Текст книги "Система дефрагментации. Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Сергей Мусаниф

сообщить о нарушении

Текущая страница: 99 (всего у книги 155 страниц)

И в принципе, я и этого-то ничего не хотел.

Она поняла мое молчание правильно.

– Посмотри на это с другой стороны, – сказала она. – Если мы не договоримся, я начну ставить тебе палки в колеса. Убью твоих друзей, а, насколько я понимаю, все твои планы завязаны на того низкорослого мага. Убью твою девушку из местных. Просто чтобы сделать тебе неприятно. Этого нелепого зомби… Конечно, ты попытаешься из защитить и убить меня, и кто знает, что из этого выльется в итоге? Ты же понимаешь, что нам выгоднее заключить сделку, что конфронтация не нужна нам обоим?

Это тоже звучало логично. Даже лишенная бонусов изначального мира, она умудрилась убить Полсона. Как ни крути, она была опасным противником, пусть уже и не самым опасным в моем изрядно сократившемся списке врагов. Но иногда на исход большого дела может повлиять любая мелочь.

Грядущий апокалипсис, грядущая схватка с Пожирателем Миров, мутный Магистр, смертоносный Борден, чертов азиат из данжа… Здесь уже и так замешано слишком много конфликтов, так стоит ли прибавлять к ним еще один?

– Занятно, как быстро ты перешла к угрозам, – сказал я.

– Я не угрожаю, – возразила Селена. – Я описываю ситуацию, которой мне хотелось бы избежать.

– Я обещал Магистру твою голову, – сказал я. – Ну, фигурально.

– Это первое обещание в твоей жизни, которое тебе придется нарушить? – изумилась она. – Кроме того, я улажу дела с Магистром. Он отзовет этот квест.

– Ты хочешь, чтобы я оказал тебе услугу, – сказал я. – Но тебе нечего дать мне взамен. Твои угрозы призрачны. Очередной войной ты вряд ли меня напугаешь.

– А ты еще не устал от войн?

– Немного устал, – сказал я. – Но таков путь.

– И ты ошибаешься, – сказала она. – У меня есть, что тебе предложить. Я предполагаю, что ты взял за основу модель Таннена, и ты, скорее всего, знаешь, чем там дело кончилось. А я могу рассказать тебе, что они сделали не так. Еще не поздно, вы сможете внести изменения в программу и избежать повторной катастрофы.

– И ты сможешь объяснить это так, чтобы я это понял? – уточнил я.

– Так ты не… а, ну да. Кто твой программист?

– Тот нелепый зомби.

– А я все думала, по какой причине ты таскаешь его с собой, – сказала она. – На самом деле, так даже проще. Я отдам тебе файлы, а ты передашь их ему и он сможет внести необходимые изменения, пока еще есть время. А потом, после того, как вы все сделаете, ты отдашь мне Венец. И больше мы никогда не встретимся.

– Ой ли?

– Клянусь Системой, что я не причиню вреда землянам и вообще буду обходить вашу планету стороной.

Конечно, это еще не была та самая клятва. Нельзя клясться Системой и призывать ее в свидетели, если Система в этот мир еще официально не пришла.

Но порыв я оценил.

– Ладно, – сказал я. – Давай свои файлы.

Она вручила мне нечто, весьма похожее на обычную флешку.

– А устройство считывания?

– Это системная штука, – сказала Селена. – Достаточно положить ее в инвентарь и активировать.

– Я передам это своему программисту, – сказал я.

– Так мы договорились?

– Как это ни удивительно, но похоже, что да, – сказал я.

– Если тебе это важно, формальную клятву я принесу позже, когда приду за Венцом.

– Было бы неплохо, – сказал я.

– Рада, что мы договорились, – сказала она.

– А я-то как…

И тут у меня сам по себе включился интерфейс и перед глазами, перекрывая добрую половину обзора, возникла системная надпись, предлагающая мне активировать мой новый статус. И прямо под ней включился таймер обратного отсчета, не слишком, как я успел заметить, длинный.

