Текст книги ""Фантастика 2025-106" Компиляция. Книги 1-15 (СИ)"

Автор книги: Марина Александрова

Соавторы: Евгений Алексеев,Faster,Родион Дубина
сообщить о нарушении

Текущая страница: 88 (всего у книги 364 страниц)

– Каких именно? – она взяла со стола планшет и показала мне.

– Вот таких, – я указал на мелкоту, которая копировала меня. – И такого я уничтожил.

Маленькие глаза Григорьевой округлились от удивления.

– Вы убили зорлакса?

– Да понятия не имею, как он называется. Эта тварь похожа на огромную медузу. Купол, снизу отростки. Двигается очень быстро. Стреляет мощным разрядом тока и поливает соляной кислотой.

Тонкие губы моей мучительницы разошлись в едва заметной улыбке.

– Вы лжете. Вы не могли этого сделать. Просто, потому что это существо двигается быстрее, чем может уловить человеческий глаз. Чем вы его уничтожили?

– Я включил портальную пушку, сделал пару входов-выходов и рассчитал через свой нейроинтерфейс, где эта мерзкая тварь появится. Лазер ее добил.

– Послушайте! – она шумно хлопнула ладонью по столу. – Перестаньте лгать! Придумали какую-то портальную пушку. Придумали звездолет, который якобы может пролететь всю Вселенную. Ни один человек не поверит в ваши фантазии! Вы прекрасно говорите по-русски, вы родились и жили на Земле!

Я устало прикрыл глаза. Эта дамочка сводила меня с ума, и хотелось ее задушить. В голове даже промелькнула картинка, как мои пальцы сжимают массивную шею.

– Зачем мне врать? – я взял себя в руки.

– А вот зачем. Вы – приговоренный к смерти преступник, – в ее голосе зазвенел металл. – Вы сбежали с Земли на челноке, пытались отсидеться на каком-нибудь спутнике или базе. Потом проникли на эту станцию, чтобы поживиться чем-нибудь. Когда мы вас поймали, сочинили всю эту чушь про звездолет, команду. Наспех придумали себе имя, даже не подумав, как оно похоже на земное. Только англоязычное. А на самом деле вы просто враг, заговорщик или член какой-нибудь банды.

Как странно. А ведь эта жуткая дама совсем недалека от истины. Совершенно случайно она задела самые болезненные струны моей сущности.

Я действительно вор и убийца. И сбежал со своей родной планеты, чтобы спастись от смерти, к которой меня приговорили. И скитаюсь теперь по Вселенной. Несчастный беглец.

Впрочем, вряд ли законы той планеты, куда я попал, можно применить ко мне.

– Ну и, что вы собираетесь делать?

Я устал от всех этих бессмысленных разговоров. Чтобы убедить эту даму, что я из другой галактики, нужно показать звездолет, команду. А этого я сделать не мог.

– Мы пошлем ваши биометрические данные на Землю для поиска вашего настоящего имени. И если вы реально преступник, значит…

– Расстреляете или повесите? – перебил я ее. – У вас как это делают? Или бросаете диким зверям?

– Перестаньте паясничать! Пока мы отправим вас с тюрьму временного содержания, а затем решим, что делать…

– Послушайте, майор э. э. э Григорьева. Я прибыл на эту станцию, чтобы спасти моих людей. И мне дорога каждая минута. Понимаете вы⁈ Может быть, они где-то умирают здесь. И ждут помощи.

Она привстала, нависла надо мной всей массой тела:

– Нет у вас никакой команды! – сорвалась на дикий визг, пришлось даже приглушить эмоциональную окраску. – Нет никакого звездолета! Вы враг, преступник, подонок, мерзавец, дрянь! На таких, как вы даже пули тратить жалко. Вас надо живьем закапывать в землю!

Она распаляла себя все больше и больше. Лицо побагровело, сжались кулаки. Волны ее гнева обрушились на меня, как штормовые волны. Оглушили.

Глава 4

В дверь заколотили. Громко, настойчиво, по-хозяйски. Григорьева шумно выдохнула воздух, упала в кресло.

– Кто там? – сипло крикнула.

– Ань, открой. Это я!

