Текст книги ""Фантастика 2025-106" Компиляция. Книги 1-15 (СИ)"

Автор книги: Марина Александрова

Глава 13

Ад’дарион, родная планета демонов

Раскаленный огненный шар не спеша поднимался по небосклону, знаменуя приход нового дня. С каждым его несмелым движением на поверхности планеты взмывались столпы пламени. Гудя и ревя, огонь пожирал выжженную землю, как это происходило изо дня в день на Ад’дарионе. Но стоило светилу укрыться, когда приходила ночь, как поверхность остывала и снежные бури приходили на смену всепоглощающему огню. Лед и пламень вели извечную борьбу за право владения Ад’дарионом. Из-за их войны не осталось ничего живого на поверхности. Невероятные по силе своей ветра высушивали землю, огонь поедал ее, а лед замораживал раны планеты, чтобы с приходом утра агония мира повторилась вновь.

Ничто и никто не смог бы выжить в таких условиях. Выдохшаяся, потрескавшаяся земля давно превратилась в каменный панцирь, укрывающий собой недра и не позволяющий огню и льду убить жизнь, что теплилась у самого сердца планеты.

Ад’дарион, вечно страдающий мир, что создан был лишь для одних существ, которые способны выжить в таких условиях. Демоны. Но даже они осмеливались подниматься на поверхность лишь ночью, когда смертоносная звезда Ад’дариона, Тихену, позволяла поверхности остыть и залечить свои раны в ледяных объятьях снежных бурь.

Испокон веков демоны жили в недрах своей планеты, где источником тепла и света служило сердце Ад’дариона. Вода там не падала, а поднималась, трава под ногами была алого цвета, а из животных обитали лишь рептилии.

Для человека это место показалось бы адом, для демонов оно было родиной. Высеченные в камне дома и дворцы заполняли собой недра планеты.

Так бы и жила эта цивилизация, укрытая каменной оболочкой, никем не узнанная и не потревоженная, если бы не сила, что была дарована демонам мирозданием. Более сильных магических существ вселенная не знала, разве что драконы и дэйурги не уступали им, но на Ад’дарионе таковых не было. Однажды демоны научились ходить между мирами, и это стало началом конца…

Они врывались в чужие миры, движимые алчностью, жаждой крови, ненавистью. Война ради войны, насилие ради насилия, получение желаемого любой ценой. Видя богатые жизнью и энергией миры, демоны спрашивали себя: «Разве не достойны мы большего? Разве не нам следует быть у истоков? У смертных есть все, а мы вынуждены влачить жалкое существование на Ад’дарионе, каждый день пытаясь выжить».

Вырезая целые народы, не щадя никого, демоны утопали в крови своих жертв, изливая свой гнев в мирах, что не могли им противостоять. Но так не могло продолжаться бесконечно…

Она шла по длинному каменному коридору. Звук каблуков эхом отражался от стен. Черный камзол, расшитый серебром, облегал фигуру, как и плотные черные брюки. На поясе крепились клинки – полумесяцы, больше всего напоминающие серпы. Традиционно женское оружие демонов. Ярость окутала все ее естество, сейчас демоница была опасна, как никогда. На пути в покои главы Дома Серебряных ей никто не встретился. Подданные, будто чувствуя, в каком состоянии сейчас находится демоница, старались укрыться от взора ее непроницаемых черных глаз, на дне которых вспыхивали и исчезали серебряные искры.

Когда перед ней возникла каменная кладка, женщина, не сбавляя скорости, направилась вперед и, словно не замечая препятствия, прошла сквозь стену.

– Айрэбу! – гаркнула демоница, выходя на центр комнаты.

Ее белоснежные волосы рассыпались по плечам, стоило лишь замедлить шаг. А ладони накрыли рукояти клинков.

Стоило ей остановиться, как перед ней возник тот, кого она искала. Высокий, широкоплечий мужчина с такими же серебряными волосами, как у нее, возвышался перед ней, словно скала. Его темные брови были сведены на переносице, а взгляд неотрывно следил за демоницей.

– Это правда? – прошипела она.

