Текст книги ""Фантастика 2026-33". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Алексей Ковтунов

– Я чего звоню-то… – продолжил Константин. – А можешь Художнику вертолет какой-нибудь выдать? Пусть заберет меня, а координаты я скоро вышлю.

– Но там же сосредоточение противовоздушных систем врага, – нахмурился Собутыльев.

– О, спасибо, что напомнил! – воскликнул Константин. – Главное, пусть никто об этом ему не говорит. Хорошо?

Глава 16

Художник спокойно сидел в кресле пилота, лениво потягивал рычаги, направляя вертолет в сторону указанных координат и напевал незамысловатую песенку. Вот бывает ведь, услышишь где-то случайно какой-нибудь глупый мотив с совершенно бессмысленными словами и потом ходишь, постоянно напеваешь его, хотя он тебя даже бесит.

Вот и с Художником так. Шел мимо столовой, услышал идиотскую песенку по радио, и всё, теперь постоянно мычит ее себе под нос и бесит окружающих. Причем даже бесов, но он сам об этом не знает.

Ну, а почему сейчас ее не напевать? Художник был в прекрасном расположении духа, ведь сегодня утром ему выдали вертолет и сказали лететь, выполнять задание. Летать он любит, и уж тем более, вертолет этот довольно маневренный и управляемый. Бывают такие удачные модели, которые вроде и стоят недорого, и нет в них каких-то навороченных дорогих систем, но при этом летать на подобных – одно удовольствие.

Настроение и так было отменное, а теперь и вовсе. Ведь его могли отправить в какое-нибудь опаснейшее место, но вместо этого сейчас Художник летит забрать кого-то из пустыни. Собутыльев так и сказал, мол, какому дураку придет в голову размещать системы противовоздушной обороны посреди песков? Правда, после этого он отвернулся, а остальные тактично промолчали и тоже отвели взгляд.

И вот, летит он себе спокойно, напевает песенку, иногда потягивает холодный кофе со льдом. Что удобно, в этом вертолете есть встроенный холодильник для пилотов. Точнее для напитков, которые они решат взять с собой, а не для них самих. Кондиционер поддерживает комфортную температуру, и легкий прохладный ветерок дует в лицо пилоту. Благодать! Учитывая, что за бортом плюс сорок.

– Внимание! Опасность! – вдруг вся приборная панель замигала красным, а женский роботизированный голос стал раз за разом повторять одно и то же. – Обнаружен пуск самонаводящихся ракет! Внимание! Опасность!

– Вот же сволочи! – Художник сразу убрал кофе в подстаканник и взялся двумя руками за рычаги, приготовившись к маневру уклонения. – Ракету вам в хвост, черти! – прорычал он и начал творить свою особую, лётную магию.

Машина взвыла от напряжения и рухнула камнем вниз, пропуская над собой сразу несколько ракет. Прогремели взрывы и над Художником возникло дымное облако, в которое он тут же направил вертолет.

Развороты, взлеты и падения, сложнейшие маневры на грани возможностей машины. Несколько раз вертолет едва не врезался лопастями в песок, иногда он выбивал пылевое облако и срезал верхушки барханов укрепленным днищем.

И всё это время приборная панель сверкала красным. Один датчик за другим сообщал об опасности, но к этому моменту Художник уже предпринимал действия по уклонению или даже ответной атаке. Заранее, прежде, чем враг даже успеет нормально навестись.

– Зафиксировано наведение, рекомендуется активировать тепловые ловушки!

– Да знаю я! – рыкнул Художник. Он уже заметил, как в небо за его спиной поднялись два османских вертолета. Причем более новые, чем его техника, так еще и предназначенные для перехвата других вертолетов. – Будут им тепловые ловушки!

Пилот резко дернул на себя штурвал и, развернувшись в воздухе, нажал сразу несколько кнопок. Из брюха его машины вырвалось несколько сверкающих и дымящихся ракет, что устремились в разные стороны, а снизу из специального люка высунулся трехствольный пулемет.

