Текст книги ""Фантастика 2025-106" Компиляция. Книги 1-15 (СИ)"

Автор книги: Марина Александрова

ГЛАВА 18

Он оказался в собственной резиденции сразу же, как Мара и её дэйург исчезли в окне телепорта, что он открыл прямо в свой дом в Тэймире. Сейчас в голове Лео витали самые разные мысли, выстраиваясь в порядок своей очередности к претворению в жизнь. Как бы ему не хотелось обратного, но дракон уверенно расположился где-то в конце. За первенство боролись – рыжая вампирша и последняя капля крови, что могла бы притворить дверь в его воспоминания. Ну не совсем его, но это все же лучше, чем ничего. Здраво рассудив, что вампирша никуда не денется и вполне потерпит до утра – выиграла «капля».

С удобством расположившись в собственном кресле, он уже привычно разместил на своем рабочем столе фарфоровую пиалу. Достал фиал с последней каплей крови и задумчиво посмотрел на крохотную серебряную каплю, что в свете почти полной луны показалась серебряной искрой ночного светила, после чего решительно опрокинул содержимое на крошечную ложечку и зашептал слова, которые так давно были погребены под слоем современной цивилизации. Повторить уже ставший знакомым ритуал было не сложно, но вот провалиться в омут чужой памяти – всё так же неожиданно.

Горе. Острое и всепоглощающее, оно сковывает сердце, сжимает, заставляя кровоточить при каждом неосторожном вздохе.

Тяжело дышать, идти, жить. Хочется просто не быть, но тело демона лучше знает, что нужно его хозяину. И даже если неразумный демон решил умереть, его тело все равно не позволит ему просто лечь в стылый снег и исчезнуть – ноги будут продолжать нести неразумного хозяина, как бы он не желал обратного. И эта отчаянная схватка посреди заснеженного леса, что взорвет все его инстинкты, заставит защищаться и бороться за жизнь. Лишь она позволит очнуться и бороться за существование!

Он видел себя идущим сквозь лес и снег. Видел, как сумел выйти в незнакомый человеческий город, снял комнату на чердаке какого-то вонючего постоялого двора, где рыдал как новорожденное дитя до тех пор, пока его сознание милостиво не покинуло его.

Первая встреча с мужчиной, что вдруг согласился оплатить её ужин, показалась ему странной. Нет не встреча, а именно мужчина. Словно он смотрелся в мутное зеркало сквозь призму чужого восприятия. Он ощущал себя Марой, но при этом точно знал, кто этот мужчина перед ним. Понимание ускользало от него. Но стоило ему представиться, и это имя что-то перевернуло в нем.

– Лео, – сказал мужчина напротив, а сам он неожиданно вздрогнул, позволяя восприятию раздвоиться. Сейчас, смотря в золотисто-янтарные глаза, он точно знал, кому они принадлежат.

Теперь ему казалось, что он смотрит удивительный спектакль и ощущает весь спектр чужих ощущений, но не в состоянии заглянуть в собственное сердце. Он видел, как его собственные руки едва не погубили её. Понимал, что то, что её поведение, когда она пришла в себя, продиктовано его вмешательством, не иначе. То, что она не испугалась, не возненавидела, и как-то чересчур легко пошла с ним на контакт – было следствием его внушения, а не её наивностью и отсутствием инстинкта самосохранения. Она была нужна ему, и он сделал все от себя зависящее, чтобы она была лояльна по отношению к нему. Становление их отношений он ощущал сквозь призму молодой девушки. Её трепет от простых прикосновений, чуть откровенных взглядов – он будто бы и сам испытывал нечто подобное. Непонимание того, что влюбляется, и раздражение от того, что это происходит слишком быстро для неё.

«Глупая», – ласково думал он, – «когда мы встречаем свою пару, то контролировать что-либо просто невозможно».