Григорьева медленно приподнялась, прошествовала к двери. Открыла. Влетел такой же высокий мужчина, как Зайцев, но более стройный. Статная военная выправка. Сине-белый легкий скафандр. Левое плечо залито зеленоватой грязью, уже засохшей. Темные короткие волосы растрепались, вымокли от пота.В руках – в черных пятнах гари шлем. На груди я заметил большой значок, похожий на орден.

– Мы в полной ж… – крикнул он с каким-то странным весельем, что совсем не вязалось со взглядом его печальных карих глаз. – Да, Аня, зорлаксы уничтожили две линии обороны. А это кто? – он бросил взгляд на меня, в котором загорелась явная заинтересованность.

– Это нарушитель, мы его обнаружили в технических отсеках…

– А, прекрасно, прекрасно, – похоже, он даже не слушал. – Михаил Николаевич Туровский, – протянул мне руку. – Командую этими гавриками.

– Эдгар Рей. Капитан звездолета «Звездный странник».

Рукопожатие сильное, энергичное.

– А это про вас мне Зайцев рассказал. Вы из другой галактики. Здорово. Оружие есть у вас какое-то?

– Конечно.

Вытащил из кобуры бластер и передал ему.

– Ух ты, какая вещь, – во взгляде, что он бросил на меня, загорелся неподдельный интерес. – Лазер? Зайцев сказал, что вы этой штукой зорлакса завалили. Круто. Да.

Он чем-то напомнил мне отца. Тот тоже воспринимал любые новинки с таким же по-детски непомерным восторгом.

– Не совсем лазер, – объяснил я. – Это дезинтегратор. Разрывает электромагнитные связи между атомами.

– Понятно, понятно, – Туровский задумался. – Это даже лучше. И любой предмет рассыпается в прах.

Туровский опустился в кресло, положив шлем рядом. Глаза сузились. Ушел в себя. Между бровей залегла глубокая складка.

Григорьева засеменила в конец рубки, чем-то зазвенела и через пару минут принесла на блюдечке маленькую из толстого фарфора чашечку, с кусочком сахара. Едва заметный пряный, чуть острый аромат защекотал ноздри. Эта стерва мне кофе не предлагала. Поставила на стол рядом с командиром. И вернулась в свое кресло. Лицо разгладилось, ушла ярость и злость. Теперь все ее существо выражало благодушие и радость от присутствия начальства.

Я поразился перемене ее настроения. Неужели Туровский имел такое большое влияние на эту гадину?

– А, спасибо, – Туровский открыл глаза, поднес чашечку к губам, сделал пару маленьких глотков: – В общем и целом, – нам скоро кранты. Да, Эдгар, вы свою технологию сможете нам передать? Мы отблагодарим, как сможем. Ну, если кто-то в живых останется.

– Конечно. Есть у вас трехмерный принтер?

– Разумеется, – в голосе Григорьевой зазвучала непритворная обида. – Что же вы думаете, мы совсем отсталая раса?

Куда делось ее подозрение ко мне? Почему она вдруг стала легко воспринимать тот факт, что у меня все же имеется серьезное оружие? Мерзкая баба. Без принципов. На беспомощного орет, а перед начальством пресмыкается.

Туровский выпил из чашечки. Поставил с легким стуком обратно и присел на кресле.

– Зайцев! – позвал негромко.

Бородатый великан распахнул дверь почти через пару секунд, будто там и стоял, ожидая вызова.

– Толя, возьми Эдгара с собой. Отведи в лабораторию. И попробуйте там скопировать его оружие. Пристреляйте его. Ну, ты сам все знаешь.

– Да, все понятно. Все сделаем. Эдгар, идем, покажу тебе нашу лабораторию.

Мы прошли до конца коридора, Зайцев наклонился, с трудом откинул толстую крышку люка. Сделал мне жест, чтобы я следовал за ним.

Осторожно переступая по проржавевшим скрипучим ступенькам, я последовал за Зайцевым, и мы оказались в еще одном длинном прямом коридоре. Металлические панели из серебристо-серого металла (скорее всего, титана) прерывались длинными окнами, за которыми угадывались очертания оборудования, столов, заставленными колбами, мензурками, узкие высокие шкафы со стеклянными дверцами.

– Вот, пришли.

Свернули налево, и мы оказались напротив двухстворчатой двери. Зайцев набрал код на панели. Надавив всем телом, раздвинул створки. Свет залил довольно большое помещение, выгнав из углов все тени. У стен, выложенных белой кафельной плиткой – несколько столов со столешницами из металла.

