательно следила за каждым его движением, чтобы в случае чего прийти на помощь.

После тренировки Дмитрий направился в душ. Не дойдя до ванной комнаты, цесаревич остановился возле двери, ведущей в подвал.

– Оля, ты не знаешь, что там? – спросил он с любопытством.

– Нет, – Ольга подошла к нему, покачав головой. – Настя сказала, что эта дверь не открывается, а Дениса я спросить не успела.

– Там что-то есть, – задумчиво проговорил Дмитрий. – Я чувствую мощную магическую энергию. Подозреваю, что это артефакт. И дверь всё-таки можно открыть…

Он призвал дар и потянулся к двери рукой, окутанной серебристым облаком неоформленной силы. Ольга, затаив дыхание, следила за ним. Но как только пальцы Дмитрия коснулись дверной ручки, входная дверь приоткрылась, и между цесаревичем и подвальной дверью материализовался здоровенный чёрный кот в ошейнике с драгоценными камнями.

– Мяу-у-у! – кот зашипел и выгнул спину.

Дмитрий вздрогнул и отдёрнул руку.

– Барон, ты чего? – Ольга присела на корточки, глядя на кота. Кот перестал шипеть и сел, не сводя с неё немигающий взгляд своих жёлтых глазищ. – По-моему, Барон не хочет, чтобы ты пытался открыть эту дверь.

– Я понял, – Дмитрий нахмурился.

– Хорошо, что Денискиной припадочной курицы нет, – девушка закатила глаза, вспоминая, как Мурмура гоняла её по двору, когда Ольга решила проверить, что находится в сарае.

– И это странно. Мне иногда кажется, что курица вездесуща. Ладно, Денис вернётся, и мы вместе откроем эту дверь. Я не хочу, чтобы у меня за спиной находилось что-то потенциально опасное. Но почему-то мне кажется, твоему брату известно, что там, внизу.

Он хотел сказать что-то ещё, но его прервал резкий звук телефонного звонка. Ольга вскочила на ноги и бросилась к столику, а в дом зашёл Егорыч.

– Слушаю, – сказала Ольга. В трубке в этот момент раздался какой-то грохот и визг. Звуки были настолько громкие, что девушка отставила трубку от уха, чтобы её не оглушило.

– Оля, Денис не приехал? – сквозь шум до всех стоявших в коридоре людей и кота донёсся голос Насти.

– Нет, – ответила Ольга. – Что у вас там творится?

– У нас здесь дурдом на выгуле! Если Денис домой приедет, то пускай в больницу сразу бежит, он здесь позарез нужен! – и Настя повесила трубку.

– «Единственная истинная мудрость – знать, что ты ничего не знаешь», – задумчиво произнёс Егорыч.

– Ого, ты ещё и Сократа цитируешь, – Дмитрий улыбнулся, оглядывая Егорыча, словно впервые видел.

– А почему бы его не цитировать, если он умные и важные вещи говорил, – вздохнул денщик. – Я продуктов свеженьких принёс, да обед с ужином готовые. Уж не побрезгуйте, ваше высочество.

– Егорыч, я даже стряпню своей жены не боюсь пробовать, что ты говоришь про брезгливость! – хохотнул Дмитрий и заскочил в ванную до того, как Ольга сделала шаг в его сторону, нахмурив брови.

– Эх, молодёжь, – еле слышно пробормотал Егорыч и направился на кухню.

Ольга только головой покачала и пошла помогать старому слуге разбирать большие сумки. Дима не будет же сидеть в ванной вечно, а когда выйдет, вот тогда она и спросит, что он имел в виду.

* * *

К дому Алевтины Тихоновны Кольцовой мы подъехали уже ближе к обеду. С той стороны, где находился вход в дом, больничного двора не видно, проглядывалась только крыша длинного одноэтажного здания. Калитка оказалась закрыта на крючок, собаки во дворе не было.

Я заглушил мотор и повернулся к притихшему Мазгамону.

– Значит так, сейчас мы войдём в дом, и я познакомлю тебя с очень впечатляющей женщиной, – сказал я, пытаясь настроить этого придурка на рабочий лад.

