Текст книги ""Фантастика 2025-106" Компиляция. Книги 1-15 (СИ)"

Автор книги: Марина Александрова

– Ты солист, без Шустряка с его клокстопом, уже бы давно удобрением лежал на одном из кластеров, – выкрикнул кто-то с дальнего стола.

– Думаю добрая половина, если не больше, удобрением бы лежала, поправился Дикий, так что в очередной раз за Шустряка.

Больше интересных баек не было, отдельные разговоры о хабаре, о том, что бастион и не только мог полностью опустеть, о том, кто и на чём крутил такие вылазки в дальнейшем. Уже когда вечерело, ко мне подошёл официант, сообщив, что я могу подняться в любой момент в конференцзал, когда устану от этого балагана, особенно подчеркнуто он выделил последние слова. Я тут же решил воспользоваться данной возможностью, с фразой о том, что вызывает начальство, откланялся и вошел в дверь рядом с барной стойкой.

В конференцзале за большим столом, занимавшим почти всё доступное пространство помещения, меня ожидали. Сидело трое, Шутер и двое незнакомцев, хоть мне и не удалось сразу понять кто из них Шатун, но одного я почему-то сразу выделил.

– Проходи, присаживайся, где удобно, – Шутер заговорил первым, – сейчас еще двое подойдут, они так же поучаствуют.

– Не вопрос, – сказал я, присаживаясь на ближний стул.

– Добрый, – услышал я знакомый оперный голос, я его уже слышал, когда находился в палате, но тот, кто прошёл и сел на свободный стул совсем ему не соответствовал. Жилистый, невысокий человек очень диссонировал такому бархатному голосу, который должен принадлежать тучному человеку.

– Все в сборе? – с каким-то мальчишеским задором произнёс моего возраста пацан, одетый в яркий халат со странными синеволосыми девочками. Видел я его в первый раз и внешне он был моим ровесником, но его поведение соответствовало детскому, от чего я и принял его за пацана, пока не увидел лицо.

– Итак, для начала я всех представлю, – заговорил тот, в ком я подозревал Шатуна, на вид постарше меня, но ненамного, хотя здесь в Улье возраст очень субъективная вещь. – Я Шатун, может ты даже меня знаешь, это Тихий, мой зам, сказал он, указывая на второго сидевшего рядом с ним, и если бы не разные лица, то по ауре вокруг них я бы сказал, что они братья, дети одной волчицы. Шутера ты знаешь хорошо, рядом с ним Жнец, – указал он на того самого, чей голос ввел меня в ступор, – ну и Факир, это штатный знахарь из Клина, собственно, этим троим ты и обязан тем, что живой и дар твой в порядке.

– Спасибо, – невольно, но искренне поблагодарил я, – хотелось бы знать условия возврата моего долга.

– Долга? – переспросил Шатун.

– Да, вы же меня жемчугом подымали, – махнул я рукой на знахарей, – и если красные и черные меня не беспокоят, добуду, даже с процентами, то последняя белая приводит меня в замешательство, а именно её мне скормил Жнец.

– Хм, – протянул Жнец на выдохе, – очень интересно, с чего вы взяли, молодой человек, что именно я вам её скормил?

– Видел, если можно так выразиться, – в этот момент у жнеца поднялась одна бровь.

– Так, предлагаю по порядку, – прервал Шатун жнеца, явно хотевшего что-то спросить. – Скажи Шустряк, ты все помнишь, что было до и вовремя того рейда?

– Да, конечно, я же, по просьбе Шутера, внизу не один час комедию с амнезией ломал.

– Ну хорошо, о том, что ты в курсе как тебя везли я знаю, – продолжил Шатун, – Глыбу и команду твою я так же попросил не рассказывать подробности твоей перевозки, чтобы не порушить легенду, которую мы тут тщательно культивировали, пока ты в себя приходил.

– Спасибо конечно, но зачем такие сложности, приписывание мне дара клокстопера, да ещё такого нереального, ведь все в курсе, что если клокстопер человека пододвинет в ускорении, то все кости ему сломает.

– Вы не очень много знаете молодой человек, есть клокстоперы способные на такое, но поверьте, то, что вытворяли вы, а Дикому нет смысла нам байки рассказывать, ни одному из клокстоперов даже в самом лучшем случае и не снилось, – разрушил мою версию Жнец.

– Хорошо, даже если это так, какой смысл скрывать мой дар?

