Текст книги ""Фантастика 2026-122". Компиляция, Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Абрам Палей

Соавторы: Квинтус Номен,Владислав Порошин,Ада Лисовская,Дмитрий Чайка,Антон Панарин,Елена Галунец
сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 350 страниц)

Глава 15
Остров Обреченных

Мориэлла стояла перед искрящейся в ночи стеной воздуха. Алый свет луны падал на нее и проходил сквозь, но мерцал на стыке двух полей. Девушка не знала, кто поставил здесь барьер: Мать ли, оберегающая своих ведьм от воинов острова, или же их варварский король, защищающий свои владения от посягательств. Сейчас ей было все равно, внимания достоин был лишь цветущий в эту ночь мираж, растение такое же уродливое, как и земля, в которой оно пустило корни. И такое же сильное, как земля, взрастившая на себе воинов, опасаться которых велела даже сама Мать и четыре Верховные ведьмы. В другой раз Мориэлла ни за что не ослушалась бы, но мираж нужен был сегодня. Сейчас и как можно скорее.

Тетушка Марлен не должна была болеть, как не должна и любая другая ведьма ее уровня силы. Но что-то было не так. Тетка иногда заботилась о Мориэлле, в знак памяти о своей умершей сестре, учила ее тому, чему научила бы мать. А теперь она умирала. В ковене шептались: Мориэлла погубила тетку так же, как когда-то свою мать.

Ветер подул со стороны земель ведьм, и девушка натянула капюшон сильнее, закуталась в полы плаща и вытащила из ножен клинок. Колдовать на стыке нельзя.

Тишина. Ведьма облизнула пересохшие губы и вытащила из пристегнутого к бедру мешочка склянку с жемчужным порошком. Пара капель крови, жемчуг, растертый на подушечках пальцев. Круг перед барьером получился неровным из-за трясущихся рук. Мориэлла сдерживала магию, готовую сорваться с непослушных пальцев, и лишь шептала слова отмены. Откат, нужен был лишь небольшой откат назад, чтобы чужая магия перестала существовать, а ее собственная не оставила следа. Она и не понадобится. Круг и кровь – все, что нужно для отмены, знать бы правильные узоры внутри.

Когда кровь заструилась по земле следом за рукой Мориэллы, старательно вычерчивающей письмена, воздух вокруг нагрелся. А потом зашипел, кровь вспенилась, все вокруг заволокло непроглядным туманом. Девушка усмехнулась и щелкнула пальцами в том месте, где еще недавно искрился барьер. Как не бывало. Она перешагнула незримую черту и бросила на мягкую землю камень. Через секунду портал открылся, и Мориэлла сделала шаг вперед, чтобы оказаться в самом центре земель дикарей, за тысячи верст от родного ковена.

Запах переменился. Воздух больше не пах жгучей магией ведьм, дышать стало свободнее. Девушка вдохнула полной грудью и опустила ладонь на ствол дерева прямо рядом с ней. Он не хранил в себе память о чужой магии, был чист и не тронут. Мориэлла потерла кору подушечками пальцев и задумалась, как много земель простаивает зря.

Портал вынес ее прямо среди маленького леска. Казалось, свет алой луны здесь был тусклее, а ночь светлее. Девушка закопошилась в своем мешочке и достала пергамент, свела тонкие брови и посмотрела вдаль: мираж был рядом. Она чувствовала его своей магией.

Мориэлла двинулась вперед, осматриваясь и выискивая цветок среди тонких стволов деревьев и других растений, совсем не примечательный, он прятался где-то рядом. Впереди показался кусочек поляны, и девушка остановилась, нахмурившись. Носа достиг запах пепла. Откуда он здесь, в лесу? Насколько Мориэлла знала, завтра у магов, обучающихся на этих землях, важный день – посвящение в воины. Не говоря уже о запретном времени, ночь считалась временем ведьм и расцветом их силы. Находиться вне домов и казарм в темное время суток молодые маги не имели права. Поэтому девушка и пришла в этот час.

