Текст книги ""Фантастика 2025-106" Компиляция. Книги 1-15 (СИ)"

Автор книги: Марина Александрова

– Почему же ты не делал ничего подобного раньше? – поинтересовалась она. – Например, когда я потерялась в лесу?

Улыбка Рика стала лишь шире.

– Просто тогда я должен был быть всегда настороже, чтобы защитить своих людей и тебя. А с этой пташкой мне придется все равно, что жить на два тела, так что не злись, – подошел он чуть ближе, позволяя Йолинь лучше рассмотреть получившуюся птицу.

Каждое перышко, казалось, излучало немного призрачное серебристое сияние, огромные желтые глаза смотрели внимательно. Будь эта птичка настоящей, она бы ни за что не отважилась прикоснуться к ней, но она чувствовала нечто родственное в ней. Словно она была частью ее самой. Так странно.

Йолинь осторожно прикоснулась к белоснежному оперению. Если бы она не знала, что птицу только что создал Рик, то ни за что бы не подумала, что она может быть не настоящей. Казалось, она даже чувствовала биение крошечного сердца под своей ладонью.

– Поразительно, – прошептала она.

– Но слишком яркая, – Рик провел ладонью по белоснежному оперению, и под его рукой она тут же видоизменилась. Исчезло то самое притягивающее взгляд сияние, перья вдруг потемнели, и всего через несколько секунд на его руке сидела внушительных размеров темно-коричневая сова.

– Лети, – приказал он, птица встрепенулась, чуть оттолкнулась ногами от руки Рика и прыгнула, уже в полете раскрыв огромные крылья.

Йолинь смотрела, как уверенно рассекают огромные крылья воздух, а птица исчезает, превращаясь в крошечную темную точку на фоне темнеющего неба. Сложно сказать, верила ли она в то, что этому созданию удастся найти искомое, но одно она знала точно, если ей поверил Рик, то поверят и остальные, и, быть может, им еще удастся выжить в грядущем…

– Мне страшно, Рик, – сказала она, когда его руки сомкнулись на ее талии и мужчина заключил ее в своих объятьях.

Простой жест для северян, такой чуждый для аирцев. Но ей нравилось, сквозь прикосновения этого мужчины она больше не чувствовала себя такой одинокой и слабой.

– Я не допущу, чтобы ты пострадала. Если то, что ты сказала, окажется правдой, я открою портал для женщин и детей. Ты уйдешь вместе с ними…

– Нет, – просто отозвалась она, даже не думая спорить. Ему следует уже привыкнуть, что ее «нет» означает именно то, что она говорит. Она больше не та принцесса, которой было наплевать на тех, кто ее окружает. Она теперь та, у кого есть дом, любовь и то, за что она готова сражаться. Она не уйдет. Если понадобится, она достанет таких монстров со дна собственной души, что развернет целую армию виргов. Она знала это совершенно точно. И, как бы страшно ей ни было сейчас, она готова была на это, и не важно, что останется у нее внутри после такого, но она пойдет до конца.

Он ничего не ответил. Лишь глубоко вздохнул, крепче притянув ее к себе. Ей тоже следовало привыкнуть к тому, что если он что-то решил, то так и будет.

Они вернулись домой, когда уже совсем стемнело. Сейчас внутри было довольно многолюдно из-за количества Властителей и старейшин, которые не спешили возвращаться каждый в свой край. Они уже ждали Рика, чтобы обговорить детали и план дальнейших действий. Йолинь в таком собрании участвовать не очень-то и хотела, прежде всего потому, что встреча с тем, кого она считала давно умершим, сильно вымотала ее. Просидеть еще несколько часов на собрании, где ей пришлось бы переводить речь, все еще чуждую для нее, было свыше ее сил.

Потому девушка решила отправиться к себе. Она осторожно поднималась по широкой лестнице. Почему-то Веня не озаботилась тем, чтобы зажечь лампы на втором этаже. Должно быть, решила, что раз все все равно на собрании, то жечь масло в лампах зазря ни к чему.

