Текст книги ""Фантастика 2025-106" Компиляция. Книги 1-15 (СИ)"

Автор книги: Марина Александрова

– Будьте любезны, еще одно меню, – коротко бросил Дрэй через плечо, даже не поворачиваясь в сторону девушки.

– Людей не обслуживаем, – так же коротко ответила та, с той лишь разницей, что она при этом улыбалась.

«Ну снова здорово! – подумала я, сжимая кулаки под столом. – Дышим, дышим, спокойно, без нервов».

– Не заставляйте меня повторять дважды, – каким-то холодным, совершенно чужим голосом сказал Дрэй, вполоборота повернувшись к девушке. Та как-то разом спала с лица, коротко кивнула, нервно улыбнулась и, растеряв всю свою небывалую грацию, понеслась к стойке заказов.

– Прости, Мара, не думал, что так выйдет, – тепло улыбнулся мне дракон, а я в тот момент поняла одно. То, что я скрываю свое происхождение, – это такая мелочь, ведь я остаюсь сама собой. А сколько масок и лжи вокруг этих существ, мне не узнать и за тысячу лет. Я никогда не увижу их истинного лица. От этой мысли мне стало нестерпимо грустно. Знаете, что это значит? Одиночество, вот что. Я маленькая зубастая пиявка, вообразившая себя акулой среди акул. В глазах отчего-то защипало, и я тут же потупила взор, стараясь успокоиться. Эти перепады настроения меня убьют! Не хватало, чтоб при всех еще и серебрянка из глаз полилась!

Я глубоко вздохнула, подняла глаза и улыбнулась.

– Ничего, пора бы привыкнуть, – хмыкнула я.

Не прошло и минуты, как передо мной возникла тонкая папка меню, а официантка, улыбнувшись во все тридцать два зуба, сказала, что как только мы будем готовы сделать заказ, она подойдет.

Открыв папку, я целиком погрузилась в изучение предлагаемых блюд. Интересно, если я закажу мясной пряный суп, седло барашка, отбивные, рис и парочку котлет – это не будет слишком? Есть хотелось очень сильно, а учитывая, что последнюю неделю каждый поход за пищей сопровождался борьбой за лишний кусочек, такое многообразие привело меня в полный восторг. Да, по человеческим меркам ем я много, но совершенно не могу с собой бороться.

– Кофе и яблочный пирог, – сказал дроу, отдавая меню появившейся будто бы из ниоткуда официантке.

– Просто кофе, – буркнул дракон.

Это что, завтрак? Расстроенно взглянув на своих спутников, я с сожалением посмотрела на мигом переставшее меня интересовать меню.

– Не стесняйся, я угощаю, – подбодрил меня дроу, неверно истолковав мой растерянный вид.

Знал бы он, сколько у меня с собой денег… Я и сама кого хочешь могу угостить. Но проблема была не в этом.

Что они обо мне подумают, если я закажу то, что мне хочется? «Да какая разница?!» – тут же вмешался внутренний голос, а я мысленно представила себя, с пустой ложкой сидящей за столом и громко скандирующей: «Кушать! Кушать!» Лучше не морить себя голодом, потом будет хуже… Еще не хватало голову официантке оторвать с расстройства.

– Ну, – робко подняла я взгляд на все еще ждущую мой заказ эльфийку, – я буду рис, – девушка благодушно кивнула, записывая за мной, – отбивные, – очередной кивок, – котлеты, – эльфийка как-то странно замерла с занесенным над блокнотом карандашом, – пряный суп. – «Может, хватит?» – подумала я и тут же отодвинула эту мысль в дальний угол. – Яблочный пирог и кофе, – подытожила я, решив попробовать, что же это за загадочный напиток.

За столом воцарилась тишина, как только девушка отправилась выполнять наш заказ. Первым отошел дроу.

– Знал бы я, не предлагал, – хохотнул темнокожий мужчина, подмигнув мне. – Не смущайся, растущий организм должен хорошо питаться.

– По-моему, ты ее смущаешь куда больше, – буркнул Дрэй и как ни в чем не бывало продолжил: – Так вот, девушки стараются не участвовать в подобных состязаниях по одной простой причине: турнир рассчитан на мужчин.

