Текст книги ""Фантастика 2025-106" Компиляция. Книги 1-15 (СИ)"

Автор книги: Марина Александрова

– Послушай меня очень внимательно, – сказал вампир, легко поправляя тело мага у себя на руках и кладя голову Орэна себе на плечо. – Я волью в тебя немного силы, не сопротивляйся, ладно?

– Я не возьму, учитель, – очень слабо запротестовал Орэн, еле-еле покачав головой. – Не надо, будет только хуже…

– Никак на тот свет собрался, а? Не рано ли? – Тарий пытался сохранять невозмутимый вид, но и сам знал, как плохо у него выходит.

– Учитель, помните, когда-то давно вы говорили мне о необходимой пользе и вынужденном вреде?

У Тария в груди болезненно сжалось сердце, в то время как перед мысленным взором очень четко всплыл тот их разговор.

– Мой вынужденный вред в данной ситуации будет превышать необходимую пользу, вы же понимаете?

Тарий очень хорошо понимал, к чему ведет его ученик. И от этого ему становилось не по себе.

Иногда ректору МАМ казалось, что внутри него легко уживаются несколько личностей. Он мог быть разным: романтичным, жестоким и непреклонным, по-детски непосредственным, заботливым. Все зависело от ситуации и личного отношения. Он до сих пор помнил, как очень много лет назад встретил одного парнишку на пороге МАМ. Его серые лучистые глаза, казалось, могли объять весь мир, и, один раз взглянув в них, Тарий почему-то уже тогда понял, как будет относиться к этому человеку. Несмотря ни на что, он всегда будет на его стороне. Всегда поможет так, как сумеет. Ведь тот свет, что лился со дна этих глаз, нужно было сберечь…

– Не верь всему, что рассказывает такой старый маразматик, как я, – фыркнул Тарий.

Легко прокусив клыками кожу на своем запястье, он, более не слушая возражений Орэна, поднес руку к иссохшим губам мага.

– Пей, – скупо сказал он. – И помалкивай. Не так уж много я тебе даю, чтобы почувствовать себя плохо.

Смотря на то, как тонкие струйки темной крови стекают Орэну в рот, Тарий молил только об одном. Он надеялся, что еще не слишком поздно, что он все же сумеет помочь ему, поддержать его организм за счет силы своей крови. Конечно, эта мера была временной. И в лучшем случае действенной лишь на несколько часов, после чего Тарию придется повторить все еще раз. Но чем чаще он будет это делать, тем сильнее будет ощущать приступ непреодолимого голода. Сначала он почувствует, как скручивает его желудок тугой и болезненный спазм. Он знал этот первый симптом, при котором лучше сразу позаботиться о питании, потому как дальше будет только хуже. Если Тарий все верно рассчитал, то в запасе у них не больше пяти часов, прежде чем он ощутит первые признаки. После его состояние будет лишь ухудшаться, за спазмами в желудке последует боль уже во всем теле, каждый сустав будет словно выкручивать и выламывать. Настойчивые мысли о пище, после чего последует помутнение сознания и неминуемая смерть… Орэна. Тарий невольно поморщился, отгоняя неприятные мысли и сосредотачивая внимание на ученике.

Слово «голод» для вампиров имело особое значение. Сложно себе представить, но мало кто из них хоть раз в жизни испытывал чувство абсолютного насыщения. И чем сильнее был вампир, тем важнее для него было следовать четкому расписанию в потреблении пищи, как эмоций, так и крови. Это была одна из немаловажных причин, почему Тарий выбрал для себя МАМ как лучшее место обитания. Во-первых, эмоций студентов и жителей человеческой столицы всегда было в достатке, и если брать понемногу у каждого, то это было даже полезно для самих людей. Нет, Тарий не страдал излишней степенью благородства, защищая бедных и страждущих. Скорее он воспринимал людей, проживающих в Эдельвайсе, как часть его личного… мм… стада? Да, наверное так. Потому и питался в основном от тех, кто страдал агрессией или приступами меланхолии, забирая излишки и удовлетворяя свои потребности. Но сейчас перед ним был человек, к которому он всегда относился по-особому, и сама мысль о том, что он может навредить ему, находясь в беспамятстве и повинуясь инстинктам, заставляла его чувствовать себя очень паршиво.

