Текст книги "Система дефрагментации. Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Сергей Мусаниф

сообщить о нарушении

Текущая страница: 104 (всего у книги 155 страниц)

– Откуда бы мне такое знать?

– Он назывался «Убить смерть».

– Очень поэтично, – сказал Гарри.

– Еще что-то по этому поводу можете пояснить?

– Нет, – сказал Гарри.

– Давайте я вам еще раз расскажу, – предложил Савельев. – Их квест назывался «Убить смерть». И убить они пытались конкретно вас.

– Выходит, что я – смерть? – уточнил Гарри. – Вы на это пытаетесь намекнуть?

– Выходит, что так.

– Или они меня приняли за кого-то другого, – сказал Гарри.

– Наш источник говорит, что Система вас им подсвечивала, так что ошибиться они не могли, – сказал Савельев.

– Странные вещи вы говорите.

– Думаете, мне нравится это говорить? Во всем этом разбираться? Пытаться найти в происходящем хоть какой-то смысл?

– Я вас совсем не знаю, – сказал Гарри.

– Вы когда-нибудь играли в ММОРПГ? – спросил Савельев.

– Играл, конечно, – сказал Гарри. – В детстве. Кто же в детстве не играл?

– Значит, систему квестов вы себе хорошо представляете?

– Эмм… допустим.

– В таком случае вы должны понимать, что эти пятеро, скорее всего, не единственные, кто получил такой квест. И вам все еще угрожает опасность.

– В этом вашем заявлении есть логика только в том случае, если мы находимся в пространстве игры, – сказал Гарри. – Но мы-то с вами в реальном мире. Тут это все как-то по другому должно работать, нет?

– Вы сами недавно говорили, что мир безумен, – напомнил Савельев.

– А, ну да, – сказал Гарри. – Значит, мы с вами не в реальном мире?

– В реальном.

– Признаться, я потерял нить разговора, – сказал Гарри. – Я-то думал, что вы ведете к тому, что мы находимся внутри какой-то компьютерной симуляции, в Матрице, которая живет по каким-то другим законам.

– Игровым, – подсказал Савельев.

– Но вы утверждаете, что реальность реальна, и значит, эти игровые законы воображаемы?

– К сожалению, нет, – сказал Савельев. – Игровые законы тоже реальны. По крайней мере, для какой-то части населения Земли. Какая-то часть населения Земли видит перед глазами виртуальный интерфейс, может вывести за него свои характеристики в числовых значениях, качает навыки и выполняет неведомо кем выдаваемые квесты.

– Процент сумасшедших в последнее время…

– Несколько вырос, но я сейчас говорю не о сумасшедших, – сказал Савельев.

– А как же только что описанные вами галлюцинации?

– Это не галлюцинации, – сказал Савельев. – Мне странно слышать о галлюцинациях от человека, который около часа назад убил орка, вывалившегося на него из спонтанно возникшего межмирового портала.

– Так это был орк? – уточнил Гарри. – А почему у него рога?

– Это не рога, это боевые импланты.

– А выглядели точь-в-точь, как рога, – сказал Гарри. – Но порталы открываются, это не новость. Иногда из них вываливается что-то безобидное, а иногда – агрессивное. Вот как сейчас. Про порталы все знают.

– Скоро все узнают и остальное, – вздохнул Савельев. – По крайней мере, я полагаю, что к этому все и идет.

– Может быть, вы сами видите интерфейс? – поинтересовался Гарри.

– Нет, я не вижу, – сказал Савельев. – А вот человек, который разговаривал с вами до меня и которому вы прочли лекцию об одежде, видит. Его игровой ник – Безопасник, его игровой класс – обоерукий стрелок, и у него уже сорок пятый уровень.

– А костюм на нем все равно плохо сидит, – сказал Гарри.

– Самое любопытное в том, что он тоже получил квест на ваше убийство, – сказал Савельев. – Кто же вы такой, мистер Борден?

Глава 3

– Мне просто любопытно, а какой ответ вы сейчас рассчитываете получить? – поинтересовался Гарри.

– Я хотел бы получить ответ, хоть немного объясняющий происходящее, – сказал Савельев. – Но на безрыбье сойдет и любой другой.

Гарри развел руками.

– Даже и не знаю, что вам сказать. Я – обычный британский капиталист.

