Текст книги "Система дефрагментации. Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Сергей Мусаниф

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 155 страниц)

Глава 10

По отношению к правде люди делятся на два типа.

Одни верят тому, что им говорят, и не хотят знать больше. Даже если они подозревают, что им говорят не все или не то, они предпочитают не задавать дополнительных вопросов, чтобы не докопаться до дна даже случайно. Их жизнь – это один сплошной компромисс.

Другие же не признают никаких компромиссов даже перед лицом армагеддона. Они докапываются до правды, чего бы им это ни стоило, и какой бы неприятной она ни была.

Большинство, конечно, живет где-то между.

Готовы узнать одну правду, но совершенно не желают знать другую. Им интересны любые подробности жизни какого-нибудь губернатора или популярного певца, но чем после школы занимаются их дети и почему задерживается на работе жена, их совершенно не волнует. Или наоборот.

Это их право, это их решение. Каждый сам выбирает свой уровень информированности.

Иногда даже жаль, что я так не могу.

Мы шли в молчании. Минут через десять я подумал, а чего это, собственно, мы идем пешком, если у меня есть маунт, нащупал в инвентаре ключи от машины и попытался призвать свою ласточку.

Но фиг-то там. В магические миры, а мы снова оказались в одном из них, высокотехнологичные маунты не призывались. Хоть где-то детище отечественного автопрома признали высокотехнологичным, но мне, как владельцу, это опять на пользу не пошло.

Я закурил.

– А ты не думаешь, что это ловушка? – спросил я. – Что придем мы в этот трактир, а он полностью набит модераторами?

– Думаю, – мрачно сказал Виталик. – Хотя и непонятно, к чему такие сложности. Но мы слишком мало знаем об игре и ее правилах, чтобы быть хоть в чем-то уверенными.

– И тем не менее, прем туда полным ходом.

– Если это ловушка, то мы столкнемся с тем, с чем нам все равно рано или поздно пришлось бы столкнуться, – сказал Виталик. – А если нет, то мы можем хоть что-то получить. Информацию, я имею в виду. К тому же, другого плана у нас все равно нет.

Тут он был прав, другого плана у нас не было. Но, может быть, уже пришла пора им обзавестись?

Но вместо этого принялся думать о Федоре.

Как-то слишком легко Виталик его отпустил. Да, Сумкин был наш, с Земли, я вообще знал его, почитай, с самого начала апокалипсиса, и рассказывать о читерских способностях Виталика было не в его интересах, да и вряд ли кто-то стал бы его спрашивать, но все же…

Потенциально он был для нас опасен, пусть и в меньшей степени, чем Кэл. И если второму Виталик просто и без разговоров разнес башку дробовиком, то первого спокойно отпустил в свободное плавание и даже золота на дорожку отсыпал. Значит, он все-таки не профессиональный параноик и кровавый маньяк, и какое-то различие между людьми видит. Вот если бы он начал убивать всех подряд, это была бы проблема.

В темноте на проложенном через лес тракте было немноголюдно. Нам встретились только двое путников.

Сначала мы обогнали какого-то усталого крестьянина из местных, тащившего на плечах тяжелый мешок. Он глухо буркнул на наше приветствие, кивнул и вжал голову в плечи.

Затем нам навстречу попался всадник. Длинноволосый блондин с довольно неприятной рожей, он был облачен в легкую кожаную броню, а за спиной у него висело сразу два меча, словно он никогда не слышал об инвентаре. Поравнявшись с нами, он остановился и одарил нам, и в особенности Виталика, долгим оценивающим взглядом.

– Проблемы? – спросил Виталик.

– Нет, – глухо сказал неприятный тип с двумя мечами. – А у вас?

– У нас тоже нет, – сказал Виталик. – Трактир с лошадиным названием там? Мы правильно идем?

– Там есть какой-то трактир, но я не помню названия, – сказал неприятный тип с двумя мечами. – Я проехал мимо, не останавливаясь.

– Будем надеяться, что это тот, который нам нужен, – сказал Виталик. – Счастливого пути.

