Текст книги ""Фантастика 2026-122". Компиляция, Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Абрам Палей

– Ты меня удивила, дитя другого мира.

Вздрогнув, я резко повернулась и уставилась на статую Живы. Она пошла рябью и вперед выступила та Богиня, что была на цветочной поляне.

– Что происходит? Ой, простите, я благодарна Вам за мое спасение, – прошептала я, глядя на прекрасную женщину. «Почему скульптор сделал ее такой полной и ведь лицо совсем не похоже. Видимо создавал ее по своей фантазии и, наверное, по-настоящему никто никогда их не видел. Интересно, а как выглядят остальные?» – подумала я, забыв, что все мои мысли для нее не тайна.

– Какая же ты интересная девушка. Твои мысли для меня как живительный бальзам. Все кому я являлась, думали так примитивно, а ты меня радуешь. Я отвечу на твой мысленный вопрос. Все к кому мы являемся, видят нас по-разному. Такая я, какой меня видишь ты, мне очень нравится, а это значит, что душа твоя чиста. И благодаря тебе снова возродится традиция подношения, ведь люди этого мира стали забывать о нас. Вижу, ты полна сомнений, спрашивай, что тебя тревожит.

– Простите меня, Дамиан и Ивар. Вы говорили, что у кого-то из них другая судьба, прошу, помогите, не дайте испортить им жизнь. Я не прощу себя за это. Они заслуживают счастья.

– Опять ты думаешь о других, а не о себе. Все скоро решится, ты на правильном пути, – сказав это, она вытянула руку и с ее пальцев сорвалась капля воды и врезалась мне в лоб. От неожиданности я дернулась назад и вдруг услышала снова звуки, а мой рот открывается и из него моим голосом звучит какая-то хвалебная речь. Ничего себе! Сама Богиня говорила через меня! Договорив, я перевела дыхание и спохватилась, что теперь мной никто не управляет и тогда я уставилась на листок с клятвой и начала ее читать. Не знаю, как это выглядело со стороны, но поджилки у меня тряслись как сердце у кролика. Сказав последнее слова, я попыталась встать и не смогла сдвинуться. Что делать? Киру звать, что бы меня поднимала? Представляю себе: сидит такая шикарная невеста, а встает невеста-зомби с перекошенным лицом. Горько усмехнувшись своим мыслям, я наклонилась чуть ближе к статуе и прошептала:

– Жива, миленькая, прости мою наглость, помоги, пожалуйста, я же тут сейчас опозорю Дамиана, но в ответ тишина.

Вдруг заговорил местный жрец и объявил, что можно целоваться, глаза мои становились все больше и больше. Время идет, а я сижу. Эх, позориться, так чего же ждать? Я села ровнее и, не поворачивая головы чуть громче шепнула:

– Дамиан, поднимай меня!

Он тут же встал на одно колено и приподнял меня за руки. Слава Богу, точнее слава Живе я стояла. Немного согнула колени, вроде все работает. Улыбнувшись Дамиану, я смотрела ему прямо в глаза и боялась повернуться к зрителям. Я не хотела, чтобы Ивар смотрел на меня. И вообще это ж, сколько народу на нас сейчас смотрит, а фото и видео! Зря Норвал не дал мне настойки. Плевать, нажрусь вечером! Должна же как-то я снять стресс! Собственно вот о чем я думала, во время поцелуя с Дамианом! А потом раздался громкий хлопок, и из чаши Богини полилась вода, обрызгивая подол моего платья. Вот тогда я отстранилась от Дамиана и удивленно посмотрела на статуи. Клянусь, они все улыбались, даже Кощей! Вокруг стояла какая-то какофония звуков и голосов. Храмовники на коленях стояли и пели хвалебные песни. Люди повскакивали со своих мест, а Дамиан подхватил меня на руки и вынес через черный вход. Там уже нас ждал Ард.

– Дружище! Это было что-то! Крутое ты устроил представление!

– Ард, я ничего не делал, Кира, как ты? – спросил он у меня.

– Не знаю, неси на банкет. Есть хочу.

– Мяса? – смеясь, спросил он и поцеловал меня в нос.