– Владелец заводов, газет, пароходов.

– Газеты – это прошлый век, – сказал Гарри. – Но в целом все верно.

– Признаться честно, сначала мы думали, что вы – Джеймс Бонд, – сказал Савельев. – Глубокого залегания, прекрасно законспирированный, с тщательно проработанной легендой и родительским состоянием в качестве прикрытия.

– Так вы давно за мной следите?

– Около года, – сказал Савельев. – Со времени захвата заложников в Бирме.

– Они не любят этого названия, – заметил Гарри.

– Должно быть, оно напоминает им о их колониальном прошлом, – сказал Савельев.

– Таксист тоже на вас работал? – поинтересовался Гарри.

– Какой таксист?

– Неважно.

– Да, наверное, неважно, – сказал Савельев. – Итак, Бирма. Семь мертвых заложников, тринадцать мертвых террористов.

– Заложников – это не я, – сказал Гарри. – Это случилось еще до того, как я начал. Собственно говоря, когда это случилось, я и начал. Потому что стало понятно, к чему это все идет.

– К штурму и огромному попутному ущербу? – уточнил Савельев.

– Вас никогда не настораживало, как легко человеческие жизни списываются в «попутный ущерб»? – спросил Гарри.

– Увы, но такова специфика работы спецслужб, – сказал Савельев. – Нельзя приготовить яичницу…

– Власти Бирмы решили даже не пробовать, – сказал Гарри. – Я видел, как они расчистили площадь и подогнали к зданию танки.

– Вы оказали им большую услугу, уничтожив террористов, – сказал Савельев.

– Они дали мне орден и неофициальное предписание никогда больше в их страну не приезжать, – сказал Гарри.

– Из-за этого запрета пострадали ваши финансовые интересы?

– Нет, отнюдь, – сказал Гарри. – Всегда можно послать кого-нибудь другого.

– Как бы там ни было, ваше вмешательство в Бирме привлекло наше внимание, – сказал Савельев. – Но одновременно оно и частично рассеивало наши подозрения о вашей работе на британские спецслужбы. Вряд ли агента такого уровня держали ради того, чтобы уладить какой-то мелкий локальный конфликт в бывшей колонии. И очевидно, что если бы его держали для чего-то другого, то настоящий агент предпочел бы уйти незаметно, пусть он при этом никого бы и не спас, чем наделать столько шуму, устроив перестрелку с террористами. Конечно, мы не исключали и того варианта, что у вас просто сдали нервы…

– А вы убиваете людей, когда у вас сдают нервы? – поинтересовался Гарри.

– Нет, предпочитаю ходить в спортзал, – сказал Савельев. – После Бирмы мы стали за вами следить и стали под вас копать. Но ничего сверх официального образа так и не накопали. Более того, мы задавали прямые вопросы вашему предполагаемому начальству, причем на том уровне, на каком оно не смогло бы их проигнорировать, и задавали косвенные вопросы другим… э… коллегам. И никто не подтвердил, что вы работаете на кого-то еще, помимо собственной корпорации.

– Я не работаю на корпорацию, – поправил его Борден. – Я ей владею.

– В данном контексте это не столь важно, – сказал Савельев. – По всем документам вы – просто бизнесмен. По результатам наблюдений и расследований вы – просто бизнесмен. В своей профессиональной деятельности вы ни разу не выходили за рамки просто бизнеса. пусть и не всегда честного и не всегда законного. Не так ли?

– Вопрос о законности моего бизнеса я буду обсуждать только в присутствии корпоративного адвоката.

– Пустое, – сказал Савельев. – Мы здесь не за этим. Мне, собственно говоря, все равно, чем вы там занимаетесь. Хоть наркотиками торгуйте, меня это не волнует. Я другие вопросы решаю.

Гарри достал сигарету и закурил. Савельев слегка поморщился, но ничего по этому поводу говорить не стал.

Только подошел к окну и открыл его пошире.

– В то же время, мы не могли не заметить некоторые странности, – заявил он. – Для обычного бизнесмена вы довольно часто попадаете в ситуации, угрожающие вашей жизни. И довольно легко из них выходите. Например, вы убили тринадцать террористов в Бирме, не получив ни царапинки.

– Неправда, – сказал Гарри. – У меня остался шрам на предплечье. Хотите, покажу?