В центре расположилась длинная прозрачная труба на массивной станине. Зайцев открыл отсек с левой стороны трубы.

– Давай сюда свою пушку, – Зайцев уложил аккуратно мой бластер в отсек, закрыл крышку и начал колдовать над панелью, установленной на агрегате. – Будем тебя размножать.

Не очень-то я верил, что представители этой планеты смогут скопировать нашу технологию. Но любопытство все же взяло верх.

– Ну, вроде бы мы могем. Вполне могем, – Зайцев не очень внятно пробормотал себе под нос, углубился в изучение информации, которая выскочила на панели. Я подошел ближе. Бросил сбоку взгляд. С удивлением обнаружил, что текст вполне достоверно описал мое оружие. Из каких материалов сделан, дал трехмерный чертеж, разложил на мелкие детали.

– Ну что? Попробуем? – Зайцев бросил на меня хитрый взгляд. – Сам нажмешь? Вон ту большую красную кнопку. Везде и всем нужна большая красная кнопка.

– Да, большая красная кнопка всегда нужна. Особенно в таком деле, – поддержал я его шоу.

Чуть пригас свет, когда я вжал кнопку, что заставило меня чуть присесть. Но затем лампы, встроенные в потолок, вспыхнули вновь. Установка с едва заметным гулом принялась за дело.

Зайцев отошел на шаг назад и стал наблюдать за работой, покачиваясь с пяток на носки. Пару раз дернул себя за подбородок, скрестил пальца. Явно нервничал. Я тоже не мог сдержать дрожь, по телу предательски ползли мурашки. Я поежился, ощутив холодок между лопаток.

Стеклянную трубу заполнили ослепительно-яркие сполохи, будто молнии пытались разбить стенки и выбраться наружу. Свернулись в сверкающую всеми цветами спектра змею, готовую вырваться из стеклянных оков наружу. Как завороженный я не мог оторвать взгляда от процесса, который продолжался, кажется, целую вечность. И просто загипнотизировал меня.

– Усе, усе готово, – веселый голос Зайцева оторвал меня от созерцания. Молнии успокоились и лишь в центре трубы осталась тонкая струна света. Зайцев распахнул отсек с права и вытащил точно такой же бластер, который лежал в левом ящике. – Вот она, наша прелесть, – Зайцев бережно взял в руки предмет, ласково провел рукой по поверхности, будто кота гладил.

– Ну, а проверять-то как будем?

– Не дрейфь, проверим.

Оказалось, что из этого зала дверь ведет в еще одну комнату, напоминающей тир. Стены из монолитных металлических плит с заклепками. Только вместо мишеней Зайцев вызвал несколько толстых пластин.

– Твоя пушка какую толщину пробивает?

– Она не пробивает, – объяснил я. – Она на частицы все раскладывает. Уничтожает электромагнитные связи. В атоме между протонами и электронами пустота. А чтобы мы через нее не проваливались, электроны создают магнитное поле. Вот эта штука уничтожает это поле.

– Во как, – Зайцев в каком-то замешательстве почесал лоб. – Я о таком только в фантастике читал. Не думал, что можно создать.

– Поставь на малую мощность. Иначе все тут в пыль превратится.

От этих простых моих слов, Зайцев едва не выронил бластер, на лбу даже бисеринки пота выступили. Я выхватил из его дрожащих рук пушку, перевел рычажок на самое первое деление.

Шшш. Ударил тонкий, невероятно яркий луч. Пфф. Панели распались в мелкую труху. Мягко спланировали на пол черным облачком.

– Да, бл… – от неожиданности Зайцев даже присел. – Ни хрена себе сила. И что человека так можно… распылить?

– Конечно. Человека проще простого. И не одного. Только перезарядка нужна.

– А энергия откуда берется? На такой заряд?

– Вот отсюда, – я взял ранец, открыл и оказал переплетение проводов, трубок. – Мощный аккумулятор на обогащённом уране. Заряжается. И бамс – все в пыль. Жаль у меня стержней урана мало с собой.

– Да этого добра у нас хоть ж… ешь. Целый склад с ураном. Мы его не знали, куда девать.

Зайцев продолжил эксперименты. А я отошел к одному из столов, устало опустился на стул с металлическим сидением и спинкой из трубок блестящего металла.

