Текст книги "Система дефрагментации. Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Сергей Мусаниф

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 155 страниц)

Глава 1

Сильные возвысятся, слабые падут, Система поглотит и тех и других.

Это слова из приветственного системного сообщения так и крутились в моей голове. Мы определенно не пали, хотя и нельзя сказать, что особенно возвысились. Но, похоже, Система действительно нас поглотила.

Как сказал бы Виталик, к хренам.

Я не питал никаких иллюзий. Вряд ли портал, в который мы так дружно сиганули, перенесет нас в какое-то безопасное место. Я имею в виду, для нас, землян, безопасное.

Совершенно ясно, что вел он не на Землю, потому что откуда бы у залетного пришельца взялся второй свиток телепорта, ведущий на Землю, и, даже если бы он у него взялся, в какой момент он мог бы решить, что там достаточно безопасно?

Так что, скорее всего, при выходе из портала мы окажемся в его родном городе, клановом замке или любом из миллиона других мест, где нам не рады.

Портальный переход длился всего несколько мгновений, но субъективно растянулся на пару минут, так что я успел обдумать сии не слишком оптимистические мысли во всех подробностях, прежде чем приземлиться на каменный пол и увидеть знакомых до боли персонажей в изрядно привычных позах.

Федор, поднимающийся с четверенек, сосулечный маг, припертый к стене, и Виталик, припирающий сосулечного мага к стене, наставив дробовик ему прямо в левый глаз.

Несколько секунд у меня ушло на то, чтобы осмотреться.

Мы находились в пещере, в каком-то тупиковом ее отростке. Пол, стены, потолок – все было каменным. Стены и потолок оказались покрыты каким-то неизвестным нашим ботаникам видом светящегося мха, так что видимость была неплохая и глазам было вполне комфортно.

Впрочем, помимо вышеперечисленного, смотреть тут было особо не на что. Десять метров пещеры под небольшой уклон, потом поворот и кто знает, какая сволочь нас за этим поворотом подкарауливает. Система вывесила перед глазами очередное сообщение, но я не стал его читать, просто смахнув взглядом. Сейчас надо не читать, а кровопролитие останавливать.

Сосулечный колдун, безусловно, враг, вторженец и редиска, но пустить его в расход мы всегда успеем, если что. Сначала было бы неплохо выяснить, что он знает.

– Виталик, – позвал я.

– Чего тебе, Чапай?

– Ты бы пушку убрал. Ну, или хотя бы отодвинул немного. Мне кажется, ты ему стволом на мозг давишь.

Виталик что-то пробурчал себе под нос, но пушку из глазницы мага все-таки убрал. Но не слишком далеко.

– Привет, – сказал я магу. – Ты меня понимаешь?

Он кивнул.

– Где, сука, партизаны? – тут же проорал Виталик. – Какова численность отряда? Ковпак с ними? Зачем пускаете поезда под откос?

Я вот иногда не понимаю, кого в нем больше, сисадмина, разведчика или упыря. Кто его учил так с источниками информации работать?

До этого сосулечный маг был бледный и испуганный, а теперь он сделался еще и непонимающий. Ну, мои шутки тоже не все догоняют.

Федор поднялся на ноги, но только для того, чтобы осмотреться по сторонам, горестно вздохнуть и рухнуть на пятую точку, подперев спиной каменную стену пещеры. Судя по бегающим туда – сюда глазам, он читал какое-то длинное системное сообщение, после чего закрыл руками лицо, уткнул его в колени и затих.

Впрочем, он в последнее время вообще оптимизмом не отличался.

– Тебя как-нибудь зовут? – спросил я сосулечного мага.

Он кивнул.

– И как же тебя зовут? – терпеливо спросил я.

– Кэленоптикус, – сказал он. – Кэл.

– Отлично, – сказал я. – Ты же не будешь делать глупостей, Кэл? Строить из себя героя и вот это вот все?

Он помотал головой в универсальном жесте отрицания. Ну, если он не болгарин, конечно. Но мне почему-то казалось, что он не болгарин.

– Он не будет делать глупостей, – подал голос Федор. Надо же, а я думал, что он из происходящего полностью выключился. – Потому что самую большую глупость он уже сделал.

– Да ну? – удивился я. – Это какую же?

