Текст книги ""Фантастика 2026-56". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Александра Черчень

– А нам сегодня и не нужно проверяить все. Главное вот эти просмотрите и самые тяжелые, крупные экземпляры, относящиеся к магнитным сплавам и метеоритным кускам. А остальные непроверенные мы сложим в багажник и заберем с собой в училище, там и определим магическую их составляющую.

Далее Клавдия и Санек вливали ману уже в те камни, что отобрал. Но ни в одном не вспыхнула магия. Ребята разочарованно откладывали их в сторону.

– Мне кажется или камни становятся теплыми и мягче на ощупь? – передыхая, проговорила юная целительница. Я от нечего делать покрутил ее камни в руках. Они и вправду мне показались немного теплее и уже не с такими резкими гранями отколотой от скалы породы.

– Фигня какая-то, но ты права. Это, скорее всего, совпадение, а камень просто нагрелся в руке, – выбрал самый неприятный камушек с острыми краями, об который легко можно было порезаться, и положил перед Клавдией.

– У меня похожая фигня. Камни, наоборот, становятся прохладнее, а на душе появляется спокойствие вечного бытия, – написал в блокноте и передал свои накаченные магией камни Санек. Я подержал в руке и тоже ощутил прохладу скальной породы, открытой всем ветрам и снегам в горном ущелье. Вот только накопителями эти голубоватые булыжники не стали, хотя, судя по сомнительным эффектам, крохи маны все же впитали.

– Хорош рассиживаться, пошли перекусим в машину. Время обеда давно прошло, вот и мерещится всякое с голодухи, – решил, что ребятам, так часто сливающим ману, подкрепиться не помещает. Когда спустились по лестнице и отперли изнутри закрытые двери, то ни машины, ни Федора, спящего в ней перед крыльцом, не обнаружили. Я осознал, что здесь мы застряли надолго и в училище через пять дней навряд ли вернемся…

Глава 23
Поиски водителя

Когда не обнаружил машину перед музеем, то первым делом подумал о том, что Федор снова предал мой род. Злость закипела бурным потоком, захотелось найти и прибить гада, посмевшего в очередной раз обмануть Оболенских. Но успокоившись и осмотрев место, где стоял автомобиль, не увидел свежих следов отъезжавшего авто. А уж следы читать меня научили. На разрушившейся от времени дороге при развороте должна примяться высохшая трава, быть сдвинутыми раскрошившиеся кусочки асфальта, заметны остатки резины, если бы Федор решил газануть с пробуксовкой, но ничего из этого не было.

– Шофер вместе с машиной пропали из этого мира, нам нужно найти и вернуть их обратно, – огорошил неприятной новостью своих напарников.

– И как это сделать? Ведь накопителей так и не обнаружили, и что будет, если мы не вернемся? – Смирнов, испугавшись, строчил в блокноте вопросы один за другим.

– Хана будет и нам, и всему училищу, но есть один незамысловатый способ, можем попробовать, – Клавдия как-то загадочно на меня посмотрела, облизнув язычком верхнюю губу.

Я стал пятиться назад в сторону музея, решив там притвориться неодушевленным экспонатом, хоть минералом, хоть бивнем мамонта. Главное, чтобы меня не трогали несколько сотен лет или лучше тысячелетий. Клавдия что-то зашептала на ухо Смирнову, отчего у парня расширились глаза. Он, как болванчик, закивал головой, явно соглашаясь с задумкой девушки. Я же рванул к лестнице, стараясь сбежать подальше, видя, как Санек закрывает входные двери на толстый засов. Ситуация с каждой минутой перестает мне нравиться все меньше и меньше. Клавдия, хитро улыбаясь, движется по лестнице вслед за мной. Ощутил себя загнанным зверем, ведь отпор девчонке дать не могу. Загнав меня в зал к экспонатам, она прикрыла дверь за собой.