Только сейчас я ощутил, как устал. Прошло уже немало времени, как я отчалил от звездолета. Дрался с тварями. И ни на шаг не продвинулся к спасению Дарлин и Ларри. Интерфейс, откликаясь на мои мысли, вывел изображение Дарлин, несколько живых картинок.

– О, красивая деваха, – веселый голос Зайцева заставил вздрогнуть и вспомнить с досадой, что интерфейс спроецировал изображение Дарлин наружу, на внешний экран. – Жена? Или подруга? – хитрая улыбка раздвинула полные губы, подмигнул.

– Да нет. Это член моей команды. За ней и еще одним парнем – его Ларри зовут, я на эту станцию и проник. Как думаешь, есть шанс их найти? Живыми?

– Ну смотря, куда они попали и когда. Но в общем, шанс есть. Шанс всегда есть. Хотя…

Он вздохнул и отошел к принтеру, продолжив свои эксперименты. Создав еще один бластер, он вытаскивал его, осматривал и аккуратно укладывал в небольшой деревянный ящик с надписью красной краской – Собственность СА.

– Слушай, Анатолий… А вот вопрос можно тебе задам? Почему вы не взорвете к дьяволу эту станцию? Ведь здесь все равно уже ничего не сделаешь. Все заполнили эти мерзкие твари. И да. У меня ведь здесь спейсфайтер есть. Я бы мог всех выживших вывезти на свой звездолет. А потом вернуть на вашу планету.

Подумал, что неплохо все-таки превратить эту станцию в нужный нам металлический хлам.

– Взорвать? – казалось, Зайцев испугался до полусмерти, даже лицо вытянулось. – Ты что⁈ Нельзя. Это же государственная собственность. На нее офигенные народные средства были потрачены. Если мы ее уничтожим, то нас… – он сделал резкое движение рукой около горла.

– Что? Расстреляют что ли? – я вспомнил визги и вопли Григорьевой. Насколько реально она могла осуществить свои угрозы?

– Расстреляют, – Зайцев усмехнулся. – Этого мало. Наши семьи пошлют куда-нибудь в заснеженные края ягель собирать.

– Ну так это же не ваша вина, что тут эти гады расплодились. Очистить вы станцию не можете. Смысл жертвовать собой ради горы железа?

Зайцев помолчал, отвернулся.

– Ты не поймешь, – наконец, пробормотал он. – Это сложно объяснить. Может быть, маршал что-то сможет сделать. Он умный, знает много.

– Маршал это кто? – не понял я.

– Туровский. Он сам вызвался помочь нам. Прилетел сюда. Может какой-то у него план появится. Как этих тварей истребить и станцию очистить.

– А как это все началось? Ну с этим тварями? Как они тут появились?

– Ну. Дело было так, – Зайцев отошел к стене, вытащил еще один стул. Оседлал его, положил руки на спинку. – В станцию врезался метеорит. Мы его проглядели. Разрушил несколько конструкций. Но не так уж сильно. И вот на этом метеорите мы нашли бактерии. Какую-то совсем необычную форму. Которой на Земле никогда не было. Очень интересную. Мы ведь на этой станции как раз и изучали, как может возникнуть иная жизнь. Как она зарождается. Мы стали изучить эту популяцию. И поначалу все было безобидно, в рамках. Но потом… Что-то пошло не так. Один из наших лаборантов перепутал какие-то реактивы и случайно полил эти бактерии раствором в десять раз выше концентрации.

– И бактерии превратились в монстров.

– Не совсем. Они просто стали быстро размножаться. И мы заметили, что они могут имитировать предметы. Это так интересно. Могли превратиться в кружку, или в пробирку. Ну а потом, мы пришли в лаборатории, а там… В общем, мы назвали его зорлаксом. Огромная фиолетовая медуза. Очень агрессивная.

– Да, и жрет людей, – понимающе продолжил я.

– А ты уже знаешь. Да. Мы едва спаслись тогда. И вот с тех пор эти твари стали быстро размножаться, заполонили всю станцию. Превратились в целую армию. Мы виноваты, конечно. И должны ошибку нашу исправить. Понимаешь? Иначе нам каюк.

– Ну, если мы тут задержимся, нам и так каюк. Тем более, вон Туровский сказал, что зорлаксы две линии обороны прорвали.

