Текст книги ""Фантастика 2026-122". Компиляция, Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Абрам Палей

Глава 12

Аша

После того как во дворце отпраздновали день рождения Лики, она стала проситься больше времени проводить там. Я, скрипя сердцем, разрешала ей оставаться ещё на два дня, но не больше. Мы с Онгоном жутко скучаем без неё, и подросшему брату уже тоже интересно находиться в компании постоянно болтающей сестрёнки. Порой, глядя на них, я удивлялась сама себе. Казалось, вот совсем недавно я жила себе спокойно в своём лесном домике и думала, что самая моя главная перемена в жизни будет это переезд к Юрту. Но вот пролетели уже десять лет, а я, мало того, что стала самой настоящей царицей, так ещё у меня появились два замечательных малыша. Пусть я грешна перед Матерью-прародительницей и всеми Святыми в том, что не живу с законным мужем, да ещё родила ребёнка от другого, но за это я буду отвечать когда-нибудь потом, на небесном суде. А сейчас я безгранично счастлива. Я засыпаю и просыпаюсь в объятиях любимого мужчины, и ничего в своей жизни я менять точно не хочу.

Алек тоже наслаждается своим положением в новой стае, которая образовалась неподалеку от нас. Новое поселение потихоньку разрастается, и прибывшие оборотни ждут не дождутся, когда мой оборотень станет официальным альфой. Но тот, как и я, пока не желает брать на себя ответственность и не спешит связывать себя постоянной парой. Распробовал свободные отношения, но волчонка пока так никому и не заделал. Всё-таки людское воспитание не даёт ему поддаться стайным инстинктам. Говорит, что слишком молод и красив для семейной жизни. И не поспоришь.

С Самалом у меня до сих пор очень натянутые отношения. Каждый раз, когда он приходит, он не оставляет надежды уговорить меня вернуться или чем-то завлечь: то каким-то важным разговором о дочери и её обучении, то о дворцовых делах, в которых я ничего не смыслю. Ну, хоть подарки наконец-то перестал носить, и то хорошо. За эти полгода он меня так достал, что я иногда прячусь в доме и прошу Онгона встретить дочь.

Вот и сегодня, спустя четыре дня, к нам наконец-то вернётся Лика. Зная, что она с утра любит поспать, а потом поиграть, или ещё лучше, ей там организуют какие-нибудь экскурсии по городу, поэтому скорее всего, прибудут они после обеда. А пока её не было, мы могли побыть немного вдвоём, пока сын ещё спит. Приготовление завтрака как-то незаметно превратилось в дурачество. Игры с тестом и мукой плавно перешли в поцелуи, и дело дошло бы до секса на кухонном столе, но мы услышали, как проснулся Киган. Перепачканные в муке, мы рассмеялись своему внешнему виду, и я тут же пошла к зовущему меня ребёнку, а Онгон наконец-то принялся жарить оладьи.

Через пару часов к нам в гости пришло семейство Хаас. Мы с Лами занялись готовкой, и вскоре прибежал Алек. Он с мужской компанией, как обычно, собрался потренироваться, а мы, как только закончили на кухне, разместились на террасе. Глядя на наших мужчин, Лами рассказывала мне, что нового произошло в поселении, и как только речь зашла о прибывших молоденьких оборотницах, она вспомнила давнишнюю историю:

– Я не думала, что доживу до такого! Никогда раньше не интересовалась мужскими тренировками. Со времён академии помню, как мне откровенно не нравилось смотреть, как потеют парни, а тут поддалась на уговоры Тэуна и пошла с ним на местный полигон. Кто ж знал, что среди оборотниц – это, оказывается, целое представление! Они не просто пришли, посмотрели и ушли. Они там себе сидячие места организовали и дружненько обсуждали парней и какие бы чудесные волчата у них могли бы родиться от такого хорошего генофонда. Я как услышала об этом, так словно кровавая пелена на глаза опустилась. А эти то ещё полураздетые… мышцами своими красуются. Ладно, Алека и ещё пара оборотней – можно понять, а Тэун? В минуты отдыха он успевал даже улыбаться самым настырным девушкам, – возмущалась она полушёпотом.

