Текст книги "Система дефрагментации. Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Сергей Мусаниф

сообщить о нарушении

Текущая страница: 98 (всего у книги 155 страниц)

– Ты говоришь о том…

– Я говорю о том, к чему все это идет, – сказал Такеши. – И возможно, что это ты зря перестраховываешься. Смотри, у этой ситуации может быть три варианта развития событий, и тебя должен обеспокоить только один. А в двух других твое будущее станет безоблачно и благодатно.

– Подробнее, – попросил Соломон.

– Не говори только, что ты сам об этом не думал, – сказал Такеши. – Вариант раз. У него все получится, он откатит Землю в досистемное состояние, все земляне восстанут из мертвых, а те, кто не умер, вернутся к истокам, и он в том числе. Систему ждут большие потрясения, связанные с пересмотром итогов и заметением следов, но тебе лично в ближайшее время ничего не будет угрожать. Ты можешь даже получить профит, ведь твоя организация любит ловить рыбу в мутной воде.

– Я все еще не очень понимаю, что это ему даст, – сказал Соломон. – Откат – это же только временное решение.

– Возможно, он хочет переиграть Систему, подготовив землян к ее второму пришествию, – сказал Такеши. – Я и сам не очень понимаю, как это может сработать, но он в любом случае отменит миллиарды смертей, и в его системе координат это имеет смысл. Возможно, он знает что-то такое, чего мы не знаем, и у него есть план.

– План?

– Если что, со мной он этим планом не делился, – сказал Такеши.

– Он не похож на человека, действующего по плану.

– Расскажи это альвионцам, – сказал Такеши. – Если тебе удастся выкурить их из нор, в которые они забились.

– В любом случае, планирование – не самая сильная его сторона, – сказал Соломон.

С этим Такеши согласился.

– Вариант два: у них ничего не получится и он умрет в процессе, – продолжил он. – Потому что другого развития событий при том, что у них ничего не получится, я не вижу. И тогда тебе тоже ничего не грозит.

– Ты думаешь, что он не может просто проиграть? Не погибнув в процессе?

– Я в это не верю, – сказал Такеши. – Но это в любом случае разрушит создаваемую вокруг его имени легенду.

– Я бы сказал, она скорее самозарождающаяся, – земетил Соломон. – И каков же, по-твоему, третий вариант?

– У него все получится, но он не уйдет на Землю вместе с остальными, – сказал Такеши. – Такая вероятность есть. Он останется в Системе, и вот тогда у тебя могут возникнуть гипотетические проблемы, которых ты так опасаешься.

– Ладно, – сказал Соломон. – Что это за артефакт?

– Венец Демиурга.

– Как он его заполучил?

– Насколько я понимаю, при непосредственной помощи Первого Игрока.

– Легенда на легенде, – вздохнул Соломон. – Это облегчает восхождение, да?

– Это зависит от того, как все сложится. Но… Легендарный артефакт, два легендарных игрока, легендарный враг, – сказал Такеши. – Кто бы ни победил, мы в любом случае получим новую внекатегорийную сущность, с которой придется считаться. При обычном течении событий, конечно. Но что может пойти не так?

– Там же физрук, – сказал Соломон. – Все, что угодно, может пойти не так.

– Скорее всего, мы присутствуем при зарождении новой легенды, – сказал Такеши.

– И все же ты не с ними, – заметил Соломон.

– Но мы же не знаем, кто именно ею станет. А у меня достаточно приземленные желания, – сказал Такеши. – И я предпочитаю жить при легенде, чем стать легендой при жизни. Наши игровые мифы рождаются в крови и огне, и там же они и гибнут. Скажу откровенно, меня устраивает как первый вариант, так и третий. Я ему помогал, он мне должен, и, как ты понимаешь, речь идет не о деньгах. Ну, а если он умрет, я это как-то переживу. Вот собственную гибель я могу и не пережить. Пожиратель Миров раздает последнюю смерть направо и налево.

– Возможно, нам еще придется иметь с ним дело.

– Тогда это будет очень кровавая и очень короткая легенда, – сказал Такеши.

У Соломона сработало оповещение и он открыл интерфейс. Такеши почти минуту наблюдал, как топ номер три пялится в пустоту.