– Может быть, позже, – сказал Савельев. – Вас часто пытаются убить?

– Как всех, – пожал плечами Гарри.

– Не как всех, – сказал Савельев. – Далеко не как всех. Когда это произошло в первый раз?

– Первого раза я не помню, но мне рассказывали, – сказал Гарри. – Когда мне был год или что-то около того, родители поехали в Индию и взяли меня с собой. У отца были какие-то дела с местными бизнесменами, и мы остались на ночь в загородном доме одного из них. Ночью, когда прислуга уже уснула, в мою колыбельку заползла ядовитая змея.

– И что же случилось?

– Говорят, что я ее задушил, – сказал Гарри.

– Красивая история, – восхитился Савельев. – А разве она не про Геракла?

– Какие времена, такие и Гераклы.

– После того, как мы не нашли вашей связи со спецслужбами, мы решили, что у этих странностей есть другое объяснение, – сказал Савельев. – Мы решили, что вы – игрок.

– А, видимо, сейчас вы снова начнете нести эту чушь про квесты и интерфейсы, – сказал Гарри.

– Это не чушь, – сказал Савельев. – К огромному моему сожалению.

– Вы говорите, что у вашего коллеги квест на моей убийство, – сказал Гарри. – Почему же он не попытался?

– Очевидно, потому что для него есть вещи важнее игры, – сказал Савельев. – И слова «служебный долг» для него не просто пустой звук. Но я должен признать, что он – исключение. Очень редкий случай. Обычно получившие интерфейс люди ставят игровые квесты превыше всего остального, и ради их выполнения они готовы как преступать как через нормы морали и нравственности, так и нарушать действующие законы.

– Интересные у них, должно быть, квесты. И вы много таких встречали?

– По роду службы? Достаточно.

– Что вы с ними делаете?

– По-разному, – сказал Савельев.

– Но в основном – убиваете?

– Иногда по-другому просто нельзя.

– Снова история про яичницу, – вздохнул Гарри.

– Значит, вы продолжаете утверждать, что вы – не игрок и никакого интерфейса не видите?

– Было бы странно, если бы я говорил обратное, – сказал Гарри. – Учитывая общие обстоятельства и ваши недавние откровения. Но вот что любопытно. Вы охотитесь на игроков. Вы убиваете игроков…

– Не всех.

– Не всех, – согласился Гарри. – Но у вас до сих пор нет верного способа, чтобы из распознавать?

– Исключая чистосердечное признание, мы можем судить только по косвенным признакам, – сказал Савельев.

– А мертвые вас опровергнуть все равно не смогут, – заметил Гарри. – Очень удобно.

– Вы ерничаете, – сказал Савельев. – А мы пытаемся спасти мир.

– Внушительная постановка задачи, – сказал Гарри. – А от чего?

– От хаоса.

– Удачи вам в этом нелегком деле, – сказал Гарри. – Но должен заметить, что получается у вас не очень. Если у вас даже рабочего метода опознания нет.

– Как правило, игроки могут видеть других игроков, – сказал Савельев. – И для этого мы дали Безопаснику с вами пообщаться. Он сказал, что видит в вас только квестовую цель и ничего больше. Но я полагаю, что этот метод не дает стопроцентной гарантии. Наверняка есть какие-то специальные навыки, которые помогают игрокам скрывать их истинную суть.

– О, слушайте, у меня идея, – сказал Гарри. – А давайте, вы будете сжигать их на кострах? Говорят, в средние века этот метод себя оправдывал.

– Вы снова ерничаете, но я вас не осуждаю, – заявил Савельев. – Это защитная реакция, при помощи которой ваш рассудок пытается справиться с культурным шоком…

В открытое окно влетела граната.

Время замедлилось, словно режиссер нашей жизни включил режим «слоу-мо». Савельев рванулся через стол, очевидно, в попытке свалить Гарри на пол и закрыть его своим телом, но Борден видел, что он не успевает.

Да и не надо было успевать.

Гарри выбросил левую руку в сторону, извлек гранату из воздуха и швырнул ее обратно. Она взорвалась уже за окном, на некотором отдалении из здания, и основном ущерб пришелся на разбитые ударной волной окна.

Савельев завершил свой эпический перелет через стол и грузно плюхнулся на пол потому что ни Гарри, ни стула, на котором он до этого сидел, на прежнем месте уже не было.