Сны, которые видела она, будоражили все его инстинкты. Он точно знал, что это не простые кошмары. Слишком отчетливо веяло от них Гранью. Теперь он знал, откуда произрастало её древо. Как пугал её отпечаток ладони на спине и обещания, что дала она хозяйке Грани. Но то, что он увидел после того, как они узнали о пропаже людей в Тэймире…

Он очнулся, судорожно хватая ртом воздух. Его знобило так сильно, что он с трудом мог унять дрожь в руках. Его пальцы судорожно сжались на подлокотниках кресла, в котором он сидел. И несмотря на то, что сейчас была середина лета, ему было так холодно, что он никак не мог совладать с дрожью в собственном теле. Через силу попытался разжать судорогой сведенные пальцы и тут же бросил это занятие, в очередной раз мысленно возвращаясь к последнему, что видел глазами Мары. Как он захлебывается собственной кровью, падает на пол, а она склоняется над ним, уговаривая свое внутреннее естество отдать столько энергии, сколько понадобится, лишь бы вернуть его! Он умер в этих ярких и живых воспоминаниях, но как же оказалось так, что он жив?

– Ведь жив же? – словно проверяя реальность происходящего, спросил он сам у себя.

Увы, ответа на вопрос "Как?" в крови Мары не нашлось, а это могло значить лишь одно… Что она отдала взамен? Что пообещала? Он разберется с этим.

– Пэм, – негромко позвал он в пустоту.

– Да, – тут же раздалось у него за спиной.

– Хочу, чтобы ты знала – символ, что сейчас на тебе, не исчезнет до того самого момента, как я решу развеять тебя.

– Да, господин, – тихий голос полный покорности и обреченности глухо раздался в тишине.

Сначала нужно было заняться одной рыжей вампиршей, которая, похоже, давным-давно перестала быть таковой.

* * *

– Мне кажется, он подрос, – держа на руках маленького Леонида, я сидела словно почетная гостья в центре гостиной под прицелом четырех пар глаз. Каа'Лим ретировался на кухню сразу, как только мы оказались в Тэймире, оправдывая это пережитым стрессом.

Я же оказалась в центре гостиной и застала занимательную сцену под названием "планирование будущего и настоящего". Четверо существ, из которых лишь один был человеком, яростно спорили относительно воспитания трехмесячного ребенка. Они вяло поприветствовали меня и, не отвлекаясь от насущных проблем, продолжали.

– Ты что совсем уже?! – это Тарий адресовал Айрин. – Какие занятия музыкой?! Какой репетитор?! Ему и года нет! Он только голову начал держать! – возмущался вампир.

– В моей семье считалось НОРМАЛЬНЫМ, когда с ребенком начинали заниматься с младенчества, а не ждали неизвестно чего, – огрызнулась она и, бросив тяжелый взгляд на Элфи, добавила, – Ты ведь со мной согласен, милый?

– Э, – попытался было ответить гном, но его тут же перебили.

– Конечно, да, – торжествующе улыбнувшись, посмотрела она на Тария.

– Ещё бы он возразил, – фыркнул бывший ректор МАМ.

– А, может, стоит дать ему самому выбрать то чем он захочет заниматься? – робко предложил Орэни тут же замолчал под тремя выразительными взглядами.

– Мужчины, – фыркнула Айрин, – лишь бы ничего не делать и прозябать в творческом кризисе.

– Мужчина должен хорошо развиваться физически! – Авторитетно заявил Тарий.

– Что ж ты не развился, когда время было? – Язвительно заметила эльфийка, выразительно посмотрев на тело Тария, следуя взглядом снизу вверх.

Понимая, что градус спора значительно увеличивается, я все же решила вмешаться.

– Вы чего? – решительно подойдя к Элфи, я взяла малыша на руки и села на единственное свободное кресло в центре комнаты. – Всё, что ему сейчас нужно – это хорошо кушать. Правда, маленький? – не сдержав улыбки, посмотрела я на малыша.

Стоя над колыбелью Леона и рассматривая его крошечные черты лица – умилительно пухлые щечки и ручки – я думала вовсе не о том, как через три дня приму наследие своего дома. Я размышляла о жизни маленького человечка, что сейчас лежал передо мной. О том, как важно для ребенка иметь настоящих маму и папу. О Лиссе, её решении и о том, что я собиралась изменить её жизнь раз и навсегда… Имею ли я право на такой шаг, если сама она приняла иное решение?

– Нервничаешь? – раздался со спины голос Тария.