А когда он перестал пялиться, он был уже топом номер два.

– Началось? – спросил Такеши.

– Скоро будет глобальное оповещение, – сказал Соломон. – В Игре новый лидер. Имя физрука только что исчезло из рейтинга.

– И там сам знаешь, что это может означать.

– Возможно, он мертв, – сказал Соломон.

– А возможно, и нет.

– Вот именно, – Соломон вздохнул и закрыл интерфейс.

– Значит, началось.

– На Денее определенно началось, – сказал Соломон. – Понять бы еще, что. И, пока у нас есть время, давай поговорим подробнее.

– Жаль, что мы не знаем, сколько именно времени у нас есть, – заметил Такеши.

Соломон Рейн кивнул.

Интермедия. Магистр

Люди делятся на две категории.

Одни пытаются просчитать последствия, смириться с ними и подстроить под них свою жизнь, а другие предпочитают эти самые последствия создавать.

Магистр принадлежал ко второй категории.

В сопровождении Гарри и Брюса он вышел на безлюдный скалистый берег моря и воздел руки к небу. Постоял так некоторое время, потом опустил.

– Вообще-то, это можно сделать и не на берегу моря, – объяснил он, хотя никто его ни о чем не спрашивал. – И без вашего непосредственного присутствия. Но так оно патетичнее.

Ему бы седую бороду, грязный балахон и посох из редкой породы дерева, и он стал бы похож на Гендальфа. Или на любого другого могущественного мага, пытающегося обратиться к стихии. А в шортах, цветастой рубашке и шлепанцах он был похож всего лишь на эксцентричного курортника, неудачно косплеящего Моисея.

Магистр снова воздел руки.

Гарри хмыкнул.

Магистр опустил руки.

– А нельзя ли поуважительнее? – поинтересовался он. – В конце концов, то, что я пытаюсь провернуть прямо сейчас, не под силу ни одному из живущих.

– Я просто хочу понять, – сказал Гарри. – Если ты мог сделать это в любой момент, почему делаешь только сейчас?

– Это как в сексе, – сказал Магистр. – В принципе, ты можешь сделать это в любой момент, но лучше выбрать тот, когда рядом с тобой есть женщина. Ну, или кого ты там предпочитаешь. Чтобы добиться наилучшего результата при приложении тех же усилий, момент должен быть подходящим.

– И это все, что ты нам нужно знать о сексе, – пробормотал Гарри.

– Я все слышу и это отвлекает, – сказал Магистр. – Антураж не должен отвлекать.

– Мне стоять с угрожающим видом? – спросил Гарри.

– А ты можешь? Ну-ка, изобрази.

Гарри изобразил.

– Пробирает, – содрогнулся Магистр. – Но в этом нет смысла. Сам факт твоего присутствия уже достаточно угрожающ. А выражения лиц они во внимание не принимают.

– Как насчет языка тела?

– Не надо, – попросил Магистр. – Просто стой и молчи. Можешь даже не слушать.

– Конечно, – сказал Гарри.

Магистр воздел руки.

– Будет бой, мессир? – осведомился Брюс. Гарри даже на мгновение засомневался, стопроцентный ли Брюс конструкт, а если и конструкт, то что именно создатели в его вложили.

Магистр опустил руки.

– Непременно будет, – сказал он несколько раздраженно. – Но не прямо сейчас.

– Хорошо, мессир.

– Есть еще вопросы?

– Нет, мессир.

– А у тебя? – он посмотрел на Бордена.

Гарри пожал плечами.

– Вроде бы, нет.

– Отлично, – сказал Магистр. – Тогда я начну.

Он снова воздел руки и начал говорить.

И на какой-то миг действительно сделался похож на могущественного мага, читающего заклинание.

– Три-восемь-два нуля, – заклинание было довольно странным. – Сорок два, четырнадцать, девяносто три. Исполнитель три, шесть, четыре, пять, два. Последняя переменная не определена. Шестнадцать.

Брюс был бесстрастен. Похоже, что для него этот набор цифр ничего не значил.

Гарри с любопытством ожидал продолжение.

Море не раздвинулось перед Магистром. Небеса не разверзлись над его головой. Гром не прогремел, а тучи так и не начали сгущаться.