– Ты вообще системные сообщения читаешь? – спросил Федор.

– Время от времени, – сказал я.

Он тяжело вздохнул.

– Я все время забываю, что ты нубский нуб.

– Зато ты у нас великий нагибатор, – сказал я.

– Ты последнее сообщение все же прочитай, – сказал он и снова вздохнул.

– Оно слишком длинное, – сказал я. – Можешь резюмировать? Только вот без этих драматических пауз, театральных вздохов и прочего заламывания рук. И как это связано с большой глупостью, которую сделал наш новый… э… знакомый?

– Он открыл проход сюда, – сказал Федор. – Тебя не удивило, что портал не закрылся сразу после того, как он им воспользовался?

– Немного удивило, – сказал я. – Но в целом мне было не до того. Армагеддон там, столица в огне, пейзаж вокруг рушится.

– Портал не закрылся, потому что он рейдовый, – объяснил Федор. – И ведет в квестовое подземелье, которое никто раньше не проходил.

– Выходит, мы первооткрыватели? – уточнил я.

– Типа того.

– И что тебя так расстраивает?

– А ты выход видишь?

– Там, за поворотом?

– Нет, – сказал он. – К сожалению, нет. Мы прибыли сюда телепортом, и уйти отсюда сможем только телепортом. А он откроется, когда мы пройдем этот данж до конца и босса его завалим.

– Ок, выйдем чуть позже, чем рассчитывали, – сказал я.

Как по мне, то это был не самый плохой расклад. По крайней мере, тут не было разъяренных соклановцев Кэла в количестве, превышающем то, которое мы могли бы убить.

А в том, что надо будет драться, я с самого начала не сомневался. Такая уж это игра.

Федор вздохнул еще раз, и я подумал, что это начинает меня раздражать.

– Ты не воспринимаешь это все всерьез, – сказал он. – Но говорил бы по-другому, если бы таки прочитал это долбанное сообщение. Там есть рекомендованный состав рейда.

– Ну, ты же прочитал.

– Да, – сказал он. – Я прочитал. И я тебе процитирую. Рекомендованный состав рейда – тридцать игроков уровня от двухсотого и выше. А теперь посмотри вокруг и найди мне еще двадцать семь игроков. Даже неважно, какой у них уровень.

– Двадцать шесть, – машинально поправил я.

– Да вообще без разницы.

Я повернулся к Кэлу.

– Он правильно интерпретирует? Все так?

Кэл обреченно кивнул.

– У тебя есть еще свитки порталов?

– Да, – сказал он. – Но они не сработают. Это квестовый данж, пока мы его не зачистим, нас отсюда никто не выпустит.

– И на кой черт ты в него влез? – спросил я.

– Схватил первый попавшийся свиток, – сказал он. – Не думал тогда. Там же «Проклятие владык» активировалось, это верная смерть в радиусе десятка километров. Неужели ты думаешь, что я бы специально сюда прыгнул? Или я на идиота похож?

– Кто тебя знает, – сказал я. – К нам-то ты влез.

– Это был клановый рейд, – объяснил он. – Нельзя отказываться. Командир сказал прыгать, все прыгнули.

– Прямо как, сука, в армии, – сказал Виталик.

– Это и есть армия, – сказал Кэл.

– Предлагаю временное перемирие, – сказал я. – Или хотя бы договор о ненападении. Друзьями мы, конечно, вряд ли станем, но давай хотя бы воздержимся от того, чтобы друг другу глотки грызть.

– Ладно, – сказал Кэл. – Чего уж теперь.

– Не вопрос, – согласился Виталик и отодвинул дробовик еще на пару сантиметров.

– Ты давно в игре? – спросил я Кэла.

– В Системе, ты имеешь в виду? С самого рождения.

– Значит, должен неплохо в ней разбираться, – сказал я. – Какие у нас шансы пройти данж нашим составом?

– Никаких.

– А с тобой вместе?

– А я так и посчитал.

– Можно, я его теперь пристрелю к хренам? – поинтересовался Виталик. – Раз нам так и так, сука, конец?

– Убери вообще дробовик, – сказал я. – Хватит уже этой штуковиной размахивать.

– Как скажешь, Чапай, – сказал он и потянул за спусковой крючок.