– Оболенский, перестань заниматься херней, все равно я тебя сегодня поймаю, – она бегала за мной по кругу, благо помещение позволяло, в центре тоже располагались витрины с камнями. Смирнов заглянул в этот зал и заржал, видя игру в догонялки. Потом присоединился к охоте, встав на сторону девушки, попытавшись меня зажать в угол.

Расставив широко руки, Фантазер приближался. Усилием воли остановился, разрешив себя все же поймать. Клавдия, пунцовая и растрепанная, приблизилась, немного смущаясь.

– Думаешь, мне этого хочется, Оболенский? Да я на парней даже не смотрю, чтоб ты знал. Просто иного выхода нет, вдруг Федора убьют, пока ты носишься, как полоумный? – а вот это мне не пришло в голову и стало немного совестно.

– Давай, я готов, – зажмурил глаза, ожидая, как в прошлый раз грубого насилия над собой.

– Смирнов, отвернись, а то сам будешь целовать Оболенского, – Клавдия сделала последний шаг, и ее мягкие губы прикоснулись к моим. Она нежно провела язычком, снова целуя. Той жесткости и доминирования, как прежде, не было. Ее тонкие пальчики проникли под куртку и поглаживали торс сквозь ткань рубашки. Я лишь сглотнул, но страшно мне не было, неприятные ощущения тоже отсутствовали. Чуть подался вперед, разомкнув губы, приоткрыл один глаз. Залившись краской, Клавдия стояла, прикрыв глаза, продолжая нежно меня целовать. Спустя минуту поцелуй стал более жарким, меня окатило странной волной, снизу тоже всё ожило. Понимал, что такой способ, когда у меня отсутствует страх и злость, навряд ли перекинет в иную реальность. Но останавливать Клавдию не стал, впервые ощущая легкое возбуждение.

Краем глаза отметил, как Смирнов пялится на нас, словно пришел на показ мелодрамы. Ему лишь попкорна не хватало для полного счастья. Не заметил, как девичьи пальчики расстегнули все пуговицы и гладили мое тело. Продолжал стоять истуканом, не в силах ни прекратить, ни отстраниться. В какой-то момент Клавдия взяла мои ладони в свои и положила на два бугорка, выпирающих сквозь тонкую ткань женской блузки. Меня вновь обдало жаркой волной, усилив мужское желание. В какой-то момент захотелось остаться наедине, чтобы на нас никто не глазел, пуская в сторонке слюни. Мир мигнул и сменил свои краски, но мы этого не заметили, не в силах расцепить собственные объятия. Лишь когда Клавдия осталась без блузки и кружевного лифчика, а у меня брюки сползли вниз, мы с удивлением обнаружили себя в полутемном помещенье, совсем не похожем на прежний музей. Вдоль стен стоял ряд деревянных стеллажей, на которых находились предметы. Освещение не было электрическим, а шло от нескольких кристаллов, испускающих рассеянный свет.

– Черт, мы все же переместились в иной мир. А я уже думала, что придется прибегать к более серьезным намерениям, – Клавдия принялась поспешно одеваться, а я не понял, сейчас она расстроилась или обрадовалась. Ощутил себя раззадоренным и неудовлетворенным неандертальцем, который жаждал продолжения, но случился облом. Еще почувствовал себя вновь использованным для достижения цели. Хотя цель и совпадала с моей, но осадочек никуда не девался.

– Мы попали в удачное место, это магическое хранилище, – посмотрел на вещи, расставленные на полках.

– Это же отлично, давай поищем эти самые накопители, – обрадовалась целительница, одевшаяся полностью. Мы принялись перебирать различные хреновины, похожие на украшения, подвески, кольца, браслеты и даже обнаружили диадему, которую Клавдия быстро пристроила у себя в волосах. Она со сверкающей бирюлькой стала немного похожа на принцессу, если бы была не в джинсах, а в платье. На нижней полке стоял небольшой ящик, в котором и обнаружили эти самые накопители. Голубые камни сейчас были пустыми и не светились изнутри. Целительница взяла один в руку и пустила в него магию. Внутри вспыхнула искорка, преображая камушек в нечто волшебное.