– Нет, – честно призналась я.

– Почему? Разве не волнительно то, что тебе предстоит?

– Ты прав, но разве есть иной путь? Так к чему пустые терзания? Я должна сделать все от себя зависящее, чтобы неизбежное стало оптимальным.

– Ты повзрослела, – коротко заметил он, подходя ближе и вставая рядом со мной.

– Должно быть, – усмехнулась я. – Жаль, что вас не будет рядом, – спустя небольшую паузу, всё же сказала я.

– Мы все равно с тобой, так что не переживай ни о чем.

– Поверь, сама церемония – это последнее из-за чего я переживаю.

– Тогда что?

Я ответила не сразу – наверное, потому, что с трудом признавалась даже самой себе в том, что становилось все более неизбежным.

– Как сильно это изменит меня? – прямо посмотрела в темно-карие глаза.

Тарий лишь тепло улыбнулся, а после сказал:

– Так сильно, как ты позволишь.

Этот разговор у детской кроватки странным образом подарил надежду, в которую так отчаянно хотелось верить. Быть может, даже спустя столетия я все ещё буду узнавать женщину, что день за днем будет отражаться в зеркале.

* * *

Парк возле резиденции Дома Серебра сейчас напоминал собой огромное кафе под открытым небом – белоснежные столики, глубокие плетеные кресла, море цветов вокруг и необременительное солнышко сквозь кроны деревьев вокруг. Приятное летнее утро – как нельзя лучше подходит для дружественного чаепития, легкого завтрака, приятного начала дня, а также пробы почвы вокруг. А если уж говорить совсем откровенно, то – для общения сильных мира сего в неформальной обстановке, но у всех на виду. И это по-настоящему занимательное зрелище. Когда существа привыкшие продумывать каждое слово и шаг пытаются играть в беззаботность.

Для всех и каждого в это утро он выглядел как женщина, что уже давным-давно не появлялась на подобного рода мероприятиях – единственная в белом – демоница Золотого Дома, что легко лавировала между группами общающихся сильнейших представителей её мира. Она вежливо улыбалась, кивала кому-то, но нигде не задерживалась дольше, чем на десять вздохов. Сегодня "она" искала одно конкретное существо, но досадливо поджимая нижнюю губу, понимала, что её тут нет. Зато был кое-кто другой.

– Эдриан? – легко улыбнулась "она", опустившись в глубокое плетеное кресло, напротив юноши с платиновыми волосами.

Повелитель вампиров скользнул взглядом по пришелице, но не узнав, вопросительно изогнул бровь.

– Я знаю вас? – Поинтересовался он, впрочем, с интересом изучая внешность женщины. Несмотря на доброжелательность, сквозившую в каждом её жесте, фразе и улыбке, он чувствовал странную цепкость в её взгляде. Эта женщина будто изучала его, легко срезая слой за слоем, дабы добраться до того, что было по-настоящему важным.

– О, – усмехнулась "она". – Вряд ли. Я видела вас вчера и решила лично поздороваться и представиться. Я Эйя, мать Главы Золотого Дома.

– Польщен, – скупо улыбнулся мужчина.

– Пытаюсь найти сына в этой круговерти, но разве это так легко сделать, – тяжело вздохнула "она" и вновь улыбнулась. – Вы ведь тоже здесь с детьми? Но, – огляделась она по сторонам, – я видела лишь вашего сына и то, кажется, он ушел. А где же крошка Фрида?

– Дети, – немного хищно улыбнулся мужчина, разведя руки в стороны.

– Мне не довелось стать матерью для девочки, – продолжала беззаботно щебетать "эйя", при этом ни на миг не отводя глаз от Эдриана. – Но, почему-то, кажется, что за дочь я переживала бы день и ночь. У вас же есть дочь, поделитесь, верны ли мои предположения.

Эдриан посмотрел на женщину долгим немигающим взглядом, после чего коротко усмехнулся и все же ответил.

– Моя дочь сегодня отбывает в Риаду и прибудет лишь к провозглашению Владычицы. Так что, как говорится, дома и стены помогают, а стало быть, и переживать не из-за чего.