– Тамэя, – склонил он голову, – что разгневало тебя, жена моя? – Голос его обволакивал, и в другое время она бы не выдержала и успокоилась. Но не сейчас.

– Это правда? – уже прокричала она. – Ты согласился? Отвечай, Айрэбу!

Мужчина глубоко вздохнул и утвердительно кивнул.

Этот его жест словно вышиб из легких демоницы весь воздух.

– Как ты мог? – прошептала она. – Как ты мог, Айрэбу?! Предать весь наш род! Как ты мог?! – кричала она, в ярости сжимая и разжимая кулаки.

– Ты не понимаешь, о чем говоришь, Тамэя, – жестко сказал он.

– Ты трус! Трус и предатель! Вот что я понимаю! – не собиралась уступать женщина. – Так испугался неведомого, что сразу же наделал в штаны? И решил стать цепным псом, стерегущим Грань? – злобно прошипела она и отшатнулась, когда хлесткий удар обжег ее щеку.

– Еще слово, Тамэя, и я не посмотрю на то, что ты моя жена!

Женщина отступила на шаг, прижимая руку к горевшей щеке. Ее взор затуманился от нахлынувшей ненависти и решимости.

– Я не прощу, – тихо сказала она и, повернувшись, вышла из комнаты.

Айрэбу уже было дернулся остановить ее, но вдруг решил, что ей необходимо побыть одной. Возможно, если бы в тот день ему удалось поговорить с собственной женой, объяснить свое решение пойти на условия Грани, то последующих событий и не произошло бы. Тамэя не посадила бы в своем сердце росток ненависти, который вскоре должен был дать первые плоды. Вчера Айрэбу принял решение. Он и его Дом станут стражами Грани. Ради выживания своего рода он пойдет на это!

Бестелесное существо, что явилось на совет Домов Ад’дариона, представилось Духом Грани и сделало им предложение. Простой выбор: смерть или жизнь во искупление того, что ими уже было совершено. И он, Айрэбу, не задумываясь, выбрал жизнь! Тогда Дух вручил ему дар смерти – игнис, срезающий души. Айрэбу с трудом верилось, что он держит в руках один из символов власти над жизнью и смертью, способный уничтожать и порождать целые миры! Позже к Серебряным присоединились Золотые, главе которых была вручена коса, высеченная из цельной кости и дарующая защиту от любой напасти. Символ того, что любого врага можно просто скосить, как травинку в поле. Дом Огня дал свое согласие вместе с Домом Вечной Ночи, и им были подарены свирель, звуки которой открывают истину, и маленькая амфора со священным маслом, напоминающая о скоротечности жизни и бытия. Дом Воды получил в дар ледяной трезубец, дарующий абсолютную власть над стихией. Дому Земли Дух отдал маленькое хрустальное сердце – символ жизни, которую надо оберегать. А Дом Воздуха получил в дар венок из мертвых цветов, символ безвременья и скоротечности бытия.

Дары были вручены, и настал день, когда всем, кто принял условия Грани, пришло время уйти в другой мир. Мир, в котором их ждала совершенно иная жизнь. Им предстояло открыть в себе совершенно новые качества, быть не завоевателями, а защитниками, построить новый дом, фундаментом которому послужит созидание.

Тамэя отправилась в это путешествие под руку с супругом, старательно делая вид, что разделяет его решение. Она уходила из Ад’дариона с гордо поднятой головой, но несла в своем сердце ненависть и решимость переиграть Грань. Всем своим существом она не желала становиться каким-то там стражем! Она воин! Она родилась свободной! И только ей решать, каким идеалам служить. Айрэбу предал ее народ. Как она могла когда-то любить это мерзкое, слабое существо, что было не в состоянии отстоять их Дом и право на выбор. Тамэя презирала мужа, но сейчас крепко сжимала его руку. У нее будет время подумать. И чтобы совершить задуманное, ей не хватает всего одного действующего лица…

Между собой демоны именовали новый мир еще одним даром Грани. Земли, представшие перед ними, поражали не только своими размерами, но и природными богатствами. Повсюду цвели цветы, наполняя воздух странными незнакомыми ароматами, птицы, столь необычные для демонов создания, летали в небе. Исполинских размеров деревья, казалось, упирались своими кронами в небеса. Обилие рек и озер просто сбивало с толку. Но больше всего поражало то, что со стороны их новый дом казался всего лишь небольшим скалистым островом. Зато перейдя невидимые взору границы, можно было оказаться в тропическом краю, где поет жизнь и мир пестрит сочными красками. Поначалу многим было тяжело привыкать к таким видам. Казалось, что перед глазами раскинулся яркий ковер, что скрывает привычную реальность. Но привыкнуть можно ко всему.

