Текст книги "Система дефрагментации. Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Сергей Мусаниф

сообщить о нарушении

Текущая страница: 141 (всего у книги 155 страниц)

Официант снова кашлянул.

– Ты лучше иди, Грег, – сказал ему бог-император. – А тележку оставь. Полагаю, мы сможем и сами себя обслужить.

– Спасибо, сир, – с видимым облегчением сказал Грег и оставил нас наедине с нашими людоедскими разговорами.

Когда дверь за ним закрылась, Кевин уселся на подоконник и глотнул кристально чистой воды из хрустального бокала.

– Теперь давайте оставим философские разговоры и поговорим о делах, – сказал он. – А поскольку дел у нас много, предлагаю идти по нарастающей, от мелких проблем к крупным. Федор, ты уже сжег полтора миллиарда китайцев?

Глава 5

– Вообще-то, формально они уже не китайцы, – сказал Федор. – Альтернативноживые не имеют национальности.

– Ну и к чему тут эта чертова толерантность? – поинтересовался Виталик. – Просто “зомби” звучит куда короче и понятнее.

– Так сейчас принято в академических кругах, – объяснил Сумкин. – Зомби, по сути, это неправильно и нетактично. Новая этика предполагает, что это альтернативно-живые ограниченно разумные гиперактивные существа.

– Гендерно нейтральные? – попытался угадать Борден.

– Ну, это уж если совсем погружаться, – сказал Сумкин.

– Так и оставь свою терминологию для своих академических кругов, – предложил Виталик. – А здесь ты в кругу друзей.

С этими словами он выразительно посмотрел на Магистра, но первого из игроков и последнего из Архитекторов взглядом не прошибешь, даже если боевой президент смотрит.

– Скажи мне, какую ты используешь терминологию, и я скажу, кто ты, – заявил Магистр. – От правильной терминологии многое зависит. Скажем, зомби. Зомби – это просто ходячий кусок гнилого мяса, прости меня, Виталий, зомби не жалко, зомби можно истреблять миллиардами. А назови его альтернативноживым, и ты получишь уже совершенно другую историю, не так ли? И, судя по тому, что Сумкин именно так зомби и назвал, никого он так и не сжег.

– Это так? – спросил Кевин.

– Так, – подтвердил Виталик. – Мы решили, что неправильно начинать новую историю Земли с геноцида. Пусть даже такого. Возможно, найдется другое решение.

– Да черта с два, – сказал Магистр. – Не найдется.

– Пока мы возвели на границе с Китаем силовые барьеры, – сказал Виталик. – Построили, так сказать, вторую Великую Китайскую Стены, в два раза выше и прочнее, чем Первая. Пусть посидят там и подумают о своем поведении.

– Это так не работает, но решение отличное, – сказал Магистр. – Она там прокачаются, и вы сможете взять с них в несколько раз больше опыта. Лута, правда. не прибавится, но с ним и так все должно быть очень неплохо.

– Это не вопрос лута и опыта, – сказал Виталик.

– Ты забыл, где мы, – сказал Магистр. – В конечном итоге любой вопрос здесь упирается в лут и опыт.

– Где вы нашли столько энергии? – поинтересовался Кевин.

– Федор помог, – сказал Виталик. – Пригнал своих студентов, типа как на практику, и расчехлил пару артефактов.

– Гуманизм – это прекрасно, – сказал Магистр. – Особенно если его исповедуют твои враги. Знаете, сколько народов я сокрушил только из-за их излишнего гуманизма?

– Как бы там ни было, сейчас этот вопрос не требует поисков срочного решения, – сказал Виталик. – Мы подумаем об этом позже. Возможность сжечь все на хрен можно использовать в любой момент.

– Если только зомби не подкопаются под ваши барьеры, – заметил Магистр.

Федор с Виталиком переглянулись.

– Не подкопаются, – сказал Федор. – Они уходят на полтора километра под землю. Этого хватит.

– Если они не додумаются укреплять туннели, – заметил Магистр.

– Не факт, что они вообще додумаются копать.

– Не стоит недооценивать альтернативноживых в умении устраивать всякие пакости, – сказал Магистр и вернул взгляд Виталику.