– Жадина, – буркнула Йолинь, делая очередной аккуратный шажок наверх. Единственное, что помогало ориентироваться в столь ранней осенней тьме, так это лунный свет, что освещал лестницу, падая из широкого окна. Но неожиданно померк и он. Йолинь вскинула голову, чтобы растерянно замереть. Она видела лишь крошечный женский силуэт, что находился на несколько ступеней выше. Но, даже не видя лица девушки, что сейчас преградила ей путь, она все равно бы узнала ее! Из тысячи тысяч узнала бы!

– Неправда, – сказал привычный, но почти забытый голос. – Я не жадина, – не скрывая усмешки, сказала…

– Дэй, – выдохнула Йолинь, устремляясь наверх к той, по кому успела так отчаянно соскучиться, что и сама не заметила, как на глаза навернулись слезы. Должно быть, она стала больше северянкой, чем привыкла о себе думать, потому как и сама не успела понять, как так запросто прижала к себе девушку, едва сдержав рвавшиеся наружу рыдания. – Я так скучала, – кое-как прошептала Йолинь на родном языке.

– Почему? – ответила Дайли, поглаживая Йолинь по спине. – Разве не знала, что я с тобой?

– Не все могут быть с теми, кого любят, где бы они ни были…

Дайли глубоко вздохнула, и Йолинь показалось, что девушка улыбнулась, судя по тем теплым ноткам, что появились в ее голосе.

– Так только кажется, – погладила она Йолинь по волосам. – Ты изменилась, – сказала она, а принцесса смущенно отпрянула, дотрагиваясь до своих волос.

– Очень страшно, да?

На этот вопрос Дайли лишь улыбнулась еще шире и покачала головой.

– Я не про волосы. Ты сияешь – тут, – указала она пальцем на сердце девушки. – Я рада, – немного хитро улыбнулась подруга, беря Йолинь за руку и начиная вместе с ней подниматься на второй этаж. – Я очень рада, – на грани слышимости прошептала Дэй.

– Можно узнать, чему ты так радуешься? – поинтересовалась Иола, смотря на то, как загадочно улыбается ее подруга.

– Ты знаешь, разве не чувствуешь? Почему заставляешь меня говорить такие очевидные вещи вслух? – поинтересовалась она.

– Ты разрешаешь мне слушать себя? Я много работала, чтобы научиться себя контролировать, ведь это все равно, как подсматривать за кем-то…

– Ну, наверное, – пожала плечами Дэй, – хотя там, где я выросла, мы делили самое сокровенное с теми, кого считали близкими. Ты же знаешь, что даосцы берут обет молчания до того времени, как смогут пройти ритуал обретения лица?

Йолинь конечно же знала. Когда-то давно, в прошлой жизни, Дэй много чего ей рассказывала, сплетая своими историями мостик между безразличием и апатией к жизни и миром вокруг.

– Неужели думаешь, мы и правда молчим так долго? Ну же, – ободряюще кивнула она ей.

Странно, но Йолинь на самом деле не очень нравилось постоянно контролировать свои способности. Да, так она больше не чувствовала многие не самые приятные вещи, что испытывают окружающие ее люди. Но порой ей казалось, что так она и дышит лишь наполовину. Йолинь несмело прикоснулась даром к Дайли, точно пробуя ее эмоции на вкус, и резко отпрянула. Ей почему-то показалось, что она обожглась, когда ее силу вдруг подхватил кто-то более умелый и ловкий, направляя и помогая ей добраться до самой сути.

– Не бойся, – улыбнулась Дэй, – я просто немного другая.

Неведомая сила и впрямь слегка обжигала сперва, но она подхватила восприятие Йолинь, уводя его за собой, и девушка словно растворилась в иной вселенной мироощущения. Это было почти так же, как видеть окружающий мир глазами Суми, только по сравнению с этим она почувствовала себя так, словно оказалась частью чего-то несоизмеримо большего. Йолинь не была здесь одинока. Ее любили, за нее переживали и волновались, ее поддерживали и согревали теплом огромного сердца, которое затопило с головы до ног.

«Я так рада, – раздалось у нее в голове, – видеть тебя такой».