Чудовищный силы удар потряс станцию. Я едва не сверзился на пол со стула, аж сердце подскочило до самого горла.

Зайцев замер и медленно перевел на меня широко открытые глаза, в которых бился ужас.

– Что это такое? – просипел он.

Зашипел приемник на столе. Зайцев схватил его.

– Ребята, у нас проблемы! – раздался голос Туровского, в котором не слышалось ни малейшей прежней веселости. – Возвращайтесь.

Станцию затрясло, как больного в лихорадке. Бум-бум-бум. Словно огромный молот бил по металлическим конструкциям.

Сложив бластеры в ящики, мы с Зайцев выбежали в коридор. Все болталось из стороны в сторону, как при сильной штормовой качке. Хватаясь за стены, я двинулся по коридору. Зайцев, шатаясь, шел за мной.

– Чего-то раньше такого не было, – пробормотал Зайцев, чуть заикаясь.

Шарах. Коридор качнуло, и мы сползли по стенам. Бластеры раскидало в стороны. Я бросился их собирать, но их разбросало по всему полу. Сунув несколько штук в ящик, я постарался встать. Зайцев ничком лежал на полу, подтянув левую ногу. Стонал.

– Сильно ушибся? – я протянул руку, помог подняться.

Держась за стену, Зайцев приподнялся, потряс головой:

– Ну, бл… что это вообще было?

– Да пошли уже! Узнаем.

Болтанка то замирала, то начиналась с удвоенной силой. Я представить не мог, что может ее вызвать. Если бы метеорит врезался в станцию, то это был бы один удар. Ну пара штук. Но тут казалось, будто кто-то шутя кидает станцию, как мячик.

Наконец, мы добрались до конца коридора, вылезли по лестнице. Дверь рубки распахнута. Туда набились все. Сгрудились вокруг экрана, свисавшего с потолка. Внешние камеры передали изображение. Поначалу я не заметил ничего пугающего. На небольшом мониторе безобидная темная клякса заслонила часть металлических конструкций. Но тут перед глазами промелькнула вся станция, ее невероятные размеры. Один только центральный ствол высотой с небоскреб. И страх присутствующих начался передаваться мне.

Хрупкую фигурку рыжеволосой девушки сотрясала крупная дрожь. Она словно в молитве, сложила перед собой руки, прижала к телу, а Туровский заботливо приобнял ее. Григорьева, тяжело опершись на стол, вперилась невидящим взором в экран и пальцы заметно подрагивали. Лицо Павлова, того парня, что был так недоверчив, приобрело абсолютный белый цвет, зубы постукивали друг от друга. Будто ледяная змейка пробежала у меня по позвоночнику, когда я смог осознать размеры этой твари.

За пределами станции живая тьма сложилась в очертания исполинского спрута. Странно, что на монстра не действовала невесомость. Он будто прилип магнитом к поверхности. Резво перебирался то вверх, то вниз. Перепрыгивал с одного уступа на другой, от чего вся станция ходила ходуном. Щупальцы сжимали металлические балки, беззвучно ломая их, как щепки. И вся масса клубилась, менялась, пробегали волны, расходились в глубокую воронку, вылезал большой продолговатый глаз, исчезал, растворялся в общей массе и возникал где-то вверху. Порой возникало несколько глаз, вверху, сбоку и все они вращались и смотрели в разные стороны.

– Да, твою ж мать! – Туровский, кажется, единственный, кто не потерял самообладания. – Откуда эта тварь вылезла⁈ Как нам до нее добраться⁈ Эх, если бы не разбился наш челнок! Невезуха!

Челнок? Что это такое я не смог сразу понять. Пришлось обратиться к базе данных. Пара мгновений показались вечностью. Проявилось изображение, побежали колонки цифр технических характеристик. Обычный космолет. Они называют челноком то, что мы называем спейсфайтером. И тут меня осенило.

– У меня есть челнок. Я на нём сюда прилетел.

– И где он? – Туровский обернулся ко мне, в глазах вспыхнул живейший интерес. – Оружие там есть у тебя?