Десять лет прошло с тех пор, как демоны ступили на земли нового мира. Каждый из них нашел здесь что-то свое, обрел свое место. Но не Тамэя. Она не могла понять, как жизнь здесь может нравиться. Как ее соратники могут считать этот мир необычным, желанным, комфортным? Как можно уважать и пытаться общаться с существами, населяющими его?! Эльфы – эмоционально рафинированные щеголи; оборотни – полуживотные, порывистые в решениях олухи; вампиры… Знают ли эти ублюдки, от кого берет начало их «великий» род? Слышали ли они о том, как демоны насиловали человеческих женщин, а те производили на свет бастардов? А люди? Эти смертные недоразумения, коим даровано право на перерождение! Как же она ненавидела этот мир… Казалось, стоит ей выпустить свой гнев, и все вокруг погрязнет в крови. Ненависть росла и крепла, как никуда не исчезала и ее решимость. Она сделает то, что задумала. И для этого ей был необходим дэйург.

Именно эти создания служили абсолютными магическими проводниками во всех кровавых ритуалах. И лишь совсем недавно она поняла, как осуществить задуманное со стопроцентной эффективностью. Она станет шаи’аль для одного из них. Тогда ее сила возрастет, тогда она сможет освободиться, не растворившись за Гранью.

Айрэбу не понимал, что происходит с его женой. Она была все такой же страстной в постели и совершенно отрешенной в жизни. Казалось, будто его супруга просыпается лишь тогда, когда его руки прикасаются к ней перед сном. То, что тревожило ее, оставалось для него загадкой. Даже их дети не могли достучаться до нее. Он лишь немного успокоился, когда его жена выказала свою заинтересованность дэйургами, что прибыли в новые земли вместе с драконами в качестве наблюдателей за демонами. Как бы странно это ни выглядело со стороны, но Тамэя начала общаться с одним из них, который, казалось, был столь же недоволен вынужденным переселением, как в свое время и его жена.

Тамэе было некуда спешить – одно из преимуществ вечной жизни. Она искала того, кто будет ей полезен, и не собиралась посвящать выбранного ею дэйурга в свои планы. В конце концов, можно соединиться с ним и без его согласия. Достаточно спасти ему жизнь и отдать часть своей силы, чтобы стать связанной с ним. И кто сказал, что нельзя самой подстроить несчастный случай? Так оно и вышло.

На Кайрусе (именно так совет решил назвать новые земли – в честь возлюбленной бога Амена, которому поклонялись демоны. По легенде, лишь Кайра сумела смягчить ожесточенное сердце древнего бога, и только ей одной он благоволил. Кайрус в переводе значило «дитя Кайры», тем самым демоны выражали свое почтение Амену и их союзу с Кайрой и думали о том, что так им будет легче приспособиться в новом мире, при этом не потеряв своих истоков) был сезон дождей, когда Тамэя решила начать воплощать свой план в жизнь. Первым ее шагом было найти достойного дэйурга, что оказалось не слишком трудной задачей. Куда сложнее было заманить существо в расставленные ею сети. Но и с этим она справилась отменно.

Мощное тело крылатой кошки, неестественно изогнувшись, лежало внизу, у скалистого обрыва. Тамэя не спеша подошла к своей жертве и опустилась на колени.

– Я спасу тебя, – прошептала она, когда животное открыло глаза и посмотрело на нее измученным взглядом желтых глаз.

«Нет», – совсем тихо раздалось у нее в голове.

– Да. – И жесткая улыбка коснулась губ, когда руки демоницы обхватили голову дэйурга.

