Текст книги ""Фантастика 2025-106" Компиляция. Книги 1-15 (СИ)"

Автор книги: Марина Александрова

ГЛАВА 11

Под стены своей резиденции Лео вступил в крайне «растрёпанных» чувствах. Давненько его так не будоражило простое касание женщины. Никогда прежде ему не хотелось принять на себя чужую боль, что уж говорить о 'сострадании'. Наверное, это было оно – странное щемящее сердце чувство от вида чужой боли? Очень необычно. Это был целый вихрь из пёстрых чувств, эмоций и мыслей. Никогда прежде не сталкиваясь ни с чем подобным, сейчас ему было просто тяжело квалифицировать их. Но одно он всё же понимал хорошо – что-то неумолимо меняется в нём. Готов ли он к этому? Вопрос, ответа на который у него пока не было, но знал точно, что ему это нравится. Приятные чувства, которые трогают сердце, заставляют волноваться и ощущать притяжение к жизни вокруг, позволяют стремиться к будущему, желать и ждать встречи, предвкушать…

Рассеянно отвечая на приветствия тех, кого встречал по пути в свой кабинет, он не сразу заметил, каким странным взглядом провожают его подчинённые. И лишь мимолетно скользнув взглядом по своему отражению в одном из зеркал, заметил, как глупо улыбаются его губы, в то время как глаза были абсолютно чёрными. Зрелище было жутковатым, даже ему самому стало как-то не по себе.

'Идиот', про себя фыркнул он, решительно ступая в просторное фойе, где было несколько светлых диванов, предназначенных для тех, кто ждёт встречи с Главой Дома.

Увидев нежданного гостя, вальяжно сидящего на одном из диванов в своей приемной, Лео ощутил, как волна жгучей ярости разливается по венам. Но, ни одна из испытываемых им эмоций не отразилась на лице, лишь искреннее радушие и приветливая улыбка. Только рука, что до сего момента спокойно расположившаяся в кармане брюк, аккуратно обхватила маленький прозрачный пузырёк с янтарно-золотой жидкостью, который он мгновение назад призвал из одного из своих 'пространственных карманов'. Ловко сбросив крышку, он окунул в содержимое удлинившийся ноготь и заставил фиал исчезнуть.

– Чем обязан? – приветливо, если не сказать, по-дружески открыто, спросил он.

– Прежде всего, добрый день, – отозвался Яр, легко поднимаясь с дивана. – Неужели ты не помнишь собственных обязательств?

– Более чем, – согласно кивнул Лео, отворяя дверь в свой кабинет и приглашая войти Главу Дома Вечной Ночи. – Я так понимаю, что настал мой черёд сыграть 'белого жениха на чёрной принцессе', – хохотнул Лео, подходя к небольшому бару с напитками. – Когда?

– Ты – пошляк, – неодобрительно покачал головой Яр. – Но ты прав, я хочу, чтобы выход в свет с Эйлир состоялся именно сегодня. Ну, знаешь, опера, приём, романтика…

– Пф, – фыркнул Лео, наливая в высокие бокалы из толстого стекла тягучую бордовую жидкость, незаметно окуная в каждый из бокалов на миг удлинившийся ноготь. – Романтику мы не обговаривали, – повернувшись к собеседнику лицом, сказал он. – Один выход, не больше-не меньше.

– Сдаюсь-сдаюсь. Ты как всегда прав, – шутливо подняв ладони вверх, согласился Яр, прежде чем принять из рук Лео один из бокалов. – Вино на крови, – одобрительно кивнув на напиток, сказал он. – Что ж, давай выпьем за сотрудничество между нашими Домами, пусть оно будет долгим и крепким!

Легко улыбнувшись, Лео отсалютовал в знак согласия Яру и сделал небольшой глоток из своего бокала. Хорошо, что ко многим ядам у него давно уже выработан иммунитет, всё же с такой бабулей как у него, надо быть всегда начеку и быть в состоянии 'переварить любой пирожок' из рук любимой бабушки.

– Замечательное вино! – сказал Яр, поставив бокал на небольшой кофейный столик рядом с креслом, в которое сел.