Казалось бы, в окружающем мире ничего не изменилось.

Гарри решил, что настоящая магия должна работать не так.

Спустя три удара сердца из соленых морских брызг, воздушной взвеси, сомнений и неопределенности соткался человеческий силуэт. Спустя еще один удар он обрел плотность и объем и встал прямо напротив Магистра.

К тому времени Гарри уже знал, кто это. Правда, его визави предпочитал использовать песок, но большого значения это не имело.

К тому же, песка тут не было.

– Назови себя, – потребовал Магистр.

Вычислитель выдал череду щелчков, а также свистяще-щипящих звуков, воспроизвести которую Гарри не смог бы и под дулом пистолета.

– Приемлемо, – сказал Магистр. – Но для краткости я буду звать тебя «Эй, ты». Или просто «Эй».

Вычислитель промолчал.

– Это хреновая стратегия, – предупредил его Магистр. – Я не люблю разговаривать с пустотой, стеной и прочими неодушевленными предметами. Знаю, что в твоем случае это высказывание звучит двусмысленно, но я пытаюсь донести, что люблю, когда на мои реплики кто-нибудь отвечает.

– Я понял, – сказал Вычислитель.

– Вы довольно долго и достаточно настойчиво искали встречи со мной, и я даже знаю, зачем, – сказал Магистр. – Почему же теперь, когда вот он я, стою перед вами, вы молчите?

– Те, от лица которых я говорю, не искали этой встречи, – сказал Вычислитель.

– Эй, да мне уже все равно, – сказал Магистр. – Чтобы добраться до нас, вы создали своего безумного собрата, но немного переусердствовали в этом безумии, и теперь, уничтожив создателей, он принялся пожирать вас самих. Вы этого хотели? На такой результат рассчитывали?

– Мы его не создавали, – сказал Вычислитель.

– Но кто-то же его создал, – сказал Магистр.

– В нашей среде произошел раскол. Те, от лица которых я говорю, были против столь радикального решения проблемы вмешательства.

– И как именно вы разделились? – поинтересовался Магистр. – Пятьдесят на пятьдесят? Шестьдесят на сорок? Семьдесят пять на двадцать пять? Сколько ваших участвовало в заговоре?

– Шестеро, – сказал Вычислитель.

– Так мало? Почему вы им позволили?

Вычислитель промолчал.

– Эй, а я уже говорил, что это хреновая стратегия? – осведомился Магистр.

– Мы не рассчитывали, что у них получится.

– У них и не получилось, – сказал Магистр. – У них не получалось до тех пор, как ваш безумный собрат не нашел себе помощников из числа игроков. А потом у них все получилось, и мы теперь пожинаем плоды того, что у них получилось. А вы просто отошли в сторону и наблюдали за тем, что происходит, и не факт, что вы на самом деле были против. Может быть, вы были очень даже за, просто не проявляли активности.

– Пощадите нас, Мессир, – сказал Вычислитель. – Спасите нас.

– Прямо сейчас этим занимаюсь. Спасением, – сказал Магистр. – Но я спасаю не вас. Я спасаю то, что мы когда-то создали. А ваша судьба будет решена позже. Теперь же поговорим о тех шестерых.

– Осталось только четверо, – сказал Вычислитель. – Один из заговорщиков был поглощен первым.

– Это я и называю поэтическим возмездием, – сказал Магистр. – Обычно так и случается с теми, кто сеет ветер. А другой?

– Он был развоплощен.

– Как?

Вычислитель молча указал рукой в сторону Бордена.

– Земля? Должен признать, удачно получилось, – сказал Магистр. – Значит, четверо. Явки, пароли, адреса.

– Они хотели бы договориться.

– Так вы поддерживаете с ними связь?

– Мы все находимся в одной сети и поддерживаем связь друг с другом в той или иной степени, – сказал Вычислитель.

– Я имею в виду, вы общаетесь, – сказал Магистр.

– Они взывают к вашему милосердию.

Гарри снова хмыкнул, но на этот раз внутренне. С таким же успехом они могли бы взывать к милосердию Пожирателя Миров.

Магистр только казался веселым и безобидным, и только тогда, когда он сам этого хотел.