– У меня получатся, ты был прав, это те самые накопители, – Клавдия продолжала вливать свою манну, заполняя его лишь на треть. На одной из сторон виднелись насечки шесть штук, и только две из них горели голубым светом. Для того чтобы заполнить малый кристалл, девушке придется слить в него ману целых три раза. Но в коробке находились и камни побольше, являясь более серьезными накопителями. К сожалению, мы не прихватили с собой рюкзаки, теперь об этом сильно жалели. Кроме этого ларца хотелось отсюда забрать все содержимое. То, что можно повесить на шею, мы нацепили, став новогодними елками. Пальцы украсили кольца всех размеров, одетых на каждую свободную фалангу. Еще я заметил различные пузырьки, явно алхимического содержания. Ими набил карманы куртки. Все они были подписаны, но языка я не знал. Рано или поздно читать научусь, поэтому прихватил пару старинных фолиантов, засунув за ремень с двух сторон. Глаза разбегались, но нам необходимо было покинуть это хранилище, запертое с другой стороны. На двери, оббитой толстым железом, не было даже замочной скважины, лишь руны обвивали ее по периметру.

– И как нам отсюда выйти, дверь заперта, окна нет, – растерянно Клавдия обводила взглядом помещение, ставшее для нас серьезной ловушкой.

– Как сюда попали, так и выберемся, надо лишь захотеть отсюда убраться, – но вот с этим почувствовал надвигающиеся проблемы. Я, как новичок – золотоискатель, ощутил, что заболеваю золотой лихорадкой. Здесь все стеллажи забиты не только артефактами, алхимией, но и оружием с доспехами. А вот на их счет у меня образовался еще один пунктик, в отличие от женщин, прямо с противоположным эффектом. Я оружие обожал, ценил и разбирался немного. Вот только здесь были не простые предметы, а магически усиленные. В первую очередь привлекли мое внимание мечи и клинки всех форм и длины. От этого великолепия сперло дыхание, руки сами потянулись к оружию.

– Нам пора уходить, надо спасти Федора, а отсюда мы его не найдем, – тормошила меня за рукав Клавдия, предлагая снова заняться интимной ерундой. Вот только сейчас соблазнить меня у нее не получиться. Я, как Голум, обозревал свою прелесть. Мой взгляд зацепился за старый клинок из антрацитовой стали, овеянный силой. Манивший меня, словно бабочку разгорающийся огонь, словно алкоголика бутылка водки, словно новая игра задрота-геймера. Клавдия в этом сравнении стояла в самом хвосте очереди. Головой понимал, что убираться надо, но как это сделать, если уходить не хотелось от слова совсем.

– Да бери свои железяки, а я возьму накопители, – перехватила она у меня тяжелую коробку, которую держал под мышкой. Теперь мои руки были свободны, и я, как ребенок, дотянулся до новых игрушек. Вот только успел забрать меч и тот самый клинок, как за дверью послышался шум. Явно кто-то услышал, как мы разговариваем, или просто решил заглянуть в хранилище.

– Где тот накопитель, который ты зарядила, – протянул руку, понимая, что это единственный способ убраться отсюда. Целительница вложила его мне в ладонь, не отпуская при этом мою руку. Ее магия еще не откатилась, поэтому у нас была лишь одна попытка. Именно сейчас желание убраться у меня появилось, и мы с легкостью переместились в тот самый музейный зал, в котором нас по-прежнему ждал обиженный Смирнов.

– Какого хрена вы меня здесь одного бросили? – начал высказывать претензии, протягивая блокнот для прочтения, но осекся, рассмотрев нас внимательно. – Вы ограбили сокровищницу императора? Откуда столько украшений и оружия? – широкая улыбка озарила Смирнова, строчившего текст на бумаге, как из пулемета.

– Скорее какого-то зажиточного мага, не думаю, что императора, – магическая сокровищница и оружейная была хоть и большим помещением, но у императора должна быть побольше, как ни крути.