После этих слов перед мысленным взглядом принцессы соткался ее образ. Да, это определенно была она. Вот только девушка в ее воображении точно светилась изнутри. Казалось, каждая клеточка ее тела источает это странное, завораживающее сияние. Поразительно.

Она привела Дэй в их с Риком комнату. Там они расположились на их постели. За все время, что они общались, они не сказали друг другу ни слова вслух. Но образы сменяли друг друга. Йолинь видела то, как Дэй стала матерью, чувствовала ее ощущения, впитывала их словно губка, уже зная наперед, что будет любить этих детей почти так же, как любит их мать. Видела то, с чем подруге пришлось столкнуться на другом конце страны, как они боролись с засильем виргов там. Сама Йолинь вспоминала о том, как начался ее путь к Грозовому Перевалу. Делилась своими страхами, сомнениями, воспоминаниями. Тем, как училась открывать дар внутри себя. И тем, как почувствовала в своем сердце первые ростки чувства, которое так крепко связало его сейчас.

«Ты любишь его». – Дэй не спрашивала, она словно соглашалась с тем, что видела.

«Я люблю его», – подтверждала Йолинь.

А еще Йолинь показала Дэй то, что видела совсем недавно.

«Рик говорит, что этого не может быть. Что я могла что-то напутать».

Дайли смотрела на нее сосредоточенно и серьезно.

«Верь своей силе – и она не предаст», – просто сказала она.

Йолинь почувствовала, словно подруга еще раз просит показать ей то, что видела Йолинь. Она вновь воскресила перед мысленным взором картины произошедшего с ней видения.

«Ингвер был талантливым Властителем», – вдруг заговорила Дэй.

«Талантливым?» – изумленно переспросила Иола. Она бы назвала его коварным, жестоким, сумасшедшим, но никак уж не «талантливым».

«Не таланту решать судьбу человека, – покачала головой Дэй, уловив изумление Йолинь. – Человек сам выбирает свой путь. Его выбор, каким целям будет служить то, что он разовьет и взрастит в себе».

«Он столько зла совершил», – прикрыла глаза Йолинь, вспоминая, что некогда была частью этого самого «зла».

«Любое зло относительно, как и добро в понимании людей. Для даосцев зло – это когда нарушается баланс взаимодействия. Ингвер нарушил его в самом прямом смысле слова, потому я здесь и не отступлю до тех самых пор, пока он не будет восстановлен. Тэо прибудет на рассвете вместе с Брэйданом и остальными. Я передам Тэо то, что ты показала мне. Если у этих существ появится разум – это будет худшая из катастроф для Севера».

«Но как такое возможно? Как ему удалось выжить тогда? Ведь для того, чтобы стать пусть даже и виргом, нужно тело! А Рик сказал, что после того взрыва даже камней не осталось…»

«Я могу только догадываться, что на самом деле произошло, – вздохнула Дайли. – Но тогда рядом с Ингвером был Паи Тонг, Тень, чье существование не ограничено одним слоем мира. В руках у них была колоссальная энергетическая мощь в виде сферы, и неизвестно, какой магией этот человек защищал свое тело от воздействия извне. То, что Паи Тонг ушел в момент взрыва на другой слой, покинув свое тело, не вызывает сомнений у меня. Возможно, вырвавшаяся в момент взрыва энергия смогла как-то взаимодействовать с силой Паи и защитой Ингвера, и это как-то исказило воздействие на него. Я не могу однозначно сказать, в кого превратился этот человек, пока не увижу его своими глазами. То, что видела ты, не дает полной картины для моего восприятия».

«Во что же он превратился?» – пораженно подумала Йолинь, понимая, что бы это ни было, ничего хорошего это не принесет.

«Совсем скоро узнаем», – ответная мысль несла в себе успокоение. Она точно укрыла собой сознание Йолинь, заставляя почувствовать себя в безопасности. Девушка почувствовала, как приятное тепло растекается по ее телу, веки вдруг стали тяжелыми, и даже не успев толком понять, как именно, Йолинь провалилась в глубокий безмятежный сон.