В банкетном зале Дамиан усадил меня во главе огромного овального стола и сам сел рядом, Норвал сел ко мне с другой стороны и незаметно провел сканером. Удостоверившись, что я в порядке прошептал:

– Вы не перестаете меня удивлять. Дамиан, что это такое было в храме? Кого ты там подкупил, чтобы в чашу воду провели? Я смотрел, там никакого шланга даже не видно.

– Не поверите, это не я. Я вообще был шокирован поступком моей жены, я про корзину даже не знал.

Жена. Он назвал меня женой. Как непривычно! Я сидела с улыбкой на лице и старалась ни на кого не смотреть. Передо мной стояли тарелочки с разными нарезками и я, уставившись на ломтики колбасы, потихоньку глотала слюни. Жор напал на меня, словно жажда на путника в пустыне. Я почувствовала, как заурчал мой живот. Вокруг стали рассаживаться командоры и их жены. Чуть дальше чиновники, а я, не выдержав пока они там рассядутся, наклонилась к Дамиану и спросила:

– Мне можно уже съесть что-нибудь?

– Ешь, – ответил он и подвинул ко мне тарелочку с кусочками рыбы. Ну, местная колбаса подождет, а я пока буду и этому рада. Взяла вилку и элегантно подцепила кусочек рыбки и положила себе в рот. Фу! Что это? Это не рыба! Бумага, ей-богу! Криво улыбаясь, я проглотила это, и хмуро посмотрела на Норвала, ища поддержки, хотела пожаловаться, но он, улыбнувшись, сказал:

– Что? Судя по твоему лицу не вкусно? Зато полезно, ешь!

Я не успела ничего ответить, как вдруг кто-то из чиновников воскликнул:

– Сегодня поистине знаменательный день! Сегодня… – и понеслось… поздравления и заунылые речи неизвестных мне людей. У меня от улыбки свело лицо. Дамиан под столом сжимал мою ладонь в знак поддержки, но я уже начала звереть. Предупреждал же Норвал о тяжкой доле супруги командора. Несколько раз я встречалась взглядом с дядей Грэгом. Он был доволен, потому что на его невозмутимом лице прослеживалось подобие улыбки. Когда наконец-то приступили к еде, я быстро съела салат, не разбирая ингредиентов и шепотом спросила, когда мы отсюда уже уйдем?

– Потерпи, пожалуйста, еще минут пятнадцать. Пока из-за журналистов мы не сможем спокойно выйти. Ард сейчас организует нам побег, – заговорчески прошептал мой муж.

Действительно, через пятнадцать минут в зале появился Ард и кивком обозначил, что все готово. Дамиан тут же встал и своим поставленным голосом поблагодарил всех гостей и извинился, что нам так рано придется их покинуть. Затем попрощался и, взяв меня за руку, повел к Арду. За дверью оказались несколько фотографов. Увидев нас, они начали нас фотографировать, и только один из них вежливо заговорил:

– Доброго дня, командор Трэйн! Не могли бы Вы задержаться на пару минут? Разрешите сделать несколько фотографий.

– Официальная фотосессия для СМИ будет послезавтра, – громко ответил Дамиан и продолжил вести меня по коридору, в сторону запасного выхода. Ард пропустил нас вперед, загораживая от назойливых папарацци. Вот нахалы, им сказали, что послезавтра они получат то что хотят, а они продолжают щелкать наши спины. Вот зачем? Мы шли быстрым шагом и чуть не налетели на внезапно вышедшего из-за угла храмовника. Он как-то странно на меня посмотрел, и я слегка запаниковала. Вдруг я ни одна там видела настоящую богиню, а может еще что случилось?

– Командор Трэйн, прошу, примите мою благодарность за то, что напомнили всем присутствующим на церемонии о всеми забытых обрядах. Вы, безусловно, правильно начали воспитывать свою молодую жену. Я бы хотел пригласить Вас на наше ежегодное собрание. Мы как раз хотели обсудить строительство нового храма и как вы понимаете нам нужно финансирование.

«Что? Он ему благодарен? Дамиан же ничего не делал! Воспитывать начал жену? Это что вообще? Что этот индюк вообще говорит?» – подумала я и гневно посмотрела на этого недожреца.

– Высокочтимый Фрактисо, я подумаю о Вашем приглашении, но позже. Моей дорогой супруге нездоровится, и мы спешим домой.