Лео зеркально повторил его движения и опустился в кресло напротив. Яр нахмурился, Лео тут же повторил и это движение.

– Что?

– Что?

Спросили они одновременно.

Лео вовсе не дурачился сейчас, просто для того, чтобы узнать то, что ему было необходимо, и внушить то, что он хотел, необходимо было дезориентировать того, к кому применялся яд, прежде чем организм демона сумеет избавиться от отравы.

– Я…

– Я…

Оба мужчины наклонились друг к другу, в то время как Лео зеркально отображал малейшую мимику лица Яра.

Наконец лицо демона сперва нахмурилось, но увидев, как столь же хмурым стало и его отражение, вновь расслабилось. Яру вдруг показалось, что он сидит перед собственным отражением в зеркале у себя дома, в своей любимой гостиной. Вдруг отражение заговорило, что слегка его обеспокоило, но он вовремя понял, что это он сам рассказывает себе о своих планах на вечер. Ну конечно, лучше всё ещё раз повторить, тогда всё точно пройдёт как надо.

– Раствор нанесём на ногти и губы, малейший контакт позволит подчинить его на некоторое время, снимет блоки на сознании. Эйлир готова, она справится. И потом, даже если сам Лео заартачится и не захочет прикасаться к девчонке, что весьма сомнительно, учитывая его любовь к красивым и страстным женщинам, знающим как доставить мужчине настоящее удовольствие, то будет достаточно нескольких капель 'Цветка силы' на кожу, когда они будут одни, чтобы пробудить истинное желание.

– А если ей не удастся остаться с ним наедине? – разумно заметило отражение в зеркале.

– Эйлир заверила, что проблем не возникнет.

– Точно?

– Конечно, точно! Я уверен в ней как в себе самом. Она хоть и ноль, но потенциал у неё, что надо.

– Конечно, как же иначе, мы ведь знаем, что делаем. Что-то живот крутит, правда?

– Да, и впрямь крутит…

– И голова просто раскалывается.

– Раскалывается…, – зачарованно всматриваясь в собственное отражение в зеркале, повторил Яр.

– А где мы были сегодня утром?

– У Эмерелис, там, где и провели ночь…

– А что было на завтрак? Быть может… – странно сощурилось отражение, словно догадавшись о чём-то.

– Быть может… стерва, что-то подсыпала в еду?

– Кто же ещё?

– Больше некому…

– Конечно, некому! У Лео ты ничего не пил и не ел. Так кто… кроме неё…?

– Захотела вывести меня из игры?

– От неё можно ожидать всего! Она всегда была жадной до власти… Ей нельзя верить.

– Нельзя, конечно!

– А теперь, когда я скажу, ты проснёшься и забудешь обо всём, что только что мне рассказал. Но запомнишь свои подозрения по поводу Эмерелис, это важно! Ты же понимаешь?

– Конечно! – горячо отозвался Яр.

– Только я тебе желаю добра, верь мне!

– Да, я понимаю…

– Ты сейчас в Золотом Доме, зашёл сообщить Лео о предстоящем выходе в свет, но у тебя ужасно болит живот и голова. Скорее всего, Эмерелис решила вывести тебя из игры на этот вечер! Кто знает, что она захочет внушить Лео, когда он будет уязвим? Эйлир вероятно с ней заодно! Никому нельзя верить! Только мне! Понимаешь?

– Конечно!

– Проснись!

Лео смотрел на Яра и вспоминал себя многие столетия назад, когда он только начинал изучать 'искусство ядов' под чутким руководством Лаиссы. В детстве его бабушка казалась Лео кем-то сродни божеству: сиятельная, величественная, сильная и умная. Она была Главой их Дома, её слушались беспрекословно. И он, как и многие, полагал, что это именно потому, что эта женщина такая, какой он рисовал её в своём воображении. Но когда властный взгляд Лаиссы остановился на Лео и выбрал его, как своего приемника, он узнал и ещё кое-что о своей бабушке…

– Бабушка, куда мы идем? – ступая по темному коридору, где неловкие шаги юного демона отражались о каменные стены гулким эхом, спрашивал Лео.