– Лучше? – спросил он, видя, как на щеках старика разливается едва заметный румянец.

– Да, но, учитель… – сказал Орэн, самостоятельно приподнимаясь и всматриваясь в глаза Тария. – Я… Вы должны знать, что я все понимаю, и когда все, – тяжело вздохнув, Орэн вновь заговорил: – Когда все станет плохо и вы не сможете удержаться… я понимаю.

– Не надо…

– Я хочу, чтобы вы это знали, вот и все.

– Я же сказал: не надо.

Они сидели во мраке камеры, и казалось, что тишина густым пологом обволакивает все вокруг. Тарий продолжал удерживать тело Орэна у себя на коленях, вслушиваясь в нестройный ритм его уже немолодого и уставшего сердца. Эта мелодия, словно спасательный круг, заставляла его держаться за ускользающую реальность. Его желудок болел уже несколько часов, но он продолжал вслушиваться в ритм сердца Орэна, отгоняя от себя мысли о том, как жажда начинает разгораться невыносимым пламенем в его горле, с каждой секундой охватывая все большие участки тела. Сколько еще он сумеет продержаться, Тарий и сам не мог сказать, но если все будет идти свои чередом, то совсем скоро…

– Орэн, – чуть слышно обратился он к магу.

– Да? – отозвался старик, по всей видимости скользя на грани между реальностью и сном.

– Что я должен сказать тебе сейчас, малыш? – Голос Тария казался каким-то странно безжизненным.

– Скажите, что позаботитесь о моих детях…

– Ты же знаешь, что я сделаю все от меня зависящее.

– Да, знаю.

На краткий миг глаза вампира и человека встретились, словно говоря друг другу все то, что было недосказанным, что оставалось где-то глубоко в душе у каждого из них. Орэн смотрел на вампира, пытаясь донести до своего учителя, что понимает. Он хотел рассказать, как сильно устал от прожитых лет. Как долго пришлось ему жить и ощущать себя мертвым. Потеря ребенка, разочарование, презрение, которое в одночасье он получил от тех, кого некогда считал друзьями, – все это незримым грузом давило его к земле год за годом, столетие за столетием. Единственная радость жизни, вернувшаяся к нему так ненадолго, пришла к Орэну вместе с появлением двойняшек в его доме. Но сейчас…

– Ты кто? – Вопрос стражника за дверью камеры заставил Тария настороженно замереть и прислушаться. – Чего молчи…

Глухой удар от упавшего тела – и Тарий вмиг оказался на ногах, опустив Орэна на подстилку сзади себя, и замер, оскалив клыки.

Когда за дверью послышался странного рода шорох, небольшой перезвон (по всей видимости, так звенела связка ключей), а после – звук открываемого замка, Тарий уже был готов наброситься на любого вошедшего. Но то, что он увидел, заставило его растерянно замереть.

Стоило двери с протяжным скрипом открыться, озаряя камеру широким лучом желтоватого света, как на пороге возник мужчина, облаченный во все черное. Он был очень высок и широк в плечах, его фигура казалась невероятно массивной, но из-за света, что падал на него со спины, совершенно не получалось разглядеть лицо.

«Ну что? Отдохнули немного, пора бы и делами заняться», – знакомый голос раздался в голове у Тария, заставляя вампира помимо воли расплыться в широкой улыбке. Облегчение было таким сильным, что Тарий невольно опустился на колени и, запрокинув голову, засмеялся.

– Ты… – сквозь смех выдавил он из себя.

«Ну что с вами делать, одних оставить невозможно! Никакой самостоятельности!»

Прошло уже несколько дней после того, как Каа’Лиму удалось вызволить Орэна и Тария из «Дома четырех смертей». Орэн постепенно шел на поправку, во многом благодаря заботе о нем вампира и дэйурга, что каплю за каплей отдавал свою силу, восстанавливая энергетический баланс мага. И все же пока еще старик с трудом поднимался с постели и много спал. Был вопрос, который встал перед ними теперь достаточно остро. Как найти Мару и Кима? Где их искать, если Мара совершенно закрыта даже от дэйурга, а Ким словно исчез из реальности? Пожилой маг очень часто спрашивал дэйурга о пропавших детях. Орэн сильно переживал, что даже Каа’Лиму не по силам их найти.