– Эх, жаль, что меня не взяли, а то бы вынесли намного больше, – жадность не одного меня сейчас посетила. Санек на все наше добро смотрел с черной завистью. Я же сбросил с себя все побрякушки прямо на пол, оставив только кинжал. Потом протянул ребятам по накопителю, дабы вновь появилась возможность к перемещению. Для того чтобы вновь себя не запереть в помещении, решили остановиться рядом со ступенями прямо на улице. После чего при помощи одного накопителя смог перенести нас в иное измерение.

Оказались в каком-то саду прямо перед большим особняком. Быстро спрятались за деревьями, дабы не привлекать к себе чужого внимания. Неподалеку увидели нашу ласточку, которую уже окружали слуги, вооруженные топорами и вилами. Федор по-прежнему спал, не подозревая, что скоро его порвут на британские флажки местные жители. Все были в простых одеждах, что говорило о том, что магами они не были. У нас появился шанс отбить свое средство передвижения, пока не запахло жареным. Как только об этом подумал, из особняка выбежал разъяренный мужик в шелковом халате и домашних тапочках.

– А вот подоспела и тяжелая артиллерия, – сразу догадался о хозяине дома, обнаружившим пропажу в своем хранилище и нашедшим виновника. С его рук сорвалась какая-то хрень, попавшая в автомобиль и пробившая дверь. Это была сосулька, ставшая серьезным оружием. В этот момент Федор проснулся и с удивлением воззрился на кучку людей, обступивших машину. А еще он увидел поврежденную вандалом дверь, отчего нажал на сигнал, разогнав простой люд на приличное расстояние. В этот момент мы, не сговариваясь, рванули в салон, оббежав автомобиль с другой стороны. Клавдия и Фантазер запрыгнули через багажник, а я уселся на свое место, сжимая второй заряженный кристалл в руке. Сейчас желание убраться подальше стало огромным. Через секунду мы уже возникли перед знакомым крыльцом трехэтажного здания государственного музея. Вот только мощный удар пришелся из иного мира, догнав по пути, разбив лобовое стекло. Копье изо льда прошило плечо Федора, отчего тот застонал.

– Как такое возможно? Надо быстрей убираться, вдруг маг нас догонит? – Клавдия услышала лишь звук разбитого стекла, но не видела, как пострадал наш водитель.

– Отъехать немного не помешает, дабы нас сразу не обнаружили, – раз я умею перемещаться, то почему бы и другим не обладать такой же способностью. Федор, лишившись подвижности правой руки, завел свою ласточку левой и газанул с пробуксовкой, унося нас подальше от места перехода в иную реальность. Через квартал остановил машину, так как начал терять из-за шока сознание. Клавдия приступила к своим прямым обязанностям, достав походную аптечку. Маны у нее пока не было, но это не мешало ей вытащить ледяное копье и обработать рану антисептиком. Федор отключился, когда мы вытаскивали его из машины, поэтому боли не чувствовал. Мы с Фантазером стояли рядом, не зная, чем можем помочь в данной ситуации. Я с ужасом наблюдал, как наш план по-быстрому сгонять за накопителями, летел в тартарары. Ведь те самые камни остались в музее, за которыми еще нужно вернуться. Но оставлять Федора на попечение Клавдии совсем не хотелось. В зоне отчуждения было весьма неуютно и тихо. Казалось, что на нас кто-то пялится из пустых окон заброшенных домов. А еще нарисовалась опять же дополнительная проблема, без лобового стекла мы далеко не уедем.

В этом большом городе среди старых автомобилей необходимо найти замену, что опять же было весьма непростым делом. Старенький двухдверный спорткар Пежо и раньше было встретить редкостью, а сейчас можно сказать, что нам предстоит найти иголку в стоге сена. Федор с машиной произвел классический корч, форсировал двигатель до предела возможностей. Доехали мы с ветерком за счет огромной скорости, а вот обратно без лобового стекла вернуться у нас не получится. Проблемы множились, как раковые клетки в организме. У нас помимо этого, заканчивалась еда и вода, ведь мы не планировали задерживаться более пяти дней. В зону отчуждения вот уже тридцать лет продуктов и воду не завозили. А тем, что лежало на прилавках, можно было легко отравиться. Я стоял в глубокой растерянности и молчал, Смирнов говорить не мог, поэтому повисшую тишину нарушила Клавдия.