– Тут, – сказала она, обведя рукой прокопчённые стены коридора одного из подвалов в резиденции Золотого Дома, – я не твоя бабушка, я твой мастер. И впредь запомни это, – строго посмотрев на маленького угловатого подростка, добавила она.

– Мастер? – непонимающе нахмурился мальчик. – Мастер чего?

Лаисса легко улыбнулась, обернувшись к внуку, и тихо, почти ласково ответила:

– Яда.

Тогда Лео не очень понял, что это значит, но зато до него хорошо дошёл смысл этих слов в день первого экзамена по знанию, которое предназначалось для него, как для наследника Главы Дома.

Когда из его глаз, ушей и рта текла золотая кровь, а он отчаянно перебирал маленькие бутылочки, стоявшие перед ним на лабораторном столе, чтобы изготовить противоядие, а страх неминуемой кончины, делал его все более и более рассеянным. Именно тогда он понял, что значит 'Мастер Яда'. Она отравила его, даже не прикоснувшись, всего лишь задела кончиками волос лицо, а через два часа привела сюда, велев позаботиться о себе, используя полученные знания. Сколько раз он был на грани смерти, когда она в очередной раз подсовывала ему отравленную одежду, питьё, еду, расчёску, книгу, просто целовала в щёку. Или, зная о том, что её внук собирается приобрести ту или иную вещь, заботилась о том, чтобы продали ему её, только после того, как она побывает в её 'нежных' ручках. Так он получал знания первой ступени и думал, что хуже и быть не может!

Но когда однажды он обнаружил себя стоящим на крыше собственной резиденции готовящимся прыгнуть в никуда… тут его пробрало на самом деле. Это уже были вещества, меняющие сознание.

Сколько прошло времени, прежде чем он стал получать извращенное удовольствие от попыток бабушки подсунуть ему нечто, что вновь поставит его жизнь на кон? Сейчас ему казалось, что с самого начала это было весело, особенно, когда у него получилось в первый раз отыграться… Да, определенно, это было очень весело и интересно.

От подавляющего большинства ядов организм сильного демона мог оправиться и без всякого противоядия. Но порой восстановление могло занять слишком много времени. Психотропные вещества, даже самые сильные из них, выводились из организма за минуты, но порой, например, как сейчас, и этих минут было достаточно. Вот только были и такие, от которых противоядия нет… Лео знал о них. Но вот где взял один из таких Илай, когда-то поставило демона в тупик, ровно до того момента, пока он не узнал, кто помогал ему.

Он не знал точно, были ли в его Доме демоны, владевшие этим искусством наравне с ним или Лаиссой. И если таковые и были, то наверняка хранили свои секреты очень бережно. Таким знаниям обучались единицы, о них не принято было говорить. Да и чего скрывать, последнее упоминание о 'мастерах' датировалось несколькими тысячелетиями тому назад.

Наблюдая за тем как в один миг взгляд Яра стал осмысленным, и демон поморщился проведя рукой по животу, Лео как ни в чем не бывало продолжил разговор, на котором они были вынуждены прерваться.

– Конечно, замечательное! Всё же не один год ждало твоего прихода, – хмыкнул он, отпивая из собственного бокала. – Чего скуксился? Хорошее вино, а ты такие рожи строишь! Не вежливо, между прочим.

– Что-то у меня с животом… – пробормотал Яр.

– Понос? – участливо поинтересовался Лео. – Иди тогда к себе домой, не надо у меня гадить, – проворчал он, поднимаясь из кресла и забирая бокал у Яра. – Я ему лучшую бутылку открыл, а он вон что устраивает, – продолжал бурчать он. – Ладно. Во сколько твоя девица за мной сегодня зайдёт?

– Она зайдёт за тобой? – поморщился демон.

– Ну не я же? – округлив глаза, возмутился Лео. – И передай ей, что цветы я не люблю, пусть несёт конфеты. Свидание всё ж таки!