Дробовик щелкнул. Кэл вздрогнул.

Больше ничего не произошло. Виталик перебросил дробовик в другую руку и убрал инвентарь.

– Ну и какого черта ты вытворяешь? – поинтересовался я.

– Демонстрирую тебе глубину задницы, в которую мы попали, – сказал Виталик. – Мне Система сообщила, что технологическое оружие в этом мире не работает. Так что пострелять нам не судьба.

– А оно у тебя технологическое? – удивился я. – Судя по тому, как от него бошки разлетались, я думал, там без магии не обошлось.

– Сам в шоке, – сказал Виталик.

Наши шансы успешно зачистить данж таяли на глазах. Я повернулся к Кэлу.

– Какова вероятность, что кто-нибудь нападет на нас прямо здесь?

– Невысокая, – сказал он. – Крайне невысокая. Это точка входа, условно безопасное место. Вон до того поворота, примерно. За ним уже может быть, что угодно, а тут площадка для построения рейда, оббафливания и разработки тактики. Разве что случайно какой-нибудь моб забредет, и то вряд ли. А так, хоть лагерем здесь стой, если припасов хватит.

– И как у тебя с припасами?

– Есть сухпай, – сказал он. – Мне бы на месяц хватило. Если делить на всех, то неделя.

– Это ж не первый данж в твоей жизни, наверное, – сказал я. Он кивнул. – Если бы у нас был нормальный рейд, как в рекомендации написано, сколько бы времени заняла зачистка?

– В рекомендации приводятся минимальные требования, с которыми у нас были бы хоть какие-то шансы, – сказал Кэл. – На самом деле, для успешного прохождения таких вот подземелий требуется команда раза в два круче, чем там написано. А так это вообще все непредсказуемо. Бывали данжи, которые за несколько часов чистили, бывали, в которых неделями сидели. А бывали и те, из которых вообще никто не возвращался. Про этот данж я вообще ничего не знаю, я… мы портальный свиток всего пару недель назад выбили, никакой информации не нарыли пока.

– А какое место ты в иерархии клана занимаешь? – поинтересовался Виталик. – Как к тебе вообще этот свиток попал, и на хрена ты его в рейд потащил?

– Э… Ну… – он потупился. – Если честно, в клане про этот свиток вообще ничего не знают. Он случайно с другого игрока дропнулся при стычке, а я залутал. Хотел продать на аукционе, хоть немного денег заработать. А то в клане жалование небольшое и то задерживают.

– Скрысятничал, значит, – удовлетворенно констатировал Виталик.

– Что с боя взято…

– Ага-ага. А в кланхран добычу сдавать не надо? Хорошие же у вас порядки.

– Так-то надо, – сказал Кэл. – Но у нас многие не всё сдают, приторговывают помаленьку на аукционе и черном рынке. Руководство обычно на это глаза закрывает, потому что с финансами проблемы…

– Вот потому, сука, и проблемы, – сказал Виталик. – Впрочем, это все лирика, к хренам, к нашей ситуации имеющая отношение весьма опосредованное. Давайте лучше думать, как мы отсюда выбираться будем.

– Никак, – сказал Кэл.

– Он, в сущности, прав, – сказал Федор. – Эта локация нам не по уровню.

– Ну и какие ваши предложения? – спросил я. – Неделю жрать сухпай, а потом лечь у стенки и умереть? Кэл, как у вас вообще такие дела делаются? Если по умному?

– По умному такие свитки на аукционе продают, к хренам, – сказал Виталик. – Так ведь?

– Так, – подтвердил Кэл. – Но вообще для зачистки таких данжей требуется рейд с запасом прочности раза в три превышающим рекомендованный Системой. С танками, хилерами и разведчиками, которые будут идти впереди в стелсе и разведывать, что нас там ждет и с каким типом противника придется иметь дело, чтобы остальные могли соответственно подготовиться. Это не говоря уже о предварительном сборе информации, на который иногда вообще годы уходят.

– Понятно, – сказал я. Звучало логично и не противоречило общим принципам ведения войны. Сбор данных, анализ, подготовка, тщательное планирование, и лишь потом – бравый кавалерийский наскок. Но мы подготовительные стадии как-то очень лихо проскочили. – А ты вообще кто по специализации?