– И вам, – сказал неприятный тип с двумя мечами, похлопывая лошадь по крупу. – Шевелись, Плотва.

У крестьянина был сорок шестой уровень, а у всадника информация вообще не читалась.

Но шли мы все-таки правильно, и минут через сорок после встречи с неприятным всадником добрались таки до нужного нам места.

Сложенное из бревен солидное двухэтажное здание трактира поражало своей средневековостью. Если Карлсград можно было спокойно перенести в современные реалии, добавив на улицы электрическое освещение и автомобили, с трактиром этот номер прошел бы только в качестве какой-нибудь этнической достопримечательности.

Мощные стены, покатая крыша, узкие окна – бойницы, через который наружу пробивался лишь тусклый отблеск… Это здание больше походило на форт, построенный на заселенных дикарями пограничных территориях, чем на обычную придорожную забегаловку.

Рядом была возведена такая же основательная конюшня, через приоткрытые ворота я увидел несколько припаркованных там лошадей.

Название отсутствовало. Вместо него трактир украшала вывеска, на которой был изображен опустивший голову скакун в боевом, насколько я мог судить, облачении.

Тяжелая массивная дверь была явно не из тех, которые посетители выносят собственной спиной, покидая пивную при помощи вышибалы. Если швырнуть кого-то в такую дверь, он по ней быстрее размажется, чем откроет. То ли публика тут смирная, то ли они решают свои проблемы как-то по другому…

В обеденном зале было немноголюдно. В полумраке у дальней стены скорее угадывались, чем были явно различимы, силуэты четырех гуманоидных личностей, которые играли в карты, еще двое занимали столик около окна и просто выпивали. За барной стойкой, протирая традиционные кружки традиционной не слишком чистой тряпкой, стоял бармен.

Туда мы и направились.

Бармен был эльфом, но нетипичным. Это был длинноволосый пузатый добродушный эльф, сразу же расплывшийся в дружелюбной улыбке, а теплоты в его глазах хватило бы, чтобы расплавить средний размеров айсберг.

Приобретенный когда-то очень давно жизненный опыт, без которого я вполне мог бы обойтись, сразу же подсказал мне, что это, скорее всего, очень опасный человек. В смысле, эльф. В смысле, не так уж важно, какому виду он принадлежит, важно, что он явно не тот, кем пытается казаться.

Его информация оказалась открытой. Элронд, эльф, трактирщик, триста двенадцатый уровень. Интересно, а трактирщикам с каждой проданной кружки пива опыт капает?

– Добрый вечер, путники, – пробасил Элронд. – Какие бы дела ни привели вас под гостеприимную крышу этого заведения, знайте, что здесь всегда рады вас видеть. Если у вас есть, чем заплатить, конечно.

– У нас есть, – заверил я его. – А можем ли мы видеть владельца этой гостеприимной крыши и всего, что находится под ней?

– Можете, – его улыбка стала еще шире, хотя мгновением раньше я мог бы поклясться, что это невозможно. – Он перед вами.

– Чудесно, – сказал я и выложил на стол монету. – Два пива.

Элронд сгреб монету и выставил перед нами две кружки с мощными шапками пены. Я попробовал, пиво оказалось не лучшим из тех, что я пробовал в жизни, но вполне неплохим.

Организм тут же вспомнил, что в последние дни ничего толком не жрал, и в животе заурчало.

– Есть рагу, – тут же отреагировал Элронд. – И запеченное на огне мясо вепря. Будете?

– Буду, – сказал я, скосив глаза на Виталика. Тот кивнул. – По две порции того и того, пожалуйста.

– Думаю, вам будет удобнее подождать за столиком, – сказал Элронд. – Я принесу еду, как только она будет готова.

Мы устроились за столиком подальше от всех остальных, и так уж вышло, что он оказался ближайшим к двери.

– Пока не очень похоже на ловушку, – заметил я, отхлебывая пиво.

– Ну, хоть пожрать, сука, дадут, – сказал Виталик.

Элронд уже был рядом с подносом, на котором стояли исходящие паром тарелки. Он ловко расставил их перед нами, всунул посреди стола корзинку со свежим хлебом и замер в ожидании.