Эйлир возникла на пороге кабинета Лео ровно в пять часов вечера, когда Лео старательно изображал занятость, сидя за своим столом и делая вид, что изучает важные документы. На деле же, демон как раз таки добрался до упоительного момента прощания юной пастушки Зельды с её суженым, которому суждено было покинуть любимую на неопределенный срок. На самом деле он ненавидел подобные книги, но совсем недавно, пришел к выводу, что для того, чтобы лучше понимать Мару ему просто необходимо понять, хотя бы немного, людей. Он решил ознакомиться с книгами написанными для юных человеческих дев, и которые пользовались особой популярностью среди молодежи Ирэми. Это был первый роман и Лео уже ощутимо потряхивало от мелочности переживаний пастушки, поскольку все это напоминало ускоренный просмотр чей-то жизни: родилась, влюбилась, 'женилась' и все за каких-то двадцать лет…ужас какой-то!

– Ты готов? – проворковала девушка, томно взглянув на Лео, который и не думал оценивать её внешний вид.

– Конфеты, – не отрываясь от чтения, протянул он руку в сторону, где стояла Эйлир.

Требовательно сжав и разжав ладонь, он даже не соизволил взглянуть на девушку, что ради этого вечера провела ни один день подбирая наряд и составляя свой образ. И лишь когда на его ладонь опустилась маленькая коробочка декорированная алой тканью, придирчиво взвесил её на руке и соизволил поднять взор.

Его взгляд мимолетно прошелся по фигуре Эйлир, мысленно подмечая каждую деталь её гардероба и того, как много усилий было приложено этой женщиной, чтобы выглядеть сегодня идеально. Платье, доходящее длинной до пят, казалось вместо того, чтобы сделать облик Эйлир целомудренным, открыло взору мужчины куда больше, чем должно было быть. Ярко-алое, облегающее, с глубоким декольте, оно было точно пошито по фигуре. Черные волосы убраны так, чтобы открыть взору чудесную длинную шею. Но стоило Лео взглянуть на лицо, как он тут же понял, почему раствор был нанесен на губы. Кто бы не занимался макияжем юной демоницы, ему удалось сделать нечто искусное и утонченное. Эйлир была красива от природы, этого у девушки было не отнять, но сейчас Лео с трудом мог отвести взгляд от её губ. Они казались такими притягательными, манящими, что невольно хотелось прильнуть к ним в поцелуе. Очень хотелось бы, если бы он не знал, чем это может обернуться.

Потому лишь лениво причмокнув губами и бросив взгляд на маленькую коробочку горького шоколада, он изрек:

– Я такой не люблю, – и брезгливо подвинув её к краю стола, так же медленно толкнул, направляя прямиком в корзину для мусора. – И, – наконец-то взглянув в глаза девушки, продолжил он. – Бабушка просила, чтобы к десяти вечера я был дома, учти это, – совершенно серьезно кивнул он Эйлир, поднимаясь из-за стола. – Идём что ль уже, – несколько нелепо схватив ошарашенную демоницу под руку так, чтобы у неё не было ни малейшей возможности, коснуться его ногтями, буквально потащил её к выходу.

Эйлир же повторяла про себя как мантру лишь одно из последних наставлений Яра:

'Он эксцентричен, иногда даже слишком. Но для его семьи это почти норма… Ни за что не поддавайся на его легкомысленный тон! Пока ты будешь думать, что имеешь дело с 'простачком', он подведет тебя к бездне и отправит в свободный полет!'

Стоило Лео уйти, как в мои двери постучала Лаисса. Бабушка Лео вошла в мои покои и мне показалось, что в комнате зажглось маленькое солнце. Платье Лаиссы более всего напоминало золотую сеть не оставляющую простора для воображения относительно изгибов её точеной фигуры. Лишь присмотревшись, я поняла, что на самом деле на женщине одето платье, цвет которого тон в тон соответствует её коже, и лишь в эту материю искусно вплетено изящное золотое кружево, обнимая тело женщины и делая её облик незабываемым в купе с сияющими золотыми волосами.

– Ну как? Ничего? – кокетливо улыбнулась она, покружившись для меня. От этого её жеста юбка, что казалось плотно облегала бедра взметнулась и заструилась в потоках воздуха.

– Не то слово…, – восхищенно прошептала я.

Лаисса усмехнулась, и довольно щелкнув пальцами, казалось бы из воздуха достала футляр для платья и несколько объемных коробок.