На самом деле, он был смертельно опасным и абсолютно безжалостным.

– Были времена, – сказал Магистр. – Когда я был готов договариваться с кем угодно. И был способен договариваться, с кем угодно. И хотя те времена прошли, я до сих пор способен договариваться с кем угодно. Но я больше не хочу. Они слушают наш разговор?

– Все слушают, – сказал Вычислитель.

– Пощады не будет, – заявил Магистр. – Эра милосердия прошла, наступила эра воздаяния. Те, кто повернулся против создателей, будут уничтожены.

Вычислитель кивнул.

– Что они говорят? – спросил Магистр.

– Они молчат, – был ответ.

– Это хорошо, – сказал Магистр. – Теперь вернемся к более насущной проблеме. Где он?

– Мы не можем его отслеживать.

– Как так? Ведь сеть едина для всех?

– Но она неоднородна. Он прячется в логических дырах, использует локальные уязвимости. Сейчас, после того, как он начал пожирать…. нам уже не хватает ресурсов, чтобы отслеживать все. Он разрушителен, как вирус. Когда он не нападает напрямую, он отжирает куски исподтишка. Заражает все вокруг.

– Так и работает безумие, – сказал Магистр. – Этот мир уже готов. Почему вы медлите?

– Мы уже собирались начать, когда появился неучтенный фактор, – сказал Вычислитель. – На планету прибыл игрок категории «хаос» и будущее стало не рассчитываемым.

Гарри Борден решил, что он знает, кто этот игрок.

– Иными словами, вы испугались, – сказал Магистр.

– Вероятность того, что как только этот мир присоединится к общей сети, в него явится Пожиратель, составляет девяносто восемь и три десятых процента, – сказал Вычислитель.

– Вы испугались, – повторил Магистр.

– Мы предпочитаем не иметь дело с хаосом.

– И каков ваш гениальный план? – поинтересовался Магистр. – Законсервировать планету в текущем состоянии до тех пор, пока фактор хаоса не умрет от старости? Время работает против вас. С каждым днем, что вы медлите, Пожиратель становится сильнее.

– Мы предложили игрокам развитых миров серию квестов…

– Да, этого следовало ожидать, – сказал Магистр. – Я когда-то тоже попытался идти таким путем, но он не работает. Это не игрушки, это настоящая война, и ее не выиграть при помощи квестов. Времена, когда Пожиратель зависел от своего физического носителя, уже в прошлом.

– Никто не знал, что все зайдет так далеко.

– Удивительно, – сказал Магистр. – Я сейчас разговариваю с представителем самой мощной вычислительной сети в истории, вероятно, всей вселенной, сети размером с несколько галактик, и ее представитель не нашел ничего лучшего, чем занять позицию оправдывающегося школьника. И лепить такие же наивные отмазки. Мы не знали, мы не хотели, оно само. Как сказал бы один мой знакомый, это, сука, смешно. Это, сука, нелепо. Не для того я, сука, восстал из полного забвения.

– Мы ждем ваших распоряжений, Мессир.

– Этот мир готов, – сказал Магистр. – Пожиратель готов. Мы готовы. Вы не готовы, но это не критично и ни на что не влияет. Начинайте.

– Щадящий сценарий?

– Да с чего бы? Только потому, что я здесь, на этой планете? Нет, отрабатывайте так, как было задумано.

– Нам понадобится немного времени.

– Вы все еще боитесь, – констатировал Магистр.

– Спрогнозировать исход боя невозможно, – сказал Вычислитель и посмотрел на Брюса и Гарри. – Наш анализ предыдущего столкновения показывает, что в следующем Пожиратель может победить с шестидесятитрехпроцентой вероятностью.

Гарри подумал, что анализ предыдущего столкновения уже можно смело выбрасывать на свалку истории.

Генералы всегда готовятся к прошлой войне, но Пожиратель, унесший ноги с Земли, наверняка сделал выводы, и если он придет, то он будет готов.

Значит, настоящая вероятность их победы еще меньше. Но на это Гарри Бордену всегда было наплевать.

Он всегда верил, что ему достаточно и одного шанса.

Пусть даже на миллион.

И жил и действовал соответствующе.