Поляна маячила перед глазами так близко, мираж звал своими тонкими нитями магии, и даже странное шуршание не остановило девушку: она подошла к краю поляны и присела за деревом, натянув капюшон на голову. Чтобы тут же вздрогнуть от лязга оружия и увиденного. Парень! Настоящий. Мориэлла удивилась, обнаружив, что он был совсем не таким, какими их описывали тетки, сражавшиеся с воинами острова десятилетиями. На его голове не было спутанной грязной копны волос и длинной бороды, он не был толст и неповоротлив, на его одеждах не свисали лохмотья. Парень был высоким и ловким, и на лице его не было шерсти. Он держал длинный меч двумя руками, пропуская белую магию через сталь, и рубил толстые кроны деревьев. На парне были обычные темные штаны и жилетка, открывающая вид на мускулистые руки: таких не было ни у одной из знакомых Мориэлле ведьм. Она сглотнула и обвела поляну внимательным взглядом, прежде чем решить отступить. Цветка на ней не было.

– Эй!

Девушка позорно взвизгнула и отшатнулась, когда поняла, что была замечена. Г’хдоров парень оказался рядом так быстро, что она не успела даже достать клинок, и лишь оттолкнулась от дерева, когда маг выглянул на нее прямо с другой его стороны. Мориэлла села задом в траву и грязь и со страхом посмотрела вверх, ожидая холодную сталь на своей шее вместо ствола дерева, которое до этого так самозабвенно рубил дикарь.

Магия расцвела внутри, заполняя сердце, и это будет ее последнее заклинание, яркий конец. Мориэлла знала, что, даже если и убьет парня, маги вокруг переполошатся, почуяв всплеск ведьмовской силы, и ей не жить. Но она хотя бы заберет кого-то из них с собой в Преисподнюю. Кончики пальцев закололо, ребра затрещали от переполнявшей нутро магической мощи, Мориэлла стиснула зубы и…

– Это змея? Можно взглянуть? – неожиданно спросил парень, обводя взглядом голое бедро девушки в разрезе платья. Плащ распахнулся, когда она упала назад и подтянула к себе колено. Мориэлла кинулась закрыть метку, связывающую ее с белыми змеями, и удивилась еще больше, когда парень сел на корточки рядом и подцепил ее капюшон пальцем, чтобы попытаться заглянуть под него. – Ты не местная, да? Твои одежды не похожи на одеяния наших барышень.

– Барышень? – Мориэлла была настолько сбита с толку его поведением, что даже не успела начать колдовать. Лишь скривилась и ударила его по руке, уворачиваясь. Уж не хотелось, чтобы кто-то так ее называл, особенно перед смертью. Но казалось, парень не спешит кидаться на нее с мечом.

– Здесь женщины носят закрытую одежду и не гуляют по ночам. Их мало и каждая при муже, – пожал плечами парень, поднимаясь, и одним движением засунул свое оружие в ножны, чтобы в следующий миг подать Мориэлле руку в кожаной перчатке. – И тебе не стоит, нехорошо девушке быть здесь одной, этот лес кишит опасностями.

Мориэлла подавила порыв еще раз скривиться. Все же повезло, что после рождения из-за белой метки на голове ее не отправили на остров Обреченных. Тетушки втайне призывали местного мага, потому что не хотели убивать ее из уважения к матери, их сестре. Думали, что в ее ребенке проснется белая магия, но опасения оказались беспочвенны, метка – просто врожденный дефект, хвала богине, и принесла она Мориэлле лишь вызывающую седую прядь волос. Жить с дикарями и их слабыми женщинами, что может быть хуже?

– Я могу о себе позаботиться, – ответила парню Мориэлла и поднялась с земли, проигнорировав протянутую руку. – У меня дела.