– Да, конечно, я вижу, как Вы заботитесь о женщине, но она должна быть смиренна и ждать когда мужи окончат разговор…

– Я сам решу, что и кому должна моя жена. Всего хорошего, Высокочтимый Фрактисо, – надменно сказал Дамиан, и слегка склонив голову, повел меня дальше по коридору.

Что это сейчас было? Это из-за таких храмовников тут так туго с религией? И что-то дедок не похож был на славянского служителя, хоть внешне он такой старичок-добрячок, но за речи его, хочется надавать по голове. Папа бы мой в культурный шок впал, услышав такое. И этот старикашка, явно меня игнорировал, словно я пустое место. Тут что женщин вообще ни во что не ставят? Сразу перехотелось приходить в храм. Я не стала сейчас ничего спрашивать у моего мужа, подожду, когда будем наедине. На улице нас ждал Ард возле белого авто. Подходя ближе, я увидела на заднем сидении Минну. Дамиан открыл для меня заднюю дверцу и помог сесть. В платье со шлейфом это была не простая задача, но он аккуратно усадил меня и закрыв дверь перекинулся пару фраз с Ардом, а затем сел на переднее сидение, а Ард обошел авто и сел за управление. В салоне почему-то стояла тишина, никто ничего не говорил, словно мы что-то натворили и сбегаем, хотя вроде бы была свадьба и в моем понимании это должен быть радостный день. Наконец заговорил Дамиан:

– Я надеюсь, ты не обиделась на меня за те слова, что я сказал Фрактисо? Не обращай внимание на то, что сказал этот сумасшедший, как ты выражаешься дедушка. Я давно хотел там порядок навести, да только руки не доходили, а тут такой шанс выпал. Из-за благословения Богов, теперь ты будешь любимицей публики.

– Спасибо не надо мне публики, – сказала я, а сама подумала: «Зачем Жива такое представление устроила? Во что они меня опять втягивают? Мне бы с Кирой для начала разобраться. Да еще Ивар. Если я правильно поняла я на правильном пути, значит Дамиан моя судьба. Если это так, то у меня словно гора с плеч, но с Иваром мне нужно все равно поговорить». Я посмотрела на Минну, она с задумчивым видом смотрела на затылок Арда, нервно перебирая подол платья. «Тоже переволновалась сегодня», – подумала я и взяла ее за руку.

– Расскажи впечатления. Ты была великолепна с этой корзиной, – шепнула ей на ухо.

Но та лишь отрицательно покачала головой и отвернулась к окну. Что-то мне это не нравится.

– Что случилось? Почему все такие грустные, словно с похорон едем? – уже злясь, спросила я.

– Не волнуйся, я никого к тебе не подпущу, – ответил Дамиан.

– А зачем кто-то ко мне пойдет? Объясните нормально, что происходит?

– Хрусталька! Ты своими подношениями разбудила Богов. Ты вообще воду в чаше у Богини Живы видела? Так ее там лет двести не было, а этому храму почти четыреста лет. Как думаешь, храмовники это событие так легко оставят незамеченным? Как тебе в голову вообще пришло такое?

– Я не знаю, просто захотелось, – буркнула я и посмотрела на свои руки. На безымянном пальце правой руки неприятно стало давить подаренное утром Дамианом новое кольцо, которое привез курьер. Я бы им рассказала, что ни я первая все это начала, а Кира, но нельзя. По ее вине я тут, она же выдернула меня сюда, значит это она их и разбудила. Я ведь после спасения просто хотела поблагодарить Живу, и было бы не правильно только ей дары приносить. Ну, дела! Хотела тихую свадебку!

Елена Галунец
Яд Лаоха 2

День 1

Ирина Игоревна Трэйн (Кира)