Они остановились на одном из постоялых дворов на границе человеческих земель. Если на юге Ирэми сейчас был самый что ни на есть сезон дождей, то на севере стояли поистине жестокие морозы. Скоро ласковое солнышко заставит людей и нелюдей в Эдельвайсе чаще выбираться на улицу, гулять и наслаждаться первыми днями весны. Север же, казалось, жил совершенно иной жизнью. Вместо теплого солнца – снежные метели и серые облака, заволакивающие небо от края до края. В комнате постоялого двора было прохладно, хотя хозяин заведения уверял, что еще пять лет назад обзавелся собственной котельной и теперь каждая комната отапливается одинаково хорошо. Собственно, дэйургу было жарко даже на улице, несмотря на смену ипостаси. Тарий в целом не ощущал особенной разницы между «прохладно» и «тепло», ему было нормально, значит комфортно. Но вот Орэн укрывался несколькими одеялами, когда ложился спать. Стоило ему встать с кровати, и дэйург замечал, как неохотно он ступает босыми ступнями на деревянный пол.

«Мне следует озаботиться теплой одеждой для тебя?» – однажды решил все же спросить Каа’Лим, смотря, как маг кутается в еще одно одеяло.

– Я не решался попросить, – вдруг отозвался Орэн, сжимая горячую кружку с отваром в руках, – но я еще очень слаб и не могу восстановить теплообмен тела. Должно быть, я очень стар и потому все время мерзну, – хмыкнул Орэн, поднимая взор на стоящего у окна дэйурга. Каа’Лим часто так стоял, всматриваясь куда-то в мутную белую даль, словно пытался разглядеть что-то сквозь снежную пелену.

– Мы найдем их, – очень уверенно сказал Орэн.

Дэйург ничего не ответил на это магу, но спросил о другом.

«Твой друг дал мне немного денег, – сказал Каа’Лим, выуживая из кармана пухлый кожаный мешочек. – Сколько будет уместно потратить на теплую одежду? И что мне купить, чтобы ты почувствовал себя лучше?»

– Иди с Тарием, он хорошо в этом разбирается, да и отдохнете от меня немного, – хмыкнул Орэн, поправляя в ногах одеяло. – И Тарию будет полезно погулять по городу.

– Ори, просто скажи, что тебе хочется побыть одному, – фыркнул Тарий, откладывая давно прочитанную газету и поднимаясь с облюбованного им кресла. – Ладно, и правда, прогуляться не помешает. Пойдем, мой пушистый друг, устрою для тебя экскурсию по человеческим рынкам и магазинам.

«Не провоцируй меня, кровосос, – незло огрызнулся Каа’Лим, оборачиваясь к Тарию. – Личину надень, поправь ауру – и вперед».

– Я все же ректор МАМ, а не благородная девица на выданье, но мне приятно, что ты обо мне заботишься, – очень мило оскалился вампир, выходя из комнаты следом за дэйургом, который в тот же миг, как нога ректора переступила через порог, накрыл помещение защитным пологом.

Каа’Лим никогда не любил человеческих городов. Они казались ему слишком грязными, вонючими и суетливыми. Причем запахи выводили из себя больше всего. На втором месте шла суета, а уж потом грязь. Ему было сложно понять людей, которые жили, так тесно соприкасаясь друг с другом. На центральных улицах всегда слишком шумно, неприятно. И сейчас Тарий вел его на центральную улицу, где именно в это время проходила ежегодная торговая ярмарка.

Тэймир, город, в который они прибыли несколько дней назад, казался дэйургу настоящей помойкой. Люди ели, рядом ходили в туалет, потом смотрели уличные представления, выбирали одежду, торговались, ругались, кокетничали, улыбались и плевались друг другу вслед. Это был настоящий калейдоскоп безумия.

