Текст книги ""Фантастика 2025-106" Компиляция. Книги 1-15 (СИ)"

Автор книги: Марина Александрова

Корч растерянно встряхнул головой и охрипшим голосом заговорил:

– Такого я никак не ожидал. Что делать будем?

Спрашивал он, по всей видимости, не у меня, потому пришлось подождать, прежде чем дракон соберется с мыслями.

– А… не знаю, форма строго регламентирована, – с трудом выговорил он последнее слово. – Как-то не рассчитывали разработчики, что девушки станут принимать участие, а может, как раз-таки и рассчитывали…

– Вот что, – изрек Корч, – мы поговорим с Тарием, а сегодня тренируемся в обычных спортивных костюмах. Думаю, так будет лучше всего. Переодевайся, мы подождем.

Ждать они явно собирались там же, где и стояли, что меня, откровенно говоря, совершенно не устраивало. Я не двигалась – они не двигались. Стояли мы так недолго, и первой не выдержала я.

– Если вы думаете, что я в этой штуке повернусь к вам еще и задом, то вы очень сильно заблуждаетесь, – сквозь зубы процедила я.

В конце концов до парней дошло, что надо бы, наверное, выйти, потому как они одновременно ринулись к выходу. Нелепо столкнулись друг с другом в дверях, потом еще и еще раз, после чего дроу все же пропустил дракона, разумно рассудив, что вместе им в один дверной проем не пролезть.

Уже через сорок минут мы ступили на площадку номер семь, что была закреплена за нашей группой. Я – в простом спортивном костюме цвета хаки, с туго заплетенной косой и зверским желанием кого-нибудь покалечить. Ребята тоже переоделись, правда, их одежда была черного цвета. Дракон забрал волосы в хвост, перевязав их кожаным шнурком. Корч же заплел косу.

После прошедшего дождя в воздухе дурманяще пахло озоном. Из-за туч выглянуло солнышко. А я всем своим нутром ощутила прилив сил и радость от того, что сейчас смогу потренироваться и выплеснуть весь скопившийся негатив.

– Разомнемся для начала? – спросил Корч и, получив утвердительный кивок дракона, встал перед нами. – Я буду показывать, что нужно делать, а ты постарайся повторить то, что сможешь. Хорошо?

Я молча кивнула.

– Ты же занималась до того, как поступила сюда? – уточнил дроу, невольно пробуждая воспоминания о мужчине, которого я до сих пор пыталась изгнать из своих мыслей и сердца.

– Да.

– Какие техники вы изучали?

– El’miro rei, – вспомнила я, как называл свою школу Лиам. Перевода я не знала, так как словосочетание было на древнеэльфийском, а Лиам никогда не говорил, что это значит.

– Зеркало души? – переспросил Корч, скептически выгнув бровь. – Я хочу на это посмотреть. После разминки устроим небольшой спарринг.

Дроу поднял руки на уровень глаз, свел кончики пальцев друг с другом и заговорил:

– Любой бой – это дыхание воина. Не умея дышать правильно, не стоит браться за оружие. Лезвие меча не потерпит того, кто не может управляться с собственным телом. Поднимая руки, мы делаем глубокий вдох низом живота. Постарайся прогнать это дыхание сквозь все тело, представь, как с каждым вдохом энергия концентрируется в области солнечного сплетения. После выдох. Дыши, как младенец, открыто вбирая воздух в себя и без сожалений выпуская его наружу.

Так мы дышали некоторое время, чтобы настроиться на тренировку. Далее Корч очень медленно стал показывать комплекс упражнений. Каждая стойка плавно перетекала из одной в другую. Параллельно он говорил, когда следует сделать вдох, а когда – выдох. В каждой позиции он замирал на какое-то время, концентрируясь на дыхании.