Но прочитать сообщение я тогда так и не успел, потому что ровно в тот же самый момент официант, подкравшийся к нам со спины, попытался вцепиться Селене в горло.

И при этом он нечленораздельно мычал, так что обида вряд ли возникла из-за еще неоплаченного счета.

Который я теперь точно не оплачу.

Селена схватила официанта за голову и отшвырнула его в сторону, словно это был не семидесятикилограммовый молодой мужчина, а набитая соломой кукла. Официант пролетел метра четыре-пять, а потом врезался в один из опорных столбов, на которых крепился тент, нанес ему критический урон, и вся эта масса материи принялась падать на нас.

Я вскочил на ноги, еще в процессе вскакивания смахнув мешающую надпись в левый нижний угол, и выбросил вверх правую руку. Призрачный клинок рассек пикирующую на нас материю на две части и они упали по обе стороны от нашего столика.

– Началось, – констатировала Селена. – Что ж, увидимся чуть позже.

– Угу, – сказал я.

Она сделала шаг в сторону, а я, пока призрачный клинок не ушел в откат, взмахнул рукой еще раз.

И снова разрезал на две части, но уже не материю.

Я, в общем-то, не горжусь тем, что сделал, но сожалений по этому поводу у меня тоже нет.

Не первое мое обещание в жизни, которое пришлось нарушить.

Не знаю, как бы там могло сложиться в дальнейшем, но я обещал Магистру.

Я обещал Полсону.

В конце концов, когда-то я обещал это самому себе. И не так давно я уже попытался это сделать, но не довел дело до конца, а я терпеть не могу незаконченных дел.

Перед глазами на миг повисла системная надпись, сообщающая об удачной активации моего нового статуса, а потом интерфейс мигнул и пропал.

Я не стал вызывать его еще раз.

Потому что есть время читать системные сообщения, а есть время проламывать головы.

И сейчас явно наступило второе.

Глава 23

С другой стороны, головы могут подождать. Проломить их я всегда успею, а в таком важном деле, как усекновение Немезиды, лучше убедиться наверняка.

Я постоял на площади, наблюдая, как вокруг ее тела растекается лужа крови. Мало ли, может у нее отсроченный респаун, абсолютная регенерация или еще какая-нибудь неведомая фигня.

Но нет.

И через десять минут ничего не изменилось. Тело Немезиды осталось на месте и лежало, как лежало. Не исчезло, не восстановилось, оставалось абсолютно мертвым.

Значит, одну сторону конфликта можно вычеркивать.

Вокруг меня творился натуральный апокалипсис в масштабе небольшого городка. Кто-то орал, кто-то рычал, кто-то ругался, где-то что-то уже начинало гореть. За то время, пока я стоял и ждал, не воскреснет ли Немезида, на меня попытались напасть всего двое низкоуровневых зомби, но, ясное дело, им ничего не светило. Я взял одного зомби за ногу и ударил им другого зомби, и все они отлетели к стене, размазались по ней и затихли.

Ладно, время идти домой.

Привычным жестом я открыл инвентарь…

Ни фига подобного. Привычным жестом я попытался открыть инвентарь, а он взял да и не открылся.

Я повторил жест.

Ничего.

Еще раз.

С тем же результатом.

Это было странно. За то время, что я провел в системных мирах, я изрядно привык к пространственному карману, в котором обычно хранилась целая куча ненужного хлама, и теперь, лишившись доступа к этому хламу, чувствовал себя не в своей тарелке.

И что за новый статус, о котором я так и не успел прочитать? Это как-то связано с тем, что тут началось или Система решила подложить мне какую-то персональную свинью, и случилось это ровно в тот момент, когда она официально возвестила о своем приходе сюда, и окно, так сказать, открылось?

Окно открылось, а я тут стою, сообразил я. Это неправильно.