В ответ я ничего не сказала, потому что мы сами-то сейчас смотрели на наших мужчин с вожделением. На улице сегодня было жарко, и они, разгоряченные, действительно притягивали к себе всё наше внимание. Аиша, наигравшись в куклы на одеяле, запросилась в дом, и я попросила Лами прихватить с собой Кигана, чтобы посадить его на горшок, а сама, увидев, как Алек развалился на траве, решила принести им холодного морса.

Надо же было именно в этот момент появиться Самалу. Отправив дочь в дом, я проигнорировала мужа и, глядя на то, как Онгон вытирает полотенцем пот с лица, осознала, какую картину сейчас видит Самал: я в коротком белом хлопковом сарафане среди полураздетых, красивых, накачанных мужчин, да ещё «прислуживаю», угощая их морсом. Подавив в себе улыбку, я отправилась в дом, не ожидая, что он сорвётся. Ещё больше я напугалась, когда за меня вступился Онгон. По нашей внутренней связи я поняла, что он был серьёзен и мог легко осуществить свою угрозу.

«Любимый, прошу, отпусти его», – приобняла его за талию.

«Он понимает только силу. Мне надоело стоять в стороне».

«Пожалуйста, отпусти. Он уже всё понял», – взмолилась я, услышав, как девочки собрались выйти на улицу.

Как только Самал ушёл, я тут же поспешила в дом, пытаясь утихомирить своё сердце. Предательская память сразу же выдала мне картинку со дня моей свадьбы, как Самал упивался своей силой в Драконьей Пасти. Никогда не забуду лежащего на земле Онгона. Мужчины… Они постоянно хотят доминировать. Я прекрасно понимаю Онгона. Пусть в этот раз он постоял за меня, но где уверенность в том, что он, в будущем привыкший к моей силе, не возомнит себя лучше всех? Может, я зря и Тэуна так усиливаю? Сомнения закрались в мою голову не на шутку, и раз мне уже второй раз напомнили про Намджуна, то придётся наведаться в Ягват.

Через неделю, заранее предупредив Чагдара о визите, мы с Онгоном оставили детей у Лами и решили, помимо встречи с принцем, устроить себе небольшое романтическое свидание среди тропических цветов. Прибыв во дворец, нас проводили к покоям Намджуна, но тот ответил, что не желает со мной разговаривать. Надо же, обиделся, что ли? Я тоже не хотела у него задерживаться и подумала даже о том, чтобы просто войти без разрешения и сделать так, как научил дядя, но Онгон предложил погулять с хорошим настроением, пока принц нам его не испортил. Мы тут же перенеслись в мой Цветочный дворец и обнаружили его в идеальном порядке. Чагдар все эти годы следит за ним, и вот, оказавшись среди ягватской роскоши, первым делом Онгон понёс меня в спальню проверять имперские кровати. Какое же было невероятное чувство заниматься любовью в огромной комнате, зная, что в соседней не спят дети. Со всем этим бытом мы уже забыли, каково это – отпускать свои чувства на волю. Возникла даже предательская мысль переехать сюда, но рациональнее было бы просто иногда сюда сбегать от детей и иногда побыть не мамой, а любимой женщиной. Насытившись друг другом, мы продолжали лежать, планируя, куда отправимся гулять и обниматься, когда я почувствовала, как кто-то трётся у входной двери, не осмелившись трогать мою защиту от незваных гостей.

– Выпроводить? – спросил Онгон, целуя моё плечо.

– Это принц одумался, – хмыкнула я, понимая, что, скорее всего, нас было слышно, и зря я не поставила купол от прослушки.

Пришлось вставать и одеваться. Открыв дверь, я не удивилась, увидев его стоящим на коленях.

– Госпожа сердца моего! Прошу, прости меня, – произнёс он, низко опуская голову.

Раньше бы меня это позабавило, но не теперь. Пусть ради наказания ему было полезно немного помучиться, но я, забыв о нём, причинила парню колоссальный вред. Только хотела извиниться, как он неожиданно кинулся к моим ногам и, обхватив меня за бёдра, принялся целовать мои руки и живот через тонкую ткань платья.

– Не хочешь брать меня в мужья, сделай любовником. Ты же и сейчас была не с мужем. Я буду третьим в твоей постели, только разреши быть с тобой.

Онгон тут же оттащил его, закрывая меня собой. Принц, увидев того, с кем я пришла, приподнял бровь и медленно поднялся на ноги.