– Что ты имеешь в виду?

– Не знаю, как в этом году, но раньше турнир старост состоял из трех этапов, на каждом из которых староста доказывает свое умение и мастерство. То есть избранный старостой должен продемонстрировать свои физические и магические навыки, а также умение руководить группой. Именно для последнего состязания и нужна команда. Все действие происходит на арене мастеров, это недалеко отсюда, если хочешь, можем сходить посмотреть, – спросил дракон, и я коротко кивнула, стараясь побороть зарождавшуюся внутри панику. – За разворачивающимися событиями следят ученики и учителя, одним словом, это своеобразное развлечение, которое притягивает кучу народа.

– Что мне делать? – растерянно прошептала я.

– Для начала – собрать команду и найти тренера, – улыбнувшись, сказал Корч.

– Команду? – машинально повторила я, чувствуя, как плечи мои опускаются, настроение падает, уступая место какой-то гнетущей безысходности. – А может, – неожиданная, но единственно верная мысль кинула спасательный круг утопающей мне… – отказаться? – Точно, я просто скажу, что не могу в этом участвовать, – и все! Правда, мои собеседники не разделяли моего воодушевления. – Чего молчите-то? – как-то не очень вежливо поинтересовалась я. Ну что поделаешь, нервы шалят, не всегда себя контролировать удается.

– Это невозможно, – коротко бросил дроу, в это же время принимая свой заказ у подошедшей официантки.

– Что значит невозможно?

Спасательный круг утоп, так и не добравшись до жертвы.

– Ты же сама дала согласие и подписалась на участие, – согласно кивнул Дрэй.

– Ничего я… – «не подписывала», хотела было крикнуть я, но тут вспомнилась Дарси, что-то активно вещающая и не отпускавшая меня из секретариата до тех пор, пока я не ткнула большим пальцем в предложенный мне планшет. – Спасибо, ребят, я, пожалуй, пойду, – не обращая внимания на принесенную пищу, пробормотала я.

Какая же я глупая! Неудачница, клуша бестолковая! Что же мне теперь делать?

– Постой, ты чего? – растерянно проговорил Дрэй, в то же время его рука неожиданно накрыла мою. Это произошло очень быстро, даже для меня. Так что среагировать и отодвинуться я просто не успела, а может… не хотела?

– Я… я… – смотря в его темные глаза, я вдруг поняла: мне больше всего на свете сейчас хочется, чтобы его рука так и оставалась на моей. Одно его прикосновение, и я снова спокойна, все раздражение, безысходность, отчаяние, страх и одиночество отступили куда-то в самый темный уголок моей души. И, что уж скрывать, так хорошо и спокойно мне не было уже давно.

– Дрэй, убери руку, – словно через пелену тумана услышала я голос дроу. – Она человек, ей может стать плохо.

«Нет, нет, мне не плохо, мне так хорошо! Пусть не убирает!» – хотелось воскликнуть мне, но неожиданно не удалось даже пошевелить губами. Что это? Приятную истому сменила зарождающаяся паника, что смело передала бразды правления холодному разуму. Сейчас дракон каким-то образом влиял на меня и мои эмоции, и происходило это через его прикосновение. Как только я это поняла, то дернула на себя руку что было силы.

– Не смей этого делать со мной! – прорычала я в ошарашенное лицо Дрэйланда.

– Прости, мне показалось, что тебе нужно успокоиться, – очень тихо, словно стараясь меня успокоить и боясь спровоцировать, сказал он.

– Больше нет, – хмыкнула я, беря себя в руки и старательно гоня от себя воспоминания о тех ощущениях, что давали его прикосновения. Это всего лишь внушение, ведь так?

– Мы поможем тебе, – неожиданно сказал Дрэйланд.

– Да? – удивленно хмыкнул Корч.

– Да, – очень уверенно проговорил дракон. – Считай, двое в твоей команде уже есть, – не давая возможности дроу возразить, сказал он.

Весь гнев за то, что проделал этот мужчина всего пару минут назад, как рукой сняло. Зато недоумение от его предложения так и осталось.

– Но зачем вам это?