– Впечатляющая? Толстая, что ли? – демон ухмыльнулся и, видя ухмылку на роже Юрчика, мне страстно захотелось её стереть желательно кулаком.

– Если ляпнешь что-то такое при ней, не обижайся, я в твои телохранители не нанимался. Только прежде чем рот открывать, вспомни, что с тобой сделают в Аду, если ты испортишь человеческое тело, – ласково проговорил я, улыбаясь такой кроткой улыбкой, что даже пернатым сволочам до неё было далеко. – Я тебя предупредил.

– Что меня там ждёт? – Мазгамон прищурился.

– Скорее всего, сделка, – ответил я довольно равнодушно.

– И что, ты позволишь мне эту сделку заключить? – Мазгамон недоверчиво посмотрел на меня.

– Почему бы и нет? – я пожал плечами. – Я бы даже посмотрел, какой кипишь начнётся в Аду, когда туда пожалует душа Алевтины Тихоновны после положенного времени.

– Ты меня пугаешь, Фур… – под моим пристальным взглядом он осёкся и назвал правильное имя, – Денис. Просто это так странно… Ты тут чуть ли не в праведники записался и сам подталкиваешь человеческое существо на сделку и вечные муки в Аду.

– За такие слова ты до Кольцовой в целом состоянии не доберёшься. И поверь, я тебя не пугаю, – открыв дверь, первым вышел из машины. Посмотрев на злобный взгляд курицы, я покачал головой и решил оставить её машину сторожить.

Встречу Мурмуры с Алевтиной Тихоновной я предпочту не допустить. Даже фамильяр, который выдёргивал шерсть из морды адской гончей может не справиться с напором бывшей старухи. Она ведь самого Велиала смогла каким-то образом обратно в Ад выкинуть. Рисковать своей курицей я был не намерен.

– Ты не объяснил, что ей нужно! – завопил Мазгамон, выбираясь из салона следом за мной.

– Она тебе сама объяснит, – я насмешливо посмотрел на его напряжённое лицо и двинулся к дому.

Дверь была открыта. Пройдя через веранду, я остановился перед дверью, ведущую непосредственно в дом. Едва поднял руку, чтобы постучать, как она открылась сама, и на пороге появилась Алевтина Тихоновна собственной персоной.

– Что на пороге стоите, проходите, – сказала она, отступая в сторону.

Я очень осторожно зашёл в просторную прихожую, стараясь не коситься на женщину. С неё станется встречать незваных гостей, сжимая в руке тяжёлую чугунную сковородку. Но руки у Алевтины Тихоновны были пусты, и я выдохнул с облегчением.

– На стулья садитесь и говорите, зачем притащились? – Кольцова сложила руки на высокой груди, привлекая к ней внимание.

Понятно, дальше прихожей мы в этом доме не пройдём. Ну что же, не очень-то и хотелось. А поговорить можно и здесь.

Мазгамон сразу скосил глаза на красотку и сел, сложив руки на коленях. Я же остался стоять также как и она, скрестив руки на груди.

– И не говори, Денис Викторович, что решил то, что напортачил, начать исправлять, всё равно тебе не поверю. И анализы никакие сдавать не стану, тоже мне, нашли подопытную, – она прищурилась, первой разряжая весьма напряжённую обстановку.

– Анализы? – вырвалось у Мазгамона, но он тут же заткнулся под пристальным взглядом бывшей бабки.

– Не так давно вы привели сюда мужчину. Высокий, черноволосый, скорее всего, обещал вам помочь в вашем горе, – я не стал тянуть и сразу приступил к сути.

– Не твоё дело, кого и когда я к себе приводила, – глаза Алевтины Тихоновны опасно сузились. – А кто растрепать успел?

– Я свои источники не сдаю, – улыбнувшись, ответил я.

– Всё равно узнаю, – слишком мягко произнесла она. – А ты, Юрчик, чего уши-то развесил? – и она повернулась к Мазгамону.

– Он может вам помочь, – я снова привлёк к себе её внимание. – У того мужика-то не получилось, как я посмотрю.