– Должно быть, так и есть…

– Простите мне мою невежливость, – вдруг спохватился мужчина, – так давно не имел дела со столь обворожительными девушками. Вам весьма к лицу ваше платье.

– А вам ваш костюм, – спустя паузу засмеялась женщина, поднимаясь из глубокого кресла. – Что ж, мой сын тоже ждет моего внимания.

– Разумеется, – чуть поклонился Эдриан.

– Но, – на миг обернулась она, прежде чем окончательно раствориться в толпе сильных мира сего, к вашим волосам белый пошел бы больше, – на миг хищно оскалилась она, а уже в следующую секунду простодушно улыбнулась и легкомысленно взмахнула рукой на прощанье.

Лео исчез из резиденции Дома Серебра с одной мыслью – кто бы ни был его собеседник, но его личину он увидел. Сегодня они оба примерили новые "костюмы", а значит – маскарад продолжается, и просто обезвредить Фриду все равно, что поймать воду сачком. Для настоящего хозяина этих кукол: "тело – всего лишь оболочка, которую меняет по своему желанию". То как он сказал, что ему к лицу белое… было бы простительно услышать подобное от несведущего в подобных делах. Но "эдриан" точно знал, что это траурная одежда, а стало быть, то был не комплимент, а неприкрытая угроза.

– И что все это значит? – Лаисса вошла в его кабинет спустя всего несколько секунд после того, как там оказался сам Лео.

– Что именно? – легко отозвался он, устало падая в свое кресло.

– С какой радости мой внук разгуливает под личиной собственной матери? Думаешь, она об это мне узнает?

– Мне это безразлично, – отмахнулся он. – Она – это последнее, что меня сейчас волнует.

– И что же, если не секрет, тебя сейчас волнует? – изогнув бровь и присаживаясь в кресло напротив, поинтересовалась она.

Лео скупо ухмыльнулся и тяжело вздохнул.

– Теперь, я точно знаю, "что" и "кто". Думаю, и тебе будет не лишним это узнать. Так же, как и объяснить мне кое-какие нюансы магии крови.

Лаисса удивленно вскинула золотую бровь, но ничего не ответила. Сейчас она была слушателем, а стало быть, свое мнение она выскажет лишь после того, как её внук расскажет ей то, что посчитает нужным.

Но уже спустя пару часов она не могла дождаться того момента, когда Лео наконец-то подытожит все сказанное, и мысленно расставляла пункты своего ответа.

– Сказать честно, – глубоко вздохнула она, преображаясь из веселой кокетливой девчонки в зрелую умную женщину, что совершенно неуловимо проявилось в чертах её лица и взгляде. – Если бы я знала, что ты займешься "памятью крови", не будучи уверен в побочных эффектах и не проведя ряд экспериментов, а просто делая себя первым подопытным спустя столетия после того, как была уничтожена большая часть изысканий по данной тематике, я самолично выдрала бы тебе хребет. Это всяко лучше, чем получить в итоге полоумного Главу, – жестко заключила она, откинувшись на спинку кресла. – Я всегда учила тебя, что "любой эксперимент – это восемьдесят процентов исследования и уже оставшиеся двадцать – практическое внедрение, когда процент погрешности минимален". Ты что же, – оскалилась она, – забыл мои уроки? Напомнить? – В её голосе звенела сталь, и если бы сейчас у их разговора нашлись бы свидетели, мало кто из них решил бы обратить на себя внимание этой женщины, но так же вряд ли кто-то мог подумать, чем была для Лео эта вспышка.

Он встал нарочито медленно и подошел к ней со спины. Его руки опустились ей на плечи, а лицо оказалось на одном уровне с её.

– Ба? – прошептал он.

– М? – все ещё строго хмыкнула она.

– Я тоже тебя люблю, – заискивающе улыбнулся он, кося на неё хитрым взглядом.

– Оболтус, – фыркнула она, продолжая держаться отстраненно, глубоко вздохнула и сказала, – нам ещё предстоит разобраться с твоими волосами. Ты же понимаешь, что любое изменение не случайно. Это симптом "отдачи" заклятия. И это является либо следствием заклинания – хотя о таком эффекте я слышу впервые – либо…

– Неучтенный фактор, я понимаю.