Она утихомирила магию внутри себя и зашагала дальше по лесу, выискивая мираж. Но навязчивый парень догнал ее довольно быстро. Она посмотрела на него снизу вверх, с недовольством отмечая, как высок он был. Превосходство в физической силе было на его стороне, и Мориэлле это не понравилось. При драке ей бы замахнуться клинком сильнее и нанести как можно больше ударов, но он стоял слишком близко для размаха и маневров. Не хочет ли он загнать ее в угол и позвать других воинов? Ведьма напрягалась.

– Я помогу? – спросил он, и девушка вскинула брови. – С твоим делом.

– Нет.

– Почему?

– А почему ты губишь деревья? – вдруг неожиданно сама для себя спросила она. – Дикарь. Все вы здесь дикари.

Парень тоже был удивлен. Ведьме давала силу природа, включая и эти деревья, и видеть их смерть было отвратительно. Должно быть, он прочитал что-то такое в ее взгляде, потому в следующий миг расправил плечи и кивнул:

– Прости. Я больше не буду, идет?

Он сказал это так легко, что Мориэлла опешила. Первый раз кто-то прислушался к ней.

– Ты… – она прочистила горло, вмиг теряя былую уверенность, – не будешь убивать деревья?

– Я лишь тренировался, могу рубить что-то другое.

Например, ведьму, забредшую на чужие земли. Мориэлла прищурилась. Знал ли он уже о том, кто она?

– Так что ты здесь ищешь в ночи? – спросил парень, вновь попытавшись заглянуть под ее капюшон и издав стон разочарования, когда Мориэлла натянула его сильнее. – Покажешь лицо, если я помогу?

– Я справлюсь сама, – его веселый тон начал раздражать по какой-то неведомой причине, и девушка нахмурилась. – У тебя нет забот?

– Как раз только что нашел одну, – ухмыльнулся парень. Его зубы были белыми, из ровного ряда едва выбивались лишь клыки. Но не как у животного и не такие длинные, как любили описывать тетушки в ковене, у парня с острова они даже не задевали нижнюю пухлую губу. Мориэлла зачем-то тронула языком свои зубы и нахмурилась.

Она хотела было сказать ему, чтобы отправлялся к Г’хдору, как кончики ее пальцев закололо, а сердце учащенно забилось от предвкушения. Вот оно! Где-то совсем рядом был мираж. Заботливые руки неизвестной ведьмы закопали зернышки на этой чужой земле и оставили его дожидаться новой хозяйки. Мориэлла победно улыбнулась, отстегивая мешочек с бедра и наклоняясь к плодородной почве, чтобы углядеть на ней коричневые лепестки. Листья миража были рваными и сливались с землей и грязной травой, но Мориэлла уже потянула к нему руки. Моргнешь – и цветок исчезнет так же быстро, как и появился. Не дыша и не сводя с него взгляда, девушка медленно начала наклоняться. Еще чуть-чуть…

– Значит, его? – с подозрением протянул мужской голос рядом, а потом ведьма заметила боковым зрением блеск стали. Вот дура. Она вздрогнула, проклиная свою доверчивость, и молниеносно отпрыгнула с места, чтобы достать из ножен клинок и попытаться вбить его воину в горло. И вскрикнула, когда рука в перчатке перехватила ее запястье и сжала, выбивая оружие из пальцев. Мориэлла зашипела сквозь стиснутые зубы, а потом… Меч парня все так же был в ножнах.

– О нет, – застонала она, мигом возвращая внимание на землю. Пусто! – Я… – она запнулась, осознавая, что сейчас воин точно убьет ее.

– Почему ты атаковала меня? – спросил он, все так же сжимая ее руку. Большой палец его руки погладил кожу на ее запястье, и Мориэлла сглотнула.

– Это цветок… Он так защищается, нагоняя лживые видения, – она с болью посмотрела на пустое место у их ног и поджала губы, нехотя признавая свою оплошность. – Мне показалось, ты хотел убить меня. Чтобы сорвать – его нельзя упускать из виду.