Может быть, в открытое окно уже вовсю лезет хтонический Элронд, и мои друзья и соратники в полном составе отбиваются от него из последних сил.

И я припустил по улице легкой трусцой, по пути все равно пытаясь что-то сообразить.

Но бежать и думать одновременно оказалось слишком тяжело, и к тому моменту, как я добрался до Тенистой улицы, я так ничего и не сообразил.

На Тенистой улице было тихо и безлюдно. Хтонические Элронды не лезли изо всех щелей, в поле видимости не наблюдалось ни одного паладина Ричарда, и даже местные зомби, видимо, каким-то сверхъестественным чутьем вынюхавшие средний уровень находящихся в доме игроков, обходили это место стороной.

Мои друзья и соратники в полном составе обнаружились во внутреннем дворике. Они вольготно расположились в креслах и шезлонгах, а Виталик и вовсе разлегся на газоне.

Правда, все они, за исключением одного только Магистра, оказались одеты в свои лучшие боевые облачения.

А Магистр, как и прежде, щеголял в шортах.

– Слава богу, ты пришел, – сказал Федор.

– Привет, – сказал я. – А что происходит?

– А ничего, сука, не происходит, – сказал Виталик.

– Но так началось же…

– Началось, – согласился Виталик. – Зомбиапокалипсис, сука, начался, окно к хренам, открылось, а Пожиратель Миров ведет себя, как баба на третьем свидании. Опаздывает, сука, к хренам.

– Кстати, о бабах и свиданиях, – сказал я, разворачиваясь к Магистру. – Квест с Селеной закрыт.

И теперь он уже ни под каким соусом не сможет потребовать Венец Демиурга назад.

Магистр кивнул.

– С самого начала болел за тебя, Чапай, – сказал он. – Трудно было?

– Не особо.

– Ну и хорошо, – равнодушно сказал он.

– Постойте-ка, – сказал Федор. – Вы не о Немезиде ли говорите?

– О ней, – подтвердил я.

– Значит, все это время она была в городе, а ты ее выслеживал, а нам врал, что ходишь на свидания с местной?

– Нет, – сказал я. – Я не выслеживал и ходил на свидания с местной. А с Немезидой мы встретились случайно.

– И рука твоя, сука, не дрогнула.

– Не дрогнула, – подтвердил я.

– Ну вот, уже не зря съездили, – сказал Виталик.

– А что с Элрондом?

– Да ничего, ждем, – сказал Виталик. – Местный Брюс Ли сканирует пространство и скажет нам, если вдруг что.

Сидевший в позе лотоса и, по своему обыкновению, зависший в десяти сантиметрах от поверхности земли, чертов азиат кивнул.

– Это неплохо, что у нас есть немного времени, – сказал я. – Потому что мне надо с тобой поговорить.

– Валяй, – милостиво разрешил Виталик. – Дозволяю.

– Отойдем.

– О, – сказал он. – Ну давай отойдем, к хренам.

Мы отошли. Я не сомневался, что если кому надо, например, Магистру, то нас подслушают, даже если мы отойдем в район северного полюса, но так мне все равно было спокойнее.

– Я не особо интересовался техническими деталями, в которых не очень-то и понимаю, – сказал я. – Но вы построили свою программу на основании модели Таннена?

– Ну да, – сказал Виталик. – Никакой другой модели ты нам не предоставил. Никакой другой, сука, модели и не было.

– А вы поняли, что они сделали не так?

– Да, – сказал Виталик. – Грубо говоря, они все откатили, но не заблокировали местных Вычислителей, не обрезали им все способности, и в итоге они получили вместо второго шанса они получили полный нокаут. Но это, сука, простительно, потому что они были первыми, а первый блин всегда, сука, комом. А ты почему спрашиваешь?

– Немезида навела меня на эту мысль – сказал я.

– О, так это была не битва, – сказал Виталик. – Это были, классические, сука, переговоры. Скорблю. Но не особо искренне.