Борден стоял у стены, вне зоны возможного обстрела, и одним глазом косился на улицу. Сигареты все еще дымилась в его пальцах.

– Уф, – сказал Савельев. – Я приношу вам искренние извинения за этот инцидент. Такого не должно было произойти, пока вы наш гость.

– Извинения излишни, – сказал Гарри. – Вы это не контролируете. Или контролируете?

– Это – точно нет, – сказал Савельев. – Вы не ранены?

– Пустяки, – сказал Гарри, вытирая со щеки кровь от пореза. – Но если вы хотите продолжать, наверное нам стоит переместиться в помещение без окон. У вас же в здании есть помещения без окон?

– Есть, – сказал Савельев. – В подвале. Но мы не хотели создать у вас ложное впечатление…

Дверь распахнулась, словно от удара ногой. Впрочем, судя по всему, именно ногой ее и открывали. В кабинет ворвался отряд спецназа под водительством Егора Михайловича, которой тоже был в наспех накинутом бронежилете и со старинным «маузером» в руках.

– Как тут у вас, ек-макарек? Ты цел, Виталя?

– Цел, – сказал Савельев.

– Я тоже в порядке, – сказал Гарри.

– Да что с тобой, вражина, сделается?

– Егор Михайлович, не начинайте, – попросил Савельев. – Лучше помогите бейсболиста найти.

– Бейсболиста преследуют, – сказал Егор Михайлович. – Гаденыш пытается уйти крышами, но хрен что у него выйдет. Я уже вызвал вертолет.

Савельев поморщился, словно у него болел зуб.

– Не люблю лишнего шума.

– В нас гранату кинули, ек-макарек, – сообщил ему Егор Михайлович. – Так что тишина по-любому уже нарушена. Интересно, кстати, почему случился этот недолет…

– Это не недолет, – объяснил Савельев и кивнул в сторону Бордена. – Он ее обратно выкинул.

– Хм, – сказал Егор Михайлович. Он убрал «маузер» в огромную деревянную кобуру, притороченную к поясу, и пальцами померял расстояние между прутьями решетки. – Отличный бросок. Даже два, ек-макарек. Что туда, что сюда… Так попасть…

– Двойная удача? – поинтересовался Савельев.

– Чего гадать, ек-макарек? – спросил Егор Михайлович, вынимая из кармана рацию. – Давайте специалиста позовем.

– А он сейчас по крышам не прыгает? – уточнил Савельев.

– Слишком ценный кадр, чтобы его на обычную погоню тратить, – сказал Егор Михайлович. – Да и костюм, ек-макарек, помятся может…

Безопасник явился минуты через три, и костюм его по-прежнему выглядел почти идеально. Но, кроме тех аспектов, на которые Борден ему уже указывал.

Майор осмотрел помещение, подошел к окну, карманной рулеткой померял расстояние между прутьями решетки…

– Что это была за граната? – спросил он.

– М-67, – сказал Гарри. – Или что-то на нее очень похожее. По габаритам, по крайней мере. Сами понимаете, у меня было не так много времени, чтобы все рассмотреть.

– М-67, – повторил Безопасник и снова покосился на решетку. – Запас есть, но совсем небольшой.

– Это мы, ек-макарек, и сами понимаем, – сказал Егор Михайлович. – Ты лучше скажи, как они это сделали. Ты бы смог попасть?

– С улицы?

– Для начала.

– Я бы смог, – уверенно сказал Безопасник. – Практически со стопроцентной гарантией.

– Значит, и другой игрок мог бы, – сказал Савельев.

– Да, – подтвердил Безопасник. – Ничего экстраординарного. Единственное условие – точность должна быть выше сотни вкачана.

– А сила и ловкость?

– Главное, чтоб не по единице.

– Но наш гость по-прежнему утверждает, что он не игрок, – сказал Савельев.

– Значит, просто повезло, – сказал Безопасник. – Так тоже бывает.

– Ему все время везет, раз за разом, – констатировал Егор Михайлович. – Просто какой-то любимчик фортуны, ек-макарек.

– Не то, чтобы я сильно хотел познакомиться с вашими подвалами, – сказал Гарри. – Но тут дует.