– Тебе стоит отдохнуть, – прошептала Дайли, поднимаясь с постели, на которой они все это время просидели, и направляясь к выходу.

Она чувствовала, что в таком взвинченном состоянии Йолинь вряд ли уснет, а все же завтра им предстоял весьма непростой день.

* * *

Слой за слоем нежный шелк обнимает в тугие объятия чувствительную кожу. Нижнее кимоно, верхнее кимоно, широкий тяжелый пояс, точно повязка, которую накладывают воинам, что сломали в сражениях ребра. Волосы так туго стянуты, что хочется просто выть в голос от боли, но она молчит. Эта боль всего лишь часть ее существования. Она давно перестала терпеть ее, тратя на это выдержку и волю. Просто научилась жить с ней, принимая ее. Отражение в зеркале такое же покорное, как и она. Красивая фарфоровая кукла с белоснежной кожей и ярко-алыми губами. Она стоит, широко разведя руки в стороны, позволяя сгорбленным фигурам в темно-синих кимоно украшать ее, словно она – это дерево желаний в первый день весны. Они приносят все новые и новые украшения, втыкая ей их в волосы, вешая на шею, надевая на пальцы и предплечья. Ей нечем дышать, но она дышит, кажется, дышит только благодаря взгляду той, что смотрит на нее из отражения в огромном зеркале. Пока стоит та, что смотрит на нее в ответ – выстоит и она.

Не сразу Йолинь понимает, что позади нее находится еще кто-то. И этого «кого-то» в этом месте просто не может быть. Высокий мужчина, в темной одежде, с длинными черными волосами, по-хозяйски кладет руки на талию той, что замерла в отражении, притягивая ее к своей груди. Но она не ощущает ни чьих рук на своем теле, а вот ее отражение так покорно откидывает голову на грудь мужчине. Его широкие ладони начинают свое путешествие по ее телу, бесстыдно оглаживают грудь, ложатся на шею, заставляя поднять голову, как раз в тот момент, когда он склоняется к ее губам. Он готов поцеловать ее, а та, что в зеркале, ждет этого не меньше, чем мужчина, чьи ласки она столь откровенно готова принимать. Но, когда его губы замирают всего в миллиметре от ее, он неожиданно вскидывает голову, чтобы посмотреть на Йолинь… на ту Йолинь, что, кажется, застыла по другую сторону отражения? Или стала пленником этого самого отражения?!

Она испуганно вскидывает руки, чтобы попытаться хоть как-то противостоять тому, чьи зеленые глаза с насмешкой смотрят на нее, когда ее ладони упираются в ледяную гладь стекла.

– Ты нужна мне, – говорит мужчина, смотря прямо на нее.

Она не слышит ни звука, что он произносит, просто каким-то чудом понимает это.

– Нужна такой, – улыбается Ингвер, склоняясь к губам той, что находится по другую сторону зеркала, и начинает поцелуй.

Он откровенно ласкает ее, а та, другая, отвечает ему, бесстыдно принимая его прикосновения. В бессмысленной попытке докричаться, достучаться, остановить происходящее, она изо всех сил бьет по невидимой преграде, кричит, но все звуки исчезают, так и не покинув ее горла. Словно мир растворился в глубинах океана, а она вдруг оказалась пленницей в непроницаемой стеклянной коробке, где ничто и никто не сможет помочь ей, услышать ее…

Она вынырнула из сна, жадно хватая ртом воздух. Казалось, еще немного и она задохнется. Сердце с шумом билось о ребра, оглушая ее. Все тело свело судорогой, и она не сразу смогла понять, где сейчас находится. Кое-как заставив себя разомкнуть пальцы и отпустить скомканную простынь, она буквально съехала с кровати на пол, продолжая сотрясаться всем телом. Тут же ее щеки коснулся влажный нос Суми. Он чуть ткнулся им ей в щеку, точно спрашивая, что не так? Йолинь лишь тогда смогла заставить себя посмотреть на того, кто, судя по ощущениям, что исходили от него, разбудил ее. Из последних сил она обняла его за шею и уткнулась лицом в густой мех.