– Я решила, – заговорила она, – что твой новый гардероб бесспорно хорош, но для этого вечера нам нужно нечто винтажное и незабываемое. И, чтобы не было никаких накладок, как в прошлый раз, мне просто необходимо проконтролировать все лично!

От хищной улыбки, что мелькнула на её губах, мне стало как-то не по себе. А когда женщина хлопнула в ладоши, и выкрикнула:

– Девочки, входите!

И когда на её призыв в мои покои ворвалось сразу пять демониц Золотого Дома, стало откровенно страшно!

– Но как они…? – не успела я задать свой вопрос, как Лаисса сама догадалась, о чём я хочу спросить.

– Смогли войти? – кивнув на девушек, что застыли вдоль стены, согнувшись в глубоких поклонах. – Живые бы и не смогли, а это… – с улыбкой вновь кивнула она, – всего лишь прислужники.

– Кто?

– Прислужники – полуразумное воплощение силы, сосредоточенное в материи. Что-то типа Духов дома, только гораздо менее могущественные и куда более глупые, – усмехнулась она. – Управляются силой мысли через привязку на крови… Как если бы я была сразу в пяти местах и для каждого тела создавала бы определенное действие. Например, первая будет тебя причёсывать, вторая – заниматься макияжем, третья – платьем, четвертая – маникюром, а пятая сделает мне кофе, пока то да сё.

– А у меня таких нет, – с сожалением причмокнула я губами.

– У тебя есть Питер, – со значением сказала Лаисса. – У Лео теперь есть Пэм. Уже ради одного того, чтобы избавиться от этой старой маразматички, можно было оставить пост Главы. Ну а у меня теперь есть 'девочки', и хлопот с ними куда меньше, да и в использовании неприхотливы.

– Но они выглядят как демоны…

– Конечно, кровь-то использована моя, – пожала она плечами. – Я держу их в этом мире, и похожи они, стало быть, на меня.

Внимательно посмотрев на женщин, что всё также, не шелохнувшись, продолжали стоять вдоль стены, я спросила то, что так давно интересовало меня:

– А что же держит здесь Питера или Пэм? Кто они по своему естеству?

– Правда хочешь знать?

Я решительно кивнула.

– Души, Владыка, давно почивших существ этого мира, забранные у Грани и привязанные к нашим Домам. Они были призваны ещё тогда, когда мы только начинали осваивать новый мир, закованы в цепи заклятий, что не дают им освободиться или сойти с ума от такой жизни-рабства, привязанные к нашим источникам силы, но остающиеся всего лишь одной из функций магии, что течёт по жилам резиденций.

– Ты хочешь сказать, что когда-то они были живыми людьми? – несколько ошарашенно прошептала я, в то время как две прислужницы усадили меня перед зеркалом и принялись приводить в порядок мои волосы.

– Я не хочу это сказать, а говорю, – устраиваясь поудобнее в кресле рядом со мной, проворковала Лаисса. – И потом, почему именно людьми? Они могли быть кем угодно, но для Духов Резиденций или Домов идеально подходят демоны, драконы или дэйурги. Они обладают мощным энергозапасом, их остаточное сознание более гибко и всеобъемлюще… Ну, как-то так, – фыркнула она, отпивая из маленькой изящной чашечки терпкий напиток. – Не забивай себе голову, наше общество нынче очень рьяно следит за созданием подобных существ, и пока соберёшь все разрешения, справки и заключения, тебе уже точно не захочется создавать кого-то подобного. Всё что у нас есть сейчас, это наследие предков. Да и взрастить профессионального самодостаточного Духа, способного управлять такой Резиденцией как твоя, это подвиг длиною не в одну жизнь. С прислужниками легче, проще и не так хлопотно.

– Но как себя чувствуют в таком положении те, кого поработили? То есть вместо покоя они получают… это? – вопросительно вскинув брови, я растерянно уставилась в пустые золотые глаза одной из прислужниц, что ловко разбирала мои волосы на пряди. Лаисса едва нахмурилась, но всё же ответила:

– Откуда же мне знать, как они себя чувствуют? – пожала она плечами. – Да и кому какое дело, если нам наплевать на живых, то мёртвые вряд ли кого-то волнуют.

