Текст книги ""Фантастика 2026-122". Компиляция, Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Абрам Палей

– Тебе необязательно это знать, но мы решили, что дадим тебе самой сделать выбор.

– Какой выбор? О чем Вы?

– Я или Яровит. Кому из нас ты родишь ребенка?

– Никому из вас, я замужем и вообще не планировала пока детей, – воскликнула я и желая проснуться хотела взяться за браслет, но его не оказалось на руке.

– Это ищешь? – спросил он и вытащил его из кармана.

– Как Вы его сняли? Верните, пожалуйста, – сказала я, пытаясь глубоко не дышать, чтобы дать шанс пуговицам выдержать это испытание, потому что я ясно услышала, как стала потрескивать ткань блузки в районе груди.

– Верну, за один поцелуй.

– Оставьте себе, мне новый подарят.

– Не подарят. Тебе ведь говорила моя девочка, что в моей власти сделать с тобой и твоими защитничками?

– Кира? Почему Вы ее так называете?

– Она моя дочь, правда об этом она еще не знает. Пусть пока поиграется с вами. Она с таким рвением выполняет все мои поручения и стремится осуществить мнимую месть чтобы уйти в навь, но она будет всегда со мной. Мне пришлось не мало потрудиться чтобы она родилась. Ты ведь видела ее зачатие, ее мать кровоточила и чуть не скинула ее.

Мне стало так жаль Киру, что я от возмущения, повысив голос сказала:

– Раз у Вас уже есть дочь, то зачем от меня еще Вам ребенок, отпустите меня.

– Кира родилась без искры. А в тебе и твоем ребенке она есть и будет.

– Да что за искра такая? – воскликнула я.

– Поцелуй, скажу, – улыбаясь ответил он.

– Нет, отпустите меня.

Кощей-Мориарти вдруг поднял голову и замер на пару секунд, словно прислушивался к чему-то, а затем плотно сжав губы посмотрел на меня. От этого взгляда, меня аж пробрало. В комнате ощутимо похолодало, а я, не отрываясь смотрела ему в лицо. Пусть у меня какие-то странные симпатии по части внешности актеров, но глядя сейчас на этого мужчину в деловом костюме, я робела как подросток. Как же мне нравилась актёрская игра Эндрю Скотта в сериале «Шерлок», помню, как не могла оторваться и пересматривала несколько раз серии, там, где был Мориарти. Но нет, это не любимый актер и даже не человек…

– Пожалуйста, – прошептала я.

– Ты посидишь тут немного в одиночестве, а когда я вернусь продолжим, и лучше наш разговор начнем с поцелуя, – с этими словами он растворился, а я, быстро расстегнула пуговицы на блузке, затем пуговицу и молнию на джинсах и лишь потом наклонилась, чтобы снять кроссовки. Как мои огромные «лыжи» влезли в тридцать пятый размер? Через ткань штанов я пощупала икры… Одни кости… Оперлась руками на кровать и медленно поднялась. Сделала шаг и пошатнулась. Постояла немного, затем сделала еще шаг. Заболели колени. До двери мне нужно было сделать еще шагов семь и во что бы то ни стало я это сделаю. Сцепив зубы, я шагнула и поторопившись сделала еще шаг, но нога подвернулась, и я повалилась на пол. Как же я тогда на поляне у Живы ходила? Из-за череды событий у меня такое впечатление что я была там несколько лет назад, а прошло всего лишь две местные недели. Сидеть и раздумывать о всех этих странностях у меня не было времени. Хотелось поскорее покинуть это место, и я поползла к двери. Подтянувшись, я дернула ручку и толкнула ее. В лицо мне ударила волна нестерпимого жара и песка. Пустыня с палящем солнцем расстилалась до самого горизонта, а от этого жара перехватило дыхание. Прищурившись, я взялась за дверной косяк и с трудом поднялась, дотянулась до дверной ручки и потянула на себя, отсекая свое убежище от этого ада. Облокотившись на стену, я обвела взглядом комнату и посмотрела на окно, завешанное красивыми портьерами, через которые проникал солнечный свет. Решив опрометчиво так больше не шагать, я аккуратно пошла вдоль стены. Отодвинув штору, я увидела точно такую же картину. Бескрайная пустыня с палящим солнцем.