– Нет, не получилось, – она только головой покачала и опустила руки. – А как заливался! Прямо соловьём. Я, мол, ангел, всё-всё могу сделать… Тьфу, обычный звездобол оказался! Стрекозёл, лишь бы под юбку залезть. А сам… Ни обещание не сдержал, годочки мои прожитые не вернул, и в постели ничего особенного не показал.

– Да ладно! – протянул Мазгамон, уставившись на бывшую бабку так, что глаза стали абсолютно круглыми. Я его в чём-то понимаю, Велиал является отцом суккубов и инкубов. Каким образом он умудрился оставить Алевтину Тихоновну неудовлетворённой⁈

– Все вы, мужики, только языком трепать умеете, – Кольцова снова грозно посмотрела на него. – А как до дела доходит… – она не договорила, только рукой махнула. Мазгамон в это время кусал кулак, чуть ли не целиком в рот его себе запихал. – А чего это ты им интересуешься? Из аристократии вашей столичной мужичок, что ли? Контроль за него ваш поганый взялся? – Кольцова начала наседать на меня. – Так я им ничего не скажу, пусть обратно катятся. Мужик-то неплохой так-то, старательный. Опыта, правда, маловато, но ничего, молодой ещё, наверстает…

– Нет-нет, – замахал я руками, чувствуя, как на глаза выступают слёзы, и что есть сил стараясь на заржать в голос. Настолько сильно унизить Велиала было просто невозможно. Интересно, а перед тем, как он обратно в Преисподнюю отправился, его ввели в курс абсолютно не впечатливших женщину способностей?

– А-а-а, поняла. Пациент твой? Из жёлтого дома сбежал? И как я сразу-то не догадалась! Видела же, что с ним что-то не так, да на речи сладкие польстилась.

– Всё не так, Алевтина Тихоновна. Нормальный он. Ну, почти, – немного подумав, сказал я, пытаясь сберечь остатки гордости Велиала.

– Ну, ладно. Если контроль приведёшь, Денис Викторович, не обижайся, – нараспев произнесла она. – Так чем вы мне помочь решили? Языком также трепать будете?

– Не мы, а Юрчик. Он в Пустошь в грозу с пьяных глаз попёрся, – сказал я, не давая Мазгамону вылезти и всё испортить. – Его там молнией шибануло. Может, ещё чего-то нахватался, я не знаю, не проверял. Но теперь наш Юрчик может чудеса творить. Правда, есть одна маленькая загвоздка. Душа человека в посмертии после такого чуда в Ад прямиком отправится.

Мазгамон выпрямился на стуле и уставился теперь уже на меня. В его взгляде читалось такое…

– Ерунда, Адом меня не напугаешь, я и не собираюсь на Небеса. С моими-то грехами… – Алевтина усмехнулась. – Особенно после того, как Кузьму своего со света сжила, так выход себе в Кущи навек закрыла.

– А Кузьма – это… – открыл было рот Мазгамон. Я не успел его пнуть, но подошёл к его стулу, чтобы он больше ничего не ляпнул.

– Муж это мой, забыл, что ли? – Алевтина Тихоновна бросила взгляд на меня. – Что-то разговорилась я. Детям моим не нужно об этом знать.

– Не скажу, не беспокойтесь. Я не судья, – посмотрев на неё оценивающе, спросил. – За что хоть?

– Изменял он мне всю жизнь, – она вздохнула. – Будто я не знаю, что у Тамарки Гусевой Пашка от него. Зато в постели он был ого-го, не чета всяким там… Но с бабами он спал, а меня любил, только… А, ладно, всё равно не поймёте! Так чем ты мне можешь помочь, ушибленный? – и Алевтина Тихоновна повернулась к Мазгамону. Я же тихонько охреневал. И какие только скелеты не таятся в шкафах жителей обычной деревни!

Мазгамон встал и закрыл глаза, а когда распахнул, они полыхнули алым огнём, а в его руке начал формироваться контракт.

– Что ты хочешь получить в обмен на свою бессмертную душу? – прогремел голос демона перекрёстка, в руках которого сейчас было настоящее всемогущество.

– Верни мои прожитые годы, – твёрдо произнесла Кольцова.

Глаза демона слегка потухли, и он повернулся ко мне.

– Она вообще нормальная? Да через двадцать пять лет сама до нужной степени зрелости дойдёт, – прогрохотал Мазгамон, а я в ответ только плечами пожал.