– Значит, ты в своей программе вполне уверен?

– На все, сука, пятьдесят процентов, – сказал Виталик. – Может, сработает, может, нет. Слишком много переменных.

– Ладно, пойдет, – сказал я. – Тогда второй вопрос.

– Слушаю вас, пациент.

– Доктор, у меня не открывается инвентарь.

– Хм, – сказал Виталик. – Вообще не открывается? Или на какую-то щелочку все-таки можно приоткрыть?

– От слова «забито гвоздями».

– А раньше у тебя такое бывало?

– Да, – сказал я. – В тюрьме. Но он там ни у кого не открывался.

– Хм, – Виталик последовательно вытащил из инвентаря дробовик, двуручный боевой топор и потрепанного плюшевого мишку. – У меня все работает. Видимо, надо искать проблему на твоей стороне.

– Это меня и беспокоит, – сказал я.

– Какие-нибудь странные события этому предшествовали?

– Ты сам понял, о чем спросил?

– А, ну да, – согласился Виталик. – Чего-то я махнул. Какие события тут вообще не странные? А что-то страннее обычного?

– Немезида дала мне какую-то штуку и сказала, что это для тебя, – сказал я. – Я сунул ее в инвентарь и вот…

– Так спроси у эксперта, – посоветовал Виталик. – Вон он сидит и голую коленку чешет.

– Не хочу, – сказал я.

– Ладно, тогда я сам спрошу, – сказал Виталик и гаркнул во весь голос. – Эй, как там тебя, мессир? Тебе что-нибудь известно о хреновинах, блокирующих игроку инвентарь к хренам?

– Сука, конечно, – сказал Магистр. – Это так называемые аномальные зоны. Там не только инвентарь, там вообще все способности заблокироваться могут.

– Об этих, сука, хреновинах, я и сам знаю, – сказал Виталик. – А как насчет артефактов?

– Не сталкивался, – сказал Магистр. – А у кого из вас инвентарь заблокирован?

– Да ни у кого, – сказал Виталик. – Я просто так спросил.

– Ага, – сказал Магистр и вернулся к чесанию коленки.

– Значит у тебя заблокирован инвентарь, – сказал Виталик. – И заблокирован он потому, что враг подсунул тебе какую-то хрень, и ты, не глядя, сунул ее к себе. Молодец!

– Да что уж теперь…

– А в инвентаре у тебя, сука, Венец, – сказал Виталик. – Может быть, на этом и строился ее расчет? О чем вы вообще переговаривались на фиг?

– Она хотела начать все с чистого листа.

– А, ну это она что-то попутала, конечно, – сказал Виталик. – Но ты купился?

– Она мертва, – напомнил я.

– Но эту хрень ты к себе все равно положил, – сказал он. – О чем ты думал вообще? А что, если бы это была инвентарная ядерная мина, и нас бы всех тут разнесло к хренам? Эй, Мессир, бывают инвентарные ядерные мины?

– Не сталкивался, – сказал Магистр. – А у кого из вас инвентарная ядерная мина?

– Да ни у кого, – сказал Виталик. – Я просто так спросил.

– Мне уже начинать беспокоиться? – поинтересовался Магистр.

– Нет, еще рано, – сказал Виталик. – Мы скажем, когда.

– А я вот уже начал, – сказал я.

– Ну, для тебя, Чапай, это нормально, – сказал Виталик. – Дай-ка я на тебя посмотрю.

И он на меня посмотрел.

– От сука, – сказал Виталик и прищурился. – А так? Нет, так тоже фигня какая-то…

– Что там? – спросил я. Надо ли говорить, что после этих реплик я стал переживать еще сильнее?

– Я тебя не вижу, – сказал Виталик. – Точнее, вижу, но сука, не тебя. Или… в целом, фиг знает.

– Ты умеешь быть потрясающе информативным, – сказал я.