Любой, кто всерьез планировал изучать техники боя эльфийских (и не только) мастеров, должен был это освоить. Дышать, развивать мышцы, заставлять тело помнить, как следует себя вести независимо от того, тренируешься ты или просто лежишь на диване. Каждая стойка сочетала в себе упражнения на растяжку, тренировку мышц и тела. Порой мы замирали с высоко поднятой ногой и отведенным назад корпусом, имитируя позицию, когда необходимо балансировать, чтобы атаковать и одновременно уклоняться. Либо низко приседали с вытянутой в сторону ногой, имитируя подсечку, в то же время одной рукой ставя блок от удара сверху, а вторую вытягивая вдоль ноги, чтобы она могла дать необходимый импульс телу, когда будет нужно подняться. Весь этот комплекс был направлен на достижение определенного состояния, словно искусный мастер, он настраивал организм на предстоящую работу.

– Хорошо, Мара, – вывел меня из состояния полной гармонии с самой собой голос Корча, – здесь проблем я не вижу. По крайней мере, азы ты усвоила хорошо. Держи, – швырнул он мне неизвестно откуда взявшийся длинный деревянный шест. Точно такой же был и у него в руке. – Сначала попробуем с деревом, а там посмотрим, – коротко сообщил он мне, вставая в высокую стойку, чуть согнув колени. Он завел шест за голову и, держа его одной рукой, положил конец палки к себе на вытянутую руку, так что кончик шеста приходился между указательным и большим пальцем.

– Это что, фора? – хмыкнула я, отчетливо понимая, для чего он так делает. Иллюзия, что корпус его открыт, могла дорого мне стоить. Корч, ничуть не стесняясь, широко улыбнулся и коротко сказал:

– Начали.

Только сейчас мне стало ясно, что я просто обязана жестко контролировать себя. Дело конечно же было не в том, что я – великий воин, способный движением мизинца размазать дроу по земле, как нежнейший гусиный паштет по куску хлеба. Я не знала, какой грани следует придерживаться, чтобы ни один из них не догадался, что я не человек… Как говорится, хорошая мысль приходит после того, как вляпаешься и отступать уже поздно.

Дроу ждал, когда же я начну, не меняя позиции. Я не стала его разочаровывать и, стараясь быть как можно более неуклюжей, что давалось гораздо сложнее, когда об этом задумываешься, нанесла первый удар, который Корч с легкостью отразил, выбивая шест из моих рук. Палка по неимоверной дуге отлетела в ближайшие кусты.

Корч неверящим взглядом посмотрел на Дрэя, но почему-то не выразил мне своего неудовольствия. И тут меня как молнией пронзило. В голове замелькали картинки нашего общения, фразы, взгляды, случайные реплики. Не знаю, как назвать то, что сейчас со мной происходило. Мозг анализировал все этапы общения с драконом и дроу и сравнивал все это с тем, как ко мне относились другие. Все это произошло за несколько секунд, но результат меня поразил. «Они знают, – совершенно четко поняла я. – Знают обо мне если не все, то очень многое. Как же так? Чем я себя выдала и почему они до сих пор молчат? И что сейчас со мной произошло?» Секундный анализ, сопоставление всей доступной информации – и вот он, результат… Невероятно! Если бы я так соображала постоянно, то жить мне было бы куда проще.

– В чем дело? – жестко спросила я, подходя вплотную к Корчу.

– Ты не удержала шест, – просто ответил дроу.

– В чем дело? – на грани слышимости повторила я свой вопрос.

Обычно я не психопатка. Не надо думать, что все последующие события связаны с глубоким расстройством личности. Дело вовсе не в этом. То ли проделанный комплекс упражнений помог стать единым целым с новой натурой, то ли небесные светила в этом поучаствовали, но сейчас сознание мое работало на отлично. Так трезво, логично и здраво я не мыслила никогда! Возможно, именно поэтому со стороны я смотрелась самой настоящей сумасшедшей. Я подмечала малейшие изменения мимики, короткий испуганный взгляд в сторону дракона, который и заметить-то невозможно. Легкий сбой дыхания, сердце немного ускорило ритм, прогоняя кровь по сосудам с новой силой. Параллельно отмечаю, что у нашей беседы нет свидетелей. Насекомые, что шуршат в земле слишком громко, так что еще немного – и оглохнешь, и птица, которая чистит свое оперение на соседнем дереве, не в счет.