– Маг Воды, – сказал он.

– Сельскохозяйственное какое-то направление, – сказал Виталик. – Хилка-то хоть какая-нибудь есть?

– Есть одна, но очень слабенькая, – сказал Кэл. – Лечение малых ран.

– И то, сука, хлеб, – сказал Виталик. – Быть тебе целителем.

– Нам бы еще танк не помешал, – сказал Федор. – С разведкой-то в любом случае засада.

Когда он заговорил о разведке, я подумал о Димоне. Где он теперь? Жив ли? Если во время срабатывания «Проклятия владык» был в городе, то вряд ли, но кто же знает, где он был? У него же квест…

– В принципе, я могу потанковать, – сказал Виталик, – только мне надо броню соответствующую надеть.

– Надевай, – разрешил Федор.

– Так ее надо сначала с кого-нибудь выбить, к хренам, – сказал Виталик. – Откуда у меня броня-то?

Я погрузился в раздумья, и были они невеселые. Мы выжили, но надолго ли это? Выбрались из одной переделки и сразу же попали в другую.

Мы уже не на Земле, значит, бонусы защитников, повышающие урон, работать не будут. Огнестрела нет. Медиков нет. Информации нет. Есть данж неизвестных размеров, населенный неизвестным противником, который вряд ли будет рад нас видеть.

А может, как раз и рад. Может, они тут заскучали все без доброй драки, а тут как раз мы.

Нас трое. Один из нас – зомби, непись и немножечко псих, другой – низкоуровневый маг самой распространенной специализации. Плюс местный игрок, единственный, кто хоть как-то к этому данжу по уровню подходит.

А ведь скажут, что нас было четверо.

– А может… – начал было Федор.

– Не может, – сказал ему Виталик. – Тихо сиди. Не видишь, Чапай думает.

Возможно, не такой уж и псих.

Итак, никакое планирование невозможно, пока мы не поймем, с кем нам придется иметь дело, а выяснить это можно только одним способом.

Но сначала надо в отсутствии других вариантов удостовериться. Глупо долбиться лбом в бетонную стену, когда рядом, возможно, есть открытая дверь.

– Сколько у тебя витков перемещения? – спросил я у Кэла.

– Шесть, – сказал он после короткой паузы. – Но они не сработают…

– Куда они ведут?

– Четыре – во внутренний двор кланового замка, – сказал он. – Два… в город неподалеку оттуда.

– Давай сюда те два, которые ведут в город, – сказал я, протягивая руку. В замок-то их нам точно без надобности, не отмахаемся.

– Они не совсем, чтобы в город, – замялся он, – то есть, в город, но… Есть там одна девушка…

– В спальню сразу, что ли? – заржал Виталик. – Ну ты молодец, к хренам. И правильно, чего время зря терять.

– Ничего мы твоей девушке не сделаем, – сказал я. – Давай.

В его руке появились два свитка и он передал их мне. Ну, куда-то они ведут, но мне эти координаты ничего не говорили. Может, это и ловушка.

– Попробуй использовать переход в замок, – сказал я.

– Да не будет ничего, – сказал он. – Свиток я потрачу, как только печать сломается. А он, между прочим, денег стоит.

– Если все так, как ты говоришь, об экономии можно уже не беспокоиться, – сказал я. – Пробуй.

Он материализовал в руке новый свиток, со вздохом сломал печать. Свиток осыпался прахом, больше ничего не произошло. Искорка надежды, на миг мелькнувшая в его глазах, снова погасла.

Кэл остался с нами.

– Я же говорил, – сказал он.

– Всегда надо убедиться, – сказал я, – тогда предлагаю следующий план действий. Проведем разведку боем. Убьем, кого попало, а потом вернемся сюда и снова все обмозгуем. В свете новых открывшихся обстоятельств, так сказать.

Федор вздохнул. Кэл молча достал из инвентаря какую-то, откупорил пробку, выпил. Наверное, баффается, а значит, внутреннего противоречия не испытывает.

– Отличный план, – сказал Виталик, вытаскивая из инвентаря свой здоровенный топор и вращая его в руках. – Давно уже пора залить тут пол красненьким и чьи-нибудь кишки по стенам развесить.