– Дамиан, – заорала я во все горло. – Разбуди меня!

Это так Кощей собирается склонить меня на свою сторону, заперев меня? Ага, дают мне выбор!

– Яровит! – не совсем уверенно позвала я. Пусть будет он. Он хотя бы не пугает меня так как Кощей. – Жива, помоги мне, прошу, – прошептала я и задернув обратно штору, поспешила к кровати, пока ноги держат. Интересно, сколько времени прошло в реальности? Мы еще едем в авто? Минна, наверное, даже и не поняла, что я в беде. Я начала щипать себе руку. Бить по запястью, где был браслет. Рука заболела, а вот мое местоположение не изменилось. Просидев так некоторое время, я снова поднялась и медленно подошла к двери, открыв ее я шагнула наружу. Солнце нещадно палило и обжигало мою белую кожу. Даже если я завернусь в простыни, я не уйду далеко, тем более без воды. А вспомнив поляну Живы и остров Яровита, я вообще похоже никуда не уйду. Вздохнув, вернулась обратно. В комнате стало жарко. Зря я дверь открывала. Постояв возле двери, мне стало так душно, что я поспешила вглубь комнаты и села на кровать. Провела ладонями по волосам и заправила пряди за уши. Я уже и забыла какие у меня были редкие волосы. В собранном виде их будет меньше половины Кириной шевелюры. Какая жарища! Комната нагревается похоже сама по себе, а не от того, что я открывала дверь. Наклонилась и сняла с себя носки, затем стащила маленькие для этого тела джинсы и посмотрела на свои ноги. Дамиан говорил, что видел меня во сне. А ноги он тоже видел? Тут же без слез на них просто смотреть невозможно. Вздохнув от досады, я расстегнула бюстгалтер. Ох ты ж как хорошо стало! Надо было сразу так сделать. Сложив вещи в стопку, я сняла с матраса простынь и поспешила завернуться в нее, ведь Кощей-Мориарти может вернуться в любой момент.

Комната ощутимо нагрелась, я даже услышала, как стали потрескивать стены. Или мне это кажется? Подошла к одной из них и прикоснувшись резко одернула руку, она была такой горячей, что на подушечках пальцев тут же вздулись волдыри. Ожог! Вот это да! Почему же когда я брала ручку двери и шла к окну не обжигалась? Отошла подальше от опасной стены и легла на кровать, подтянув колени к груди. Не знаю сколько времени я провела в этой комнате, но очень сильно захотелось пить и есть. Я лежала с закрытыми глазами и прислушивалась к тихому треску этой жаркой комнаты, а когда услышала громкий треск над потолком я распахнула глаза и увидела, как в комнате заметно потемнело. Повернулась с одного бока на другой я посмотрела на задернутое шторами окно, вечереет? Странное тут место. У Живы я не чувствовала голода и всегда было светло, а тут похоже все по-другому. Перевела взгляд на комод. Может он мне все же оставил еды? Поднялась и подойдя к нему стала открывать поочередно ящики, но все были пусты. В шкафу так же ничего не обнаружила. Заглянула под кровать, не зная, что можно там найти, я разочарованно вздохнула и снова легла. Стемнело, стены стали остывать и чаще потрескивать. Странная комната, ни одного осветительного прибора. В этой темноте каждый треск заставлял меня вздрагивать. Порой мне казалось, что кто-то стоит возле двери. Несколько раз я звала Чернобога и просила не пугать меня. Вставать с кровати я боялась, но отчетливо слышала, как кто-то навязчиво просил меня выйти. Мне предлагают ночью выйти в пустыню? Чтобы там меня кто-нибудь сожрал? Я закрыла ладонями уши и накрывшись покрывалом стала петь песни, потом специально громко разговаривала сама с собой и придумывала варианты моего монолога для Кощея. Я ждала, когда он вернется, но он все не приходил. Я уж, грешным делом, хотела ему отдаться, чтобы он отпустил меня и больше не делили между собой с Яром, но вспомнив Киру, я не хотела бы иметь такую дочь. Промучившись, я наконец уснула. Во сне мне стало холодно, тонкое покрывало совсем не согревало меня. Проснувшись окончательно от того, что тело бьет мелкая дрожь, я надела носки и с трудом натянула джинсы. Полежав так немного, я замерзла окончательно, пришлось встать с кровати для того, чтобы размяться и попробовать согреться, делая хоть какие-то движения, но почувствовав, что пол держал дневное тепло, я легла, свернувшись калачиком и подоткнув покрывало, стала немного согреваться. Вскоре я снова уснула.