– Ты не удер…

Не слушаю более, что он говорит. Легко проскальзываю под его рукой. Чувствую, как дроу начинает вдыхать воздух. Обхватываю его плечи и упираюсь коленом в позвоночник. Вдох все еще не закончен. Все, что меня окружает, с каждым моментом будто залипает в киселе. Такое ощущение, что время остановилось. Упираясь коленом в позвоночник дроу, я легко вскакиваю к нему на спину и обхватываю шею руками.

«Какая же гладкая у него кожа! Такая шелковистая… приятно», – проскальзывает где-то на уровне подсознания.

Легкие Корча делают полный вдох. Наклоняюсь очень близко к его уху и бессознательно выпускаю клыки. На пальцах вместо ногтей красуются когти, что легко царапают атласную кожу. В воздухе витает запах с металлическим привкусом. Он сводит с ума, на мгновение затуманивая сознание. Так вкусно…

Что-то щелкает внутри, возвращая времени ход, а мне – ясность сознания… ну или некое ее подобие.

– В чем дело? – повторяю вопрос в третий раз, невольно задевая клыком мочку уха дроу.

Чувствую, как Корч вздрагивает всем телом. Его страх наполняет воздух новым ароматом. Он провоцирует и дразнит, так и хочется попробовать его на вкус. Такой ли он приятный, как кажется?

– Мара. – Мужской голос несет в себе спокойствие. Страха нет, четко осознаю это. Поднимаю взгляд и вижу Дрэйланда, что примирительно поднимает руки ладонями вверх. – Отпусти, я все тебе объясню.

Вижу, что не врет. Но как же я отпущу, когда так вкусно держать дроу и чувствовать его страх? Его кровь такая приятная, теплая и ароматная.

– Прошу, – очень тихо говорит дракон. – Это же Корч. Он не опасен для тебя, ты же знаешь. Просто прочти его, – продолжает увещевать меня дракон. – Попробуй его кровь. Лизни – и ты все поймешь.

Его слова заставляют какую-то часть сознания прислушиваться.

Долго не думаю, его предложение слишком заманчиво. Опускаюсь ближе к шее Корча, туда, где все еще алеют свежие царапины. Глубокий вдох помогает насытится ароматом, запомнить все его оттенки. Дроу еще раз вздрагивает, когда мой язык очень деликатно проходится вдоль одной из царапин.

В какой-то момент хочется заурчать от удовольствия, но еще больше хочется погрузить клыки в плоть… Дракон прав, я чувствую эмоциональную составляющую дроу, в том числе и то, как он относится ко мне. Сейчас ему страшно, но всего секунду назад… Забота, тревога за меня? Не удержавшись, провожу еще раз языком по царапине и закрываю глаза, чтобы скрыть то, насколько мне приятно это делать. В то же время царапины Корча начинают регенерировать, затягиваясь у меня на глазах. Чувствую некоторую досаду и желание рассечь кожу вновь…

«Не сметь!» – неожиданно рычу сама на себя.

Легко отталкиваюсь носком ноги от спины дроу и делаю сальто назад, приземляясь в нескольких шагах от него. Неотрывно слежу за теми, кто стоит передо мной. Кажется, в какой-то момент даже дышать перестаю…

Корч по инерции отшатнулся, когда совершенно неожиданно получил смачный пинок в спину. Он уже мысленно попрощался с жизнью, когда Мара провела языком по его шее. Такого страха он не испытывал за всю свою долгую жизнь ни разу! Вот он стоит и отвечает на вопрос девушки, что-то мимолетно меняется в выражении ее лица и… Он ощущает, как по его шее течет что-то густое, теплое… Кровь?! Его голова находится в стальных клещах, а плечи чувствуют давление, потому как на них кто-то сидит!

