Текст книги ""Фантастика 2025-106" Компиляция. Книги 1-15 (СИ)"

Автор книги: Марина Александрова

«Я верю в любовь, потому спеши увидеть, как солнце золотит ровную гладь озера Ома. Так рождается любовь между небом и землей, когда одно растворяется в другом…»

Дрэй перечитал послание еще несколько раз, прежде чем окончательно понял, что кроме слова «Ома» смысла он здесь не видит, как ни старайся.

– Значит, Ома, – одними губами пробормотал он.

Возможно, он бы проигнорировал послание, оставленное ему эльфийкой, но он видел эту девушку прежде рядом с Марой. Как ему тогда показалось, между ними были довольно дружеские отношения.

Но было и еще кое-что. Знакомое чувство верно принятого решения поселилось где-то глубоко внутри, а значит, отмахнуться от этого знака он уже просто не мог.

Сперва следовало побывать в родных краях. Отчего-то ему захотелось поговорить с оракулом. Но сейчас, стоя на одном из пиков гор, что обнимали их долину, он понимал, что время для разговора, ради которого он прибыл, еще не пришло. Совершенно неожиданно для себя он почувствовал странную неуверенность. Ощущение было таким, что то, ради чего он готов был идти до конца, вдруг выскользнуло из его рук. Его любовь, их любовь словно растаяла в предрассветных сумерках. Нет, его чувство не ослабло. Он готов был стоять на своем, но вдруг понял, что теряет ту, ради которой готов был пожертвовать всем. Как так? Он не знал. Но тягостное предчувствие заставило его отступить, не дойдя до цели несколько шагов, и повернуть на север. Сперва он обязан найти ее.

Драконы всегда с вниманием относились к предчувствиям, что рождались в их древних сердцах. Но это был проклятый дар, ненавистный. Знать то, чего уже не избежать, – что может быть хуже?

Север Ирэми мирно спал под толстым глухим одеялом из снега, когда в Пограничье взяли старт несколько охотников, следовавшие за одной и той же жертвой. С тех пор как ушла Мара, миновала неделя, прежде чем на след вышли вампиры, которые и не подозревали, что за ними идет дитя леса, укутанное тьмой. Лиам ни на шаг не отставал от тех, кого ему было приказано держаться. Днем позже к ним присоединился и дракон. Каждый из них двигался к своей цели, но все они следовали в одном направлении. Вот только жертва была уже далеко и не так беззащитна, как раньше… Да и жертва ли?

Настоящее время

– Всемилостивая Кайра, как же с тобой тяжело, – фыркнул Лео, садясь напротив меня. – Я так стар, – продолжал ныть он. – Я болен! У меня в любой момент может разыграться радикулит или подагра! Ты совершенно не уважаешь мой возраст.

Холодно мазнув по нему взглядом, я вновь уставилась в окно, за которым начинался настоящий потоп из-за обилия талого снега.

– Посмотрите на нее! – обращаясь к несуществующим зрителям, воскликнул он. – Кто так относится к старшим?! Никакого почтения!

– У тебя весеннее обострение? – изогнув бровь, поинтересовалась я.

– Нет, обычно оно наступает в полнолуние каждого месяца, – легко отозвался он. – Ну что такого я прошу тебя сделать? Подумаешь, ничего страшного ведь не случится.

– Я просто не хочу. Зачем продолжаешь настаивать? Пусть это будет кто угодно, но не он.

– А я хочу, чтобы это был он.

– Нет.

– Да, – широко улыбнулся демон, наклоняясь ко мне. – Я хочу, чтобы ты почувствовала именно его, прикоснулась к его нити, посмотрела его глазами на мир, проникла в разум… – с придыханием прошептал он.

– Не проще ли начать с людей, нежели с драконов?

– Не интереснее ли начать с драконов, нежели с людей? – вопросом на вопрос ответил он, тяжело вздохнув, отчего золотая прядь его длинной челки упала на глаза.

Сейчас Лео выглядел необычайно юным и непосредственным. Очередная сторона его натуры. Он смотрел на меня так, как мог бы смотреть двухмесячный щенок, выпрашивающий ласку у своей хозяйки. Невольно я даже поймала себя на мысли, что рука сама собой тянется поправить прядь его волос.

