Текст книги ""Фантастика 2025-106" Компиляция. Книги 1-15 (СИ)"

Автор книги: Марина Александрова

Трон из черного холодного камня. Уж лучше стоять вместе со всеми, но есть протокол, согласно которому я занимаю свое место. Каа'Лим по левую руку от меня, с той стороны, где находится моё сердце. И уже остаются жалкие секунды, прежде чем двери распахнуться, пропуская под своды зала тех, кто совсем скоро должен будет увидеть, как я принимаю наследие своего рода. Сегодня будет не просто прием гостей, но и начнутся празднества в мою честь, в которых мне участие принимать не обязательно. Кто сможет веселиться, когда на него глазеет пока ещё не проявивший себя Глава? И не то чтобы мне совсем нельзя принимать в этом участие, просто, скажем так, оно было нежелательно. Я, вроде как, должна проводить дни перед "вступлением", общаясь с семьей и постигая тайны правления и мудрость рода. Три "Ха-ха!"

* * *

Резиденция дома Вандау. Клан алых драконов

– Милый, – легкое касание плеча, и Исса несмело пытается заглянуть ему в глаза. – О чем ты думаешь?

– М? – не слишком-то охотно отрываясь от собственных дум, все же обратил внимание на нареченную Дрэй.

– Ты знаешь, – обходя его со спины и вставая лицом к нему, заговорила Исса. На девушке была всего одна лишь ночная рубашка из темно-синей прозрачной ткани, которая очень красиво развевалась благодаря ветру, что гулял на открытом балконе их спальни. – С тех самых пор, как мы приняли это приглашение на представление новой владычицы Кайруса, ты сам не свой. Я волнуюсь, и это странно…

– Что так заботит тебя? – все ещё отстраненно поинтересовался он. – Разве я стал так плох, что заставляю тебя волноваться? – взяв подбородок женщины двумя пальцами, он поднял её лицо так, чтобы их глаза встретились, и заставил себя соблазнительно улыбнуться. Она никогда не могла выдержать такой его взгляд. Вот и сейчас на её губах заиграла многообещающая полуулыбка. Но прежде чем она скинет тот крошечный кусочек ткани, что прикрывал её тело, она все же хотела спросить то, что так тревожило её последнее время.

– Скорее, мне странно, почему это так волнует меня. Я чувствую, как сплетаются нити судьбы, вижу, что сердце твое все дальше от меня, и не могу понять с чем это связано. Прости мне мою прямолинейность, Дрэй, но сейчас, ровно до того момента, как будет зачат наш первенец, я не могу и не стану рисковать нашими отношениями. Мне нужен здоровый и сильный наследник, а ты знаешь, как никто, что бывает, когда от того, кто связан истинными узами с другим партнером, пытаются зачать дитя. Мне это не нужно, – казалось, она говорила здравые вещи. Истово понимая, что это всего лишь холодный расчет и ничего более. Но от чего же так болит её сердце сейчас? И с каждым словом становится все труднее сделать вдох. Она никогда не видела в их отношениях чувств более глубоких, чем страсть. Но тогда, какого демона, она затаила дыхание в ожидании ответа от него?!

– Тебе не о чем беспокоиться, все договоренности будут соблюдены, – с улыбкой сказал он, в то время как ей кажется, что смотрит он и не на неё вовсе, а куда-то сквозь. Словно не её сжимает в своих объятьях.

Дрэй же и сам перестал понимать, что с ним происходит. Он ложился в постель с одной, но о другой одновременно и мечтал и не желал видеть наяву. Где тут хоть что-то способное вписаться в рамки окружающей его реальности?

