Текст книги ""Фантастика 2026-33". Компиляция. Книги 1-34 (СИ)"

Автор книги: Алексей Ковтунов

Глава 4

Три… Два… Один…

– Ага! Понятно! – дверь распахнулась и в мой кабинет буквально вбежали двенадцать человек. Они сразу рассредоточились по комнате и чуть ли не начали заглядывать под ковры.

Кто-то открыл шкафчик, другой смахнул пыль с подоконника, третий открыл журнал посещений и стал сверять подписи со своим блокнотом.

– Вот же бардак развели! – верещал главный из них, глядя прямо на недоумевающего меня. Я ведь даже не встал, чтобы их поприветствовать. Некультурно? Возможно. Но и они не удосужились постучаться. – Почему дневальный на тумбочке не успел отчитаться по уставу в течение трех с половиной секунд? Почему он доложил обстановку не по форме? А? Ты можешь ответить? – кричал мне этот идиот.

– А почему ваш секретарь одета неподобающе? Где табличка с указанием должности и звания? Или вы думаете, что надписи «Леночка» достаточно? – не понимаю сути претензии. Ее все зовут «Леночка», и по-другому никак. А может у нее в паспорте вместо фамилии, имени и отчества ровно так и написано? Я сам не проверял, но вполне допускаю такую вероятность.

– Почему в здании штаба, когда моют полы, водят тряпкой поперек, а не по диагонали? А? – третий член комиссии тоже явно был недоволен. – По уставу так мыть нельзя!

– А пыль? Тут везде пыль! Ладно, может в штабе ее поменьше, но мы ведь казармы еще не проверяли!

– Залёт! Беспорядок! Развалили военную часть! Попилили бюджет! Предали доверие Империи!

– Техника почему во дворе стоит? Должна быть в ангаре!

– Почему газон под снегом? Должен быть без снега! Или хотя бы снег должен быть зеленого цвета!

– Всё, это трибунал. Это точно трибунал… – замотал головой старший проверяющий и уселся напротив меня. – Попал ты! И плевать, что ты здесь временно исполняющий обязанности, от ответственности тебя это не спасет! Понял? Тебе плевать на устав, на армейский статут? Нет? Но действовать по-своему не выйдет, будь уверен. Ты же понимаешь, что теперь с тобой будет, да?

– Всё сказали? – наконец заговорил я, и те изумленно переглянулись между собой. – А теперь… Какого хрена, когда в моей части действует код красный, двенадцать военнослужащих сидят тут без дела и праздно проводят время? А? – с каждым словом голос мой становился все громче. – По уставу во время действия красного кода опасности каждый боец в расположении части обязан подчиняться начальнику штаба! Так какого чёрта вы еще не на задании, бойцы?

На некоторое время в кабинете повисла напряженная тишина, а члены комиссии изумленно переглядывались между собой.

– Мужик, ты что, пьяный? – помотал головой их старший. – Не понял, кто перед тобой сейчас? – лицо его постепенно начало краснеть, а на лбу надулись вены. Он встал, сбросил с себя шинель, демонстрируя обилие звезд на погонах, и даже открыл рот, чтобы еще что-то сказать.

– РАВНЯЙСЬ! – гаркнул я так, что задребезжали стекла на окнах, и военные тут же машинально вытянулись по струнке. – Согласно уставу, пункту двести тридцать седьмому, часть четвертая, подпункт три «а», во время военного положения и введения красного кода боеготовности любой военнослужащий, будь он временно расквартированный или вообще, мимо проходящий. Да хоть ветром занесенный! Он переходит в прямое подчинение начальника военной части! – я мощно ударил по столу, но так, чтобы он не растрескался. – А сейчас военное положение. И так уж совпало, за полчаса до вашего появления был введен код красный.

На моем лице появился нездоровый оскал, тогда как проверяющие почему-то резко начали бледнеть.

– Так вот, повторяю свой вопрос. Какого хрена вы всё еще тут? – сказал я уже куда спокойнее, а те снова переглянулись между собой. Вижу, спорить со мной они не собираются, так как действительно, есть такой пункт в уставе. Просто никто не мог подумать, что кто-то использует этот пункт в таком ключе.