– Лед, из которого было копье, не дал сильного кровотечения, сузив сосуды. Можно сказать, что Федору повезло, – чтобы не молчать в гробовой тишине, Клавдия решила обсудить ситуацию. Хотя ранение на вылет трудно назвать везением, но целительнице виднее. У меня внутри было неприятное чувство, словно опять втянул кого-то в свои проблемы, уже пожалел об авантюре.

– Необходимо вернуться в музей и забрать из него все артефакты и накопители. Я по-быстрому сгоняю туда и обратно, а потом мы попробуем заменить стекло, а еще найти бензин и провизию. Пусть Смирнов обследует ближайший дом, нам нужно найти пустое и безопасное место для ночлега, – раздавал указания, дабы не стоять истуканом посреди дороги. Целительница кивнула, соглашаясь с моим решением. Оставлять ребят одних не хотелось, но и всем тащиться обратно, было еще большей глупостью. У одного меня шансов было намного больше выбраться из передряги, чем вытащить целой и живой всю команду.

Оставив двигатель заведенным в машине, дабы урчание движка отпугивало непрошеных гостей, легкой трусцой направился в сторону музея. Перебегая от одного укрытия к другому, двигался словно по пересеченной местности под обстрелом противника. Пренебрегать уроками выживания, вдолбленными в мою голову жестокими мастерами, не стал. Не было достоверных сведений о том, что происходит в зонах отчуждения. И что-то мне подсказывало, не все люди здесь бесследно пропадали, некоторые могли послужить кормом для одичавших или иномирных тварей. Я оказался, как всегда, прав, из темных подворотен за мной следили голодные хищники. Мне совсем чуть-чуть не удалось добраться до музея. Если бежать до него, не оглядываясь, то можно попасть в засаду. Выбрал место возле стены одного из домов, прикрывавшем спину, приготовился к противостоянию…

* * *

Подписываемся на автора, ставим лайки, заглядываем в профиль, где есть еще интересные циклы: /u/id22576406

Экзамен на ангела: /reader/445637/4135840

Хрономаг на каникулах (4 части): /work/331762

Грелка (1–3) части: /work/272162

Глава 24
Зона отчуждения

Меня окружала стая голодных заброшенных кошек всех мастей и расцветок с горящими, как угли, глазами. В зоне отчуждения когда-то мирные создания одичали, питаясь погибшими, превратились в хищников. Как они тут выживали около тридцати лет, только богу известно, но сейчас эта воинственная стая мутированных кошаков подбиралась ко мне из всех близлежащих домов. Размерами они стали крупнее, шерсть свалялась, а в глазах появился хищный блеск матерых убийц. Насчитал порядка пятнадцати особей, сбившихся вместе, которыми командовал рыжий котяра, находившийся в авангарде стаи. Гены далеких предков из свободолюбивых и независимых кошек превратили их в настоящий прайд, выходящий на охоту по вечерам. С одной стороны, мне было смешно, на меня пытались напасть кошки, а с другой – они хотели меня сожрать, и это уже было невесело. Во мне тоже проснулся инстинкт хищника. Достал из нагрудного кармана сюрикены, жаль, что их всего пять, но и они помогут проредить стаю. Еще на поясе висел мой армейский нож, а из хранилища забрал с собой тот самый черный клинок. Хорошо, что умею фехтовать с двух рук, сейчас этот нелепый навык мог мне оказать неоценимую услугу. Я замер, готовясь к самообороне, вынуждая кошаков подойти поближе.