– Ты же бывший Хранитель Герегина. Тем более знаешь ягватские утехи. Тебе не впервой на пару с мужчиной ублажать одну женщину и…

Не успел он договорить, как рот его закрылся с громким клацаньем зубов.

Т-а-а-к, а я и забыла, насколько опытен мой мужчина. Бурная фантазия сразу припомнила тех двух голых девушек в чертогах Эдана при нашей первой встрече, а то, что они с Онгоном вытворяли все эти годы, вообще трудно представить, так что я сразу же постаралась отогнать эти мысли подальше, соорудив ментальный щит. Огневик почувствовал это и заметно напрягся. Мы никогда не затрагивали его прошлую личную жизнь, и делать этого я не собираюсь, потому что для меня главное – то, что происходит сейчас. А сейчас мне хотелось узнать, откуда принц знает фамилию Красного камня, и поскорее освободить его, чтобы вернуться домой. Романтическое настроение всё-таки пропало, и гулять по цветущему саду теперь точно не хотелось.

Обойдя своего мужчину, я подошла к принцу, который взирал на меня своими чёрными глазами с каким-то щенячьим восторгом.

– Откуда ты знаешь об Эдане? – спросила я, ослабляя магию Онгона.

– Мой дед отдал его под трибунал за то, что оставил свой пост и проворонил убийц, но этот трус сбежал и заключил себя в рубин. Дед хотел раскрошить его, но остальные маги не дали. Вся императорская семья от и до знает историю Гамиры.

Осмыслив его слова, я решила больше ничего не спрашивать, чтобы ещё больше не расстраиваться. Начертила руну освобождения и вплела разрушающие чары. Дотронулась до его руки и отошла на два шага назад, наблюдая, как узор медленно стал исчезать.

– Прошу прощения. Я не хотела причинить тебе вред. Обратись, пожалуйста, к любому менталисту, и он поможет справиться с последствиями, – проговорила я, чувствуя себя каким-то монстром.

Онгон полностью ослабил своё воздействие, и парень, вместо того чтобы порадоваться освобождению, наоборот, разозлился.

– Я не отступлюсь. Как твой Щит подпустил к тебе его? – ткнул он пальцем в огневика. – Он что, не знает? Или ты уже познала, что такое, когда одновременно двое тебя ласкают?

Теперь я уже закрыла ему рот. Доброжелательное отношение к этому извращенцу тут же испарилось.

– Если ты ещё раз попросишь у Самала встречи со мной, останешься немым навечно, – произнесла я, отворачиваясь.

Взяв за руку Онгона, мы переместились в поселение, к дому Тэуна.

– Не хочу обсуждать, – произнесла я, стучась в дверь.

Усилив ментальный щит, я осознала, что впервые закрылась от Онгона, не желая показывать ему свою уязвимость. Я не могла понять, что за чувство меня сейчас гложило: ревность или неуверенность в себе.

– Вы так быстро! – удивилась Лами, встречая нас на пороге.

Она держала на руках Кигана, и тот, увидев меня, сразу же потянул ко мне руки.

– У меня как-то не сложилось с Ягватом с самого первого дня. Надеюсь, больше не придётся туда наведываться, – пробурчала я, беря сына на руки.

Малика с Аишей играли в детской, и я, немного понаблюдав за ними, предприняла попытку забрать дочь домой, но та наотрез отказалась, сказав, что они ещё не наигрались.

– Пусть играют, Тэун вечером перенесёт Лику к вам, – предложила Лами, видя моё подавленное настроение.

– Мне нужно сейчас поговорить с дядей. Не против, если Онгон немного побудет здесь с детьми и как только дети наиграются, он сам их и заберёт? Зачем напрягать твоего мужа, – ответила я, ссаживая сына на руки к его отцу.

Онгон непонимающе на меня посмотрел, но ничего не сказал, как всегда принимая моё желание.