– Ну пожалуйста, – проурчал он.

– Нет, – вовремя опомнившись, решительно отказалась я.

А весь наш спор состоял в следующем. После того как я побывала у Грани, Лео занимался тем, что денно и нощно учил меня пользоваться даром предков. Как оказалось, почувствовать нить было не сложнее, чем дышать. Но вот все остальное…

Оказалось, с помощью дара Грани можно не только чувствовать чужую жизнь, но и вселяться в чужой разум, влиять на поступки, внушать свою волю (конечно, если дело касалось незащищенных умов, ну и если эти действия не относились к разряду «корысти», то есть не противоречили условиям использования дара). Честно сказать, я не понимала, зачем он мне вообще нужен. Условий его использования было куда больше, чем возможностей реального использования.

Но, как говорил Лео, каждый дар – это инструмент контроля. Самые сильные демоны Серебра могли контролировать умы всех своих подданных, то есть отслеживать их мысли и таким образом предотвращать возможные конфликты и восстания. Вот тут в силу вступало еще одно условие – никакого личного отношения и осуждения.

Это просто не укладывалось в голове! Как можно слушать и слышать всех и вся, при этом оставаясь равнодушным к потоку информации? И если, к примеру, кто-то из подданных решил украсть у своего товарища что-то, что принципиально не влияет на порядок в стране, то просто закрыть на это глаза и не выдавать воришку. И даже оправдать, если тот предъявит доказательства своей невиновности. Конечно, я утрирую, но примерно так и выходило. Если Кайрус или мой Дом не страдают, то я не имею права использовать дар, точнее, пользоваться его возможностями.

– На мой взгляд, идея с драконом отличная, – не унимался демон. – Ну что ты теряешь, а? Разве тебе не интересно, о чем он думает? Что таит ото всех?

– Нет, – жестче, чем следовало, ответила я.

– Хорошо, – так же холодно сказал Лео, уже безо всякой мольбы во взгляде посмотрев на меня. Сейчас он, казалось, вдруг повзрослел лет на сто, всего за мгновение изменился до неузнаваемости. – Это твоя слабость. Знай: то, что делает нас слабее, рано или поздно убивает. Пока ты не научишься смотреть своим слабостям в лицо, ты будешь оставаться уязвимой. Твои слабости – это преимущества твоих врагов. Ты привыкла убегать. Меня это бесит, если не сказать больше. Боишься, что твой дракончик подумает какую-нибудь гадость о тебе, малышка? Да плевать. К сожалению, не всегда нас любят те, кого любим мы, но это не значит, что можно позволить чувствам затуманить разум. Стержень, моя дорогая, – вот что должно быть, несмотря ни на что.

– Мне это неприятно. Я просто хочу забыть о нем, вот и все, – не слишком уверенно промямлила я.

– Забыть? – холодно прищурился Лео, слегка наклонив голову. – Зачем?

– Ты правда не понимаешь или в очередной раз издеваешься?

– Не понимаю, – серьезно ответил он. – И я над тобой никогда не издевался.

Последняя его фраза едва не выбила воздух из легких, но, вовремя совладав с собой, я решила оставить разборки до лучших времен.

– Ты же знаешь все, что между нами произошло. Ты видел это моими глазами и все равно не понимаешь?

– Нет. Послушай, – сказал он, присаживаясь на край стола, за которым я сидела, и наклоняясь ко мне, чтобы заглянуть в глаза. – У меня было много женщин…

«О богиня, только этого не хватало!» – подумала я, но вслух разумно промолчала.

– Кого-то из них я даже любил, – хмыкнул он. – Наверное, – тут же нахмурившись, исправился он. – Не важно. Одним словом, было всякое. Мне изменяли, я изменял, ну и что же, по-твоему, мне следовало повеситься от невыносимых страданий еще лет триста тому назад? Нет, это просто надо пережить. Не забыть, не убежать, а просто пережить.

– Как проникновение в его разум может мне помочь пережить это? – не на шутку злясь, практически прорычала я.