– Так, стоп! – Алевтина Тихоновна упёрла руки в бока. – Какие двадцать пять лет? Ни на какие двадцать пять лет я не согласна!

– Но это стандартный договор. Больше я не имею права…

– Какие больше, ты совсем того? – и она покрутила пальцем у виска. – Мне бы пару годков ещё пожить, чтобы дела все доделать. Домовину опять же хорошую приготовить, на поминки денег подкопить… Никаких двадцать пять лет! Хочу два года!

– Но я не могу, – Мазгамон растерялся, и тут Алевтина Тихоновна схватила его за грудки и припечатала к стене. Ещё и приподняла так, что его ноги перестали касаться земли. Я, увидев это, попятился.

Ух ты ж, ни хрена себе! На демона перекрёстка в момент заключения сделки не так-то просто повлиять физически, а здесь даже сопротивления не встретила. Почему-то у меня в голову закралась странная мыслишка, что остался жив после инцидента с луком по одной простой причине: я единственный врач в Аввакумово.

– Хорошенько подумай, – проворковала Алевтина Тихоновна, тряхнув Мазгамона, как котёнка.

– Двадцать лет, – прохрипел Мазгамон, косясь при этом на прекрасную грудь, оказавшуюся так близко от него.

– Убью, – ласково пообещала Кольцова.

– Хорошо-хорошо, пятнадцать! Я хотел сказать десять! – заверещал Мазгамон, поняв, что не может вырваться. – Пять! Но меньше я не смогу обеспечить. Иначе сделки не будет!

– Ладно, пусть будет пять, – немного подумав, кивнула Кольцова и отпустила бедного демона. – Но не вздумай обмануть, – и она погрозила ему пальцем.

– Да, приятель, не советую тебе обманывать. И если Алевтина Тихоновна ровно через пять лет ляжет в свою шикарную домовину, приготовив поминки, достойные императора, а смерть к ней не придёт, – проворковал я, глядя, как на контракте проступают огненные буквы, – боюсь, что когда её грешная душа всё-таки попадёт в Ад, кто-то может в итоге пострадать. И это точно будет не Велиал.

Мазгамон кивнул и протянул контракт Кольцовой.

– Подпись кровью поставьте, – сказал он вполне нормальным голосом без разных спецэффектов. Его и за такой контракт по голове не погладят. Всё же пять лет – это слишком мало, чтобы дело Кольцовой приняли в разработку, определив справедливые условия для дальнейшего пребывания в Аду её душе.

Алевтина Тихоновна посмотрела на него с подозрением, но взяла иглу и проколола палец. А потом с удивлением вытаращилась на вмиг затянувшуюся ранку. Она всё ещё смотрела на руку, когда на гладкой коже начали проступать морщины. Быстро глянув на нас, бабка весьма шустро подбежала к зеркалу и ощупала своё постаревшее лицо. Счастливо улыбнувшись, чуть слезу не пустила.

– Да, Юрчик, не ожидала. Молодец мужик! Дай-ка я тебя расцелую, – Кольцова шагнула к попятившемуся Мазгамону.

– Не стоит этого делать, – он вытянул вперёд руки и посмотрел на меня. – Ну, я пойду?

– Не здесь, идиот, – процедил я, хватая его за шиворот и расправляя свою ауру, и повернулся к бабке. – А чего хотел Велиал?

– Да лук какой-то просил у тебя забрать. Я думаю, что тот, с которым ты по больничному двору шастал и из которого в бабушек безвинных стрелял? – спросила она с вызовом.

Я не стал отвечать, а просто вышел из дома, волоча за собой Мазгамона. Так, сейчас вывезу его за пределы села, чтобы Юрчик немного оклемался где-нибудь в кустах, и домой поеду.

– А почему ты сам сделку с ней не заключил? – подал голос Мазгамон, когда я уже запихал его в машину.

– Потому что мне ещё здесь жить, а Юрчик один хрен ни черта не вспомнит, – ответил я, выворачивая руль.

– Почему у Велиала не получилось выполнить сделку? С его могуществом это сущий пустяк, – продолжал пытать меня Мазгамон.