– Кошмар, – прошептала она. – Всего лишь кошмар, – шмыгнула носом она. – Но, – невольно сощурившись от яркого света, что проникал сквозь занавески в комнату, отпрянула она. – Уже утро? А где Рик? – встрепенулась она, словно предчувствуя, что все не так просто, раз он не пришел этой ночью.

Наскоро переодевшись и стянув волосы в тугой узел, она опрометью бросилась вниз. Последние дни у нее было такое состояние, словно вот-вот может произойти нечто ужасное, и она ничего не сможет с этим поделать. Слишком изматывающее ощущение собственной беспомощности. После того нечаянного видения Йолинь никак не могла успокоиться, все прокручивая увиденное перед мысленным взором, пытаясь найти хоть какие-нибудь зацепки. Подобные нервные состояния были ей несвойственны. Да, она могла долго и глубоко переживать собственную боль или неурядицы, но при этом она никогда в жизни не теряла самообладания. Разум и сердце не касались друг друга. В ее прежнем мире это было непозволительно. Сейчас же ей было так страшно, что казалось еще немного, и она падет в самую позорную из возможных истерик. Да, мало кто смог бы понять, как можно накручивать себя до такой степени из-за одного видения и сна, но для Йолинь все, что было увидено, не казалось плодом ее воображения. Она знала и чувствовала, что все это правда, и если ничего не предпринять, то Грозовой Перевал ждут огромные потрясения и жертвы. Сколько всего Властителей по соотношению с тем количеством виргов, которых она видела во сне и в тот день, когда нашла Рика? Что они фактически могут противопоставить нечувствительным к магии полуразумным тварям? Мечи? Это никуда не годилось. И осознание возможных последствий, жертв, вымораживало все внутри. Ингвер проявил свою заинтересованность в ней. Она чувствовала и понимала, что это не просто слова. Ведь, если так подумать, то все его эксперименты изначально были направлены на то, чтобы наделить долгожительством именно женщин. Казалось бы, благие намерения, которые привели Север к демографической катастрофе. И вот он видит ее, женщину Властителя, ожившую мечту всей его жизни, и кто знает, о чем он продолжает мечтать в посмертии, превратившись не то в живого мертвеца, не то еще во что-то, чему пока нет определения. Она была практически уверена, что она стала одной из целей остатков его разума. Если бы она действительно была рядом с ним в ту ночь, то смогла бы точно сказать, что именно им движет.

От всех этих мыслей она не могла избавиться, как бы ни старалась. Да, с ними теперь были Дэй и Тэо, но хотя Тени и способны на многое, никто не знает их истинные пределы, и, в конце концов, они так же уязвимы, как и простые смертные. В их телах такая же кровь, как и у любого другого человека. И пусть Дэй относится к смерти физической, как к чему-то не столь существенному, но что будет с ее детьми, Брэйданом, с ней самой, если она пострадает.

За всеми этими мыслями Йолинь и сама не заметила, как оказалась во внутреннем дворе их с Риком дома. Именно тут она улавливала наибольшее скопление эмоциональных всплесков. Собственно, сейчас на обычно почти пустом дворе было несколько десятков мужчин, которые, судя по всему, готовились к какому-то путешествию. Кто-то проверял собственное оружие, кто-то занимался снаряжением и животными. Вокруг стоял шум и гам, а Йолинь никак не могла увидеть не то что Рика, хоть кого-нибудь, кого она знала и к кому могла бы обратиться с вопросами. Ее появление не осталось незамеченным. Мужчины, увидев аирчанку с совершенно белыми волосами и с огромной тварью рядом, что точно закрывала ее своим телом от любых попыток приблизиться, бросали встревоженные, любопытные и не всегда благожелательные взгляды.

– Дэй сказала, что ты изменилась, – до дрожи в ногах знакомый мужской голос раздался со спины. И не потому, что она испытывала неприязнь к его обладателю, а потому, что он был слишком похож на голос того, кем были заняты ее мысли последние дни.

Йолинь нарочито медленно обернулась, стараясь взять под контроль собственные эмоции, и посмотрела на мужчину, чье лицо было так похоже на лицо того, кому она однажды имела глупость довериться в решении вопросов собственной судьбы.