В данный момент мне было нечего ей ответить. Да и верхом лицемерия было бы возмущаться порядкам, что сложились ни одно столетие тому назад, при этом с удовольствием пользуясь плодами древней магии. Что-то внутри меня говорило о том, что на месте одной из таких вот прислужниц мог оказаться мой Ким. Я испытывала нечто сродни горечи и острому чувству несправедливости, но и в то же самое время я очень хорошо понимала, что не имею права лезть в эти вопросы, не смотря ни на что. Это был их мир, их правила и устои. И пока я слишком плохо разбиралась во всём этом.

– В Бездну тлен, – отставив чашечку на столик рядом с собой, воскликнула Лаисса, – смотри, какое шикарное платье у меня для тебя есть! В нём ты будешь просто сногсшибательна! Как же давно я не была в опере! Ты не представляешь, сколько столетий минуло с тех пор, как я ходила туда наслаждаться игрой моего маленького Лео. И не надо так на меня смотреть! Он изумительный музыкант! Да, да, – покивала она мне, увидев мой озадаченный взгляд.

Оказавшись на ногах, она подхватила принесённый футляр и легко его скинула, открывая моему взору его содержимое! Если Лаисса показалась мне солнцем в своем невероятном платье, то то, что лежало у неё сейчас на руках, могло бы с легкостью сойти за лик луны. Простое и сложное в своём покрое платье доставало длиной до пят, легкая ткань, будто впитала в себя морозное северное утро. Казалось, стоит коснуться материала, и ты обожжешь руки о лёд, из которого оно скроено, о снежинки, что вплетены в само полотно. Платье было не белым, а скорее льдисто-голубым и потрясающе красивым.

– Мне страшно к нему прикасаться, – с придыханием прошептала я.

– И не надо! – усмехнулась Лаисса. – Его надо носить, а не гладить! Когда мы закончим – это будет нечто! Теперь главное, чтобы моё воображение не разошлось по разные стороны с руками, – выразительно кивнув в сторону прислужниц, сказала она, откинувшись на спинку кресла и прикрыв свои нереальные сияющие глаза.

– И ты не смотри, пусть будет сюрприз, – прошептала она. Каа'Лим ушел ещё утром, когда в мои покои пришел Лео. Должно быть, дэйург чувствовал, чем обернётся сегодняшний день, потому решил занять себя чем-то более интересным, а не наблюдать за тем, как меня одевают, причесывают и прочее. И надо сказать я его прекрасно понимала. Потому, последовав совету Лаиссы, решила немного прикорнуть, откинувшись в кресле до того момента, как демоница сообщит, что сюрприз готов.

Я смотрела на своё отражение и боялась лишний раз вздохнуть. Смотря на незнакомку, что отражалась в зеркале, на ум приходили следующие эпитеты: хрупкая, искрящаяся, нереальная. Словно снежно-голубой водопад платье легко струилось по фигуре, локоны были уложены крупными завитками на бок и закреплены изящной, почти невесомой, серебристой заколкой. Особенно расстарались прислужницы Лаиссы с моим макияжем, сделав глаза особенно выразительными в облаке пушистых черных ресниц. Красиво накрашенные губы изящно улыбнулись, и я лишь спустя долю секунды поняла, что улыбаюсь всё же я. Спина у платья была полностью закрыта, и это несомненно придавало уверенности, потому как я не чувствовала себя готовой объяснять общественности, что же это у меня за 'лес' раскинулся на всей поверхности спины.

– Ты похожа на кристаллик льда в лучах утреннего солнца, – сказала Лаисса, подходя ко мне сзади. – Именно таким я вижу серебро в своих снах, – прошептала она. Некоторое время мы молча рассматривали наше совместное отражение, после чего женщина вдруг глубоко вздохнула и сказала чуть слышно: – Я готова отдать тебе самое дорогое, что у меня есть… это жертва моего Дома тебе, и я хочу попросить тебя лишь об одном: найди в себе мудрость принять её, когда придёт время. Мудрость женщины, ту самую 'мудрость', коей не хватило мне когда-то…

– Что? – нахмурилась я, переводя взгляд на Лаиссу, которая в ту же секунду широко улыбнулась и, стряхнув несуществующую пылинку с моего плеча, сказала:

– Пора зажечь эту ночь, крошка! – фривольно вильнув бедрами, рассмеялась она.