– Потому что он не демон. Помолчи, мне нужно подумать.

Мазгамон заткнулся и обиженно засопел, я же думал, что делать с луком и почему ангелы даже самые-самые на этой земле не могут использовать своё могущество. Но это мне на руку, как ни крути. После того, как Велиал поговорит с душой душки-некроманта, лук нужно будет перепрятать. Вот только куда? Это не тот Падший, с которым можно тягаться, он меня и без своих ангельских сил в бараний рог скрутит, даже если я ему просто лук отдам без всяких возражений.

Думай, Дениска, от этого твоя жизнь сейчас зависит.

Глава 12

Мазгамон покинул тело Юрчика за оградой крайнего дома. Причём сделал это быстро и не попрощавшись. Вот и помогай после этого демонам Ада! Пока я раздумывал, куда его оттащить, чтобы мужик приходил в себя в относительной безопасности и внимания особого не привлекал, на дорогу вырулила наша неотложка.

– О, Денис Викторович, – из окна машины высунулся Саша. – Вот вы только что приехали из этой трижды проклятой Петровки, а нас опять туда вызывают.

– К кому? – я с трудом удержался, чтобы глаза не закатить. – Насколько помню, ни одна бабуля с мухоморами и змеиными настойками ко мне на приём так и не пришла.

– Да нет, эти только по ночам активизируются, – отмахнулся он. – К матери одной девочки онкологической вызывают. Какой-то с ней странный истерический припадок случился. Дианка сама бы справилась, но у неё нет препаратов сильнее валерьянки. Вот и попросила нас приехать, – отрапортовал Саша. – Вы у неё были, вроде, – и он как-то странно посмотрел.

– Был. Но там нечем помочь, – я развёл руками. Надо всё-таки поаккуратнее работать. Или у меня не получилось восприятие у неё изменить? Хотя не должно было; простейшая манипуляция, с которой я даже силами Дениски бы справился, не говоря уже о своей демонической ауре. Если только влияние Пустоши какой-то искажающий эффект дало? – Расскажешь потом, что с девушкой. Она вчера мне адекватной показалась…

– Без проблем. Есть противопоказания какие? – деловито уточнил он, сосредоточенно кивнув.

– С аминазином поаккуратнее, – посоветовал я ему. – Давление уроните, а мне потом поднимать. А это посложнее, чем сбить высокое.

– Да в курсе! – махнул рукой Саша и уже хотел нырнуть обратно в машину, но тут мой взгляд упал на Юрчика.

– Стой! – крикнул я, останавливая фельдшера. – Заберите это чучело с собой. Я швы снял, так что ему больше нечего в Аввакумово делать.

– А что это он такой квёлый? – Саша выскочил из машины, подошёл к хлопающему глазами Юрчику и помахал рукой у него перед лицом. – Эй, ты меня слышишь? Набухался, что ли, с утра пораньше?

– Чего? – Юрчик сфокусировал взгляд на Саше. – Не, не пил я. Какая-то дичь мерещилась, жуть просто, – и он вытер вспотевший лоб. – Кажется, я в завязке.

– Я тебе, конечно, верю, – хмыкнул Саша, открывая дверь в салон машины и кивком указывая внутрь. – Забирайся. Довезём до дома, всё равно в Петровку едем.

– Ну хоть не тащиться пешком, – произнёс Юрчик с чувством, а потом посмотрел на меня, нахмурившись. – Хоть убей, не помню, когда вы мне швы вытаскивали.

– Пить меньше надо, – ответил я с чувством. – Надеюсь, теперь долго не встретимся. Галька уехала, бить тебя вроде больше некому. Если, конечно, твою башку на Мёртвую пустошь не понесёт. Но в этом случае до меня ещё никто не добирался.

– Скажете тоже, Денис Викторович, – Юрчик держался руками за голову. – Не хожу я на пустошь, делать мне там нечего.

– Поехали, у нас вызов между прочим. И к очень приличной женщине, а не к одному из твоих друганов, – и Саша подтолкнул Юрчика в машину.

– Так, а на приёме сегодня кто? Владимир Семёнович может уже болезных принимать? – помимо воли в моём голосе прозвучали нотки надежды.