– Ты боялась меня?

– Опасалась, – нахмурилась девушка. Воин не спешил ни убивать ее, ни отпускать руку. Да что с ним не так?! Он должен был убить ее еще там, у дерева. – Теперь мне не уйти отсюда живой?

– Я тебе верю, – неожиданно произнес парень и отпустил. – Верь и ты мне. Я бы никогда не напал на тебя, особенно исподтишка.

Мориэлла моргнула, пытаясь уложить это в своей голове, но все никак не выходило. Верить мужчине с острова? Она не могла верить даже ведьмам из своего ковена.

– Цветок, – сказала Мориэлла обреченно, пытаясь вновь высмотреть его поблизости. Пока воин не понял, кто она такая, и решил поиграть в доверие, нужно действовать быстро. Еще быстрее.

– Этот? – парень усмехнулся и покрутил в руке… мираж.

Ведьма ахнула, когда он легкомысленно подбросил его в руке и широко улыбнулся ей, блеснув в темноте белыми зубами.

– Невозможно, – протянула она, потянувшись к растению. – Хвала богине! Как ты…

– Не-а, – прищурился парень, убирая руку за спину. – Ты отказалась от моей помощи.

– И чего ты хочешь? – прошипела Мориэлла, не сводя напряженного взгляда с воина.

– За него я хочу милость.

– Милость? Какую же?

Ее выводил из себя его веселый взгляд. А еще то, что цветок, на который она охотилась так долго, для которого она готовилась к этой вылазке целую вечность и который так легко потеряла за считаные секунды своей глупости, так удобно расположился в его руке и не думал исчезать. Вздор!

– Твое лицо, – сказал парень медленно, и глаза его загорелись.

«Недоумок, – подумала Мориэлла, пока парень терпеливо ждал, и сбросила с головы капюшон. – Если бы он знал, каким ценным был цветок в его руке, ни за что бы не отдал его даже за горы золота».

Черные волосы ее разметались по плечам, ветер подхватил тяжелые пряди, а Мориэлла поборола порыв повернуться к парню стороной, откуда была бы не видна ее белая прядь, отрезанная накануне почти под корни. Но лишь опустила голову и посмотрела на него из-под ресниц. На миг ей показалось, что рука воина дрогнула и потянулась к ней, но в следующий миг он потряс головой и проморгался, отдергивая ее назад. Посмотрел на нее со странной эмоцией во взгляде, незнакомой ей ранее, и девушка красноречиво кивнула в сторону цветка.

– Ох, да, – парень неловко достал из-за спины мираж и протянул ей, глядя прямо в глаза. Его собственные горели в темноте тусклым желтым светом, и Мориэлла нахмурилась. Аккуратно взяла растение, стараясь не касаться воина, и коротко кивнула. Она вновь натянула капюшон и услышала приглушенный стон, полный разочарования, но не обернулась. Сейчас были дела поважнее: девушка надкусила подушечку большого пальца, пуская кровь, и достала семена из цветка, чтобы заложить в землю у своих ног. Посмотрела в небо и отсчитала дни до нового цветения. Середина луны. Тогда эти земли укроет ароматом миража, лишь на одну ночь, не более.

– Мне пора.

– Как тебя зовут? – спросил парень, когда она запихнула мираж в мешочек и уже чертила письмена на земле для портала. Мориэлла почувствовала что-то вроде любопытства. Через считаные секунды она уберется отсюда к Г’хдору, и вряд ли кто-то успеет остановить ее, даже если она развернется на полную мощь, чтобы убить разозлившегося из-за ее сущности парня. Он же стоял достаточно далеко, она могла бы сбежать и без боя.

– Ваши дикари называют нас ведьмами, – сказала она быстро, ставя ногу в портал и прищурилась, наблюдая. Секунда, две, три – парень смотрел на нее все с тем же выражением на лице, показывая полное спокойствие.