Уже завтра все наследие лучших родов их расы встанет на крыло, чтобы совсем скоро почтить последнюю владычицу Кайруса. Многое он видел и слышал за это время. В основном отслеживая происходящее по информационным передачам Кайруса. И то, что он видел… Он не мог поверить, что перед ним та самая девочка, с которой всего несколько лет назад он столкнулся в лесах Ирэми. Тогда она была худая и неуклюжая, испуганная до смерти и дрожащая на его руках, словно осиновый листок. Или та, что была с ним в МАМ почти год назад? Совсем ещё юная, такая ранимая и непонимающая того, что происходит с её телом. И смотря её первую конференцию перед прессой, он задумался, не постановка ли эта беседа. Разве может та Мара, которую знает он, вести себя так? Может ли он даже сквозь изображение транслятора ощущать ту энергетику, которую несет в себе совсем ещё юный демон? Он не мог поверить в то, что она могла так измениться за неполный год! Разве такое возможно? Он не видел более неуверенной в себе девчонки, наивной и не знающей себе цену. Часто смотрел на её изображение в самом конце конференции и пытался угадать, кто перед ним? Он не узнавал её. Ни во взгляде, ни в жестах, ни в тех словах, что вырывались из её таких знакомых губ. Сначала мысли о том, что ему необходимо посетить Кайрус доводили его, если не до обмороков, то до острых мигреней точно. Невозможность вспомнить некоторые детали из тех месяцев, которые он провел после расставания с Марой, в совокупности наводили на весьма интересные мысли.

Что-то с ним было не так. Да и то время, которое он провел, общаясь с Корчем, подтверждало его умозаключения. Но что с ним произошло? Кто затронул его память? Где искать ответы? И сможет ли он переступить порог, если сама мысль об этом до сих пор причиняет ему боль? Но, как бы там ни было, именно завтра он получит хоть какие-то ответы на свои вопросы. Сейчас же он твердо знал одно, все его воспоминания о последних месяцах после излома зимы не стоят и выеденного яйца! А было ли расставание? Действительно ли все кончено? И эта последняя мысль внушала такую скромную робкую надежду, что, быть может, и тайно, но они смогут быть вместе! Как-то попытаются наладить мосты, и у него появится шанс все объяснить…

Однажды он бывал в резиденции Дома Серебра. Но это было очень и очень давно. Он никогда не любил Кайрус. Как это ни странно, но, несмотря на то, что это место было оплотом их цивилизации, её пиком, ему по совершенно необъяснимым причинам всегда нравились родные горные края или же Ирэми, где можно на самом деле поверить в то, что ты свободен. Кайрус же… несмотря на всю фривольность нравов, царивших тут, был местом иллюзий, заблуждений и рабства. Именно такие ассоциации он вызывал у него. Тут не было ни одного простого и понятного ему существа. Не было возможности просто жить и дышать, не оглядываясь ни на кого. Жесточайшие рамки, где, если ты не будешь держать оборону, тебя сомнет машина этой цивилизации. Где не прощают слабость и малодушие, а на пике всегда будет лишь сильнейший. Их делегация насчитывала около ста сильнейших драконов, принадлежавших различным кланам. Это были представители поистине королевских кровей их мира. Только сильнейшие, только те, кто имел реальную власть в их обществе. Представление Серебра было событием, сопоставимым разве что с рождением властелина мира. И не потому, что они не могли бы одолеть демонов, были слабее их. Вовсе нет.

Просто именно Владыка был держателем абсолютной власти, воплощенной в Даре Грани: серебряный серп – вот, что вызывало смирение и оторопь у любого живого существа. Засвидетельствовать право Владыки было не простой традицией или всего лишь жестом со стороны власть имущих. Так они сохраняли мир, выживали и не давали повода усомниться в своей лояльности и поддержке.

Когда он оказался у Порога, то ему казалось, что его голова вот-вот взорвется. Все внутри не желало переступать последний рубеж между Кайрусом и остальным миром. Как он его преодолел, где нашел на это силы, Дрэй и сам не понял, но когда очутился на другой стороне, оказалось, что он буквально повис на руках своей нареченной. Исса выглядела обеспокоенной. Она ни о чем не спрашивала его, но в то же самое время оказывала ту поддержку, на которую была способна. Делилась с ним силой, держа за руку, и позаботилась о том, чтобы её жених не свалился в обморок у всех на глазах.

– Я в порядке, – дрожащими губами сказал он и с удивлением понял, что его слова не ложь. Стоило переступить порог и оказаться на другой стороне, как он и впрямь почувствовал себя лучше. Будто неведомые оковы, сжимавшие его разум и волю, ослабли и, по крайней мере, часть из них опали, позволяя вновь ощутить мир без боли.

– Я вижу, – сквозь зубы прошипела она.