– Не, батя ещё не в форме. – Саша запрыгнул в машину, сев рядом с водителем. – Да вы не переживайте, Денис Викторович, Серёга сегодня в амбулаторию пошёл.

– А в стационаре всё нормально? – спросил я, прикидывая, что сегодня, может быть, удастся с Дмитрием позаниматься. Он-то прекрасно знает, как можно быстро тело в форму привести.

– Да, вроде нормально, – неуверенно ответил Саша, а потом добавил. – Не знаю, я там не был. Кажется, никто помирать не собирался.

– И то хлеб, – я кивнул своим мыслям. – Всё, езжайте, – и махнул рукой, отпуская машину.

Проводив неотложку взглядом до поворота, я сел в свою машину, завёл мотор и увидел, что на панели замигала красная лампочка. Так, похоже, артефакт, заменяющий в машине бензин, нужно подзарядить. Прислушавшись к себе, понял, что вполне могу это сделать. С бесконечной суетой, свалившейся на меня в последнее время, я максимум демоническую ауру разворачивал, а даром, доставшимся мне с телом, практически не пользовался, так что источник полон под завязку, и этой энергией вполне можно с артефактом поделиться. Я же узнавал, там принцип тот же, что и у артефакта в кухонной плите.

На то, чтобы подзарядить артефакт в машине, а потом доехать до дома, мне понадобились почти час времени и опустошённый на две трети резерв.

– Так дело не пойдёт, – пробормотал я, заводя машину. – В следующий раз ничего сам подзаряжать не буду. Но раз сейчас так выложился, значит, не верну машину, пока заряд не кончится. Зато ко мне не нужно будет неотложку посылать, сам до больницы добираться буду.

С такими вот мудрыми мыслями и вернулся домой. Во дворе Мурмура о чём-то рассказывала Барону. Она выскочила из машины, когда мы пронеслись мимо дома. Я как раз приоткрыл окно, чтобы запустить ветерок в салон, вот туда-то моя курица и сиганула.

Кот сидел с важным видом, обвив себя хвостом, напоминая довольно упитанную статуэтку. Время от времени он наклонял голову, словно соглашаясь с тем, о чём ему говорила Мурмура. Остановившись возле калитки, я долго смотрел на них. То и дело парочка бросала на меня довольно осмысленные взгляды, но потом вновь возвращалась к своей беседе. Хотя, возможно, у меня просто разыгралось воображение.

– Когда-нибудь всё же пойму, что с тобой не так, Барон, – наконец сказал я, осматривая кота. – С Мурмурой всё понятно, она фамильяр, а они, как ни крути, необычные животные. А вот что ты такое?

Кот посмотрел на меня злобным взглядом, встал, потянулся, выпустив огромные когти, после чего подошёл ко мне и как куснёт за ногу!

– Ай, ты что делаешь, скотина! – пушистая тварь прокусила штанину, вцепившись в мышцу.

Схватив валяющуюся возле калитки хворостину, я развернулся, чтобы перетянуть обнаглевшее животное, но кот с победным мявком уже унёсся в сторону конюшни. Я выматерился и швырнул хворостину на землю. Мурмура внимательно посмотрела на меня, а затем подобрала хворостину и побежала вслед за Бароном. Я долго смотрел ей вслед. Ну вот на хрена ей понадобилась эта палка? Покачав головой, вошёл в дом.

– Эй, здесь вообще есть кто живой? – в доме стояла неестественная тишина. – Оля, вы, случайно, не уехали, пока меня не было?

– Мы даже и не намеревались уезжать, – из кухни вышла сестра, вытирая на ходу руки полотенцем.

– А жаль, – с чувством произнёс я, но тут же заткнулся под пронзительным взглядом сестры. Сразу же в коридоре послышались звуки, в основном негромкая ругань Дмитрия и оханье Егорыча. – Что там у вас происходит? – спросил я почему-то шёпотом.

– Нас Егорыч готовить учит, – ответила Ольга. – Мы внезапно поняли, что ситуации в жизни случаются разные, и очень глупо умирать от голода просто потому, что не умеешь готовить.

– А полог тишины зачем поставили? – спросил я всё ещё шёпотом.