– Подошли ко мне! – приказал им.

– Боец… Ты что, правда чего-то не понимаешь? – опешил их старший.

– ПОДОШЛИ! – снова взревел я, и тем ничего не оставалось делать, кроме как выполнить приказ. – А теперь слушай мою команду! Вот ваши направления на задания. Задача проста. Получаете всю необходимую экипировку на складе, после чего выдвигаетесь в двести сороковой квадрат. Остальные подробности указаны в документах и их копиях, которые уже высланы на ваши личные компьютеры. Леночка! – крикнул я и в двери тут же заглянула секретарша.

– Да, товарищ командующий?

– Позови Архипенко! – махнул я рукой. – Пусть…

– Прошу прощения. А что еще за Архипенко? Это кто вообще? – не поняла она.

– Да кого угодно пришли! Задача там несложная.

Думал, что в любой военной части должен быть свой Архипенко. А оказалось, что нет. Вот уж не думал, что этот мир настолько сложен.

Прошло минуты две и в кабинет влетел первый попавшийся Леночке боец. Он мельком взглянул на собравшихся здесь майоров и полковников и резко побледнел, после чего вытянулся по струнке и явно с трудом вспомнил, как там надо здороваться по уставу.

– Вот, бери этих залётчиков, – махнул рукой на проверяющих.

– Но мы комиссия… – заблеяли те.

– Да не ссыте вы! Сегодня в части код красный, потому драить полевую кухню вас не отправлю. Пока что, – прищурился я. – В общем, бери этих штрафников и веди к Деревянкину. Он уже знает, что им надо выдать и пусть идут на задание.

– Есть! – кивнул боец и с опаской посмотрел на своих подопечных.

– Но мы, и правда, комиссия! У нас и своя работа есть! Нам проверить надо! – заголосили проверяющие.

– Если задание будет выполнено хорошо, проведем с вами комиссию, – попытался их успокоить. – Я вам и документы покажу, и расскажу как тут дела. А пока введен код, будьте добры соответствовать. Или вам форму дали, чтобы девок кадрить?

– Эмм… – замялся дед, один из проверяющих.

– Ой, да знаю я вас, проходимцев старых! – погрозил ему пальцем.

– Петрович… – толкнул его в плечо более молодой проверяющий. – Про тебя уже и здесь знают, что ли?

– Отставить разговоры! – ударил я по столу. – Чего встали? БЕГОМ!

Те, и правда, сорвались с места и побежали прочь, вслед за ничего непонимающим рядовым. Впрочем, они тоже ничего не понимали, но так даже лучше.

Посмотрел в окно, убедился, что они забежали в здание склада. Сейчас получат оружие и уже точно не отвертятся, хотя у них изначально шансов не было.

– Константин… – в комнату заглянула Леночка. – Я тут пятнадцать лет работаю под началом Лежакова. Даже не вспомню, сколько комиссий за это время повидала, но чтоб отправить проверяющих в полном составе на задание? Ладно, такую мысль еще можно допустить… Но, чтобы они аж побежали его выполнять? Я даже не думала, что такое хотя бы теоретически возможно!

– Так всё по уставу, – пожал я плечами. – Не им же одним этим уставом прикрываться? Да и не зря же я его перечитал от корки до корки, со всеми дополнениями и историческими изменениями.

– А можно вопрос не совсем по службе? – заулыбалась Леночка.

– Это пожалуйста.

– Точно? И ты не отправишь меня под трибунал? Или на задание, вслед за этими бедолагами, – усмехнулась она.

– Вот после этих уточнений уже не уверен.

– Ладно, тогда другой вопрос, – вздохнула Леночка. – Вы бы хотели в будущем иметь лояльно относящегося к вам человека в штабе? – вот это уже другое дело, сделки я люблю.

– А вы сейчас не лояльны, что ли? – прищурился я.

– Сейчас лояльна, а могу стать еще лояльнее! Например, когда Лежаков в очередной раз будет крыть вас матом, я скажу ему, что вы не такой уж и плохой человек, – предложила она.