– Замяли вопрос, – сказал Виталик. – Товарищ председатель, что там у нас дальше на повестке дня?

Кевин сделал вид, что сверяется с каким-то списком.

– Удалось ли найти триггер, который запускает откат Земли?

– Удалось, – сказал Федор.

– Это мой сын, – сказал Виталик.

– Сколько ему лет?

– Шестнадцать.

– Где он?

– В Ленинграде. В смысле, на Земле.

– Давайте переместим его в безопасное место, – предложил Кевин. – Например, сюда.

– На Земле достаточно безопасно, – сказал Виталик. – К тому же, его охраняют мои лучшие люди.

– Ну ты вообще, сука, орел, – сказал Магистр. – Как это вообще можно было просчитать, к хренам? Мы тут головы сломали, пытаясь найти триггер, а тут вот оно как. Кто-нибудь вообще знал, что у этого элитного альтернативноживого был сын?

Все, за исключением Бордена, покачали головами. Некоторые даже пристыженно.

– Я знал, – сказал Гарри. – Но у меня никто не спрашивал.

Это меня как раз и не удивило. Виталик и Гарри были знакомы до того, как это все завертелось в первый раз. Пересекались, так сказать, по работе, да и пили вместе.

Вполне мог рассказать.

Все же остальные встретились уже после того, как пришла Система, а Виталик стал элитным зомби. Изначально живым, кроме Бордена, его никто из нас и не знал.

– Ну, класс, – сказал Магистр. – То есть, все было так просто, да?

– А все всегда просто, – сказал Кевин. – Если знать, куда смотреть.

– Вот тебе инструмент, – сказал Магистр, вытаскивая из инвентаря обруч тусклого металла. – Переписывай.

– Не буду, – сказал Виталик.

– Ты хотя бы понимаешь, насколько это эгоистично? – поинтересовался Магистр. – Что вся вселенная может погибнуть только из-за того, что ты хочешь почувствовать себя хорошим отцом?

– Во-первых, не вся вселенная, а только игровая ее часть, – сказал Виталик. – Во-вторых, я не считаю себя хорошим отцом. В третьих, мне наплевать, пусть ваша Система горит огнем, если уж она такая неустойчивая.

– Взвешенные слова настоящего правителя, – констатировал Магистр, пряча Венец в инвентарь. – Ладно, сам перепишу.

– Удачи, – спокойно сказал Виталик.

Видимо, он знал про свой код что-то такое, чего Магистру было пока неведомо. Может, он вообще на древнеарамейском его написал, или что-то вроде того.

Федор за столько лет так и не смог разобраться, так что и Магистр сию проблему вряд ли с наскока зарешает. Программисты говорят, что в своем-то коде спустя десяток лет не так-то просто разобраться, что уж тут о чужом говорить.

– Ты уверен, что в Ленинграде достаточно безопасно? – спросил Кевин.

– Вполне, – сказал Виталик.

– Не хочешь, чтобы я усилил твоих лучших людей моими лучшими людьми?

– Не стоит, – сказал Виталик. – Но спасибо за предложение.

– Хотя бы одним, – сказал Кевин. – Если что-то вдруг пойдет не так, он сможет выдернуть его оттуда.

– Пожалуй, на это я соглашусь, – сказал Виталик. – Хотя бы ради твоего спокойствия. Кандидатуру обсудим отдельно, вне рамок этого заседания.

– Да, это разумно, – сказал Кевин. – Спасибо. Раз с этим тоже разобрались… временно разобрались, можно перейти к следующему пункту. К покушениям, локальным армагеддонам, Кристофу и тему, кто за ним стоит.

– Кстати, о Кристофе, – сказал Федор. – Приношу тебе свои соболезнования, Оберон. Твой конструкт бился, как лев… как маленький такой лев, но это ему не помогло. В последний момент он пытался бежать, как заяц, маленький такой заяц, но это ему тоже не помогло. И он нашел свою смерть, как Т-1000, маленький такой Т-1000, и многим стало легче дышать.

Дерзко, подумал я.

На Сумкина не похоже. Видать, Магистр и его умудрился достать.

Магистр, он такой. Кого угодно достанет.

– Инструменты время от времени ломаются, – сказал Магистр.