Существо попыталось вырваться, но разве могло оно справиться со стальной хваткой демоницы Дома Серебряных. Решимость Тамэи лишь возросла. Закрыв глаза, она направила свою силу в изломанное тело столь нужного ей крылатого.

Все закончилось быстро. И вот уже дэйург, опершись на передние лапы, возвышался над своей спасительницей. С виду такая хрупкая белокурая демоница улыбалась, безбоязненно смотря ему в глаза.

«То, что задумано тобой, не должно свершиться», – раздалось в сознании Тамэи.

«Почему это?» – так же мысленно ответила она.

«Мысли твои черны, как и твое сердце, но ты моя… шаи. И теперь я не смогу пойти против тебя», – удрученно проговорил он.

«Не сможешь», – еще шире улыбнулась она, утвердительно кивнув.

«Только и ты не сможешь причинить мне вред». – В голосе спасенного дэйурга послышались ироничные нотки.

Тамэя глубоко вздохнула и придвинулась ближе к говорившему.

«Только если буду думать, что причиняю тебе вред, – ухмыльнулась она. – Неужели ты, глупая животина, решил, что я не просчитала каждый свой шаг наперед? Так загляни в мои мысли получше и посмотри, какое будущее нас ждет! Ну, тебя-то никакое, зато смерть твоя будет во благо». Демоница лучезарно улыбнулась и приказала дэйургу следовать за ней. Она вела его в одну из пещер, обнаруженных ею с внешней стороны острова.

«Ты будешь здесь, пока наша связь не окрепнет, – говорила она, сажая дэйурга на железную цепь. – Прости, дружок, но крылышки твои я сломаю», – ухмыльнулась она, хватаясь руками за одно крыло. Тамэя просто надавила на крыло и дернула. По пещере разнесся звук ломаемой кости. В тот же миг острая боль пронзила все ее тело, и она упала на колени. Казалось, что ее режут изнутри. Такой боли она не испытывала с момента рождения.

«Что, больно тебе, шаи?» – с издевкой спросил дэйург, также упавший рядом с ней.

– Терпимо, – процедила Тамэя сквозь сжатые губы и поднялась на ноги. Дрожащими руками она потянулась ко второму крылу.

«Я слишком долго к этому шла, чтобы позволить себе сдаться», – проговорила она, ломая второе крыло и уже без сознания падая на сырую землю пещеры.

Сколько времени она так пролежала, точно Тамэя сказать не могла. Но, придя в себя, демоница поняла, что боль, которую она ощущала всем телом, переместилась в голову. Из острой она стала ноющей и оттого раздражающей еще больше.

Кое-как поднявшись на ноги и убедившись в том, что дэйург все еще без сознания, она надела цепи на каждую из его лап. Потом наложила заклятие на металл. Едва дэйург попытается освободиться, как цепи стянут его лапы еще туже.

«Главное, чтобы не стал ломать себе кости», – подумала Тамэя и направилась к выходу из пещеры.

Она как раз вошла в обеденный зал, когда ее запястья свела болезненная судорога. Казалось, еще немного – и слезы хлынут из глаз. Тогда она поняла: всей ее выдержки не хватит, чтобы высидеть положенное время на обеде, не показав того, как ей сейчас больно. Сказать, что ей нехорошо, она не могла. Это привлекло бы к ней ненужное внимание. Демоны не болеют, стало быть, она не может испытывать боль без причины. Тамэя глубоко вздохнула и обвела зал взглядом. Айрэбу в этот момент разговаривал с рыжеволосой демоницей Дома Огня. Должно быть, гостья рассказывала ему что-то смешное, поскольку вечно серьезный муженек Тамэи улыбался с совершенно идиотским выражением лица. Нет, ревности в их отношениях давно уже не было места, и ей претила сама мысль, что этот червяк может подумать, будто она ревнует его. Но иного выбора у нее сейчас не было. Собрав последние крупицы самообладания, она выпрямилась и подошла к супругу.

– Я смотрю, вы услышали что-то смешное? Не поделитесь ли шуткой? – добавив в голос положенное количество иронии, смешанной с презрением, она испытующе посмотрела на Айрэбу.

