Текст книги "Система дефрагментации. Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Сергей Мусаниф

сообщить о нарушении

Текущая страница: 83 (всего у книги 155 страниц)

Глава 21

Я остановил машину и заглушил двигатель.

Несмотря на то, что всю дорогу я спешил и утапливал педаль газа в пол, поездка все равно показалась мне слишком короткой.

Видимо, я просто соскучился по самому этому чувству – быть за рулем – и мне хотелось ехать подольше. И неважно, куда, и неважно, что нормальных дорог в этом всеми забытом мире никогда не было. Положить одну руку на руль, другую высунуть в открытое окно, нацепить на нос солнцезащитные очки, подставить лицо ветру и просто топить вдаль, ни о чем не думая, ни о чем не беспокоясь.

К сожалению, в моей ситуации это было невозможно.

Мне предстояло обдумать, проанализировать и осмыслить такой океан информации, что я даже не знал, с какой стороны к нему подступиться.

Поэтому я старался больше действовать, чем думать. Тем более, что план на ближайшие часы был прост, очевиден и подготовлен заранее.

Если это вообще можно было назвать планом.

Я вышел из машины, достал Клавдию и положил ее на плечо, как простой люберецкий пацан, явившийся на очередную рядовую стрелку. Скучно, неинтересно, давно уже приелось, но кто-то же должен этим заниматься…

За время моего отсутствия на этой планете большие топовые кланы определились с тем, как им следует поступить с Данжем Воли, и сделали с ним большое топовое ничего.

И решили, что все остальные тоже ничего с ним делать не будут.

Они разбили возле Данжа Воли небольшой лагерь, шатров на пятнадцать, и просто следили за тем, чтобы в подземелье никто не входил.

Ну, их стоило бы поблагодарить уже за то, что они откопали вход. Наверное, так его было легче контролировать.

У входа скучало пятеро недотопов. Два танка, два мага и стрелок. Вполне возможно, где-то в невидимости еще и стелсер дрыхнет. Ребята, должно быть, изрядно проштрафились, если их назначили на этот пост.

Я отозвал «ласточку» и направился к ним неторопливой уверенной походкой в стиле «это наша территория, а вы вообще непонятно откуда нарисовались».

Судя по тому, что никто не стал судорожно хвататься за оружие и принимать позы для быстрого каста, они меня не узнали.

Или вовсе обо мне не слышали.

– Заблудился, турист? – лениво спросил танк, сплевывая через плечо.

– Мне только спросить, – сказал я и махнул свободной рукой в сторону данжа.

– Так ты у нас спроси, – сказал танк. – Если будешь достаточно вежлив, мы, может быть, даже ответим.

– Вас-то о чем спрашивать, видно же, что вы не шарите, – сказал я и включил в настройках полный доступ к своей личной информацией. Ну, чтобы не только здоровье, но и ник, и уровень, и место в рейтинге сразу всем желающим высвечивалось. – Ребят, я, как никто, ценю такие базары и иногда часами могу их поддерживать, но сегодня у меня просто настроение неподходящее. У меня был долгий тяжелый день, и я хотел бы закончить его в хорошей компании. И, если что, примечание для особо непонятливых. Под «хорошей компанией» я имел в виду не вас.

– Это же физрук, – один из волшебников оказался Архимагом Очевидность. – Второе место в общем топе.

– И он здесь уже бывал, – сказал танк.

– Все так, – подтвердил я. – И я там кое-что забыл, что так просто заскочу на минутку и заберу. Вы можете об этом даже никому не докладывать.

– Мы не можем, – сказал танк. – У нас приказ.

– Это другое дело, – сказал я. – Но я все равно войду.

– Но там уже ничего нет, – сказал танк. – Босс ушел. Теперь это не данж, а просто дырка в земле.

– Тогда зачем вы ее охраняете?

– Потому что у нас приказ.

– Ты хотя бы сам понимаешь, насколько странно это звучит? – спросил я.

– Это политика клана, – сказал танк. – Я в нее не вникаю. Приказали стоять, я стою. Приказали никого не пускать, я никого не пускаю. Я тебя уважаю, физрук, но мне не нужны проблемы.