Я подумал, что к Магистра остается все меньше ресурсов. Брюс погиб в схватке при столкновении с новым внешним врагом, Кристофа я собственными руками утопил в вулкане, да и огромных человекообразных боевых роботов что-то давно никто не видел…

Человек более оптимистичный мог бы подумать, что эпоха Магистра наконец-то заканчивается, то я бы не стал торопиться с выводами. Этот ушлый тип вполне может достать еще пару тузов из рукава, а рукава у него широкие, и, скорее всего, их больше двух.

Наверняка где-то есть еще тайный и невидимый.

– Зеро мертв? – уточнил Полсон.

– Пшшш, – сказал Федор, воздевая руки к потолку. – Он испарился.

– Особая физручья магия, – объяснил Виталик.

– Немного жалею, что в свое время просто вышвырнул его с Земли, а не попытался забросить на Солнце, – сказал Полсон.

– Слишком сложный расчет траектории для обычного броска, – сказал Федор. – К тому же, это бы все равно не помогло. Как только он оказывался в космосе, у него срабатывал эвакуационный телепорт на одну из исходных точек.

– Так почему он тогда так и не вернулся? – спросил Полсон.

– Полагаю, у него произошел плановый сброс памяти или что-то вроде того, – сказал Сумкин. – Или кто-то из присутствующих, не будем указывать на него пальцем, поставил перед ним другие задачи.

– Можешь показывать на меня пальцем, я разрешаю, если он у тебя чистый, – сказал Магистр. – Что же касается Кристофа, то я его тогда отозвал, потому что обстановка на Земле относительно стабилизировалась. А когда она вновь попыталась дестабилизироваться, я просто не успел среагировать и все ушло в откат.

– Убивать людей во имя стабильности – это очень прогрессивно, – сказал Полсон.

– А ты на себя сначала посмотри, – сказал Магистр. – Знаешь, из-за чего случился прошлый откат? Из-за тебя. У тебя в центре города сработал твой чертов скилл “убить нахрен всех”, умерло несколько сотен тысяч людей, среди которых был и его сын.

Магистр указал на Виталика.

– Это точно?

– Я отслеживал хронологию, – сказал Магистр. – Так что да, это точно.

– Я же не знал, – сказал Полсон. – К тому же, я этот чертов скилл не контролирую, и я его себе не выбирал, мне Система сама назначила.

– Система ошиблась, – сказал Магистр. – Такое случается.

– Кстати, а я ведь тогда как раз от Зеро отбивался, – вспомнил Полсон. – И что он там тогда делал? Чью волю выполнял?

– Мою, – сказал Магистр, ничуть не смущаясь. – Я искал триггер. К тому моменту уже было понятно, что это человек.

– Искал триггер, выбивая потенциальных кандидатов по одному? – уточнил Виталик. – Очень своеобразный способ.

– Он бы сработал, если бы кандидаты были более предсказуемы.

– В тот раз Кристоф положил и меня, – сказал Виталик. – Значит, этим неприятным моментом я обязан тебе?

– Как справедливо заметил физрук несколькими минутами ранее, здесь собралось одно старичье, – сказал Магистр. – Так что это абсолютно нормально, что мы задолжали друг другу пару неприятных моментов. И все зависит от того, как ты сам видишь развитие этой ситуации. Если ты хочешь закуситься и мстить Кристофу, так он уже мертв. Если ты хочешь мстить мне, встань в очередь.

– Я не буду закусываться, – сказал Виталик.

Но я знал его достаточно хорошо и понял, что он затаил.

– Отличное решение, – сказал Магистр. – И давайте уточним еще кое-что прямо сейчас. Последнюю итерацию Кристофа я не контролировал. Кто-то сумел найти подход к его программной оболочке и изменить список приоритетов.

– И после всего этого мы должны тебе поверить, потому что…? – спросил Виталик, и это был вполне логичный вопрос.

– Между прочим, я тоже был в его списке, и он пытался убить и меня, – сказал Магистр.

– Если только это не было отвлекающим маневром, – заметил Виталик. – Причем, довольно примитивным.

– Слишком простая двухходовочка для такого мастера интриги, как я, – заявил Магистр. – Поверь, если бы я хотел вас всех поубивать, то действовал бы не так.