Я похрустел суставами пальцем, покачал головой из стороны в сторону, разминая шею, достал из инвентаря топор.

Пора сделать кому-нибудь страшно.

Глава 2

Как говорят местные, хочешь рассмешить Систему, расскажи ей о своих планах на прокачку.

Мы построились в боевой порядок – впереди был Виталик, за ним, левее и чуть позади, пристроился я, между нами оставался промежуток, в который должны были влетать заклинания магов, благо, ширина коридора пока это позволяла. Мне не очень хотелось подставлять Кэлу наши спины, но он был каким-никаким целителем, и должен был видеть всех нас, поэтому ему и выпало замыкать нашу процессию.

Мы повернули за угол, прошагали метров двадцать и нарвались на нашего первого противника. Им оказался здоровенный волосатый прямоходящий кабан, у которого было два меча вместо рук.

– Челмедведосвин! – возликовал Виталик и с молодецким хэканьем попытался обрушить топор ему на голову. Кабан принял топор на одно из своих лезвий, а второе выбросил вперед, в попытке достать Виталика. Тот увернулся, сделал шаг назад, снова ударил и снова нарвался на блок.

В грудь кабана влетели три сосульки и фаерболл. Местный-то маг был порасторопнее нашего.

Здоровье кабана чуть просело, а сосульки его слегка замедлили. Я подлетел сбоку, поднырнул под широкий взмах рукомеча и пнул его в коленную чашечку «сокрушительным ударом». Нога кабана подломилась, но он не упал на пол, а лишь слегка перекосился, не переставая размахивать мечеруками. Интересно, а что он делает, если у него почешется где-нибудь? Не, если спина, то можно и о стену потереться, а если место более труднодоступное?

Еще три сосульки и фаерболл.

Кабан продолжал отмахиваться от нас, как ни в чем ни бывало, разве что стал чуть менее подвижен. В конце концов, Виталику удалось прорваться через его оборону и воткнуть топор ему в плечо. Кабан взревел, дернул здоровой рукой, высек несколько камешков из стены и пропустил прямой в голову от меня.

Но то ли голова у него оказалась чугунная, то ли топор мне попался неправильный, здоровье его просело, но мне даже крит не засчитали. На добивание потребовалось еще три удара – два от меня и один от Виталика. Сосульки и фаерболлы в зачет не шли.

Нам с Виталиком упало по уровню, Федору прилетело аж два, а Кэл не апнулся, потому что и так был довольно прокачанным.

Решив, что для первого раза мы увидели достаточно, я скомандовал возвращение в безопасный отнорок.

Но сначала Федор залутал тело. С кабана выпало пять золотых монет с профилем какого-то неизвестного мне чувака, и колечко с бонусом на мудрость. Колечко мы отдали Федору, а монеты разделили на всех. Лишнюю я оставил себе, просто потому что никто особо не возражал.

Отступив на заранее облюбованную позицию, мы расселись на полу.

– Затащили мы его все-таки, – сказал я. – Значит, не так все и плохо.

– Все плохо, – не разделил моего оптимизма Кэл. – Это был первый моб, встреченный нами на первом уровне данжа, практически не отходя от точки входа. По определению, это самый слабый моб всего подземелья, и то, что мы его затащили – это никак не хороший знак. Потому что мы не должны были его затаскивать. Нормальный рейд положил бы его двумя ударами и пошел дальше, не останавливаясь.

– Полку оптимистов, сука, прибыло, – констатировал Виталик. – Все маги такие занудные?

– Но он ведь прав, – сказал Федор. – Представьте себе, если бы этих сволочуг было два.

– Если бы у бабушки были колеса, это была бы не бабушка, а сигвей, – сказал Виталик. – Как тут уровень сложности растет?

– По экспоненте, – сказал Кэл.

– Эта хрень была стосемидесятого уровня, – сказал Федор. – Это значит, что финальный босс, в зависимости от протяженности подземелья, вполне может быть уровня триста плюс. Или четыреста плюс. В любом случае, ничего хорошего.

– Что-то не нравится мне эта арифметика, – заметил Виталик.

– Возьми и сам посчитай.

– А что это было вообще? – спросил я. – Ну, вот то, которое мы убили. Как оно называлось и из чего оно эволюционировало?