– В жизни не поверю, чтобы Косой тебя не предупредил о том, как вредно, когда все знают всё о твоих дарах, – почти расхохотавшись сказал Жнец.

– Косой? – спросил я, когда отошел от шока, – откуда вы знаете?

– Я предлагаю закончить с интеллектуальной игрой в вопросы и ответы, – прервал нас Шатун, – лучше выложить все карты на стол. Для начала, Жнец, расскажи ему о его даре, – обратился он к нему.

– Рассказать, можно и рассказать, но для начала, ответь-ка мне, Шустряк, на один вопрос, что ты знаешь о видах даров?

– Ну не много, видел телепортеров, телекинез тоже видел, и клокстопера крутого на арене, много уже повидал я даров.

– Ясно, ничего ты не знаешь, – продолжил Жнец, – это ожидаемо, не знахарь ты, тебе такое не нужно. В общем, грубо говоря, все дары условно делаться на три вида, первый, это обычные, все, что ты назвал, такие и есть, иногда они еще бывают, я это называю, комплексными, но многие знахари предпочитают слово – взаимодействующие.

– Это как? – перебил я его, почувствовав новую ветвь информации.

– Очень просто, есть, к примеру, два рейдера, один из них может струю пламени или шар огненный выпустить, а другой бьёт зарядом электрических молний, по сути, это простые дары, но если и у того, и у другого они комплексные, то два таких рейдера могут объединиться и, синхронизировав выстрелы обоих, сформировать плазменный шар или луч, а это уже совсем другая по уровню сила.

– А у одного оба таких могут быть? – опять я перебил его, чем заслужил неодобрительный взгляд.

– Могут, но очень редко, но вернемся к типам, так вот, эти дары, по мере употребления гороха и жемчуга, усиливаются, но чем дальше, тем сложнее и другого развития у них нет, шары у пирокинетика будут больше, летать дальше, температура выше, но, к примеру, подавлять пламя он никогда не сможет, если не получит другой дар. Вторая группа даров более редкая, их называют неизменными или абсолютными, их мало и, как правило, они не развиваются никак.

– Это хиктеры, – в очередной раз я прервал его повествование.

– Нет, хиктеры просто получают максимально развитый дар и невозможность на длительное время приобрести новый, если конечно не употребляли белый жемчуг, чтобы стать такими, – он прищурился и посмотрел на меня как-то хитро. – Самый яркий пример абсолютного дара – это статуя, обладатель такого дара просто каменеет или покрывается металлом и с ним ничего нельзя сделать, таким даром нельзя управлять, нельзя развивать, он действует сам, без воли своего владельца, поэтому так и называется.

– О как, – многозначительно протянул я, тем самым в очередной раз вызвав его прищур.

– Я понимаю, что данная лекция интересна больше для знахаря, но все-таки дослушать вам её нужно, – уже видимо теряя терпение, разъяснил Жнец.

– Нет, что вы, я не против лекции и мне интересна любая новая информация, даже если она не касается меня напрямую.

– Хорошо, тогда продолжим, последняя и самая малочисленная группа даров зовётся, да никак она не зовётся. Ни разу не слышал, чтобы три знахаря одинаково такой дар классифицировали, в общем, это дары, имеющие грани своего развития.

– Как у меня, я так понимаю? – спросил я, увидев, что Жнец явно ожидает от меня реакции.

– Именно, их так же много, например, бесполезный на первый взгляд дар, позволяющий чувствовать животных, птичек, всяких грызунов и котов, может получить грань развития, которая позволит видеть и слышать все то, что видит и слышит зверёк. – В этот момент у меня перед глазами отчётливо встала мордочка кота, слушавшего, что же я такое говорю поверженному врагу на арене, и я невольно перевёл взгляд на Шатуна, который в свою очередь никак не отреагировал. Жнец, тем временем, продолжал, – может появиться грань, позволяющая управлять животными, сам понимаешь, такой дар очень полезен для его владельца, шпионить, наблюдать незаметно за кем угодно, вот поэтому владельцы такого дара не афишируют его обычно.

– Ну да, мне бы не хотелось, чтобы пятнистый котик владельца созерцал меня нагишом в душе, – произнёс я и опять увидел все то же невозмутимое выражение лица Шатуна, а я почему-то уверен, что кот тот его, и дар у него такой имеется.