– Ну допустим, мне как минимум было бы приятно, – задумался я. Все-таки Лежаков прислушивается к ней, и в будущем проще будет убеждать его в чем-либо. – И в чем же вопрос?

– Даже не знаю, с чего начать… – Леночка вздохнула и уселась напротив меня, облокотившись на стол. – Есть у меня племянник, разгильдяй страшный. Не мог бы ты как-то убедить его взяться за голову? А то моя сестра работает целыми днями, чтобы устроить его в жизни. Оплачивает дополнительное обучение, репетиторов, пытается как-то заставить его заинтересоваться хоть каким-то делом. А в итоге ему плевать, учебу пропускает, только к своим дружкам постоянно ходит и набирается от них плохому!

– Золотая молодежь? – уточнил я. А что, аристократами заниматься я люблю, это довольно весело. Как они кричат и кичатся своими регалиями, потом визжат, что папочка за них заступится.

– Да какая там золотая, – махнула рукой Леночка. – Шпана обычная, просто статусом чуть повыше. Даже не аристократы, а так, бандиты будущие. А он ведь пример с них берет, они все-таки старше.

– Ну, шпана тоже весело, – вздохнул я. Жаль, конечно, что не аристократы.

– Ну может хоть у тебя получится? Я ведь и Лежакова уже просила, он пытался с ними поговорить. Но нет, даже это не помогло, – погрустнела секретарша. – А он ведь хороший парень, просто свернул с правильной дороги. Компания заменила ему отца и теперь эти ребята для него авторитеты. Что они делают, то и он сразу повторяет.

– Ладно, напиши адресок, – махнул я рукой. – Посмотрим, что можно с этим сделать.

* * *

Двенадцать припорошенных снегом бойцов сидели в сугробе у дороги и сжимали в руках винтовки. Они не шевелились уже несколько часов, потому снега сверху насыпало всё больше, но никто даже не думал двигаться. Ведь снег – это прекрасная маскировка, особенно на фоне другого снега.

Задача заключается в том, чтобы просидеть вот так двенадцать часов и при появлении врага вступить с ним в контакт. Все четко указано, и проверяющие решили действовать строго в соответствии условиям задания. А то вдруг полоумный начальник базы узнает о нарушении. За ним не заржавеет и под трибунал может подвести.

И вот, сейчас они просто сидят и ждут. Едва слышно завывает ветер, поднимая в воздух мелкую снежную пыль, где-то вдалеке стрекочут белки, перестреливаясь друг с другом шишками.

Пусть они молчали, все-таки это боевое задание. Враг может появиться в любую минуту, но постоянно встречались взглядами и у каждого можно было прочитать мысль, что все это как-то неправильно. Ну не входило в их планы сидеть в сугробе с автоматом в руках! Проверяющие не собирались даже за пределы части выходить!

Обычно они сами всех уставом могли заткнуть, но в этот раз их же оружие обратили против них самих. И это очень неприятно, как оказалось.

– Не, мужики! – не выдержал один из них. – Знаете, что?

– Ты потише… – шикнул командир отряда.

– Не знаю, как вы, а я больше на проверки в парадной форме ходить не буду! – возмутился тот. – Ну неудобно в туфлях сугробы копать!

– Не понимаю, как мы тут оказались, – отозвался второй. – Я вообще из оркестра! И за все время службы автомат только на присяге в руках держал!

На некоторое время они снова замолкли, погрузившись каждый в свои мысли.

– Слушайте, а какой вообще шанс, что враг пойдет именно здесь? – задумчиво проговорил старший проверяющий.

– Шансов почти нет. Но мы должны сидеть здесь еще минимум семь часов. Так что сидим.

– Это ты правильно сказал, что «почти», – подметил третий. – А вон там разве не новосы идут? – кивнул он куда-то вдаль и все резко повернулись в ту же сторону.

А там, и правда, новосы. Много, очень много новосов! И не только пехота, но даже тяжелая техника! Колонна шла через лес, видимо, планируя зайти соединениям Российской армии в тыл, и теперь перед высокопоставленными военными встал тяжелый выбор.

– Что делать будем, командир? – голос одного из них дрогнул.

– Мне нельзя в плен… – твердо ответил старший.