Оказавшись дома, я первым делом подошла к зеркалу. Лёгкое шифоновое платье в ягватском стиле мне совершенно не шло. Я больше не та худенькая девушка, стеснявшаяся своего тела из-за шрамов. Теперь у меня их почти не было, но были лишние килограммы да растяжки на груди, животе и бёдрах. Пожалуй, с этого дня я теперь буду стесняться именно этого. Обтянув на себе платье, я оглядела какую-то бесформенную фигуру, затем подняла взгляд на круглый овал лица и собранные в пучок волосы. Увиденное мне абсолютно не понравилось. Занятая заботами о детях, я совершенно забыла о себе. Подумав об идеально совершенном теле Онгона, я даже не могла представить, каково ему быть со мной. Я уверена, что он познал очень много нереальных красоток, и даже сейчас в поселении все молодые девушки постоянно строят ему глазки. Пусть он говорит, что кроме меня никого не видит и никто ему не нужен, но что если это всё моя магия? Что если это я заставляю его любить меня? Чем я лучше Самала? Кстати, о нём…

«Дядя, мне нужна твоя помощь», – послала я мысленное сообщение, ожидая, что он так же мысленно ответит, но воздух вдруг затрещал, и Моурн вышел посреди гостиной.

– Что с твоим эмоциональным фоном? – спросил он, ища глазами моих домочадцев.

– Мне завтра нужно будет Лику отправить к Самалу, и я хочу, чтобы ты поработал с ним так же, как с Агъяном.

– Я на днях был у него, и тот не хочет что-либо менять, но согласится, если ты сама придёшь к нему. Он хочет поговорить.

– Ты ведь и сам знаешь, что он мне скажет. Или ты на его сторону встал и снова хочешь, чтобы я вернулась к нему?

– Было бы неплохо, – улыбнулся дроу. – Ладно, не кипятись. Вижу, тебя и так что-то сильно сейчас тревожит. Дашь посмотреть?

Я отрицательно покачала головой, проверяя свой ментальный щит.

– Где дети? – спросил он, вынимая из своего пространственного мешка игрушки.

– У Лами, – ответила я, беря в руки подарки.

– Если так и не решишься на разговор с собственным мужем, я тебе вряд ли смогу помочь, – сказал он, создавая свой зеркально-стеклянный портал.

Вскоре пришёл Онгон с детьми, и началась обычная домашняя рутина. Привыкший к нашему постоянному мысленному общению огневик был удивлён непроницаемой стене и не мог понять причину этого. Попытался узнать, но мне совершенно не хотелось это обсуждать. Я винила свою магию и всё больше замыкалась. Даже спать ушла раньше, ссылаясь на усталость.

* * *

Аша

– Папа обещал сводить меня в зоопарк, – сообщила дочь за завтраком.

– Только прошу тебя, как бы жалко кого-либо ни было, никого не забирай оттуда к нам домой, – промолвила я, глянув на Онгона.

Я знала, как он любит Лику, выросшую у него на глазах, считая её своей дочерью, и как его раздражает, когда она говорит про Самала. И вот сейчас он слегка нахмурился, но промолчал.

– А папа скоро придёт за мной? – спросила она, чуть ли не подпрыгивая на месте от нетерпения.

– Доешь свой завтрак, и я сама отведу тебя к нему, – произнесла я, замечая, как Онгон недовольно глянул на меня.

– Ура!!! – заголосила дочь. – Я покажу тебе свою новую комнату! Она теперь рядом с папиной, и я могу даже среди ночи к нему прийти через общую дверь.

Я поперхнулась и попросила дочь не ходить к отцу по ночам, но мои слова, скорее всего, будут проигнорированы. Я очень не хочу, чтобы она случайно застала в его постели какую-нибудь женщину. Для чего он это устроил? «Всё же придётся сегодня поговорить с ним», – решила я, поднимаясь из-за стола.

Во дворец нужно наведаться в приличном наряде, да ещё не факт, что Джини сразу окажется рядом, чтобы навести морок. Не хочу, чтобы кто-то случайно увидел меня в неподобающем виде. Постояв в раздумьях несколько минут у шкафа, вынула платье, которое когда-то мне невероятно шло. Еле застегнув молнию на боку, я погладила свой выпирающий животик и вздохнула. Ладно, экстренно худеем сейчас, а вечером будет бешеный откат, но к тому времени я точно буду уже дома, так что не страшно. Угробив половину резерва на обретение прежних форм, я удовлетворённо окинула свой стройный стан. Заплела волосы, украсив их жемчужными шпильками, и надела туфли на невысоком каблучке.

– Ой, мамочка, ты такая красивая! – воскликнула дочь, забегая в комнату.