– И не только поэтому, сам понимаешь, мышь, сидящая под кроватью у группы, может столько узнать, что мама не горюй, ну а теперь обсудим тебя. Твой дар еще большая редкость, чем всё озвученное ранее, и даже ксер не так редок, как тот, что выпал волей Улья тебе, – снял он у меня с языка вопрос. – Все дело в том, что у такого типа даров есть ядро, на которое плюсуется то, что мы называем гранями, чувствовал ты животных, получил грань, стал видеть их глазами, новая грань и ты ими уже управляешь, но каждая следующая, так или иначе, происходит именно от этого ядра и пускать огонь из глаз крысы у тебя никогда не выйдет.

– Суть я ухватил, – решил я дать Жнецу знак о том, что смысл я понял и дальнейшие разъяснения и втолковывания мне не нужны.

– Ядро твоего дара, это не редкость как грань или одна из составных частей дара, у сенсов, ксеров, да много у кого, но не в чистом виде, а как примесь, потому что в чистом виде пространство этого мира бессмысленно и использовать его нельзя. Но если вдруг оно становится ядром и начинает формировать грани, смысл появляется, да еще какой, ты не просто становишься прозрачным, а исчезаешь из пространства, ты не просто замедляешь время, а переносишься в пространство, где его нет и взаимодействуешь с этим пространством, бог знает какие еще комбинации могут быть.

– Я по-прежнему не могу взять в толк зачем скрывать такое?

– Все просто, сейчас я тебе расскажу судьбу последнего владельца такого же дара, как и у тебя, называется он «Мастер Улья», дар в смысле, а не владелец. История очень давняя и лично я свидетелем её не был, но источники заслуживают всяческое доверие. Жил был рейдер, со средними дарами и никому не мешал, как вдруг у него появился дар пустышка, ни с чем не связанный, то самое пространство улья, что и у тебя, – указал он на меня пальцем, – расстроился рейдер, тот заплатил знахарю и опечалился, столько сил, столько гороха, а получил пустышку. А через некоторое время грань стала формироваться, и знахарь разглядел в ней копию дара, что позволяет кисляк вызывать, сообщил об этом владельцу, тому полегче стало, но все равно дар тот специфический, монстров отпугивать можно или людей запахом шугнуть. Опробовать он решил его в отдаленном кластере, активировал и в правду кисляк стал подыматься, а отменить не смог. Кластер тот в течении десяти минут на перезагрузку пошёл, он аж себе не поверил, подумал, что так совпало. После трех повторений и перезагрузки небольшого стаба он полностью убедился, что именно он виновен в этом и на радостях об этом похвастался в баре. Уже следующим утром его жизнь изменилась, железная клетка, прикованные руки, чтобы до земли не достал, именно так дар его активировался, и использование как инструмента в войне за ресурсы или орду отпугнуть перезагрузками на их пути. А позже, когда и до других сильных мира сего слух о нем дошел, тут такое началось, резня, кровь, он переходил из одних рук в другие, но жизнь его так и продолжалась в клетке. Лет пятьдесят он думал о том, как с этим покончить и вдруг случай помог, когда на очередного его хозяина сосед напал, он как-то изловчился и перезагрузил весь стаб, да так, что мало кто выйти успел, накипело у него сильно, сам конечно тоже сгинул. – Жнец, договорив, сделал паузу.

– Я так понимаю, что вся проблема не в том, что я могу остановить время, хотя подозреваю, возможность попасть куда угодно и убить кого угодно тоже существенна, предполагаю, что могут появиться более интересные грани, – выдвинул я своё предположение.

– Именно, – на сей раз ответил Шатун, – и если ради захвата тебя нужно будет сровнять с землёй Бастион, сравняют, ни Клин, ни Береговой и даже Колизей для тебя не могут стать защитой, если о твоём даре узнают.

– И что же мне тогда делать?

– Все просто, поддерживай легенду, в нее все без проблем поверят, с учётом, как мы это все обставили, я даже публично с глыбой поговорил о том, чтобы тебя в группу к себе забрать из-за этого, мол, мне крайне необходим такой уникальный клокстопер как ты. Я думаю, о той громкой перепалке с нашим участием даже в Колизее уже знают, в общем, почву мы подготовили. – Проговорил Шатун, с явным ожиданием от меня ответа.

– Хорошо, Глыба и группа, это один разговор, с ними можно договорится, тем более, что бастион для них как дом родной, а Дикий и Глаз, что с ними делать, и тот и другой знают о том, что эта легенда пустого яйца не стоит?