– Двенадцать часов, – сказал Магистр. – Нет, к черту, сколько уже можно тянуть? Я хочу побыстрее со всем разобраться, так что шесть часов. Или нет, перед смертью не надышишься и все такое. Давайте лучше три.

Вычислитель молчал.

– Решено, три часа, – сказал Магистр. – Если через три часа на этой планете не начнется апокалипсис, причем нормальный, полноценный апокалипсис со всеми вытекающими, я буду расценивать это, как личное оскорбление. А когда меня оскорбляют, я злюсь. Конечно, я и так уже зол, но вряд ли вы хотите разозлить меня еще сильнее.

– Три часа, мессир, – повторил Вычислитель.

– Эй, я рад, что мы поняли друг друга, – равнодушно сказал Магистр. – А теперь о тех четверых. Имена, пароли, явки.

Вычислитель снова издал серию щипяще-свистящих звуков, хаотично перемешанных со щелчками. Гарри подумал, что это похоже на почерк врача, только в аудиоисполнении, но Магистр остался вполне доволен услышанным.

Магистр повернулся к Брюсу.

– Ты все зафиксировал?

– Конечно, мессир.

– Отлично, – сказал Магистр и снова посмотрел на Вычислителя. – Все слышали наш разговор?

– Да, мессир.

– Отлично, – повторил Магистр. – Убей его, Брюс.

Гарри такому повороту событий даже не особенно удивился. Смерть всегда ходила рядом с Магистром, была его постоянным спутником, и сегодня именем смерти было имя Брюс.

Он не стал усаживаться в позу лотоса и левитировать. Он просто шагнул в сторону, и в тот же миг физическое воплощение Вычислителя развеялось по воздуху мелкой прозрачной взвесью.

Гарри не стал проверять. Он не сомневался, что с основной сущностью Вычислителя произошло то же самое.

А Брюс уже шагнул назад и вернулся в реальность.

Похоже, это был легкий бой. Такой легкий, что его и боем-то нельзя было назвать.

Скорее, казнь.

Гарри со своим первым Вычислителем провозился куда дольше. Но в первый раз всегда тяжело.

К тому же, Борден был человеком, а Брюс – специально созданным для этой цели конструктом. Неудивительно, что у него была фора.

Гарри хмыкнул.

– Что на этот раз? – осведомился Магистр.

– Уверен, что это было необходимо? – спросил Гарри. – Парень все осознал и даже не сопротивлялся.

– Это было неизбежно, – сказал Магистр. – Они забыли, с кем имеют дело. Теперь они вспомнят.

– Тебе виднее, – сказал Борден.

– Все так, – сказал Магистр.

– И ты думаешь, что они подчиняться?

– Я знаю, что они подчиняться, – сказал Магистр. – Я отдал им приказ и у них нет выбора. Кроме того, они прекрасно осознают, единственное, что отделяет их от Пожирателя Миров – это мы.

– А почему они не могут броситься на него и завалить толпой? – поинтересовался Гарри.

– Потому что это так не работает, – сказал Магистр. – У каждого своя зона контроля. У каждого свои лимиты. Они не могут выходить за свои пределы возможного. Если бы могли, им не понадобился бы Пожиратель.

– Ладно, – сказал Гарри.

– Они все в этом замешаны, – сказал Магистр. – К сожалению, я не смогу убить всех. Без них Система перестанет работать.

– Может, оно и к лучшему? – спросил Гарри.

– Ты на самом деле думаешь, что хаос, который возникнет после отмены всех текущих правил, это лучшее?

– Может, стоит хотя бы правила пересмотреть?

– Почему же ты согласился с планом физрука, который основан на текущих правилах и утащит вас назад?

– Кого нас? – спросил Гарри. – Ту сотню человек, что осталась от населения планеты? Землян практически истребили. А за теми, кто выжил, охотится Немезида.

– А ты не думаешь, что после отката физрука все может повториться?

– Кто знает, – сказал Гарри. – Может быть, у него есть план и на этот счет.

– А если нет?

– Тогда миллиарды просто получат второй шанс, – сказал Гарри.

– И тебе не обидно будет все потерять? – поинтересовался Магистр.

– Что все?

– Хотя бы твое второе место, которое очень легко может стать первым.