Есть у кошек один странный финт перед боем. Прежде чем вступить в схватку, выгибают спину, топорщат шерсть и пытаются подавить соперника своим душераздирающим воплем. У львов, тигров и иных крупных хищников я такой особенности не наблюдал. Они прирожденные убийцы. В какой-то момент вся стая выгнулась дугой, зашипела на меня и начала истошно орать, словно я прищемил им хвост или не положил вискаса. Весь мой боевой настрой драться насмерть исчез, я разразился громким хохотом, схватившись за живот. Кошаки заткнулись, внимательно меня разглядывая. К такой человеческой реакции были совсем не готовы, поэтому перестали шипеть. В их базовых настройках проснулся инстинкт хозяина, хотя никто из этой стаи ни разу не видел живого человека. Поэтому меня изначально восприняли, как конкурента за территорию.

– Кис, кис, кис, – подозвал я шерстяных питомцев, протягивая уже пустую руку, переложив второй сюрикен в левую. Кошаки замерли на месте, перестав щетиниться, внимательно за мной наблюдая. – Кис-кис-кис, я забыл вам принести угощенья, в следующий раз обязательно прихвачу, – сменил голос на дружелюбный. Одна из кошек не выдержала моего хозяйского обаяния и замурчав, подошла, потершись об штанину. Я погладил это одичавшее животное по свалявшейся шерсти, почесал за ушком, отчего она заурчала сильнее. Видно, бедняжка соскучилась по нормальной человеческой ласке. Оно и понятно, людей в ближайшей округе я тоже не наблюдал. Это стало переломным моментом. Вскоре по одной ко мне стали подходить и остальные особи, дабы поближе познакомиться. Теперь эти хищники уже не выглядели устрашающе, превратившись в бездомных животных. Они по-прежнему оставались опасными, но уж точно мной закусить не желали. Вожак с несколькими более гордыми особями остался стоять в сторонке, потеряв контроль над прайдом, высказывал свое недовольство. Это мне напомнило недавнюю ситуацию в ночном клубе, когда я одного птеродактиля лишил алчных самочек, чего он мне не простил. Вспомнил, для чего мы сюда отправились и, перегладив каждую подошедшую кошку, направился в сторону музея с накопителями. Весь новоиспеченный прайд двинул за мной следом, не желая лишаться ласки и проявляя здоровое любопытство.

– Понимаю, когда вы еще бесплатное шоу с моим участием посмотрите? Ведь у вас ежедневная однообразная рутина. А тут я нарисовался, аки клоун на манеже, ясень пень, вы так просто от меня не отстанете, – по-доброму ворча, двигался в нужную сторону.

В конце концов приблизился к музею, но не стал входить в здание. Занял позицию в доме напротив, решив для начала произвести разведку с крыши многоэтажки. Была вероятность, что хозяин из иного мира мог пройти следом, расставив ловушки. Кошки, теперь мои неусыпные спутники, поднялись со мной и устроились на крыше поблизости, принявшись беспечно вылизываться. Девочки, они всегда девочки, пытающиеся навести марафет, если на горизонте появляется новый…

– Да, ну, нафиг, с кем я сейчас только что пытался себя сравнить, с кошаком? Лучше, новым хозяином, – продолжал ворчать, осматривая округу.

Решил чуть подождать, наблюдая за обстановкой сверху, откуда хорошо просматривались близлежащие улицы. И сделал это не зря. Спустя десять минут с той стороны, куда мы рванули с раненым водителем на машине, вернулись две огромные псины, потерявшие след.

– Это хреново, значит, мой дар не такой уникальный, – наблюдал, как две псины нюхают место, где совсем недавно стояла машина. Уходить отсюда они не собирались, да и не могли, маг их отправил вдогонку. Вот только Федор уходил от возможной погони с умом, несколько раз меняя направление, поэтому я и вернулся иным путем. Кошки перестали принимать утренние процедуры, почуяв извечных врагов, диких псов. Они вновь распушили хвосты, но при этом молчали, не пытаясь делить территорию с извечным врагом.