– Мне тоже хотелось бы это знать, – проборматал дроу на грани слышимости. Обычный человек не услышал бы, но только не я.

– Считай это изъявлением доброй воли, – улыбнулся дракон и выразительно посмотрел на мой заказ. – Ты что, уже не голодна?

Кстати о насущном. Стоило ему только спросить о еде, как все вопросы отошли на второй план. И правда, думается на голодный желудок не в пример хуже, чем на сытый. Пока я ела, эти двое нахалов умиленно смотрели на то, как порция за порцией исчезает у меня во рту, и улыбались. О чем они в этот момент думали, я не знаю, и, если честно, знать не хочу. Не мешают, и на том спасибо.

– Люблю девушек с аппетитом, – хмыкнул дроу, подмигнув мне желтым глазом. На что получил внушительный тычок от дракона.

– Не мешай, – шикнул он на товарища.

Я же лишь пожала плечами, возвращаясь к своей драгоценной трапезе.

Позже Дрэй и Корч вызвались проводить меня до общежития. Я не возражала, поскольку идти за покупками уже совершенно не хотелось. Мне было необходимо снять стресс, вызванный последними новостями, а для этого нужно было потренироваться. После необходимо было зайти к Тарию и постараться узнать более подробно, во что же такое я вляпалась.

Солнце неспешно клонилось к земле, когда двое мужчин, что шли по гравийной дорожке, ведущей от общежития людей, неожиданно остановились.

– Дрэй, я давно знаю тебя и сейчас просто не могу понять. Зачем тебе эта игра с человеческой девушкой? – спросил дроу.

– Это не игра, Корч, – просто ответил дракон, проводя рукой по алым волосам.

– Тогда что? Откуда это странное предложение о помощи? И что это за фокусы с якобы внушением? Мы оба знаем, что, если дракон внушает, освободиться от такого не по силам никому, – не сдержав нахлынувших эмоций, рыкнул дроу.

– Никому, тут ты прав. Кроме равных, – спокойно ответил Дрэй, наблюдая за тем, как по лицу дроу пробегает смутная тень понимания.

– Она, что… дракон? – робко предположил Корч, сам не особенно веря в то, что говорил.

– Нет, – хмыкнул Дрэй. – Тогда я бы чувствовал ее, не касаясь, и мне не пришлось бы применять магию. И, предвосхищая твой вопрос, она не дэйург, – не сдержав улыбки, хмыкнул дракон.

– Сам вижу! Не смешно, между прочим, – пробормотал дроу, отводя взгляд в сторону. – Тогда получается…

– Получается, – утвердительно хмыкнул Дрэй.

Корч неожиданно выпрямился и как-то мигом собрался.

– Скажи сам. Я хочу услышать, иначе не поверю, – тихо произнес он.

– Демон, – утвердительно кивнул дракон. – Она самое что ни на есть чистокровное дитя Кайруса. И то, что эта девочка живет и взрослеет, как человек, да еще и совсем одна, – это страшно, Корч. Я почти уверен, что сейчас у нее период становления, по-хорошему, ей необходим покой и общение с сородичами, а не злоба и ненависть, что окружают ее в МАМ. Неизвестно, что она может натворить, если ей не помочь…

Корч коротко кивнул словам друга, и, более не задерживаясь, мужчины двинулись дальше в полной тишине. Лишь шорох гравия под ногами сопровождал мысли, что рождались в те минуты в их головах.

Глава 20

– Почему ты молчал, объясни мне? – полный неподдельного гнева мужской голос заполнил небольшое пространство кабинета директора МАМ.

Мало кто в своем уме мог позволить себе вот так разговаривать с Тарием, не боясь остаться с разорванным горлом. Но сейчас Осбен с поникшей головой сидел на подоконнике и, подтянув к себе ноги, смотрел в густую тьму, что ночным покрывалом раскинулась над Эдэльвайсом.

– А сам-то не понимаешь, что ли? – недовольно буркнул Тарий, так и не обернувшись в сторону говорящего.