– Чертов Кощей, кто ж так добивается женщину? Учился бы у Яровита, – злобно сказала я когда открыла глаза. В окно бил яркий свет, а я отлежав на полу все свои косточки еле села. Шея затекла и болели почему-то ребра.

– Чернобог! – крикнула я. – Кощей-Мориарти! Иди, поцелую! Отпусти меня! Я в туалет хочу… и пить… сильно, – сказала я уже не так громко, так как першило горло.

Повертела головой, но ничего не изменилось, только температура в комнате стала комфортнее, поэтому я снова сняла с себя джинсы, завернула поплотнее простынь на себе и вышла за дверь. Приставила козырьком ладонь ко лбу, прищурилась и посмотрела вдаль. Ничего нет, один песок, оглядела свою комнату и это реально был просто куб с белыми бетонными стенами посередине пустыни. Обойдя сие странное жилье, я отошла подальше справить нужду. Солнце нагрело песок так, что носки уже не спасали мои ступни от ожогов, я спешила вернуться, но не могла быстро передвигаться, а когда, наконец взявшись за ручку, я начала тихо радоваться тому, что сейчас скроюсь в прохладе, но пришлось резко одернуть руку. Дверная ручка была горячая, как и сама дверь. Обернув руку тканью, заметила синяки от вчерашних моих щипаний, оглядев их я снова потянула за ручку, вот только дверь оказалась заперта.

– Не смешно, Чернобог, открывай, – крикнула я и схватилась за горло. От сухого воздуха и жажды гортань резко заболела. Я начала дергать ручку сильнее и при этом пинать дверь. Солнце стояло прямо над головой и совсем не было тени от этой коробченки. Я еще раз обошла ее и встала напротив окна. Камень найти бы, но походив в округе не нашла вообще ничего, кроме этого, проклятого песка. Тогда я снова обмотала руку и размахнувшись ударила по стеклу. Оно загудело, но не разбилось. Так, надо сильнее, но страшно. Всегда боялась порезаться, но голову уже напекло так, что начинало тошнить, поэтому разозлившись я ударила со всей силы. Меня откинуло на пару метров. Что это было? Нет он явно надо мной издевается!

– Чернобог! – хрипя позвала я. От этого падения и жары голова еще сильнее закружилась, появились рвотные позывы и я, встав на четвереньки поползла к двери. Подергав еще раз ручку, накинула на голову и плечи край простыни, села облокотившись спиной к двери и уперлась лицом себе в колени. Кожу нестерпимо жгло даже через ткань, дышать становилось все труднее и закрыв глаза, я подумала: «Неужели я тут умру? Что-то плохо они заботятся о хранительнице какой-то там искры».

– Что ты натворил? – вдруг слышу я гневный голос Живы.

– Приведи ее ко мне, – злобно сказал кому-то Кощей.

– Повелитель, я просто с ней немного поиграла, ты же приказал развлечь ее. Я не знала, что она такая слабая, – услышала я изворотливо-слащавый женский голос.

С трудом приоткрыв левый глаз и сосредоточившись, я разглядела, как в середине огромного помещения похожего на храм, стоит худощавый блондин в черном строгом костюме со сложенными руками на груди, а рядом с ним на коленях стоит красивая черноволосая девушка. Она с лукавым выражением лица смотрела на то, как Кощей-Мориарти медленно к ней подходит.