– Удивительные люди англосаксы, – сказал Егор Михайлович. – Гранаты им, значит, нипочем, а сквозняков боятся…

Но они все-таки переместились в подвал, где не дуло. Ничего особенно зловещего Гарри в подвале не обнаружил, по сути, здешняя комната для допросов отличалась от предыдущей только отсутствием окна. Что, в сложившихся обстоятельствах, говорило в ее пользу.

– Это было немного нервно, – заметил Савельев, открывая неприметный стенной шкаф и вытаскивая оттуда термос с кофе. – Мне даже захотелось немного поиграть на балалайке, чтобы расслабиться.

– Обратите внимание, я даже не спрашиваю, где вы припарковали своего ездового медведя, – сказал Гарри.

– Хотите кофе?

– А вы уже плеснули туда скополамин?

– Конечно, как без этого, – Савельев демонстративно разлил кофе в чашки и поставил одну из них перед Гарри, а из второй немедленно хлебнул.

Кофе оказался довольно паршивый, но лучше, чем можно было бы ожидать. По крайней мере, не из пакетика «три в одном», уже хорошо.

– Сахар, сливки?

– Нет, и так нормально, – сказал Гарри.

– Тогда продолжим, – сказал Савельев. – Вы понимаете, что у вас на спине до сих пор нарисована огромная мишень? И что люди, желающие вашей смерти, ни перед чем не остановятся, раз уж они решили бросить нам в окно гранату среди бела дня в центре города?

– Это я понимаю, – сказал Гарри. – Я не понимаю только, чем я заслужил подобное отношение.

– Я тоже хотел бы это узнать, – сказал Савельев.

– Ну хоть какое-то объяснение всего этого безумия у вас есть? – поинтересовался Гарри. – Я имею в виду даже не сегодняшнее безумие, а вообще. В целом.

– Есть, – сказал Савельев.

– И я даже могу его услышать?

– Да, можете, – сказал Савельев. – Дело в том, что мы не одиноки во вселенной.

– С этим трудно поспорить, – согласился Гарри, вспомнив зеленого, размахивающего топором. Вряд ли орк был родом с Земли. По крайней мере, с этой Земли.

– И в какой-то части этой вселенной идет большая игра, – сказал Савельев. – Вроде наших ММОРПГ, только с живыми людьми… и нелюдьми, видимо, тоже. Эта вселенная живет по игровым законам, и иногда они прорываются в нашу реальность.

– А вы сейчас говорите про другие планеты или параллельные миры? – уточнил Гарри.

– Доподлинно это неизвестно.

– Немного же вам удалось узнать.

Настала очередь Савельева разводить руками.

– Источники информации крайне скудны и мы не можем быть уверены в их достоверности, – сказал он. – Мы даже не можем точно сказать, какой процент землян… э… поражен. Но нам удалось узнать о существовании ключевых фигур. Это люди, которые участвуют в игре, не являясь, собственно, игроками. Но игра крутится вокруг них и вмешивается в их жизнь, так или иначе. Кто-то получает квесты на их убийство, например. Кто-то – на их защиту. На сбор информации о них. Такого, конечно, меньше. В основном – на убийство.

– И я…

– Если вы не игрок, то вы – как раз из таких фигур, – сказал Савельев.

– Но кто выдает все эти квесты? – спросил Гарри. – Где находится, так сказать, главный сервер?

– Мы не знаем.

– А много вам известно таких, как я?

– Мишеней? – уточнил Савельев. – Некоторое количество известно. Есть, например, один парень, совсем молодой, только в прошлом году институт закончил. Сейчас работает техническим консультантом в каких-то «Рогах и копытах»…

– В чем? – не понял Гарри.

– Мелкая «купи-продай» контора, не ваших масштабов бизнес, – пояснил Савельев. – Его тоже постоянно хотят убить. На этой неделе пытались уже трижды.

– Как я понимаю, попытки не были удачными?

– Нет, – сказал Савельев. – Мы его защищаем.

– А что он сам по этому поводу говорит?

– Ничего. Мы его пока в известность не ставили. Но, если сравнивать ваши случаи, то я должен признать, что там плотность огня гораздо ниже.

– Как его зовут?

– Вы же понимаете, что я не могу вам этого сказать, – покачал головой Савельев. – Его настоящее имя останется тайной, а в оперативной разработке мы называем его Джокером.