– Оно не эволюционировало, – сказал Федор. – Это был мутант М-3, результат магического эксперимента. Этот данж – что-то вроде лаборатории местного доктора Моро, которого покусали доктор Менгеле и Волдеморт. Если бы ты читал сообщения, ты бы это знал. Как и то, что только мы можем спасти этот мир от порождений его чудовищного научного гения.

– Прям вот только мы? – удивился я.

– Мы, игроки.

– М-3, сука, – сказал Виталик. – Воображение местных геймдизайнеров прямо-таки поражает, к хренам.

– Это одноразовый данж, – сказал Кэл. – Они часто вот такие. Без изысков. Мы пройдем… ну, в смысле, кто-нибудь пройдет, и данж схлопнется, как будто его и не было никогда.

– А в чем профит? – не понял я.

– Что? – видимо, некоторые слова Система таки не переводила.

– Выгода в чем?

– В добыче, – сказал Кэл. – В добыче и опыте. Может, еще ачивок уникальных отсыплют.

– Как вы вообще живете в этом безумии? – спросил я.

Он пожал плечами. Так мол, и живем.

Я вытянулся на каменном полу и положил руки под голову. Бой был недолгим, но перед ним был еще бой, а перед ним еще один, а перед ним меня вообще убили к чертовой матери, и я имел полное право чувствовать себя немного уставшим.

Достал из инвентаря сигареты, потом передумал. Запах дыма может разнестись по всей пещере и привлечь сюда еще парочку кабанов-мутантов или еще кого похлеще, а я отдыхаю.

Все системные сообщения я все прочитал заранее. Я, конечно, дурак, но не до такой же степени, чтобы лезть в драку, не зная ничего ни о противнике, ни о местности. Однако, в нашу теплую компанию затесался Кэл, а он был мало того, что не землянин, так еще и родился после прихода Системы в его мир, и я ему не доверял. Поэтому предпочитал корчить из себя молодцеватого придурка, у которого и мышц-то немного, а мозгов вообще нет.

Притупить, так сказать, бдительность. Может, он и не враг, может, дальше вообще все ровно будет, но пусть он лучше меня слегка недооценивает.

Или не слегка.

– А вот у меня технический, сука, вопрос, – заявил Виталик. – Как этот выход вообще обычно выглядит? Тупо дверь, которая ведет, к хренам, в райский сад, где певчие птички и плоды, сука, на ветках?

– Скорее всего, это будет телепорт, – сказал Кэл. – Раз мы пришли сюда телепортом, то и уходить, видимо, тоже им. Так это обычно бывает.

– Телепорт куда? – спросил Виталик.

– Обычно это телепорт наружу, к точке входа, – объяснил Кэл. – Но поскольку точки входа тут нет, скорее всего, нас выбросит… выбросило бы к ближайшему городу. Если, конечно, это не начало какой-нибудь линейки квестов, и тогда телепорт будет вести к следующему звену цепочки, по которой придется идти.

– И так, сука, бывает?

– Не слишком часто, но бывает. А почему ты вообще спрашиваешь?

– Я просто думаю, а нельзя и к этому телепорту, сука, просто так подкрасться, – сказал Виталик. – Не убивая всю эту мутотень, которой тут, сука, скорее всего неприлично много.

– Бывают разные варианты прохождения, – сказал Кэл. – Но для того, чтобы прокрасться, никого не убивая, надо быть стелсером. А ты не стелсер.

– Да тут вообще со стелсерами засада, – сказал Виталик.

– К тому же, очень часто телепорт открывается только после убийства босса, – сказал Кэл. – Так что убивать, скорее всего, пришлось бы в любом случае.

– А нельзя попробовать договориться? – спросил Федор.

– С кем? – удивился Кэл. – С мобами?

– Ну, они неписи, у нас в команде тоже есть непись, может, они могли бы найти общий язык… Типа, непись неписю глаз не выклюет.

Кэл внимательнее присмотрелся к Виталику и сокрушенно покачал головой.

– Здесь мутанты, а он – нежить. Это разные фракции.

– Печально, сука, – сказал Виталик. – Видимо, пришла пора для флешбека сенсея.

– Для чего?