– Не понимаю? Это ты не понимаешь, чем вы все тут рискуете! – Дрэй больше не повышал голос, а скорее шипел, как ядовитая змея. – Один серьезный срыв, Тарий, всего один срыв – и ты будешь заново отстраивать свою ненаглядную академию. Демон – это не вампир, что может в запале перегрызть небольшую деревню! Демон вырежет весь город, если не сможет с собой справиться. И в этом будете виноваты ты и твой полоумный маг! Это не игрушки, как ты не понимаешь! Вам с ней не справиться, даже я с трудом смогу, и то не факт.

Тарий неожиданно резко обернулся в сторону дракона:

– Что ты имеешь в виду?

– Я не смогу повлиять на нее, а драться с ней… совсем не выход. И зачем надо было ввязывать ее в турнир? Сейчас? Зачем было представлять ее как человека, намеренно погружая ее в атмосферу всеобщей ненависти и презрения? Или, думаешь, я не в курсе, что за дедовщину ты тут развел?

– Я развел? – рыкнул, не выдержав несправедливого упрека, Тарий. – Я единственный, кто был против гетто, что устроили в человеческих землях! За ошибку одного не должна расплачиваться вся нация! А ты, милейший, лучше расскажи мне, как погиб Эллиэн, что вы всей своей силой не смогли его защитить? Как допустили, что Лива погибла?

Дракон, странно сощурившись и едва ли не рыча, сказал:

– При чем здесь Эллиэн и Лива? Ты не хуже меня знаешь, что они были отравлены приближенными, один из которых до сих пор не найден. Дримлеон умело скрывается, но ничто не скрыть навечно. Так при чем здесь они?

– Дурак, – рассмеялся Тарий. – Так и не понял? О боги, бывает же такое, – все еще задорно хохоча, Тарий спрыгнул с подоконника и вплотную приблизился к Дрэю. – Она их дочь, – медленно выговаривая каждое слово, сказал вампир, глядя в глаза разом растерявшемуся дракону.

– Но Лива умерла, и ребенок вместе с ней, – растерянно забормотал Дрэйланд.

– Правда? Кто сказал-то? – хмыкнул Тарий, отворачиваясь от дракона и подойдя к небольшому шкафу, что располагался за его столом. Извлек на свет бутылку с янтарного цвета жидкостью, два стакана и, продолжая смотреть на дракона, разлил напиток на двоих.

– Тогда получается…

– Получается, что если бы Ливу отравил Дримлеон из Золотого Дома, то уж убить ребенка для него не составило бы труда. Сейчас дэйург ищет его, нам остается только ждать, чтобы хоть немного понять, что тогда произошло.

– Постой, при чем здесь дэйург?

– Мне так нравится, когда ты чего-то не понимаешь, – хохотнул Тарий, предлагая дракону один из бокалов. – Мара его шаи.

Дракон неприлично разинул рот, затем схватил предложенный стакан и, как-то растеряв весь свой запал, сел в кресло, которое очень удачно оказалось прямо за ним.

– Как? – прошептал он.

– Вот так. Он не рассказывает, и Мара молчит. А теперь скажи мне, если не ты, не все демоны этого мира не знают, кто вырезал Дом Серебряных, как еще я могу обезопасить последнюю из Серебра? Только выдать ее за человека, на которого, благодаря всеобщим стараниям, вампиры будут смотреть, как на еду, а прочие расы – как на тупой скот.

– О боги, – закрыв лицо руками, произнес Дрэйланд. – Зачем ты засунул ее на турнир?

– Я не засовывал, – буркнул Тарий, проводя ладонью по волосам. – Я искренне полагал, что она откажется, а она взяла и подмахнула своей ручкой подпись в магическом договоре.

– Надо было предупредить! – рыкнул Дрэй.

– А в туалет мне за нее ходить не надо? – так же прорычал в ответ Тарий. – Пойми ты, не могу я ее так опекать, это привлечет ненужное внимание.

– Ясно. Тогда этим займусь я.

– И как же ты решил это делать? – не скрывая ехидных ноток в голосе, спросил Тарий.

– Во-первых, я и Корч уже вошли в ее команду, – будто бы не замечая сарказма друга, продолжил Дрэй. – Во-вторых, я очень постараюсь с ней подружиться… – на этом Дрэй прервался, услышав, как заливисто хохочет Тарий. – Что опять не так? – рыкнул дракон.