Вчера по возвращению домой, я осуществила задуманное в храме. Воспользовалась тем, что Ингрид еще не приехала, а Дамиану нужно было срочно с кем-то поговорить по видеосвязи, и он ушел к себе в кабинет. Быстро сняв с себя платье, я выпроводила Минну к Арду, затем пробралась на кухню, нашла местный алкоголь и вернувшись в комнату накатила подряд две стопки. Хорошо, что прихватила из холодильника мясную нарезку, потому что «огненная вода» оказалась очень крепкая. Налив третью стопку я приготовилась ее опрокинуть и, потянувшись за закуской, я резким выдохом дала себе команду к действию, но в этот момент зашел Дамиан. Увидев меня с рюмкой у рта, он сложил руки на груди и, приподняв бровь выжидающе замер. Естественно я мгновенно влила в себя содержимое той стопки, чтобы он не отобрал и, конечно же, это попало не в то горло. Вот это был кашель! Я реально думала, что помру на том самом месте, где сидела, а сидела я на полу возле кофейного столика. Встав на четвереньки, я, наверное, выглядела как собака, подавившаяся костью, но мне было не до фантазий, кашляя я забрызгала слюнями и соплями весь пол возле этого столика. На мой кашель примчалась Минна. Ох, что тут началось. Она, увидев бутылку, сначала наорала на меня, а потом на Дамиана, решив, что это он мне ее дал. Но мой муж даже не пошевелился. Минна села со мной рядом и начала гладить по спине взволнованно заглядывая мне в лицо. Ну а потом когда зашел Ард и увидел, что жизни моей ничего не угрожает начал ржать, только не надо мной, а над своим другом:

– Дружище! Женщины так коварны и до женитьбы не знаешь, с кем связываешься.

Минна всплеснула руками и, переходя на кантайский язык, начала выговаривать Арду как он не прав и что я не такая как он думает. Короче начала меня выгораживать, а я, утерев сопли со слезами, молча встала и ушла в ванную. Стыдоба-то какая! А с другой стороны, сами виноваты! Надо было предупредить меня, что бы я в храме ничего не делала. Да и по дороге домой надо было со мной поговорить. Возможно, и не вспомнила бы о желании напиться. Подошла к зеркалу и посмотрела на раскрасневшуюся растрепанную девчонку восемнадцати лет. Ну и ладно! Они ведь думают, что я малолетка! Так что в силу возраста мне можно вытворить неведомую фигню. Я ведь из-за того что всегда была при строгом отце старалась подражать ему и даже мысли раньше не возникало отчебучить что-нибудь. И не важно, что мозгам моим уже двадцать четыре! Я наконец-то стала самостоятельной. Захотела и сделала! Ой, ну что я сама себя оправдываю? Взяла с полки средство для снятия макияжа и в этот момент зашел Дамиан.

– Как ты? – спросил он, заглядывая мне в глаза.

– Нормально, – ответила я и почувствовала какую-то необъяснимую легкость. Это что? От трех стопок я уже опьянела?

– Если хотела выпить, могла бы меня попросить, я бы угостил тебя качественным алкоголем, а не тем, что ты нашла на кухне. Я не буду тебе говорить, для чего Ингрид его там держит, – усмехнувшись, сказал он.

– Ну, надеюсь это не технический спирт и не палёнка, да и по последним данным Норвала, от этого все равно я не умру.

– А ты умереть хотела? Я тебе так противен в роли мужа? И что такое «палёнка?» – спросил он своим командорским голосом, изменившись в лице.

Ну, всё! Пришел командор Трэйн! Я смочила салфетку жидкостью и начала оттирать свой макияж. Толи спьяну я взяла не ту бутылочку, толи реально косметика была настолько стойкая, что я не могла оттереть тушь вокруг глаз, и черные разводы становились все больше и больше. Усмехнувшись, я специально начала размазывать их на пол-лица и от этого мне становилось все веселее и веселее. Панда ей-богу! Увидев это, я начала ржать, а потом, икнув выдала:

– Ты не поверишь, я пьяная в драбадан! Что это за пойло?

Дамиан сразу же перестал сердиться и, вздохнув, подошел ко мне, посмотрел на бутылочку, что была в моей руке, затем глянул на полку, взял другую и, смочив полотенце начал тереть мне лицо. Я не стала сопротивляться. Пыталась задержать дыхание, что бы перестать икать, но от этого выходило только смешнее. Когда Дамиан убедился, что все оттер, быстро раздел меня и посадил в ванную, и лишь потом включил воду.

– Ай, сдурел? Холодно же, – заорала я и попыталась отобрать у него лейку душа. – Тиран! Что ты делаешь? – голосила я улыбаясь. – Помогите, убивают!