– Тогда зачем ты их так настойчиво ищешь? – спросил я.

Вместо ответа он положил правую руку на меч, а в левой материализовал здоровенный щит. Я покачал головой.

– Если ты обо мне слышал, то должен понимать, что это не поможет.

– Но никто не упрекнет меня, что я не попробовал.

Откровенно говоря, мне не хотелось их убивать. Да, они были околотопа, и на всех наверняка висели Амулеты Воскрешения, но уж я-то знал, что стопроцентной гарантии респауна они не дают.

А эти игроки не были моими врагами. Они всего лишь оказались на моей дороге в самый неподходящий для этого момент.

Поэтому я стал действовать аккуратно.

Для начала я сокрушительно пнул изготовившегося к бою танка в коленную чашечку, отчего его нога выгнулась в другую, не предназначенную для этого природой, сторону. В моей прошлой реальности человек после такой травмы скорее всего остался бы хромым на всю жизнь, а тут ему стоит полежать полтора часа в тенечке и он снова будет скакать козлом.

Второму танку я смазал стальным кулаком по башне. Он был парнишка крепкий, так что сдерживаться я не стал.

Его глаза закатились и он стал медленно оседать на землю.

Еще до того, как он осел, я ткнул Архимага Очевидность Клавдией в солнечное сплетение, а обратным движением воткнул рукоятку биты второму магу в живот.

Оба согнулись, обхватив себя руками, и потеряли подходящее положение для каста.

В следующий миг я увернулся от стрелы, пущенной в меня лучником практически в упор. Он попытался было наложить на тетиву вторую стрелу, когда я погрозил ему пальцем.

Он кивнул и убрал тетиву обратно в колчан.

– Это было последнее китайское предупреждение, – сказал я. – Я все-таки войду. Любой, кто последует за мной, умрет. Я доступно излагаю?

Он судорожно кивнул.

– Запомни сам и передай другим, – танк со сломанной ногой попытался дернуться, и я для острастки пнул его в голову.

А потом продавил спиной радужную пелену входа и оказался в данже.

Танк со сломанной ногой оказался прав.

Когда Брюс покинул свой пост, а на смену ему никто не пришел, магия ушла из этого подземелья, и туда ей и дорога. На мою психику здесь больше ничего не давило, воздух не напоминал кисель, уровни не начали стремительно падать.

Просто дырка в земле.

Не знаю, зачем они ее охраняют. Может быть, просто на всякий случай.

Пройдя метров пятьдесят, я остановился и обернулся. Никто за мной не шел. Разве что какой-нибудь стелсер, но тогда он должен быть очень хорош.

Впрочем, все стелсеры этого мира для меня сейчас никакой опасности не представляют. Их кинжалами только наноботов изначального мира смешить…

Виталик, что было вполне ожидаемо, находился ровно в том месте, где я его и оставил. Он сидел, привалившись спиной к стене, а на его окаменевших коленях, сжимаемые окаменевшими руками, лежал его верный дробовик. С окаменевшим указательным пальцем рядом со спусковым крючком.

Я положил Клавдию на пол и достал из инвентаря древний могущественный артефакт. Он все еще выглядел достаточно невзрачно и не производил впечатление древнего могущественного артефакта. Интересно, что бы сказал Такеши, когда его увидел?

Наверняка он бы подумал, что я пытаюсь его наколоть.

Я покрутил Венец Демиурга в руках, пытаясь почувствовать исходящие от него эманации силы, способной менять существующую вокруг нас реальность, но ничего, кроме его тяжести, так и не почувствовал.

Но все же я был уверен, что наколоть меня Магистр не пытался. Артефакт не был заслуженной наградой за отлично выполненный квест, это была всего лишь приманка, которая должна была вывести на меня Селену и организовать встречу, которую один из нас должен был не пережить.

Я не питал по отношению к Селене особо теплых чувств. Делая свою работу или то, что она считала своей работой, она пыталась меня использовать, выкачать досуха с летальными для моего организма последствиями, и если у нее что-то и не получилось, то отнюдь не из-за недостатка старания. Еще она убивала землян, и довольно успешно, и только за одно это ее по всем понятиям следовало валить.