– Поаккуратней, Дрэйланд, а то вот так станешь другом, а потом придется свадьбу играть, – хмыкнул Осбен.

– Ты что несешь? Она еще совсем ребенок! – не выдержал дракон.

– Ой ли? По законам Кайруса она уже совершеннолетняя, и ты это прекрасно знаешь. Ладно, не бери в голову, это все мои старческие бредни. А если ты сможешь ей помочь, я буду только рад, Маре сейчас это просто необходимо.

На этом разговор двух старых друзей приобрел совершенно неожиданный оборот, и уже до рассвета они говорили о том, что неплохо было бы поэксперементировать, так как у Осбена возникли предположения, как плести магические узоры более экономными и простыми способами. О Маре больше ни один из них не заговаривал, но вот думал каждый.

– Вот такие пироги, брат, – грустно вздохнув, я закончила свой рассказ о турнире.

Ким сегодня был необычайно бледен и задумчив, что совершенно не вязалось с его обычно румяным лицом и пышущим энтузиазмом характером. Создавалось ощущение, что он давно не спал, а если и спал, то явно не успевал отдохнуть за это время. Обычно живые ярко-карие глаза отливали лихорадочным блеском, что говорило о неважном самочувствии их обладателя. Всегда одетый с иголочки, идеально причесанный Ким сегодня выглядел, мягко говоря, помятым. Может, на нем так сказывается напряженный ритм обучения? Или просто не успел с утра себя в порядок привести? Ведь я точно уверена, что именно этот темно-синий камзол был на нем в пятницу. Сегодня понедельник, а он все в том же… Не то чтобы я была ханжой, просто такие фортели с ношением одной и той же тряпки несколько дней подряд могла себе позволить я, но никак не Ким.

Сейчас мы сидели друг напротив друга, поедая кулинарный шедевр поваров МАМ, именуемый «Запеканка творожная». Более подходящим, на мой взгляд, было бы название «Подошва съедобная и хорошо жующаяся». Ким вяло ковырялся вилкой в тарелке, странным отсутствующим взглядом рассматривал обстановку столовой и мой рассказ выслушал несколько отстраненно.

– Да что с тобой? Мог бы хоть как-то отреагировать! – разозлилась я из-за такой холодности.

– Прости, что ты сказала? – с трудом фокусируясь на мне, спросил брат.

– Ты здоров? – взволнованно спросила я.

– Я? Да. С чего ты взяла? – по всей видимости, брат старался собраться с мыслями, но выходило это у него из рук вон плохо. – Не выспался просто, – буркнул он, поднимаясь из-за стола. – Я пойду, а то у меня дела, – не дожидаясь, пока я встану, Ким повернулся и направился к выходу.

– Эй, подожди меня-то!

Брат явно ждать не собирался, поэтому я бросила вилку с наколотым на нее кусочком «подошвы» в тарелку и побежала вслед за ним.

– Да что с тобой такое? Ты точно себя хорошо чувствуешь?

Ким рассеянно тряхнул головой, полагая, что этот жест будет означать для меня «да».

– Что-то незаметно, – буркнула я.

Мы как раз подходили к выходу из столовой, когда дверь приоткрылась и на пороге возникла она. Рыжеволосая девушка-вампир, та самая дрянь, с грацией дикой кошки шла нам навстречу. Весь ее облик кричал о роскоши и богатстве. Платье из легкого шелка цвета аквамарина сидело на ней, как вторая кожа, показывая все достоинства фигуры, а недостатков у нее просто не было. Блестящие рыжие волосы были собраны в высокую сложную прическу, открывая лебединую шею. Не признать того, как она красива, было бы глупо, но восхищаться ею было выше моих сил.

– Притащила же нелегкая эту дуру, – фыркнула я, хватая брата за руку.

Проходя мимо меня и брата, девушка замедлила шаг, повернула вполоборота голову и, очаровательно улыбнувшись, кивнула… Киму? И, тут же отвернувшись, направилась к одному из столиков, что располагались возле огромного окна во всю стену.

– Это что было? – Должно быть, мои округлившиеся от удивления глаза сказали все красноречивее любых слов.

– А что тебя так удивляет? – тут же подобравшись, спросил Ким.