– Ну, – легкая улыбка коснулась его губ, – как тебе помогло то, что ты убежала от него в тот вечер, вместо того чтобы выйти из-за колонны и вспороть ему брю… хм… поговорить с ним, – вовремя исправился он, хотя я прекрасно поняла, что он собирался сказать. – Я всего лишь хочу, чтобы он не был проблемой ни сейчас, ни потом.

– И он ею не станет. Просто позволь мне забыть. Не заставляй меня.

– Как хочешь, – неожиданно сдался он. – Если ты еще не готова, я не стану настаивать… пока. Но рано или поздно тебе придется с этим столкнуться. Ладно, переодевайся. Жду тебя в зале. Время делать зарядку, – бодренько соскочив со стола и более не оборачиваясь в мою сторону, он вышел из комнаты.

Забыть. Как я смогу это сделать? То, что я испытывала к Дрэю, было вовсе не тем, что я чувствовала когда-то к Лиаму. Страшно подумать: когда-то эльф казался мне идеалом, воплощением мужественности, чем-то невероятным, недостижимой мечтой. Тогда я думала, что у него нет недостатков, сама возвела его на пьедестал, наверное оттого, что идеализировала его, мне было так больно, когда эта прекрасная «статуя» упала и разбилась на мириады крошечных осколков. Дрэй же был другим, настоящим. Казалось, я видела его. Не просто образ, а саму суть. И сейчас, когда я понимала, что вновь ошиблась, чувства подавленности и разочарования тяжким грузом повисли на шее. Раньше мне казалось, что я – достаточно великодушный человек… а может, просто казалось, что человек? Но сейчас, принимая свою истинную натуру, я словно по-новому ощущала обиду. Прошел месяц, но боль не притупилась. Словно битое стекло обернули вокруг сердца. Гнев, злость, боль – все это не желало отпускать. Не проходило.

– Прощал ли я кого-либо? – не скрывая ухмылки, переспросил Лео, услышав мой вопрос, который я задала перед началом тренировки. – Знаешь, что такое прощение для демона? Это чувство, которое большинство из нас не испытывало ни разу за всю свою жизнь. Когда нам наносят обиду, все равно, что оскверняют святыню. Каждый из нас, осознанно или нет, любит и ценит себя куда сильнее, чем это могут себе представить люди. Хранить обиду – это нормально; мстить – это естественно; прощать – это уже на грани чего-то нереального. Ты ведь даже ребенком была довольно вспыльчивой, так? А сейчас и вовсе все по-другому. Стоит вспомнить – и ярость накатывает с такой силой, словно это произошло минуту назад, так?

Я лишь кивнула.

– Вот тебе и ответ. Простить мы можем лишь тех, кто истинно дорог. В отличие от большинства других рас демоны любят только один раз. По-настоящему ценят лишь немногих. Наши глубокие чувства всегда истинные, и, к сожалению, не всем дано познать их многогранность. Любовь? Да, мы влюбляемся, но редко когда можем пронести это чувство сквозь века. Истинная любовь дается, увы, не каждому, но если любим так, то никого уже не видим.

– Ты любил когда-нибудь так? – не удержалась от вопроса я.

– А похоже? – неожиданно правдиво ответил он, не скрывая тоски во взгляде. – Если бы любил, то не был бы столь одинок.

– Это гнетет тебя? – неожиданно наш разговор стал странно откровенным.

Если я в основном всегда была словно открытая книга, то множество масок, которые обычно надевал Лео, никогда не позволяли разглядеть его истинного лица. А сейчас они спали, обнажая то, что так искусно скрывали прежде.

– Иногда. Но когда я думаю об этом, то вспоминаю твоих родителей.

– Моих родителей?

– Да. Когда они были живы, я частенько думал о том, как им повезло. Ведь они действительно любили друг друга. Но все эти века счастья – ничто по сравнению с тем, что стало с твоей матерью, когда твой отец ушел за Грань. Тогда я впервые задумался над тем, что быть одному не так уж плохо. Куда хуже любить и потерять. И мне приятнее вспоминать Ливу, когда он еще был с нею. После его ухода казалось, что вместе с ним умерла и она, осталось лишь тело в этом мире.