– Нет, – сказал он резко. – Я хочу знать твое имя.

– Вряд ли.

– Мы еще увидимся.

– Это вопрос? – удивленно подняла брови девушка.

– Вряд ли, – ответил ей парень, и Мориэлла подавила непривычное желание улыбнуться. – Можешь звать меня Эл.

– Если пройдешь завтрашнее посвящение, может, свидимся в бою, – вдруг сказала она.

– Я не хочу с тобой драться, – улыбнулся парень, и желтые глаза его сощурились.

– Тогда, – Мориэлла поняла, что уже долгие секунды стоит в клятом портале одной ногой и не может уйти по какой-то неведомой причине. – Поможешь мне украсть эту чудо-траву для ритуала и в следующий раз, Эл?

– О, – его брови поднялись, и парень почесал затылок, – украсть. Я идиот. Подумал, ты собираешь гербарий для учебы. Ну знаешь, – пояснил он на ее удивленный взгляд, – эти ваши девчачьи делишки. Цветы в книгах и всякое такое, романтика.

Романтика Мориэллы заключалась в каждодневном накоплении силы и изучении символов для кровавых ритуалов.

– Тогда составишь мне компанию на еще одну такую романтичную ночь? – спросила девушка, а потом дала себе мысленную оплеуху. Его беззаботные речи мешали ей ясно мыслить. – На полную луну я буду здесь, собирать новый урожай.

– Я к вашим услугам, мисс, – широко улыбнулся парень, и Мориэлла заметила ямочку на его щеке.

Алый свет луны мазнул по его широким скулам, прошелся по груди и плечу, тронутому бронзовым загаром, чтобы спуститься вниз и высветить часть белой татуировки под его кожаной перчаткой на левой руке. Мориэлла засмотрелась и тут же потрясла головой. Дикарь.

– Что ж, бывай, – кинула она, заходя в письмена на земле. Воздух задребезжал от магии, а носа тут же коснулся запах благовоний их ковена, когда воин окликнул ее еще раз.

– Не прячь больше себя и свои волосы, – сказал он, постепенно исчезая в густом тумане, призванном магией ведьм. – Я не видел ничего прекраснее в своей жизни.

Мориэлла оказалась на своей родной земле и растерянно смотрела на то место, где еще недавно стоял странный парень. Потрясла головой и засунула руку в мешочек, чтобы любовно огладить лепестки цветка, который так опрометчиво отдал ей воин. Что ж, они никогда больше не встретятся.

Глава 16
Круг и тень

Еще до того, как открыть глаза, я видела круг с письменами. Они вились внутри его змеями, стираясь из памяти, но я почувствовала непреодолимое желание сохранить эту часть своего сна. Была ли та шестнадцатилетняя девочка настоящей Мориэллой?

В ее душе и мыслях не было злобы. Сплошь одиночество и боль. По матери, оставившей ее одну в жестоком мире ведьм, боль по несбывшейся жизни в ковене, где она чужая. Я чувствовала ее желание помочь тете, настолько сильное, что она пошла на огромный риск и ослушалась Мать. Величайшую ведьму в Сфере, властвующую над всеми остальными, включая четырех Верховных ведьм. Тогда Мориэлла была маленькой девочкой, настороженным ребенком, видящим вокруг опасность и ждущим подвоха.

А парень… Он посеял в ее душе сомнения. И что-то еще, в чем она не могла признаться даже себе.

Я встала с кровати и достала чистый лист из багажа ведьмы. Перо легко заскользило по бумаге, рука двигалась сама собой. Круг, письмена внутри, лишь чернильная клякса испортила рисунок.