– Ну, вот во всяких фильмах про боевые искусства обязательно наступает момент, когда в ходе решительной, сука, схватки главный герой внезапно отхватывает люлей, – сказал Виталик. – И он такой падает на пол и начинает вспоминать какой-нибудь давний эпизод из самого начала фильма, когда его старый и мудрый, сука, учитель прогонял какую-то очередную заумную дичь, которую туповатый герой, а герой в такого рода фильмах, как правило, туповат, в тот момент не может оценить по достоинству. Но сейчас, отбуцканный по самое не балуйся, он внезапно же ловит момент просветления, понимает, что бодрый старикан имел в виду, открывает для себя новую боевую технику, а заодно и второе дыхание, к хренам, поднимается на ноги и вваливает уже злодею. Я называю такие моменты «флешбеком сэнсэя». Нас, конечно, еще не отбуцкали, но все к тому идет, так что если у кого есть чего вспомнить, то самое, сука, время.

– Не, – сказал Федор. – Мой сэнсэй говорил: «Всегда делай бэкапы», это нам сейчас вряд ли пригодится.

– Мои учителя тоже ничего подобного не говорили, – сказал Кэл.

– А у тебя с этим как, Чапай?

– Никак, – сказал я. – Те, кто учили меня драться, требовали, чтобы я применял их уроки вот прямо сейчас, иначе они меня отбуцкают, и их методика кажется мне более эффективной, чем та, которую ты описал. Я имею в виду, а вдруг в решающий момент герой возьмет и ничего не вспомнит? Встанет и ему опять наваляют.

– Тогда фильм про кого-нибудь другого снимут, к хренам, – сказал Виталик.

В принципе, они мыслили в правильном направлении. Если боевая задача не решается в лоб, к ней надо зайти с флангов или, что еще лучше, заползти в самый тыл. Но проблема в том, что у некоторых задач нет флангов, да и тыл попросту отсутствует.

Здесь у нас пещера, и значит, данж предполагает коридорное прохождение. Возможно, будут встречаться какие-то ответвления, но мимо основных ключевых точек нам пройти вряд ли дадут. И, поскольку мы не ниндзя, драться все равно придется.

Я вызвал интерфейс. У меня оставалось в запасе некоторое количество очков характеристик и очков навыков, но я не представлял, куда их нужно вложить, чтобы выносить мутантов без проблем. Больно уж эти твари живучие.

– А каково это вообще? – спросил Виталик у Кэла. – Ну, жить в Системе с самого начала? Родился, а у тебя сразу интерфейс?

– Да, – сказал Кэл, – только он до пяти лет заблокирован, смотреть можно, а делать ничего нельзя. Потом получаешь первый уровень, интерфейс становится доступен, но только под родительским контролем. В десять лет начинается настоящая прокачка, и ты получаешь такие же возможности, как и другие игроки. И несешь те же риски.

А у нас порог на детство в районе четырнадцати лет установлен, если Соломон не врал. Похоже, у Системы индивидуальный подход к каждому из миров. Или, если ты родился в Системе, у тебя другие условия?

– А почему ты решил стать магом? – спросил Федор.

– Единственный способ убраться из той дыры, где я вырос, – сказал Кэл. – Хотя бы на время обучения. А уже в академии мне клановый вербовщик подвернулся. А каково жить без Системы?

– Нормально, – сказал Виталик.

– Но как ты узнаешь, в какую сторону тебе развиваться? – спросил Кэл. – Как ты поймешь, что все правильно делаешь?

– Это, сука, философский вопрос, – вздохнул Виталик. – Многие доживают до старости и от нее же и помирают, так и не будучи уверенными, что все в этой жизни сделали правильно, к хренам.

– От чего помирают? – не понял Кэл.

– От старости.

– А это как?

– Ну, как бы тебе объяснить, дитя компьютерной игры, – сказал Виталик. – Это когда ты продолжаешь набирать уровни, а характеристики у тебя, вместо того, чтобы расти, начинают падать. Интеллект, ловкость, выносливость, вот это вот все падает к хренам, и когда что-нибудь из этого падает в ноль, тебе кирдык. Кроме, наверное, интеллекта… Хотя я и знал пару людей, которые от собственной тупости померли, но это от возраста не зависит.

– А зачем тогда набирать уровни?

– Так они ж, сука, неотключаемые, – сказал Виталик. – Хочешь, не хочешь, а набираются.