Я понятия не имел сколько стоит все это великолепие и выкатил ему еще один золотой. Оказалось, угадал, монетка исчезла в кармане его широкого фартука.

– Не желаете ли снять комнаты на ночь? – поинтересовался Элронд. – У нас наверху свободны еще три или четыре…

– Желаем, – сказал я.

– Еще два золотых, – пока что наши взаимоотношения вполне укладывались в рамки «трактирщик – уставшие путники», но, черт побери, мы-то прибыли сюда не за этим. И если он не собирался переходить к делу, я решил сделать это за него. – Твой посланник нашел нас.

– Я вижу, – сказал Элронд. – И очень рад, что вы решили последовать его словам.

– И что у тебя для нас есть?

– Задание, – сказал Элронд. – Видите ли, мне очень досаждают некроманты, засевшие в заброшенной шахте неподалеку отсюда, и если вы принесете мне десять амулетов, снятых с их мертвых тел…

– Ха-ха-ха, – ровным голосом произнес Виталик. – И еще три раза, сука, ха – ха – ха.

– Я рад, что вы по достоинству оценили мою шутку, – сказал Элронд. – Если же серьезно, то о наших совместных делах я предлагаю поговорить утром. После того, как вы поедите и достаточно отдохнете после долгого пути.

– Пусть так, – согласился я. – Но ваш посланник говорил что-то о компенсации всех расходов…

– Это тоже утром, – сказал Элронд. – Кстати, у меня была информация, что вас должно быть четверо.

– Двое отстали в пути, – сказал я. – А откуда вообще такая информация?

– Утром, – сказал Элронд. – А пока могу ли я предложить вам еще пива? На этот раз, за счет заведения.

* * *

Выспался я отменно.

Даже не знаю, что было тому причиной: пиво, сытный ужин или теплая и мягкая постель в небольшой комнате, тяжелая дверь которой закрывалась изнутри на солидного вида засов.

Думаю, что по большому счету хватило бы и одной кровати. В последние дни мне не так уж часто доводилось спать в кроватях, и такие случаи я мог пересчитать по пальцам одной руки любого из мира Симпсонов.

Умывшись холодной водой из тазика, стоявшего на трюмо, я спустился в обеденный зал и обнаружил там вчерашних игроков в карты, которые, видимо, не делали перерыва на ночь, и скучающего у барной стойки Виталика, который перебрасывался ленивыми фразами с барменом.

Сегодня кружки протирал не хозяин заведения, а нанятый сотрудник, человек пятьдесят второго уровня, без четко обозначенной специализации.

Сам Элронд спустился к нам минут пять спустя. На этот раз об был одет в плотные коричневые штаны и кожаную коричневую же куртку с бахромой, на ногах красовались мокасины, не это модная обувь, а настоящие мокасины, которые носили индейцы в романах Фенимора Купера, а за спиной висел здоровенный лук.

– Давайте прогуляемся, – предложил Элронд. – У меня есть термос с кофе и бутерброды, леса вокруг нас кишат дичью, а мне надо подстрелить чего-нибудь к обеду.

– Пойдем, – согласился я.

Мы вышли из трактира, пересекли тракт, по которому уныло двигалась колонна из гужевых повозок, и углубились в лес. Стоило нам отойти от дороги метров на двести, как информационная полоска над головой Элронда мигнула и сменилась другой.

Элронд, эльф, рейнджер, четыреста пятьдесят второй уровень.

Как он это делает?

– Как ты это делаешь? – спросил я.

– Что это?

– Вот это, – я указал рукой на пространство над его излишне волосатым черепом.

– Это просто маскировка, – сказал он. – Есть такой навык, не слишком распространенный, но и редким я бы его не назвал. Чисто игровой момент.

– Какой уровень у тебя на самом деле? – спросил я.

– Пятисотый, – сказал он.

– Видимо, давно здесь сидишь, – сказал я.