Но меня угнетал тот факт, что это было не мое решение.

Это был выбор Магистра, возможно, самого могущественного, или, по крайней мере, самого прошаренного типа в Системных мирах. Который вполне мог сделать это и сам, просто руки не хотел пачкать.

И, опять же, поскольку речь шла о старом опытном интригане, в его действиях нельзя было исключать наличие второго дна. И третьего тоже.

Я вполне допускал, что он может и не желать смерти Селене, а хочет увидеть, например, мою. И тогда Венец Демиурга станет для нее желанной наградой за избавление игровых миров от моего присутствия.

Или, допустим, он ждет, что во время схватки наши бонусы взаимоуничтожатся и дальше игра будет исключительно честной.

Без читов.

Вероятно, можно еще какие-то варианты набросать…

Значит, как только я им воспользуюсь, Селена узнает, что Венец у меня и получит возможность его отслеживать. Сколько ей времени понадобится, чтобы до меня добраться?

Магистр, похоже, умеет рисовать портальные свитки, привязывая их к чему угодно. А Селена так может?

Не факт, она в игре не так долго. Впрочем, чего гадать, я же даже не знаю, какой у нее класс.

Поскольку особого выбора у меня все равно не было, я тяжело выдохнул, воздел руки над головой, а затем опустил Венец Демиурга себе на макушку.

Когда я был прыщавым подростком, мне очень хотелось прокатиться на «гелике». Ну, знаете, вот этот вот «мерседес гелендваген», и чтобы черный, и чтобы обязательно в обвесе от «Эй-Эм-Джи», и чтобы шильдик «63» на нем непременно присутствовал.

Сейчас уже сложно вспомнить, чем именно меня прельщала эта машина. Жесткая и брутальная? Ну да. Правильные пацаны на таких ездят? Ездят. Пятьсот с лишним «лошадей» под капотом? Да, не без того.

Но тогда это было моей мечтой, моим навязчивым желанием, моей идеей фикс. Согласен, довольно приземленная мечта, но что вы хотите от прыщавого подростка?

Тогда мне казалось, что стоит только сесть в эту машину, коснуться ее кожаного салона, вдохнуть прошедший через ее кондиционер воздух, включить все три блокировки и нажать на педаль газа, как все изменится, и мир из ее окна будет выглядеть совсем по-другому.

Как вы понимаете, фиг там.

Когда я стал чуть старше, слегка умнее и прыщи, по большому счету, прошли, у меня появилась возможность покататься на «гелике», а одним я даже довольно короткое время владел.

И мир в окне выглядел абсолютно так же. Если что в моей жизни и изменилось, так это чеки с заправок выросли.

С Венцом Демиурга у меня получилась примерно так же фигня. Я водрузил его себе на голову… и ничего.

Я чувствовал только, что он холодный и тяжелый.

Мир не изменился.

Интерфейс не изменился.

Никаких дополнительных меню не появилось.

Обстановка не окрасилась в зеленые цвета и не стала состоять из текущего сверху вниз двоичного кода.

Я посмотрел на Виталика. Он сидел, как сидел, и выглядел так же, как и минуту назад, когда я еще не нацепил на себя эту хрень. Точно так он выглядел и в ту минуту, когда я его здесь оставил.

Я посмотрел на свою руку. Это была по-прежнему моя рука. Она выглядела, как моя рука, текстуры ее не изменились, контекстные подсказки так и не всплыли.

Тут у меня появились-таки некоторые сомнения.

Но нет, если бы Магистр хотел меня наколоть, зачем ему надо было устраивать весь этот спектакль с халкоподобными демонами и богоподобными императорами?

Значит, я просто что-то не так делаю.

Я покрутил головой. Покрутил Венец на голове. Я крутил его так долго, что под волосами должен был остаться красный след, но артефакт все равно отказывался интегрироваться ко мне в череп.

Я снял его, надел, еще раз снял.

Тщательно рассмотрел со всех сторон, на нем по-прежнему не было ни надписей, ни украшений. Не было даже обычного системного описания предмета, в котором могла бы найтись инструкция по активации.