– Почему?

– Чувство юмора у него странное и шутки дурацкие, – сказал Савельев.

– Возможно, нам с ним было бы, что обсудить, – сказал Гарри.

– Вряд ли, – сказал Савельев. – Он живет обычной жизнью, он не игрок, и он понятия не имеет, что вокруг него творится.

– Это до поры до времени.

– Возможно.

– Вы считаете, что он не имеет права знать?

– Неважно, что я считаю, – сказал Савельев. – Есть права, а есть оперативная необходимость…

– А, снова про яичницу, – сказал Гарри.

– Знакомство с ним ничего вам не даст, – сказал Савельев. – А с другим человеком, находящимся в вашем положении и периодически отбивающимся от попыток вселенной его прикончить, вы уже знакомы.

– Да? – удивился Гарри.

– Да, – сказал Савельев. – И возможно, что недавняя граната влетела в окно не по вашу душу. Другой такой человек – это я.

Глава 4

– И кто же вы такой, мистер Савельев?

– Полковник СВР, как я уже говорил.

– Говорили, – согласился Гарри. – Но это не объясняет.

– Увы, – сказал Савельев. – Мы пытались найти у мишеней какие-то общие места, но пока в этом не преуспели. Разные люди, разный возраст, разные сферы деятельности.

– А если нет никаких общих мест? – поинтересовался Гарри. – Если нет никаких закономерностей? Если все определяет рандом?

– Случайная выборка? Нет, не думаю. В этом нет никакого смысла.

– Так зачастую его и нет, – сказал Гарри.

– И как мне с этим работать?

– Я не знаю, – сказал Гарри. – Вы полковник, вы и думайте.

Савельев вздохнул.

– Какие у вас дела в Москве?

– Я занимаюсь инвестициями, – сказал Гарри. – Встречался с людьми, претендующими на вложения, знакомился с их проектом.

– И как? Будете вкладывать?

– Нет.

– Из-за этой серии инцидентов?

– Нет, – сказал Гарри. – Причем тут это вообще? Просто они мне не понравились и стартап у них вторичный. Он не взлетит.

– Как вы это определяете?

– А вам на самом деле интересно?

– Нет, – сказал Савельев.

– Если вы исчерпали другие темы для разговоров, то я могу пойти к себе в отель, – сказал Гарри. – Может быть, на этот раз я до него даже дойду. А завтра утром меня ждет самолет в Лондон.

– Не боитесь летать? Учитывая обстоятельства?

– А вам известен какой-то другой способ попасть в Лондон в течение, скажем, суток? – поинтересовался Гарри.

Борден не боялся летать, но его в принципе нервировало, когда он находился в транспортном средстве, которым управлял кто-то другой. Поэтому и личного шофера у него никогда не было.

– А если я попрошу вас задержаться в Москве? – спросил Савельев.

– Зачем?

– У меня сложилось впечатление, что плотность покушений на вашу персону в Москве…э… несколько возросла, – сказал Савельев. – Возможно, здесь есть какая-то закономерность. Возможно, если вы останетесь и покушения продолжатся, мы сможем ее найти.

– Или вы просто хотите дать убийцам лишние шансы, – предположил Гарри.

– Зачем мне это?

– Откуда мне знать? Но если вспомнить сентенцию про яичницу… я вполне допускаю, что вы можете пожертвовать моей жизнью ради того, чтобы получить хоть какой-нибудь ответ.

– Мне кажется, вы нас излишне демонизируете, – сказал Савельев.

– Предосторожность, – сказала Гарри. – Никогда не бывает излишней. Вам известны другие люди-мишени, помимо нас троих?

– Еще четверо. На данный момент все они уже мертвы.

– Семь человек – это уже достаточно, чтобы сделать какие-то выводы, – заметил Гарри.

– Ничего общего, кроме того, что все они – люди, – сказал Гарри. – Но людей на планете семь миллиардов. Мы не знаем, кто и с какой целью это устроил. мы не знаем, как далеко готов зайти от, кто это устроил. Мы не представляем, какие у этого могут быть последствия. И это заставляет нас нервничать больше всего.

– То есть, никакой схемы вы до сих пор не углядели?

– Нет, – сказал Савельев. – Этих людей ничего не связывало.

– Может быть, вы просто не там ищете эту связь.