Через невысокий каменный забор попытался перелезть какой-то заблудившийся местный зомби. Гарри пристрелил его, не вставая с шезлонга. По-моему, даже не открывая глаз.

Пуля попала зомби в голову и он рухнул на траву с той стороны забора.

– Периметр защищен, – констатировал Виталик. – Так вот, обычно, когда я смотрю на тебя своим читерским зрением, я вижу точную копию тебя, только из циферок и в три дэ. Ну, знаешь, как в матрице, только не зеленого цвета и не на экране.

– А сейчас?

– А сейчас я вижу какое-то облако циферок, – сказал Виталик. – И смутный силуэт внутри.

– И что это может значить?

– Да чтоб я знал, – сказал Виталик. – Может, это вообще не ты, а притворяющаяся тобой Немезида. Как тебе такое, а?

– Все так, – сказал я и сел на траву.

– Всегда есть выход, – сказал Виталик. – Глобально, я имею в виду. У Венца вроде стопроцентный шанс дропа, так что, если мы не сможем вытащить его по-другому, можно грохнуть тебя, к хренам, и поднять его с твоего большого остывающего тела. Кстати, ты, по-моему, стал выше ростом.

– Вообще не смешно, – сказал я.

Но, может быть, именно так и придется поступить.

Венец Демиурга и исход вот этого вот всего явно важнее, чем моя не слишком благополучная жизнь.

Интересно, если бы мы с Виталиком поменялись местами, как быстро бы этот вариант пришел мне в голову?

Элитный зомби тем временем достал из инвентаря дробовик.

– Мне жаль, Чапай, – сказал он.

– Что, прямо сейчас?

– А чего тянуть?

– Я еще не выкурил свою последнюю сигарету, – сказал я.

– Вот так никотин и лишил человечества последнего шанса на выживание, – вздохнул Виталик, но дробовик все-таки убрал. – Валяй, кури.

Я, конечно же, понимаю, что он шутил, но в каждой шутке есть только доля шутки, а все остальное – это неприкрытая угроза насилием.

Я закурил.

Почему всегда так сложно? Почему здесь ни один квест нельзя закрыть простым нажатием кнопки, почему всегда возникают какие-то подвыверты, вопросы выбора, морали или еще какой-нибудь усложняющей жизнь фигни?

Дурацкая игра, с самого начала она мне не нравилась.

Конечно, умирать перед самым финалом, так и не увидев, чем дело кончилось, было немного обидно, и даже тот факт, что это не окончательная смерть, ситуацию скрашивал не сильно. Или…

Вернусь я в Люберцы или не вернусь? Показания свидетелей разнятся, и фиг знает, кому стоит верить, а кому нет.

И даже если я сам Амулет Возрождения сниму, ты еще меня попробуй убей… Может быть, Виталик и не потянет, придется помощи у англичанина просить.

Лишь бы не у Магистра.

Почему то мысль, что меня убьет именно он и его Отец Всех Мечей, была мне неприятна.

Что-то я окончательно запутался…

Виталик покашлял. Я поднял голову и поймал его взгляд.

– Что? – спросил я. – Пора?

– Василий, – вкрадчиво сказал он. – Будь добр, объясни, что ты сейчас делаешь?

– Размышляю, – сказал я. – Пытаюсь примирить себя с объективной реальностью.

– Это, сука, понятно, – сказал Виталик. – Это обычное дело. А что еще?

Я пожал плечами.

– Курю.

– А что ты такое, Василий, куришь?

– Сигарету, – сказал я – Обычную.

– Обычную, значит, сигарету, – сказал Виталик. – А где ты ее взял?

– Где обычно, – сказал я.

– Где, значит, обычно, – снова повторил Виталик. – А обычно они у тебя лежат в инвентаре. А инвентарь у тебя заблокирован, к хренам. Но ты, сука, куришь.

– О, – сказал я. – И правда.

– Как ты это сделал? – спросил Виталик.