И вновь он слышит тот же вопрос, что и мгновение назад, вот только голос девушки уже не такой, как раньше. От него будто душа стынет, покрываясь тонким слоем льда. Когда привыкаешь к тому, что из любой передряги можешь выпутаться сам, оказаться в такой ситуации тяжело вдвойне. Муилкорч, как и многие, знал о демонах немного. Во всяком случае, с такой стороны видеть ему их не приходилось. Конечно, он слышал, на что способна эта раса, но считал, что это байки. И вот сейчас, когда он, один из лучших воинов своего народа, просто не сумел даже предсказать, что может сделать Мара, не говоря уже о том, чтобы среагировать, он резко усомнился, насколько сказки все то, что рассказывают о демонах. Чем бы закончилась эта тренировка, если бы не вмешался Дрэй, он даже думать не хотел. И впервые за всю свою жизнь он так явно обрадовался, что ему дали под зад, освобождая от стального захвата рук.

Правда, радость была недолгой, и на смену ей снова пришел страх, стоило дроу обернуться и столкнуться с немигающим взглядом хищных глаз. Казалось, они смотрят не на него, а куда-то гораздо глубже, раздевая все его существо, обнажая душу, давая понять, что ни убежать, ни скрыться невозможно. Шаг в сторону, одно неловкое движение – и та призрачная ниточка, что еще каким-то образом сдерживает существо, оборвется. Тогда жизнь его утечет сквозь пальцы, оставляя после себя горькое послевкусие непрожитых лет и несбывшихся желаний.

– Мара. – Спокойный голос Дрэя ворвался в хоровод эмоций и мыслей, что кружили сейчас в мыслях дроу. Друг сделал аккуратный шаг по направлению к девушке, а она в ту же секунду перевела свой взгляд на дракона. – Я прошу тебя, выслушай, а потом уже решай, как быть.

Демоница озадаченно склонила голову набок и оценивающе посмотрела на Дрэя.

– Говори. – Казалось, слова ей даются с трудом, и рычащие нотки были тому подтверждением.

– Я знаю тебя очень давно, – ответил дракон, Мара напряглась, когти на ее руках, казалось, стали в два раза больше, а глаза… Боги! Корч внутренне содрогнулся. Очень медленно от самого центра зрачка по всей радужке начала расползаться чернота, постепенно заполняя даже белок. Дрэй, будто бы не замечая происходящих перемен, продолжал говорить все так же спокойно: – Помнишь, это произошло несколько лет назад, ты гуляла в лесу, и с тобой случилась одна неприятность? Тогда я увидел тебя впервые. Я был вместе с Лиамом. – Дракон неожиданно запнулся, будто бы сказал что-то не то, но тут же взял себя в руки и продолжил: – Ты была совсем еще ребенком, и тогда я все никак не мог понять, что в тебе не так. Но я дракон, Мара, мы верим тому, что чувствуем. Тому, что мир говорит нам.

– Хватит, – рыкнула на него девушка. – Десять слов. У тебя десять слов, чтобы объясниться, – не отводя глаз от медленно приближающегося к ней Дрэя, сказала она.

Казалось, в ее голосе не было и тени эмоций. Он завораживал своей потусторонней холодностью. Было странно, что живое существо могло говорить так, что кровь в жилах замедляла свой ход, заставляя сердце глухо трепыхаться в груди, словно пойманная в клетку птичка. Чернота полностью заполнила глаза Мары, превратив их в глянцево-черные провалы. От уголков глаз побежали темные лучики вен, превращающие лицо молодой девушки в хищную маску.