И вот теперь, стоя у входа в зал приемов Серебренного Дома, у дверей в которые он мог без труда пройти в истинном обличье, он не мог думать ни о чем кроме того, что изменится в его жизни, стоит ему сделать этот последний шаг. И, несмотря на то, что сразу следом за драконами, прибудут вампиры, эльфы, дроу, оборотни и даже гномы, он верил, что единственным кого она все же заметит – будет он. Его шестое чувство молчало. Хотя, скорее всего, он просто боялся сделать прогноз…

Стоило дверям отвориться и первым его собратьям войти под своды зала приемов, он, не задумываясь, шагнул вслед за ними. Всего лишь поднял взгляд, чтобы осмотреться, но уже не нашел в себе сил, чтобы отвернуться. С этой самой секунды, он знал, что уже ничто неважно вокруг! Пусть рухнет мир, пусть погрязнет в огне и воде, но он ни за что не перестанет смотреть на неё! Эта женщина сияла глубинной силой и энергией. Холодное сияние звезд струилось по её волосам, белоснежная кожа утопала в алом струящемся, словно кровь, платье. Странная красота её лица казалось бы, ничего особенного – но он не мог отвести взгляда. Цепляющие холодные, хищные глаза, которые кажется, видят тебя насквозь.

«Неужели это ты?» – растерянно думал он, не замечая, как сам стал жертвой такого же пристального осмотра. Правда золотой взгляд лишь мимолетно скользнул по облику Дрэя, его обладатель сделал для себя необходимые выводы, и тут же переключившись на других участников делегации, стал рассматривать их так, словно перед ним огромный аквариум со стаей глупых разноцветных рыбок.

* * *

Конечно же, я заметила его. Разве могло быть иначе? Чего я ожидала от себя в этот момент? Нет, не правильно. Чего я боялась и не признавалась в этом даже самой себе? Какая разница, если этого не произошло. Я могла смотреть на него и не испытывать ни гнева, ни радости. Лишь светлую тоску. Словно в моем мире приоткрылись двери из совершенно другой жизни. Там я была беззаботна, счастлива и влюблена. Странное дело, ведь тогда мне казалось, что вокруг столько проблем… А сейчас испытываю что-то сродни грусти, что не могла тогда понять насколько была счастлива. Был жив Ким, я любила, и пусть даже не по-настоящему, но думала, что любят и меня. Тот момент настоящего следовало ценить куда больше. Сейчас же я впервые так ясно ощутила, что в прошлое нет возврата, и что я этого совершенно не хочу! Мой мир окрасился в золотисто-серебряные тона, и я так счастлива, что могу не оглядываться назад, не гадать и не думать о несбывшемся. Несмотря на то, что говорят, будто бы демоны не умеют прощать, в этот момент я простила и отпустила. Мне стало легче.

Если я думала, что встретить Дрэя будет самым большим моим испытанием за сегодня, то явно заблуждалась. Как только последние главы родов драконов закончили свои приветственные речи и расположились в центре зала приемов, а двери распахнулись, пропуская новую делегацию, я поняла, что сегодня мне придется собрать всю свою волю в кулак, чтобы не сорваться с места и не оторвать голову одному конкретному вампиру. Во главе делегации был Эдриан. Вечно юный белокурый вампир ступал твердо, но сам его вид говорил о том, что мыслями этот мужчина где-то очень далеко. По левую руку от него шел уже известный мне Эрик. И, пожалуй, лишь я и Каа'Лим были в курсе, какая именно история нас связывает. А вот справа…