– Не нравится? – довольно расплываясь в улыбке, спросил Тарий. – А мне так этого не хватало… – счастливо зажмурившись, вампир буквально проурчал: – Благодать…

«Заканчивай с едой и давай уже займемся тем, за чем пришли», – скупо сказал дэйург, недовольно отводя взгляд от счастливой физиономии Тария.

– Ты зануда, – ответил ректор МАМ, тем не менее продолжая получать истинное удовольствие от происходящего вокруг. Сейчас вампир чувствовал себя зажравшимся котом, которому заботливая хозяйка то рыбку сунет, то сметану поднесет, а он, бедный-несчастный, не знает, что и выбрать.

«Если ты окосеешь под конец прогулки, я тебя домой не потащу», – заметил Каа’Лим, потому как прекрасно знал, что от такого переизбытка эмоций вампир и впрямь мог несколько «опьянеть».

– Я свою норму знаю, – отшутился Тарий, а про себя вспомнил окончание этой поговорки.

«Ты какой-то ненормальный, – неожиданно заговорил дэйург, косясь на Тария. – Знаешь, как мы смотримся со стороны? Я же просил тебя не привлекать внимания. А ты мало того, что сияешь, как фонарь в безлунную ночь, да еще и с личиной учудил!»

– А что не так? – Вампир замер прямо посреди улицы, поворачиваясь лицом к стеклянной витрине магазина.

Зеркальная поверхность отразила две весьма примечательные фигуры. Сам дэйург казался невероятно высоким и крепким мужчиной. Каа’Лим был все в той же одежде, что подобрала ему Айрин, отчего выглядел еще более брутально. Его пепельные локоны несмело развевались на стылом ветру. Каа’Лим, не скрывая раздражения во взгляде, смотрел на своего спутника, а точнее, спутницу… Высокая блондинка в черном собольем полушубке, кокетливо надув губки, придирчиво изучала собственное отражение.

– Ты неблагодарный, – фыркнула она, кривя пухлые губы и хищно прищурив голубые глаза, – посмотри, какая женщина рядом с тобой! Тебе все завидуют, а ты этого совсем не ценишь! – Она поправила выбившуюся из высокой прически прядь светлых волос. – Идем, – не скрывая повелительных ноток в голосе, сказала она, подняв изящную ручку, затянутую в черную кожаную перчатку, и уверенно указав необходимое направление.

Тария провожали сладострастными или завистливыми, тут все зависело от пола смотрящего, взглядами. Дэйург со стороны казался мужчиной, который полностью подвластен своей стервозной спутнице. Блондинка счастливо улыбалась то одному, то другому прохожему, и, по всей видимости, именно из-за ее чрезмерного кокетства лицо ее спутника становилось все мрачнее и мрачнее.

– Чем я заметней, – шептал Тарий чуть слышно, – тем мы на самом деле менее заметны, мой волосатый друг.

«Тарий, хватит паразитировать, тебе будет плохо», – наставительно твердил дэйург, видя, что вампир и впрямь становится чрезмерно возбужденным.

– Чего изволит юная эсса? – Немолодой торговец изделиями из овечьей шерсти заметно приободрился, увидев, как к его лотку подходит столь интересная пара, и старался произвести наилучшее впечатление. Он стоял на морозе весь день, торговля из-за утреннего снегопада шла неважно, но, видя, с каким интересом подошедшая девушка осматривает представленный на витрине товар, он надеялся, что еще сумеет получить неплохую выручку. Да и, судя по ее спутнику, надежда эта была вполне оправданной.

Блондинка доброжелательно улыбнулась, кокетливо стрельнув глазками, отчего сердце торговца забилось быстрее, а сам мужчина испытал давно забытое чувство легкого возбуждения при виде женской улыбки.

– Меня интересует теплая мужская одежда, – отозвался Тарий, не без удовольствия наблюдая, как теряет самообладание человеческий мужчина от одного его вида. Волна возбуждения, исходящая от торговца, немного опьянила вампира, заставляя чувствовать себя потрясающе легко и свободно. Сам Тарий понимал, что пора завязывать с поглощением чужих эмоций, но пережитые им голодные дни давали о себе знать. Он всегда плохо переносил вынужденное голодание, становясь после этого несколько невоздержанным в еде и удовлетворении своих потребностей.