– Хоть что-то, – вредно фыркнула она. – Ладно, хоть для меня из всего, что ты сказал, наиболее важным было "это" и, – вздрогнула она, – твоя смерть. – Есть ещё кое-что. Тамэя, так?

– Да, я практически на сто процентов уверен, что так расщепить свою энергетическую и физическую структуры могла только она. Во всяком случае, это единственный известный мне случай с претензией на это, да и возможностью к подобному. – Он вновь сел в свое кресло и прямо посмотрел в золотые глаза напротив. – Нужен был не просто демон и дэйург. Такое мог сотворить лишь "мастер крови и запретных заклятий", коим, как мы оба понимаем, мог быть лишь тот, кто бывал на родине наших предков. Лишь тогда все эти знания не нуждались в запрете, когда разрушение было залогом нашего процветания. Если проследить всю хронологию событий, то все началось именно с неё…

– Как давно ты копаешь в этом направлении? Как вообще могла возникнуть подобная теория?

– Давно, – скупо улыбнулся он. – И сначала мне самому казалось это невозможным. Воспаленная мысль моего параноидально извращенного разума, если хочешь. Да, я в курсе, что несколько странный, – усмехнулся он на выразительный взгляд Лаиссы. – Это не просто то, что я забыл вместе с памятью о времени, проведенном в Тэймире, хоть я до сих пор и не понимаю, почему именно эти точки оказались под запретом…

– Погоди, – выставила она вперед ладонь.

– Меня что, опять заносит? – поморщился он.

– Почти, – усмехнулась она. – Иногда мне кажется, что твои слова не поспевают за мыслями.

– Ладно, отбросим болтовню о теориях и предположениях. Но теперь я точно знаю, кого видела Мара в подвале моего дома в Тэймире.

– Хорошо, и что теперь, когда ты знаешь, что она пользуется чужими телами для достижения своих целей? Убьем правовую верхушку Риады? В принципе, не сложно… Даже организовать транзит их копий обратно до Риады, а потом подстроить череду "убийств", подбросить тела…

– Это бесполезно, – покачал головой Лео. – Всего лишь отсрочка, пока она не найдет кого-нибудь ещё.

– Тогда что? Ты же понимаешь, что ей нужно в итоге?

– Конечно, как и ты, – плотоядно улыбнулся Лео. – И вот тут, первое и основное, нам необходимо обеспечить "её", а точнее "их" безопасность до того момента, как вся эта шумиха с вступлением во власть не завершится. Мара взойдет на престол Колыбели, и ни что этому не помешает, а уже потом… – Что же потом?

– Что такое энергетическая сущность? – риторически спросил Лео, откинувшись на спинку стула и сцепив длинные изящные пальцы в замок. – Ну же, ответь…

– Энергия, наделенная разумом и связующими заклятьями, что не позволяет ей рассеиваться в пространстве, – закатила она глаза.

– До сих пор не поняла? – усмехнулся он. – Хорошо. Пэм? – позвал он и перед ним возник личный Дух его резиденции.

– Господин, – глубоко поклонилась она.

– Кто ты?

– Дух резиденции Золотого Дома.

– А что ты, Пэм?

– Сущность, энергия жизни которой была изъята после смерти и заключена в рамки связующей сферы.

– А теперь? – спросил он, улыбнувшись и глядя в расширившиеся глаза Лаиссы. – Ничего не напоминает?

Лаисса слегка нахмурившись, кивнула своим мыслям и полушепотом произнесла:

– Пожалуй, что да. В таком случае нам нужно кое-что почитать? – Изогнула она бровь, отвечая плотоядной улыбкой на улыбку внука. – Например…

– Например, то "каков механизм рассеивания сущности" или "какова природа связующей магии".Что-то в этом роде, я полагаю.

* * *

Я провела два дня в Тэймире, но за этот короткий срок успела безумно соскучиться по Лео.

– Всего два дня, а я уже готова от тоски на луну выть, – усмехнулась я, глядя в ночное небо.