– Дикий наш человек, как ты думаешь, что он сделал следующим после того, как в тебя живец заливать начал, когда ты выключился? Он в рацию код специальный сообщил, означающий, что там, где он находится происходит что то, что важнее всего, сразу вся наша группа туда стянулась, из близкого круга он надежный и проверенный человек. Глаз, тот да, он не такой, но ты его так припечатал, что ему знахарь срочно понадобился, а по секрету расскажу, что очень часто у пострадавших от спорового голодания бывает амнезия, а если еще и помочь, – он глянул на Шутера, – то точно будет.

– Хорошо, этот вопрос мы решили, я согласен придерживаться данной версии, тем более, что кроме Дикого никто всю подноготную не знает. Теперь то, за чем я сюда пришёл, хочу узнать размер моего долга и условия возврата, решил я перейти от рассказов к делу.

– Ничего, – произнёс Шатун осклабившись, – мне ты не должен ничего и стабу ты ничего не должен, весь тот жемчуг, что в тебя скормили, был с тех тварей, что на базе вскрыли, и поверь, когда на дележе поднялся вопрос о таком решении, многие не только согласились с тем, что все пойдет тебе, но даже предложили добавить своего. Если бы не столь удачная активация дара, почти все бы полегли и адекватные командиры, а неадекватных я бы с собой не брал вообще, понимают, чем это грозило бы для них и безопасности стаба и не только нашего. Потеря такого количества отборных бойцов могла вызвать серьёзное шатание в регионе, так что по жемчугу и гороху вопросов к тебе нет, даже долю твою с базы Глыбе отдали, он заботливо под твои калибры выбрал, почти все для твоего подствольника забрал.

– А белая, ей же цены нет, – спросил я, когда Шатун закончил.

– Белая была моя, – промолвил Жнец, – цена её и в правду велика, не слышал я, чтобы часто ими торговали, да и, как правило, попадая в руки к рейдеру, поглощается она не задумываясь, ведь она единственная не может дать никаких негативных последствий, да еще и имеющиеся уберет, хоть ведро жемчуга перед ней съешь. Скажи-ка, молодой человек, а что для тебя жемчуг вообще значит? – спросил он и катнул в мою сторону белую отливающую перламутром жемчужину.

– Жемчуг, – я задумался, поймав её и ощутив тепло в руках, – я конечно понимаю, что это местная валюта, что-то вроде денег в моём мире, но я их воспринимаю скорее, как средство достижения своей цели, но при этом я не стремлюсь иметь у себя ведро в подсобке. Покрутив немного жемчужину между пальцев, катнул её обратно по столу Жнецу, заметив при этом, как Шутер и Факир её проводили взглядом, в отличии от Тихого и Шатуна, у тех она не вызвала особого интереса.

– И какой же цели, вы, желаете достигнуть, – спросил заинтересовано Жнец.

– А вот этого я не знаю, но бить зараженных мне неинтересно, я бы этим занимался лишь по нужде, марадерить склады так же не стремлюсь, и то и другое просто необходимость для выживания. Вообще, я давно думаю о том, чтобы пойти к пеклу, хочу посмотреть, что в его центре, с группой это невозможно, а один я, скорее всего, смогу выжить.

– Интересные у вас желания, скажу я вам молодой человек, видимо Косой что-то в вас такое увидел, что отдал вам белую жемчужину.

– Не давал он мне белой, я первую незадолго до прихода в стаб употребил и ничего до этого кроме живца я не потреблял, но это, собственно, и не столь важно, меня волнует вопрос долга, я понимаю, что можно простить черные и красные, но белую?

– Молодой человек, – повысил голос Жнец, – за белую вы мне ничего не должны и, если вы еще не поняли, я не был уверен, что хватит одной, именно поэтому был готов вам с легкостью отдать и эту, на этом я надеюсь ваш вопрос исчерпан? Это был вам первый подарок, надеюсь вы его оцените, а вторым станет для вас новость о том, что вы хиктер. Молодой человек, разрешите мне договорить, – он опять повысил тон, видя, что я хочу его прервать. – И да, Шутер это тоже видел, но второй зарождающийся дар сбил его с толку, он даже не мог предположить, что первая жемчужина может быть белой. Такое в принципе немыслимо, если только кто-то не пытается сделать своего родственника иммунным, но ты же сам понимаешь, что для таких целей организовываются конвои, поиски и целые операции на кластерах, я даже не могу представить, при каких других обстоятельствах свежак может достать белый жемчуг.