– Прости меня, я отработаю свой проступок, так как ты любишь, – пролепетала она соблазнительным голосом и облизав губы расстегнула облегающую блузку, оголив внушительную грудь без нижнего белья, но Мориарти даже не взглянув на ее прелести, молча подошел и положил свою ладонь ей на голову. На ее прекрасном лице тут же пропала улыбка и издав пронзительный визг она превратилась в пыль. Я вздрогнула и распахнула оба глаза.

– Тише, не двигайся, – произнесла Жива, своим нежным голосом. Успокаивающе погладила меня по голове и ладонью прикрыла мне глаза. Я зажмурилась и почувствовала, как побежали слезы. Глаза болели и было ощущение, словно в них песка насыпали.

– Я приказал ей принести Ирине угощений и дать каких-нибудь развлечений, чтобы не скучала, пока я был занят. Я не думал, что она посмеет ослушаться моего приказа, – вдруг сказал Чернобог.

– Зачем ты ее вообще там запер?

– Я просто хотел пообщаться.

– Верните меня мужу, пожалуйста, – прохрипела я.

– Помолчи, пожалуйста, я скоро закончу, – ласково попросила меня Богиня.

Я замерла и попыталась расслабиться, но легкие при каждом вдохе горели огнем, а горло раздирало как при ангине. Во рту была пустыня, а язык ощущался инородным телом. Полежав так немного, я не вытерпела и попросила:

– Можно воды?

Тут же почувствовала, как мне приподняли голову и к губам приставили емкость. Я приоткрыла рот и с каждым глотком я ощущала, как возвращаются ко мне силы и все меньше болит горло при глотании. Я жадно пила, не желая останавливаться, но эту емкость резко убрали.

– Тебе хватит, – услышала я голос Кощея.

Вздохнув, я облизала сухие губы и отвернулась в другую сторону. Мне не хотелось, чтобы они смотрели на мое лицо. Немного расслабившись, я прислушалась к своим ощущениям. Там, где проводила рукой Жива я чувствовала покалывания и тепло.

– Заберите у меня Вашу искру, пожалуйста, – прошептала я.

– Не могу. Без нее ты не удержишься в теле, а ты ведь сама просила меня тут остаться.

– Я ж не знала. Что такое искра?

– Я не буду подробно рассказывать, так как тебе не нужно об этом знать, но скажу основное – мы не вечны, а дитя, рожденное с искрой прожив первую обычную человеческую жизнь, после физической смерти станет как мы. Чтобы продлить наше существование… Как же тебе объяснить понятными словами? Мы… скажем так, впадаем в анабиоз и пока мы спим один из нас приглядывает за этим миром.

– Дайте угадаю, сейчас был черед Чернобога, а я Вас раньше времени разбудила.

– Ну почти. Тебе придется сделать выбор. По-другому никак. Либо ты покинешь это тело и уже не гарантирую тебе возвращение в твой мир и тем более перерождение.

– Это шантаж. Вы все это заранее придумали и просто меня загоняете туда куда вам нужно. Правду вы мне все равно не расскажете, а слушать вранье я не хочу. Могли бы взять силой, но скорее всего я должна родить добровольно иначе искра не перейдет ребенку. Я права?

– Дерзкая девчонка, – вдруг воскликнул Чернобог, а я только сильнее зажмурилась.

– Нет, ты не права. Я понимаю, почему ты злишься, но другого выхода нет. Выбор делаешь ты.

– Хорошо, а сколько дадите времени? И да, Чернобог, ты профукал свое счастье, я добровольно никогда тебя не выберу, так что зовите давайте Яровита.

– Не трогай ее! – воскликнула Жива, а я оказалась словно под водой. Звуки приглушены, вдохнуть не могу и тогда меня начало дергать как в конвульсиях. Я открыла глаза, но ничего не видела.

– Тише, тише, это я, – услышала я голос Дамиана. Он крепко сжимал меня в своих объятиях. Я сделала вдох, потом другой и обхватила его со всей силы.