– Давно, – несмотря на свою весьма внушительную комплекцию, он двигался по лесу, как и положено эльфу. Мягко, бесшумно, не придавив ни травинки. Мы с Виталиком на его фоне напоминали марширующий полевой оркестр, и я сильно сомневался, что от такой охоты будет толк. – И я все еще хорошо помню, что было с этой планетой до того, как на нее пришла Система. Это был высокоразвитый, цивилизованный, технологичный мир, и посмотри, что тут стало. Система вбила нашу цивилизацию в средневековье. Когда-то мы летали к звездам, а теперь охотимся на вепрей при помощи охотничьих ям и луков. Ирония? Насмешка? Называй, как хочешь, а я назову это чудовищной несправедливостью.

– Ну, ты нашел, кому жаловаться, – сказал я. – Мы, конечно, к звездам еще не летали, но приход Системы и наш мир не облагодетельствовал.

– Считается, что Система приводит цивилизации к единому знаменателю, – сказал Элронд. – Дает всем равные шансы. Сильные падают, слабые возвышаются, что бы они там ни говорили в приветственном сообщении. Но в конечном итоге Система пожирает и тех и других.

– Насколько болезненным было ваше падение? – поинтересовался я.

– А как ты думаешь? – спросил Элронд. – Здесь были города, шпили домов которых возносились к небесам. Здесь были воздушные трассы, связывающие планету воедино. Здесь были подводные города, накрытые непроницаемыми куполами. Здесь были космодромы. Здесь была Коллоквианская Империя, в состав которой входили девять населенных миров и еще двенадцать, на которых велась добыча полезных ископаемых и разворачивались производственные комплексы. А знаете, как теперь выглядит среднестатистический коллоквианец? Как воин в набедренной повязке, украшенный ожерельем из отрезанных ушей его врагов. Вам уже доводилось встречать серых орков?

– Пока еще нет, – сказал я. – Выходит, ты не коллоквианец? Или носишь свое ожерелье под одеждой?

– Я коллоквианец, – сказал Элронд. – Но не среднестатистический.

Он остановился, сунул руку в карман куртки и извлек оттуда две бумажки.

– Это векселя, – сказал он. – По тысяче золотых каждый, их можно обналичить в любом банке этого мира, например, в том же Карлсграде. Или вы хотите получить вашу компенсацию полновесным золотом?

– Сойдет и вексель, – сказал Виталик, убирая свою долю в инвентарь. – Мы же не думаем, что столь уважаемый человек захочет нас обмануть.

– Отлично, – сказал Элронд. – А теперь давайте перейдем к делам насущным. Кто из вас двоих читер?

– Я, – сказал Виталик. – Но мне кажется, что я тут не единственный читер, к хренам. И я очень хотел бы знать, из какого источника ты черпаешь свою информацию.

– Из поистине бездонного источника, – ухмыльнулся Элронд. – Информация – это жизнь.

– Не скажи, – вернул ему ухмылку Виталик. – Иногда информация – это смерть. Я знал несколько людей, которые умерли от ее передозировки. Хотя, конечно, гораздо чаще люди умирают от ее нехватки.

– О да, – подхватил Элронд. – Скажем так, информация – это инструмент, а любым инструментом надо уметь пользоваться.

– Ну так воспользуйся своим, сука, инструментом и расскажи нам об источниках, – сказал Виталик. – Потому что, пока ты этого не сделаешь, продолжать разговор не имеет смысла.

– Я умею читать логи, – сказал Элронд. – Не только те, которые касаются непосредственно меня. И я вижу, когда они описывают что-то странное. Аномалии, которых раньше не было и которых в принципе не должно быть.

– Допустим, – сказал я. – Но дело происходило в другом мире.

– Я могу читать логи во всех мирах, которые раньше входили в Коллоквианскую империю, – сказал Элронд.

– И кто же ты, сука, такой, раз имеешь доступ и способен обрабатывать такие массивы информации? – поинтересовался Виталик. – только не говори мне, что любой эльф или любой трактирщик на это способен.

– Не любой, – согласился Элронд. – Но интерфейс управления трактиром, впрочем, как и любой другой интерфейс управления чем-либо, помимо собственного персонажа, дает определенные возможности, о части которых создателям Системы, видимо, неизвестно. Или же они не посчитали, что это так уж важно, потому что мало кто может ими воспользоваться. Обычный игрок, например, не сможет. А я – могу.