Короткая очередь, и один из вертолетов задымился, начав уходить в сторону. Но второй успел выпустить две ракеты и также стал палить из своего пулемета прежде, чем Художник успел срезать и его.

– Обнаружены повреждения! Производится анализ, – роботизированный голос спокойно докладывал о произошедшем, тогда как по лбу Художника градом стекал пот. – Пробитие корпуса! Повреждения незначительные, основные системы не задеты!

По идее, это должно было успокоить пилота, но пот по его лицу теперь потек нескончаемыми ручьями, а руки его затряслись. Перед глазами сразу всплыла картинка. Ирина с указкой в руках… На самом деле, она ни разу ни на что не показала своей указкой. У этого инструмента была совершенно другая функция – причинять боль. Ирина могла кольнуть указкой под ребра, нанести удар плашмя… Художник до сих пор не понял, какой из этих ударов неприятен ему больше всего.

Так вот, за повреждения корпуса, пусть и совсем незначительные, обычно полагался удар по пальцам. Почему? Ведь если повреждения незначительны, значит, можно не обращать на это внимания. Но нет. Как говорила Ирина: «кому это чинить? Тебе? Нет, Империи. А твоя задача не разорять Империю, а защищать ее…». Ну и всё в таком духе. Каждое повреждение техники заканчивалось длинной лекцией, после которой в обязательном порядке шли побои для закрепления информации.

Вот и сейчас Художник слышал сообщение системы, а перед глазами Ирина. Очень недовольная Ирина с указкой в руках, стоит и укоризненно качает головой.

– Да я сам эту царапину закрашу! – взревел пилот. – Не надо лупить меня указкой!

– Вертолет такого класса может выдержать многое, и большая часть повреждений не навредит его основным функциям! – прорычала воображаемая Ирина. – Но технику надо беречь, особенно казенную. Вот купишь свой вертолет и делай с ним, что хочешь!

– Да ты что, жена моя, что ли, чтобы нотации мне читать? – Художник снял ботинок и кинул его в Ирину, но, ожидаемо, тот пролетел сквозь нее.

– Кто знает, Художник, как повернется судьба… – оскалилась она и, спустя мгновение, исчезла, оставив бледного пилота истекать холодным потом.

* * *

– Залета-а-а-ай! – верещал Художник, тогда как его вертолет летел задом и распахнутым задним люком загребал песок.

Я же мчался на своем драндулете с коляской и выжимал из него все соки. Правда, соков этих осталось совсем немного, ведь в люльке лежит всякий хлам, а позади, вгрызаясь в песок, волочится связка из самых разных пулеметов. Ну что успел снять с поезда, то и прихватил. Разве что уцелело не так много, большая часть состава сейчас пылает и взрывается.

Мотоцикл в последний раз чихнул, икнул, и стал замедляться. Но Художник к этому моменту уже подвел свою машину и, зачерпнув нас, словно ковшом, сразу стал набирать высоту.

– Всё! Ха! – пилот ловко орудовал рычагами и параллельно выстраивал маршрут, оставляя отметки на интерактивной карте. – На базу!

– Эмм… – скривился я. – А с чего ты так решил?

– Ну, мне было приказано отправиться за тобой… – замялся Художник. – Забрать и… дальнейших указаний не было, а значит, пора возвращаться на базу.

– То, что дальнейших указаний не было – не значит, что они не появились сейчас, – развел я руками.

– И куда мы в таком случае летим? – обреченно выдохнул тот.

– Мы летим бесить османов, – не понимаю, почему он сам не догадался? Топлива в баках предостаточно, время свободное есть. Так почему бы не провести его с пользой? Ведь что может быть полезнее, чем действовать на нервы врагу и наносить ему критический моральный ущерб всеми доступными способами?

– Но как ты предлагаешь бесить их? – возмутился Художник. – Мне уже нечем бесить, патронов почти не осталось, да пара ракет под крыльями висит.

– Ничего, что-нибудь придумаешь, – отмахнулся я. – Будем летать вокруг их базы ПВО, как комар над ухом. И чтобы ни одна ракета по нам не попала, понял? – пригрозил ему пальцем.