Но этот невозмутимый мужчина переключил воду на смеситель и начал расстегивать рубашку. Вдруг дверь распахнулась, и на пороге возник Ард. Я сжалась, прикрывая все стратегические места руками и уткнувшись в колени тихо подхихикивала. Дамиан, загородив меня собой, спокойным голосом сказал:

– Выйди! Все в порядке с ней, она же Омсету выпила.

Ард понимающе ухмыльнулся и вышел, плотно закрыв за собой дверь, а Дамиан скинул с себя рубашку, проверил температуру воды и сев на край ванны, начал расплетать мою прическу. Осторожно вытаскивал шпильки и кидал их в раковину, затем собрав в кучу, мокрые накладные волосы, лишив меня обманчивой теплоты, какую создавали они, прилипнув к телу, и скомкав, как какую-то тряпку отправил их к шпилькам.

– Такой ты мне нравишься больше, – сказал он и поцеловал в макушку.

А я не могла ему ничего ответить, потому что к тому моменту я сидела, не шевелясь, из-за карусели в моей голове. Я вцепилась в свои колени и боялась их отпустить. Мне казалось, отпусти их и меня выкинет из этой центрифуги за край ванны. Я не знаю, сколько я так, притихнув, сидела, но в один из моментов просветления в моем сознании, я поняла, что вода давно набралась. Чуть позже я почувствовала, как Дамиан вынул пробку, слив немного остывшей воды и включал горячую, чтобы я не замерзла. Наконец я открыла глаза и, сглотнув, спросила:

– Зачем Ингрид держит на кухне такую опасную жидкость?

– Она не опасная. Это у тебя такая реакция на нее. Норвалу будем рассказывать?

– Нееет. Он меня в больницу заберет. И тебе еще достанется, что я такую дичь вытворила.

– Обожаю, когда ты говоришь эти странные слова.

Я вздохнула и расцепила руки. Отпустило, наконец. Расслабившись, я откинулась на подголовье этой огромной ванны и посмотрела на Дамиана. Он сидел на полу, положив подбородок на бортик, и внимательно смотрел на меня. Ждет извинений? О чем он думает? Я открыла рот и только хотела попросить прощения, как вдруг он меня опередил:

– Кира Трэйн, я люблю тебя. Я сделаю всё, чтобы ты была счастлива.

– Даже ругать не будешь?

– Не буду. А ты этого хочешь? Тебе стало легче?

– Не знаю пока. Странно себя чувствую. Ты теперь будешь опасаться меня одну оставлять. Или как от ребенка все под замок прятать?

– Зачем под замок? С чего ты это взяла?

– Ну, дети, же все-время, куда попало лезут и вытворяют, не пойми что. Я, наверное, для тебя как дитё неразумное. Я помню, как тогда на кухне в квартире ты сам сказал об этом. Меня это так возмутило, а сейчас я думаю, что ты прав. Зачем я взяла эту бутылку?

– Самоанализ это хорошо, дети, наверное, об этом не думают, – усмехнулся мой муж и, поднявшись, протянул мне полотенце.

Вечер прошел в спокойной домашней обстановке, Ингрид приготовила праздничный ужин и поставила на стол какое-то дорогое вино, на что Ард естественно не удержался и подколол меня, попросив Ингрид поставить на видное место бутылку Омсеты, за что получил подзатыльник от нее. Она уже была в курсе моих приключений и заступилась за меня, цитирую: «Сколько бедной девочке пережить пришлось, так что не удивительно, ей просто захотелось расслабиться». И тут я подумала: «Вот почему она держит это пойло на кухне – расслабляется периодически. Страшная женщина!». Мне такое расслабление совсем не понравилось. Хотя как рассказала Минна, я превысила допустимую дозу. Дамиан ей сказал, что я выпила стопку, но когда она узнала, что их было три, она схватилась за голову и запричитала на кантайском языке явно какие-то ругательства. В одиннадцать Ард увел Минну в их комнату, Ингрид еще раньше покинула нас, а мы с Дамианом развалившись на диване в гостиной досматривали комедию. Мой организм уже давно полностью нейтрализовал действия Омсеты и я, попивая фруктовый чай, навернула целую тарелку печенья. Думать о первой брачной ночи я начала, когда заметила на себе внимательный взгляд моего мужа. Ладно, я завтра могу спать весь день, а ему-то рано вставать и ехать в Совет. Выключив телевизор, я молча взяла его за руку и повела в спальню.