«Ну же, слабоумный, напряги свои извилины! Я не собираюсь и впрямь слушать смешные байки в твоем исполнении!»

– Что-то произошло, моя Тами? – спросил он, старательно пытаясь заглянуть ей в глаза.

«Моя Тами?»

Вспышка ярости на миг затмила собой боль в запястьях. При демонице, которая даже не принадлежит их Дому, он посмел назвать ее домашним именем?! Как какое-то животное! Она позволила гневу отразиться в ее взгляде перед тем, как повернулась к супругу спиной и, не дожидаясь его дозволения, направилась прочь из обеденного зала.

Некоторое время ее занимала мысль о том, что, возможно, муж и впрямь завел интрижку на стороне и этим своим «Тами» всего лишь обозначил положение жены в его Доме перед своей любовницей. Ну что ж, недолго осталось. Скоро и она обозначит свою позицию и свое отношение к нему!

Она переместилась в нужную ей пещеру сразу же, как покинула пределы дворца. У нее внутри клокотал гнев, разбавляемый лишь приступами боли в руках, а теперь еще и в ногах. Войдя под своды пещеры и оглядев ее моментально перестроившимся зрением, она увидела следующую картину. Дэйург лежал на земле, было видно, что существо находится в полуобморочном состоянии, но с завидным упорством продолжает подтягивать к себе лапы. С каждым его рывком цепи все плотнее оплетали их, сдавливая уже сломанные конечности.

– Шерт! – крикнула Тамэя, и путы на лапах дэйурга в тот же миг ослабли. – Что за дела? А? – прорычала она, выпуская на волю всю боль, что сжирала ее изнутри последние несколько часов.

«Я все равно не сдамся», – шептал дэйург.

«Сдашься, миленький, сдашься, – очень ласково отвечала Тамэя, присаживаясь рядом с измученным существом. Ее руки легли на голову дэйурга и переложили ее к себе на колени. Пальцы демоницы зарылись в гладкую шелковистую шерсть, поглаживали пленника за ухом и нежно почесывали шею. – Не сопротивляйся, мой хороший, не надо. Мне плохо, когда тебе больно, разве этого ты хочешь?» – продолжала мысленно увещевать дэйурга Тамэя.

«Опомнись, Тамэя, это не выход», – слабо отозвался дэйург, дрейфуя где-то на грани между реальностью и забытьем.

«Ох, Эр’рэгу, – впервые обратилась она по имени к своему дэйургу. – Как ты не можешь понять, это мой шанс стать свободной! Вернуть свободу каждому из нас!»

«Это твой шаг в бездну», – отозвался он, и глаза его закрылись, а сознание погрузилось в спасительный сон.

– Нет, ты не прав… Когда я освобожусь от телесной оболочки и соберу все шесть даров Грани, я открою границы для каждого из нас. Никто более не посмеет принуждать нас к чему бы то ни было, никто! Я родилась свободной. Мой род никогда не рождал слабаков. Но потом появился такой, как Айрэбу, и посмотри, чем это обернулось для нас всех? Мы заперты! Мы прикованы к одному-единственному миру. Как свору голодных псов, нас собрали на заброшенной помойке и назначали ее сторожами. Разве не позор это? Я лучше обреку на смерть несогласных со мной демонов, нежели позволю томить мою кровь в этой темнице для разума и силы! Думаешь, я сошла с ума? Или то, что я сейчас говорю, не достойная цель? Нет, – яростно шипела Тамэя, продолжая кончиками пальцев поглаживать голову дэйурга. – Эр’рэгу, это то, ради чего можно умереть. Было время, когда миры трепетали от одного упоминания о демонах. Мы проливали кровь, ставя себя выше над другими расами. Мы доказывали свое право в каждом бою! – горько рассмеялась женщина. – А сейчас посмотри, в кого превратился мой гордый и сильный народ за каких-то десять лет! Что станет с нами спустя век? Тысячелетие? Будем мурлыкать на коленях мироздания? Ну уж нет! Только не я, только не мои дети и дети моих детей!

На какое-то мгновение Эр’рэгу пришел в себя и посмотрел в глаза своей шаи.