– Конечно. Квантовая пушка. Лазерная, дезинтегратор Это же боевой челнок. Я оставил его у входа в технический туннель. Посадил на площадку. Но добираться туда…

– Не надо долго добираться, – оборвал меня Туровский. – Толя, покажи Эдгару короткий путь. Давайте, ребята. На вас вся надежда. Иначе эта гадина разнесет станцию в щепки. Толян! Скафандр надень. И будьте осторожны! Вернитесь живыми!

Глава 5

Яркий диск звезды, название которой я не знал, утонул в пугающей бездне космоса. Но я слился в единое целое со своим летательным аппаратом, и ничего не боюсь. Никаких жутких монстров. И всегда знаю, что могу запрыгнуть в кресло пилота, развернуть перед собой панель управления. И моя «птичка» унесет меня от любой опасности на другой конец Вселенной.

Но не сейчас. Когда передо мной вырастала громада космической станции, созданной руками разумной расы. Они так похожи на меня.

Эта мысль не давала покоя, мучила, изводила до изнеможения. Во Вселенной триллионы галактик, звездных туманностей, черных дыр, вокруг которых в зоне обитаемости триллионы триллионов планет. И вероятность возникновения разумной жизни невероятно высока.

Но странное дело. Носясь по бесконечному космосу, я встречался не раз с разумными существами. И все они были так не похожи на нас. Цвет кожи, количество конечностей, растительность на теле – невероятное разнообразие форм, размеров. Не все прямоходящие и раздельноговорящие. Иногда они ходили на четвереньках, или ползали. Один глаз, несколько или десяток. Роднило их одной – они умели мыслить.

И вдруг за миллионы световых лет от моей родной галактики я нахожу разумную расу, которая абсолютно схожа с нами. Комплекция, цвет волос, глаз. Они все разные, не похожи друг на друга, но все нас объединяет одно – мы единый вид.

Мимо проплыл еще один цилиндр, утыканный антеннами, с раскрытыми, как лепестки цветов, звездными панелями. Над планетой я заметил множество таких аппаратов. Ради интереса посмотрел статистику. Нейроинтерфейс равнодушно вывел таблицу с техническими характеристиками рукотворных конструкций. Почти сорок штук. Облака космического мусора из обломков тоже говорили за то, что разумная раса начала осваивать пространство над своей планетой уже очень давно. Они отстали от нас, но добились многого.

Хррр. Я недовольно бросил взгляд через плечо. В кресле второго пилота спал Зайцев. Нет, вы представляете? Я спасаю мир, а он дрыхнет.

Зайцев смог быстро довести меня до площадки, откуда я начал свой путь по станции. Я ощутил себя полным кретином, когда понял, что мне не нужно было вскрывать двери в технический отсек, а просто залезть на балкон, выступающий над площадкой и выбить дверь, которая вела в служебные помещения.

Тут тоже скопилось немало всякой живности, но Зайцев шутя распылял их бластером и радовался, как ребенок, когда очередная черная плесень взрывалась маленьким облачком. Только перед самым выходом путь нам преградило месиво из обрушившихся балок, кусков обшивки стен. Зайцев растерянно остановился. Я отстранил его, и нажал кнопку бластера. Пфф. Образовалась огромная дыра. Я шагнул через нее.

– Да, ешкин кот, – Зайцев шлепнул себя перчаткой по шлему. – Я и забыл, что это шутка и мертвую материю буравит.

Я промолчал, усмехнувшись.

Тусклые блики на фюзеляже, стекле кабины спейсфайтера. Вот он, моя гордость, целый и невредимый. И я выдохнул с облегчением, когда дверь в салон отошла. Круглые светильники, встроенные в потолок, залили мягким светом салон с двумя рядами кресел бежевого цвета с высокими спинками. Маленький столик с парой стаканчиков.

– Давай садись, – обратился я к Зайцеву, который стоял за вторым креслом, разглядывая приборную панель.

– Я… это, – на лице читалась растерянность. – Не умею челноками управлять.

– Да кто ж с тебя это требует? Поедешь пассажиром.

Зайцев радостно заулыбался. Будто только этого и ждал, плюхнулся в кресло, поерзал, удобно устраиваясь. Положил руки на подлокотники, погладил. Только что не понюхал.

– Здорово, мягко как. Прямо, как в собственной постельке.

И вот мы уже в космосе, нарезаем круги вокруг станции.