– Я повторю свой вопрос, и если не получу ответа, то мы просто развернемся и уйдем отсюда к хренам, – сказал Виталик. – Мы уже поняли, что ты – необычный игрок, а тут была великая империя, от которой Система оставила только рожки да ножки. Но кто ты, сука, такой и чего тебе надо от нас?

– На самом деле, ты задал целых два вопроса, но я не хочу, чтобы вы развернулись и ушли отсюда к хренам, поэтому с радостью отвечу на оба, – сказал Элронд. – Я – нечто большее, чем вы видите прямо перед собой. Я – занимающий личину НПС созданный коллоквианскими учеными искусственный интеллект. И я хочу, чтобы вы помогли мне уничтожить портальную сеть.

Глава 11

Это были два очень серьезных заявления, каждое из которых стоило тщательно обдумать на предмет постановки следующих вопросов, так что я решил взять паузу, достал из кармана сигареты и вопросительно посмотрел на Элронда.

– Как будет угодно, – сказал он, правильно истолковав мой взгляд. – Охоте это не помешает.

– А на кого мы вообще охотимся? – спросил я.

– На вепрей, – сказал Элронд. – Они агрессивны и нападают первыми, так что вы можете не беспокоиться о маскировке, тихом шаге и прочих охотничьих премудростях.

– Какого уровня вепри?

– Здесь – около двухсотого, плюс-минус десять, – сказал Элронд. – Дальше в лесу можно и четырехсотого встретить, если повезет.

– Или если не повезет, – заметил Виталик.

– Или так, – согласился Элронд. – Но вам-то, как я вижу, везет. Система захватила ваш мир около месяца назад, а вы оба уже щеголяете уровнями за двести, что несколько выше среднестатистической скорости прокачки.

– Это как раз был не вопрос везения, – сказал Виталик. – В конце концов, везение – это шанс для подготовленного человека. Если ты не готов, то никакая, сука, удача тебе не поможет.

– Тем не менее, здесь удача важна, – сказал Элронд. – Внутри Системы удача является одним из обсчитываемых параметров, и от нее зачастую зависит исход того или иного дела.

– Я не стану спорить, но исключительно потому, что у нас есть более насущные темы для обсуждения, – заявил Виталик. – Как давно Система захватила ваш мир?

– Наши миры, – поправил его Элронд. – По вашему летоисчислению, это было примерно четыреста лет назад. Мы знали о ее приходе заблаговременно. Наши разведчики обнаружили один из Системных миров, пытались вступить в контакт с аборигенами, выслушивали их темные легенды. Но мы недооценили угрозу. Узнав о том, что грядет, мы попытались выстроить сеть планетарной обороны, остановить Систему на подходе, еще в космосе, но тогда мы не знали, как это работает, и сами притащили ее в империю на наших собственных космических кораблях. А когда мы узнали, как захват происходит на самом деле, было уже слишком поздно, и каждый из живущих увидел перед собой интерфейс.

– Оставим пока в стороне эти подробности, – сказал Виталик. – Значит, если я правильно понимаю, Система заявилась сюда четыреста лет назад и вбила вашу охренительно продвинутую звездную империю в средневековье, причем не просто в средневековье, а в магическое средневековье, в котором не работает ни одна технология сложнее палки-копалки. А ты – искусственный интеллект, если и не вершина научно-технического прогресса этой вашей империи, то все равно где-то на середине склона, как минимум. И ты функционируешь. Как же так получилось?

– Это долгая история, – сказал Элронд.

– Ну так у нас впереди много серых скучных веков, заполненных унылым, сука, качем, – сказал Виталик. – Так что я готов потратить пару дней на то, чтобы выслушать твои рассказы.

– Но проблема в том, что когда с нами приключилась эта беда, наши цивилизации стояли на разном уровне развития, – сказал Элронд. – Для того, чтобы объяснить вам все, мне придется оперировать терминами, которые вашей науке, вполне возможно, еще неизвестны.