– Блин, – я так увлеклась, что запачкала не только бумагу и столик, но и перчатку Мориэллы. Стянула ее с себя и застыла. Пальцы теперь потемнели почти до половины. Я потерла их, потерла еще раз и ругнулась себе под нос. Как черные тени распространялись по коже Аластора тогда в саду, так и эта тень ползла по белой руке ведьмы. Я покрутила руку в разные стороны, поднесла к свету у террасы и принялась остервенело тереть пальцы о подол ночной сорочки. Сердце билось уже у горла, в глазах потемнело от страха, но кожа не побелела ни на тон.

Когда комнату сотряс громкий стук, я вздрогнула, хватаясь за сердце. Распахнула дверь и столкнулась нос к носу с любопытным Фернисом. Мужчина стоял слишком близко и едва не вкатился в мои покои.

– Чего тебе?

– Принц Аластор попросил позвать вас, мадам, – прогундосил слуга, заглядывая за мою спину и рассматривая комнату.

– Сейчас, – буркнула я, отойдя и хлопнув дверью перед длинным носом. Возможно, сегодня я была несправедлива к Фернису, но потемневшая рука выбила меня из колеи уже к началу дня. Да и, скорее всего, он еще заслужит, Фернис умел раздражать людей.

Я потянулась к колокольчику, чтобы призвать Фауну и одеться, а потом хлопнула себя по лбу. Конечно, она ведь на первом испытании. Хоть и испытанием это было сложно назвать. Распорядительницами оказались две милые женщины, озабоченные судьбой королевства не меньше Ферниса или короля. Но если последний устраивал отбор, чтобы спасти сына и найти его пару, женщины еще пеклись и о том, чтобы будущая королева понравилась народу и смогла стать достойной правительницей. Вряд ли их испытания смогут хоть на что-то повлиять до итогового и самого важного для принца, но лишать простой народ зрелища было бы преступлением. Как и лишать надежды невест, пока тянулись дни до решающего для них момента. А уж как этой отсрочке была рада невеста-предательница, я и предположить не могла.

Две прелестные женщины вчера едва не заболтали меня до смерти, рассказывая про испытания для двух прошлых отборов и для текущего, и к концу беседы я просто зевала, недвусмысленно косясь на дверь. Насколько я знала, сейчас Аластор купается во внимании невест в обеденной зале. Каждой из девушек предложили приготовить небольшой подарок для принца и побеседовать за завтраком, обсуждая проблемы простого народа и их возможные решения. У каждой – несколько долгих минут в компании их избранника.

Я лениво потащила платье из шкафа, чтобы так же лениво, зевая на ходу, залезть в него. Самое первое из тех, в которые облачала меня Фауна, с подолом из перьев черной птицы ранее, а теперь просто волочащееся сзади чуть кривоватой тканью. Помнится, перья я оторвала, когда хотела придушить Люцитора. Без них гораздо легче.

Новый стук раздался в тот момент, когда я заправляла грудь ведьмы в опасный вырез, поэтому я зарычала сквозь стиснутые зубы и двинулась на Ферниса.

– Ну что еще? Иду я.

– Мадам, – глаза коротышки полезли на морщинистый узкий лоб. Он прочистил горло и отвернулся, когда я закончила одеваться и вышла в искрящийся светом коридор. Вдохнула полной грудью, оставляя мрачные покои ведьмы позади, и почувствовала, как мигом улучшается настроение. – Не решили ли вы меня соблазнить? У нас колоссальная разница в возрасте и воспитании.

Я едва не поперхнулась воздухом, когда глупость слетела с языка коротышки. Покосилась на его лысеющую макушку с высоты роста Мориэллы и кокетливо наклонилась ниже, сдерживая ругательства.

– У тебя такие красивые глаза, Фернис, – пропела я ласково, заглядывая в сморщенное лицо и едва не касаясь его длинного носа своим. – Носила бы, как брелок.

– Как что?

Я загадочно улыбнулась и продолжила путь.

Мужчина икнул и непонимающе отодвинулся, чтобы тут же по-хищному прищуриться:

– Боюсь, мое сердце уже занято.

– Жаль, – бросила я, даже догадываясь, кем оно было заполнено до краев.