Ладно, буду размышлять логически. Эта штука – древний могущественный артефакт, созданный теми же людьми, которые придумали всю эту чудесную игру, захватившую уже не одну галактику. Вряд ли они были абсолютными профанами и их устройство выдало какую-то критическую ошибку перед тем, как попасть мне в руки.

Значит, надо исходить из того, что с артефактом все в порядке, и я просто что-то делаю не так. Что мне чего-то не хватает.

А чего может не хватать игроку, занимающему вторую строчку общего топа? Явно не уровней.

Ответ нашелся на самой поверхности.

Очков характеристик.

Венец Демиурга был вписанным в Систему игровым предметом, и у него наверняка могли быть требования к своему владельцу.

Я вспомнил, как совсем недавно Магистр поинтересовался, есть ли у меня тысяча очков в интеллекте, и посетовал, когда узнал, что ее нет.

Вот же скотина тысячелетняя…

У меня не было тысячи очков в интеллекте, и не было столько нераспределенных очков характеристик, а поднять уровни, чтобы получить недостающие, на моем уровне раскачки было задачей практически невыполнимой и потребовала бы посвятить ее решению пару-тройку веков.

Но некоторое количество нераспределенных очков, которые я берег на черный день, у меня все-таки в наличии имелось, и я, посчитав, что более черного дня у меня уже не будет, влил их все в интеллект недрогнувшей рукой.

Бросив на Венец еще один долгий внимательный взгляд, я с удовлетворением отметил, что системное описание предмета все-таки появилось.

Я прочитал это описание и требования к владельцу три раза, и у меня появилось желание найти Магистра прямо сейчас и засунуть этот Венец ему… ну, скажем, в ухо.

Конечно, лучше бы засунуть его в ухо не Магистру, а тому, кто этот артефакт напрограммировал, но он, наверное уже давно умер естественной, долгой и мучительной смертью.

Потому что любая другая смерть не смогла бы стать естественной для этого извращенца.

Я в очередной раз нацепил на себя Венец и посмотрел на Виталика в стремлении отыскать… ну, хоть что-нибудь, на что я мог бы повлиять.

И это обнаружилось практически сразу.

На стене над Виталиком красовался рубильник, застывший в положении «выкл». Под рубильником была нарисована зеленая стрелка, указывающая вниз, прямо на голову сидящего там элитного зомби.

Вряд ли у создателей Системы было настолько звращенное чувство юмора, скорее, тут уж я сам это все навизуализировал.

Поскольку мне еще в детстве говорили, что не стоит нажимать неизвестные красные кнопки и двигать непонятные рычаги, не имея представления, к чему это все может привести, я потыкал в рубильник указательным пальцем. Рубильник казался вполне материальным и осязаемым.

Я снял Венец.

Рубильник исчез.

Растворился прямо у меня под пальцами.

Ну, если это не оно, тогда я уж и не знаю, чего дальше…

Я решительно надел артефакт, положил руку на послушно появившийся рубильник и одним резким, отточенным движением перевел его в положение «вкл».

Говоря по правде, я ожидал чего угодно. Любой подставы. Что сейчас прямо здесь треснет ткань мироздания и в образовавшуюся дыру полезут четырехмерные сиреневые монстры, питающиеся душами девственниц и кровью единорогов. Или, наоборот, меня самого засосет внутрь и выбросит в новую вселенную, где все то же самое, но вид сбоку, и мне придется заниматься прежними вещами, начал все с самого начала. Или что оттуда просто вылезет какая-нибудь хрень и откусит мне голову.

Но пространство и время не свернулись в одну точки и не исчезли за горизонтом, радостно хихикая, и никакие хтонические твари из параллельного мира не бросились на меня из разрыва, но хоть какие-то изменения в наш мир мои действия все-таки принесли.

Виталик открыл глаза.

К сожалению, вместе с ними он открыл и рот.

– Ну, сука, к хренам, в бога душу мать, – сказал Виталик, потянулся и уронил дробовик с коленей. – Чапай, я спал и видел прекрасный сон. На кой хрен ты меня вообще разбудил?

Глава 22

– Вставай, упырь, нас ждут великие дела, – сказал я.

Виталик поднял с пола дробовик, покрутил головой, в его шее что-то довольно ощутимо хрустнуло.