Дело оказалось еще хуже, чем мы думали. Монстров, что пытались разрушить станцию, нашлось несколько. Камеры довольно хорошо отсняли одного из них. Загрузил в базу данных параметры. Но надпись «Поиск» лишь мигала, показывая, что занята, а я все сильнее и сильнее злился. Обычно, я получал данные мгновенно. То ли связь со звездолетом прервалась, то ли действительно база данных знать-не знала об этих чудищах. И как мне их уничтожить?

– Хватит дрыхнуть, – я толкнул Зайцева в плечо.

Он мотнул головой, и захрапел еще громче.

Мерзавец! Ну я тебе покажу, соня!

Подал мощный импульс в движок. Спейсфайтер бросило вперед. Перегрузка вжала в кресло. И Зайцев, подскочил, как очумелый. Огляделся непонимающе.

– Толян, как ты вообще спать можешь в таком состоянии?

– Чего-то меня разморило, – пробормотал он. – Устал я, брат. Пару суток не спал. Случилось чего?

– Да ничего не случилось. Просто на полный каюк пришел. Всего-навсего. А ты дрыхнешь. Расскажи-ка мне еще про этих чудищ, которых напали на станцию. Что ты еще о них знаешь?

– Да вроде я тебе все рассказал.

Досада острыми зубами впилась в мозги. Только время потерял. Надо попробовать хоть что-то.

Ввел в систему характеристики удара для квантовой пушки. Побежали, радуя глаз, аккуратные строчки символов. Система оповестили о готовности. Спейсфайтер начал разбег, отклонился, его начало уносить все дальше и дальше от станции.

– Ты куда? – непонимающе вглядываясь в тьму, пробормотал Зайцев.

– Никуда. Система выстроила новую траекторию полета. Понятно?

– Я вижу, что новую. Но почему мы улетаем?

Я промолчал. Объяснять некогда. Спейсфайтер уже вернулся на орбиту подлёта к станции. И гнал к одному из монстров, который весело прыгал по уступам. Пуск! Экран начертил луч, указывая путь удара квантовой пушки. Бах!

И ничего. Никакого эффекта. Зайцев, вытянув шею, вглядывался в экран. Разочарованный откинулся на спинку кресла.

– Промазал.

– Не промазал. Вижу, для этой мерзотины квантовая пушка, как для слона дробина.

Еще один заход. Удар из лазера. Ослепительно яркая струна протянулась на миг от спейсфайтера до монстра.

И рассыпалась на его шкуре в веселый фейерверк брызг.

Зайцев обидно фыркнул. От злости я стукнул кулаком по панели, включил автопилот. Устало откинулся в кресле, пытаясь усмирить сердце, что бешено колотилось у самого горла.

Бах! Система взвыла, оповещая об опасности. Вздрогнув, я открыл глаза.

И не увидел ничего через лобовое стекло кабины. Мощный разряд тока сотряс чудовищной болью все тело. «А-а-а!» – услышал тускнеющим сознанием душераздирающий вопль Зайцева.

Я вцепился в подлокотники, сжал зубы до выступивших из десен крови. И напряг все мозги, чтобы не отключиться.

Интерфейс вывел на экран видеозапись с внешней камеры.

Пока мы пролетали возле станции, одна из гадин вдруг растворилась, исчезла с поверхности. И через мгновение уже проявилась на фюзеляже нашего аппарата. Треск ломаемых переборок. Тварь сжимала в смертельных объятьях аппарат, как хрупкую скорлупку.

– Толян? Ты живой?

– Да-а-а, – простонал Зайцев.

– Ну держись. Сейчас будет совсем хреново.

Зайцев лишь слабо выругался.

Есть лишь одно средство. Я быстро ввел шифр разблокировки. Такую штуку можно было провернуть лишь на свой страх и риск. Система пять раз предупредила об опасности, но я каждый раз пропускал ее вопли. И не раздумывая нажал: «Пуск!»

Спейсфайтер ушел резко вниз, будто провалился в воздушную яму. Болтанка. Я развернул вокруг корабля гравитационный пузырь, превратив звездолет в обычный самолет. Штурвал ручного управления мягко ушел вниз, выдвинув вместо себя ручку управления.

Отдал от себя. Спейсфайтер упал в пике. Потянул ручку к себе, развернулся и начал крутить фигуры высшего пилотажа. На экране отмечая, что гадине стало совсем хреново. Она едва держалась на поверхности, ходуном ходили бока. Дополнительно усилил электромагнитное поле обшивки спейсфайтера. Тварь больше не могла примагнититься к фюзеляжу.