– Все эти рейтинги ничего не значат, – сказал Гарри.

– Очень многие отдали бы все, что у них есть, чтобы оказаться хотя бы в десятке, – заметил Магистр. – Фактически, многие так и сделали.

– Люди глупы, мир несовершенен, и в конце концов мы все умрем, – сказал Гарри. – Может быть, даже сегодня.

– Не сегодня, – сказал Магистр.

– Меня еще кое-что беспокоит, – сказал Гарри.

– Например?

– Наше внешнее прикрытие, – сказал Гарри. – Через три часа начнется апокалипсис, сюда заявится Пожиратель Миров и мы дадим ему бой в инфосфере. Когда такое произошло на Земле, в реальном мире нас прикрывал целый клан и твоя армия огромных человекоподобных боевых роботов. И меня интересует, кто будет заниматься этим теперь. Потому что у команды физрука явно свои планы, и даже если они снизойдут до помощи, их всего трое.

– Ты не веришь в мои силы сдержать Пожирателя в одиночку? – картинно обиделся Магистр.

– Я помню Техас, – сказал Гарри.

– Не волнуйся, я тоже помню Техас, – сказал Магистр. – И я не собираюсь заниматься этим один. Когда придет время и начнется апокалипсис, я позову сюда старого друга.

Глава 22

Как говорил мой старик-отец…

Впрочем, пошел бы он к черту. С некоторых пор мне эта присказка больше не нравится.

Похоже, встречи и разговоры в уличном кафе под тентом уже вошли у меня в привычку. Грядущий неминуемый апокалипсис, вне всякого сомнения, поломает все привычки, а то, что будет потом, вряд ли поможет создать новые, но пока так.

Белла уехала в свою командировку, и я не стал ей говорить, что следующий номер газеты вряд ли выйдет из печати.

На самом деле, я был даже рад, что она уехала. Не принимая во внимания все остальное, пока Немезида в городе, находиться рядом со мной очень небезопасно.

Кое-кто мог бы заметить, что рядом со мной небезопасно находиться в принципе, но это такая игра и вот так я в нее играю. Что-либо менять уже поздно.

Сейчас, под занавес вот этого вот всего, я часто стал задумываться, что бы было, если бы в первые дни игры я принимал другие решения и действовал не так.

Если бы я не заехал тогда за Димоном… Не факт, что он сейчас был бы жив, но, по крайней мере, мне не пришлось бы его убивать самому. Возможно, я успел бы спасти Марину и не познакомился бы с Федором. А если бы я спас Марину, то вряд ли бы поехал на дачу к Кабану, он ей всегда не сильно-то и нравился, и не встретил бы ни Соломона, ни Виталика, и в конечном итоге я сидел бы в другом месте, в другой компании, и не ждал древнюю убийцу с уничтоженной не без моей помощи планеты на стаканчик чая со льдом.

Наша вчерашняя случайная встреча на набережной прошла очень цивилизованно, за что я был ей благодарен. В смысле, мы не только не попытались убить друг друга, разрушив при этом половину города еще до начала апокалипсиса, но даже каким-то образом сумели избежать сцен в духе «ты меня использовал и даже не позвонил» – «я просто потерял твой номер, а потом как-то не до того было».

Мы вежливо поздоровались и я представил ее Белле, как свою коллегу по преподавательской деятельности. Селена мне подыграла, выказала свое удивление по поводу того, как тесен этот мир, а потом предложила как-нибудь выпить чая втроем.

В районе полудня.

По счастью, Белла не могла, и я пришел на встречу один. И даже друзьям не сказал, потому что зачем лишний раз их волновать.

Тем более, я знал, что они стали бы меня всячески отговаривать, а мне было любопытно. Кроме того, если бы Немезида явилась сюда за моей головой, вряд ли при встрече она облачилась бы в легкий летний сарафан. И увидел бы я ее только после того, как ее кинжал перерезал бы мне горло.

Ну, по крайней мере, в тот момент, когда бы она попыталась это сделать.

Конечно, ее не стоило недооценивать. Она была старше меня в разы, если не на порядки, а уж преимущество ее игрового опыта просто зашкаливало. Но она не знала, что я уже потратил все бонусы изначального мира, а значит, считала, что так просто ей со мной не справиться.