– Что он видел? – переспросил я, когда Жнец закончил, – что он мог увидеть в помирающем от спорового голодания пацане и нет, я не узнал в нем родственника или хоть кого то, и да, мир, из которого он попал сюда, судя по его рассказам, был совершенно другой, не было у него Российской Империи вообще, так что, все ваши предположения не верны.

– А ты не думал, – взял слово Шатун, – что он мог понимать, что белая жемчужина, это единственный шанс тебе выжить и у него она просто была? Может быть для него белый жемчуг, это хоть и дорогое, но средство достижения цели и в тот момент твоё выживание было его целью?

– Я не знаю, ответил я ему, я действительно не знал и не знаю о нем практически ничего, то, что я слышал про Косого от ментата, просто не соответствовало тому представлению, что сложилось у меня и для меня он останется тем человеком, кому я всегда буду благодарен.

– Ну что же, говоря языком покера, пора вскрываться, – вырвал меня из начавшейся тирады Шатун, с долгом твоим все ясно, что тебе дальше говорить и как себя вести понятно, ты вроде как согласен с нашим предложением, теперь немного плохого, так сказать. Вот сейчас ты видишь трех знахарей, которым ты можешь доверять, они все про тебя знают, и только они гарантированно не расскажут никому о твоём даре, любой другой, это потенциальный риск, даже если он сам не поймёт, что это за дар такой, то пойдёт спрашивать дальше по своим каналам, рано или поздно информация дойдёт до ненужных ушей. Как я и говорил, шансов у тебя на нормальную жизнь в таком случае будет мало, сочетание твоих граней уникально, убить тебя не просто, приковать наручниками к решётке не выйдет, но, как ты уже догадался, варианты есть, яд и шантаж или вообще на нимфу тебя подсадить можно, ты тогда со счастливой рожей дебила сам будешь делать все, что она прикажет. Я тебе всегда готов помочь, если есть желание, можешь ко мне в группу войти, но лишь после испытательного срока и согласия остальных, а можешь и у Глыбы остаться.

– Щедрое предложение, о группе Шатуна ходят легенды, иногда очень забавные, даже не знаю, чему верить, – отозвался я.

– Да баб он таскает регулярно и не только в бастион, главный поставщик, так сказать, – захихикал Факир.

– Это конечно хорошо, но скажи, кот пятнистый твой? – спросил я Шатуна на полном серьёзе.

– Мой, и да, я за тобой наблюдал сразу, как ты в стаб пришёл, думаю ты понимаешь почему, неужели ты рассчитывал, что, узнав кто твой провожатый, всполошиться только охрана?

– И дар связи с животными тоже у тебя?

– Да, у меня, подтвердил он очередное моё предположение, все также оставаясь невозмутимым.

– Тогда и я карты положу на стол, Шутер, наверно, докладывал всё о моём даре?

– Нет, – не дав мне закончить, перебил Шатун, – единственное, что он мне сказал, так это то, что у тебя дар Мастер Улья и то после того, как тебя в стаб привезли после стычки с тварью, о том, что ты призрак я узнал из открытых источников, также, я знаю, что у тебя есть и второй дар – знаток жемчуга. Еще имеются некоторые предположения и выводы, сделанные по наблюдениям тебя на арене, полигоне и другим отголоскам информации, что до меня доходили. Если ты не веришь, можешь найти ментата, я и Шутер спокойно подтвердим при нём сказанное, – проговорился Шутер на пару с Факиром, объясняя, что они не справятся и нужно срочно вызывать Жнеца.

– О как, высказал я своё удивление, не нужно ментата и так что-то много внимания к моей персоне, а если пройдёт слух, что я Шутера и Шатуна допросил с пристрастием, боюсь мне станет совсем невыносимо, придётся менять стаб, а я к здешнему только привык. Давайте тогда и я открою свои карты, так сказать, продолжим вечер чудес. Думаю, о том, как работает остановка времени, Дикий поведал в деталях? – Шатун утвердительно махнул головой, – и это не так интересно, а вот о том, что моя сенсорика здорово поменялась, это, наверное, сюрприз будет даже для Шутера. Полагаю, виной тому жемчуг, что вы в меня впихали, раньше я видел разноцветные пятна в живых существах, а в тварях более темные, но тоже с отливами, сейчас же я вижу всю структуру внутри каждого, включая вас и себя в том числе. Я это осознал еще в палате, именно так я и опознал Жнеца, когда он мне жемчуг принёс.

– Взгляд знахаря? – спросил Шутер, повернувшись к Жнецу.