Лео неожиданно замолчал, устремив потемневший взор в никуда. Именно в этот момент мне неожиданно приоткрылась маленькая дверка, скрывающая за собой безграничную вселенную, что раскинулась в его душе. Сколько было потерь, какие мысли витали там, за всеми этими вечно изменчивыми масками. О чем думает он, когда остается наедине с собой? Когда не надо скрывать лицо, чтобы не показывать постороннему взгляду ничего лишнего.

– Все проходит, Мара, – чуть тише сказал он. – Время – лишь река, которая точит свои берега, смывая все, что не нужно и не важно. Чем дольше мы живем, тем сильнее размывается и берег нашей души, унося все, что не имеет значения. Рано или поздно ты поймешь, что действительно истинно и ценно. Но это случится лишь тогда, когда все, что было пустым и ничтожным, унесет с собой бурный поток вечности.

Некоторое время мы просто молчали. Казалось, Лео думал о чем-то о своем, я же просто не решалась прервать его ровно до тех пор, пока, словно из воздуха, не возник короткий кинжал, что был пущен точно мне в грудь. Вовремя среагировав, я успела увернуться и гневно посмотреть на демона, что с легкой улыбкой на губах крутил в руках второй, точно такой же.

– Думаешь, я такой старый, что сплю с открытыми глазами? – хмыкнул он. – Решила отвлечь меня болтовней от дела? Значит, тренировка будет продлена на час. – Заметив мой взгляд, полный неподдельного негодования, он широко улыбнулся и сказал: – Уговорила, на два.

Глава 9

«Ты уверена, что тебе стоит работать здесь?» – спросил Каа’Лим, потягиваясь на моей постели.

– А что тебя смущает? – вслух поинтересовалась я. – Место, где я работаю? Или сам факт?

«Честно сказать, и то и другое. Мне кажется, жить в доме Лео тебе было бы куда безопаснее».

– И комфортнее? – фыркнула я.

Каа’Лим лишь мечтательно ухмыльнулся, но промолчал.

– Так я же не заставляла тебя менять условия проживания, это твое решение переехать сюда.

С тех пор как наша связь восстановилась, мой дэйург настоял на переезде в таверну, где жила я. Но ему пришлось снять отдельный номер, хотя ночевать он по старой привычке приходил ко мне. Сначала меня это даже смущало. Конечно, как мужчину я его не воспринимаю, впрочем, он меня как женщину – тоже, но он все же имеет теперь новое обличье.

После каждой ночи, проведенной рядом с ним, я чувствовала прилив сил, мое настроение улучшалось. И уходило это странное чувство моральной усталости.

«Я чувствую то же самое, – отозвался Каа’Лим на мои мысли. – Это одна из причин, почему мне нравится спать рядом с тобой. Теперь и ты это ощущаешь».

– Что «это»?

«Обмен, – ответил он, широко зевая. – Я забираю у тебя отрицательное, ты у меня. То, что плохо для меня, очень хорошо усваивается тобой, и наоборот».

– Это что же, я – твой личный фильтр? – фыркнула я, доставая из шкафа форму разносчицы.

«Угу. Так что насчет работы?» – решил вернуться к поднятой теме он.

– Ты как хочешь, но я не стану переезжать. Хватит уже, всю жизнь как приживалка, за чужой счет и по чужим домам. Пусть чердак маленький и грязный, но я за него плачу из своего кармана. И работа – это всего лишь работа, которая позволяет мне сохранять хоть малые крохи гордости.

«Ишь ты».

– Смейся, смейся, это ты живешь по принципу: дают – бери, а не дают, так отними, – обличающе ткнула я пальцем в наглую морду, которая повадилась питаться за счет Лео, а снимать комнату – на мои кровно заработанные. Конечно, я хоть и чувствовала периодические приступы жадности, но все же заботилась о нем как о родном, а вот Лео это делать был совершенно не обязан. – Нашел бы работу, что ли?

«Я и так работаю, – отмахнулся он. – Я тебя терплю!»

– Лодырь! – не удержавшись, я все же улыбнулась. Как бы я ни старалась, но по-настоящему злиться на него не могла никогда.

«Что с плечом?» – спросил он, как только я скинула свою рубашку, чтобы надеть платье.