– Но я мог бы…

– Не мог бы, – перебила я, не желая слушать ничего из того, что Фернис хотел мне предложить. Признаться, я лелеяла крохотное зернышко надежды, что он отстанет от ненавистной ведьмы в ту же секунду, как только заподозрит симпатию с ее стороны, и больше я не услышу ни одной колкости в свою сторону. Но, кажется, он был решительно настроен мозолить мне глаза до конца отбора, несмотря ни на что. Ради того, кто жил в его сердце, само собой.

В обеденной зале было как никогда шумно. Первое, что я заметила, – это полный стол различных угощений, от вида и запаха которых тут же заурчало в животе.

– Я присяду? – спросила скорее для приличия, отодвинув стул на противоположной стороне от той, на которой расположились принц и Камилла. В глаза тут же бросилась натянутая улыбка Аластора, но я была голодна настолько, что решила подумать об этом после завтрака.

– Какие люди, – донеслось из-под стола, и я чуть не взвизгнула, ударившись об столешницу ногами. Камилла бросила недовольный взгляд в мою сторону и демонстративно встала со стула. – О, его вздох облегчения я услышал даже отсюда.

– Ты чего там засел? – прошипела я Люцитору.

– Ты же не выполняешь свои обязанности, дурында.

– Поуважительнее разговаривай с Верховной ведьмой, Люц, – сказала я с набитым ртом, запихнув в него кусочек мясного рулета. – Ай! – Кот не церемонясь впился в мою лодыжку зубами. – Я ведь вхожу в роль! Только глаза продрала.

– В этом и проблема, – вздохнули под столом. – Ты должна всегда быть рядом с ним.

– Это чаепитие! – воскликнула я. – Невинное чаепитие. К тому же во мне совсем нет магии.

– В этом вторая проблема, – заметил кот. – Но сейчас не о ней. Посмотри на нашего принца.

Я поднесла новый кусок рулета ко рту и замерла, кинув взгляд на королевского наследника.

Лоб его был влажным от пота, и Аластор то и дело лихорадочно оглядывал зал. Лицо его побелело как полотно, и то, что раньше я приняла за неловкость в компании невест, было чем-то гораздо более серьезным.

– Что с ним? – я напряглась и заглянула под стол к коту.

– Я слышу треск его колечка, – усмехнулась животина. – Следи за этим, иначе придется объяснять, почему ты не смогла остановить его.

Я тяжело сглотнула, еще раз посмотрев на принца. Глубокая морщина залегла меж его бровей, а рука так сжимала вилку, что пальцы побелели.

– Ему плохо, – прошептала я. – Почему он никому не скажет и не остановит это?

– Наверняка думает, что справится. Как и любой другой мужчина, – хмыкнул Люцитор. – Пока кольцо на нем, не переживай.

Гелиодор сиял на пальце принца, и я чуть выдохнула.

– Скажи, Люцитор, – начала я аккуратно. – Вчерашний разговор с распорядительницами навел меня на мысль… Зачем все эти испытания, если принцу нужно найти пару для брачного ритуала? После него все эти результаты испытаний потеряют силу. Не легче ли сразу провести ритуалы с каждой из них и не ждать?

– И опозорить королевский род и всех невест, – хохотнул кот внизу. – Но даже не в этом загвоздка: проводить брачные ритуалы с невестами направо и налево с его хаотичной магией – гарантированная смерть для девиц и магическое истощение для принца. Этого никто не хочет.

– Но один же придется провести! Невест в этот раз не слишком много… Тогда я не могу выбрать любую девушку – вдруг она умрет!

Кот цокнул.

– Фишка истинной пары в том, что их магия тянется друг к другу. Если пара принца есть на отборе, он и она это поймут уже к середине испытаний, твоя помощь тут вообще не нужна.

На миг я почувствовала себя крайне бесполезной.