Следом зашёл Онгон, и я не поняла его реакции. Вроде бы глаза загорелись, а это значит, что увиденное понравилось, но затем он переключил всё своё внимание на Лику и спросил, будет ли она с собой что-то брать и вообще готова ли она. Дочка, попрыгав возле меня, взялась за предложенную руку, а я, так и не дождавшись, когда он подойдёт ко мне, чтобы, как всегда, обнять, переместила нас с Маликой во дворец.

Настроение было паршивым, да ещё сказался дальний переход с полупустым резервом, поэтому чувствовала я себя просто отвратительно. Узнав у первого попавшегося слуги, где сейчас находится Самал, мы тут же пошли в сторону его кабинета. Нам навстречу попадалась прислуга, которая при виде нас низко кланялась, чем меня немного нервировала. Я, привыкшая жить среди простого люда и теперь уже среди оборотней, категорически не принимала все эти этикеты.

В кабинете Самал был не один. Трое мужчин одновременно повернулись, и я узнала господина Готтарда, а остальных двух я раньше не видела.

– Прошу прощения, – мило улыбнулась я, продолжая держать за руку Малику, которая уже рвалась к отцу.

– Проходите, пожалуйста. Мы уже закончили, – вымолвил Самал, жадно меня рассматривая.

Мужчины дружно встали, поклонились мне и потянулись на выход, кроме архимага.

– Я рад вас видеть, – улыбнулся он, а это значит, что он в курсе того, что я здесь не живу.

– Я тоже рада вас видеть. Хорошо выглядите, – вернула я ему улыбку.

– Благодаря вам, – склонил он голову.

– Валент, извини, мне нужно поговорить с женой, – выпроводил его Самал, и архимагу пришлось спешно уйти.

Дочь уже восседала на отцовском кресле, проверяя, что лежит у него в ящиках стола. Как только мы остались втроём, он не спешил начинать разговор, а продолжал стоять возле кресла и молча смотреть на меня. Пришлось начать мне:

– Лика сказала, что ты поселил её в соседние покои. Я против. Я не хочу, чтобы она случайно застала тебя там… не одного, – смягчила я слова в присутствии дочери.

– В своей кровати я могу быть только с тобой, и думаю, что дочь не будет против, – слегка улыбнулся он, принимая моё возмущение за ревность.

Вероятно, он подумал, что я против его женщин.

– Папуля, а мы сегодня в зоопарк пойдём? – спросила дочь, а мне стало не по себе от того, как ласково она обратилась к нему.

Я сразу подумала о чувствах Онгона, который вырастил её с пелёнок, но она может называть его только по имени.

– Обязательно пойдём. Может, даже маму с собой уговорим пойти, – ответил он, а затем шагнул ко мне. – Ты сегодня очаровательна. Прости, я не подготовился и не могу одарить тебя цветами. Прошу, побудь с нами немного. Было бы просто замечательно, если бы ты осталась на обед. Госпожа Шарби сегодня во дворце, может, захочешь с ней повидаться? – слишком как-то доброжелательно проговорил он, но я и вправду хотела бы увидеться с Маруа.

– Пожаааалуйста, – запросила Лика, спрыгивая с кресла. – Пойдём с нами в зоопарк! Один разочек! А?

Она обняла меня так крепко, что я не смогла отказаться. Пришлось на секунду ослабить щит и сообщить Онгону, что я задержусь. Моё согласие искренне обрадовало не только дочь. Самал довольно улыбнулся и предложил не откладывать поход. Переместившись в академию, я с ностальгией рассматривала учебные корпуса, аллеи и здание общежития. Проходя мимо ректорского крыла, я остановилась, глядя на свои бывшие окна. Самал не торопил. У меня сложилось впечатление, что он и дышит через раз, боясь, что я уйду. Попадающиеся навстречу адепты низко кланялись и останавливались, провожая нас взглядом.

– Кого назначил ректором? – спросила я, продолжая путь.

– Не поверишь, магистра Пелекса. Он оказался достойным кандидатом. Я хочу пригласить тебя в следующем году на состязания. Правила изменили, и теперь ребята могут выступать в парах. Чета Шарби своим снежным драконом положила начало магическим сказкам. И теперь могут приходить по билетам и простые горожане, так как приурочили это мероприятие ко дню возвращения царицы. И праздник называется в честь тебя.

– Мило, – только и сказала я, напрягаясь от того, каким добреньким стал Самал.