– То есть, если что, вас надо застрелить? – уточнил другой.

– Дурак, что ли? Сидим и не отсвечиваем! – шикнул командир и обернулся. – Петрович! У тебя же руки больные! Ты чего это копать начал?

Петрович, и правда, поначалу сослался на больные руки и поэтому не стал рыть для себя окоп. Вот только теперь он со своей саперной лопатой ковырял мерзлую землю быстрее, чем это делал бы экскаватор.

– Петрович! Ты бы остановился копать-то! Уже с головой под снег ушел!

– Идите в задницу! – буркнул Петрович и продолжил вгрызаться в землю миниатюрной, но такой удобной лопаткой. А руки и не болят теперь вовсе. Даже наоборот, исцелились и налились силой, словно в молодости.

Проверяющие уже не могли сидеть молча, так как надо было срочно определить свои действия. Новосы всё ближе и, по идее, пора бы открыть по ним огонь. Вот только их больше, причем раз в десять. И техника у них есть, да и выглядят они куда страшнее, чем на картинках с разведывательного дрона.

Решать надо было как можно скорее, но в итоге ответ на все их вопросы пришел неожиданно. Ведь с другой стороны ровно по той же дороге шел крупный отряд имперцев. Вопрос стрелять или не стрелять отпал сразу, ведь всем проверяющим пришлось сигануть в окоп к Петровичу. Все-таки их позиции оказались ровно посередине, между имперцами и новосами.

* * *

Надеюсь, с комиссией будет всё хорошо. В любом случае, вопрос с ними пока решен, и теперь можно немного расслабиться в ожидании результатов масштабной операции.

А так, вроде пока всё нормально. Чая, вон, с Леночкой попил. Приятная образованная женщина, надо сказать. А самое главное, что она интересуется демонологией.

Может и не слишком плотно интересуется, но за время разговора задала мне несколько вопросов по этой теме. И первый из них о том, почему все до сих пор считают меня слабым демонологом. Просто везучий парень, не более того.

И вот я тоже не пойму. Даже секретарше понятно, кто я такой. А почему командование никак не поверит моим словам? Постоянно переводят мои доводы в шутку и даже слышать не хотят о демонологии.

– Кстати, а ты почему так решила? – поинтересовался я.

– Да тут как-бы нетрудно догадаться, – усмехнулась Леночка. – К слабому демонологу демоны на прием в кабинет не заходят.

– Опа! То есть они через тебя ко мне попадают? – удивился я. Вот ведь уродцы рогатые. Я и думаю, почему они так нагло через дверь сюда шляются. – Не грубят хоть?

– Нет, что ты! Очень вежливые и милые ребята, а один даже шоколадку принес! – воскликнула она.

– Рембо, что ли? – тут нетрудно догадаться.

– Не знаю, но маленький такой, с красной повязкой на лбу, – пожала плечами Леночка.

– Ну понятно. Тот еще подлиза, – махнул я рукой.

И вот, сижу я в кабинете, заполняю какие-то документы, и вдруг в комнату забежал какой-то боец. Смутно помню его, но если не изменяет память, он служит в учебном центре. По крайней мере, так написано на его бейджике.

– Товарищ ген… Кхм! Константин! – воскликнул боец. – Беда! ЧП! Комиссия попала в беду!

– Что? – я подскочил от неожиданности. – А, ты об этих… Не переживай, это просто мелкая войнушка. Наоборот, хорошо, теперь они будут проверять куда объективнее.

– Да какая войнушка! Проверяющий в учебной капсуле застрял! – заверещал тот. – Он хотел проверить, исправна ли она, а теперь она не открывается!

– Какая капсула? Что ты вообще несешь? – замотал я головой. – Или… – только сейчас до меня начало доходить и я открыл на электронной почте документ из столицы. – Так их же тринадцать было!

– Да, он говорил, что ему не понравился туалет в нашем учебном центре, – закивал боец.

– Понятно… Отлучился в уборную и отстал от своих, – теперь картинка сложилась окончательно.