«А кто сказал, что ты сможешь что-то изменить? Всему есть причина, у всего есть следствие», – слабо отозвался он на ее слова.

– Плевать, – рыкнула она в ответ, – я лучше попытаюсь, чем сдамся без боя!

«Ты хотя бы представляешь, кем нужно стать, чтобы удержать шесть даров?»

– Да. Я стану тьмой…

Каждый день она приходила под своды пещеры, принося Эр’рэгу пищу и разговаривая с ним, так как знала: нет более верного ей существа, чем он, как и более несогласного с ней. Каждый раз, уходя от дэйурга, она погружала его измученное тело в сон. День за днем она чувствовала, как крепнет связь, которую вскоре ей предстояло разорвать. Она не испытывала таких чувств ни к Айрэбу, даже когда они лишь открывали себя друг для друга, ни к детям, которых она ценила и оберегала, ни к той женщине, что дала когда-то давно ей жизнь. Ее разум прежде никогда с такой радостью не уступал место эмоциям, которые она испытывала, стоило ей заглянуть в глаза Эр’рэгу. То тепло, что было в них, растекалось густой патокой по телу, а потаенная боль и тоска, что хранились где-то гораздо глубже в его взгляде, заставляли ее страдать за него, бессознательно делить с ним его радости и горести. И это убивало ее. Впервые она начала думать о себе как о глупой дуре, что с такой легкостью готова пожертвовать своим счастьем и жизнью. Она умирала каждый раз, заглядывая ему в глаза, и каждый раз брала себя в руки, стоило ей перейти границу, отделявшую пещеру от реального мира.

Время шло. Тамэя чувствовала, как неуверенность внутри нее дает первые ростки. Она начинала сомневаться в правильности своих суждений. И возможно, отступилась бы, если бы не то, что произошло в день, когда Айрэбу было принято решение собрать совет бездны и принять делегацию коренных жителей этого мира.

Тамэя как жена главы Дома Серебряных была обязана присутствовать на этом собрании. Впервые за долгое время ей захотелось просто почувствовать себя женщиной. Возможно, она просто устала думать о своей судьбе и даже была готова отступиться от выбранной ею цели. Она сама не могла ответить на этот вопрос. Тамэя просто стояла перед зеркалом и рассматривала свое отражение. Платье, что сейчас было на ней, она привезла из своего мира. Тончайшие черные нити сплетались с серебряными, делая материал мерцающим. А особый покрой наряда подчеркивал достоинства фигуры демоницы. Она заплела волосы так, что казалось, будто белоснежный водопад струится по ее спине. Сегодня она была прекрасна.

Она решила перенестись сразу к залу совета, не тратя времени на обычный переход. Оказавшись у самого входа в помещение, где должен был пройти прием, раньше других, она несколько замешкалась. Нельзя входить первой, не дождавшись главы совета бездны. Вдруг до нее донеслись голоса, слышавшиеся с другой стороны двери. Сама не зная почему, она начала прислушиваться.

– Отец, ты не прав. Моей поддержки ты не получишь. Так и знай.

Она где угодно могла бы узнать голос говорившего, ведь это был ее сын.

– Я не собираюсь требовать официального развода перед взглядом Кайры, – услышала она ответ. В центре живота будто бы образовался огромный ледяной ком, сотканный из неверия, обиды и ревности. – Я всего лишь считаю, что нам необходимо отдохнуть какое-то время друг от друга.

– Уж не с Красной ли Саей ты собрался отдыхать? – холодно спросил ее сын.

Перед взором Тамэи всплыл образ демоницы. «Сая», – мысленно зашипев, попробовала она имя соперницы на вкус.

– Прекрати! Ты не ребенок, чтобы закатывать подобные сцены, – буквально прорычал в ответ Айрэбу.

– Я не идиот, чтобы не понимать, что моя мать вырежет Дом Огня, как только узнает о твоих намерениях. Нам сейчас только этого не хватало, – так же огрызнулся в ответ ее сын.

«Мой мальчик», – почти ласково подумала Тамэя, услышав последние слова.

– Пока я глава Дома Серебряных, она не посмеет, – уверенно заявил Айрэбу.