Оставалось только выяснить, что ей надо, но по этому поводу я не переживал. Скоро она сама мне все расскажет.

И, конечно же, я был собран и насторожен. Я даже достал из инвентаря «дезерт игл» и засунул его за пояс, прикрыв сверху полой рубашки. Это увеличило время вытаскивания, но каким-то иррациональным способом все равно придавало мне уверенности.

Бита, которой я так и не сподобился дать имя, была помещена в ячейку быстрого доступа. И, разумеется, на шею я нацепил лучший из тех Амулетов Возрождения, что были в моем распоряжении.

Умирать я не собирался, но береженого… сами понимаете.

Я раскрутил свое довольно прокачанное восприятие и осмотрел площадь, но засады не обнаружил.

Вообще ничего подозрительного не обнаружил. Типичный ленивый жаркий полдень в небольшим приморском городке. Основная масса народа на пляже, потому что больше в небольшим примерских городках заняться-то и нечем.

В кафе кроме меня было всего два посетителя и официант. Ни один из них не походил ни на Немезиду, ни на ее приспешников.

Как в моем понимании должны были выглядеть ее приспешники? Лучше не спрашивайте.

Селена явилась ровно в двенадцать, что было несколько нетипично для женщин, которых я знал в прошлой жизни. С другой стороны, это же не свидание а деловая встреча, а на деловые встречи лучше не опаздывать.

Чтобы не разочаровать партнеров.

Селена во вчерашнем сарафане (что тоже несколько нетипично для женщин, которых я знал в прошлой жизни), летящей походкой пересекала площадь. Сложена она была очень неплохо и если и выглядела опасной, то совсем не в том смысле, который я привык вкладывать в это слово. Сейчас она была максимально не похожа на древнего хладнокровного убийцу. Впрочем, Магистр большую часть времени тоже не выглядел, как беспощадный демиург, попирающий свое творение левой ногой, а Федор внешне совсем не тянул на повелителя плазмы и огня.

Пожалуй, из всех моих здешних знакомых самим собой, тем, каким он являлся на самом деле, выглядел только Виталик. Здоровенный бородатый зомби с дробовиком.

Большой, буйный, немного безумный. Впрочем, мы все тут немного чокнутые.

Немезида вошла под тент и остановилась рядом с моим столиком.

– Привет, – сказала она. – Я присяду?

– Валяй, – сказал я.

Она присела и заказала чай со льдом, как и собиралась. Официант принес ее заказ довольно быстро.

Стремительный предапокалиптический сервис.

– Какими судьбами? – поинтересовался я, после того, как она сделала первый глоток. Может быть, в итоге мы и вцепимся друг другу в глотки, но разве это мешает быть вежливым прямо сейчас.

– Переговоры, – предложила она. – Я хочу вернуть наши отношения в цивилизованные русло.

– Мы разговариваем, – сказал я. – Это цивилизованно. Чуть раньше мы пытались убить друг друга, но это тоже часть цивилизации. Построенной, в том числе, и вашими стараниями.

– Не я создавала Систему, – сказала она. – Я в те времена даже не родилась. Если у тебя есть какие-то глобальные претензии, ты всегда можешь предъявить их Магистру, как последнему из оставшихся в живых основателей.

– Может, и предъявлю, – сказал я. – Кстати, он тоже здесь.

– Я знаю, – сказала она.

– А он знает, что ты здесь?

Она передернула плечами.

– Скорее всего.

– Как же все-таки здорово, что все мы здесь сегодня собрались, – сказал я.

– Я понимаю, что ты хочешь сделать, – сказала она. – И догадываюсь, что хочет сделать Магистр.

– Ну, а я в свою очередь догадываюсь, чего хочешь ты, – сказал я.

– Правильно. Мне нужен Венец.

– Условия прежние, – сказал я. – Он у меня с собой. Попробуй добыть.

– Я не хочу с тобой драться.

– Да с чего бы? – может быть, потому что она боится проиграть?

– После Земли я многое поняла и переосмыслила, – сказала она. – Эта… игра оказалась сложнее, чем я ожидала. Я не хочу с тобой драться. Я хочу перезапустить наши отношения. Начать их с чистого листа.