Дрэй очень медленно продолжал приближаться к ней. Чувствительный к магии дроу сейчас очень четко ощущал невероятной мощи волны спокойствия, что, словно круги на воде от брошенного камешка, исходили от дракона. Будь Корч не так взбудоражен последними событиями, то уже давно бы отключился под напором этой магии. Но сознание сопротивлялось из последних сил. Дроу понимал, что любое неосторожное движение может послужить спусковым механизмом и спровоцировать девушку.

– Хорошо, десять слов, – увещевал Дрэй, делая еще один крошечный шажок по направлению к Маре.

– Семь, – коротко бросила она в ответ.

– Я не причиню тебе вреда. – На эту его реплику девчонка тонко улыбнулась и как-то по-птичьи резко наклонила голову.

Дрэй, не обратив внимания на этот ее жест, подошел еще немного ближе. И вот он уже оказался на расстоянии вытянутой руки от Мары. Дроу надеялся, что другу удастся если не обезвредить молодую демоницу, то хотя бы задержать ее на те секунды, пока сам Корч сможет подоспеть к нему на помощь.

Движения были настолько молниеносными, что дроу, скорее, смог догадаться, чем увидеть то, что произошло далее. Не было ни перемены в мимике Мары, ни какого-либо замаха, ничего, что могло бы предупредить дракона о ее действиях. Просто короткий выброс руки в сторону дракона и ответная реакция Дрэя. Она метила ему в живот, а он резко поднес раскрытую ладонь к ее лицу и коротко бросил:

– Спать!

Ноги девушки подкосились, и она в тот же миг начала заваливаться. Дрэй слегка покачнулся, но, совладав с собой, смог поймать Мару у самой земли. Она безвольно повисла на его руках, совсем по-детски уткнувшись носом ему в подмышку. Дракон несмело повернулся к дроу. Сам Корч растерянно моргнул, понимая, что мир странно кренится и он вместе с ним. Последнее, что отметило сознание дроу, – это Дрэй, что держит Мару на руках, будто драгоценную вазу, и чему-то улыбается. По виску дракона течет тяжелая капля пота, а на животе расползается пятно, стремительно окрашивая и без того темную рубашку в еще более насыщенный цвет.

Проведя свои юношеские годы в доме принципиально не пьющих людей и нелюдей, но помня свое детство в пограничной деревушке, я все же знала, что такое похмелье. В том смысле, что отлично помнила, как выглядят люди после обильных возлияний. Был у нас такой дед Микул. Безобидный старичок, но любитель приложиться к бутылке. Каждое утро этот дедок выходил на улицу с одной лишь мыслью: «Выпить!» Он искал заповедное зелье, с завидным упорством слоняясь от дома к дому, и в те моменты, когда находился в активных поисках, руки его отчаянно тряслись, взгляд лихорадочно блуждал по окружающему его пространству, а голова моталась во все стороны, отказываясь останавливаться хотя бы на мгновение.

Вот и я, очнувшись в совершенно незнакомой мне комнате, старательно пыталась вспомнить, как я здесь оказалась. Руки мои тряслись, голова болела так, что хотелось, чтобы хоть кто-нибудь в порыве благородства дал бы мне обухом по ней. Каково же было мое удивление, когда, повернувшись на бок, я увидела мирно сопящего рядом со мной дроу. Белоснежные волосы разметались по подушке, а на лице застыло странное умиротворение. Тела Корча я не видела, так как он был укрыт толстым одеялом. Как, впрочем, и я.

От открывшейся картины я на мгновение потеряла дар речи, лицо мое вытянулось, а глаза сами собой начали вылезать из орбит. Резко схватив полы одеяла, я рванула его вверх и тут же облегченно выдохнула. Слава тебе, богиня, я одета, и он одет, ничего срамного не случилось!

Несмотря на то что худшие подозрения развеялись, один вопрос оставался открытым: «Какого лешего я тут делаю? Вроде бы только потренироваться собирались…» – как-то вяло подумала я, стараясь лишний раз не мотать головой, так как каждое лишнее движение отдавалось острой болью.