Повернувшись на бок, я зажмурилась от яркого света. Штора была неплотно задернута и этот наглый солнечный луч, что пробрался к нам в кровать, жарким поцелуем в глаз разбудил меня. Отвернувшись от незваного гостя, я осознала, что уже настал первый рассвет моего замужества и если не вспоминать вчерашний день и не думать о завтрашнем, то сегодня поистине самое прекрасное утро в моей жизни. Я теперь жена командора, у меня новая фамилия, и судя по нашей первой брачной ночи, я самая счастливая женщина на свете! Глянув на часы, я порадовалась, что у нас есть еще время понежиться в кровати, поэтому повернулась и прижалась к боку моего мужчины. Вспомнив мое пятиминутное смущение перед обнаженным Дамианом, а затем лавину объятий, поцелуев и умопомрачительного секса я впервые почувствовала себя желанной и любимой. С Вадимом было все слишком пресно и уныло по сравнению с этой ночью. Правда мне пришлось поумерить свой пыл, так как я ведь по мнению моего мужа была юна и совсем не опытна в этих делах поэтому сдерживала свои порывы как могла и полностью отдала инициативу этому невероятному мужчине. Помню, как засыпая на плече Дамиана, про себя благодарила Живу за устроенную мне судьбу. А сейчас я лежала и гладя его грудь зачем-то подумала об Иваре. «Интересно, а… Нет, нет, нет, не интересно! Не думай и не представляй ничего!» – заголосила я мысленно. «Всё, хватит! Мой муж Дамиан, и все мои мысли должны быть только о нём!» – дала себе мысленную оплеуху и полезла на Дамиана. Легла полностью на него и начала сопеть ему в ключицу. Он сразу же проснулся и погладив по спине нежно спросил:

– Хочешь продолжения?

– Добавки, – промурлыкала я и поцеловала его в подбородок.

Когда Дамиан уехал в Совет, Минна поехала в больницу, она по договору должна отработать неделю. Я удивилась этому, потому что вспомнила как мы с Минной познакомились. Она пришла на замену Турии и та после увольнения ничего не отрабатывала. Спросив об этом Минну, я узнала очень занимательную историю. Оказалось, что Турия была взята под стражу, так как она была шпионкой Эгиля. А я ничего и не знала и даже не догадывалась, что творилось в те дни в больнице. Я была слишком занята собой. Когда Ард повез Минну на работу, он меня предупредил, что вернется только вечером, поэтому за домом приглядывают Фрост и Гайос. Оставшись наедине с нелюдимой Ингрид, я принялась помогать ей по дому. Нашла тряпочку в задвижном ящике в ванной комнате и отправилась вытирать пыль в гостиной, хотя и пыли то не было, но я не знала чем себя занять. Протирая журнальный стол, задумалась о том, как одна Ингрид управляется с таким большими домом и не сразу заметила, что ко мне обратились. Выпрямилась и вопросительно посмотрела на Ингрид.

– Пролила чай? – повторила она свой вопрос.

– Нет, – как-то неуверенно ответила я.

– А что тогда вытираешь?

– Пыль. Хотела Вам помочь. Вам одной, наверное, тяжело.