«Ключевое слово «пока», – подумала Тамэя и, больше не таясь, отворила дверь в зал совета бездны.

Помещение имело форму овала, у дальней от входа стены располагалось семь кресел для каждого главы одного из Домов и одно – для супруги главы Серебряных. От центра кругом расходились сидячие места, этакий амфитеатр для тех, кто принадлежит к правящей верхушке Домов Кайруса.

Она вошла в зал с гордо поднятой головой, ни единым мускулом на своем лице не показав, что слышала разговор. Тамэя переносила свою боль, как и положено царице. Ни жестом, ни взглядом не дала она понять того, что знает. Даже поклонилась мужу, как того требовал обычай.

– Тами, – его слова заставили ее внутренне содрогнуться. Айрэбу склонился к ее уху, когда она заняла место подле него. – Ты прекрасна.

Будь ее воля, она вонзила бы свои руки в его грудную клетку и вырвала бы его сердце. Сдавила бы его, смотря, как течет кровь, попробовала плоть на вкус, а потом поцеловала бы Айрэбу в мертвые губы. Но сейчас все, что ей оставалось, – улыбнуться в ответ этой лживой и трусливой скотине.

– Как и вы, мой повелитель, – кое-как найдя в себе силы, проговорила она.

Что сейчас двигало ею? Любовь? Нет, теперь она точно знала, что никогда не испытывала этого чувства по отношению к Айрэбу. Быть может, это было чувство собственности? Нет, она перестала ценить мужа еще десять лет назад. Даже наоборот, подбери кто-нибудь этого труса и положи в свою постель, она была бы только рада. Не пришлось бы уговаривать себя каждую ночь отвечать на его ласки. Ее бесило то, что он первым заговорил о разводе… В ее мыслях Айрэбу давно превратился в жалкое подобие разумного существа. Она презирала и ненавидела его, и то, что он решил ее оставить, показалось Тамэе глубочайшим из возможных оскорблений.

Зал совета был переполнен. Тамэя смотрела прямо перед собой. Сейчас она сгорала заживо в своей ненависти и рождалась вновь. Перед глазами отчего-то встал образ ее дэйурга, и только тогда она смогла хоть немного успокоиться. Сделав глубокий вдох, она сосредоточила все свое внимание на входе в зал совета бездны. Обо всем остальном она подумает, когда будет на это желание и время.

Когда двери зала распахнулись и ее взору предстали те, кого так ждал Айрэбу, Тамэя внутренне сжалась. Из последних сил старалась она сохранять спокойствие.

Гордые, высокомерные эльфы; вампиры, во взгляде которых читалось презрение; гномы, с детским любопытством рассматривающие все, что их окружает; оборотни, опасливо и в то же время враждебно озирающиеся вокруг, вошли в зал совета бездны. Чувство, что испытала она тогда, было сродни тому, что испытывают люди благородных кровей, увидев на обеденном столе тараканов. Но когда порог зала совета переступила нога человека, Тамэе показалось, что еще немного – и она не сможет удержать себя на месте.

Человек вошел в логово демонов как равный, с гордо поднятой головой он проследовал за остальными к центру зала. Тамэя слабо вслушивалась в смысл того, о чем говорилось. Ее занимало поведение тех, кто «почтил» их своим визитом. То, насколько свободно держались присутствующие, не боясь, смотрели в глаза Айрэбу, было оскорбительным для нее. Что же будет дальше? Чем обернется для ее народа это заточение? Нет, больше ждать было нельзя.

После совета Тамэя направилась в свои покои. Время пришло, теперь она точно это знала. Еще немного – и у нее не хватит сил противостоять образовавшейся связи, еще немного – и она будет публично опозорена перед своим народом как демоница, что не смогла удержать не только мужа, но и власть. Казалось, стоит сделать еще один лишь вдох, и привычный мир разрушится окончательно! Человек и демон, что смотрят друг на друга подобно равным… Разве такое возможно?! Почему все молчат? Почему у нее такое ощущение, что она кричит в зале, полном ее соотечественников, просит их открыть глаза, бороться, но ее никто не слышит!