Неожиданно послышался звук открывающейся двери, и в комнату вошел дракон. На этом моменте я несколько зависла, потому как несмотря на то, что в семье моей было много мальчиков, к такому зрелищу я оказалась совершенно не готова. Слегка влажные пряди волос разметались огненным пламенем по широкой спине. Мужчина, не глядя на нас с дроу, подошел к окну и, казалось, задумался о чем-то своем. Но я была совсем не против такой его невнимательности.

Еще никогда прежде я не испытывала столь сильного эстетического наслаждения от простого созерцания чужого тела. Должна заметить, почти полностью обнаженного тела, прикрытого лишь полотенцем, что как-то некстати прилипло к бедрам… Под влажной кожей, которая в свете заходящего солнца отливала золотом, отчетливо просматривался каждый мускул этого невероятно гармонично сложенного мужчины. Дрэй стоял спиной ко мне, и это, пожалуй, к лучшему, поскольку совершенно неожиданно я почувствовала, как незнакомое мне желание разливается теплой патокой где-то внизу живота. Отчего-то захотелось подойти к нему, провести кончиками пальцев по его золотой коже. Чтобы он обернулся, улыбнулся мне, его руки коснулись моей талии, притягивая ближе к себе, а губы…

На этой мысли мне не удалось подавить судорожный вздох, что помимо моей воли вырвался из в миг пересохшего горла. Дракон, должно быть услышав мой всхлип, тут же обернулся.

В этот момент думала я только об одном: «Я сделаю все что угодно, боги, только, пожалуйста, пусть я не покраснею! Только пусть он не поймет моих мыслей!» Отчего-то казалось, что помыслы мои яркими буквами горят у меня на лбу и он все знает, а если пока и не знает, то вот сейчас точно поймет! Я затравленно подтянула одеяло к носу и немигающим взглядом уставилась на Дрэйланда, жадно продолжая пожирать его взглядом. Высокий, безумно красивый и сильный, невероятно развитые мышцы пресса, на которых почему-то красуются совсем свежие розовые полоски шрамов…

Должно быть, дракон все же что-то сообразил, потому как на его лице проскользнула целая гамма эмоций: облегчение, радость, странное осознание и растерянность.

– Ох, Эм, прости. Только не уходи, прошу тебя. Я сейчас, – спохватился Дрэй и тут же направился туда, откуда пришел. А мне совсем не понравилось, что открывшаяся моему вниманию картина изволила ретироваться.

«Ну и дура ты, Мара! Ты на себя посмотри! Умертвие ходячее, а тут такой мужчина… даже думать забудь!» – зло отчитала я саму себя. И тут же задумалась совершенно о другом. Что это за шрамы были на животе Дрэя и почему они так обеспокоили меня? К слову сказать, соображала я по этому поводу недолго. И как только память моя весьма услужливо распахнула свои объятия, мне стало дурно! Тошнота резко подступила к горлу, а воспоминания все так же стояли перед глазами. Странное бессилие пришло на смену ужасу, слезы сами собой побежали из глаз, проделывая невероятные серебристые дорожки на моих щеках. Уткнувшись лицом в одеяло, я думала только об одном: «Они все знают! Все знают! Я напала на них, и теперь… Что же теперь? Надо бежать! Как можно скорее проваливать отсюда, пока не вернулся дракон!»

Но стоило этой мысли прийти в мою дурную голову, как дверь ванной комнаты распахнулась и торопливые шаги известили меня о том, что убежать мне уже не удастся. Рядом со мной просела кровать, и теплые руки обхватили мои запястья, нежно отодвигая ладони от лица.

– Эй. – Голос Дрэя был немного хриплым и взволнованным. – Все хорошо, не плачь.

Он так шутит, что ли?

Тем не менее я все же нашла в себе силы посмотреть на него. Вгляд его был очень внимательным и не на шутку встревоженным, а где-то в глубине его глаз плескалась осторожная нежность.