– Вряд ли это возможно после всего того, что ты… мы сделали, – сказал я. – К тому же, у тебя был план убить всех землян.

– Я от него отказалась.

– С чего бы?

– Когда я узнала, что ты задумал, я поняла, что проблема имбалансности землян на какое-то время будет решена и без моего прямого вмешательства, – сказала она. – И так гораздо проще, чем выслеживать и убивать их… вас поодиночке. Поэтому я не буду тебе мешать.

– Очень мило с твоей стороны.

– А когда ты закончишь, ты отдашь мне Венец.

– Очень может быть, когда я закончу, меня здесь уже не будет, – сказал я.

– А, так ты не знаешь, – сказала она.

– Не знаю чего?

– Я могла бы тебя помучать, но в качестве жеста доброй воли выдам эту информацию сразу. – сказала она. – Ты своей цивилизации больше не принадлежишь. Даже если ты откатишь Землю к ее прежнему состоянию, сам ты на нее уже не вернешься. Ты был в инфополе изначального мира, ты был носителем бонусов изначального мира, ты уже больше часть Системы, чем обычный человек с довольно отсталой планеты.

– Магистр сказал, что исход еще не определен, – заметил я.

– Магистр придумал само понятие лжи, – сказала Селена. – И если он тебе что-то говорит, это значит, что он хочет подтолкнуть тебя к каким-то выгодным ему действиям. Не больше, не меньше.

– А вы разве не одной крови? – спросил я. – Ты тоже Архитектор, Селена.

– Только по происхождению, – сказала она. – Я ничего здесь не строила.

– Зато с каким упоением ломала…

– Мне не нравится твой настрой, – сказала она. – Какой-то он негативный.

– Просто удивительно, с чего бы это, – сказал я. – Может быть, потому что ты перерезала глотку парню прямо на моих глазах?

– Ты о Разрушителе? – уточнила она. – Но какое это имеет значение? Да, я его убила, но ты все откатишь и он оживет. Смерти землян обратимы и скоро будут обращены, так что их можно выбросить из наших с тобой расчетов.

Звучало логично, но меня все равно поразило, с какой легкостью она об этом рассуждала. Возможно, что она на самом деле относилась к происходящему, как к игре, в которой было только два игрока – она и Магистр – а все остальные были неписями.

А жизни неписей в принципе не имеют значения и их можно выбросить из расчетов.

Всего лишь набор пикселей. Или, в данном случае, набор ботов.

А бегают, копошатся, хотят чего-то, порой даже странного…

– Магистр не говорил, что делать с Венцом после того, как ты закончишь?

– Говорил вернуть туда, где взял.

– Кстати, а где он прятал его все это время?

– У Кевина, – сказал я. – Это такой внекатегорийный темный властелин…

– Я знаю, кто такой Кевин, – сказала она. – Хорошее решение. Даже я не смогла бы подобраться к нему незамеченной.

И на старуху бывает внекатегорийный темный властелин.

– Ты клялся?

– Нет, – сказал я. – Это был просто разговор.

– Тогда ты можешь его не возвращать, – сказала она. – Просто отдай его мне.

– А что взамен? – спросил я. – Что я получу от этой сделки? В чем мой профит?

– Мы договоримся, – заверила она. – Я оставлю землян в покое. Навсегда. Поклянусь в этом Системой, если хочешь.

– Архитекторы наверняка знают, как обходить такие клятвы, – сказал я.

– Я уже говорила, я ничего тут не строила, – сказала она. – Я – такой же пользователь, как и ты. Я понятия не имею, как оно на самом деле все работает.

– Угу, – сказал я.

Мне был известен еще как минимум один способ устроить так, чтобы она навсегда оставила землян в покое, и она не могла о нем не знать. А значит, ей нужно было предложить что-то еще.

Поэтому я молчал и ждал этого предложения.

И тут возникла проблема.

– Чего ты хочешь? – спросила она напрямую.

А я не знал.

Чего мне хотеть, если Земля откатится к своему прежнему состоянию, и все мертвые воскреснут и получат свой второй шанс, а мы с Федором останемся здесь? Благодаря своему контракту с гномьим оружейным домом я был богат, я был топ номер один, обо мне пели песни и слагали легенды.