Сегодня я устроила себе прогулку по ночному городу. И вот я у таверны, где прожила всего несколько месяцев, что успела стать для меня особенным местом – тем, которое сохранило мои воспоминания в своих стенах. Странно, лето изменило город до неузнаваемости – словно привычные мне улицы и здания вдруг перенесли в совершенно отличный мир, где, оказывается, растут деревья с пышными зелеными кронами, цветут ночные звезды, аромат которых дурманит и заставляет глубоко вдыхать теплый ночной воздух, а от нежных белых соцветий исходит мягкое сияние. И несмотря на то, что время уже перевалило за полночь, никто не спешит домой к теплому очагу и горячему ужину. Север всегда дышит летом, как в последний раз. Это же правило неизменно и для Тэймира.

Сегодня я сама укладывала сына Энакима спать и, стоя у кроватки малыша, я рассматривала его маленькое личико, которое, казалось, меняется с каждой нашей встречей. Сначала он напоминал мне брата, но именно сегодня я увидела в нем черты Лиссы. Даже не знаю, было ли то осознанное решение или какая-то игра подсознания, но я вдруг почувствовала её нить и потянулась к ней. Сперва мне показалось, что в помещении, в котором находилась девушка, вот-вот разгорится настоящий пожар, настолько оно было задымлено. Я видела её со стороны, словно сквозь мутную воду, но то место, где она находилась сейчас, узнала бы и увидь я его лишь мельком.

– Долго ты будешь ещё возиться? – знакомый визгливый голос донёсся со стороны, где находилась кухня. Рита ничуть не изменилась со дня нашей последней встречи. Всё та же поношенная форма, чуть растрепанные взъерошенные волосы, собранные в не слишком тугой узел, уставший от жизни взгляд. – Где он вас только находит таких? Что ты, что предшественница твоя, словно две клячи водовозные! – Фыркнула она, разворачиваясь на каблуках и исчезая в недрах кухни.

Лисса же, не сказав ни слова, продолжала складывать грязные тарелки на внушительных размеров поднос.

Я смотрела на неё во все глаза и не могла найти слов, чтобы описать то, какой она предстала предо мной. Словно Рита вдруг помолодела на пятнадцать лет, но эта обреченная усталость из глаз так никуда и не ушла!

– Так ты в Тэймире, – прошептала я себе под нос, – но почему? Разве могут быть такие совпадения?

– Так откуда ты говоришь? – тем временем расспрашивала её Рита.

– Из Эдэльвайса, – совсем тихо шепнула девушка, складывая тарелки уже в помывочный таз накухне.

– Откуда?! – воскликнула моя сменщица. – Ты что, полоумная?! Променять столицу на это… выразительно развела она руки. – Это! – ещё более недоуменно воскликнула она. – Да живи я в столице, уже давно бы так поднялась! Такого мужика бы себе оттяпала!

Лисса лишь горько усмехнулась и покачала головой.

– Что? Не веришь? Это тут собирается весь сброд, все отверженное миром отрепье, а там!

– Отверженное отрепье? – полувопросительно произнесла она. – Пожалуй, так, – совсем тихо шепнула она в никуда.

Это было последнее, что я услышала, прежде чем её нить выскользнула из моего сознания.

И вот я здесь. И мне не верится, что здесь и она – моя первая подруга, мать крошки Леона – всегда смешливая Лисса, что считала Кима проявлением "Божественной благодати" в её жизни, не меньше. Я не собиралась с ней говорить или спрашивать, как же так вышло. Решение было принято давно, и все разговоры были лишь бесполезной тратой времени. Я не стану спрашивать ни её, ни в последствие его мнения, мне оно совершенно безразлично. Это то решение, за которое я согласна нести ответственность. Возможно, так нельзя, даже, скорее всего, так и есть, но ещё есть Леон, которому…

Стоило последнему светильнику погаснуть, а таверне погрузиться в полумрак, как я легко прыгнула на стену здания. Преодолеть три этажа было несложно, как и найти свое бывшее окно. Я замерла на карнизе, прислушиваясь к тому, что происходило внутри, но ничего, кроме странных булькающих всхлипов так и не услышала. Открыть окно было и вовсе не сложно, как и неслышно пробраться внутрь. Всё же не зря училась магии, и отодвинуть простую щеколду силой мысли могла.