Очень медленно он отпустил мою руку и провел большим пальцем по влажной дорожке, что осталась на моей щеке от упавшей слезы.

– Уже и кровь изменилась? – как-то печально сказал он, трогая подушечками пальцев те капли, что остались на моих щеках. – Мне так жаль, – вздохнул он.

«Конечно, жаль, – грустно подумала я. – Как не пожалеть убогого монстра вроде меня?»

Но Дрэй заговорил совершенно о другом:

– Так жаль, что тебе приходится проходить через это одной. – И в тот момент я почувствовала, что он не врет. Это было приятно. Ощущение его заботы и переживания за меня отчего-то теплым бальзамом разлилось по сердцу.

– Как ты узнал? – очень тихо спросила я.

Дрэйланд тяжело вздохнул, робкая улыбка коснулась его губ. И он начал свой рассказ. На этот раз я не пыталась вырвать его сердце, перегрызть горло или сделать еще что-нибудь столь же экстравагантное. «Хорошего понемножку», – глубокомысленно хихикнула я.

Из объяснений Дрэя мне стало понятно, что драконы обладают невероятной интуицией, правда, сами эти существа называют ее умением слушать мир вокруг. Многие считают их провидцами, на что сами драконы смеются, хотя и признают, что доля правды в этих утверждениях есть. Так вот, оказалось, что Дрэй был именно тем вторым мужчиной, что путешествовал с Лиамом в тот день, когда на меня напали в лесу. Тогда, как сказал дракон, он почувствовал, как меняется картина мира с нашим знакомством, и понял, что просто обязан откликнуться на те изменения, которые происходят вокруг. Честно сказать, я не слишком поняла, что он имел в виду, но отчаянно кивала на каждое его слово. Именно в тот день он принял решение поступать в МАМ вместе со мной, чтобы понять, что именно так его привлекло в обычной человеческой девчонке. И хотя Дрэй уже учился в академии несколько лет назад (даже подумать боюсь, что в его представлении означает словосочетание «несколько лет»), но подумал, что обновить знания никогда не лишне.

– Мара, тебе не следует опасаться меня и Муилкорча, – вкрадчиво сказал он. – Я знал твоих родителей, – почти шепотом говорил Дрэй, – и считаю своим долгом позаботиться о тебе.

Слово «долг» отчего-то неприятно резануло слух, но более всего привлекло мое внимание упоминание о родителях.

Отчего-то два совершенно взаимоисключающих чувства всколыхнулись в душе. Мне безумно захотелось узнать, какими они были и почему мой народ отказался от меня. Что, в конце концов, произошло? И точно таким же был порыв заставить дракона замолчать. Как же порой неизвестность может пугать и манить одновременно. И еще одна мысль совершенно некстати закралась в мое сознание. Какой же я ребенок в сравнении с ним… Хоть подобные рассуждения сейчас воспринимались мною крайне негативно, но и не признать этого я не могла.

– Потому прошу тебя, Мара, не гони меня, – тем временем продолжал Дрэй. – Позволь мне помочь, а также вместе с тобой и Тарием разобраться в том, что происходит.

– Тарий знает? О том, что ты знаешь?

Ну вот, все в курсе, а ты, деточка, погуляй! Неприятно, однако.

Дракон ожидаемо кивнул. Что ж, как бы там ни было, терять-то мне все равно нечего. А в моем случае уже и некого. Ни друзей, ни семьи рядом, а одна только подушка-подружка. Я чувствую, что Дрэй не лжет, и, какими бы мотивами он ни руководствовался, гнать я его от себя не стану. Пусть «долг», пусть «ребенок», а я постараюсь, чтобы стал «друг». Ну, хотелось бы, чтобы больше, чем друг, но пока я не готова признаться в этом даже самой себе… И чего я его разукрасила сегодня? Будем считать, обряд посвящения он прошел. Эх, еще бы Корч очнулся в здравом уме… Было бы хорошо, я думаю.