Мне показалось, что моё дыхание оборвалось на вдохе, стоило мне увидеть ярко-рыжие волосы, убранные в тугую высокую косу. Зеленые кошачьи глаза смотрели с вызовом, так мне показалось. Создавалось впечатление, что все происходящее забавляет эту женщину – на её алых губах играла едва заметная улыбка. И казалось, что не я готовлюсь вступить в права Главы Дома, а она пришла сюда хозяйкой. Уверенной в собственных силах, знающей себе цену и так открыто презирающей меня и каждого, кто находится сегодня здесь. Сначала мне показалось, что в зале стало нестерпимо жарко или же настолько обжигающе холодно, что невозможно стерпеть. Но потом я поняла, что горит в этом ледяном пламени лишь мое тело и это жжение плавно перемещается на мою спину, ища там свое сосредоточие. Почувствовала, как обдало ледяным дыханием древо на моей спине, полыхнул месяц над его ветвями. Боль и сила сплелись в нем, будто готовясь к чему-то. Я вдруг ощутила, что это не просто рисунок на моей спине, это словно пристанище магии, которой не место в этом мире. Она не отсюда – не живая – мертвая энергия, столь страшная и смертоносная, что мне стало жутко, что не смогу совладать с нею, когда она будет готова излиться в этот мир. Из моих глазах едва не прыснули слезы, и я вдруг испугалась лишний раз пошевелиться, дабы не потерять контроль над самой собой. Даже Фрида отошла на второй план, когда я лихорадочно пыталась понять, что могло пробудить то, чем наградила меня Хозяйка Грани? И что это вообще такое, раз я едва могу балансировать на грани сознания? Ладно призраки – я только свыклась, что не сумасшедшая – но это? Врата в другой мир? За

Грань? Проводник, способный притянуть магию Хозяйки Грани, чтобы… Чтобы…

«Держись! Мы выясним, что всё это значит», – донеслись до меня слова дэйурга, будто сквозь мутную пелену. Всё о чем я могла сейчас думать – о том, как сохранить лицо. Не показать того, насколько мне больно в этот момент.

Мой взгляд встретился с взглядом Фриды. Девушка всё так же беззаботно улыбалась, пока её отец что-то говорил монотонным, безликим голосом, как её лицо вдруг смазалось, и я увидела звериный оскал и её искаженное в злобе и ненависти лицо, будто и не её вовсе, а уродливую маску. Но спустя лишь миг она вновь улыбалась, а боль в спине лишь усилилась, будто заключенная в древе сила стала рваться наружу, разрывая кожу изнутри.

Сложно было сосредоточиться на речи, что произносил Эдриан. Сложно было вообще заставить сидеть себя на месте, а не сорваться на крик и ярость, и в этом порыве не обрушить всю эту мощь на женщину, что сейчас стояла передо мной. На краю сознания вспомнилось, что её по определению не должно быть тут, после того, что я с ней сделала. Но она была. Причем в полном здравии.

«Или не она?» – донеслось от Каа'Лима, и я внутренне похолодела от мысли, что обожгла сознание.

«Это не Фрида», – скорее утвердительно, нежели вопросительно, сказала я.

Мои руки уже начали изменяться под действием переживаемых эмоций, и если бы не Каа'Лим, то я боюсь даже представить, как бы закончилась эта встреча. Как можно было бы объяснить, почему будущая Глава Серебряного Дома с криком набросилась на ничем непримечательную вампиршу? А так, я лишь заработала дополнительный плюсик в глазах общественности. Оказывается, я, как и любой нормальный демон, всего лишь не выношу вампиров. Пусть лучше так, чем печать "безумна" на моем личном деле. Каа'Лим разделил со мной сознание на этот бесконечный день. Мы оба умирали от боли и находили спасение лишь друг в друге. Мне казалось, что мое тело превратилось в каменное изваяние, лицо – в мраморную маску, а глаза просто отказывались воспринимать происходящее. Все силы уходили лишь на то, чтобы не потерять достоинство, не показать насколько сильно мне нехорошо. Эльфы, дроу, гномы, оборотни – все они прибыли в этот день засвидетельствовать свое почтение новому владыке, и каждый из них старался высказаться как можно более красноречивее. Каждая делегация насчитывала не менее ста членов высшей знати в своем составе, и все они смотрели на меня. Под прицелом сотен глаз было особенно важно не ударить в грязь лицом, не показать слабость, которой ждали от восемнадцатилетней девчонки. Даже я понимала это.

Когда все присутствовавшие высказались, то настало время и моего слова. На какое-то время мне показалось, что я забыла, как вообще двигаться и говорить. Но тут Каа'Лим сделал то, за что я ещё очень долго не могла его простить – он просто дернул на себя всю мою боль и слабость, как если бы мы делили с ним полотно ткани, а я неожиданно выпустила его из рук. Проделав это, он тут же закрылся от моего восприятия и тяжело опустил взгляд, стараясь ни на кого не смотреть. Сердце моё защемило, стоило в полной мере понять каково ему сейчас, но и это одно заставило меня решительно поднять и сказать всего несколько слов, которых все так ждали от меня.