– Сколько я был в отключке? – поинтересовался он.

– Чуть меньше года, – сказал я.

– И мы все еще не победили?

– Не совсем.

– Хреново, – сказал Виталик. – Но вы хотя бы прошли этот чертов, сука, данж?

– Прошли, – сказал я. – И я нашел планету Архитекторов, и высадился на нее, и даже провел с ними переговоры.

– Это, сука, звучит многообещающе, – сказал Виталик. – Много народу полегло к хренам?

– Все, – сказал я.

– Но мы, тем не менее, ни хрена не победили?

– Все так, – сказал я. – Система устояла. Элронд врал. На планете Архитекторов не было ничего такого, что могло бы повлечь за собой разрушение общей транспортной сети. По сути, там вообще ничего важного не было. Тупо санаторий для пожилых людей, где они доживали свой век.

– И они его, сука, дожили, – сказал Виталик. – И какой сейчас расклад?

– Расклад сейчас так себе, – сказал я. – Теперь Системе угрожает Пожиратель миров, который хочет уничтожить вообще все, и планеты, и игроков, а мы вроде как с ним воюем и стоим за то, чтобы все осталось в том виде, в каком оно есть сейчас.

– Занятно стрелочка повернулась, – сказал Виталик. – И откуда взялся этот, сука, Пожиратель?

– Это Элронд, – сказал я. – После того, как мы ему помогли в том данже, он начал косплеить агента Смита, а потом раскабанел до размеров целой планеты и сейчас пытается вторгнуться на Землю, чтобы пожрать ее Вычислителей, и если у него все получится, то планета будет потеряна для нас навсегда.

– А сейчас она, типа, не потеряна? – удивился Виталик.

– Сейчас еще есть варианты, – сказал я.

– Интересно девки пляшут по четыре штуки в ряд, – сказал Виталик. – А на нашей стороне кто?

– Бывший босс этого данжа, – сказал я. – Его зовут Брюс, он – монах-рукопашник почти шестисотого уровня и у него есть специальный навык, позволяющий уничтожать Вычислителей в их естественной среде.

– Звучит, сука, солидно. И ты его прошел?

– Тогда у него не было почти шестисотого уровня, – сказал я. – Но это все равно было нелегко.

– А его случайно Брюсом зовут или есть какая-то, сука, закономерность?

– Есть.

– Понятно. Кто еще?

– Босс этого босса, – сказал я. – Называет себя Магистром. Он – беглый Архитектор, один из настоящих создателей Системы, альфа-тестер и Первый Игрок. Он совсем чуточку психопат.

– И он на нашей, сука, стороне?

– Да. Он скорее полезен.

– Интересная, должно быть, за всем этим стоит история, – сказал Виталик. – Еще кто-нибудь?

– Гарри Борден.

– А, ну да, – сказал Виталик.

Он почему-то совсем не удивился. А может, у него просто мимические мышцы лица за это время атрофировались.

– Ты думаешь, что все еще спишь? – спросил я.

– Была такая теория.

– Ущипнуть?

– А толку-то, – вздохнул Виталик. – Зомби боли практически не чувствуют. А как твои дела? В целом?

– Немного прокачался, – сказал я.

– А я вижу, – сказал он. – Номер два, значит? А кто первый?

– Гарри Борден, – сказал я.

– А, ну да, – сказал Виталик.

– Он тоже прошел этот данж, – пояснил я. – Но поскольку он сделал это в одно рыло, а мы с Соломоном потели вдвоем, Система отсыпала ему больше.

– И Соломон сейчас…?

– Номер три, – сказал я. – Он, конечно, тот еще хорек, но мы с ним поддерживаем деловые отношения. Ну, типа того.

– А ты, я смотрю, тут обжился, – сказал Виталик. – Забурел, к хренам. Связями полезными обзавелся. Птенец оперился и вылетел из гнезда к хренам. Неиллюзорно тобой горжусь.

– Я старался, папа.

– Ладно, шутки в сторону к хренам, – сказал Виталик. – Что со мной было?

– Твое существование вызывало Системную ошибку, поэтому то, что здесь принято считать высшими силами, приняло решение тебя отключить, – сказал я.