– Чего именно вам хотелось бы? – тяжело сглотнув, пробормотал мужчина, несмело всматриваясь в черты лица Тария.

– Моему дедушке нужна одежда, полный комплект, – томно взмахнув ресницами, сказал вампир, поправляя непослушную прядь, вновь выбившуюся из прически. – Я не слишком хорошо разбираюсь в тонкостях мужского гардероба, – мило смущаясь, продолжил говорить он. – Но позвольте мне положиться в выборе на вас…

Монолог очаровательной блондинки был прерван ее спутником, что неожиданно обрушил на прилавок огромных размеров кулак с зажатым в нем клочком бумаги.

Сказать по правде, Тарий так увлекся, что готов был искренне возмутиться поведению дэйурга, но, встретившись с ним взглядом, осознал, что лучше помалкивать.

– Ты захватил список, да, милый? – невинно хлопая глазками, пропел Тарий, взяв помятый клочок бумаги и передав его торговцу. – Он у меня такой предусмотрительный, – доверительно сообщил торговцу вампир, надеясь, что не перегнул палку в общении с дэйургом и буря пройдет мимо. – А я вечно все забываю…

– Давайте я посмотрю, – предложил торговец, принимая список из рук обворожительной покупательницы и опасливо посматривая в сторону ее спутника.

«Конечно, он ревнует, – думал мужчина, складывая товар в бумажные пакеты. – Не стоило жениться на такой красотке с вздорным нравом, теперь мучайся всю жизнь», – подарив спутнику белокурой обольстительницы сочувственный взгляд, торговец вновь вернулся к своему занятию.

«Я надеюсь, что на сегодня ты удовлетворен?» – зло спросил Каа’Лим, стоило им отойти от прилавка.

– Ты себе даже не представляешь как, – счастливо жмурясь, прошептал вампир.

«Этого не может…» – Дэйург неожиданно остановился посреди людной улицы.

– Что? – встревоженно спросил Тарий, оборачиваясь к нему. – Что не так?

«Я… я, кажется, чувствую ее, – несмело посмотрев Тарию в глаза, произнес дэйург. – Что-то изменилось, и я чувствую, где она. По-прежнему не могу услышать, но чувствую…»

Глава 7

Студеный зимний ветер принес с собой запах тех, кто сейчас так стремительно двигался в нашем направлении. Нелюди, это было ясно с самого начала. Другой ритм биения сердца, другая частота дыхания, другая сила шага. Но вот кто конкретно пожаловал в гости на наш огонек, пока было непонятно. Единственное, что не вызывало никаких сомнений, так это то, что шли они именно сюда. Это смутило, в первую очередь, Лео.

– Мы находимся под пологом… – несколько раздраженно заговорил он. – Нет, не так, мы находимся под моим пологом! Как эти… короче, как они нас нашли?!

– Похоже, кто-то облажался? – холодно поинтересовалась я, продолжая прислушиваться к все приближающимся шагам.

– Нет, детка, я не могу быть этим «кем-то» по определению, – покачал головой Лео, так же вслушиваясь в мнимую тишину леса.

– Не понимаю, чего ты так нервничаешь? Ну придут они сюда, и что дальше-то? – вопросительно изогнув бровь, поинтересовалась я.

– Милый мой ребенок, похоже, мои последние манипуляции с твоей психикой повредили твой юный мозг…

– Просто убей их, для тебя же это не ново, – решив прервать его красноречивую тираду, сказала я.

– Такие речи – и от тебя? Не ожидал.

– Почему? Разве ты не знал, что так и будет, когда проделывал свои «манипуляции»? – хмыкнула я, подходя ближе к высокому вековому кедру. – В любом случае, сам накосячил – сам и разбирайся, – сказала я, в одном прыжке поднимаясь сразу на несколько метров над землей и устраиваясь на приглянувшейся ветке.

– Что? Даже нет желания мне помочь? – спросил Лео, запрокидывая голову, чтобы видеть меня лучше.

– Зачем мне это?

– Не знаю, может, интересно? Да и потом, разве кровь в жилах не играет?

– Нет, это твои трудности, которые ты в состоянии решить сам. И потом, – втянув носом стылый воздух, продолжила я: – Всего-то два вампира, мне кажется, это тебе вполне по силам.