– Ты что, знаком с ней?

– Ну, скажем так, есть вещи, которые я не готов обсуждать даже с тобой, Эм.

– Энаким Аррели, это не ответ, – строго сведя брови на переносице, сказала я.

– Это ответ, Эм. Смирись, я не стану говорить с тобой об этом, – и как ни в чем не бывало он отвернулся от меня и направился к выходу из столовой.

– Ким, – не сдаваясь, я подбежала к брату и, поравнявшись с ним, начала говорить: – Ты знаешь, что она вампир? – решила я зайти с другого конца.

– Да, – коротко бросил брат.

– Тогда ты, наверное, в курсе, чем питаются вампиры и для чего используют людей, которые здесь учатся.

Ким резко остановился, повернулся ко мне, а я едва не отшатнулась, увидев ту неподдельную ярость, что сейчас горела в его глазах. И куда только прежняя усталость подевалась?

– Фрида не такая, ясно тебе, – зашипел брат, со злостью сжимая кулаки.

Мне бы, по-хорошему, остановиться и погасить конфликт в зародыше, но на такое была способна только умудренная опытом женщина, умеющая обходить острые углы. Я таковой не была, и, чего уж скрывать, неизвестно, стану ли когда-нибудь.

– А какая она, Ким? – рыкнула я в ответ. – Что происходит, а? Какого демона ты так взбеленился?

– Он стоит передо мной, – буркнул брат, отвернулся от меня и быстрым шагом направился к лифту телепорта.

А я так и стояла с раскрытым ртом и ничего не понимающим выражением лица. Это что же получается, он меня только что послал? Из-за какой-то рыжеволосой выдры?! Которая к тому же еще и с Лиамом…

Должно быть, год тому назад я непременно разрыдалась бы от столь обидных слов брата, но не сейчас. Вместо этого кое-как подавила нарастающее утробное рычание, выдохнула и решила: раз он так, то и я тоже знать его не хочу.

Обиделась я на тот момент смертельно. Конечно, дня через два я отойду, если не раньше, но на данный момент разговаривать с ним мне не хотелось. Пусть эта Фридочка, чтоб она в луже утонула, катится вместе с братом куда подальше.

Две недели пролетели, как один день. Как один кошмарный день, хотелось бы добавить именно такое определение. С Энакимом мы по-прежнему не разговаривали. И его, похоже, такое положение вещей вполне устраивало. Но это и немудрено, он-то не остался совершенно один, его новые друзья и подруги подобного просто не допускали.

Я разрывалась между учебой и новыми обязанностями. Во-первых, мне пришлось налаживать контакт с заведующим кафедрой, а если вы еще помните, то это был не кто иной, как профессор Кирл. Наше первое с ним знакомство было запоминающимся, но после этого я из кожи вон лезла, чтобы он начал воспринимать меня серьезно. Конечно, для меня его дисциплина была более легкой для изучения, чем для остальных, потому как с некоторых пор я очень отчетливо могла видеть энергопотоки, что пронизывают окружающий мир. Но трудность все же была: с тех пор, как я поняла, что могу управлять ими простым указанием мысли, то делать это при помощи логарифмов и специальных схем, как остальные, было очень тяжело. Словно идти к намеченной цели в обход за тысячи километров вместо того, чтобы пройти несколько метров напрямую. Но для себя я решила: если я не смогу держать свои желания под контролем, то они непременно возьмут верх надо мной. Дисциплина ума – вот что стало очень важным для меня. Я буду учиться так, как учат здесь, и не важно, что эти знания конкретно мне не нужны, лишними точно не будут.

Так вот, помимо нашего общения с профессором на лекциях, мне приходилось перед ним отчитываться каждую неделю. Я рассказывала о посещаемости студентов, об их успеваемости, о поведении, а также о том, что интересовало самого ректора. Многие из моих однокурсников были детьми весьма уважаемых деятелей политики, науки, магии и искусства, так что неудивительно, что родители через профессора Кирла отслеживали своих чад строжайшим образом. И не последним звеном в этой слежке была я. Кстати, осознав этот немаловажный факт, некоторые однокурснички пошли на попятный в своем желании устроить мне веселую жизнь. Со мной стали здороваться! А иногда даже спрашивали, как у меня дела. И не важно, что многих из них едва не тошнило от проявляемой заботы, изменения начались, и я уж постараюсь, чтобы эти товарищи если и не прониклись ко мне уважением, то хотя бы начали со мной считаться.