После встречи с той женщиной отпечаток ладони на моем плече так и не исчез. Он не болел и в целом не тревожил меня, но все же это было странно. Ни у Лео, ни у кого-либо из ему известных демонов ничего подобного после «встречи» не оставалось. Я не верила, что это ничего не значащий след, и очень боялась, что рано или поздно он еще доставит мне беспокойства. Мои опасения разделял и Каа’Лим. Он даже попытался разузнать у собратьев, сталкивался ли кто-либо из них с чем-то подобным. Но все было напрасно. Черный след от прикосновения Смерти – про себя я звала эту женщину именно так – не проходил, заставляя меня вновь и вновь вспоминать о том, что я обещала ей, а она – мне.

Всякий раз, когда затрагивалась тема этого отпечатка, меня пробирал озноб. Не знаю почему, но холодно становилось ужасно. Всего на миг, но мое тело словно прошибала ледяная волна. В этот раз было то же самое, потому, невольно вздрогнув, я обернулась к Каа’Лиму.

– Все так же. Не болит и не беспокоит… пока.

Дэйург молчаливо кивнул и тут же поднялся с постели.

«Ладно, ты работай, а мы с ребятами сегодня договорились встретиться».

Вопросительно изогнув бровь, я посмотрела на него, поскольку в этот момент разум Каа’Лима захлопнулся, не позволяя мне узнать, о чем он сейчас думает.

Он лишь покачал указательным пальцем: мол, нельзя, – и вышел за дверь.

Зря он так, ведь теперь мне стало на самом деле любопытно! Но впереди была работа, а потому, решив, что непременно устрою допрос с пристрастием после, я быстро облачилась в форму и пошла вниз. К счастью, сегодня в зале было мало посетителей, и закончила я раньше обычного. Когда я поднялась к себе в комнату, Каа’Лима все еще не было. Тогда я пошла в номер, который он снял, но пусто было и там. Любопытство усиливалось. Наспех переодевшись в свою обычную одежду, я вышла из таверны «Три кабана» и быстрым шагом, утопая по щиколотку в мокром снегу, отправилась в дом Лео. Что же они там делают? И без меня? Мне же интересно!

Несмотря на то что в Тэймир пришла весна, по ночам было довольно холодно. На черном небосводе мерцали далекие звезды, освещая путь редким незадачливым путникам вроде меня. Накинув на голову глубокий капюшон и сунув руки в карманы, я, старательно перепрыгивая особенно большие лужи, достаточно быстро двигалась в нужном мне направлении.

К моему удивлению, из окон дома Лео не лился свет. Казалось, его обитатели давным-давно спят и видят сны. Но не зря же я проделала весь этот путь? И потом, дом у Лео непростой. Не важно, что кажется с улицы, на самом деле это может быть совсем не так. Легко поднявшись по ступенькам, я потянула дверь на себя и скользнула внутрь. Лео уже давно сделал так, что я могла свободно входить и выходить из его жилища, так что проблем с тем, чтобы попасть в дом, не было никаких. Теперь осталось лишь найти этих голубчиков среди бесчисленных коридоров, комнат и переходов.

Небольшая прихожая была погружена в густой полумрак. На первый взгляд и впрямь казалось, что никого нет. Глубоко вздохнув, я едва не закашлялась от нахлынувшего букета ароматов. Пахло горелой травой, корнем валерьяны, чем-то спиртным и кровью. Причем запахи были такими сильными, что даже не имей я своих способностей, то учуяла бы все равно. Неожиданно откуда-то из глубины первого этажа послышался странный каркающий звук, и я не сразу сообразила, что это – чей-то смех. Но уже через секунду раздался громкий, неожиданно высокий голос Тария:

– Да, точно, все беды от них!

И снова смешки.

Очень тихо, стараясь даже не дышать лишний раз, я медленно шла по длинному коридору. Туда, откуда доносились голоса, смех и запахи. Чем они там занимаются?