– Ну, ты же умный, – сказал Виталик. – Я уверен, ты придумаешь, как объяснить это на пальцах, чтобы даже такие дикари, как мы, все поняли.

– Ладно, попробую на пальцах, – согласился Элронд. – Если вкратце, то Система захватывает планеты. И в тот момент, когда она это делала, меня на планете не было. А если уж быть совсем точным, то меня тут и сейчас нет.

– А с кем мы тогда, сука, разговариваем?

– Можно сказать, с проекцией, – сказал Элронд. – С одной из граней моей личности, которую я засунул в тело этого НПС, воспользовавшись новыми каналами связи, которые мне удалось взломать. Не с первой, хочу заметить, попытки.

– И это существо обозвало меня читером, – картинно вздохнул Виталик. – Ну, а где же находится основная часть твоей личности, от которой ты так ловко отламываешь грани?

– В космосе, – сказал Элронд. – А точных координат я вам не сообщу, потому что, во-первых, они ни о чем вам не скажут, а во-вторых, так вы не сможете их никому разгласить.

– Разумно, – согласился Виталик.

– А тот гоблин-посланник? – спросил я. – Это тоже была твоя проекция?

– Да, но не такая качественная, как эта, – сказал Элронд. – Одноразовое создание с одноразовой миссией, зачем на него зря ресурсы тратить?

– Искусственные интеллекты прагматичны, – сказал Виталик.

Элронд остановился и одним текучим движением сорвал со спины лук и наложил стрелу на тетиву. Не знаю, даже, как у него это получилось. Вот он просто идет вперед, а вот он уже стоит, тетива натянута и рейнджер готов к выстрелу.

Особая эльфийская магия, не иначе.

При этом, я так и не понял, куда он собирается стрелять.

И я продолжал это не понимать, когда он развернулся почти на девяносто градусов, и, казалось бы, совсем не глядя, спустил тетиву. Стрела унеслась куда-то в лесную чащу, чудом разминувшись с древесными стволами, а мгновением позже до нас долетел короткий то ли взвизг, то ли хрюк.

– Вепрь, – пояснил Элронд, искусственный интеллект и лучник уровня «бог».

– Как ты его учуял-то? – спросил Виталик.

– Я же все-таки эльф, – сказал Элронд. – В какой-то степени.

Как будто это что-то объясняло.

Длинная стрела с серым оперением прошила кабанчика насквозь, пройдя точно через сердце. Когда мы подошли, зверь уже даже копытами не сучил.

С учетом того, что мертвая туша валялась в густом подлеске и ее невозможно было разглядеть даже с десятка шагов, я понятия не имел, как эльф вообще умудрился в нее попасть.

Может быть, держа в руках современную снайперскую винтовку с навороченной оптикой, я смог бы повторить этот выстрел, то чтоб вот так, из обычного лука… Не представляю.

Наверное, стоит списать это на очередную игровую условность. Удача, высокий скилл и…

– Система автоприцеливания творит чудеса, – покачал головой Виталик. – Какой у тебя уровень владения луком?

– Грандмастер, – без лишнего бахвальства сказал Элронд. – У этого персонажа было двести сорок шесть лет практики.

– Значит, были и другие персонажи?

– И сейчас есть, – сказал Элронд. – Разве бабушка не учила тебя не складывать все яйца в одну корзину?

– Нет, она учила меня не сидеть на холодном, – сказал Виталик. – А разве у искинов бывают бабушки?

– И дедушки, – заверил его Элронд. – И папа с мамой, и братья с сестрами. Для того, чтобы стать полноценным членом имперского общества, искусственный интеллект воспитывается в виртуальной семье, каждый член которой является слепком с реальной личности. Так искин получает базовые знания о мире, начальные моральные установки и уникальный эмоциональный оттиск. Без всего этого мы были бы просто машинами.

– Сколько длится такое воспитание? – спросил Виталик.