– Командир, ты сейчас серьезно? – сник пилот.

– А что такого? Я тебя не для легких прогулок на обучение отправлял, – пожал я плечами. – Всё, полетели, в общем. Есть тут одно местечко, совсем недавно о нем узнал.

– Наша смерть будет на твоей совести, – буркнул Художник.

– Насчет этого не переживай, совести у меня всё равно нет.

Собственно, пока мы говорили, всё уже началось. Загорелись красные огоньки, всякие датчики начали верещать, как в последний раз, а я накрепко зафиксировал себя в кресле и просто получал удовольствие от полета. Вверх, вниз, затем куда-то вбок, после чего нас закрутило. Мир мелькал перед глазами, переворачивался, крутился, и всё это время вокруг гремели нескончаемые взрывы. Тогда как Художник полностью сконцентрировался на управлении вертолетом и словно слился с ним воедино. Он дергал рычаги, жал какие-то кнопки, постоянно щелкал тумблерами, и казалось, будто ему не приходится задумываться ни над одним действием. Всё четко выверено и находится под полным контролем. Так что я окончательно расслабился и просто получал удовольствие, словно катаюсь на карусели, а не летаю над вражеской базой противовоздушной обороны.

А вскоре стали ясны причины, почему Художник так старается. Ведь по нам действительно не могли попасть ни одной ракетой, хотя они и были все сплошь самонаводящиеся. Как это возможно? А тут всё просто. Главное – правильно замотивировать человека, а он уже сам придумает, как сделать всё максимально хорошо.

– Я не пойду на переаттестацию! – взревел пилот и машина ухнула вниз, открыв огонь по скоплению врага. – Никогда больше!

* * *

Начальник османской базы противовоздушной обороны едва переводил дух и недоуменно смотрел в окна высокой башни на развернувшуюся перед ним бредовую картину. Ему пришлось хорошенько пробежаться, ведь путь сюда неблизкий. Из защищенного подземного бункера, в котором он проживает, мужчину срочно вызвали подчиненные и даже не смогли объяснить, что там наверху происходит.

Ведь действительно непонятно. Что это за вертолет, почему он так странно летает, почему ракеты не могут попасть по нему и проносятся мимо, и главный вопрос – где законы физики, когда они так нужны? Ведь этот вертолет явно их не соблюдает и творит, что хочет.

– Но ведь на такой технике невозможно сделать мертвую петлю! Да и бочку тоже не получится! Он не может так быстро останавливаться, его мотор на такое не рассчитан! – держался за голову начальник и задавал вопросы даже не своим подчиненным, а скорее Вселенной. Вот только она молчала и вместе с остальными спокойно смотрела на бешеный вертолет. – Да что стряслось? Откуда он взялся? – бедолага даже протер глаза, надеясь, что всё это ему снится и он просто пока не проснулся.

И лучше, если это будет так. Ведь только при нем было выпущено несколько десятков ракет и страшно представить, сколько выпустили до его появления тут. А еще страшнее представлять, что с ним сделает потом начальство за все эти промахи. Ведь ракеты – штуки не дешевые, ненамного дешевле этого вертолета. Но проблема не только в этом. Его база крайне важна, ведь совсем скоро должен проехать поезд с невероятно ценным и критически важным грузом. Его надо защитить любой ценой, и появление полоумного вертолета прямо над базой явно этому не способствует.

– Мы должны не дать ему ничего повредить! – рыкнул начальник.

– Да, второй раз за день будет как-то слишком, – согласились с ним остальные.

– В смысле? – не понял он. – Что второй раз?

– Ну, повредит… – почесал голову офицер. – А, точно, вы же спали, совсем забыл. В общем, тут такое дело… Даже не знаю, как помягче об этом сказать.

Так начальник и узнал о недавнем крушении поезда. Подчиненные не стали ходить вокруг да около и все рассказали ему, как есть, но бедолаге понадобилось несколько минут после такого, чтобы прийти в себя.

И всё это время вертолет продолжал летать над базой, по-прежнему бесцеремонно нарушая законы физики.