– Брэйдан, – слегка кивнула она, и не думая отвести взгляд от его пронизывающих зеленых глаз.

Мужчина ничуть не изменился со дня их последней встречи. Удивительное сочетание мужской красоты и странной печали во взгляде, больше всего присущей тем, кто умеет тонко чувствовать мир. Хотя, конечно, это лишь ее представление о нем. Она не знала его как человека и вряд ли однажды узнает. Несмотря на их с Дэй дружбу, он вряд ли подпустит ее близко к своей семье. Она бы не подпустила. Она бы не сдержалась и стерла бы такую, как она, с лица земли за то, что сделала ему.

Между ними повисла неловкая пауза. Она хотела спросить кого-нибудь о том, что происходит. Безумно хотела. Но язык словно прилип к нёбу. Казалось, неправильным спрашивать его об этом. Брэйдан с интересом смотрел на женщину, что стояла перед ним. На самом деле, Дайли не говорила ему о том, что принцесса изменилась. О ней они говорили нечасто, но всякий раз Дэй, видя его неприязнь к принцессе, говорила примерно следующее: «Все, что произошло, должно было произойти не потому, что с людьми должны приключаться плохие вещи, а потому, что людям нужны преграды, преодолев которые, они смогут сделать выбор, который повлечет за собой новые пути. Пойми наконец, плохой поступок не делает человека плохим. Нельзя упиваться прошлым. Оно осталось далеко позади. Жить нужно здесь и сейчас. А сейчас Йолинь учится ходить заново по новому пути, который выберет сама. Своей ненавистью ты будешь лишь толкать ее обратно, хотя, возможно, благодаря этому, она научится лучше держаться на ногах… Кто знает?»

Он запомнил то, что сказала ему Дэй, сам не зная почему, но эти слова отпечатались у него в памяти. И вот сейчас, смотря на крошечную девушку, с белоснежными волосами и черными, как ночь, глазами, чувствуя вибрацию силы Властителя в ней, он странным образом понимал, что его неприязнь к ней и впрямь осталась где-то далеко-далеко в прошлом. Ненависти не было, он словно знакомился с новым для себя человеком. Другом или врагом? Наверное, ответ на этот вопрос сможет дать лишь время.

– Ты…

– Ты…

Они заговорили одновременно и тут же оба замолчали. Йолинь неловко улыбнулась. Своим приобретенным даром она чувствовала изменения, которые произошли в этом мужчине по отношению к ней. И именно сейчас ей больше всего казалось, что она ступает по тонкому льду. Она очень хотела воспользоваться выпавшим ей шансом и наладить с ним хоть какие-то отношения. Она была так виновата перед ним. Особенно перед ним. Это чувство никогда толком не отпускало ее. Возможно, теперь ей выпал шанс что-то изменить?

– Я хотела спросить, что тут происходит? Не могу найти Рика, – по правде говоря, она просто пришла сюда в надежде, что он здесь. Но она знала, что сможет отыскать его, стоит лишь прислушаться к собственной силе.

– Мы ждали тебя, – ответил он. – Пойдем, я отведу тебя к нему.

Рик оказался в том крыле, где обычно работал с делами Грозового Перевала. Пока они шли по тускло освещенным коридорам туда, где сейчас был Рик, никто из них не проронил ни слова. Но странным образом тишина не казалась гнетущей. Скорее, умиротворяющей. Как если бы та самая война между ними вдруг подошла к концу, оставив после себя лишь тишину и умиротворение.

– Я, – вдруг нарушила тишину принцесса, когда они остановились перед высокими дубовыми дверями, – могла бы сказать, как виновата перед тобой, и о том, как мне жаль, что стала причиной того, что тебе пришлось пережить, но…

– Но? – просто спросил он.

– Но сейчас я хочу сказать кое-что другое.

Он пристально смотрел на нее своими пронзительно-зелеными глазами, словно видя самую ее суть, но не перебивал.

– Я сделаю все, что будет в моих силах, чтобы больше никогда не стать причиной горя в твоей семье.