– А все всегда просто, – сказал Виталик, повторяя слова Кевина.

– Не настолько, – сказал Магистр.

– А почему нет?

– А мотивы? Зачем бы мне это делать?

– Да откуда ж нам знать, – сказал Виталик. – Тебе больше тысячи лет, я вообще не представляю, какой бардак у тебя в голове. Не удивлюсь, если ты ходишь по зданию с и электрическими лампочками здороваешься.

Что ж, похоже, Магистр в этой компании большой популярностью не пользуется, что и неудивительно. Ведь большинство присутствующих здесь – земляне, а у землян нет особых причин испытывать теплые чувства по отношению к Архитекторам. Хотя вот Кевин, вроде бы, и не землянин, а все равно на защиту вставать не спешит.

А компания подобралась довольно странная.

Демиург, Власть, Смерть, Месть, Разрушение, еще одна Власть, и примкнувший к ним Федор Сумкин.

Не знаю, как насчет спасения галактики, но вот разрушить что-нибудь для такой команды – это как два пальца об асфальт. У каждого за плечами такой послужной список, что и потенциальные полтора миллиарда Фединых китайцев не кажутся чем-то из ряда вон.

– Я замечаю какую-то недружелюбность, – сказал Магистр. – И вынужден заметить, что мне не слишком комфортно находиться в столь враждебной атмосфере.

– Недружелюбность? – удивился Полсон. – Да с чего бы? Ведь не ты же создал этого конструкта, не ты натравливал его на нас раз за разом, не ты с его помощью положил народу больше, чем коронавирус.

– И Систему создал тоже не он, – добавил Виталик. – И цивилизации она крушит совсем не потому, что его народ так решил. И к грядущему геноциду он тоже никакого отношения не имеет.

– А, вот оно что, – сказал Магистр. – Классовая ненависть. Понимаю.

– Да не такой уж ты классный, – сказал Виталик.

– Я вам, между прочим, помогал и содействовал, – сказал Магистр.

– Вне всякого сомнения, – согласился Виталик. – Потому что мы делали что-то для сохранения статуса-кво, и все наши действия шли на пользу Системе. Вряд ли бы ты стал нам помогать, если бы мы пытались ей навредить.

– Система стабильна.

– Это да, – согласился Виталик. – Она настолько стабильна, что Вычислители создали безумного Элронда, дабы он сделал то, что им самим не по силам или на программном уровне запрещено. Она настолько стабильна, что сделала одного обычного парня Разрушителем Миров, а другого возвела в статус бога. Это все, конечно же, происходило в рамках ее нормального функционирования.

– Это попытка саморегуляции, – сказал Магистр.

– Ну, я еще могу понять физручий случай, – сказал Виталик. – Легендарный игровой путь, запрос массового бессознательного, этому городу нужен новый шериф и все такое. А Разрушителя ты мне как объяснишь?

– А я вообще обязан что-либо тебе объяснять? – спросил Магистр.

– Так-то, да, – сказал Виталик. – Если в очередной раз хочешь втравить нас во что-то не совсем понятное.

– Да вы мне и не нужны, – сказал Магистр. – Все, что мне нужно было от тебя узнать, я уже узнал. По сути, для разрешения текущего кризиса мне необходим только Борден, а все остальные – это просто статисты. Довольно живописная, но массовка.

– Тем не менее, я бы тоже хотел послушать, – сказал Гарри.

– А я-то как бы хотел, – сказал Полсон.

Нельзя сказать, что Магистр был абсолютно глух к аудитории и не чувствовал, что скоро его могут начать бить, и возможно, ногами. Просто ему было наплевать.

Первый из игроков и последний из Архитекторов считал себя настолько выше всех присутствующих, что не разговаривал, а снисходил до диалога.

– Ладно, – в очередной раз снизошел он. – Я объясню. Моя теория заключается в том, что Разрушитель был ответом лояльных Системе Вычислителей на создание Элронда. Элронд был способен контролировать наноботов, игнорируя системные ограничения и создавать из них все, что угодно, а Разрушитель может что угодно разрушительно разрушить. А то, что в момент их встречи силы оказались несопоставимы… Что ж, Элронд все время качался, а комплект скиллов разрушения явно должен был достаться более амбициозному человеку.