– Это они виноваты? – нахмурился мужчина и указал в сторону вертолета.

– Маловероятно, – пожали плечами бойцы. – Машинист перед смертью успел прокричать в рацию, что на путях какая-то огромная…

– Огромная, что?

– А договорить он не успел, так что остается лишь догадываться, – развел руками подчиненный. – Скорее всего, просто не повезло.

– Наоборот, сказочно повезло, – задумчиво проговорил начальник. – Нам, по крайней мере. Теперь на нас этот провал точно не повесят, – он некоторое время стоял и смотрел в окно. – Да сбейте вы ее уже! Она прямо над нами, почему попасть не можете? Вот же, близко!

– Так она крутится! – воскликнул офицер. – И никак не останавливается!

– Ну так дождитесь, пока крутиться перестанет. Зачем ракеты тратить? – пожал плечами начальник.

– Да? А ничего, что он крутится уже двадцать пять минут и еще ни разу не остановился?

Так прошло часа два и у начальника закончились волосы на голове. Все выщипал. А как их не выщипать, когда запасы ракет тают на глазах, и при этом сбить назойливый вертолет так и не получилось? Даже повредить не удалось, на нем пока не появилось ни одной царапины, хотя солдаты очень старались и не жалели ни ракет, ни патронов.

Так еще из столицы позвонили. До высшего командования дошла информация о вертолете, кружащем над одной из основных баз и потому начальнику непрозрачно намекнули, что этот вертолет обязательно должен быть сбит в ближайшее время. Иначе его самого в качестве ракеты используют, ну, или, будет мулом работать где-то в горах. Ни один из этих вариантов мужчину совершенно не устраивал, потому он постоянно подгонял своих бойцов и требовал от них еще большего старания.

– Бейте всем, что есть! – рычал он в рацию. – Не жалейте снарядов! Лупите из всех орудий!

Ракеты стали срываться в воздух одна за одной, всё кругом заполонило дымом, и спустя пару минут звуки взрывов резко стихли. Остался лишь пропеллера, но и тот тоже стал значительно тише и спокойнее, ведь вертолет перестал кружиться и теперь медленно летел куда-то по своим делам.

– Ну? Чего встали, дебилы? Он больше не может уклоняться, стреляйте! – проорал начальник.

– Так всё, – развел руками кто-то из его помощников. – Нечем больше стрелять. Закончилось.

– Значит, используйте запасные!

– Но вы же сказали, бить из всех стволов, не экономить. В общем, запасных тоже нет, – вздохнул тот.

– Так… – нахмурился начальник. – А почему он разворачивается… И почему он летит к нам???

– Видимо, он тоже знает, что у нас закончились ракеты, – обреченно вздохнул помощник.

– Эй! Сволочь! Домой лети! – начальник открыл окно и стал орать на вертолет. – Я тебе говорю! А ну развернись! Эй! – мужчина недоуменно посмотрел на замерших от удивления офицеров. – А зачем он выпустил магнитные канаты? Стоп! Эта сволочь цепляет наше новейшую ракетную установку! Это же секретная разработка, мы ее даже подключить не успели! Куда он с ней полетел? – он снова открыл окно и стал гневно размахивать руками. – Верни ракетницу, сволочь! Не-е-ет! Не хочу быть мулом!

* * *

– И что это? – Собутыльев смотрел на накрытую тряпкой установку и не мог понять, зачем мы положили это прямо у входа в штаб.

– Сувенир, – честно ответил я. – Османы передали.

– Почему мне кажется, что ты это не купил? – прищурился майор.

– Потому, что не кажется, – пожал я плечами. – А вот вы точно купите, я в этом уверен, – похлопал его по плечу и отправился в свою комнату.

Там еще надо разложить другие трофеи, оценить их, и затем сдать прапору. Он пока принимает вертолет и удивляется тому, насколько он вернулся целым с такого задания. Всё же технику Художнику выдали для поездки в один конец, по крайней мере, в этом были уверены практически все.