Он ничего не ответил ей. Хотя и не нужно было. Йолинь почувствовала его ответ, как если бы от нее к нему протянулась чуть теплая тонкая нить, очень хрупкая и дрожащая при каждом дуновении ветерка, но уже существующая. Она слегка улыбнулась собственным ощущениям, не без удивления заметив зеркальную полуулыбку на лице мужчины.

Брэйдан тут же толкнул входную дверь, не позволяя возникнуть очередной неловкой паузе между ними и пропуская Йолинь внутрь первой. Она была благодарна ему за это. Поскольку еще неизвестно, кого больше шокировала его улыбка…

Зал оказался наполнен почти под завязку. Были Властители, которых Йолинь уже знала, были и новые лица. Старейшины занимали место во главе стола, Рик находился по правую руку от них. Несмотря на то, что людей собралось много, рядом с ним оказалось пустующее место. Стоило Йолинь войти, как разговоры внутри стихли, и она оказалась под прицелом множества заинтересованных и изучающих глаз. Ей показалось, что все присутствовавшие пытались прощупать ее, словно желая убедиться самолично в том, кем она стала теперь. Ощущение было не из приятных, но она смотрела в глаза своего мужчины и чувствовала его поддержку. Казалось, невидимая теплая ладонь прикоснулась к ее руке, чуть сжала, делясь своей силой и уверенностью, и потянула ее вперед. Привычно распрямив спину и вздернув голову так, как привыкла делать чуть ли не с младенчества, она уверенно шагнула вперед, не замечая заинтересованных взглядов людей, что волей-неволей что-то шептали у нее за спиной. Для нее внутри был только он один, и она шла к нему, зная, что он единственный на ее стороне будет всегда, а стало быть, все остальное не имеет значения. Опустившись на положенный ей стул, она только сейчас заметила Дэй и Тэо, рядом с которыми усаживался и Брэйдан. Они сидели как раз напротив нее и Рика. В груди потеплело. Оказывается, иметь друзей очень важно, кто бы что ни говорил. Пусть у нее их никогда не будет много. Да она и не верила, что бывает в жизни много друзей, но у нее будут те, кому она сможет доверять. Тени чуть улыбнулись, приветствуя ее, а сама Йолинь почувствовала легкое давление в голове, будто кто-то спрашивал ее дозволения войти, как бы странно это ни прозвучало.

«Привет», – раздался немного смущенный голос у нее в голове, и девушка с интересом посмотрела на друга Дэй. Тэо лишь едва уловимо подмигнул ей и обратил свой взор к старейшинам.

«Он очень хотел, чтобы мы разговаривали и с ним тоже. Боится, что мы будем сплетничать о нем за его спиной», – насмешливый голос Дайли тихим шепотом коснулся восприятия.

«Неправда, – насмешливо фыркнул Тэо, так и не обернувшись к Йолинь. – Просто я рад пообщаться с кем-то новым. Ты вечно поучаешь, наставники денно и нощно обучают, надеюсь, у Йолинь нет подобных привычек».

Несмотря на смысл сказанного, Йолинь явно уловила усмешку в тоне его мыслеречи.

«Не переживай, за поучениями точно не ко мне», – насмешливо ответила она, когда наконец старейшины заговорили вновь.

– Пока мы вас ждали, – сказал Джодок, взглянув на Йолинь и явно говоря о ней, а не о Брэйдане, – Рик объяснил нам в нескольких словах, какого рода видение было вам, – казалось, он заставляет себя подбирать каждое слово, будто ему в принципе не нравится то, что им приходится всем вместе обсуждать то, что видела Йолинь. – Я хочу услышать историю из ваших уст. Вы действительно имеете некую связь с виргами? – это было сказано в таком тоне, словно Йолинь именно, что имела «связь» с этими существами, как если бы речь шла о ее любовнике или о чем-то подобном.

В то время как рука Рика сжала ее ладонь, пришла успокаивающая мысль от Дэй.

«Не волнуйся, он просто не понимает, потому злится».