– Как же ты меня напугала. Браслет не помог.

– Сколько времени я спала? – прохрипела я, начиная понемногу видеть очертания комнаты.

– Почти двенадцать часов. Мы доехали до Чатема и остановились в гостевом доме. Как только будешь готова ехать дальше, мы сразу же выдвинемся.

После случившегося я уже не хотела искать храм Богини и вообще уже ничего не хотела. Ощущения были такие же когда Кощей забрал у меня двадцать лет. Что если он снова отнял мои жизненные силы? Интересно сколько сейчас? И могу ли я верить словам Богини что, восстановив храм, она вернет мне эти годы? Я не стала ничего говорить Дамиану. Отпустив его, я снова положила голову на подушку и прищуриваясь оглядела комнату. Спальня, в которой нас поселили была с очень старым ремонтом и мебелью. Выкрашенные стены в бежевый цвет, а может и не бежевый местами были в трещинах. Когда-то бордовые шторы, что плотно закрывали окна, были настолько застираны, что в некоторых местах просвечивали потёртости. А из-за включённой на прикроватной тумбочке тусклой лампы и бордового торшера в комнате был полумрак. В углу стоял шкаф с просевшими дверцами и кресло с обшарпанной обивкой. Видимо тут не часто бывают гости, и в подтверждении своей мысли в углу под потолком я увидела паутину. Как я могла разглядеть ее в таком полумраке вообще не понятно.

– Я сейчас позову Минну, – сказал он, глядя неотрывно мне в глаза и взяв смарт отправил сообщение.

Я кивнула и поднесла руку с браслетом к глазам. На запястье были синяки.

– Они появились раньше, чем я начал тебя будить.

– Я сама их себе сделала, пыталась проснуться, – еле сказала я, хриплым голосом. Странно, горло вроде бы не болело, но говорить нормально не могла, да и глаза щипало так, что хотелось закапать их какими-нибудь увлажняющими каплями.

Тихо открылась дверь и заглянула Минна.

– Вы меня звали? О ты проснулась! Ох ты ж великий Ханый! Что ж такое творится с тобой?

– Тише, Минна, она еще не знает.

***

Командор Трэйн

В Чатем мы выехали ровно в девять утра. Мы поехали на трех авто. В первом был провожатый с вещами и большим количеством воды на тот случай если попадем в песчаную бурю. Бури могли быть маленькими на полчаса, а могли зарядить на три дня, поэтому мы так же везли еду и воду. Следом за ним ехали мы, а за нами Райд с водителем и телохранителем. По приезду нас должны встречать в гостевом доме со странным названием «Всё». Спросив об этом у нашего провожатого Фарэя Джумаана, тот ответил, что там всего четыре жилых дома осталось, а в этом живет одна пожилая женщина и у нее есть свободные комнаты, поэтому он для нас и гостевой. Насчет названия он не знал ответа. Там мы планировали отдохнуть, переодеться и ехать дальше в пустыню. До поселения старца Амроса, нужно было ехать еще пять часов и если нам повезет с погодой, то доберемся к восьми вечера.

В начале пути Ира спорила с Ардом по поводу его ремонта в квартире. Минна показала ей фотографии и на вопрос Иры, нравится ли ей этот цвет, та сказала, что ей все равно, лишь бы ей жить в своей квартире и с Ардом, на что Ира возмутилась и начала высказывать ему как он не прав, и почему он не советуется с женщинами.

– Дизайнер твой странный мужик и делает он вам казарму, а не уютную квартирку! – воскликнула она и после этих слов Ард пообещал все исправить.

Удовлетворившись его ответом, девушки начали заниматься правописанием. Я ехал и наслаждался, слушая их голоса, у Минны явно был талант в обучении. Под мирные звуки я задремал, а когда проснулся, Ард шепнул мне, что скоро прибудем и сказал, чтобы я посмотрел на наших красоток. Я обернулся и полюбовавшись как девушки спали, прислонив головы друг к другу, шепнул другу в ответ:

– Как я рад, что ты согласился оставить своих подопечных парней в Инсании и приехать ко мне.