– Для того, кто внутри, проходит тридцать лет, – сказал Элронд, склоняясь над тушей кабана и воздевая над ним руки, словно он воскрешать его собрался. – Но тут надо помнить, что искины мыслят на порядки быстрее, чем люди, и в объективном времени этот процесс не занимает и часа.

– Выходит, ты с нами тут уже пару недель разговариваешь, – заметил Виталик. – Не скучно?

– Нет, – сказал Элронд, поднимаясь на ноги. Кабана он не воскресил, скорее, даже наоборот. На земле осталась валяться шкура, голова, копыта и кучка неаппетитных на вид внутренностей, основная же часть мяса исчезла у рейнджера – трактирщика в инвентаре. Магическое свежевание – для тех, у кого нет желания возиться со всеми этими ножами. – Я же здесь не целиком, и другие части меня занимаются другими делами. Если вам интересны точные цифры, то вы разговариваете с тремя процентами меня. Именно столько я выделил на поддержание этого информационного потока.

– Мы должны быть польщены или оскорблены? – осведомился Виталик.

– Ни то, ни другое, – сказал Элронд. – Это стандартный поток для данного персонажа. Он, знаете ли, не слишком сложный.

– Расскажешь нам о других?

– Может быть, позже.

– Должен заметить, я представлял себе «скайнет» совсем не так, – сказал я. – Мы уже поняли, что ты неимоверно крут, и из этого вытекает следующий вполне логичный вопрос. На фиг мы тебе вообще сдались?

– Я хочу, чтобы вы помогли мне разрушить портальную сеть, – повторил он свои недавние слова. – Я, как вы выразились, неимоверно крут, но я не всемогущ даже в рамках этого мира. Я способен считывать информацию с еще нескольких планет, но мои действия на них ограничены по чисто техническим причинам. А в мир, куда я хочу попросить вас отправиться, у меня вообще нет доступа.

– Почему? – спросил Виталик.

– Из-за особенностей новой информационной среды, в который мы все теперь вынуждены существовать.

– Нет, я не об этом, – сказал Виталик. – Твои ограничения мне интересны, и мы о них еще поговорим, но не в первую очередь. Почему именно портальную сеть?

– Система – это древний и очень устойчивый механизм, – сказал Элронд. – Поверьте, нет ни одного способа уничтожить ее одним махом и вычеркнуть из жизни галактики навсегда. Однако, если нанести удары в несколько ключевых точек, то со временем этом механизм развалится от собственной тяжести и инерции. Портальная сеть – наиболее болезненная из этих точек.

– А свитки? – спросил я.

– Свитки – это часть портальной сети, – сказал Элронд. – Они работают только там, где есть порталы. Если обрушить сеть, использовать свитки по прямому назначению будет невозможно и они превратятся в бесполезные куски пергамента.

– Самое время начать торговаться, – заявил Виталик. – Чего конкретно ты от нас хочешь и что мы с этого можем поиметь?

– Давайте сыграем в свою собственную игру, – сказал Элронд и подмигнул. – Я выдам вам уникальный квест, который не отразится в ваших журналах, вы не получите за него игрового опыта, но я могу обеспечить вам вполне материальные награды. И вот вам в качестве аванса, если вы согласитесь, – в его руках появилось два свитка.

– Что это? – спросил я.

– Это очень редкие свитки «заточки», – сказал Элронд. – Улучшают любое выбранное вами оружие, по сути, переводя его на ранг выше. Редкое станет уникальным, а эпическое – легендарным. Причем, хочу заметить, прокачаются все его свойства, как основные, так и дополнительные.

– Но ты думал, что нас будет четверо, – сказал я. – И это значит, что у тебя должны быть, как минимум еще два свитка, с которыми ты готов расстаться.

– Так вы согласны?

– Нет, – сказал я. – Мы еще торгуемся.

– Хорошо, – он улыбнулся и количество свитков в его руке удвоилось. – Наверное, не стоит упоминать, что я выделю вам сумму на оперативные расходы.

– Это всего лишь золото, – сказал Виталик. – Золото мы и сами нафармить можем.

– Я умею работать с логами и скрывать следы своего вмешательства, – сказал Элронд. – Я покажу тебе, и это избавит вас от дальнейших проблем с модераторами.