– Больше всего бесит, когда начинают намекать, – сквозь смех продолжал свое повествование ректор МАМ. – Еще одну, – словно между делом, буркнул он. – Так вот, намеки – это хуже всего! Ты помнишь, какой сегодня день? – нарочито писклявым голосом, явно передразнивая кого-то, спросил он и сам же ответил: – День как день, что я должен помнить? Я работаю по семь дней в неделю, у меня тысячи студентов, за которыми глаз да глаз, а ей интересно, помню ли я, когда мы познакомились?! Что за бред? Познакомились – и ладно, лучше бы и не знакомились с таким подходом!

– А как тебе вот такой вопрос, – едва не споткнувшись, я пораженно вслушивалась в радостный голос Орэна. Язык у мага явно заплетался, но голос от этого звучал не менее радостно. – Как ты думаешь, что мне надеть? – так же пискляво, как всего минуту назад спрашивал Тарий, сказал степенный маг. – И при этом два платья совершенно одинаковые! Откуда же мне знать?!

– Сказал бы, что без одежды – лучше всего, – фыркнул демон. – Чего тут думать, когда так и есть.

Продолжительное и одобрительное «ха-ха» было ответом на реплику Лео. Приближаясь к комнате, из которой доносились голоса, я все отчетливее понимала, что четверка моих «учителей» пребывает в крайне приподнятом настроении. И, судя по запахам, я начинала догадываться почему. Правда, оставалось непонятным, почему пахнет валерьяной и жженой травой.

– Ты уверен, что Мара еще на работе? – неожиданно спросил Лео, явно насторожившись. Я растерянно замерла. Неужели почувствовал? – Просто как-то запахло ею, что ли? Хотя в таком состоянии я не поручусь, – хмыкнул он, и я, кажется, поняла, с кем именно он говорит.

Ну, гаденыш, я иду! Чем ты там занимаешься, пока я пашу, как вол?!

– Да, я тоже, – неожиданно серьезно сказал Лео. – Если он появится, я выпущу ему кишки, прежде чем он успеет приблизиться к ней.

– Вы думаете, он появится после всего? – как-то грустно отозвался маг.

– Да, – односложно ответил Лео. – Эти чешуйчатые твари частенько полагают, что имеют права на женщин. Чувство собственности развито у них просто запредельно… Еще одну дай мне, – обратился он к кому-то, кто что-то им раздавал. Я с интересом вслушивалась в слова Лео и понимала, о ком он говорит. – До того как мы пришли в этот мир, наши отношения нельзя было назвать дружескими или миролюбивыми. Пора напомнить, что не стоит тянуть лапы к тому, что не может принадлежать никому, – неожиданно зло сказал он. – Бездна, как тяжело сдерживаться, – выдохнул он.

– Ты уже определился, как мы поступим дальше? – так же серьезно спросил Тарий.

– Да. Я, Мара и дэйург покинем этот город уже скоро. Вам с Орэном я предлагаю пока остаться здесь. Решать, конечно, вам, но с нами вы не поедете, и это не обсуждается. Ну что, вскрываемся? – неожиданные смешливые нотки в последней фразе Лео привели меня в чувство и заставили сделать последний шаг к открытой двери.

Увиденное, мягко говоря, меня поразило. Четверо моих учителей сидели за круглым столом с картами в руках. Но это еще были цветочки по сравнению с их внешним видом. Первым в глаза бросился Орэн. Маг был в одних нательных портках и рубахе. На носу гордо красовались очки, борода была заплетена в три внушительные косицы, а волосы забраны в высокий хвост! Тарий расположился напротив Орэна. На его голове красовался желтый, в красную полоску галстук, торс был совершенно обнаженным, правда, вот брюки ректор МАМ еще не снял. Рядом с вампиром стоял полупустой бокал с темно-красным содержимым. Прямо напротив входа сидел Каа’Лим. Мой дэйург с непонятной черной сеточкой на голове с серьезным видом разглядывал карты, попутно потягивая жидкость, ужасно воняющую валерьяной. По всей видимости, напиток ему невообразимо нравился, потому как он то и дело нюхал его и лизал край стакана! Спиной ко мне сидел Лео. Его золотые волосы, переливаясь в свете ламп, водопадом ниспадали по обнаженной спине. Он, как и остальные из присутствующих, был в одних брюках и ботинках. Но в отличие от остальных демон ничего не пил, а по очереди с Тарием вдыхал дым из странного чайника на высокой ножке, от которого расходилось несколько шлангов.