– А теперь?

– А теперь условия изменились, – сказал я. – Данж перестал работать так, как он работал и превратился просто в дырку в земле, уровни при его прохождении больше не падают и ты волен идти в любую сторону.

– И что, я как-то сам автоматически вернулся, к хренам? – поинтересовался Виталик. – А почему это совпало с твоим, сука, присутствием? Или ты давно тут сидишь?

– Только что вошел, – сказал я. – Это я тебя включил. Но, поскольку характеристики жанжа изменились и твое присутствие им больше не противоречит, это было несложно.

– Это как-то связано с хреновиной на твоей башке? – поинтересовался Виталик. – Потому что если нет, и ты носишь эту штуку просто для украшения, то у меня для тебя плохие, сука, новости.

– Оно связано, – успокоил я его. – Это древний могущественный артефакт, который поможет нам решить нашу проблему.

– Которую из?

– Главную.

– Что-то я, сука, запамятовал, – сказал Виталик. – А как она формулируется?

– Как все исправить, никого не убивая, – сказал я.

– Кажется, я начинаю понимать, в чем тут подвох.

– Прежде, чем это сделать, нам нужно убить Элронда.

– А вот и он.

– Или хотя бы выпереть его из инфосферы Земли.

– И какой, сука, план?

– Брюс и Гарри Борен умеют сражаться в инфосфере и должны взять этот вопрос на себя, – сказал я. – А мы с Магистром должны обеспечить их физическое прикрытие в реальном мире.

– Это кторой беглый Архитектор?

– Да.

– Вдвоем?

– Надеюсь, что нет, – Магистр, конечно, крут, да и я не пальцем деланный, но даже на пару с ним мы эту толпу паладинов вряд ли закопаем. Я был даже не против, если бы он привел с собой жутковатого Кевина, который с виду нормальный мужик, а на самом деле Темный Властелин и ультимативные навыки своим мечом останавливать умеет.

– Когда битва?

Я сверился с интерфейсом.

– Мне было сказано прибыть в расположение через двадцать восемь часов, – сказал я. – Так что, предполагаю, что когда-то вот тогда. Плюс-минус.

– Прибыть телепортом?

– Да.

– Значит, какое-то время у нас еще есть, – сказал Виталик. – Чапай, нам, без сомнения, нужно много о чем поговорить и много чего обсудить, но я бы предпочел сделать это в каком-нибудь более приятном, сука, месте. Так что давай выбираться отсюда к хренам.

– Давай, – согласился я. – Но должен тебя предупредить, что в лучшем случае нас на выходе будет ожидать разъяренная толпа игроков.

– Узнаю твоих фанатов, – сказал Виталик. – А в худшем?

– Моя бывшая.

– Едрить твою налево, – сказал Виталик. – Ты хоть детей-то настрогать не успел?

– Вроде бы обошлось.

– И кто она?

– Еще один Архитектор, – сказал я.

– Едрить твою налево второй, сука, раз, – сказал Виталик. – Я смотрю, ты, Василий, по мелочам не размениваешься.

– Так получилось, – сказал я. – Она застала меня врасплох.

– Шел, споткнулся, а там она?

– Ты уверен, что тебе настолько нужны подробности? – спросил я. – В конце концов, я – всего лишь человек.

– И чего ей теперь от тебя надо? Алименты требует?

– Нет, – сказал я. – Она просто намерена убить всех землян. И прежде чем ты начнешь шутить по этому поводу, я уверен, что эти два факта никак между собой не связаны.

– Видать, не понравилось ей, – сказал Виталик. А я знал, что он все равно не сможет удержаться.

Я, наверное, и сам бы не смог.

– Давай еще раз, а потом закроем эту тему, – предложил я.

– Нет, я сейчас не готов, – сказал Виталик. – Поэтому оставлю это право за собой. Что ей на самом деле надо?