– То есть, я еще и виноват, что не затащил? – уточнил Полсон. – Я тогда снес все, что было, и не моя вина, что на аппаратном уровне эта проблема не решалась в принципе. А глотку мне перерезали, как я понимаю, в рамках какой-то другой войны.

– Я объясняю, почему тебя создали таким, какой ты есть, – сказал Магистр. – А вовсе не говорю, что это было правильное решение, которое я всецело поддерживаю. Это была ошибка, но отчаянные времена требовали отчаянных мер.

– Понять и простить, – сказал Полсон.

Смотреть, как со всех сторон плющат Магистра было невероятно захватывающим занятием, и я мог предаваться ему еще долгое время, но, к сожалению, эта пикировка никак не приближала нас к решению актуальных на данный момент задач. И Кевин тоже это понял.

– Друзья мои, закончим этот спор, – предложил он. – Все это – дело прошлое, и если мы начнем препираться по пустякам… ну, пусть даже и не по пустякам, но по вопросам, от которых сейчас ничего не зависит, мы потеряем кучу времени. Давайте ближе к сути.

– Но мы как раз и пытаемся выяснить суть, – сказал Виталик. – И я все еще не убежден, что из головы Кристофа и в этот раз не торчали архитекторские уши.

Ладно, ладно.

Раз уж никто не стал пинать Магистра ногами, я решил таки вмешаться и рассказать им все.

– В этот раз точно не торчали, – сказал я. – Я знаю, кто стоял за Кристофом и натравил его на нас.

– Пришло откровение, откуда не ждали, – сказал Магистр, демонстрируя черную неблагодарность. – И кто же это?

– Это мой косяк, – сказал я. – В смысле, это я в свое время недоработал. Кристофа на нас натравил Элронд. Точнее, постЭлронд. То, что он него по моему недосмотру осталось. Все это время он копил силы, разрабатывал планы и искал союзников, и вот, видимо, решил выступить только сейчас.

Я рассчитывал, что после моих слов воцарится напряженное молчание, во время которого каождый из присутствующих будет обдумывать новые вводные, но Магистр молчать не стал.

В обвинительном порыве он выбросил вперед правую руку с указующим на меня пальцем.

– Вот! – заявил Первый Игрок. – А я с самого начала говорил, что это физрук во всем виноват!

Глава 6

Взгляды всех присутствующих устремились на Магистра. На его палец. На меня. Потом снова на Магистра.

Эдакая немая сцена, или, как сказал бы мой старик-отец, картина Репина “Приплыли”.

Но, в принципе, я был к этому готов. Это был мой косяк, как я и говорил, мне и нести ответственность.

Виталик нарушил молчание первым. Он повернулся к Магистру, опасно сощурившись, и вежливо у него поинтересовался:

– А не охренел ли ты в атаке, Оберон?

– Я с самого начала говорил, что охота идет за физруком, – заявил Магистр. – Что именно он – корень и причина всех бед.

– Да-да, – сказал Сумкин. – Именно поэтому после смерти… как бы смерти Чапая в Подземелье Зеленых Гоблинов, Кристоф пришел сюда за остальными. Мы все были в его списке, давайте не станем этого отрицать.

– Реально был какой-то список? – спросил Гарри.

– Ну, воображаемый список точно был, – сказал Федор. – И я сильно сомневаюсь, что в нем не было и тебя тоже.

– Не понимаю, почему вы все говорите в прошедшем времени, – сказал Кевин. – Кристоф мертв, но тот, кто его послал, явно нет, и список до сих пор существует. Нападения ведь начались до Кристофа. Здесь вы все, конечно, в безопасности, дворец укреплен, столица накрыта защитным куполом, но стоит нам выйти за его пределы… В общем, я рекомендовал бы всем ходить с оглядкой, пока мы все не утрясем.

– Утряс уже один такой, – заявил Магистр. – Столько утрясателей собралось, что аж плюнуть некуда.

– Ты сегодня как-то особенно хамовит, Оберон, – заметил Виталик. – Может, у тебя случилось чего? Так ты скажи нам, не держи в себе. Скорее всего, это возрастное, так бывает.