– А если нет?

– В любом случае мне все равно.

– Ты ранишь меня в самое сердце, – широко улыбнулся он, подходя ближе к дереву, на котором я сидела. – Неужели я для тебя совсем ничего не значу?

– Мм… Нет! – так же широко улыбнувшись, честно ответила я и сама поразилась, как легко дался мне этот ответ. Никаких смятений, переживаний по поводу того, правильно ли это, могу ли я так говорить, не обидится ли он. – Мне до тебя нет никакого дела, и это прекрасно! Кстати, твоя проблемка уже на краю поляны и обходит ее по дуге, должно быть, осматривают твой «совершенный» полог, – кивнув в сторону, откуда слышались шаги вампиров, я облокотилась на ствол дерева и приготовилась наблюдать за зрелищным боем.

Лео снял полог раньше, чем кто-то из пришедших попытался его взломать. Потому двое мужчин-вампиров беспрепятственно шли в нашем направлении. Только сейчас я могла хорошенько их рассмотреть и не без интереса понять, что одного из пришельцев я очень хорошо знаю. Тарий ни капельки не изменился с нашей последней встречи. В его медных кудрях путался зимний ветер, правда, на щеках играл необычный для вампиров румянец. «Должно быть, он недавно ел», – немного отстраненно подумала я, в то время как Тарий замедлил шаг, пропуская вперед себя высокого мужчину, который в росте не уступал Лео. Этот широкоплечий блондин был мне не знаком. Я совершенно точно могла сказать, что никогда не видела его прежде, потому как он обладал весьма запоминающейся внешностью. Почему Тарий привел незнакомца с собой? Кто этот вампир? Или…

И все же мне почему-то на мгновение показалось, что я знаю этого мужчину, сама не могла понять, почему возникло такое чувство. Походка, внешность, его запах – все это было совсем не то. Словно ускользающая ниточка, понимание происходящего никак не желало приходить ко мне. Я упускала что-то важное и никак не могла понять, что именно. Казалось, ответ прямо передо мной, просто посмотри правильно, и все станет понятно. Вот только я никак не могла взглянуть на подходящего к нам мужчину с нужного ракурса.

Внутри нарастало странное чувство, более всего походившее на нервное возбуждение. Я не испытывала ни страха, ни радости, смотря на это… существо, потому как чем ближе он подходил, тем отчетливее мне становилось ясно, что никакой он не вампир. И в то же время все мои эмоции словно потеряли свой вкус и цвет. Я не могла понять, что это. Радость? Боль? Любовь? Все казалось однотипным, никакой разницы, просто трепещет что-то неясное внутри, раздражает, не более.

– Милая, а ведь это к тебе, – тихонько сказал Лео, когда его взгляд встретился с взглядом блондина.

– Да? По-моему, они ошиблись, я никого не жду, – ответила я, делая еще один глубокий вдох и стараясь понять, что за странный аромат принес с собой этот мужчина.

– По-моему, как раз наоборот, – ответил Лео, который приблизился ко мне вместе с высоким блондином.

Вопросительно изогнув бровь, я непонимающе посмотрела на демона.

– Чего еще-то? Знаешь, кто этот?.. – кивнула я в сторону незнакомца, который сейчас выглядел более чем растерянно.

– Угу, – коротко буркнул Лео, после чего сказал: – Как и ты.

– Да? Я не помню.

– И что? Даже неинтересно? – лукаво улыбнувшись, спросил он.

– С чего бы? Если я не помню, значит, он с самого начала не был интересным.

Следующее, что произошло, было столь же неожиданным, сколь и появление незваных гостей. Стоящий до этого неподвижно мужчина в долю секунды развернулся к Лео, обрушивая на него невероятной силы удар. Демон не то чтобы не успел среагировать, скорее он позволил себя ударить, отчего его отшвырнуло на несколько метров в сторону, а блондин, тут же оказавшись рядом с ним, схватил его за грудки, поднимая в воздух, и с неприкрытой яростью во взгляде навис над ним.