– А как можно их подтолкнуть друг к другу? – спросила, бросив взгляд на невесту, выплывшую из-за угла в сопровождении полненькой служанки. Фея Фавилорра была сегодня чудо как хороша. Короткие каштановые волосы ее оказались завиты в милые кудряшки и подпрыгивали с каждым ее движением вместе с крылышками, трепещущими позади спины. Клинков, ранее пристегнутых к ногам, сегодня я на ней не углядела. – Они вообще поймут это до брачного ритуала?

– Истинная пара на то и истинная, что их магия была когда-то едина. Еще до их рождения. А теперь принадлежит двум разным людям, конечно, они почувствуют связь рано или поздно.

– Уж лучше пораньше, – пробормотала я и резко выпрямилась, когда заметила идущую в мою сторону служанку.

– Леди Мориэлла, – поклонилась она, звякнув золотыми нитями, струящимися с ее серо-зеленого платья. – Госпожа пожелала угостить вас нашими местными лакомствами. Она готовила их всю ночь.

Я вскинула брови, заприметив на блюде что-то, подозрительно напоминающее панкейки, облитые карамельным соусом.

– Это часть ее дара принцу Аластору, – заметила служанка, имени которой я не знала. – В наших землях считают, что любовь мужчины можно завоевать, утолив его голод…

– Спасибо, я попробую.

Она многозначительно улыбнулась и поставила передо мной серебряное блюдо. А потом поклонилась и ушла, заставив меня чувствовать себя взяточницей. Ну и кто подкупает ведьму вкусностями?

– Теперь твоя фаворитка – фея? – посмеивался внизу Люцитор, и я цокнула языком, подкинув ему плотный блинчик.

– На вот, займи рот.

– Теперь и мне она нравится, – ответили снизу с набитым ртом, и я закатила глаза. – Только вот надеюсь, она не тот самый враг из пророчества. – Люцитор злобно захихикал, когда блин встал мне поперек горла. – Расслабься, ты же ведьма. Мори плевать хотела на яды. Уж я знаю.

Но удивило меня вовсе не то, что кот пытался отравить ее.

– Мори? – протянула я с издевкой. – Серьезно? Ты называешь злую ведьму Мори?

Люцитор фыркнул внизу и запрыгнул мне на колени.

– Не всегда же она была злобной стервой, – лениво протянул он, пытаясь урвать еще один блинчик. – Ты была так мила со служанкой, что я вспомнил ее в юности.

– Кто бы мог подумать.

– За тысячу лет можно сменить сотни личин, дитя… – протянул он зловеще, но следующая фраза вмиг разрушила атмосферу загадочности: – Скажем так, и я не всегда ходил на четырех лапах. Так унизительно вылизывать себя самому, чтоб ты знала!

– Фу, не хочу знать! – скривилась я, скидывая с себя зафырчавшего Люцитора. – Прими душ и не жалуйся!

– Бессердечность ведьмы передалась и тебе, – рыкнул он злобно, но через секунду ухмыльнулся, подняв лапу и показав блинчик с моей тарелки, нанизанный на кошачьи когти. Последний! – Не бананы, но сойдет.

– Эй! – я вскочила с места, а потом увидела Аластора выходящим из обеденной залы. Фавилорра сидела на своем месте и смотрела ему вслед. – Эм, куда ушел принц? – спросила я у нее, и фея пожала плечами. Ферниса тоже нигде не было видно.

– Люцитор, – прошептала я, вернувшись к столу и заглянув под него. – Принц покинул невесту, где бродит этот коротышка? Пусть вернет его немедленно, пока фея не оскорбилась и не унесла с собой свою магию. Которая, к слову, может оказаться той, что мы ищем!

– Тот слуга? Он выглядел смущенным, когда уходил, – хмыкнул кот, облизывая белую лапу. – Не знаешь, случайно, почему?

– Понятия не имею, – буркнула я, отводя глаза.

– Ну тогда растряси жирок и верни его высочество сама.