– У меня случилось, – сказал Магистр. – У меня случилась целая команда сотрясателей основ и разгибателей скреп, а ответственности у них меньше, чем понятий о гигиене у какого-нибудь вонючего гоблина. Долбоклюй на долбоклюе сидит и долбоклюем погоняет. Один написал глючный код с постоянной рекурсией, которая грозит навернуть все мироздание, другой, сам того не желая, уничтожает все живое и неживое вокруг, третий построил свою империю, и больше ничего его не колышет, крестись оно все конем, четвертый ни убить никого, ни сам умереть толком не может, а пятый и вовсе Сумкин.

А про Бордена он ничего не сказал. Потому что Борден ему нужен.

– Никого не забыл? – вкрадчиво спросил Виталик. – Как насчет самого тебя, унылого демиурга кусок? Система стабильна, Система устойчива, а тут баг к багу синей изолентой примотан и костыли со всех сторон торчат. Где чуть тронь, так оно сразу и качается.

– Потому что не надо было трогать то, что работает.

– Да если б оно работало, – сказал Виталик. – Против тебя собственные искины бунтуют.

– Это был единичный эксцесс.

– Который, конечно же, на ровном месте появился, – сказал Виталик. – Ты все это начал, чувак. И все косяки – это в первую очередь твои косяки.

– Когда ты был зомби и неписью, ты меня так не раздражал, – сказал Магистр.

– Так в чем проблема? – спросил Виталик. – Давай выйдем на пару раундов, окропим газон красненьким, как сказать. Если не слабо.

– А ты думаешь, что если уровень себе нарисовал и статы под кап, то на тебя и управы нет? – осведомился Магистр. – Думаешь, ты теперь самый крутой перец на этой грядке?

– Ну так давай выйдем сам на сам, – предложил Виталик. – Если смелости хватит.

Магистр встал.

Это было довольно неожиданно, раньше он демонстрировал куда большую выдержку и в драку без особой необходимости не лез. По крайней мере, если у него не было решающего преимущества.

А сейчас…

Черт его знает, на кого бы я поставил. В нечестном бою на смерть – скорее всего, все же на Магистра, у него игровой опыт побольше и рукава с тузами подлиннее.

Но в честном кулачном бою шансы были и у Виталика.

– Давайте лучше все успокоимся, – предложил я. – Если мы передеремся друг с другом еще на стадии обсуждения, эти миры обречены.

– Я абсолютно спокоен, – сказал Виталик, снимая плащ и начиная закатывать рукава.

Магистр ухмыльнулся и принялся хрустеть костяшками пальцев.

– Так-то я тоже не нервничаю, – сказал он.

Может быть, и надо было дать им подраться.

Вышли бы во двор, измолотили бы друг друга до потери девяноста процентов здоровья, пар бы выпустили…

Всяко легче потом беседовать бы было.

Но Кевин им не дал.

– Давайте не будем пороть горячку, – сказал он. – Василий, ты уверен, что проблема – это Элронд?

Магистр сел.

Виталик усмехнулся и принялся спускать уже закатанные рукава.

Видать, не очень-то и хотелось.

– Уверен, – сказал я.

– Но каким, позвольте полюбопытствовать, образом? – позволил себе полюбопытствовать Федор. – Разве во время своей первой официальной мтистельной миссии ты не грохнул его и не вычистил его остатки по всей инфосфере? Откуда он теперь-то взялся? Внезапно восстал из секретного бэкапа?

– Все проще, – сказал я.

– Конечно, все проще, – сказал Магистр. – Чапай его просто не добил и не вычистил его остатки по всей инфосфере. Решил, что не стоит напрягаться и так сойдет. Не правда ли, Чапай?

– Неправда, – сказал я. – Добил и вычистил. Инфосфера на тот момент была чиста от Элронда. Проблема возникла из-за того, что какой-то части Элронда, очень маленькой и незначительной его части, в тот момент в инфосфере не было.

– И где же он был?

– В глубоком космосе, – сказал я. – За пределами планетарного влияния Вычислителей.

– А, – сказал Виталик. – Тот слизняк, о котором ты рассказывал. Но разве ныне покойный предшественник ныне покойного Соломона Рейна Большой Ватанабэ не зарешал проблему, взорвав корабль?