Профессор относился ко мне сдержанно, и это уже радовало. По крайней мере, он перестал обзывать меня тупицей, разве это не прогресс? Кроме того, он очень удивился, узнав о моем «желании» принять участие в турнире старост, что планировался на изломе зимы, и вызвался помочь мне в подготовке к магической его части. Конечно же я согласилась, а спросив его, зачем ему это нужно, получила емкий ответ: «Чтоб не опозориться». Оно и понятно, училась я на сильнейшем магическом факультете МАМ, и не важно, что кроме первокурсников в турнире примут участие старосты второго и третьего курсов.

Во-вторых, я очень переживала за Каа’Лима, от которого так и не было вестей. У меня просто болело все внутри от того, что его не было рядом. Это была тоска, что укрывает вас от макушки до пяток колючим одеялом и не отпускает ни на секунду.

В-третьих, каждый раз, приходя на завтрак, обед или ужин в столовую МАМ, я ела в одиночестве. Я, как прокаженная, сидела в набитом людьми и нелюдями помещении, пялилась в пустые стены, жевала безвкусную пищу, машинально шевеля челюстями, и тосковала о брате, о дэйурге, о матери, которую так давно не видела. Сегодняшний день не был исключением, разве что дождь пошел за окном, знаменуя приход осени в Эдэльвайс.

– Привет. – Мужской голос ворвался в хоровод гнетущих мыслей.

– Привет, чего кислая такая? – сказал дроу, садясь рядом со своим другом, что мгновением ранее занял еще одно свободное место напротив меня.

– Ну, мой брат со мной не разговаривает, мои однокурсники приравнивают меня к отбросам общества (впрочем, учителя тоже так считают, разве что Стэфан относится как к человеку), – хохотнула я над получившимся словесным оборотом. – Через три месяца меня ждет идиотский турнир, для участия в котором мне нужна команда, и все бы ничего, только в команду ко мне никто не пойдет. А в целом у меня все хорошо, – совершенно спокойно выдала я все, что наболело. То, что эти двое так запросто ко мне подсели, должно быть, шокировало меня настолько, что я решила вести себя как ни в чем не бывало.

– Почему твой брат с тобой не разговаривает? – совершенно не смутившись выданной мною тирадой, спросил Дрэй.

Сегодня аловолосый дракон был как-то по-особенному хорош. То ли светлая свободная рубашка в сочетании с черным камзолом делала его облик соблазнительным, то ли волосы он по-другому зачесал, а может, я истосковалась по общению до такой степени, что теперь каждый, кто со мной по-товарищески заговорит, будет для меня эталоном красоты. Не знаю, что из перечисленного повлияло на меня, заставив с интересом разглядывать этого и впрямь удивительного мужчину.

– Ну, у него любовь, похоже, – неуверенно буркнула я.

– И при чем здесь ты? – лениво поинтересовался дроу, отхлебнув темный напиток из кружки, которую он держал в руках, когда садился за мой стол.

– Дело в том, что я не одобрила его выбор, – не вдаваясь в подробности, сказала я.

– Что же в нем такого плохого? – спросил Дрэй, заглядывая мне в глаза. Стоило лишь встретится с ним взглядом, чтобы почувствовать, как растворяешься в омуте черных глаз. Боюсь, что растворюсь в нем навсегда… Как удивительно и страшно смотреть в бездну его глаз и видеть, как эта бездна смотрит на тебя.

С трудом отведя взгляд, я сказала:

– Она вампир. Мне необходимо объяснять последствия таких отношений? – спросила я, изогнув бровь.

– Нет, – коротко ответил Дрэй. – Ты права, в таких отношениях ничего хорошего для него ждать не следует.

– Ну да мы не затем к тебе подошли, – поспешил сменить тему разговора Корч. – Пора браться за тренировки, а, капитан?