Хватит! Сегодня она перестанет быть ведомой, она начнет действовать, как давно этого хотела!

Под своды пещеры она ступила, переполненная решимости. Ничто не может остановить ее. Так она думала, пока ее глаза не столкнулись с взглядом, полным боли и негодования. Взглядом самого родного во всех мирах существа.

– Ты очнулся? – спросила она. – Тогда ты знаешь, зачем я пришла сегодня.

«Да».

Тихий ответ и полный невысказанных эмоций взгляд.

– Начнем, – так же тихо сказала она, подходя ближе к Эр’рэгу.

Казалось, каждый шаг дается ей через силу, но она неумолимо двигалась вперед. В руках Тамэя сжимала сверток, специально припасенный для этого дня. Опустившись на колени перед дэйургом, она отложила сверток в сторону и положила себе на колени голову Эр’рэгу, как тогда, когда он переломал себе лапы. Дрожащими пальцами демоница погладила его шею и припала к ней губами. Часто дыша, она буквально обжигала своим дыханием кожу дэйурга. Сейчас, в это мгновение, она прощалась с ним навсегда, так как после ритуала в ее посмертии она останется одна. Эр’рэгу же уйдет за Грань. Кто знает, что ожидает его там? Растворится ли его душа или все это ложь и таким, как они, тоже дается право на перерождение?

– Это больше чем любовь, – прошептала она, утирая непрошеную слезу.

«Это гораздо больше, чем любовь, – отозвался он, прижимаясь к ней. – Прошу, не тяни, я больше не хочу…»

Чего он больше не хочет, Эр’рэгу договаривать не стал. Лишь устало закрыл глаза.

Больше им не нужны были слова, Тамэя прекрасно понимала то, что он чувствует. Он не станет умолять ее или отговаривать, потому как теперь и он знает, что у нее внутри. Эта мистическая связь, что зародилась между ними, сделала их одним целым. И сегодня своими руками она разрежет ее дважды. Возможно ли убить себя два раза? Она будет очень стараться довести начатое до конца.

Развернув сверток, что лежал у ее ног, она достала изогнутый клинок и глубокую металлическую чашу.

«Ты понимаешь, что все может обернуться не так, как задумано тобой?» – спросил Эр’рэгу.

– Хуже не будет, – уверенно отозвалась она. – Я стану частью стихии, ты поможешь мне в этом. Я смогу управлять силами, что сейчас мне неподвластны. И однажды я добьюсь своей цели.

«Ты осознаешь, что для того, чтобы взять первый дар, придется уничтожить Серебряных?»

– Да. Но это не важно, мой род все равно вырождается. Главное – спасти остальных. Вернуть утраченное, – выдохнула она.

«Ты на грани, шаи, в одном шаге от безумия. Когда все будет кончено, об одном прошу: сохрани разум. Не дай тьме поглотить твое сознание. Начав разрушать, тьма будет требовать все больше, и однажды ты можешь не справиться. Подумай об этом».

– Уже, – сказала она, поднося лезвие к горлу Эр’рэгу. – Я уже безумна в своем горе, дальше мне падать некуда.

Перехватив голову дэйурга поудобнее, так, что его горло оказалось открытым, она уперла лезвие в кожу животного. Губы ее зашептали давно выученные слова призыва духов стихии. Древние напевы отражались гулким эхом от стен пещеры. Сегодня она собиралась умереть и родиться вновь. Как были существа, именовавшие себя духами Грани, так и она намеревалась стать духом тьмы. Если тьма примет ее жертву, посчитает ее достойной, то все сложиться так, как она задумала.

Темная дымка заполняла пещеру. Словно из ниоткуда просачивалась она сквозь ее своды. Перейдя на другой уровень зрения, Тамэя видела, как трепещут энергопотоки вокруг нее. Невольно опустив взгляд, она посмотрела на Эр’рэгу. Дэйург более всего сейчас напоминал белое пламя в облике зверя. Сияние, исходившее от него, контрастировало с наступающей тьмой. Чистая энергия жизни и света, вот из чего был соткан дэйург. Разве имеет она право уничтожить это создание? Она должна.