– Да настанет день, когда Солнце и Луна засияют на одном небосводе, чтобы почтить Истинную Хранительницу Грани, – сказала я на древнем ометти. И уже не смотря ни на кого, спустилась с того подиума, на котором мы с Каа'Лимом находились.

Мы уходили вместе, по тому же пути, как и пришли. Вот только в этот раз мне было уже ни до кого и ни до чего – самым главным казалось поскорее увести его отсюда. Необходимый церемониал был соблюден, а все остальное вполне обойдется и без нас. Сегодня официально открывались предпраздничные гулянья в мою честь, которые продлятся ещё три дня.

* * *

– Прошу тебя больше никогда так не делай, – умоляла я, обнимая лобастую голову дэйурга, что сейчас лежала у меня на коленях.

Мы уже несколько часов как вернулись в мои покои, но Каа'Лим все никак не мог отойти от тех ощущений, что замкнул на себя. Он лежал в моей постели, и я не решалась оставить его ни на секунду. Лишь сменила свое платье на странную пижаму в розовых овцах, что оставил для меня на постели Питер.

– Я бы справилась! Это древо, его энергия, не один месяц находились на мне и во мне!

«Нельзя рисковать… в такой день», – вяло отозвался он.

– А тобой можно? Плевать на всех! Ты… – я не успела договорить, как в мою дверь постучали, и это мог быть лишь один единственный мужчина, у которого был беспрепятственный доступ в мои покои.

* * *

Рыжеволосая девушка с каким-то особенным выражением брезгливости на лице наблюдала за тем, как садится солнце за окном в выделенных ей покоях.

– Знаешь, я до сих пор помню закат на моей родной планете. Как пламя замирает во всепоглощающем льду. Ты даже не представляешь, насколько это красиво! – обернулась она к Эдриану, что сейчас расположился в одном из кресел у стены. Мужчина безучастно смотрел перед собой. Казалось, он даже не слышал того, что говорило существо у окна.

– И это, – надменно кивнула она на небосвод. – Слюнявая мазня из сиреневых красок, столь милыхсердцу недалеких девиц. Все так нежно, столь тошнотворно лениво… тоска, – подытожила она.

– По-моему, красиво, – слабо отозвался мужчина, даже не посмотрев в окно.

– Ну, ещё бы, – фыркнула она. – По-твоему, и этот курятник весьма впечатляет, – обвела она взглядом выделенную ей комнату, но имея в виду всю резиденцию в целом. – Хотя, ты знаешь, пожалуй, именно сегодня я придумала, как сделать это место и событие, к которому я так долго шла по-настоящему прекрасным…

– Как? – не особенно интересуясь ответом, спросил он.

– Стоит всё завершить началом, – легко улыбнулась она. – Уроборос… – прошипела она.

– Я не понимаю.

– Конечно же, нет. Но пусть маленькая дрянь попробует хотя бы немного понять с чего начинается настоящая боль…

* * *

Всё это время, что шла церемония представления новой Главы Дома Серебра, он стоял за её спиной, и ему казалось, что ещё немного, и он сорвется с места, чтобы взять её на руки и унести отсюда. Что не сможет удержаться от этого шага. И лишь уверения дэйурга, что он в состоянии помочь Маре пережить всё от начала до конца, хоть немного сдерживали его. Шаи сказал, что боль началась, стоило в зале появиться вампирам. И сейчас, видя перед собой рыжеволосую женщину, дочь Эдриана, он как наяву видел картины памяти Мары. Сломанной куклой падает у ног женщины Ким, и эта алая струйка крови на её губах стекает вниз так медленно, что осознание произошедшего никак не желает складываться в одну ясную картину. Он видел то, что было потом, и был полностью согласен с дэйургом, что присутствие Фриды здесь и сейчас просто невозможно. Но она была. И одно это в совокупи с реакцией Мары на её присутствие решили для него все. Он сделает это сразу после завершения церемонии. Он должен знать, что, бездна побери, происходит и что именно он упускает. Не потому, что не верит. А потому, что теперь – это залог выживания для неё. Её безопасности. Тем не менее, сразу после того как Мара исчезла в окне телепорта, он решил озаботиться тем, чтобы его отсутствия никто не заметил, пока будет происходить неофициальная часть приема гостей.