– Видимо, этого не хватило, – сказал я. – Слизеэлронд выжил и со временем вернулся в Систему. Уже после того, как мы решили основную часть проблемы с его прародителем.

– Ты решил, – сказал Виталик.

– Я решил, – согласился я.

– А он, значит, вернулся и затаил, – сказал Виталик. – Его можно понять, в принципе. На его месте любой бы затаил.

– О чем вы вообще говорите? – поинтересовался Полсон.

– Я не назвал бы это твоим косяком, Чапай, – сказал Кевин. – Ошибиться может кто угодно, но по большому счету это даже не ошибка. Просто неудачное стечение обстоятельств. Нельзя предусмотреть всего.

– Элронд уже не тот, что прежде, – сказал Магистр.

– Он больше не Вычислитель, – сказал я. – Точнее, сейчас он меньше, чем Вычислитель, хотя со временем он наверняка планирует вернуть себе былое могущество. Но в данный момент его силы в основном принадлежат материальному миру.

– Он склепал себе оружейный завод? – спросил Федор. – Все эти дроны и ракетные атаки?

– Да, – сказал я. – Он склепал себе оружейный завод. Размером примерно с Африку. И оттуда он пытается нас атаковать. пытался, пока ему не удалось перевербовать Кристофа.

– Который сам себе оружейный завод, – добавил Федор. – Маленький такой заводик. Был.

– Но откуды тебе все это известно, Чапай? – спросил Виталик.

– Когда я умер, я побывал в инфосфере, – напомнил я. – Оттуда видно то, что нельзя рассмотреть с этой стороны.

– Умирать иногда полезно, – согласился Магистр.

– Но лучше обойтись без этого, – сказал Кевин.

– Тем более, если помереть все равно не получается, да? – спросил у него Магистр и снова посмотрел на меня. – Ну, раз уж ты оказался кладезем информации, физрук, может быть, ты даже знаешь, где этого Постэлронда искать?

– Знаю, – сказал я.

– И почему ты еще не там?

– Я думал об этом, – сказал я. – И даже одно время собирался туда отправиться. Но потом я решил, что сначала стоит обо всем рассказать вам. Потому что никто не знает, как оно там может обернуться, а вы должны быть предупреждены, вооружены и вот это вот все.

– Удивительно здравая мысль, – сказал Магистр. – Даже странно, что она пришла в голову именно тебе.

Я подумал, не настал ли мой черед пригласить его на пару раундов на газоне, но решил, что не стоит. Он ведь явно на что-то такое и нарывается, и черт знает, какие цели он при этом преследует.

Так пусть хоть раз не получит того, чего хочет.

– Кроме того, – сказал я. – Если это проблема лежит в физической плоскости, среди нас есть человек, который справится с ней не хуже меня. И, возможно, даже быстрее.

– А почему вы все на меня смотрите? – спросил Полсон, хотя никто на него и не смотрел.

– С одной стороны, это логично, – сказал Виталик. – Кому, как не Разрушителю Миров, стоит поручить эту задачу. Но, с другой стороны, это очень не похоже на тебя, Василий. С каких пор ты… э…

– Посылаешь ломать шею кого-то другого, хотя вполне мог бы и сам, – сказал Магистр.

Который всю дорогу именно так и делал.

– … делегируешь свои обязанности, – закончил свою мысль Виталик. – Это слишком…

– Разумно, – снова подсказал Магистр.

Виталик вздохнул.

– А усилить Артура мы можем Борденом, – сказал Федор. – Для двоих это вообще раз плюнуть, тем более, что они вдвоем уже работали.

– Неприемлемо, – тут же отреагировал Магистр. – Гарри нужен мне в другом месте.

– Да и я мог бы с ними прогуляться, – сказал Виталик, видимо, на время забывший, что он президент и отец.

– Тебе нужно к стране и сыну, – напомнил ему я. – К тому же, ты должен помнить, чем кончился проошлый раз, когда вы решили принять бой втроем.

– Традиционной безымянной могилой в подмосковном лесу, – сказал Виталик. – Но мне кажется, мне удалось переломить эту тенденцию.

– И тем не менее, ситуацию на Земле надо держать под контролем, – сказал я. – Обе ситуации, если ты понимаешь, о чем я.