Две иномирные твари выглядели иначе, чем тот мутировавший волк, встретившийся в лесу. Во-первых, они были крупнее в холке, достигая груди. Во-вторых, в отличие от простого волка, выглядели обученными убийцами для преследования беглых рабов. Здраво оценил, что с двумя я не справлюсь. Пока буду бороться с одним, второй мне точно откусит голову, поэтому нужен план. А еще у них прекрасный нюх, вон как по земле носами водят. Хорошо, что я с моими новыми поклонницами сижу высоко. Повезло, что порыв ветра пока не донес запах до псин. Но как только нас учуют, то окажемся в смертельной ловушке. Первое правило войны, разделяй и властвуй. Я посмотрел на ощетинившихся кошек, понимая, что придется воспользоваться их помощью. Выбрал двух попроворнее, подхватил на руки.

– Извините меня, но вам сейчас придется поработать немного приманкой, – поглаживая, стал спускаться. Остальных пока оставил на крыше, прикрыв чердачную дверь, дабы они не дезориентировали противника. Передо мной стояла нетривиальная задача, выпустить кошек так, чтобы одна помчалась в правую сторону, а вторая в левую, уводя за собой одного из преследователей. Дом, в котором сейчас прятался, находился прямо напротив музея, на первом этаже которого был магазин. Зайдя с черного входа, решил выпустить кошек через разные двери. Псинам надоело находиться на одном месте, и они стали обнюхивать прилегающие окрестности, наворачивая круги. Сейчас настал момент икс, когда одна из псин приблизилась, немедля, выпустил одну из кошек. Цербер среагировал молниеносно, рванув за беглянкой в правую сторону. Надеялся, что у нее хватит мозгов либо забиться в щель, либо залезть на дерево. Сам же рванул в другой конец магазина, где была еще одна дверь. Выпустил кошку и с этой стороны, привлекая внимание второй псины. Та припустила в противоположном направлении, разводя гончих в разные стороны.

Сейчас время работало против меня. Необходимо, пока твари далеко друг от друга, прикончить их как можно быстрее. Рванул в направлении первой умчавшейся кошки, прячась за любыми укрытиями, старыми машинами, киосками, остановками, выискивая псину. У кошки инстинкт при виде собаки забраться повыше, и моя девочка не подвела. Сейчас сидела в кроне раскидистого дерева, под которым бесновалась гончая.

В прямом противостоянии с матерым хищником, превышающим по скорости и массе, есть только один способ его победить. Вместо себя подсунуть в пасть то, что на пару секунд его отвлечет. Инстинкт собак, но не волков, бросаться на любую часть тела. И думаю, этих псин обучали преследовать рабов, но не убивать их, хотя это не точно. Кинологи зачем-то в пасть зверю суют руку, обернутую в толстую тряпку, но этот монстр мне ее элементарно откусит. В современных городах все состоит из пластика, стекла и металла, дерева днем с огнем не сыщешь. Поэтому в магазине прихватил длинный кусок пластика, бывший когда-то одной из полок, решив использовать его, как отвлекающий маневр. В правую взял тот самый черный клинок с сорока сантиметровым обоюдоострым лезвием, армейский нож против этой зверюги вообще выглядел детской игрушкой.

– Ну, была не была, – начал наращивать скорость, дабы у собаки оставалось как можно меньше времени на перегруппировку, обнаружив противника. У меня был лишь один шанс на точный удар, второй может и не понадобится. Мастера обучали как раз выживать при помощи одного-единственного удара. Я знал, куда бить наверняка. Псина была в неистовстве, увидев кошку. Не в силах ее достать, бесновалась на земле. На меня обратила внимание в последний момент, когда подбегал со спины, и мне оставалось не более трех метров. Гончая извернулась, бросившись на меня. Успел засунуть в зубы кусок пластика, смачно хрустнувшего и разлетевшегося на две составляющие. За эти пары секунд на коленях поднырнул под голову псине, вонзив клинок в горло по самую рукоять. Пробить толстую шкуру, покрытую жестким мехом, всегда непросто. Но черный клинок вошел чересчур легко, практически без сопротивления, добравшись аж до позвоночника. Надавил сильнее, проворачивая в ране, смещая еще и позвонки, заливаясь хлынувшей кровью. Гончая мгновенно испустила дух, придавливая меня своим весом. Скинул тушу с себя, обтирая клинок, мою прелесть, о шкуру зверя. Куртка жестко пострадала в этой битве, но снимать пока не стал, вновь мог испачкаться. Адреналин бушевал в крови, принося радость победы. Во мне проснулись инстинкты убийцы, коим человек и являлся на заре эволюции. Широко улыбнулся, глядя на поверженного врага.