Я прекрасно понимаю, что он искусно притворяется, чтобы меня очаровать, но на что он надеется? На территории зоопарка Лика болтала со всеми подряд, не переставая. Я смеялась от души, потому что Самал поддерживал их болтовню, и поймала себя на мысли, что ведь такой и должна быть нормальная семья. Мать-прародительница не зря наделила Самала нашим даром. Был просто невероятен тот факт, что два человека, предназначенные друг другу судьбой, дали жизнь обладательнице редкого дара, а сами не смогли быть вместе. Точнее, я разрушила то, что создало для нас само мироздание. Опустившись на скамью, я наблюдала за тем, как отец с дочерью болтали с оленями, а сама вытянула ноги от усталости. Давненько я не опустошала так свой резерв. Накопившиеся слёзы в глазах ждали, когда я моргну, и тут же медленно скатились по щекам. Зачем я согласилась сюда пойти? Поспешив скрыть следы своей временной слабости, я вытерла влагу тыльной стороной больших пальцев и почувствовала, как потихоньку начали появляться признаки отката. Странно. Не слишком ли быстро?

– Могу к тебе присоединиться? – вдруг раздалось за моей спиной, и я даже не стала оборачиваться, почувствовав тёмную магию некроманта.

Кивнув, я немного подвинулась к краю. Агъян сел рядом, окинул меня излишне внимательным взглядом и вдруг вобрал в себя свою некромантскую ауру. Мне сразу стало легче.

– Я сделал Джун предложение. Она согласилась, так что, если захочешь, можешь прийти на свадьбу.

– А как же дети? – повернулась я к нему, отмечая короткую стрижку.

– Обойдусь, – серьёзно ответил он.

– А о Джун ты подумал? Может, она нашла бы себе достойного мужчину, с которым могла бы иметь ребёнка, – возмутилась я.

– Не в детях счастье. Не надо по себе всех судить. Ты случайно ещё одного рожать не собираешься? А то Биргеру жирно будет.

Я рассмеялась, привлекая внимание Самала. Он задумчиво посмотрел на нас, а затем снова увлёкся Ликой.

– А если не от него рожать, то нормально было бы?

– Для Самала и троих не жалко, – улыбнулся он в ответ.

Обратно во дворец мы вернулись как раз к обеду. Для нас был накрыт стол, и действительно Маруа уже ждала меня. Обнявшись от радостной встречи, мы быстро пообедали и уединились в соседний малый зал. В этот раз мне было интересно узнать о громких скандалах и, в общем, о новостях дворцовой жизни. Маруа также поведала мне, что Джини сейчас находится у своих. Там очередная междоусобица между кланами, и Саргон по полной развлекается. Спокойно нам разговаривать не давал Самал, периодически заглядывая. То принесёт мне букет цветов, то отправит нам прислугу с десертом и чаем, то просто заглянет узнать, долго ли ещё будем здесь сидеть, то дочь отправит, чтобы она помелькала передо мной. Маруа, опасаясь смеяться над царём, еле сдерживалась, но по выражению её лица было понятно, что она думает. И вот, когда настало время прощаться, она, обнимая меня, прошептала на ухо:

– Возвращайся, и тогда мы можем встречаться чаще. Хотя, припоминая твоего Хранителя и какой он горячий, я бы тоже выбрала его.

Как только подруга ушла, я обессиленно прилегла, свернувшись калачиком в широком кресле. Откат пришёл такой силы, что скрутило все внутренние органы. Резерв тут же начал тратиться на стабилизацию, но его было недостаточно. Переместиться домой сейчас просто не хватит сил. Выкинет где-нибудь в лесу. Заглянувшая служанка тут же побежала звать дворцового лекаря, но раньше него появился Самал и, подхватив на руки, тут же переместил нас в свои покои.

– Где Малика? – спросила я, превозмогая боль.

– С учителем танцев и охраной. Не волнуйся. Лучше скажи, что с тобой? – спросил он, снимая с меня туфли.

Поставив их на пол, он сел на край кровати и принялся вытаскивать из моих волос шпильки.

– Откат от очень грубого магического вмешательства. Лекарь не поможет. Только время и сон, – прошептала я, понимая, что мне нельзя здесь засыпать, потому что Онгон будет волноваться.