Пришлось разбираться с этим идиотом самостоятельно. Быстро прибежал в учебный центр, посмотрел на капсулу. Лаборанты лишь развели руками и демонстративно нажали на красную кнопку отключения, но она не сработала.

– Я не знаю, что делать, – пожал плечами один из них. – Такое бывало только раз на моей памяти.

– Ничего страшного, – я похлопал по прочному корпусу капсулы. – Его жизнь сейчас в руках…

– Высших сил? – уточнил один из лаборантов.

– Ирины! – хохотнул я. – Какой там уровень… Десятый⁇ Зачем вы ему такой уровень поставили?

– Так он сам включил! – возмутились лаборанты. – Мы же отговаривали его!

– Но я же сказал заклеить кнопку!

– Так она и была заклеена изолентой! А он как увидел, сразу содрал ее и начал ругаться, что у нас тут бардак! – верещали те.

– Ясно… – вздохнул я и легонько постучал по капсуле. – Ирочка! Верни проверяющего!

– И что мне за это будет? – к удивлению лаборантов поинтересовалась она.

– Эх… Возможно, это будет некрасиво по отношению к нему… Но если ты выпустишь проверяющего, я тебе Художника на пару дней дам. Переаттестацию ему устроишь или дополнительное обучение, как сама решишь, – это может показаться предательством, но… Ладно, возможно это, и правда, слегка предательство. Но зато его навыки станут еще выше!

*Пш-ш-ш!*

Дверь с шипением отъехала в сторону и спустя секунду из облака пара выскочил ошалевший мужик. Он что-то невнятно орал и метался из стороны в сторону, а затем рванул прочь.

– Комары! Мошки! Бомбежки! – кричал бедолага и в итоге сиганул в окно.

– Ой… Плохо… Очень плохо… – побледнели лаборанты. – Что же теперь будет-то?

– Трибунал, – вздохнул я.

– Ой как же плохо-то! – запричитали они.

– Да, неприятно… – согласился с ними. – Человек столько лет служил, две дачи себе построил, три коттеджа. И главное, как филигранно все это провернул, что ни одного вопроса к нему не возникло! А тут под трибунал попадет за порчу имущества.

– Какого? – не поняли те.

– Ну, он же выбил окно, верно? Испортил, – развел я руками. – А сейчас военное положение, значит, и ответственность за это будет выше.

– Так он же сам разбился…

– Ой, да хватит там. Час в капсуле просидел – значит летать точно научился!

* * *

Женщина сидела у окна и с грустью смотрела куда-то вдаль. Как вдруг дверь квартиры распахнулась и мимо тихо проскочил в свою комнату ее сын. Точнее попытался проскочить, но она вовремя его перехватила.

– Опять на учебе не был? – укоризненно покачала она головой.

– Пф! Да плевать мне на эту учебу! – усмехнулся пацан. – Смотри! – он протянул пачку мелких денег. – У меня двести рублей! За вчера заработал! Вот это настоящая жизнь, вот это деньги!

– А сколько раз я по несколько тысяч рублей раздавала в счет твоих долгов? А? – нахмурилась мать.

– Ну да, бывают взлеты и падения, это нормально, – пожал он плечами. – Ладно, вижу, мне тут не рады. Пойду к своим пацанам!

– Слушай, не думала, что скажу это… – задумчиво проговорила женщина. – А может ты в армию пойдешь, а?

– Не, армия для дебилов. Так Колян с Гришей говорят и я им верю!

– Не смей так говорить! Твой отец военным был! Он свою жизнь за Империю отдал! – рассердилась она.

– Мам, правда, я сто раз это уже слышал. И мое мнение все равно не поменяется, ты же знаешь, – вздохнул паренек. – Вот если вдруг Колян с Гришей скажут, что армия это хорошо, тогда и задумаюсь.

– Так твои балбесы никогда такого не скажут!

– Ну… да! – ухмыльнулся он. – Но если вдруг скажут, то даю тебе слово, я первый пойду! Хах!

Паренек развернулся и вышел из квартиры. Выскочив из подъезда, он шмыгнул в переулок, там перелез через забор гаражного кооператива и вскоре пришел в логово, где его уже ждали остальные.