– А где мне искать? – спросил Савельев. – У вас есть какие-то соображения?

– Нет, конечно, это было просто высказывание общего плана, – сказал Гарри. – Я узнал об этой проблеме только от вас, откуда же мне знать, как она решается?

– Свежий взгляд, – предположил Савельев. – Может быть, у меня уже глаз замылился.

Гарри покачал головой.

– Нет, – сказал он. – Простите, но нет. Ничем не могу вам помочь.

– Жаль, – сказал Савельев. – Сегодня утром на вашу машину упала бетонная плита.

– Думаете, крановщик тоже в игре?

– Не знаю, – сказал Савельев. – Кабина была пуста, крановщика до сих пор ищут.

– Ну, сбежать после того, как напортачил – это очень по-человечески, – заметил Гарри. – Не вижу в этом ничего удивительного.

– Признаться, я тоже, – сказал Савельев. – Меня удивляет другое. Я посмотрел записи с камер наблюдения. Вы почти уже сели в машину, когда это произошло, и отпрыгнули в самый последний момент, при этом даже не посмотрев вверх. Как вам это удалось?

– Бетонные плиты падают не бесшумно, – объяснил Гарри. – А у меня рефлексы. Слышу приближающийся непонятный звук – прыгаю в сторону.

– Полезные рефлексы, – оценил Савельев. – Но откуда они у обычного бизнесмена?

– Все еще подозреваете, что я игрок? – спросил Гарри.

– А что мне еще остается думать? – поинтересовался Савельев. – У вас нечеловечески быстрые рефлексы, вы уворачиваетесь от пикирующих на вас бетонных плит, ловите гранаты в воздухе и выбрасываете их на улицу через довольно частую решетку, вы деретесь, как спецназовец, хотя нигде никогда не служили, вы убили орка ударом трофейного ножа в глаз, даже не удивившись, откуда в центре Москвы средь бела дня взялся орк, и, что самое подозрительное, вы сохраняете такое хладнокровие, будто привыкли проделывать все эти подвиги каждый день. Как у вас это получается?

– Я не задумываюсь, – объяснил Гарри. – Простое делаю и все.

– Так не бывает.

– Вы спорите не со мной, – сказал Гарри. – Вы спорите с фактами.

– Либо вы мне лжете.

– Зачем мне это? – спросил Гарри. – Вы же не убиваете игроков, если я правильно понял. Один из них на вас даже работает.

– Чужая душа – потемки, – сказал Савельев.

Реальность снова подернулась рябью, но Савельев, казалось, этого не заметил.

– Сейчас, – сказал Гарри.

– Что сейчас?

Портал открылся под потолком, и оттуда, из черного горизонтального провала, прямо на стол со стоящими на нем чашками кофе, спрыгнул ниндзя.

Ну, или мумия, побывавшая на заводе по переработке отходов в тот момент, когда там жгли резину…

Затянутая во все черное фигура ловко приземлилась на стол, сверкнул короткий меч. Гарри увернулся, бесцельно отступая к стене. Савельев шагнул в сторону, потянулся к неприметному шкафу, из которого до этого доставал термос с кофе.

Ниндзя резво спрыгнул со стола, метнулся к Гарри, взмахнул мечом. Гарри перехватил руку с оружием, покрутил запястье.

Савельев извлек из стенного шкафа здоровенный дробовик.

Ниндзя бросил меч и вывернулся из захвата, кувыркнувшись в воздухе и умудрившись при этом пнуть Гарри ногами в грудь. Гарри сделал шаг назад, уперся спиной в стену.

Ниндзя выхватил кинжал.

Гарри поймал его встречным движением и пнул в колено опорной ноги. Ниндзя на мгновение замешкался, и Савельев, схватив дробовик за дуло и орудуя им, как дубиной, подскочил сзади, готовясь обрушить удар на его голову.

Хорошо хоть, стрелять не стал, успел подумать в этот момент Гарри. В замкнутом пространстве мы бы все оглохли. По крайней мере те, кто выжил.

Потому что разлет дроби у этой штуки может быть очень большим…

Ниндзя в последний момент увернулся, и приклад скользнул по его плечу. Гарри прыгнул, снова перехватив руку с оружием, уронил ниндзю на пол и упал сверху, переводя драку в партер.