– А что насчет нашей текущей проблемы с модераторами? – поинтересовался Виталик.

– Если кто-то получил такой квест, отменить его я уже не в силах, – сказал Элронд. – Однако, при помощи этих свитков, информационной поддержки и щедрого финансирования вы сможете решить эту проблему.

– Меня он почти убедил, – сказал я, делая акцент на слове «почти».

– А как насчет отмщения? – спросил Элронд. – Как насчет того, чтобы избавить галактику от диктата злой воли древних?

– Империя наносит ответный удар, – сказал Виталик. – Мне нравится идея отмщения, но что случится с игровыми мирами, когда портальная сеть накроется медным тазом?

– Они снова получат шанс на самостоятельное развитие, – сказал Элронд. – Конечно, многие виды уже перемешаны, и возврата к старому порядку не будет ни для кого, но из этого хаоса родится что-то новое. Что-то, что не будет зависеть от прихотей Архитекторов, натравивших свое детище на эту часть вселенной.

– Звучит неплохо, хотя я бы немного прикрутил регулятор пафоса, – сказал Виталик. – А теперь расскажи нам о том, что нам надо будет сделать.

– У этого квеста несколько этапов, – сказал Элронд. – На первом из них вам придется отправиться в один из игровых миров, в который у меня нет доступа, и разыскать там Племя Отца. Это группа коллоквианцев, ушедших с территории империи в первые дни пришествия Системы. По косвенным признакам мне стало известно, что они все еще живы и все еще держатся вместе. Вам следует отыскать их, вступить с ними в контакт, а потом попросить нынешнего Отца рассказать вам легенду о Длинном Копье.

– Что-то у тебя жанры все время скачут, приятель, – сказал Виталик. – Начинали вроде с киберпанка, а теперь какое-то махровое фэнтези поперло. Того и гляди, надо будет какой-нибудь артефакт в жерло вулкана кидать, к хренам.

– Без артефактов тоже не обойдется, – заверил его Элронд. – Если они все еще помнят легенду о Длинном Копье, узнайте, где они держат ключ. Как узнаете, добудьте его.

– И принести сюда?

– Нет, – сказал он. – Я позже сообщу, куда вам нужно будет его доставить.

– Как выглядит ключ? – спросил я.

– Металлический кубик три на три сантиметра, – сказал Элронд. – По сути, это контейнер, внутри которого содержится инфокристалл. Мне нужно объяснять, что такое инфокристалл?

– Это интуитивно понятно, – сказал я. – Какими методами мы можем пользоваться для добычи ключа?

– Любыми, – сказал Элронд. – Вплоть до войны.

– Но эти ребята, насколько я понимаю, вроде как потомки твоих создателей, – сказал я. – Может, у вас даже общие бабушка с дедушкой, пусть твои и были виртуальными.

– Я сентиментален, – сказал Элронд. – Но не настолько. Конечно, я предпочел бы, чтобы вы решили проблему мирным путем, но если не получится, можете их всех поубивать. Цель оправдывает средства.

– Не всякая, – сказал я.

– Текущая точно оправдывает, – сказал Элронд. – Это война, а на войне не обходится без жертв.

– А также бей своих, чтобы чужие боялись, – бесстрастно заметил Виталик. – Но я так и не понял, почему тебе нужны именно мы. Если ты не слишком стеснен в финансах, ты мог бы подрядить на это дело наемников. Целую кучу наемников. Я так понимаю, в мирах Системы нет недостатка в искателях приключений всех мастей.

– Тот, кто продает свое оружие за золото, может перепродать его неограниченное количество раз, – сказал Элронд. – Но это не главное. Возможно, в какой-то момент тебе придется изменить характеристики ключа. Повторить тот же фокус, который ты провернул с вашим оружием в том подземелье. Фокус, который и привлек к вам мое внимание.

– Звучит все очень туманно и неопределенно, – сказал я. – Понимаю, что большую часть информации ты собираешься сообщить нам по ходу дела, если мы за него таки возьмемся, но кое-что я хотел бы уточнить на берегу.