Зрелище было таким, что у меня невольно открылся рот, и еще несколько секунд я никак не могла прийти в себя.

Как раз в тот момент, когда я глупо переводила взгляд с одного мужчины на другого, при этом не в состоянии ни закрыть рот, ни сказать хоть что-то членораздельное, меня заметили.

– Ой, – как-то умиленно охнул Орэн. – Марочка пришла.

Заядлые картежники словно по команде замерли и чересчур медленно стали оборачиваться в сторону двери. Каа’Лим, от неожиданности едва не выронив свой стакан и округлив и без того огромные глаза, молчаливо вылупился на меня. Тарий же, напротив, растянул рот в широкой улыбке, но говорить не пытался. Последним как ни в чем не бывало обернулся Лео. И, словно был вовсе и не удивлен моим присутствием, легко улыбнулся и помахал мне ладошкой.

– Привет, привет, как дела?

Такого уже не ожидала я, потому, глубоко вдохнув и кое-как собравшись с мыслями, я изволила молвить:

– Вы совсем, что ли, сбрендили?! – К радости моей, в голосе присутствовали действительно грозные нотки, способные показать собравшимся всю серьезность моих намерений. Было только одно «но». Эти собравшиеся находились как раз на той стадии веселья, когда любая угроза воспринимается исключительно как забавное приключение.

Решительно подойдя к столу и встав рядом с Каа’Лимом, я выхватила из его рук бокал с неизвестным содержимым.

– Это еще что?!

«Травяной отвар», – буркнул он, уперев глаза в пол.

– Что? Допустим. И чем ты тут занимаешься? Проигрываешь мои кровно заработанные деньги? – угрожающе нависнув над дэйургом, буквально прошипела я.

«Почему проигрываю? – как-то обиженно отозвался Каа’Лим. – Я выигрываю, вот, погляди!» – пробормотал он, указывая на кипу одежды у его ног. Кипа состояла из чьих-то носков, хламиды Орэна и чьей-то рубахи.

– Вы что, хотите сказать, что четверо мужиков играют на раздевание?!

Происходящее никак не желало укладываться у меня в голове.

– А у них больше ничего нет, – пожав плечами, отозвался Лео. – На что еще с ними играть?

– Да хоть на желания!

– И правда, почему мы играем на одежду? – словно встрепенувшись от долгого сна, поинтересовался Тарий.

– Потому что после того, как Орэн проиграл свою прическу, а потом выиграл, он пожелал играть на раздевание, – обличающе ткнув пальцем в мага, пояснил происходящее вампиру Лео.

– Я пожелал? – как-то потерянно отозвался Орэн.

«Ты, ты, – пробурчал Каа’Лим. – Не мог приодеться получше перед игрой?» – с непонятной горечью взглянув на серый балахон, вздохнул дэйург.

– Помолчал бы! И верни Орэну его хламиду!

«Что? Он ее проиграл!»

– Что?! Это не хламида!

Одновременно отозвались Каа’Лим и маг, в голосах которых звучало неподдельное возмущение.

– А вы, отец, как вам не стыдно. – Решив, что надо бы немного повлиять и на моего достопочтенного учителя, повернулась я к нему и нравоучительно выдала фразы, которые обычно он адресовал нам с Кимом: – Взрослый человек, а так себя ведете! С ребенком в азартные игры играете, напоили вон его! – указав пальцем на дэйурга, гневно воскликнула я.

– Да что ты говоришь такое, дочка, какой же он ребенок?! – подслеповато щурясь и едва выговаривая слова, сказал Орэн, наклоняясь ближе к Каа’Лиму и пытаясь его получше разглядеть.

«Вот и мне интересно!» – обиженно пробурчал дэйург, в то время как Лео в очередной раз вдохнул дымок из «чайника».

– А это еще что за дрянь? – ткнув пальцем в «чайник», спросила я.

– Хочешь? – подмигнув, поинтересовался демон, протягивая мне «шланг», из которого они с Тарием по очереди вдыхали дым.

– Спасибо, обойдусь. Так, ты, вставай и пошли, – повернувшись вновь к виновнику моих переживаний, сказала я.