– А я не прочь размяться, – сказал Гарри. – Прямо как в старые добрые времена. Астральные войны достаточно скучны и мое тело, отлаженный и отточенный инструмент для убийства, не принимает в них никакого участия.

– Ты уже передумал быть пацифистом? – поинтересовался у него Кевин.

Гарри пожал плечами.

– Таков путь.

– Меня вообще хоть кто-нибудь слышит? – спросил Магистр. – Гарри никуда не пойдет, потому что Гарри мне нужен в другом месте и я не могу им рисковать.

– И до сих пор непонятно, чем в этом время собирается заниматься физрук, – сказал Виталик. – Вряд ли он запланировал отпуск, пока мы будем спасать планеты от всевозможных напастей, количество которых уже зашкаливает. Не задумал ли ты очередную попытку суицида, Чапай?

– Я хочу полететь на разведку, – сказал я. – Посмотреть на внешнего врага в естественных условиях обитания. И к тому времени, когда я вернусь, Полсон с Гарри уже решат проблему Постэлронда и будут свободны для твоей новой войны, Оберон. Риск минимален.

– Но но есть, – сказал Магистр. – И я не собираюсь…

– Так и есть, задумал. Почему на разведку? – поинтересовался Виталик. – Почему ты? И как ты это собираешься осуществить чисто технически?

– Потому что, похоже, я тут единственный человек, который считает, что не стоит развязывать войну и устраивать геноцид только потому, что новые ребята не хотят играть в эту дурацкую игру, – сказал я. – А даже если и развязывать войну и устраивать геноцид, то надо понимать, с кем мы имеем дело. Как говорил Сунь-Цзы, надо познать своего врага. Может быть, мне вообще удастся с ними договориться.

– Это да, – сказал Виталик. – Это ты у нас большой умелец, конечно. Переговоры…

– Мы тут уже второй час переговариваемся, между прочим, – сказал я. – И все до сих пор живы.

– Это другое, – сказал Виталик. – К тому же, не факт, что все останутся живы к концу беседы, которого я вообще не вижу. Кто-то, не будем показывать на старикана пальцем, может и от старости помереть.

– Разведка – это хорошо, – сказал Федор. – Но техническая сторона вопроса мне по-прежнему неясна. Как ты собираешься туда попасть, Чапай?

– Перед тем, как вы вошли, я как раз попросил Оберона одолжить мне космический корабль, – сказал я.

– Вот как? – удивился Виталик. – И что он ответил?

– Пока ничего, – сказал я. – Но не думаю, что он мне откажет. А если на него еще и общественность надавит…

– И ты решил лететь один?

– Так безопаснее.

– А как ты собираешься управлять космическим кораблем? Или мы еще чего-то о тебе не знаем?

– Мы же в игре, – сказал я. – Наверняка есть какие-то быстрые способы всему научиться. Кинга навыков, магический артефакт в виде шлема пилота…

– Давай подобьем бабки, – сказал Виталик. – Значит, ты отправляешься на разведку, Артур с Гарри отправляются мочить то, что осталось от Элронда, я отправляюсь защищать Землю от инопланетных захватчиков, которые, в общем-то, пока не особенно торопятся на нее нападать, Федор отправляется со мной для усиления… Все так?

– Да.

– А чем займется наш гостеприимный хозяин?

– Да, – сказал Кевин. – Очень интересно. Мне-то что делать?

– Правь, – сказал я. – И следи за тем, чтобы Оберон не натворил глупостей.

Я думал, Магистр вот-вот взорвется, но он смирил свое естество и только расхохотался.

– Тактика и стратегия от бога кровавого возмездия, – сказал он. – Гениальный и в тонкостях разработанный план.

– Это не план, – сказал я. – Так, общие положения.

– Но звучит достаточно разумно, – сказал Кевин. – Это может сработать.

– Я против, – сказал Магистр.

– Давайте проголосуем, – предложил Федор. – У каждого из нас есть право совещательного голоса. А права вето нет ни у кого. Даже у тебя, Оберон.

– У нас тут что, демократия? – поинтересовался Магистр. – Демократия базируется на допущении, что тысяча человек может быть умнее одного, это одна из самых отстойных систем правления, от которой все давно отказались. Ты веришь в демократию, Кевин?