– Ну а я-то тут при чем? – сплевывая золотистую кровь, что сочилась из рассеченной губы, усмехнулся демон. – Если бы ты сам озаботился обо всем с самого начала, то и проблем бы сейчас было на порядок меньше.

– Ч-что т-ты-ы-ы с-сдела-а-ал? – испытывая явные сложности с произношением, спросил мужчина, будто выплевывая каждое слово в лицо Лео.

– Я? – все еще усмехаясь, переспросил он, скидывая с себя руки блондина и отступая от него на шаг в сторону. – Сделал? Нет, я всего лишь делаю то, что должен был сделать ты в свое время. Но тебе было куда удобнее оставаться в ее глазах утирателем соплей и милым другом, чем тем, кто действительно помогал бы ей через пот и кровь постигать свою натуру.

– Эй, – окликнула я этих двоих, прежде чем они вновь бы сцепились. – Все же это твой дружок, раз ты его знаешь, поэтому я, наверное, пойду, мне скоро на работу, – спрыгнув с облюбованной мною ветви, я еще раз пристально взглянула на блондина и уже собралась развернуться и уйти, как наши глаза встретились.

Его взгляд, он говорил мне что-то. Было такое ощущение, что кто-то нашептывает мне, но я не понимаю ни слова, лишь слышу непонятный шум в ушах. Если раньше я, наверное, могла бы понять, какая эмоция живет на самом дне этих глаз, то сейчас… Сейчас все было иначе.

– Мне пора. Ты со мной? – обратилась я к Лео. – Или с друзьями останешься?

– С тобой, – коротко ответил он. – Но друзей прихватим тоже, – хмыкнул он. – Они, наверное, захотят у меня погостить. Ты же не против?

– Мне-то какое дело? – отмахнулась я, уверенно зашагав в обратную сторону.

Теперь идти мне было куда легче…

Лео смотрел на троих мужчин, что сейчас находились напротив него, и откровенно недоумевал, как изменяется его жизнь с каждым днем с того момента, как в ней появилась Мара. Сначала, словно из глубины давно прожитых лет, возникла она. Демоница, но такая странная. Не похожая ни на свою мать, ни на соотечественников. Воспитанная среди людей, с соответствующим образом мышления, привитыми нормами морали. Когда он понял, кто она, то откровенно недоумевал, как у Ливы могло родиться такое недоразумение. Конечно, ее воспитывала человеческая женщина, но неужели этого было достаточно, чтобы изменить природу такого существа? Эмоции, которые не свойственны демонам, расцвели буйным цветом в сердце, не предназначенном для них. «Чувство вины» – это было словосочетание; чтобы понять его значение, большинству демонов пришлось бы открыть толковый словарь. Лео испытывал нечто подобное лишь однажды, это было давно и не особенно приятно. Да, он был другом отца и матери Мары, но тем не менее сумел справиться с их кончиной и продолжил жить дальше. Не важно как, но природа умеет защищать свои создания. Она дала им долголетие, позаботившись о том, чтобы их глубокие привязанности были редкими. А все остальное забывалось с годами, не оставляя после себя и легких царапин в душе.

– Итак, дорогуши, – смерив задумчивым взглядом троих «переселенцев», как он решил про себя называть «дорогих гостей», сказал Лео, – мой дом в вашем распоряжении. Моя защита – так же над вашими головами, но это не значит, что ты, – ткнул он пальцем в Орэна, который смущенно озирался по сторонам, – можешь устраивать тут все, что тебе вздумается.

– Я? – непонимающе переспросил маг, широко распахнув глаза и уставившись прямо на демона, сидящего перед ним.

– Думаешь, не вижу, как ты примериваешься к моему дому?

– Но я не…

– Он шутит, Ори, – тихо сказал Тарий, успокаивающе посмотрев на ученика.

– Тоска, – тяжело вздохнув, Лео откинулся на спинку кресла. – Ладно, хотите серьезно, давайте поговорим.

На какое-то мгновение в гостиной, которая была декорирована согласно моде, принятой в Ирэми, возникла гнетущая тишина. Никто из собравшихся не спешил начинать этот непростой разговор.