В свете бледных звезд я легко могла рассмотреть то, что было внутри. Со времени моего отсутствия комната не сильно изменилась. Да и чему меняться-то? Расположению кровати? Вот на ней-то сейчас и лежала женщина, за которой я пришла в эту ночь. Сжавшись, подтянув колени к груди, она тяжело дышала и всхлипывала через раз. Было не сложно понять, что она плачет.

Я не хотела с ней ни говорить, ни оповещать её о своем присутствии. Должно быть, раньше я бы кинулась её успокаивать, но сейчас внутри себя я чувствовала странное спокойствие и нежелание размениваться на то, что было несущественным в моем понимании. Совсем скоро всё это перестанет иметь значение, потому я всего лишь потянулась к её сознанию, как учил меня Лео, осторожно и бережно, и велела ей уснуть.

Лисса вздрогнула и тут же расслабилась. Её дыхание стало глубоким и размеренным, в то время как я легко подняла её на руки и выпрыгнула в открытое окно. Больше в таверне "Три кабана" делать мне было нечего.

На самом деле у меня не было особой надежды на то, что мой приход останется никем не замеченным. Ну, что тут скажешь… В доме, где под одной крышей живут маг, вампир, эльфийка, гном, а теперь ещё и дэйург, сложно остаться незамеченной с человеческой женщиной на руках. Тем более что у Лиссы бьется сердце, которое лично я бы без труда услышала на другом конце дома. Тем не менее, я все равно выставила полог, который помог бы нам не производить лишних звуков, но вот изменить запах Лиссы я так и не смогла, несмотря на то, что Лео уже несколько раз объяснял мне, как это делается.

Потому, будем надеяться, что они подумают, будто я решила потушить капусту, поджарить свинину и запить всё это кружечкой пива, да и покурить пока все спят. А что? Может, владычицы любят по ночам такое вытворять. Вряд ли найдутся свидетели, способные сие опровергнуть.

Потому я легко открыла дверь, почему-то на цыпочках вошла в утонувшую во мраке ночи прихожую и тут же болезненно сощурилась от яркой вспышки света, на миг ослепившей меня.

– Ты знаешь, – раздался до боли знакомый голос, – я тебя сюда отпускал в знак доверия. Типа "все мое – твое, не жалко". Но я даже и подумать не мог, что всё мое станет эльфийским, гномячьим, младеничьим и теперь ты где-то раздобыла им прислугу, которая, судя по всему, ни сном, ни духом о своей судьбе. М-да.

Я лишь счастливо улыбнулась на эти его слова, я ведь скучала, и даже его ворчание было чем-то, что могло согреть моё тоскующее сердце.

– Ещё раз, – продолжал он ворчать в подвалах своего дома, пиная ногой уже однажды использованную нами установку, чтобы та, наконец, издала противный дребезжащий звук и начала наливаться теплым золотым сиянием. Правда сейчас у него на руках была Лисса. – Зачем мы это делаем?

– Что именно? – невинно переспросила я, получив в ответ полный укоризны взгляд.

– Это, – выразительно потряс он на руках бессознательное тело девушки.

– Аккуратней, – шикнула я, – разбудишь.

Золотая бровь выразительно поползла вверх.

– Думал, для тебя сие уже не проблема. Дашь ей опять по голове, и она вновь уснет, – пожал он плечами.

– Я её не била, – вспыхнула я. – Всё сделала по науке, – прошептала себе под нос, но, конечно же, он услышал.

– А это тогда откуда? – встряхнул он девушку так, что её голова откинулась в другую сторону, позволяя узреть небольшой синяк в области шеи.

– Э, – замялась я, – надо было спрыгнуть с третьего этажа… Ну, и я не заметила карниз, точнее, я прошла нормально, задев его её головой, – окончательно смутившись, пробормотала я.

– Плохому танцору… – буркнул он усмехнувшись. – Так все же? – вновь вернулся он к изначальному вопросу.

– Ладно, я все расскажу. Только давай сперва настроим платформу и поместим её над ней.