– Парни не в обиде, а я благодарен тебе, что позвал. Я теперь уже не представляю себе жизни без Минны.

Пока мы ехали, несколько раз кардинально менялся пейзаж. По началу еще попадались леса, затем высохшие коряги, местами были зеленые холмы, но чем дальше мы ехали, тем больше было песка и порой попадая на засыпанную дорогу, мы ехали по навигатору, потому что в округе не было совсем никакого ориентира. С каждым часом унылая картина с палящим солнцем и песком, который я ненавидел всей душой стала нагонять на меня тоску. Когда вдалеке изредка показывались невысокие зеленые горы, я провожал их взглядом и думал о том, как бы поскорее найти храм и больше сюда не возвращаться. Нанять рабочих для его реставрации и руководить процессом из уютного Таклина. Я и не думал, что настолько тут все плохо. И вот мы наконец въехали в старый город. Я поразился, насколько он был занесен песком. От двухэтажных домов остались на виду лишь крыши, высоток тут мало и можно было пересчитать их по пальцам. Подъехав к дому, на крыше которого стояла старая конструкция «Всё» я понял, почему он так странно называется. На выгоревшей от солнца стене я увидел старое название «Всё для дома». Скорее всего это был магазин. Остановившись, я повернулся чтобы разбудить девушек, но Ард безцеремонно гаркнул:

– Подъем, приехали!

Минна вздрогнула и слегка даже подпрыгнула, а когда она выпрямилась, Ирина упала ей на колени, потеряв опору.

– Ира, – позвала Минна и осторожно начала ее трясти, но та не реагировала. Тогда Минна прощупала пульс и приоткрыв ей веко, громко сказала: – Спит.

– Дай ее руку с браслетом, – сказал я и развернувшись на кресле, встал на колени. Взяв браслет в ладонь, я стал нажимать встроенную кнопку на застежке, чтобы разбудить ее, но она не просыпалась. Я внимательней посмотрел на ее запястье и увидел синяки. Тогда я поспешил покинуть авто и вытащив ее, понес в дом. Райд, стоял уже у входа и ждал нас, а когда увидел, как я несу свою жену, открыл дверь и с искренним беспокойством спросил:

– Что случилось? Укачало? Фарэй! Где хозяйка дома?

– Не знаю, несите пока сюда, – ответил наш провожатый и открыл первую от входа дверь. Там оказалась маленькая спальня со спертым воздухом. Минна сдернула пыльное покрывало с кровати, и я уложил Иру на узкую лежанку, кроватью было ее сложно назвать. Нажал еще раз на браслет и выждав минуту, отошел, чтобы Минна смогла ее осмотреть, а сам шагнул к окну, раздвинул пыльные шторы и открыл окно. Хорошо, что ветра сегодня не было, и комнату не занесет песком. Ард выпроводил из комнаты Райда, а я ждал что скажет Минна.

– Просто спит. Сканер показывает ее норму. Может ничего страшного? – спросила она и вопросительно посмотрела на меня.

– Иди к Арду, я позову если что.

– Сейчас найдем хозяйку и подберем нормальную комнату для вас, – с этими словами она закрыла свой медицинский чемоданчик и поставив его на пол рядом с окном, вышла из комнаты.

Я снова нажал на браслет. Ничего. В голову лезли разные мысли, но только от одной я приходил в ярость. Что если там кто-то из Богов склоняет ее к близости?