Закончив с приятными хлопотами, сел писать отчет. Разумеется, полную версию уже написал демон-душнила, а я решил в оглавление вставить краткий пересказ, без лишних подробностей и описаний местности и погоды.

Затем сдал этот отчет, прилег отдохнуть, и уже минут через десять за мной прислали бойца.

– Товарищ лейтенант, вас вызывает начальник штаба, – отчитался тот. – Разрешите идти?

– Разрешаю, – устало вздохнул я и стал собираться.

Не спеша оделся, вышел на улицу и прогулочным шагом направился в сторону здания штаба. Там поднялся на второй этаж, свернул в коридор и в самом его конце нашел дверь с надписью «Собутыльев».

– Что, я уже где-то накосячил? – заглянул в дверь, а там собралось чуть ли не всё командование части. Майор же сразу жестом приказал зайти и присесть на стул.

– Нет, наоборот, всё отлично, – улыбнулся он. – Поезд ведь остановил! Но хотелось бы узнать, как тебе это удалось. А то в отчете описана фракция песка в двадцати метрах от железной дороги, марка стали рельсов… Ты даже древесные кольца в шпалах посчитал!

– Ну так информация лишней не бывает, – пожал я плечами.

– Да, но сути в отчете не указано. Описано всё, кроме момента остановки поезда! – воскликнул майор.

– Ой, да чего там описывать? – махнул я рукой. – Остановился и остановился. Потом взорвался, правда, но это уже не моя заслуга. Видимо, старый был, и снаряды просроченные вез, других объяснений не вижу.

– Совсем взорвался? – уточнил кто-то из командиров.

– Окончательно, – отрезал я. – Вряд ли починят.

– Так, допустим, – помотал головой Собутыльев. – А ракетницу ты как спереть умудрился?

– Ой, там тоже забавная история вышла, – усмехнулся я. – Если вкратце, то мы просто разрядили остальные ракетницы.

– Ладно, не хочешь – не говори, – махнул на меня рукой майор. – Последний вопрос… Ты хочешь служить в моей части на постоянной основе?

– Да мне непринципиально. Но, в любом случае, не получится, всё-таки я «демон войны» и приписан к другой части, – вздохнул я. Хотя тут проще добывать золото и для меня так получается выгоднее.

– А вот насчет этого не переживай, – заулыбался майор. – У меня есть много знакомых среди высшего командования, так что вопрос с переводом мы решим быстро, – он достал телефон и выбрал нужный ему номер. – Да, здравствуй, Кирюха! Мне тут надо один небольшой вопросик решить, можешь помочь?

– Так ты озвучь, – спокойно ответил Кирилл, а мы все услышали это, так как Собутыльев включил громкую связь.

– Можно к нам одного «демона» на постоянку? Очень ценный боец, пусть и совершенно неизвестный никому.

– Гм… А знаешь, – задумался собеседник, – ты вовремя позвонил, я как раз в данный момент с Императором сижу, общаюсь… – майор резко побледнел и даже встал по стойке смирно. Впрочем, как и остальные присутствующие в комнате. – Здравия желаю, Ваше Величество! – выпалил он.

– Здравствуй, майор, – послышался голос Император.

– О, здрасьте, Ваше Величество! – я тоже решил поздороваться.

– Привет, Костя, – усмехнулся Император. – Как жизнь?

– Да нормально… Ну, знаете, воюем тут, стреляем по врагу, а он по нам, – пожал я плечами. – Грех жаловаться…

– На, это хорошо, – согласился Император. – Слышал, ты на ежегодный бал ко мне приедешь? Мне всё правильно доложили?

– Ага, – вздохнул я. – Извините, я бы еще поговорил, но нужно отвлечься. Тут майору как-то поплохело, надо помогать.

Глава 17

Да уж, день получился тяжелый. И очень надеюсь, что не только у меня.

Я подошел к двери нашей комнаты, взялся за ручку двери и замер, так как оттуда послышались звуки. Вроде бы они должны были быть на полигоне? Насколько помню, мы именно так договаривались.

– Хах! – вдруг рассмеялся Игорь.