Ингрид удивленно посмотрела на меня и поведала, как живут богатые люди в таких домах. Каждые три дня приходят девушки из клининговой компании и драят тут все за приличную зарплату. Единственное куда они не заходят это кухня. Ингрид оказывается жуткий педант и я поняла, что с таким перфекционистом я не уживусь. А еще я поняла, что в этом доме я не буду хозяйкой, я тут гостья или просто для украшения. Сразу захотелось к Норвалу. Он давал мне хотя бы выбор, где жить. Выслушав Ингрид, я вежливо улыбнулась, отдала ей тряпку и отправилась в свою комнату. На трюмо лежал мой новый смарт, подаренный Дамианом. Я его даже не включала, а зачем? Если Дамиану нужно будет мне что-то сообщить, он может сделать это и через Ингрид. Хотя кого я обманываю? Я просто не хочу ни с кем разговаривать. Подошла к шкафу, открыла дверцу и посмотрела на пляжную сумку, в которой лежала шкатулка и разбитый смарт. Вот единственный человек с кем я хочу поговорить, но было страшно. Ощутив себя предательницей, захлопнула дверцу и поспешила выйти из комнаты, чтобы не сорваться и не включить его. Тогда сразу Ивару придут сообщения, и вдруг он позвонит мне. Трусиха! Быстрым шагом я дошла до библиотеки, вытащила с полки три книги, села в кресло и, открыв первую, я не смола ничего прочитать. Буквы прыгали и глаза наполнились слезами. Закрыла книгу и положила на колени. Что мне делать в этом мире? Нужно пойти куда-нибудь учиться, чтобы не было у меня свободного времени на мои страдания. Как скоро я смогу забыть его? Вытерла слезы, убрала книги обратно и решила попросить у Ингрид планшет, чтобы узнать про учебные заведения в этом городе. Забежав ненадолго в спальню, я отправилась вниз и спускаясь по лестнице я услышала, как Ингрид с кем-то разговаривает. Мужской голос. Интересно кто это? Подойдя ближе, я поняла, что она разговаривает с кем-то по видеосвязи, потому что он спросил у нее:

– У тебя как всегда самая красивая выпечка, и как помню самая вкусная. Жаль ты не поехала тогда со мной.

– Бруно, не начинай. Вот приехал бы на церемонию к Дамиану и сегодня отведал мою стряпню.

– Он запретил мне приезжать. Даже с женой не познакомил, а я просил хотя бы показать ее.

– Их церемонию крутят по всем новостям, – буркнула Ингрид в ответ.

Любопытство меня заставило заглянуть на кухню, и я увидела, как Ингрид на столе раскатывает тесто, а рядом на подставке стоит планшет и на дисплее на весь экран лицо пожилого мужчины. Он, увидев меня воскликнул:

– Доброго дня, юная дева. Ингрид, ты стала подкармливать соседских детей?

Ингрид удивленно посмотрела на меня и покачала головой. А я поняла, почему он так сказал, я ведь переоделась в короткие шорты, свободную майку и намотала на голове розовый платок в форме большого банта. Я не думала попадаться кому-либо на глаза и хотела с планшетом выйти во внутренний двор, полежать в тени большого дерева, даже плед с собой взяла.

– Доброго дня, дяденька – придавая детской задорности, поздоровалась я с мужчиной и, улыбнувшись во весь рот, добавила: – Тётя Ингрид, можно я яблоко возьму? Я в Ваш сад пойду, погуляю немножко.

У Ингрид из рук вывалился какой-то кренделек из теста, и в прямом смысле отвисла челюсть.

– Какая милая особа, – вновь заговорил мужчина, – Как тебя зовут?

– Ира, – представилась я и, подбежав к корзине с фруктами, взяла самое большое яблоко, еле откусила кусок, так что хрустнула челюсть, и с набитым ртом прошамкала: – Ну ладно, я пофла, зовите, когда булофки будут готовы.

И сбежала на улицу. Кинув на землю плед, не стала его раскладывать, а завалилась прямо на траву. Легла на живот и, махая ногами, прыснула от смеха. Сейчас она позвонит Дамиану и скажет что я ку-ку. Ждем через сколько он мне позвонит, а нет, не позвонит. Смарт я не включала же. Вот как сама себе могу поднять настроение. Вдруг слышу, как кто-то идет ко мне, и я не поворачиваясь, крикнула:

– Я пошутила и со мной все в порядке.

Шаги остановились и тогда я повернулась. Это была не Ингрид, а Клеман Фрост. Он нерешительно замер и посмотрев на мои ноги явно смутился, но все же сказал:

– Доброго дня, я просто хотел предупредить, что вчера траву обрабатывали от кровянки и не рекомендуется сутки по ней ходить.

– Ой, мне не сказали, спасибо, – вскакивая, я отпрыгнула на тропинку. – А что такое кровянка? – спросила я, вглядываясь в траву.

Клеман сел на корточки и поднял какое-то насекомое, положил на ладонь и протянул мне. Это был клещ, только раза в три больше мне привычных. Увидев этот ужас, я начала трясти свою майку, скакать вокруг своей оси и ничуть не стесняясь, что меня услышат соседи, заверещала:

– Клеман, осмотри меня быстро! Не дай Бог на меня кто-то сел! Я ж помру сразу. Боюсь их до одури.