– На какой срок делать настройки? Здесь теперь нет Пэм, которая могла бы подпитывать платформу постоянно, потому необходимо вложить такое количество силы, чтобы заряда оказалось достаточно, – пояснил он, поднося Лиссу к налившемуся золотым сиянием кругу и просто отпуская её, позволяя её телу свободно воспарить над платформой.

– Для начала на месяц, – пожала я плечами. – Если в ближайшее время ничего не получится, то план немного изменится, но не столь кардинально, чтобы она могла просто уйти.

– Что тебе сделала эта человеческая девчонка? – спросил он, пристально посмотрев на меня.

– Она… ошиблась, а я помогу ей все исправить, – сказала я, подойдя к нему ближе, когда его руки совершенно по-хозяйски оказались на моей талии, притянув меня к груди.

– Знаешь, – прошептал он мне в волосы.

– М? – щурясь, словно довольная жизнью кошка, я вдохнула полной грудью, прильнув к его плечу.

– У нас есть ещё целый день до того момента, как ты станешь "Великой и Всемогущей", – хмыкнул он, а я не сдержавшись усмехнулась.

– О да, я буду именно такой! И что же нам делать в этот последний прекрасный день безвластия?

– Даже и не знаю. Может, займемся вязанием… ну, или вышиванием? Всегда мечтал научиться этим штучкам с цветными нитками.

На это его предложение я лишь несильно толкнула его и решительно высказала свое "нет".

– Тогда, давай кое-куда сходим? – отсмеявшись, предложил он.

– Куда?

– Туда, куда давно следовало бы попасть, но путь я смог найти лишь недавно, – немного таинственным шепотом сказал он, беря меня за руку.

– Звучит интригующе. Это далеко?

– Ну, смотря, как именно будем туда добираться.

А уже в следующую секунду мы оказались в таком знакомом для меня месте.

– Это же моя резиденция, – немного разочарованно вздохнула я, – а тут я бываю по несколько разна дню, – указала я взглядом на вход в свое крыло.

– А тут, – кивнул Лео в сторону крыла моих родителей, которое все ещё оставалось запретным для меня. Сколько бы я не пыталась, но проникнуть туда не могла.

– Только не говори, что знаешь как? – широко распахнув в изумлении глаза, посмотрела я на него.

– Теперь знаю, – хмыкнул он. – Взламываю их покои с момента её гибели. Правда, больше по памяти приходилось работать над схемами защиты.

– Зачем? – не смогла я удержаться от вопроса. Ведь, правда, зачем нужно ломать защиту покое в уже почившей Главы?

– Хотел, чтобы тебе кое-что перешло по наследству, – подмигнул он, подойдя к дверям, ведущим в покои моих родителей и выуживая из кармана небольшой пузырек с серебристой жидкостью. – Не смотри на меня так, – покачал он головой. – Я не извращенец и не маньяк. Да, я собрал кровь Ливы в тот день, когда ты родилась, но только потому, что она могла понадобиться в будущем. Со смертью Эллиэна твоя мать стала очень мнительной, и многие свои заклятья делала именно на крови, а чтобы их вскрыть, нужна именно её кровь.

– Как ты мог подумать об этом в тот момент, – несколько обескуражено поинтересовалась я.

– Всегда думаю сразу о нескольких вещах, ты же знаешь, – пожал он плечами.

Тем временем Лео легко откупорил пузырек, что держал в руках, и капнул себе на указательный палец несколько капель. После чего начертал на двери странный замысловатый символ, больше похожий на беспорядочные завитушки и точки, и что-то прошептал на древнем ометти – дверь тут же поддалась и приоткрылась.

– Пойдем, – протянул он мне руку, которую я тут же приняла.

Стоило нам войти, как пространство вокруг стало наливаться теплым приятным светом. Мы оказались в длинном коридоре, таком же, как тот, что вел в мои покои, только тут вдоль стены висели живые картины. Одни показывали удивительной красоты закат или рассвет, на других была изображена пара, которую я теперь с легкостью могла бы узнать – мои отец и мать. Где-то они истово целовали друг друга, а где-то просто держались за руки, танцевали или чему-то смеялись. Это была галерея, посвященная их счастью, любви и прошлому, которое уже не вернуть.