– Тогда вы должны расценивать приход Системы, как благо, – сказал Кэл. – У нас никто от таких странных причин не умирает.

– Да, мы оценили, – сказал Виталик. – Особенно те, кто с приходом Системы в зомби превратился.

– Такова плата за вхождение в миры Системы, – сказал Кэл.

– Проблема в том, что нам продали этот билет насильно, – сказал Виталик. – Конечно, лично я от этого только выиграл, но, сука, если бы у меня спросили и сразу озвучили цену, то я бы, наверное, предпочел остаться мертвым.

– Как давно поглотили ваш мир? – спросил я. – То есть, как давно он вошел в Систему?

– Давно. Лет триста уже.

Триста лет, и ведь это явно не первая волна. До чего же устойчивая штука эта Система. Даже и не поймешь, как ее правильно шатать.

– А что у вас было до этого? – спросил я. – Какой уровень развития?

– Мечи, кольчуги, арбалеты.

Оружие – универсальное мерило. Скажи мне, чем ты убиваешь ближнего своего, и я скажу, на каком уровне развития находится твоя цивилизация.

– А магия была? – поинтересовался Федор.

– Магия приходит с Системой.

Ага, значит, это все-таки не магия в прямом смысле слова, а технология, настолько продвинутая, что мы ее от магии отличить не можем.

Информация любопытная, но здесь и сейчас ее к делу не пристроишь. Похоже, нам придется брать этот данж натиском, лоб в лоб, топор в топор, чистить его долго и методично. А вот насколько долго мы можем тут пробыть?

Сухпая хватит на неделю, но это ерунда. Мутанты вон на кабанов похожи, ножи с топорами у нас есть, огонь нам Федор обеспечит, в крайнем случае будем шашлыки из них жарить. С водой вопрос тоже наверняка решаемый, должны же тут быть какие-нибудь подземные реки и ручьи.

Но если нам суждено проторчать тут достаточно долго, на первое место выйдет вопрос психологической устойчивости. Вечный бой, постоянный стресс, люди от такого ломаются.

За себя я практически не переживал, в Виталике тоже был более – менее уверен. Насчет Кэла… тут черт его знает. С одной стороны, он местный, должен быть к такому привычен. Но чужая душа – потемки, а мы об этом человеке не знаем вообще ничего.

Вот Федор вызывал определенные опасения. Он, скорее всего, первым и свихнется. Не сильно-то он устойчивый, прецеденты уже бывали. Реальный боевой опыт никакими симуляторами не заменишь, хоть ты там до бога прокачайся.

Одно дело – мышкой по экрану тыцкать, и совсем другое – когда кровища из перерезанного тобой горла тебе же в лицо хлещет и осколки костей под ногами хрустят.

Поскольку времени терять не хотелось категорически, решил, что уже достаточно отдохнул, и поднялся на ноги.

– Пойду прогуляюсь на разведку, – сказал я. – Сидите здесь, и будьте готовы, на всякий случай. Если я на кого нарвусь и пойму, что один не справлюсь, а вместе затащим, то паровозом притащу сюда. А нет – так нет.

– Ты уверен, что хочешь пойти один? – спросил Виталик.

– Уверен.

– По-моему, это тупая идея, – сказал Виталик.

– По умному мы уже пробовали, – сказал я. – И результат никого не удовлетворил.

– Как знаешь, – сказал Виталик. – Из оружия надо чего?

– Пулемет бы не помешал.

– Пулемета не дам, – сказал Виталик. – Но возьми хотя бы пару кинжалов.

– А и давай, – сказал я, принимая от него оружие. Один повесил на пояс, другой убрал в инвентарь.

Ножей много не бывает.

– Ну, ты большой мальчик и сам все понимаешь, – сказал Виталик. – И все же поаккуратнее там.

– Угу, – сказал я.

– Когда тебя обратно-то ждать? Если без форс-мажора?

– Думаю, через часок, – сказал я. – А потом можете начинать нервничать.

– Так я, сука, уже.

Ладно, долгие проводы – лишние слезы. Я достал топор, помахал им, чтобы заново прочувствовать его баланс, проверил, что новый кинжал достаточно легко выходит из ножен, и пошел на разведку.