Фрост схватил меня за плечи, чтобы я остановилась, и начал вертеть в разные стороны, а потом легким движением смахнул с задницы эту тварь. Ну и естественно по закону подлости во двор вышла Ингрид. Фрост увидев ее, сразу же отстранился от меня, а она молча подошла с таким выражением лица, что я вздрогнула. Ей бы в фильмах сниматься про фашистов. Если она видела, как Фрост меня спасал, то, наверное, парень тут работает последний день. Уж не подумала ли она что он меня лапал? Но Ингрид не сказав ни слова, сунула мне в руку смарт. Я так и знала…

– Любимый, что случилось? – елейным голосом пропела я в трубку.

– Почему ты не включила свой смарт? Так! Что натворила? Когда ты так говоришь это явно не к добру, – сказал мой проницательный муж.

– Фрост спас меня от клеща, то есть кровянки. Я по незнанию легла на траву, а Ингрид сейчас смотрит на меня, словно я тебе изменила.

– Не преувеличивай, – засмеялся он. – Я позвонил тебе предупредить, что вечером приеду с Тизой и ее будущим мужем.

– Хорошо, я прилично оденусь, а то, ой! Не буду сейчас рассказывать, вечером давай поговорим, у меня кажется, от ваших насекомых ноги чесаться начали.

– Это не от насекомых, а от отравы, которой вчера полили вокруг дома. Дай-ка мне Ингрид, а ты беги в душ.

Чмокнув в ответ, я отдала смарт уже не такой суровой Ингрид, и поспешила к себе. Скинув одежду в корзину для белья, сразу залезла в ванную и включила воду. Намылила губкой все тело и смыв с себя пену обнаружила на руках красные пятна, посмотрела на ноги, а там эти красные пятна стали надуваться и превращаться в волдыри, причем это все не слабо чесалось. Завернувшись, в полотенце рванула вниз, что бы позвонить Норвалу и вот такая босая, в одном полотенце и мокрой головой я залетела на кухню с криками:

– Ингрид! Дайте смарт, а нет, не помню его номер, звоните Норвалу!

За столом сидела оба мои охранника, а вот Ингрид не было. Я удивленно на них посмотрела и ладно Гайос был мужчина лет сорока пяти и мой вид его ничуть не удивил, а вот у молодого Фроста уши покраснели. Он тут же подскочил, вытащил смарт из кармана и набрал Норвала. Я выхватила из его руки смарт, а второй подтянула полотенце на груди.

– Я Вас слушаю, – услышала я голос любимого доктора.

– Норвал! Это я! Я волдырями покрылась, и они жутко чешутся.

– Ира! Что ты ела? Я сейчас отправлю к тебе Минну.

– Я не ела ничего, я на траве полежала, ее от кровянки обработали.

Я услышала громкий вздох, а потом щелчки замочков на его медицинском чемоданчике.

– Я сам сейчас приеду. Постарайся не чесаться.

Эти пятнадцать минут, пока я ждала доктора, показались для меня адом. У меня на губе вздулся волдырь, глядя на который мне было реально страшно. Бедовый я человек! А вдруг у меня судьба в больнице жить, там я может и проживу дольше. Или просто я сяду тут на диван, не буду ничего без спросу делать, отъем огромную пятую точку, что бы больше не найти на нее приключений. Вернувшаяся Ингрид с улицы, увидев меня в полотенце и в окружении охраны снова нахмурилась, а когда подошла ближе ахнула.

– Как же такое возможно? Ты прости меня, что не предупредила про кровянок, я ведь не думала, что ты захочешь лечь в траву! Да и всем известно, что сейчас самый пик их кровожадности, поэтому во всем городе идет обработка и никто в здравом уме не полезет к ним.

– Ну спасибо Ингрид, я так и думала, что вы сомневаетесь в моей адекватности, – почесав руку, буркнула я.

– Я не это имела ввиду. Это мне урок, что не смогла позаботиться о тебе. Дамиан ведь предупреждал, что ты совсем мало что помнишь из прежней жизни.

Ох, знала бы она что я «помню» только то, что дает мне Кира, и про кровянок и подобных тварей она естественно не будет мне показывать.