И вот только я об этом подумала, как дверь распахнулась, ударяясь о стену, и мой любимый, не останавливаясь ни на миг, сгрёб меня, и я тут же была уложена уже в свою кровать. Я ожидала, что он начнёт мне что-то выговаривать, имея на это полное право, но он молча раздел меня и накрыл одеялом. Проснулась я от того, что сын дёргал меня за руку.

– Пусть мама ещё поспит, – услышала я шёпот и, приоткрыв один глаз, увидела, как Онгон уносит Кигана из комнаты.

«Далась она, эта худоба!» – ругала я себя, ощущая до сих пор на себе последствия отката. Пока я постепенно просыпалась, прекрасно понимала, как была не права. Что теперь Онгон думает обо мне? Наверное, мало того, что красиво нарядилась, так ещё и физически себя изменила для встречи с мужем. Без важного повода задержалась, и самое ужасное – ему пришлось забирать меня из Самаловской кровати. Какой кошмар! Если бы так сделал Онгон, я бы от ревности с ума сошла. Ну вот, я всё-таки определилась со своими чувствами. Я так сильно его люблю, что стала ревновать к событиям, которые сама же только что выдумала. Теперь я стала немного понимать Самала. Как же трудно, оказывается, управлять эмоциями. Теперь на меня навалился стыд, и чтобы скрыть его, я не стала снимать ментальный щит, а когда я вышла из спальни, моих мужчин не было дома. На столе ждал обед и записка о том, что они ушли в поселение.

Впервые за последние несколько лет я до самого вечера пробыла в доме одна. Было непривычно и даже скучно. Такой тишины здесь не было очень давно, и это дало мне время на размышление. Пожалуй, нужно поговорить с Самалом о нашем будущем. Я не хочу расставаться с дочерью, но еженедельные встречи только всё усугубляют. Тем более в следующем году ей нужно начинать обучение. Раньше я думала, что в поселении ей будет достаточно школы, но теперь я ясно вижу, что нет.

Приготовив ужин, я с нетерпением ждала своих любимых и очень обрадовалась звонкому смеху Кигана, раздавшемуся после переноса в нашей гостиной. Сын, увидев меня, сразу же, задёргав ногами, стал вырываться с рук отца. Онгон отпустил сына, а затем обнял меня и, как обычно поцеловав, принялся рассказывать, чем они занимались в поселении. Я была рада, что не случилось никаких разборок и выяснений отношений, которые обязательно были бы с Самалом, поэтому я улыбалась и радовалась самому доброму и понимающему мужчине.

Через два дня я собралась за Ликой. Не стала наряжаться. Надела прямые брюки с рубашкой и, замотав в простой пучок волосы, переместилась сразу в свою, точнее Джини, комнату. Дроу оказалась на месте. Она, сидя у зеркала, расчёсывала свои длинные, идеально ровные волосы.

– Неожиданно, – произнесла она, отложив расчёску.

– Поможешь мне или всё-таки звать Моурна?

– Ты про Самала? Да он в норме. Не нужно промывать ему мозги.

– Мне нужен совет. Я устала делить дочь. Дома она постоянно говорит об отце, а здесь я уверена, что обо мне. Я сюда точно не вернусь и не могу оставить у себя Лику. Как бы трудно мне ни было, но придется ей насовсем в следующем году сюда переехать.

– Да, я поняла, о чём ты. Мне вот твои страдания тут вообще не интересны. Мой совет: не нужно ничего менять. Девочка быстро вырастет, и сама скоро сможет перемещаться. Не нужно будет её сопровождать. Потерпи пару лет, а вообще лучше роди ещё себе спиногрызов, чтобы заботы добавилось, – усмехнулась она, и я пожалела, что пришла к ней.

Порой мне кажется, что я разговариваю со Светиславой, может, поэтому дроу меня тоже так раздражает. Узнав, где находится сейчас царь, я отправилась к нему, снова потревожив его в кабинете. Советник, поклонившись, сразу вышел, а я села в кресло напротив стола.

– Дядя говорил, что был у тебя. Почему не принял от него помощь? Что даст тебе разговор со мной?

– Как себя чувствуешь? В этот раз никаких откатов не будет?

– Не будет. Давай по делу.

– Ты знаешь, чего я хочу, но, в принципе, я уже смирился. Кроме тех дней, когда дроу принимает твой облик. Она меня провоцирует.

– Я попрошу, чтобы она тебя не драконила.