– Ты чего? – удивились бойцы. Всё же они только разлеглись по своим койкам после целого дня изнурительных тренировок, а он тут хохочет.

– Ну так помните, как мы на массаж сходили? Трудились, тренировались, из полигона не вылезали… А стоило только расслабиться, прилечь, и Константин тут как тут! А представляете, если Константин опять вот так возьмет и заявится в самый неподходящий момент?

– А ведь это невероятно верные мысли… – я заглянул в приоткрытую дверь и оскалился, а бойцы тут же в ужасе повскакивали со своих мест.

– Константин! Вот честное слово, только прилегли! – заверещали они. – Буквально пять минут назад! А до этого тренировались!

– Ну да, конечно я ровно так и подумал, – всё-таки мне уже докладывали бесы, что видели, как мои бойцы тренируются на полигоне.

И тренировались довольно долго, целый день. Я просто решил их занять делом, пока сам разбирался со своими проблемами. Ведь надо было не только сдать отчеты и пояснить, каким образом мне удалось остановить поезд. Пришлось с Императором поговорить, потом приводить майора в чувства.

Кстати, после того разговора он как-то забыл о желании перевести меня к себе в часть. По крайней мере, его уверенность в том, что он вот так просто разберется с этим переводом, пропала.

После разговора отправился к прапору и с ним тоже надо было решить несколько вопросов. Мы же привезли не только гору оружия и взрывчатки, но и новейшую ракетницу. Ее продать не так-то просто, ведь это секретные новейшие разработки османов. Так что и впаривать такую лучше не на общем рынке, а попытаться заинтересовать имперских ученых и инженеров.

Вот эти ребята явно могут заплатить куда больше, но придется некоторое время подождать, когда они смогут оценить сувенир из жарких краёв.

В общем, всё довольно сложно и требует времени. Плюс, дела были не только здесь, но и в домене. Там стало значительно больше строителей и с ними надо как-то расплачиваться и договариваться. А еще не забывать о том, что без жесткого контроля бесы и демоны имеют свойство расслабляться и начинать наглеть.

Потому пришлось появиться в домене, всыпать самым наглым пару ударов плёткой, погонять их вокруг недостроенного замка, а потом запереть в общественном туалете. Всё, как обычно, такие эффективные воспитательные меры не меняются веками и работают безотказно.

– Вижу, что вы хорошенько отдохнули и вам не терпится заняться чем-нибудь сложным, – я уселся на свою койку и посмотрел на бойцов.

– Да у меня уже палец опух на спусковой крючок давить! – взвыл Браг. – Я даже не считал, сколько ящиков патронов выпустил за день!

– А у меня к плечу теперь не дотронуться. Там от приклада уже кровавые мозоли! – поддержал его Игорь.

– Это всё ерунда, – лениво протянула Катюша. – Вот я ноготь сломала, и это действительно проблема. Плечо хотя бы второе есть, можно с левой руки стрелять, да и пальцев аж десять штук.

– Ну так ногтей тоже десять, – подметил Синий.

– Ой, всё! – махнула она на них рукой. – Ничего вы не понимаете.

А чего тут понимать-то? Все ведь правильно говорят, у нее девять целых ногтей осталось, так чего переживать из-за этого?

– А у тебя всё в порядке? Не устала на тренировке? – кивнул я Кобре, что спокойно сидела на своей койке и со скучающим взглядом наблюдала за стайкой бесов в углу комнаты.

– Да, всё хорошо, – пожала она плечами. – Разве что голоса в голове достали. Но надо сказать, иногда у них получаются действительно смешные шутки.

Вот ведь интересно вышло с Коброй. Но ничего, совсем скоро я начну ее тренировать тому, что действительно важно. Всё это время я не трогал ее, так как сердцу требуется какое-то время на ассимиляцию в организме. Оно должно прижиться, тело должно свыкнуться с тем, что по нему теперь протекает демоническая энергия. Сложный и совсем не быстрый процесс, который лучше лишний раз не подгонять. Но осталось совсем немного и скоро окончательная настройка организма будет завершена.