Спейфайтер ушел в мертвую петлю, отрицательная перегрузка. И монстр не выдержал, сорвался вниз. Шлепнулся на дно гравитационного колодца, его размазало в темное пятно.

Мы вылетели из гравитационного пузыря. Тот схлопнулся вместе с тварью в крошечный шарик. Превратился в ничто. Такие пузыри являются искривленным пространством-временем (без каких-либо материальных источников). И позволяют не только создать все из ничего. Но также всё вернуть обратно в ничто. Крошечная модель большого взрыва и схлопывания Вселенной.

Спейсфайтер вновь вернулся на орбиту вокруг станции. Зайцев привстал на четвереньки, изо рта сочилась зеленоватая жижа. Резкий запах заполнил кабину. Не дрогнув ни одним мускулом, я включил очиститель воздуха.

– Ты как там, Толян? – спросил участливо, наблюдая смертельную бледность компаньона.

Зайцев забрался на кресло, держась за живот, согнулся.

– Ты ублюдок гребанный. Знал бы, не полетел с тобой, – пробормотал он. Но совершенно беззлобно.

– Ничего, привыкнешь, – дружески хлопнул его по плечу. – Зато одной тварью стало меньше.

Отдышавшись, я вновь углубился в изучение инопланетной флоры и фауны.

Интерфейс возвестил о том, что поиск завершен. Вывел гордо информацию по монстрам.

«Электромагнитная форма жизни. Оболочка – тонкий слой волокна сверхплотной молекулярной массы. Не разрушается никаким из известных на сегодняшний день оружием… Продолжительность жизни… Размножение… Органы зрения обладают способностью поглощать рентгеновское, инфракрасное и гамма-излучение»

Ну все. Приплыли. Уничтожить этих тварей невозможно.

– Ух ты, какие у них глазищи здоровые, – голос Зайцева приподнял меня над болотом разочарования, куда я погружался все глубже и глубже.

Глазищи? А может быть? Мысленно дал себе подзатыльник. Ввёл в систему новые характеристики для удара. Но как рассчитать появление нужной цели? Они же меняются, как погода весной.

Пшш. Ослепительно яркий джет вырвался из лазерной пушки. Молния пронзила огромный глаз, который вылез на поверхность и беспечно осматривался. Монстр подпрыгнул и вдруг безвольно повис на уступе. Сдулся, как воздушный шарик и станция вращением отбросила его от себя. Печально и безвольно повис осенним листом. Реактивная струя спейсфайтера отбросила его подальше от станции.

Радость хлынула в душу весенним бурлящим потоком. Наконец-то я нашел средство уничтожить этих мерзких тварей. Осталась всего одна.

«Эдгар! Эдгар!» – такой дорогой и милый голос ворвался в мозги.

«Дарлин? Вы где⁈ Да-а-а-рлин!»

«Мы тут с Ларри! Он совсем спятил. А я держусь. Пока. Эти твари…»

«Дарлин!» – мой безмолвный крик должна услышать вся Вселенная.

«Эти твари нас атакуют. Наш мозг. Они сводят нас с ума. Но я держусь»

«Где вы⁈ Опиши! Я приду! Я найду вас! Дарлин, не пропадай»

«Здесь нечто… Это похоже на спортзал, или бассейн без воды»

Треск помех и мертвая тишина. Оглушительная, болезненная пустота.

И только сейчас я заметил вылезшие из орбит глаза Зайцева. Он непонимающе воззрился на меня.

– Ты чего? – поинтересовался я.

– Ты вдруг замолк. И застыл, как каменный. Я думал, тебе плохо.

– Мне не плохо. Ты мне лучше расскажи, где на станции находится что-то, похожее на спортзал, бассейн.

– Есть такое. А что?

– Там мои друзья. Те, кого я ищу. Они связались со мной. Описали это место. Ну что ты уставился на меня? У меня в башке нейроинтерфейс, и я через него могу получать информацию. Понял?

– Круто. Ты крутой парень. Хоть и похож на нас. Но ты другой.

«Только не все так считают», – я вспомнил злость Григорьевой, как она орала на меня, что я с Земли и говорю по-русски.