Точнее, раньше всегда ждали, а сейчас он застал своих друзей за спешными сборами вещей.

– Пацаны! Что случилось? – воскликнул паренек.

– Нет времени, поезд отбывает! – бросили они и продолжили собираться.

– Да что всё это значит?

– Поезд! Витя, поезд отбывает! Ты с нами или тут останешься?

– Где останусь? Куда с вами? – окончательно запутался тот.

– Нет, правда, нет времени объяснять!

– Мужики, ну скажите, что случилось-то?

Гриша и Колян остановились на секунду и переглянулись между собой. Они ничего не ответили, просто вспомнили картину, как перед ними стоит. Пассивный вербовщик, как он сам себя назвал. Демонические крылья за спиной, глаза сверкают, на руке татуировка безумного демона. Они сидят, привязанные к стульям, вербовщик рассказывает, как хорошо в армии и как было бы прекрасно, запишись они туда в течение двух дней. А рядом ходит огромная рогатая демоническая белка и щелкает орешки, хищно поглядывая на замерших в ужасе ребят.

– В армию мы записываемся! – бросил Колян, отчего Витя икнул.

– А поезд вам зачем. У нас же и тут есть военная часть… – удивился он.

– Так в этой части служит он! – в один голос проорали они.

Глава 5

Барон Рулькин сидел в своем кабинете и, не сдерживая улыбки, занимался своим любимым делом. Сидел, листал бумажки и внимательно пересчитывал полученные деньги за последний месяц.

Почему он улыбался? Ну так этот месяц стал рекордным по прибыли, а всего-то надо было избавиться от государственных контрактов. Нет, барон и раньше старался всячески уйти от сотрудничества с Империей, ведь это практически всегда невыгодно, но в этот раз сам напросился на эти контракты.

Все-таки именно благодаря Империи и появились новые разработки, которые в будущем могут принести баснословную прибыль и обойти даже самых крупных конкурентов. Теперь в ассортименте производителя есть снаряды нового поколения, себестоимость которых ниже прежних, а характеристики заставят расплакаться даже самого сурового новоса.

И как можно продавать такие снаряды без наценки Империи? Да, так договаривались ранее, но ведь это совершенно невыгодно!

Ну и что, что это Империя дала денег на разработку и поделилась некоторыми данными лабораторий. Собственно, именно эти данные и помогли улучшить производственные процессы и открыть новые линии сборки. Да, Империя помогла, и что? Теперь Империя может идти и помогать кому-нибудь другому, ведь по мнению барона она для этого и существует.

Ему удалось отказаться от поставок двум военным базам и это только принесло немыслимую выгоду. Линии сборки освободились, и теперь появилось время создавать что-то для частных покупателей. Другие аристократы тоже любят оружие, так что за новым товаром они выстроились в длинную очередь и предлагают любые деньги.

Две базы сами отказались, а ведь это только начало. Проблема в том, что Рулькин не может просто сказать им, что больше не будет с ними работать. Тут надо как-то вынудить начальников этих военных частей самим сделать глупость и подписать отказ. Это не так-то просто, и только самый умный сможет провернуть дело, не привлекая к себе внимания тайного отдела.

Но барон и так слишком умен. По крайней мере, он сам так считает, ведь тайный отдел так и не обратил на него внимание, а он заработал за месяц больше, чем за прежние шесть! И это ведь только начало. Впереди его ждут новые контракты с частными заказчиками, отказ от госзаказов и работа исключительно с аристократами!

А там, может, и новосы заинтересуются продукцией… Ведь всегда можно придумать, как обойти любые ограничения, было бы желание. И деньги на реализацию, конечно же.

– Господин… – в комнату заглянул слуга. – К нам летят представители армии, хотят переговорить с вами.

– Шли их куда подальше, – отмахнулся барон.

– Но там «демоны войны»! – испуганно проговорил помощник. – Вы уверены?

– Ну раз «демоны», то… – задумался Рулькин. – Все равно шли, но сделай это так, чтобы они не застрелили тебя на месте! Хах! – сам усмехнулся своей идее барон. – Кто там, Лежаков прибыл?