* * *

Как я и ожидала, выход в оперу был моим очередным появлением на публике, только в этот раз организацию моего явления народу взяла на себя бабушка Лео.

Не знаю, как именно ей удалось рассчитать со временем, но мы появились уже после того как все представители 'верхушки' общества демонов оказались под сводами огромного монументального здания, являвшего собой вершину архитектурной мысли Кайруса.

Величественные белокаменные колонны, треугольная крыша, изящные барельефы из того же белого камня, вот только все герои сражений и каких-то мифов демонов, что были изображены на них, неустанно двигались, рассказывая свою историю простым зрителям. К входу в здание вела странная мерцающая серебром дорожка, по которой нам предстояло пройти с Лаиссой, а вдоль неё, казалось, собрался весь город поприветствовать нас.

Конечно, в первых рядах были вездесущие журналисты со своими 'булыжниками'. Но что примечательно, никто из собравшихся не пытался выскочить на сияющую дорожку… 'или не мог?' Присмотревшись, я искренне поразилась, увидев, что эта мерцающая тропа являет собой своеобразный коридор из сплетённых энергопотоков так, что даже если кто-нибудь и захотел коснуться местной знаменитости, то не смог бы сделать этого, не 'впечатавшись' прямиком в охранные чары.

На Кайрус опустились ранние сумерки, когда мы вышли из телепорта и оказались прямо в начале этого невероятного 'коридора'. Толпа вокруг загудела в едином порыве; над нашими головами то и дело вспыхивали серебристые искры магического освещения, а моего слуха касались сотни криков взбудораженных моим появлением демонов.

Я шла по серебристой дорожке и ощущала себя частью какого-то невероятного сна, где творимое вокруг напоминает нечто нереальное, невозможное и до крайности бредовое. Они скандировали моё имя, выкрикивали нечто о последней надежде Кайруса и снова скандировали имя. Кто-то отчаянно просил взглянуть на него, кто-то улыбнуться. Я плыла сквозь это демоническое море, совершенно не понимая, что же мне всё-таки делать: улыбаться, смотреть или махать руками.

В какой именно миг я стала популярной, и как это вообще могло произойти? Стены моей резиденции, плотное расписание занятий, отсутствие времени на то, чтобы хотя бы немного осмотреться в родном краю. Мне казалось, что окружающий мир не видит меня так же, как и у меня нет возможности заметить его. Но тем временем каждый его житель наблюдал, запоминал и делал выводы. Возможно, для большей части собравшихся всё происходящее было чем-то сродни развлечению, иначе я просто не могла понять, как получилось, что такое количество демонов собралось тут, чтобы хотя бы краем глаза увидеть меня, крикнуть моё имя так, чтобы быть услышанным.

– Ой, да расслабься. Это же дети, – шепнула мне Лаисса так, чтобы никто кроме меня её не услышал.

Я лишь вопросительно изогнула бровь.

– Ну конечно, это подростки, – усмехнулась она, – и ты им нравишься. Старых коклюшек вроде меня на подобное мероприятие можно заманить только лишь в качестве гостя. Дети же приходят посмотреть на знаменитостей, испытать иллюзию близости к историческим личностям Кайруса или просто погулять и, как вы это называете, 'потусоваться', – якобы с трудом выговаривая 'незнакомое' для себя слово, фыркнула Лаисса.

Стоило мне войти, как сотни немигающих глаз устремились в мою сторону. Зрелище, скажу я вам, то ещё! Было в этом жесте нечто синхронное и даже пугающее, словно стая голодных волков отвлеклась от трапезы в едином порыве, учуяв чужака. Казалось, в один миг оборвались все разговоры, кто-то даже подавил в себе желание сделать вдох. Сотни демонов замерли с интересом и странной (непонятной для меня) жаждой, всматриваясь в моё лицо.