– Из ваших уст слово «связь» звучит двусмысленно. Да, я действительно видела то, как был похищен Рик глазами одного из виргов, и да, я действительно видела, как этого же вирга убил тот, кого мы так поспешно похоронили.

– Как бы там ни было, – заговорил Адаль, – мы не можем быть уверены на сто процентов в ваших видениях, как и в том, что если Ингвер жив, то он не имеет доступа к вашим мыслям. Нам непонятно, какого рода связь установилась между вами…

– Между нами нет никакой связи, – жестко оборвала она старейшину, чувствуя, как леденеет кровь в ее венах, а обжигающий холод сковывает ее тело и сердце.

– Не думаю, что вам по силам это определить…

– Это по силам определить нам, – тихо сказала Дайли, но ее негромкий голос словно шепотом и эхом расползся по всему залу, затрагивая каждого и вызывая рой мурашек на коже. Десятки глаз теперь обратились к Дэй и Тэо, что теперь, не скрывая своей истинной природы, смотрели на собравшихся черными провалами вместо глаз. Тени, не страшась, вышли на поверхность их человеческого образа и, казалось, проникали сквозь глубины сознания любого, кто отважился бы заглянуть в эти глаза, принадлежавшие бесконечности. – Ее разум чист, и после того, как было завершено формирование энергетической сущности, даже я не смогу принудить ее к чему бы то ни было. Вы славно потрудились, – улыбнулась уголками губ она, посмотрев на побледневших старейшин. – М-м, – кивнула она, – не тот результат.

– Бывает, – легко пожал плечами Тэо. Это было так, словно две Тени просто прочитали мысли старейшин и ответили на них вслух.

– Нет, – покачала головой Дэй, – не сделаете. Попробуете, и я заберу то, что создала в ней, и к чему приросла сила Властителя Грозового Перевала. Не стоит забывать, от чего идет исток, собираясь использовать то, что вам не принадлежит. Это не ваше дело и не ваша жизнь.

Казалось, какие-то мысли старейшин очень разозлили Дэй, и Йолинь даже боялась представить, что это были за мысли и кого именно они касались. Да, она пыталась забрать их интерес к себе, но по всей видимости, это будет не так-то просто. Кого она обманывала, она могла себе представить, что именно так все и было по исходящим волнам досады, страха и раздражения от Джодока и Адаля.

– Это не то место и не то время, чтобы мы обсуждали, – на мгновение замявшись, Джодок постарался подобрать подходящее определение, но продолжить он так и не успел.

– Довольно, – просто сказала Йолинь, прямо взглянув в глаза старейшины.

Ее взгляд, точно метко брошенное копье, приправленное щепоткой новой силы, и впрямь заставил Джодока растерянно замолчать. Йолинь смотрела на мужчин, что сейчас собрались в этом зале, и чувствовала, словно впервые в жизни ее собственные эмоции разрывают ее на части. Она привыкла всегда руководствоваться, прежде всего, разумом. Холодный, лишенный чувств и эмоций расчет, никаких эмоциональных всплесков. Не тогда, когда дело касается вопросов, которые могут определить ее дальнейшую судьбу. Она знала, что на ее родине за подобную неосторожность полагалась смерть или уродство, что в принципе одно и то же в ее прежнем мире. Она сомневалась, что тут было иначе. Люди одинаковы везде, их пороки и честолюбие переходят из поколения в поколение вместе с кровью пращуров. Но именно сейчас ее душил гнев. Она чувствовала себя подростком, который вот-вот готов вспылить, просто чтобы на мгновение доказать кому-то свою правоту.

Глубоко вздохнув, лишь силой воли сжав собственный гнев в кулак, она точно задвинула его куда-то на задний план, оставляя лишь чистый незамутненный эмоциями разум, и совершенно спокойно сказала:

– Планы не имеют значения – это всего лишь мысли, которые исчезают подобно лепесткам пламени на ветру. То, что сейчас действительно важно, так это найти ту армию, я не побоюсь этого слова, мертвых существ под предводительством вашего бывшего ученика, – оставив весь подтекст сказанного между строк, посмотрела она в глаза старейшине.