– Нет, господин. Там другой, то ли замещает его, то ли просто заменил Лежакова. В общем, новый начальник части прислал каких-то солдат на переговоры, – развел руками слуга.

– Пф! Да он там обнаглел, что ли? Шли их так далеко, как только придумаешь! Можешь даже матом! – ударил по столу барон. – Совсем уже забыли, с кем работают!

– Но они почти прилетели. Можно хоть без мата, господин? – невольно вздрогнул помощник.

– Почти прилетели? – Рулькин встал из-за рабочего стола и подошел к панорамному окну во всю стену. – Да уж… Наверное, какой-то вертолетик отправили. Раз они близко, а их даже не видно и не слышно… – задумчиво проговорил он. – Обычно грузовые самолеты издалека можно заметить, – барон задумался на пару секунд и снова махнул рукой. – Ладно, скажи им, что встречи всё равно не будет. Мол, занят я, и все такое…

– Хорошо, – слуга сразу взял в руки телефон и начал набирать там сообщение, на этом и удалился из кабинета. А спустя минуту снова прибежал и потупил взгляд.

– Господин, они очень настаивают!

– А ты сказал, что я занят? – уточнил барон.

– Сказал, конечно! Но им плевать, они сядут в любом случае, даже если сесть будет некуда, даже если вас самих тут не будет! Требуют посадку, и ничего не хотят слышать против

– Хотят, чтобы я с ними лично поговорил? – возмутился Рулькин. – Ну так я же поговорю! А ну, пойдем в комнату связи!

Барон аж покраснел от негодования, ведь какие-то военные посмели взять и настаивать на своем! Он такое очень не любит и даже готов лично поставить на место выскочек, которые не умеют вовремя остановиться.

– Я барон Рулькин! Чего вам надо? – прорычал в микрофон мужчина и на несколько секунд замер в ожидании ответа.

– Встретиться хотим, – послышался спокойный мужской голос. – Мы уже говорили вроде. Или слуга неправильно передал?

– Мне плевать! Я же сказал, что занят! Можете оставить прошение о встрече, и тогда мои слуги внесут вас в график встреч. Но там всё забито на месяц вперед, так что ничего не могу обещать, – на этом барон собирался завершить разговор и даже бросил микрофон на стол, развернулся и направился к выходу.

– Слушай, барон, я бы вообще в эту твою пердень не летел даже за деньги, – устало вздохнул солдат, тогда как Рулькин аж замер. Да и остальные тоже затихли, ведь никто не ожидал таких откровений от солдата. – Но мне Костя сказал прилететь и решить вопрос, значит, я прилечу и вопрос будет решен, хочешь ты этого или нет. Если занят – то расслабься и освободись, мы всё равно прибудем и поговорить с нами придется.

– Ч-что? Как? Мне послышалось? – стал задыхаться от возмущения барон, но остальные помотали головой, мол, нет, не послышалось.

– Чего он там сказал? – из динамиков на этот раз донесся недовольный женский голос. – Что он там говорит? Что занят? А ну дай мне рацию, Художник! Я ему сейчас…

– Катерина, успокойся, пожалуйста. Давай сначала вежливо попробуем, а потом, если не получится, уже по-твоему… Хорошо? – вздохнул тот самый боец, что разговаривал только что с бароном.

– Да я ему нос сломаю, и всё! К чёрту вежливость! Аристократы никогда не понимают, если с ними сюсюкаешься! Ты слышал вообще, как он говорил? Рожей мы не вышли с ним встречаться, да? – девушку было уже не остановить.

– Вообще-то, я всё еще тут! – барон только пришел в себя и даже усмехнулся. – У меня назначена встреча с действительно важными людьми, аристократами. Так что некогда мне с какими-то там солдатами время терять. И уж тем более с женщиной, которой вообще в армии не место, – оскалился он.

– Я буду вынужден передать ваши слова начальнику, – спокойно ответил Художник.

– Да пожалуйста. Я свои права знаю, ничего мне ваш начальник не сделает, – отмахнулся барон, тогда как на фоне послышался безумный женский смех.

– Знаешь, мужик? Мне тебя даже немного жаль, – усмехнулся Художник. – Ладно, конец связи!