– Она считает, что земляне вносят дисбаланс в Систему, – сказал я. – И прежде, чем я продолжу, тебе следует знать, что земляне, не большинство конечно, но полагаю, большинство их тех, кто выжил после зомбиапокалипсиса, являются потомками Архитекторов черт знает, в каком колене. Я нашел некоторые свидетельства этого в Изначальном мире – так называют планету Архитекторов – а потом Магистр несколькими репликами подтвердил эту гипотезу. Поэтому многие из нас могут общаться с Системой на недоступном для обычных игроков уровне или находить в ней всякие эксплойты. Предполагаю, что и твои читерские способности берут начало откуда-то оттуда.

– Ага, – сказал Виталик. – Чапай, я сейчас задам тебе вопрос и хочу, чтобы ты отнесся к нему со всей присущей тебе серьезностью и основательностью.

– Угу, – сказал я.

– Ты можешь меня обратно выключить?

Я посмотрел на рубильник, до сих пор торчащий из стены.

– Могу, – сказал я. – Хочешь?

– Искушение очень велико, – сказал Виталик. – И ты сделаешь это для меня?

– Если ты попросишь, сделаю, – сказал я. – Это твой выбор.

– Наверное, когда ты приперся сюда, то не на такой исход рассчитывал?

– Это был мой выбор, – сказал я. – Я должен был попробовать, и я попробовал. Но если тебе это не нужно, настаивать я не стану.

– Искушение, сука, велико, – повторил Виталик. – Но ты разбудил мое любопытство, к хренам. И мое чувство ответственности. Стоит оставить тебя одного, как сразу же разрушаются планеты, без особого, замечу, толка, возникают какие-то деловые и совсем не деловые связи, а вокруг начинают прыгать британские агенты, шаолиньские монахи и всякие Архитекторы…

– Так каков твой ответ?

– Проехали, к хренам, – сказал Виталик. – Но, как я понимаю, теперь у меня на выходе из данжа зафиксируется мой сорок четвертый уровень так что если я и смогу чем-то тебе помочь, то исключительно советом и моральной поддержкой. Ну, и еще из дробовика кого-нибудь подстрелить могу.

– Этого должно хватить, – сказал я. – К тому же, сейчас настали такие времена, что ты довольно быстро прокачаешься обратно.

– Ага, – сказал Виталик. – Достаточно пары-тройки встреч с твоими новыми, сука, фанатами. Кстати, а как там поживают твои старые, сука, фанаты?

– Альвион по-прежнему цветет и пахнет, – сказал я. – И может прислать своих киборгов в любой момент.

– А эльфы?

– С ними у меня временное затишье, – сказал я.

– И как тебе это удалось, к хренам?

– Я убил Черного Змея на арене, на глазах у тысячи свидетелей, – сказал я. – И этим произвел такое впечатление на их нового князя, что он временно решил отвалить. Дело тех пор, пока сил не накопит.

– Ходи опасно, Чапай, – сказал Виталик. – Похоже, что новый князь поумнее Черного Змея.

– Всегда так хожу, – сказал я.

– Ага, я видел, – сказал Виталик.

– Сарказм зомби не красит.

– Но особо и не уродует, – сказал Виталик. – Довелось убить еще кого-нибудь интересного?

– Дракона как-то зашиб, – сказал я. – Космический корабль на абордаж взял. А в остальном все, как обычно. Ковыряюсь по мелочи.

– Интересной жизнью живут люди, – сказал Виталик.

– Да что мы все обо мне да обо мне, – сказал я. – Как ты провел все это время? Снилось ли тебе хоть что-нибудь?

– Да, – Виталик мечтательно закатил глаза.

– И что же это было?

– В основном, фракталы, – сказал Виталик. – А теперь пойдем искать твоих фанатов, потому что я страсть как хочу выпить пива, а они стоят между ним и мной, и мне это, сука, не нравится.

– Последний вопрос, – сказал я. – У тебя есть тысяча очков в интеллекте?

– Я что, похож на человека, у которого есть тысяча очков в интеллекте?

– Бывают очень странные билды, – заметил я.

– Чапай, – сказал он проникновенно. – Я – зомби сорок четвертого, сука, уровня. У меня тысячи очков даже в совокупности нет.

– Тогда трудно нам в этой жизни придется, – сказал я, снимая с головы Венец Демиурга и пряча его в инвентарь. А то слетит в драке и ищи его потом еще четыре тома.