– Машинально, – сказал я. – Не думая.

– Вот тебе и ответ, – сказал Виталик. – Перестань думать. Это занятие никогда тебя до добра не доводило.

Я последовал его совету, перестал думать, потянулся и достал Венец Демиурга. Откуда-то.

Он лежал у меня в руке и по-прежнему не производил впечатление самого могущественного артефакта в чертовых системных мирах.

– Такую, сука, драму испортил, – вздохнул Виталик.

Тут над газоном открылся портал, и все напряглись, и даже Борден приоткрыл левый глаз.

Это был еще не Элронд, но напрягались все все равно не зря, потому что из портала вылез бог-император Кевин в полном боевом облачении, только без шлема, и все это внушало.

Его черные доспехи, казалось, были выкованы из самой тьмы, причем не той тьмы, которая возникает, когда вы выключаете свет в комнате, а тьмы гораздо более древней и опасной.

И страшный черный меч висел на его поясе.

Кевин осмотрелся по сторонам и остановил свой взгляд на Магистре.

– Оберон, ты позвал меня на войну, равной которых еще не было, – заявил он. – Ты опять меня обманул?

– Не-не, – сказал Магистр. – Война уже в пути. Сами ждем.

– А это вообще, сука, кто? – поинтересовался Виталик.

– Это подкрепление, – объяснил Магистр. – Он нам поможет. Я же говорил, что позову старого друга на помощь, так это вот как раз тот…э… человек. Это Кевин, он друг и он довольно стар.

Федор пялился на бога-императора не сводя глаз. Это был взгляд абитуриента саратовского театрального училища, который случайно увидел живого де Ниро, покупающего себе кофе где-нибудь в том же Саратове.

Они оба были магами, и это, видимо, был как раз тот уровень, которого Сумкин пытался достичь. Ну, или о котором мечтал.

Не говоря больше ни слова, Кевин сошел с газона, прислонился к забору, скрестив руки на груди, и замер, как мрачная статуя самому себе.

– Это хранитель Венца? – громким шепотом поинтересовался у меня Виталик.

– Угу, – сказал я.

– Похоже, серьезный мужчина. Какой у него уровень?

– Там нечитаемо, – сказал я.

Виталик на него посмотрел.

И посмотрел.

– Хм, – сказал он. – Что-то мне это, сука, напоминает…

Но узнать, что именно это ему, сука, напоминает, в тот момент мне так и не удалось, потому что на месте потухшего портального окна, которым воспользовался Кевин, в воздухе повисла дверь.

Обычная такая деревянная дверь, окованная железом, с медной дверной ручкой.

– Это что за очередной Копперфильд катит в гости? – вздохнул Виталик.

– На самом деле, я позвал двух друзей, – объяснил Магистр. – Это второй. И он пользуется вот такими уникальными порталами.

Дверь открылась и на наш многострадальный газон шагнул ковбой. На нем были выцветшие джинсы, клетчатая рубаха и сапоги с подбитыми железом носами. На носу у него были темные очки, на голове у него была шляпа, в кобурах на его бедрах покоились два огромных револьвера, а в руке у него был черный кожаный саквояж.

– Я Джек, – сказал ковбой. – Джек Смит.

Он немного замялся, словно на самом деле его имя было чуточку длиннее, но добавлять ничего не стал.

– Привет, Джек, – сказали присутствующие.

Револьверы были подозрительно похожи на тот, из которого Магистр в Техасе расстреливал имперские шагоходы.

– Рады, что ты присоединился к нам, Джек, – сказал Федор.

– Вообще-то, я таким уже давно не занимаюсь, – сказал Джек. – Но для старого друга сделал исключение.

– Чем не занимаешься? – поинтересовался Федор.

– Не продаю свой револьвер за деньги, – сказал Джек.

– О, на этот счет ты можешь быть совершенно спокоен, – заверил его Магистр. – У меня и в мыслях не было тебе платить.