– Не гадай, интересно, посмотри, это же, вроде как, недолго, да подожди ты, дай все расскажу, – остановил я подскочившего Шутера. Помимо всего, я вижу через почву Улья, что недоступно сенсам, я вижу всё, всю сеть туннелей под стабом, отдельное изолированное убежище знахаря и даже помещения, спрятанные под этим домом, секретный оружейный склад я тоже видел. – И тут я заметил, впервые, за все то время, что мы тут разговариваем, как у двух волков едва выходило сдерживать оскал, но я решил проверить степень их лояльности ко мне. – Девушка, что тренируется в этом бункере, – я указал на пол, – имеет тот же дар, что и я, – вот тут-то мне даже показалось, что Шатун и Тихий привстали как два льва, что готовы вцепиться мне в глотку.

– Шатун? – вопросительно протянул Жнец, поворачиваясь в его сторону, и тут я понял, что он был не в курсе этого.

– Да, – сухо, почти прорычав, ответил тот.

– Но грань дара у нее одна и совсем не такая как у меня, она похожа на… – я задумался, говорить или нет, – она кто-то вроде ксера, я, конечно, точно не могу сказать, но несколько раз наблюдал, как она формирует предметы из ничего.

– Твою мать, – тихо выматерился Жнец, до этого использовавший лишь благочестивые выражения, и это даже резануло мне ухо больше, чем диссонанс его голоса и внешнего вида, – Шатун, лучше бы ты баб продолжал пачками в стаб возить, ты где этих подбираешь? – он ткнул в меня пальцем, – ты понимаешь, что, если хоть одна душа о любом из них узнает, тут такое в наших кластерах начнётся, думаю даже внешники в такой замес залезут. Хотя, с учётом того, что я не подозревал об этом до сегодняшнего дня, шанс сохранить тайну есть.

– Вы, Жнец, тоже не так просты, я ни у кого не видел, чтобы были вплетены черные нити в тело, кроме как у зараженных, а у вас есть, – решил я напасть на другого члена стола, продолжая проверять уровень лояльности ко мне.

– Есть, и ты первый кто это увидел, даже хороший знахарь не всегда видит так четко как ты, но причину мы сейчас узнаем, а о себе я скажу так, да, во мне есть, если можно так сказать, частица тех тварей, на которых ты обычно привык охотиться, но к ним я не отношусь, хотя некоторым могу приказывать и заставлять делать то, что мне нужно. – Я не заметил, чтобы сказанное им вызвало хоть какой-то эффект, видимо все присутствующие знали о его дарах.

На этом я завершил вытягивать тузы из рукава, все три знахаря меня осмотрели и получив разрешение озвучить все вслух. Грань, которая сработав спасла столько жизней, видимо была в зачатке, именно поэтому меня так накрыло после нее откатом, сейчас же, при угрозе я буду либо нырять в своё пространство, либо превращаться в призрака. Знаток жемчуга достиг пика, теперь с сотни метров буду точно чуять, если он не в живой твари.

Новую грань они назвали «глаз сути», это незнахарский взгляд – это даже поинтереснее, могу видеть активацию даров, а с учётом того, что я вижу уже на добрые двести метров, в заварушке против других иммунных я буду иметь преимущество. Шутер даже пообещал дать книжку с хорошими картинками, чтобы я дары заучил, есть один знахарь, что художником был в прошлой жизни, здорово и точно рисует. Нашлись еще две грани, совсем в зачатке, эту подробность лишь Жнец увидел, но пообещал, что через пару месяцев, когда все потоки нормализуются, они начнут развиваться, сейчас, после такой экстренной терапии, итак, все кверху дном.

Покидая Тихую Гавань, я удалился через другой выход, к которому меня проводил Тихий, в то время, как остальные продолжали празднование, галдя в баре, а заседавшие в конференцзале явно принимали решения в отношении меня. Пока плёлся в сторону дома, где располагалась наша группа, мне показалось, что пришло время, когда мне придется покинуть стаб, навряд ли Шатуну понравилось моё выступление, да и Жнец правильно сказал о том, что из-за меня и той неизвестной, могут стаб с землей сровнять. С новым сенсом группы я еще толком не успел познакомиться, но как разведка, я тоже больше не востребован, а значит путь у меня только один, реализовать ту мысль, которая у меня уже давно мелькала в голове. Попробовать уйти ближе к пеклу и найти себя там, а лучше найти Косого и попробовать узнать его мотивацию, а может даже и присоединиться к его организации.