Что еще интересно, Кобра получила сердце далеко не самого слабого демона. Он был достаточно силён и имел своих подчиненных. Кстати, именно они сейчас забивают эфир и пытаются вывести ее из себя. А еще девушке приходится делиться с ними энергией, ведь заключенные с ними контракты никто не отменял. Причем у них была возможность разорвать контракт сразу после пересадки сердца, но они решили ничего не менять. Еще бы, ведь это показалось для них прекрасной возможностью неплохо подзаработать.

Демоны уверены, что поток энергии никогда не прекратится и они еще долгое время будут получать ее в прежних количествах. Плюс, можно довести девушку до смерти и тогда они получат еще больше энергии, сразу весь объем, прописанный в контракте.

Даже интересно узнать, сколько там, этих подчиненных. Но пока что получить информацию не выйдет, ведь я старательно скрываюсь от их глаз. Не хочу портить сюрприз и раскрывать все карты, пусть дальше думают, что поймали судьбу за пятку и скоро в их жизнях наступят очень большие перемены.

Кстати, в этом они действительно правы. Перемены будут, их будет много, и они будут серьезными. Это я могу обещать.

– Ладно, я правда не могу смотреть, как отдыхают солдаты. Это противоестественно, сама Вселенная не может терпеть подобной несправедливости! – развел я руками.

– Ну не-е-ет… – протянул Художник.

– А, это я не тебе, – разу помотал я головой. – Ты у нас молодец, и потому заслуживаешь дополнительный выходной. Не каждый может сделать так, чтобы демонолога укачало. Причем дважды! Так что ты молодец, и можешь лежать еще сутки.

– Да ну? – не поверил он своим ушам.

– Что, неожиданно? – усмехнулся я. – Ну вот так, тебе действительно можно лежать и ничего не делать целые сутки.

– А нам?

– А вам пора отправляться на задание, – пожал я плечами и передал заранее полученное направление с подробным описанием деталей операции. – Ну, не всем. Кобра туда не пойдет.

– Я что, какая-то особенная? – возмутилась она. – Все пойдут, и я пойду!

– Да? То есть ты не хочешь сходить со мной и попричинять немного боли? – ухмыльнулся я, тогда как у девушки в глазах сверкнул огонек.

– Та-ак… А вот с этого момента поподробнее!

* * *

Художник лежал на своей койке и внимательно изучал потолок вот уже несколько часов подряд. Поначалу потолок был интересный, но лишь до тех пор, пока он не был изучен полностью.

Теперь же с каждым часом лежать становилось всё сложнее, ведь Художник уже знал каждую трещину, каждое пятнышко на этом потолке.

Впрочем, на некоторое время мужчина нашел, чем себя занять. Он повернулся на бок и стал смотреть в стену, ведь она пока еще не была изучена и представляла хоть какой-то интерес. Вот только и стены надолго не хватило, потому вскоре скучающему солдату пришлось искать новое развлечение.

Даже поговорить не с кем… Товарищи ушли на задание, командир вместе с Коброй отправился на тренировку. А его будто бы забыли тут, как кого-то ненужного. Обидно, и это мягко говоря.

Хотя Художник уже не раз ловил себя на мысли, что он, по идее, должен радоваться такой возможности отдохнуть. Он завершил сложнейшее задание, где пришлось применить всё своё мастерство пилотирования, затем сходил на тренировку. Ведь даже если ты пилот, всегда возможно встретить врага лицом к лицу. Самолет могут сбить и тогда придется сражаться на земле, потому эти навыки забывать нельзя.

Правда, не факт, что стоит биться за свою жизнь после крушения самолета. Ведь потом придется как-то объяснять Ирине, почему он допустил потерю техники.

– Нет, ну невозможно ведь… – выругался Художник и встал с кровати. Он несколько раз прошелся по комнате, посмотрел в окошко, еще раз прошелся, пытаясь хоть чем-то себя занять.

Но скука с каждой минутой становилась всё сильнее и всё мучительнее, потому он решил немного прогуляться по территории части. Вдруг в курилке солдаты будут анекдоты рассказывать? Хоть какое-то развлечение.