Через час, я перенес Иру в комнату попросторнее с двуспальной кроватью. Пообедав в компании Райда, я только больше разозлился, потому что тот предложил оставить ее здесь, а нам ехать дальше, чтобы не терять время. Я уже пожалел, что взял его с собой, но объяснять что-либо я ему не собирался. Еще через два часа, я снова попробовал разбудить Иру, но опять ничего не получилось. Тут уже взялась за нее Минна, набрала в шприц адреналгона, прочитала молитву своему Богу и сделала укол. Мы сидели молча и ждали хоть какой-то реакции, но не дождавшись, решили звонить Норвалу. Связи не было, хозяйка дома посоветовала забраться по хлипкой лестнице на крышу, что я и собрался сделать. Ард все это время отвлекавший Райда, от меня, пришел на подмогу, потому что лестница, которую нам предложила пожилая женщина была, наверное, тех же годов, что и она. Райд, вышедший во двор обнаружил нас ремонтирующими эту лестницу и всерьез задумался, а не рехнулись ли мы случайно. Посмеялся над нами, но, когда я полез наверх он даже вызвался помочь подержать ее. Сидя на крыше, я поймал сигнал и записав все что Норвал продиктовал, полез обратно. Минна прослушала запись и смешав несколько препаратов, сделала еще укол.

– Ждем час и, если не проснется, делаю капельницу вот с этим, – пробормотала она, доставая из чемоданчика очередную ампулу.

Итог, уже восемь вечера, а Ира так и спит. Распсиховавшемуся Райду пришлось рассказать немного правды. Тот сразу припух и странно посмотрел на Ирину.

– Значит, это правда, что старец Агнехрон рассказал мне. Она посланница Богов… Вот зачем ты ищешь храм! Теперь я верю тому, что мне поведала хозяйка дома. Я ведь сначала подумал, что от старости и жизни здесь она просто уже сошла с ума. Да и ты с этой лестницей в придачу. Почему ты мне сразу не сказал? Я бы у этой старой женщины поспрашивал побольше о прежней жизни. Она мне рассказывала какие здесь раньше случались удивительные вещи, а я вполуха ее слушал. А теперь она спать ушла и неудобно ее будить. Кстати, знаешь почему она осталась здесь, а не уехала вместе со своей семьей семь лет назад?

– Говори уже, не томи.

– Она ждала нас, точнее ее, – сказал он и кивнул головой в сторону кровати. – Она сказала, что слышала голос, который просил не покидать этот дом. Два первых этажа что засыпало песком это был магазин, а на этом она жила с мужем и двумя сыновьями.

– А остальные жители?

– Про них не знаю, но думаю, что они тут тоже не просто так. Возможно, чтобы не оставлять ее одну. Они снабжают ее продовольствием, хотя ты же видел какая она, в таком возрасте много уже не едят. Кстати, про еду, я сейчас отправлю сюда твою медсестру, а тебя жду в столовой, нам есть еще что обсудить.

Поужинав, я отпустил Минну отдыхать, а сам лег, не раздеваясь рядом с моей хрупкой девочкой. Сколько же ей приходится переживать событий! Вот что там с ней сейчас происходит? Когда я уже засыпал, мне позвонил Леннс, вывел меня, своей истерикой, но хоть что-то полезное от него узнал. Браслет все-такие работает, просто против Богов наши технологии пустой звук. Немного подремав, я повернулся и хотел приобнять ее. Положил руку ей на живот и почувствовал какая она горячая, приподнялся и потрогал лоб. Она просто пылала, я хотел уже встать и позвать Минну, как Иру начало трясти. Я испугался, что это от высокой температуры, но она открыла глаза, тогда я обнял ее и начал успокаивать. Как хотелось узнать, что с ней случилось, но услышав ее хриплый голос решил не торопиться с расспросами, возможно ей трудно говорить. Когда придет время, сама расскажет. Зашедшая Минна удивилась тому, что увидела, и мне пришлось встать за зеркалом. Я ожидал чего угодно, но она, глянув на себя, даже не удивилась. Моргнула пару раз и отдала мне зеркало обратно. Минна завороженно продолжала заглядывать ей в лицо.

– У тебя глаза светятся, как ты себя чувствуешь? – прошептала она.

– Пить, – прохрипела Ира в ответ и прикрыла глаза.

Минна сразу же убежала, а я сел на край кровати и взял ее за руку. Кожа была горячей, но уже не такой обжигающей. Я сидел и просто смотрел на любимое лицо и только крепче сжимал ее ладонь в знак поддержки и просто самому так было спокойнее.