«Я не дойду, – как-то жалостливо пробормотал Каа’Лим. – Давай тут заночуем».

Это было последним, что он сказал, прежде чем его голова с глухим стуком ударилась о поверхность деревянного стола, а сам дэйург с радостной улыбкой отправился смотреть красочные сны.

– О богиня, – спохватилась я, зачем-то проверяя пульс у него на шее. – Чем вы его накачали?! Он же совсем еще маленький! Это все ты! – со всевозрастающим раздражением обернулась я к Лео и обвиняюще ткнула в него пальцем.

– Я?! – весьма правдоподобно растерялся он. – Это все твои друзья-алкоголики, при чем тут я? Я вообще не пью!

– А мы не пьянеем, – подтвердил Тарий, блаженно улыбаясь мне и как-то странно покачиваясь из стороны в сторону.

– Да уж вижу, – буркнула я, со всей ясностью понимая, что Каа’Лима до таверны мне донести, может, и по силам, но со стороны это будет выглядеть по меньшей мере странно. – Помогите отнести его в комнату.

Из всех присутствующих на такой подвиг был готов только Лео. Он легко поднялся со стула и, так же легко перекинув немаленькое тело дэйурга через плечо, решительным шагом направился на второй этаж. Не задерживаясь, я отправилась следом.

– Куда ты его несешь? Моя комната в другой стороне, – спросила я, когда Лео, поднявшись со своей ношей на второй этаж, повернул куда-то не туда.

– У него есть своя комната, чтобы спать в ней, – несколько жестко отозвался он.

– Да мы как-то привыкли… – попыталась возразить я.

– Значит, отвыкайте, – коротко возразил он.

Наконец он остановился и, решительно отворив дверь, вошел в комнату, погруженную в полумрак, и легко положил Каа’Лима на широкую кровать. Отчего-то показалось, что Лео сейчас не в духе, потому я не спешила начинать разговор или входить вслед за ним.

– Идем, – сказал он, выходя ко мне в коридор.

– Может, мне стоит…

– Не стоит. У тебя есть своя комната в моем доме, а он не младенец, чтобы сидеть рядом с ним, пока он спит.

Вроде бы в его словах не было ничего обидного, но все это было сказано таким тоном, словно он разговаривал с кем-то, кто не имел права не подчиниться.

– Послушай, я не…

Моя очередная попытка возразить закончилась тем, что Лео в мгновение ока оказался рядом со мной. Прижимая меня спиной к стене, он возвышался надо мной, словно скала. Его темные глаза буквально жгли меня, казалось, словно бездна разверзлась на самом их дне. Не то чтобы мне стало страшно, но чувство было приблизительно таким.

– Я устал чувствовать его запах на тебе, – очень тихо сказал он.

– Чт… – не дав сказать и слова, он положил указательный палец мне на губы, призывая к молчанию.

– Не хочу больше ощущать его запах на твоей коже, – практически по слогам сказал он.

От того, как близко он сейчас был, как смотрел, каким горячим вдруг стало его дыхание, мне вдруг сделалось не по себе. Но в то же время мне не хватало решимости просто оттолкнуть его в этот момент. Я продолжала смотреть в его потемневшие глаза и не могла найти слов. Что сделать? Тяжело сглотнув, я переступила с ноги на ногу, не понимая, врезать ему, укусить или поцеловать. Последняя мысль была неожиданной и невероятно пугающей. Лео, словно уловив мое замешательство, судорожно вздохнул, проводя указательным пальцем по моему подбородку и легко касаясь кожи на шее.

Такая его близость смущала меня, и я бы соврала, если бы сказала, что ничего не почувствовала в тот момент. Странное возбуждение, волнение зарождалось где-то на уровне груди от одного взгляда на него.

– Иди спать, – буквально выдохнул он мне в лицо.

С силой оттолкнувшись от стены, он повернулся ко мне спиной и решительно направился в сторону лестницы. Еще некоторое время я смотрела ему вслед, не понимая, что со мной происходит. Почему так неожиданно захотелось стать ближе к нему? Почему сердце в груди, несмотря ни на что, так бешено стучит?