Вот только сейчас не то время, чтобы рассказывать анекдоты. Ведь весь фронт движется вперед, потому на базе практически никого не осталось. Лишь несколько отрядов, но и те ходят какие-то хмурые, готовятся к своим заданиям.

Пару часов Художник шатался по территории части как неприкаянный, заглядывал в окна, сидел в беседке… На кухню заглянул, но там тоже все были заняты своими делами.

– Да с каких пор я перестал радоваться отдыху? – возмутился он. – Что со мной произошло?

Хотя Художник понимает, что произошло. И по чьей вине так получилось. Но ругаться вслух на Константина не решился, потому продолжил гулять. Когда вся военная база была уже истоптана, он решил расширить область поиска приключений и направился к военному аэродрому.

Зачем? Да просто, на самолеты посмотреть. Может, что-нибудь разобрать и собрать, или помочь кому-нибудь советом. Что угодно, лишь бы не слоняться без дела. А то вдруг там кому-то помощь нужна? А если не нужна, то это хороший повод ознакомиться с ассортиментом, представленным на данный момент в военной части.

Вскоре Художник добрался до места и сразу заглянул в ангар, где стоял «Аист».

– Эх… – мечтательно вздохнул он и погладил шасси. Сейчас самолет закрыт, а без приказа внутрь его не пустят. Идти получать приказ? Нет, это слишком долго. Впрочем, этот самолет и со стороны выглядит прекрасно. – Ладно, оседлаю тебя, рано или поздно. Ты только не убейся, пока ждешь, – пилот похлопал «Аиста» по колесу и направился к выходу.

В следующем ангаре расположились несколько миниатюрных, но очень юрких истребителей. Тоже забавная техника, на которой можно творить довольно интересные вещи. Их возможности ограничены лишь выносливостью пилота, но на случай потери сознания от перегрузок, в них установлен автопилот. Как только датчики фиксируют потерю управления, он сразу включается и после набора высоты отправляет самолет обратно на базу.

Единственный минус – много оружия с собой не возьмешь. Пару легких ракет, небольшой трехствольный пулемет, которым разве что пехоту или легкую технику косить – вот и весь доступный арсенал подобных самолетов.

Художник побродил среди техники, вспоминая, что он вытворял, будучи в капсуле. После чего вышел на улицу и заглянул в следующий ангар. А там было куда веселее, ведь стоило ему открыть дверь, как из дальнего конца послышались гневные вопли.

– И зачем ты это сделал, дебила кусок? Я тебя спрашиваю, придурок! – рычал какой-то мужик, но ответом ему было невнятное бормотания. – Отвечай четко, идиот! Зачем? Кто тебе разрешил? Я тебя просил об этом?

Художник сразу направился на звуки и вскоре увидел интересную картину. Мужик в форме пилота в звании младшего лейтенанта возвышался над чумазым пареньком лет двадцати и орал на него не своим голосом.

– Тебе повторить вопрос? – продолжил орать младший лейтенант. – Ты зачем мне запасной бак отцепил? А?

– Ну я… – замямлил паренек в перепачканной рабочей одежде.

– Заткнись! Ты что, хочешь, чтобы я рухнул и не выполнил задание? Да это предательство! Измена родине! Из-за таких, как ты, мы всё ещё не выиграли эту войну! – брызгая слюной, верещал пилот. – Да я тебя прямо на месте застрелить могу за такое!

– Не надо! Я ничего такого не сделал! – взмолился парнишка.

– Не надо, говоришь? – тот достал пистолет из кобуры. – Думаешь, если я отдам тебя под трибунал, будет легче? Знаешь, что с такими как ты делают в тюрьме?

– Да я просто хотел помочь! Без запасного бака будет лучше! – воскликнул тот. – Я узнал, что место десантирования совсем недалеко, но там много систем противовоздушной обороны. А значит, нужна повышенная маневренность, вот и решил немного облегчить конструкцию. Всё равно запасной бак не пригодится, там основных за глаза!