– Ну раз вам сказать нечего, то начну, пожалуй, я…

«Мне есть что сказать. – Голос дэйурга был холоден, в то время как выражение лица оставалось немного надменно-отстраненным. – Точнее, спросить. Расскажи, что произошло с Марой? Где Ким? Что ты сделал с ним?»

– Полагаю, Ким – это тот покойный брат, что послужил кормом для одной вампирочки из твоего учебного заведения? – изогнув бровь, легко поинтересовался Лео, обращаясь к Тарию. Вампир на мгновение замер, в то время как Орэн приподнялся со своего места и тихо прошептал:

– Что? – Его кулаки бессильно сжались, когда он практически закричал: – Что ты сказал?!

Лео понял, что сказал что-то не так, сразу же, как увидел реакцию Орэна. Но, если честно, он не слишком хорошо знал, как правильно говорить о таких вещах, и никогда не разводил сантименты и не переливал из пустого в порожнее. Исключением разве что была Мара, потому что каким-то непостижимым образом он понял: ему не все равно, что она чувствует. Неожиданное открытие застало его врасплох, и пока он старался избегать мыслей на этот счет. Но вот относительно других… Разве может известие о смерти близкого стать лучше, если он преподнесет его так, словно обращается к пятилетнему ребенку? Вряд ли. Тогда к чему ненужные слова?

Но сейчас Лео вдруг стало не по себе при виде того отчаяния, с которым немолодой маг смотрел на демона. Он ощутил странный укол совести за собственное поведение. И потому не придумал ничего лучше, чем тихо сказать:

– Спать.

Он посмотрел магу в глаза, и у Орэна после его слов подогнулись колени, а тело начало заваливаться назад. Тарий тут же подхватил ученика, укладывая его тело на диван.

– Зачем же так? – зло спросил он, прямо посмотрев на демона. – Зачем?

– Кое-что хотелось бы прояснить сейчас, – сказал Лео, отвечая на взгляд Тария. – Я не ваша нянька, и если, дожив до таких лет, вы не умеете продолжать жить дальше несмотря ни на что – это не моя вина. Задавая вопросы, будьте готовы к тому, что я отвечу на них так, как посчитаю нужным, а не так, как того хотелось бы вам. Ваши личные драмы и прочее мне глубоко безразличны, так что пообщаетесь со своим другом позже. И передайте ему, что я не стану терпеть ни истерик, ни упреков. Я даю вам убежище лишь по одной причине, и эта причина на данный момент пошла работать, – фыркнул он, закатывая глаза и показывая тем самым свое отношение к этому вопросу. – А я даже проследить за ней не могу из-за вас троих.

«Просто объясни, что произошло», – поинтересовался Каа’Лим, сохраняя все столь же холодную интонацию.

– Ну, насколько я понял, ваш человечек хотел поиграть с рыженькой вампиршей в доктора, но для начала надо было сдать кровь. Поскольку доктор оказался так себе, процедура прошла неудачно, и свидетелем тому стал строгий главврач всея МАМ, то есть Мара, которая до того момента и не подозревала, что может быть настолько строгой, – хмыкнул он. – Одним словом, она чикнула где надо фамильным скальпелем, и теперь рыженькая докторша уже, увы, может быть только пациентом определенного рода больницы.

«Что?» – переспросил дэйург, придвигаясь ближе к демону.

– Для непонятливых: увидев смерть брата, наша маленькая демоница перескочила фазу единения и разом вошла в ту, что контролировать невозможно. Но справилась она хорошо, – подытожил он.

– Ты полагаешь, это хорошо? – переспросил Тарий, неверяще смотря на Лео.

– Но ты же жив, так что не жалуйся, – отмахнулся он. – То, что пострадала та девушка, – это большая удача и, похоже, издержки воспитания, – сказал Лео, начиная отбивать дробь пальцами о подлокотник кресла.

– На нее объявили охоту!

– Мм, неужто? Думаешь, это официально?

– Конечно нет, но все же…

– Это проблема, но на данный момент не самая важная. Я планирую остаться в Тэймире еще на полгода. За это время необходимо подготовить Майэ’раами к жизни на Кайрусе. Времени очень мало. И раз уж вам троим негде жить и я любезно согласился приютить вас, то рассчитываю на вашу помощь.