Рация зашипела и связь действительно оборвалась, тогда как Рулькин еще некоторое время недоуменно стоял и сжимал в руках микрофон.

– Это что сейчас было? – изумленно встряхнул головой барон. – Они там что, совсем страх потеряли?

– Солдаты… – развел руками слуга. – Тут и добавить нечего.

– Ладно, надо с их начальником созвониться. Сказать, чтобы держал своих цепных псов при себе, иначе в следующий раз буду разговаривать с ним совсем иначе, – стиснул зубы Рулькин.

– Да, кстати! – снова зашипела рация. – Как связь? Прием! Ладно, будем считать, что нас слышно, – послышался голос Художника. – Кхм… Запрашиваем экстренную посадку! Борт «пэ у три два четыре семь один», находясь на боевом задании, терпит крушение! Как командир воздушного судна, требую предоставить место для посадки!

На лице барона появилась улыбка. Забавная попытка. С одной стороны, по закону он имеет право отказать лишь в случае каких-то уважительных причин. Например, наличия в доступе других посадочных площадок поблизости, и при этом нужны аргументы, почему нельзя сесть на территории завода. Но дело в том, что это завод военного назначения и прямо сейчас идет разгрузка боеприпасов, а это вполне можно считать достаточно уважительной причиной отказа. А может и нет… Тут уж как суд сочтет, ведь помимо разгрузочной площадки, можно было предоставить и другое место.

Барон уже собирался ответить положительно, но в этот момент слуга подбежал к окну и ткнул куда-то вдаль.

– Я их вижу! – воскликнул он. И только приглядевшись, Рулькин смог разглядеть вдалеке кукурузник.

– Стыдобища-то какая… – хлопнул себя по лбу барон и, едва сдерживая хохот, взял в руки микрофон.

Изначально он собирался дать разрешение для аварийной посадки. Все-таки, если отказать в посадке, и самолет из-за этого разобьется, то, возможно, придется заплатить штраф в размере стоимости самолета. Хуже только, если пилоты не смогут или не захотят катапультироваться и разобьются на смерть.

– Скажите, а вы имеете возможность катапультироваться? – уточнил Рулькин.

– Ну да, конечно. Даже парашюты есть, – ответил Художник. – А что?

– Ну так катапультируйтесь! А я в посадке отказываю! – оскалился барон, глядя на приближающийся кукурузник. А что? Когда у тебя настолько выросла маржа на товары, можно себе позволить заплатить за это летающее ведро с гайками. Накопить на такой можно за пару часов, потому Рулькин решил посмотреть на действия военных.

Тем более, что ответственность за их возможную смерть уже снята. Они же сами сказали, что могут катапультироваться, вот пусть и прыгают.

– Может все-таки разрешите посадку? – еще раз решил уточнить пилот.

– Нет. Но я, будучи верным слугой Империи, готов компенсировать стране любые убытки, если ваш самолет все-таки упадет, – усмехнулся барон. – Поэтому спасайте свои жизни и не думайте о самолете, это всего лишь кусок железа. Ценнейшее, что у нас есть – это наши жизни! Как поняли?

Из динамиков снова послышался безумный женский хохот.

– Приняли… – пилот тоже явно едва сдерживался. – Выполняем.

Барон убрал в сторону рацию и встал у окна, глядя на военный кукурузник. Тот, не спеша, тарахтел над территорией завода и почему-то также, не спеша, улетел прочь.

– Эээ… – замялся Рулькин. – А, я понял… Кишка тонка, – помотал он головой. И в этот момент на улице стало стремительно темнеть. – Что? Затмение солнца?

– Т-т-т-там… – слуга указал дрожащим пальцем куда-то наверх.

Барон медленно поднял взгляд и увидел, как к земле приближается огромный железный монстр. Он едва поддерживал себя двигателями и снижался стремительно, прямо на разгрузочную площадку.

И тут граф понял, насколько он облажался. Ведь боевой воздушный крейсер последнего поколения может стоить, как три его завода! И он сам сказал, что готов полностью компенсировать расходы, да и по закону положено, все-таки сам отказал. Просто не хотелось принимать военных у себя, и всё тут.