– Она не просто выводит меня из себя, она заставляет думать, что ты вернулась. Вот это выматывает сильнее всего.

Я тяжко вздохнула, искренне пожалев мужчину.

– Я к тебе не вернусь.

– Я знаю. Лика очень много рассказывает о вашей жизни. Сначала я злился, когда она упоминала о Биргере, но теперь я понимаю, почему ты выбрала его. Тем более демонстрация силы прошла успешно, так что я могу быть спокоен. Ты с ним в полной безопасности. Я тебе безгранично благодарен за дочь и за то, что ты сделала для меня, посадив на трон. Я прекрасно понимаю, что всего этого могло и не быть, так что смиренно приму любое твоё решение.

После этих слов я немного помолчала, переваривая услышанное, а затем поделилась всеми своими страхами по поводу будущего Лики. На удивление, разговор прошёл спокойно, и мы действительно договорились. От Самала я не ощущала никакой агрессии, и мне пришлось взять кристалл, чтобы наконец-то у нас была хоть какая-то связь. Напоследок он рискнул попросить меня снова поставить ему печать, но я отказалась. Дождалась, когда приведут мне дочь, и сразу же мы вернулись домой.

После разговора с Самалом мне стало намного легче. Теперь, я приходя во дворец, могла спокойно находиться там, встречаясь со своими знакомыми. Наведывалась несколько раз в гости к Майге, и мы с ней поговорили по душам. Оказывается, она и не обижалась на меня за то, что я сняла с неё печать, в отличие от Тэуна. Тот же никогда не может промолчать и всегда скажет, о чём не просили. Вот буквально на днях мы ужинали с семейством Хаас, и он посмел упрекнуть меня в том, что я тогда с ним так поступила, но потом, конечно, извинялся. Но тут же зачем-то вспомнил и рассказал Онгону с Лами о том, как я в доме у Майги в Гармише обиделась на безобидную шутку и в ночь побежала домой в лес, оставив ему на прощание свою печать. Снабдив рассказ описанием моей внешности и как считал меня замарашкой. Я не стала даже ничего отвечать, а просто смотрела на него, подложив руку под щёку, и думала: «Как же его такого терпит жена? Спасибо мирозданию, что отвело меня от него, иначе прибила бы».

Свадьба у Агъяна с Джунией по понятной причине не может проходить в храме, поэтому решили организовать банкет в дворцовом бальном зале. Но это не самая печальная новость, потому что молодожёнам брачный ритуал придётся провести мне. За три дня до торжества у меня появилась Джикони и положила передо мной на стол текст и общий сценарий праздника. Такой подставы я не ожидала, но не смогла отказаться. Дело было в том, что я прямая наследница Матери-прародительницы, и только я могла дать благословение такой нестандартной паре.

Своим появлением я хотела всех присутствующих удивить. Из предоставленного списка гостей я знала, что многие из них видели в старых книгах, как выглядела Мать-прародительница, и некоторым даже являлась во снах Гамира в белом сарафане и венком на голове, поэтому я подготовилась: нашла похожий сарафан и весь вечер, пока учила текст, плела венок. Гостей будет не много, и по желанию Агъяна присутствовать будут только взрослые, поэтому Малику я не стала брать с собой. Пообещала Онгону не задерживаться, расцеловала всех, проявила все свои узоры и с ярким мерцанием явилась в строго оговоренное время сразу на пьедестал перед держащимися за руки женихом и невестой. Конечно, не такого мощного эффекта я ожидала, но всеобщий возглас удивления оправдал мои старания. У Агъяна отвисла челюсть, а некоторые в зале стали падать на колени, очерчивая грудь святым знаком. Самал поднялся со своего царского кресла, но тут же опомнился и сел обратно. Всем было не по себе, кроме невесты. Джуния улыбалась, и действительно была рада меня видеть, как и я её. Потребовалось несколько минут, чтобы люди пришли в себя, и тогда я смогла начать свою речь. Пришлось немного помагичить с усилением голоса и в завершении, давая разрешения на скрепляющий союз поцелуй, сотворила вокруг них сверкающий купол, показывающий, что клятвы приняты, и они теперь муж и жена. Пока гости аплодировали, я мельком пробежалась взглядом по ним и остановилась на задумчивом лице Саргона. Он явно о чём-то сейчас увлечённо думал, глядя мне в глаза.