– Ба, – позвал он Лаиссу, что сейчас отчаянно флиртовала с молодым оборотнем.

– А-ха-ха, – нарочито громко засмеялась она в лицо объекта своей страсти. – Мой дядя так шутит! Отмахнулась она. – Но, к сожалению, я ещё слишком молода, чтобы не слушаться старших, подмигнула она симпатичному юноше, что, скорее всего, был наследником одного из вожаков. – На минуточку, – изобразив пальцем единичку и схватив внука под руку, поспешила отойти с ним подальше.

– Чего тебе? – раздраженно пробурчала она, на всякий случай накрывая их пологом тишины. – Не видишь что ли – у меня тут личная жизнь налаживается!

– Неужели это мой будущий дедушка?

– Нет, согласно легенде – племянник, – серьезно покачала она головой. – Ну, говори, чего хотел, а то уведут!

– Одолжи "браслет".

– Надолго? – не выказав ни малейшего удивления, осведомилась она.

– На сегодня. Присмотри за "мной".

Недовольно причмокнув губами, она лишь протянула Лео то, что он просил.

– А я так надеялась на этот вечер! Наконец-то новые лица… эх, – тяжело вздохнула она. – Так девицей и помру.

Стоя перед дверью в комнату Мары, Лео невольно задумался. Что если тот кусочек недостающих воспоминаний, увиденный чужими глазами, принесет в его жизнь такие изменения, о которых он позже пожалеет? Но ответ был на поверхности, как бы он ни старался увидеть нечто иное. Лишь настоящее будет иметь значение. Он точно знает, что испытывает сейчас, и чувства останутся неизменны, как бы там ни было. Даже если узнает, что в сердце его женщины ещё тлеют угольки чувства к другому мужчине, он готов бороться, несмотря ни на что.

Легонько постучав в дверь и дождавшись, когда ему дадут возможность войти, он решительно шагнул внутрь.

– Как он? – быстро оценив обстановку в комнате Мары, спросил Лео, смотря на дэйурга, чья голова сейчас покоилась у неё на коленях.

– Ему нехорошо, – тяжело вздохнув, ответила она, так и не решившись отойти от своего Шаи.

– А ты? – пристально взглянув в серые глаза, спросил он, подошел ближе к ней и присел так, что их глаза теперь были на одном уровне.

– Я, – нервно облизнув губы, отозвалась она, – кажется, ничего, – через силу улыбнувшись, все же ответила она.

– А если по правде? – изогнув бровь, поинтересовался он.

Мара отвела взгляд и посмотрела на свои ладони, как-то разом показавшись такой маленькой и хрупкой.

– Я должна тебе кое-что рассказать, – немного помедлила она, прежде чем вновь посмотрела на него. – Это была реакция не просто на вампиров, Лео. А на одну конкретную представительницу их рода. Та рыжеволосая женщина – дочь Эдриана. Я знаю её. Точнее – я думала, что знала – более подходящее определение до этого дня.

Он прекрасно понял, о чем она говорит, но всё же решил, что будет правильным, если она сама расскажет о произошедшем. Возможно, однажды, и он сумеет рассказать о том, как недоверие толкнуло его прочитать её память, но только, если это и впрямь будет необходимо их отношениям.

Она неспешно рассказывала ему о том, что случилось полгода назад в стенах МАМ. Он видел, что с каждым словом она заново переживает те моменты. Как так случилось, что теперь он держал её на руках, словно маленькую девочку, а её голова покоилась на его плече, он и сам не понял, но это казалось правильным.

– Сегодня ты и Каа'Лим отправитесь в Тэймир.

– Но, – попыталась было возразить она.

– Не спорь, – перебил он её. – Там ты сможешь подготовиться к вступлению в свои права, отдохнуть и просто собраться с мыслями. А самое главное, там ты будешь в безопасности. Об остальном мы сможем позаботиться уже после, – его губы осторожно коснулись её виска, а руки ещё крепче сжались на плечах. – Самое главное сейчас – это церемония. Об остальном я позабочусь.