Я почему-то не сомневался, что драка неминуема. Конечно, Селена вряд ли успеет отреагировать настолько оперативно, но местные-то ребята никуда не денутся.

Более того, у них было время, чтобы прийти в себя, подготовиться и даже подмогу позвать, и я не думал, что мы сумеем разойтись краями.

Ну, вот представьте ситуацию, в которой стайка гопников где-нибудь в Северном Бутово встречает пацанчика, который по великой и непростительной неосмотрительности умудрился засветить перед ними предпоследней модели айфон или полный хрустов бумажник. При этом очевидно, что пацанчик не местный и никто из серьезных людей за него не впишется. Какие шансы, что они пожмут плечами и мимо пройдут?

А тот факт, что пацанчик чемпион мира по, допустим, каратэ, никого не парит и ни на что особо не влияет. Потому что какой бы он ни был чемпион, их-то восемь человек с цепями и кастетами, и пока он будет принимать красивые боевые стойки, они ему четыре раза наваляют и трусы на голову натянут.

Сколько таких случаев было, чтобы чемпионов по каким-то единоборствам в банальной уличной драке убивали? Я этим вопросом особо не интересовался, но и то знаю больше одного.

А я был номером два и они наверняка рассчитывали, что с меня что-нибудь ценное дропнуться может.

Мне лишь оставалось надеяться, что они там не все идиоты, и на гоп-стоп останутся только те, у кого на шее Амулеты Воскрешения с неплохими шансами на успех висят. Не хотелось лишний грех на душу брать.

А с другой стороны, Виталику нужно было качаться…

Мы вышли из данжа. Я шел первым, Виталик был сразу за мной.

Стоило мне пересечь радужную пелену, как тут же пришлось уворачиваться от двух стрел. А фаерболл, направленный мне в грудь, я отбил Клавдией и он улетел обратно в толпу, нанеся там нехилые повреждения. Кое-кто особо хлипкий даже на респаун отправился.

Ну, хоть Селены тут не было, это уже неплохо.

– Пацаны, мы не хотим стрелять, – сказал я. – Просто дайте нам пройти.

– Вы не пройдете, – был ответ.

Переговоры в очередной раз не задались

Их было не так, чтобы очень много. Человек двадцать-двадцать пять, то ли самые смелые, то ли самые глупые, то ли самые жадные, а то ли гремучая смесь из представителей этих трех пунктов.

Молодость, принадлежность к топовым кланам, неплохая по средним меркам прокачка, гипотетическое бессмертие и прочие игровые условности не могли не оказать своего влияния на их модель поведения. Потому что я бы, например, не стал бы связываться с двумя мутными чуваками без особой на то необходимости.

А они стали.

Я принял на биту еще две стрелы. Виталик пальнул из дробовика, и я удовлетворением отметил, что его оружие не потеряло своей убойной силы – голова у вражеского хилера оказалась снесена начисто. Вторым выстрелом Виталик прикончил ушастого лучника – надеюсь, хоть он никакому князю не родственник – а третьим снес половину здоровья местному танку, прикрывшему кого-то из дальнобойных бойцов своей грудью.

Противники сильно превосходили элитного зомби по уровням, так что как получился вполне пристойный. Три выстрела – два уровня.

Но для Виталика их было все-таки многовато, и я врубил «призрачный клинок» и прошелся по ним веерным ударом, одним махом сложив больше половины оставшихся игроков. Бойцы второго ряда легли почти все, а воины, предпочитающие ближний бой, ринулись на нас, но для меня они все оказались слишком медленными и никакой опасности не представляли.

Так что дальше я просто махал Клавдией и прикрывал Виталика, мешая гопникам до него добраться, а он расстреливал их из своего чудовищного дробовика. Спокойно и методично, как в тире.

И каждый второй выстрел приносил ему по уровню.

Не особо честно, конечно, но они сами напросились, я говорил, я предупреждал и вот это вот все.

С последним танком, здоровье которого было ополовинено тремя тычками Клавдии, Виталик затеял бой на топорах.

Я вообще такого не одобряю. Если перед тобой стоит задача кого-то убить, так сделай это быстро и иди своей дорогой. Чем дольше ты играешь с противником, тем выше риск, что у него что-то получится.