Боги, боги, как можно так испытывать мои нравственные устои? Четыре года назад я впервые надела свободные брюки и с красными от стыда ушами шлепала на первую тренировку в своей жизни. Тогда мне казалось, что ни за что на свете я больше не надену мужское платье, ибо не пристало так ходить девушке. И вот эти два нахала всучили мне форму, в которой предстоит выступать на турнире перед многотысячной аудиторией. А тренироваться носить «доспех» необходимо было уже сейчас.

Это был облегающий комбинезон, сотканный словно из мельчайших черных блестящих чешуек, как сказал Дрэй, это была кожа саламандры. Она не воспламенялась, не плавилась, не рвалась, и ее невозможно было разрезать. Как, в таком случае, этот наряд был сшит, я не имела ни малейшего понятия, да и знать не хотела, если честно. Важно было другое – он облегал все рельефы моего тела! Будь я бравым мужиком, то, конечно, не постеснялась бы предстать в таком виде на арене. Подумаешь, походила бы перед особо впечатлительными барышнями, поигрывая мышцами… Но я-то была девушка! К комбинезону прилагались перчатки, сделанные из того же материала, сапожки на плоской подошве и длинный, в пол, плащ для магических состязаний.

Когда я, облачившись в комбинезон в своей комнате, подошла к зеркалу, то на время впала в глубочайший ступор. Даже успела подумать, а не пододеть ли чего под этот «доспех»? Определенный резон в таком наряде конечно же был. Нередко во время состязаний студенты применяли враждебную магию по отношению друг к другу, а этот легчайший костюм не только мог защитить от оружия из стали, его было очень сложно повредить даже с помощью магии.

Дракон и дроу ждали за дверью, пока я переоденусь. Они самолично подбирали мне комбинезон, потому у них не было полной уверенности, подойдет ли он по размеру. Зря переживали! Он не просто подошел, он меня буквально облепил со всех сторон.

Схватив лежавший на стуле плащ, я накинула его сверху и облегченно перевела дух. Буду так ходить!

Получившаяся плащ-палатка с моей белобрысой головой сверху мне очень понравилась. Вполне приличный вид.

– Заходите, – крикнула я.

Повторять мне не пришлось, дверь в мою комнату открылась, и внутрь вошли дракон и дроу.

– Распахни плащ, – с ходу начал дроу.

– Ну уж дудки, – запротестовала я, на всякий случай покрепче вцепившись в плащ у себя на груди.

– В чем дело? – искренне удивился Дрэй, непонимающе переглянувшись с дроу.

– Я так буду и драться, и выступать, и все, что там еще надо делать, – безапелляционно заявила я.

– Это вряд ли, Мара, – очень серьезно сказал Корч и подошел ко мне близко-близко. – Снимай.

Глядя в его желтые кошачьи глаза, я непроизвольно съежилась. Хотя и не боялась его, но жутковато было все равно.

– Не сниму, хоть ты тресни. – Я не выдержала нервного напряжения, и поэтому в ход пошли мои неистребимые простонародные выражения, которые вызвали на лице дроу откровенную ухмылку.

– Это тоже вряд ли, – хмыкнул Корч, щелкнул пальцами, плащ на мне превратился в пыль и тут же грудой тряпья осел у самых ног. – Что ты так нервни… – свою фразу дроу так и не договорил, расширившимися глазами уставившись на меня. Осознание того, как я сейчас выгляжу, проступало на его лице. Тут хочу заметить, что для Корча я выглядела, наверное, особенно откровенно, потому как белые волосы и черная кожа доспеха делали меня очень похожей на его соотечественницу. Не заметить этого было просто невозможно.

Я, нервно сглотнув, перевела взгляд на Дрэя. Тот, по-видимому, тоже витал где-то в заоблачных далях, при этом не отводя взгляда от моих… Спохватившись, я скрестила руки на груди.

– Чё пялишься? Глаза надоели, что ли? – рыкнула я в его сторону.

Издав что-то похожее на «извини», дракон смущенно отвел взгляд в сторону.

– А ты чего рот разявил? Щас как дам! – не удержавшись, я хлопнула дроу по лбу. И что самое интересное – попала. Надо же, хоть какая-то польза от этого наряда есть! Мощное деморализующее оружие!