– Ах ты зараза! Да как так-то⁈ Почему у меня эта грёбаная картошка, как топором нарубленная получается? – а дальше пошла просто площадная брань. Я даже заслушался. Надо же, Дмитрий и ругаться умеет почти безупречно, а вот с картошкой у него явные проблемы. И, похоже, большие.

– Ах ты ж, божечки мои! – следом раздались причитания Егорыча. – Ну зачем вашему высочеству вообще картошку чистить? Бросьте ножик, а то, не дай бог, ещё пальцы обрежете, а меня потом виноватым сделают.

– Вот зачем полог, – вздохнула Ольга. – Настя звонила, просила, чтобы ты приехал, если, минуя больницу, домой рванёшь. Я не знаю, побывал ли ты в больнице, но на всякий случай передаю. А я пошла суп дальше варить.

– Угу, удачи, – дверь на кухню закрылась, и на меня снова обрушилась тишина. – В больнице поесть, что ли? А то, боюсь, они такого наварят…

Я потянулся к телефону, чтобы позвонить Насте и выяснить, что у них происходит. Но телефон в этот момент зазвонил сам, и я схватил трубку.

– Слушаю.

– Денис, это ты? – раздался неуверенный голос Насти.

– Да, это я. Только что вошёл, хотел тебе звонить. Что у вас там стряслось? – спросил её, уже сейчас понимая, что случилось что-то экстраординарное, если Настя несколько раз звонила, чтобы меня найти.

– Ты можешь прийти? – тихо попросила девушка.

И тут на фоне её голоса раздался какой-то шум. Грохот, словно что-то опрокинули, и голос Татьяны, медсестры стационара.

– Куда⁈ Давай назад!

– Да что там у вас происходит⁈ – рявкнул я.

Но Настя быстро пробормотала в ответ: – Приходи быстрее.

И отключилась.

– Твою мать! – с чувством выругался я и поспешил обратно к машине, которую так и бросил за воротами.

А во всём Мазгамон виноват! Хотел же я к местным ведьмам заглянуть, чтобы про сглаз, порчу, проклятье и всё в таком роде узнать. Нет, про всё это мне известно даже побольше ведьм всяких, но вот, к сожалению, наличие на себе определить не могу. И, скорее всего, нечто подобное на мне, а точнее, на Денисе, имеется. Не просто же так я безвылазно торчу в местной больничке, только чудом сохраняя жизни населения Аввакумовского куста. А оно просто жаждет помереть от всех возможных болячек за тот короткий срок, что здесь нахожусь. Надо будет в Петровку снова ехать. Только сначала к ведьмам, а потом ко всем остальным, если понадобится.

Приехал я в больницу, наверное, поставив рекорд скорости. Какие-то несчастные семь минут, и вот уже стою в небольшом коридоре, в который выходят две палаты стационара, а в конце коридора находится операционная.

– Настя, что это? – процедил я, поворачиваясь к подруге.

– Вчера, когда ты в Петровке остался, полиции удалось вытащить из реки главу поселения. Он вроде бы рыбачил, и лодка перевернулась. Бедняга упал в воду. Он так кричал, но почему-то его услышала только я. Сергей сказал, что там, в том омуте, какая-то аномалия, – бодро начала девушка, прижавшись к моему боку.

– Рыбачил? Ночью? – я закусил костяшку на указательном пальце.

– А что такого? – Настя нахмурилась.

– Нет-нет, ничего, продолжай, – я смотрел на неё, стараясь не оборачиваться в сторону коридора.

– Мы его отогрели. Владимир Семёнович, приехал, чтобы помочь…

– Помочь отогревать? – я с любопытством посмотрел на Настю. – Мне внезапно стало интересно, как именно вы это делали, потому что в голову совсем уж похотливые мысли полезли.

– Вот и он посоветовал Тане не руки массировать, а кое-что другое, – Настя даже глаза закатила. – И постарайся запрятать свои похотливые мысли подальше. Нормально мы его отогревали, как положено, с помощью одеял и грелок.

– Ну и зря, – я хмыкнул. – Грели бы по-другому, может, вот такого с бедолагой и не случилось, – я указал на ползающего по полу мужчину.