Оружия у него не было, зато он был тяжелее. И сильнее. И, видимо, подвижнее.

– Живым! – взвыл Савельев.

Но Гарри уже не задумывался. Он просто делал.

Через мгновение он обнаружил, что лежит на полу, а тело ниндзя растаяло в воздухе, как до того тело зеленого.

– Ну я же просил, – укоризненно сказал Савельев.

– Так сами бы и делали, – сказал Гарри.

Черный портал на потолке начал закрываться. Гарри подобрал с пола меч и запрыгнул на стол. Савельев бросился ему наперерез и схватил за ногу. Гарри отмахнулся, но потерял равновесие и ему пришлось спрыгнуть на пол. Савельев, уже без дробовика, пошел на него.

Гарри вздохнул, отбросил в сторону меч и они сошлись. Спустя два удара сердца Савельев отлетел в сторону, но время было упущено.

Портал закрылся, а дверь, наоборот, открылась, снова впуская внутрь спецназ с привычным уже Егором Михайловичем во главе.

Расстановка сил была не в его пользу, но Гарри продолжал делать. Он отобрал дубинку у ближайшего спецназовца, саданул его локтем в шлем. Локоть заныл, забрало треснуло, спецназовец сделал два шага назад. Гарри перехватил дубинку, пнул другого набегавшего спецназовца ботинком в бронежилет, и приготовился к тому, что сейчас ему, возможно, наваляют.

– Стоять! – рявкнул Савельев.

Спецназ послушно замер.

Полковник поднимался с пола, но как-то неловко, правая его рука безжизненно свисала вдоль тела. Кто-то из бойцов пришел ему на помощь, поддерживая под локоть другой руки. Савельев морщился.

– Вы мне руку сломали, – заявил он.

– Извините, – сказал Гарри. – Но вы сами виноваты. Зачем вы мне помешали?

– Потому что вы собирались сделать явную глупость, – сказал Савельев. – Допустим, вы бы смогли запрыгнуть в портал. А дальше что? Вы же не знаете, что там с той стороны.

– Как раз бы и узнал, – сказал Гарри.

– Порталы нестабильны, – сказал Савельев. – Возможно, вы бы уже не смогли вернуться.

– Всегда есть способы, – сказал Гарри. – Если они открыли оттуда один портал на Землю, значит, я придумаю, как открыть другой.

– Виталь, а давай его все-таки шлепнем, ек-макарек, – предложил Егор Михайлович. – Нападение на должностное лицо при исполнении этим лицом служебных обязанностей… Чем не повод? Пулю в затылок, а спишем на этих… пришельцев, будь они неладны. Ребята нас прикроют. Ребята, прикроете?

Спецназовцы что-то несвязно промычали. С особенным энтузиазмом мычал тот, которому Гарри заехал локтем.

– Это ничего не решит, – задумчиво сказал Савельев, баюкая сломанную руку здоровой.

– Да и хрен с ним, – сказал Егор Михайлович. – Зато одним вражиной меньше.

– Он нам не враг.

– Он же британец, ек-макарек. Они там все такие…

– Шутки в сторону, – сказал Савельев. – Освободите помещение. Это и вас тоже, Егор Михайлович, касается.

– Ты уверен? Ты, ежели что, сам с этим джеймсбондом не сладишь, а мы можем не успеть…

– Уверен, дед, – сказал Савельев.

Спецназ ушел. Егор Михайлович вышел последним, на прощание одарив Гарри долгим внимательным взглядом.

– Вам бы к врачу, – сказал Гарри.

– Успею еще, – сказал Савельев. – Все еще ничего не хотите мне рассказать?

– Простите, что так вышло, – повторно извинился Гарри. – Я не хотел, но вы попали мне под руку.

– Я не об этом, – сказал Савельев. – Но мне кажется, что сегодня мы многое поняли.

– Подвал – не панацея, – сказал Гарри. – Безопасных мест нет.

– Он пришел за вами, – сказал Савельев.

– Похоже на то, – согласился Гарри. – А почему они лезут по одному? Мне кажется, навалиться толпой было бы более эффективно.

– Может быть, на вас пока только одиночные квесты выдают, а до рейд-босса вы не дотягиваете.

– Моя недоработка, – согласился Гарри.

– Вы на самом деле такой, да?

– Какой?

– Считаете себя неуязвимым?