– Посиди пока на дереве, я прогуляюсь до его собрата, – проговорил мяукнувшей кошке, отправляясь в обратном направлении. Вторую псину пришлось поискать, возле близлежащих деревьев в округе ее не было. Кошка, видно, не успела достигнуть спасительного дерева, рванув в иное укрытие. Останков кошки тоже не наблюдал. – Куда она могла спрятаться, напугавшись до смерти?

Вернувшись немного назад, увидел открытый подъезд, куда могла залететь обезумевшая от страха кошка. Драться с монстром в замкнутом пространстве намного опаснее. По дороге нашел увесистую ветку, валявшуюся на земле, снова взял для отвлекающего маневра. Аккуратно вошел в подъезд, дав глазам привыкнуть к темноте. Наверху послышалось глухое недовольное рычание. Кошка, в силу инстинкта, тоже рванула наверх, надеясь спастись от зверя на крыше. А раз гончая не может добраться до жертвы, значит, той удалось все же выжить. Медленно поднимался, двигаясь по ступеням бесшумно. Псина рычала на рыжий сжавшийся комок, забравшийся за решетку, котором отгородили доступ к чердаку. Дверь на крышу была закрыта, поэтому кошка оказалась в западне, но в относительной безопасности. Преимущество было на моей стороне, я был снизу. Когда гончая бросилась на меня, вдарил ей дубиной что есть мочи по зубам, открывая незащищенную шею. Все прошло гладко, но позвоночник остался целым, поэтому агонизировала тварь гораздо дольше. Позвал кошку, дабы забрать с собой, но та была в шоке, не реагируя на мой голос. Когда отойдет, сама выберется. Спустился на улицу. Проходя мимо того магазина, поднялся на крышу, дабы выпустить моих фанаток. Вот только теперь они за мной не последовали, так как весь провонял кровью и шерстью гончих.

– Теперь я не ваш айдол, не могу сказать, что огорчен, так даже лучше, – проговорил, направляясь в здание музея. К кошкам я относился, не как к женщинам, они мне отчасти нравились. Хотя и те, и другие хотели от меня одного, немного любви. Если первые просили ее открыто, то вторые изощрялись на уловки, забирались в мою постель без спроса. Что-то опять меня несет не туда.

Нагрузившись, аки ишак поклажей, двинулся в сторону оставленных мною напарников. Уже стемнело, и мне нужно было попробовать не заблудиться в пустом мегаполисе. Федор легких путей не искал, на машине долго кружил по городу. Поэтому, не став следовать гончим, пошел старым путем. Тащил на себе два груженных рюкзака. Один из которых был забит накопителями, непонятными артефактами, алхимией и книгами. Второй – кусами минералов, которые ребята не успели проверить. Сбоку бил привязанный меч по бедру, мешая нормально идти. Когда обнаружил машину, стоящую на прежнем месте, было уже темно, как заднице у афроамериканца. Она была заведенной, с включенными фарами. Это они, конечно, зря, не экономят бензин, но по-другому я бы их не заметил.

– Почему вы остались в машине, а не нашли место, чтобы остановиться в доме? – не совсем понял логику ребят, затащивших через багажник Федора, мирно спящего в три погибели.

– Ннеее, я там нночевать не буду, – проговорил Смирнов, снявший с себя фиксирующее челюсть устройство. – Есть захотел, а йогурты закончились, – пояснил для чего он это сделал. Видно и в машину ребята забрались не просто так.

– Встретились с бездомными кошками? Так они с виду только грозные, а так, просто душки, – по заикающемуся парню догадался, что его сильно напугали местные обитатели.