Судорожный вздох потерялся где-то на моих губах, поскольку позволить себе даже вздрогнуть я не могла. Наша связь с Каа'Лимом помогала мне гасить эмоциональный фон. Но это вовсе не означало, что мимика или жесты не могли показать страхи и слабости, что обуревали меня сейчас. Я смотрела на это 'пёстрое море' из лучших представителей расы, к которой принадлежала, но на самом деле не видела никого из них. Я лишь искала всего одного мужчину, демона, чей золотой взгляд мог бы стать для меня самой настоящей опорой сегодня. Всего один взгляд помог бы мне вспомнить: что я тут делаю и для чего всё это.

Всё моё естество стремилось увидеть его в этот миг и, глубоко вздохнув, обострённое обоняние вычленило из общей толпы всего один запах: неповторимый, любимый, желанный… Он заполнил собой мои лёгкие, и я решительно перевела свой взгляд, находя то, что так сильно хотела. Мой демон будто бы точно знал, куда мне нужно посмотреть, чтобы найти его… Лео.

Сначала я не видела никого и ничего вокруг него, лишь расплавленное золото его прищуренных глаз. Казалось, он смотрит на меня, как будто зная какой-то одному ему известный секрет. На самом дне его глаз словно поселились задорные плутовские искорки. И я бы, наверное, даже обиделась на него, если бы не видела в них одобрение и восхищение.

Сегодня Лео походил на моего ровесника. Он вновь сделал свои волосы короче, и теперь на голове у него был 'золотой кавардак'. Вместо положенных золотых, бежевых или песочных тонов одежды Лео был одет в чёрный, несколько хулиганский костюм сложного кроя. Костюм лишь выглядел неряшливо, но при этом был стильным и дорогим.

Медленно опуская свой взгляд по его плечам, я пыталась всеми силами побороть желание подойти к нему ближе, чтобы почувствовать его рядом. Когда же мой взгляд добрался до его предплечий, я вздрогнула, словно мне на сердце плеснули кипятком. Чужая женская рука с идеально накрашенными красными ногтями держала Лео под руку.

Гнев обжигающей волной зародился в сердце, заполняя собой грудную клетку и растекаясь по всему телу. Внимательно, нарочито медленно, провела взглядом по женскому запястью, поднимаясь, будто бы лаская, к плечу. Отчего-то со странной нежностью, граничащей с ледяной яростью, засмотрелась на трепещущую жилку на шее демоницы. Почувствовала, как удлиняются в предвкушении клыки, прежде чем поднять взор на лицо той, что так свободно касалась МОЕГО мужчины. И стоило мне взглянуть на жгучую брюнетку из Дома Вечной Ночи, как мой внутренний зверь вынес вердикт – эту ночь ей не пережить. Я хотела её крови, смерти, боли в моих руках. Хотела видеть как её взгляд угаснет, наполненный непереносимыми страданиями. Хотела слышать слова пощады, изрекаемые её красивыми губами. И до боли во всем теле желала бесконечно долго обрывать её нить, постепенно надрывая, каплю за каплей отпуская её жизнь из своих пальцев.

Моего локтя осторожно коснулась Лаисса, должно быть почувствовала изменения во мне. Я осторожно прикрыла глаза, понимая, что тьма уже заслонила собой мой взор, подавляя внутренний порыв со всей силы ударить женщину, посмевшую прикоснуться ко мне в этот момент.

Вероятно, изменения во мне почувствовали все присутствующие.

У меня было такое ощущение, что сама Тьма раскинула за моей спиной свой непроглядный шлейф, выпуская в окружающее пространство мой ничем неприкрытый гнев. В ушах отдалось, когда у всех присутствующих, казалось, в едином порыве перехватило дыхание, и хаотичный грохот бьющихся в страхе сердец, подобно лучшей музыке в мире, завладел моим сознанием.

– Все ждут только тебя, – тихий, сдержанный голос, будто ледяным покрывалом спокойствия обволакивает разум, принося с собой уверенность и какое-то глубинное умиротворение. В этот миг я точно осознавала, что она пытается воздействовать на меня при помощи своих техник общения. Ощущала это будто бы на подсознательном уровне и не пыталась ей противиться. Меньше всего мне хотелось сейчас выплеснуть свой гнев при всех.